Максим Шевченко - Особое мнение - 2012-01-19

С.КОРЗУН: Всем добрый вечер, это программа «Особое мнение», у микрофона – Сергей Корзун, а мой сегодняшний гость – Максим Шевченко. Максим, добрый вечер.

М.ШЕВЧЕНКО: Добрый вечер.

С.КОРЗУН: В прошлый раз в силу разных причин эта программа была немножко укорочена, неделю назад. Надеюсь, что сегодня постараемся уплотнить и часть вопросов, возможно, в ритме блица. Первую часть... Вы давно последний раз пили за мир, за мир во всем мире?

М.ШЕВЧЕНКО: Я вообще стараюсь не пить. Но пил. Наверное, пил за мир во всем мире, конечно.

С.КОРЗУН: Вот у меня ощущение, что как-то реже стали в последнее время именно за мир во всем мире.

М.ШЕВЧЕНКО: Я лично?

С.КОРЗУН: За что-то другое люди вокруг в компаниях.

М.ШЕВЧЕНКО: Я не слежу просто за тем, как люди пьют. Извините, это находится вне поля моего внимания.

С.КОРЗУН: Первая часть милитаристская. Сегодняшнее сообщение: «Генсек НАТО Фог Расмуссен заявил, что размещение Россией ракетных комплексов в Калининградской области – пустая трата финансовых ресурсов». Часть пропускаю. «НАТО в принципе, - говорит он, - не рассматривает возможность какой бы то ни было агрессии против России». Как прокомментируете?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну, очень хорошо. Тогда пусть не размещают свои системы ПРО, противоракетной обороны в странах Восточной Европы. Если не рассматривают, так тем лучше. Нам же это только приятно, это заявление.

С.КОРЗУН: Но Россия втягивается, все-таки, в эту гонку вооружений?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну, Россию втягивают в эту гонку вооружений, поскольку военные силы НАТО находятся на территории государств Евразии, и в том числе на территории бывших советских республик. Находятся военные базы и в Узбекистане, и в Таджикистане, да и в Киргизии. На территории Афганистана огромная ударная группировка, вооруженная в том числе ударными типами вооружений. В Персидском заливе, важнейшем стратегическом регионе мира – туда подходит 3-я авианосная группа. Весь вообще Ближний Восток просто инфицирован американскими и натовскими военными базами, там проходят подготовку в постоянном режиме участия в деятельности оккупационного корпуса на территории Афганистана новые и новые группы военных. Поэтому, наверное, да, нам трудно представить, что с территории Польши или Литвы танковые клинья как в июне 1941-го взрежут нашу оборону вплоть до Смоленска. Но то, что в целом вооруженные силы альянса, конечно, который тут является вполне следующим в русле американской политики, вооруженной экспансии, то, что эти вооруженные силы окружили нашу страну по периметру, в том числе и ядерным оружием, это, безусловно, факт.

С.КОРЗУН: Вопрос о ПРО возникал и вчера на встрече премьер-министра с группой главных редакторов.

М.ШЕВЧЕНКО: С Алексеем Венедиктовым в том числе.

С.КОРЗУН: С Алексеем Венедиктовым. (смеется) Как раз в разговоре с Алексеем Венедиктовым премьер-министр посетовал, мягко говоря, на то, что позиция экспертов радио «Эхо Москвы» (он сказал вообще «Эхо Москвы»).

М.ШЕВЧЕНКО: Он не сказал «экспертов». Он сказал, что «Эхо Москвы». он сказал про радиостанцию.

С.КОРЗУН: Но вы-то понимаете, что это эксперты говорят? Что журналисты радиостанции вообще не говоря о ПРО.

М.ШЕВЧЕНКО: Я вообще считаю, что Владимир Путин создал просто огромную имиджевую рекламу «Эху Москвы». Потому что, во-первых, мы узнали, что премьер-министр слушает постоянно «Эхо Москвы», хотя он сказал в первой части, что он услышал, включив. Но потом, развивая свою мысль, мы поняли, что он слушает постоянно «Эхо Москвы» - там есть такое «слушаю и постоянно там звучит то-то, то-то, то-то».

Потом, оказывается, позиция радиостанции так важна, что она может повