Александр Проханов - Особое мнение - 2012-03-21

К.БАСИЛАШВИЛИ: Здравствуйте. В эфире – программа «Особое мнение», я – ее ведущая Ксения Басилашвили. И я рада, сегодня, действительно, искренне рада приветствовать в нашей студии Александра Андреевича Проханова. Здравствуйте, Александр Андреевич.

А.ПРОХАНОВ: Да, спасибо, Ксения, вы меня обласкали. Здравствуйте.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Я давно мечтала с вами встретиться, так, мило поговорить в прямом эфире. И хочу вам сразу же задать вопрос, так сказать, слету: вы, ведь, патриот?

А.ПРОХАНОВ: Милый вопрос, да.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Патриот.

А.ПРОХАНОВ: Ну, как и вы, Ксения. Конечно же.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А патриот – это равно националист? Или нет? Вот, как-то путают эти понятия.

А.ПРОХАНОВ: Patriot – это американская система зенитно-ракетная, с помощью которой они надеялись сбивать советские самолеты, которые прорывали бы их оборону.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, вы, ведь, себя не с ракетами ассоциируете.

А.ПРОХАНОВ: А как же? А с чем я ассоциирую? Только с ракетой, со скоростной сверхточной ракетой. Я – ракета Patriot.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но смотрите, националисты – они как-то не смогли объединиться вместе, Демушкин и Тор, Союз распался. Но, однако же, говорят, что, все-таки, этот Союз русских – он будет. Вас это вдохновляет?

А.ПРОХАНОВ: Меня это не огорчает.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Огорчает?

А.ПРОХАНОВ: Нет, не огорчает, нет-нет. Союз русских, несомненно, будет. Только вопрос, каких русских? Под какой эмблемой соединятся русские? Потому что есть сейчас 2 национализма. Один национализм, который для меня олицетворен в господине Крылове и в господине Севостьянове, очень уважаемых людях. Но это национализм, как я его называю, уменьшительный, это национализм...

К.БАСИЛАШВИЛИ: С человеческим лицом.

А.ПРОХАНОВ: Это национализм, требующий свертывания русской экспансии, уход с Кавказа, уход из нерусских регионов России, лозунг и эмблема «Россия для русских». По существу, это такой, антиимперский национализм, который связан с разрушением таких вот, глубинных мессианских кодов русского сознания, которое делает русского человека имперским человеком. Это один национализм.

Другой же, вот тот, который я называю имперским, традиционным имперским национализмом, который считает, что русские без имперской задачи, без имперской нагрузки прекращают быть русскими – они просто становятся, не знаю, людьми мира, а народ становится антропомассой. Поэтому, вот, очень важно, какой национализм победит – тот ли национализм, который от сегодняшней уже оскопленной и усеченной Русской империи оставит сплошные объедки и мы станем добычей сильных имперских образований, которые возникают у наших границ, или, все-таки, русское сознание восторжествует и оно прорвется своим традиционным кодом, и русский национализм грядущего будет имперским национализмом.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Я-то человек простой, даже, более того, не совсем русский со своей фамилией – мне, в общем-то, об этом рассуждать не совсем гоже. И, все-таки, у нас, у простых людей иногда путаются эти понятия, национализм и фашизм. И как-то кажется порой, что это одно и то же. Нет? Мы не правы?

А.ПРОХАНОВ: Наши люди путают и фашизм или национализм или нацизм. Это тоже, ведь, разные вещи.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Разные.

А.ПРОХАНОВ: Да. Но для них нацизм и фашизм – одно...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Для вас это разные вещи абсолютно?

А.ПРОХАНОВ: Так это не для меня – это классические вещи. Загляните в хрестоматию, вы увидите, что нацизм...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, но в теории-то одно, а, знаете, практика всегда у нас, вы знаете, к чему приводит.

А.ПРОХАНОВ: А практика... Я помню эти прекрасные 90-е годы...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Я не буду этот лозунг повторять в эфире – просто нас за экстремизм здесь могут осудить сразу же. Ну, вы понимаете.

А.ПРОХАНОВ: Нет, да что вы! Я уже осужден дважды пожизненно за экстремизм, поэтому ничего не страшно. Но я помню эти изумительные 90-е годы, такие, одни из самых счастливых лет и в моей жизни, и в жизни России, когда русский был синонимом фашизма. Русский – это, значит, фашист. И фашистами были в ту пору, ну, в либеральной прессе и Распутин, и Белов, и Бондарев, и ваш покорный слуга. Мы все были фашисты. Потом каким-то странным образом мы перестали быть фашистами. Ну, только наполовину, наверное. При случае где-то в кодексах вот этих вот националистических, еврейских организаций, которые борются с проявлениями русского национализма, мы по-прежнему существуем как фашисты.

К.БАСИЛАШВИЛИ: +7 985 970-45-45, пожалуйста, присылайте ваши вопросы уважаемому Александру Андреевичу Проханову. Уже идет голосование на сайте «Эха Москвы». Кардиограмма – видите, вот резко, как только я стала говорить, сразу же все пошло вниз. Сейчас заговорит Александр Андреевич, тем более, что у вас по теме есть вопрос. По теме.

А.ПРОХАНОВ: Нет-нет, это мое падение, не ваше.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вопрос по теме: «Видите ли вы во французских терактах отголоски натовской и израильской политики на Ближнем Востоке и в Северной Африке?» - спрашивает Евгений из Новосибирска.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что вообще всё и вся связаны, конечно. Это удар по одному из самых незащищенных таких вот сословий, это духовенство и дети этого духовенства. Причем, духовенство еврейское, это не католическое духовенство. Кто может в сегодняшнем мире так жестоко обходиться с евреями на территории Франции? Я думаю, это те, для кого евреи являются такими, классическими жестокими врагами, которые лишили целые народы их независимости, их воли, и этими людьми являются арабы, палестинцы, быть может.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, то есть, так кажется убийцам классическим, да? Они могут быть кем угодно – арабами, палестинцами...

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что, все-таки, вот, даже этот вот норвежский безумец, который был, казалось бы, норвежцем и который расстрелял палестинских детей, то ли в нем зов вот этой вот ближневосточной еврейской крови, как он сам утверждает, либо он просто заразился вот этой идеей возмездия, идеей мессианства такого вот еврейского. И за всеми такого рода убийствами стоят по-прежнему национальность и религия. И я знаю (мне говорили – не знаю, насколько это правда), наш министр иностранных дел Лавров однажды, собрав на совещании послов и свой аппарат, он сказал, что «господа, вы занимаетесь дипломатией и политикой, а надо заниматься религией, ибо в основе всех проблем лежат глубинные фундаментальные религиозные представления».

К.БАСИЛАШВИЛИ: И сложно не согласиться с этим, и о религии в том числе. После короткого перерыва мы вернемся в студию.

РЕКЛАМА

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы продолжаем программу «Особое мнение», и о религии. Ну что? Вы понимаете, я даже не знаю, как на это реагировать. Получается, что отец Всеволод Чаплин практически вступает на тропу дьявола – он заявил о том, что он готов встретиться с одной из активисток группы Пусси Райот.

А.ПРОХАНОВ: Может быть, это визит?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это, все-таки, нужный шаг, на ваш взгляд?

А.ПРОХАНОВ: Может быть, это визит такого духовника к той, кому предстоит в скором времени сожжение? Ведь, я знаю, что когда еретиков отправляли на костры, всегда перед тем, как их отправить на костер, с ними встречались пастыри, католические священники.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Подождите. Уточните, кому предстоит сожжение по вашей информации или предположению?

А.ПРОХАНОВ: Ну, я думаю, что, может быть, действительно, вот этих бедных сейчас в скором времени пошлют на костер, а Всеволод Чаплин хочет их исповедовать, прежде чем отправить на костер? Я не знаю, что им движет. Мне кажется, им движет...

К.БАСИЛАШВИЛИ: А вам бы хотелось...

А.ПРОХАНОВ: Чтобы их сожгли?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет. Я не хочу говорить в таких категориях, да? Но вам бы хотелось, чтобы это было жестокой расправой? Или вы в данном случае?..

А.ПРОХАНОВ: Нет, я – очень мягкий человек.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мягкий, да. То есть вы считаете, что нужно отпустить?

А.ПРОХАНОВ: Мягкий человек, я считаю, что тело здесь не должно страдать. И мне кажется, я бы растворил узилища, отправил их на свободу. Но я бы, прежде чем выпустить их на свободу, я уже сказал об этом, я бы растворил двери тюрем, выпустил на свободу, вот, тысячи русских патриотов, которые сейчас сидят там по статьям об экстремизме. Мы защищаем обычно этих мучеников либерализма, к числу которых принадлежат эти танцующие девушки. Но в тюрьме сидит такой великий, на мой взгляд, человек как Душенов Константин. Его духовником был владыка Иоанн Санкт-Петербургский и Ладожский, замечательный человек. Он – подвижник и мученик, он сидит на цепи, его мучают, его травят. Не говоря уже, я повторяю, о множестве русских людей, молодых в том числе, сверстников вот этих девиц, которые сидят по статьям об экстремизме. Поэтому я бы выпустил всех, включая и этих девиц. Я не жажду крови. Но я был бы рад, если бы их предали анафеме.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Анафеме, да?

А.ПРОХАНОВ: Анафеме, да.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А, безусловно, вы считаете, что церковь в данном случае показывает свою силу или слабость, идя на переговоры, на какой-то контакт более человеческий? Или нужно было бы вот так вот стержнево держаться, знаете, гордо подняв голову как вела себя Патриархия последние годы?

А.ПРОХАНОВ: Ну, поскольку эта ситуация стала очень публична, стала открытой, она не является рядовой, она не является теневой, то, вот, в свете прожекторов, в свете общественного внимания все действуют так, чтобы выглядеть положительно, позитивно, изящно и изысканно. И эти барышни, поскольку на них направлены прожектора, хотя быть героинями и мучениками. И я не знаю, когда придет к ним Чаплин, не скажут ли они «Отец Всеволод, у вас плохо выбрито лицо» или «Ваше распятие внушает нам эстетическое отторжение»? И сам Чаплин – конечно, он тоже человек публичный, он как и я, как и вы. Мы избалованы эфиром, вниманием публики, и поэтому идет туда вот в этот чертог, в это узилище, чтобы продемонстрировать христианские ценности.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А народ поймет такой шаг? Та часть народа, которая требовала расправы над участницами группы?

А.ПРОХАНОВ: Ну а что же?..

К.БАСИЛАШВИЛИ: Она готова будет простить?

А.ПРОХАНОВ: Простить девушкам встречу с Чаплиным?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Готов будет простить девушек, я имею в виду, вам кажется, вот тот русский народ, о котором вы говорите все время?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что народ как всегда, он разделился на 2 части. У меня недавно был эфир, мы там состязались с господином Гозманом, и я его победил всего лишь с перевесом 2 раза. Мне казалось, что у него... По моим представлениям у него должно быть ничтожное количество голосов, а за него проголосовало лишь вдвое меньше, чем за мою позицию. Это говорит о том, что либеральные тенденции в обществе нарастают и либеральные представления о ценностях – они растут. А такие, фундаменталистские, связанные с категориями ад, рай, эти категории размываются и многим людям просто безразлично, что это ад или рай.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Куда они отправятся, в ад или в рай.

А.ПРОХАНОВ: Да, куда отправятся те, кто голосуют за Гозмана.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы-то, безусловно, в рай – я вот определилась.

А.ПРОХАНОВ: Ну, я в рай, но особый рай, такой, типа резервации такой.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Резервация? Отстойник какой-то, что ли?

А.ПРОХАНОВ: Ну, может быть, накопитель, отстойник, да-да-да.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Накопитель. Хорошо. Александр Проханов сегодня в эфире «Эха Москвы». Здесь очень много к вам вопросов. Знаете, просят вас не стучать по столу руками. Но я так понимаю, что это...

А.ПРОХАНОВ: Это не руки – я стучу копытами.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это копыта, да. Так, «Чаплин по всем каналам пиарится. Вы о чем?» Почему-то кто-то верит в Грузию. Нет, это все не о том. У меня к вам вопрос относительно судьбы нашей культуры. Есть информация – и ее публикуют центральные издания – о том, что будущее министерство культуры может возглавить один из руководителей телеканалов федеральных. Как вы к этому относитесь?

А.ПРОХАНОВ: Я к этому отношусь положительно. И вот почему. Во-первых, там сказано, что будущее Министерство культуры будет преобразованным министерством. Это не будет Министерством музеев или, там, заповедных зон. Это будет министерство, которое будет в том числе курировать информационные потоки. У него, у этого министерства будет возможность или, может быть, право формировать идеологию, в том числе телевизионных каналов. Кому как не хозяевам телевизионных каналов знать, каким образом регулируется идеология на этих каналах. Я даже слышал, что к числу этих претендентов относится и господин Добродеев.

К.БАСИЛАШВИЛИ: В том числе, да.

А.ПРОХАНОВ: В том числе и, как бы, казалось бы, предпочтения ему отдаются.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. А почему он, как вы думаете?

А.ПРОХАНОВ: Я с Олегом Борисовичем знаком. Не близко, но знаком. Мне доводилось с ним встречаться и беседовать. На его канале довольно часто выступаю по-прежнему. Я нахожу, что это блестящий человек. Блестящий человек, потому что, находясь вот в этой чудовищной камнедробилке телевизионной, когда на телевизионные каналы, на кинескопы возлагаются огромные заботы и страшная работа иногда по раскодированию общественного сознания...

К.БАСИЛАШВИЛИ: По развращению, о чем вы часто говорите, в том числе и в нашем эфире.

А.ПРОХАНОВ: Развращению – нет, это не мой ответ. Раскодирование. Просто есть коды, такие, глубинные коды (и национальные, и человеческие, и религиозные), которые позволяют человеку оставаться человеком, а не зверем.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А есть коды, которые из человека делают нечеловека.

А.ПРОХАНОВ: Конечно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вот это и называется «раскодирование».

А.ПРОХАНОВ: Это называется «срывание табу». Ну, например, вот эти вот 3 девицы – они занимались срыванием табу, пломб. Они превращали человека в животное, в зверя. Ну, им мало что дано, они мало что сумели сделать, но есть же целая культура развращения, целая культура осквернения (так бы я сказал).

К.БАСИЛАШВИЛИ: Конечно. И некоторые каналы овладели этой культурой в совершенстве, и поэтому имеют право войти в Министерство культуры.

А.ПРОХАНОВ: Конечно, да. Но я полагаю, что если министром станет господин Добродеев, мне кажется (мне так кажется – я не могу утверждать), судя по моему общению с ним, по разговорам, по суждениям, которые от него слышу, будет восстановлен баланс. Баланс, который был нарушен после 1991 года, когда приоритетной культурой была либеральная культура, культура свободы, свободы от человеческого, свободы от возвышенного, свободы от религиозного, от национального, свободы потребления, свободы нигилизма, свободы осквернения...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Конечно. Раньше как включаешь телевизор, все Сельский час в полдень.

А.ПРОХАНОВ: Да. А теперь как включаешь, все голые задницы, да еще какие, господи боже мой.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Почему? Я как включаю, я вижу сразу же Владимира Владимировича Путина, Дмитрия Анатольевича Медведева.

А.ПРОХАНОВ: Мне кажется, ваш телевизор не работает – там просто статичная картинка, видимо, не динамичная, из журнала вырезана какого-нибудь.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, просто каждый видит свое в известных лицах.

А.ПРОХАНОВ: Ну, вам нравится телевидение. Я знаю, что, скажем, телевидение для либералов – это, конечно, отдушина духовная, это фабрика духовных ценностей. А для меня современное телевидение после 1991 года – это фабрика растления, распада и деградации, которая работает блестяще день и ночь. Как работали крематории в свое время в Освенциме, так работает телевидение.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Тогда я не могу вас понять. Зачем же людям, которые, действительно, блистательные и образованные, но возглавляют именно такие фабрики, предлагать возглавить одно из ключевых министерств в нашей стране, Министерство культуры?

А.ПРОХАНОВ: Вот, я думаю, что после событий последних недель, после Болотной и Поклонной, власть, в данном случае Путин понял, что его руками он вскормил себе врагов, лютых, ненавидящих его врагов. Врагов, которые желают ему не просто поражения на выборах, а и смерти. И вот эта диспропорция...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Кто ему желает смерти?

А.ПРОХАНОВ: Ну, ему же желают, чтобы он разделил участь Каддафи? Или нет? Или я ошибаюсь?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, я не знаю. Я не желаю ему, и Каддафи не желала такой участи.

А.ПРОХАНОВ: Ну, вы же одиночка в либеральном стаде, вы одна, вы как белая ворона.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Я в белом, правда, да.

А.ПРОХАНОВ: Да, конечно. Поэтому, повторяю, Путин и власть должны быть озабочены тем, что они вскормили себе врагов. А так называемые патриотические культуры все эти 20 лет находились в подвале, в подземелье, в сыром чулане. Я знаю, что господин Швыдкой, который является главным координатором, например, премий, поездок за границу, он формировал эти группы на протяжении 18 лет точно так, чтобы выиграла вся либеральная культура.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Подождите. Но вы именно сейчас расцвели, стали тем самым прекрасным, знаменитым, известным Александром Прохановым.

А.ПРОХАНОВ: Это потому что я сумел выступать на «Эхо Москвы». Многие меня считают либералом. Я уже, как бы, перестал быть патриотической персоной, и мое цветение – это цветение такого, бумажного цветка в венке из железных прутиков.

Так вот я вам повторяю, что я надеюсь, что этим министром, если, действительно так будет, станет Добродеев. Добродеев с его каналом. Это очень сбалансированный канал, на котором присутствуют государственные представления о стране, о родине, о культуре. Это канал, на котором долгое время выступал и работал мой друг Савва Ямщиков, это канал, который сейчас в период юбилея Распутина 3 дня говорил о Валентине Распутине. Ни один другой канал об этом не говорил.

И если (я полагаю), если Добродеев станет министром культуры, то этот баланс будет мучительно восстанавливаться, и мы будем иметь плюралистическую культуру, мы будем иметь культуру не только, понимаете, которая царит и господствует в человеке ниже пояса, мы будем иметь культуру, которая присутствует в человеческом сердце, в разуме, в его таком восхищенном, устремленном ввысь воображении.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А как это реально будет сделано? Просто закроют каналы, которые не отвечают?..

А.ПРОХАНОВ: А уж я не знаю, как это будет сделано. Это будет сделано очень просто. Это просто будет делать...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но как вы видите вообще это вот реформирование этих потоков?

А.ПРОХАНОВ: Многоаспектно. Просто это многоаспектно. Когда, например, посылаются какие-то группы российских писателей на какие-нибудь лондонские или франкфуртские ярмарки, туда едут не только либеральные баловни, а туда едет и русская часть, русская патриотическая часть. Их тоже приглашают туда. Когда назначаются премии или одариваются премиями люди, там одаривается не только весь этот либеральный бомонд, каким бы он уже обветшалым не был, но и молодые, талантливые, патриотические русские художники или писатели. Это делается все очень просто.

И более того, присутствие или поддержка патриотических СМИ. Ну, вот, например, ведь, огромное количество либеральных СМИ, в том числе и радио-СМИ, они живут на государственные деньги, на деньги государства. И на эти деньги они порицают государство, они сражаются с ним.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы живем на деньги от своих рекламодателей – вам это хорошо известно.

А.ПРОХАНОВ: Я не про вас говорю. Мы-то с вами живем на «Эхо Москвы», которое окупается. А есть же другие и СМИ, и радиостанции. Поэтому рекламодатели – это, конечно...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Александр Андреевич, как раз о том, как к молодым относятся. Уголовное дело по части 3 статьи 212-й Уголовного Кодекса на Аркадия Бабченко. Вам, наверное, он известен еще не только как журналист, но и как талантливый писатель.

А.ПРОХАНОВ: Напомните мне. Напомните мне, о чем идет речь?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Московская прокуратура завела уголовное дело на бывшего журналиста «Новой газеты» Аркадия Бабченко. Общественная палата, Борис Якеменко небезызвестный.

А.ПРОХАНОВ: Что он там натворил-то?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, он ничего не натворил, он просто ссылается на запись в блоге, притом с вырванным контекстом, как стало известно. И в результате, основываясь на записи в блоге, которая, наверное, да, такой носит, довольно-таки радикальный характер, учитывая, что она вырвана из контекста, заводится дело на молодого талантливого писателя, прошедшего Чечню.

А.ПРОХАНОВ: Ну, я бы никогда не завел на него это дело.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но он либерального толка человек, да. Участвовал...

А.ПРОХАНОВ: Ну, вот, в отличие от либералов... Либералы бросаются под поезд за своих постоянно. И ни один либерал не выступил в защиту оскорбленного, попранного или арестованного патриота, русского патриота.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но вы выступите?

А.ПРОХАНОВ: А я выступаю в защиту либералов, потому что для меня вообще осуждать художника – это безумие. Если его осудили за радикальные экстремистские высказывания, то за эти же высказывания, повторяю, тысячи русских сидят за решеткой в тюрьме и томятся. Поэтому для меня это чудовищно. И внесение в кодекс вот этой статьи об экстремизме – это, конечно же, страшная удавка и на культуре, и на идеологии, и на всех. Это инструмент, по существу, подавления свободомыслия.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы вернемся в нашу студию после короткого перерыва.

НОВОСТИ

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы продолжаем программу «Особое мнение». Сегодня гость нашей студии – Александр Проханов. Александр Андреевич, видите, как все спокойно? Нужно возмутить наш эфир – как-то очень спокойна кардиограмма, пульс бьется слишком ровно. Вам не кажется?

А.ПРОХАНОВ: Это, знаете, это фальсифицированная кардиограмма, потому что все мои последние эфиры, эфиров 10 я падал ниже вот этой горизонтали. Я проваливался просто в преисподнюю. То есть что-то неладно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А здесь, видите, либералы включились, подключились и говорят, что в поддержку Удальцова выступали все либералы.

А.ПРОХАНОВ: В поддержку Удальцова?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, да.

А.ПРОХАНОВ: Ну, и в том числе я выступал в поддержку Удальцова.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, вы же не либерал, вы тут уже не путайтесь. Вы не либерал.

А.ПРОХАНОВ: Ну как же я не либерал? Вот смотрите, я – один из самых мягких и человеколюбивых людей нашего времени. Никогда от меня не исходит угроза насилием, я всех прощаю. Я к либералам отношусь как к такому, ну, может быть, временному такому, как бы, помрачению нашего российского общества. Я гораздо мягче отношусь, чем Достоевский, который считал либералов русских мерзавцами и самым гадким и гнусным, что только выработала русская культура. Я не разделяю его мнения во всей его полноте. Я не разделяю его мнения.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но либерала в себе вы возлюбили и, так скажем, возлелеяли.

А.ПРОХАНОВ: А либерал во мне – это помеха, она мешает мне стать, видимо, вождем нации, лидером.

К.БАСИЛАШВИЛИ: И слава богу. И слава богу, Александр Андреевич. Вы нам нужны в таком качестве. И у меня следующий к вам вопрос. Здесь очень много вопросов по Сирии приходит от наших слушателей на сайт «Эха Москвы», и такая, знаете, основная тональность: «Как вам кажется, Россия Сирию проиграла так же, как проиграла до этого, предположим, Ливию?»

А.ПРОХАНОВ: Это не совсем точная дефиниция. Россия не проиграла Ливию – Россия предала Ливию. Потому что если бы наши представители в ООН, в Совете безопасности ООН не умолчали во время принятия той страной резолюции о воздушном пространстве свободном по наущению Медведева, видимо, мы сумели бы заблокировать эту резолюцию и этого чудовищного погрома не произошло.

Значит, вопрос такой: предаст Россия Сирию или не предаст? Вот, что волнует, на самом деле, всех, в том числе и меня. Ситуация не абсолютно в этом смысле гарантированная, она мучительная. Мука состоит в том, что происходит нарастающее вмешательство в дела Сирии, вот в этот внутренний трагический конфликт. Когда восстание определенных кругов (исламистов, радикалов) против Башара оказалось связанным с кровопролитием, туда в ряды повстанцев во все большем и большем количестве вмешиваются вооруженные формирования. Туда идет оружие. Есть сведения о том, что турецкий спецназ воюет на территории Сирии за повстанцев. И резолюция Совета безопасности все в большей и большей степени склоняется к формулировке, по которой предлагается прекратить поставки оружия в Сирию как с той, так и с другой стороны.

Я помню, как Шеварднадзе в период Афганской войны вырабатывал с американцами решение прекратить поставки вооружений в эту воюющую страну. Советский Союз выполнил свои обещания, и Наджибулла с советскими танками, самолетами и бронетранспортерами перестал получать смазочные масла и горючее. И армия остановилась. Американцы как всегда не выполнили своего обещания, и туда валом продолжали идти Стингеры, валом оружие, боеприпасы, взрывчатка. Таким образом всего лишь 2 года удалось Наджибулле продержаться, и вооруженные до зубов американцами исламисты победили. То же самое может быть и в Сирии.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, мы тоже также поставляли свое оружие.

А.ПРОХАНОВ: Куда?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Здесь зеркально, наверное, все?

А.ПРОХАНОВ: Куда? Куда-куда?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, куда угодно...

А.ПРОХАНОВ: Ну, мы прекратили...

К.БАСИЛАШВИЛИ: ...Масса точек.

А.ПРОХАНОВ: Ну, мы прекратили поставлять оружие в Афганистан, и поэтому страна оказалась в руках исламистов, а потом в руках талибов.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но зато выжили какие-то ребята, и много, которых не отправили туда на верную погибель в Афганистан.

А.ПРОХАНОВ: Но я считаю, что хорошо, что они выжили.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, конечно. Это гораздо ценнее.

А.ПРОХАНОВ: И с другой стороны, замечательно, что много очень афганских ребят погибло после этого, и что после ухода наших солдат армии из Афганистана, эти выжившие в результате этой замечательной акции Горбачева и Шеварднадзе (их решения), были 2 Чечни, была страшная бойня, погибло гигантское количество людей – и чеченцев, и русских. Это результат ухода нашего из Афганистана.

А теперь, поскольку мы, действительно, проявили такое, абсолютное человеколюбие и ушли из Афганистана, туда пришли американцы. Значит, американцам можно там быть, а русским нельзя. Это бывает, это либеральный взгляд на внешнюю политику.

Но вернемся к Сирии.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, а зачем нам все время проявлять, знаете, какое-то человеколюбие к далеким странам, когда у нас на своей территории с человеколюбием достаточно плохо?

А.ПРОХАНОВ: Да нет, я вам объяснил, что в результате ухода русских из Афганистана случилось 2 чеченские войны.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, это ваша точка зрения.

А.ПРОХАНОВ: Нет, это... Ну...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы – знаток геополитики.

А.ПРОХАНОВ: Это мое особое мнение.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, особое мнение, да.

А.ПРОХАНОВ: И когда талибы, которые победят, пойдут на Таджикистан и в Казахстан, и в Узбекистан, это тоже будет удар, который сдетонировал уход советских войск из Афганистана. И тогда, когда здесь начнется тотальная резня... Мы в свое время вернемся к этой теме и поговорим о человеколюбии.

Итак, о Сирии. Страшно то, что Россия может прекратить поставки в Сирию вооружения, а американцы будут продолжать наращивать поставки туда и спецназа, и вооружений. Вот, что страшно. Я надеюсь, что этого не произойдет, потому что, вот, я хотел вам сказать, я только что был на очень мощном заводе Тульском, который производит зенитно-ракетные комплексы Панцирь. Эти комплексы специально предназначены для противодействия бесконтактной воздушной войне, той войне, которая разгромила Югославию, разгромила Ирак, разгромила Ливию. Если бы у Милошевича, Саддама и Каддафи были эти комплексы, их поражение не случилось вот таким, быстрым и страшным образом. Это блестящее оружие, которое сделано современными русскими гениями. Это великий академик Шипунов – создатель этого оружия. И эти комплексы есть в Сирии. Мне сирийцы говорили, что у них есть эти комплексы. Достаточное ли количество этих комплексов для защиты Багдада, Алеппо или Латакии, я не знаю. Я не знаю, сколько их там.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Тут, кстати, есть перекрестный вопрос в связи с этой темой, и об этом тоже пишут в том числе и сегодняшние газеты – о том, что все чаще стали от чиновников военных звучать такие намеки на некую военную ситуацию, военную угрозу для России. Как вы думаете, это не случайно? Это в том числе связано и с вот этой вот ситуацией в Сирии?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что на Ближнем Востоке просто разрастается как облако черное угроза войны. Причем, не региональной, а, может быть, мировой войны.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть Россия готова вступить в войну вот так вот своим оружием ради того, чтобы гордиться своим арсеналом, чтобы гордиться собой, да?

А.ПРОХАНОВ: Ну, конечно. Ну, естественно. Когда на нашу территорию будут нападать, мы будем защищаться, только чтобы погордиться своим арсеналом.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А кто на нас сейчас нападает? Дело-то в Сирии происходит.

А.ПРОХАНОВ: Дело-то происходит в Сирии, а Сирия – это знаете, что такое? Сирия – это Ближний Восток. А есть концепция «Большой Ближний Восток». А в Большой Ближний Восток входит Грузия. А Грузия до зубов вооружена НАТО. И грузинские военные вынашивают концепцию реванша. И поэтому мы с Грузией же никогда не воевали, в 2008 году не было у нас войны с Грузией и грузинские танки не молотили наших миротворцев, и грузинская армия не отступала под напором русских подразделений десантных. И русские никогда не высаживались в Поти и не были на окраине Тбилиси в 2008 году. Поэтому нам Грузия не страшна – это самая мирная добрососедская страна. Поэтому угроза большой войны в Иране, например, бомбардировка Ирана с помощью, допустим, ядерных зарядов, мини ядерных зарядов, вы думаете, что это не сдетонирует во всем мире? Вы думаете, что на иранскую агрессию не прореагирует Китай?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы знаете, пусть они детонируют, но без нас. У нас полно своих проблем и без этих сирийских угроз...

А.ПРОХАНОВ: Ну, не бывает так. Ну, так...

К.БАСИЛАШВИЛИ: ...их каких внутренних конфликтов, в которых американцы-то, вы сами говорите, не могут разобраться.

А.ПРОХАНОВ: Но вы же, либералы встроили Россию в мировой контекст. Вы же за глобализм, вы говорите, что мир глобален.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да какие либералы встраивали? Никакие не либералы. Слушайте, что, Путин – либерал, что ли, вы хотите сказать или Медведев?

А.ПРОХАНОВ: Абсолютный либерал, абсолютный либерал. Он не изоляционист, он не империалист, он встроил в ВТО. ВТО – это абсолютно либеральная идея. Россия встраивается в мировой контекст. Либеральный взгляд на русскую историю такой: «Хватит изоляционизма. Мы – часть мира. Откажитесь от гегемонии. Мы – мир, часть мира». Но если мы часть экономического мира, вы думаете, что мы не часть военного мира?

Поэтому любая драма, любая драка в любом регионе мира – она может моментально через такой, очень быстродействующий алгоритм перенестись в самый центр Москвы. Не заблуждайтесь. Да вы, я думаю, что знаете.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Где как раз плитка развалилась, потому что ее так положили осенью, что теперь сплошные рытвины в Москве, о чем свидетельствуют фотографы, которые погуляли по весенней столице.

А.ПРОХАНОВ: Это по этим рытвинам прошли контингенты НАТО в Ульяновске. Они протащили свою технику военную.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Или носители белых ленточек тоже протоптали эти рытвины, да?

А.ПРОХАНОВ: А что? А вы думаете, носители белых ленточек – это такая безобидная вещь?

К.БАСИЛАШВИЛИ: А почему вы так?.. Вы – патриот (вот вам задают вопрос) и при этом так не любите Путина. За что вы не любите Путина?

А.ПРОХАНОВ: А я разве не люблю его?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Вот это читается постоянно. Понимаете, вы сейчас сказали столько слов про либералов негативных, и в том числе называете его либералом. Это уже тоже такое ругательство по отношению к нему.

А.ПРОХАНОВ: Но я не являюсь его обожателем. Я вижу его положительные и отрицательные стороны. Я боюсь, что после выборов на президентский свой престол он будет реализовывать либеральный реванш. Это очень страшно. Потому что первое, что они сделали, победив, они устроили натовскую базу в Ульяновске, они готовы повысить тарифы газовые не на 30, а на 40 процентов, как требует Газпром. Впереди грядут огромные повышения налогов и, по существу, вся либерально-экономическая схема с тотальной приватизацией, с устранением государства из экономики – она реализуется. Мне это не нравится.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Спасибо большое. Я благодарю Александра Андреевича Проханова...

А.ПРОХАНОВ: Я очень признателен. Спасибо.

К.БАСИЛАШВИЛИ: ...за этот душевный разговор в программе «Особое мнение». Спасибо.

А.ПРОХАНОВ: Спасибо, Ксения.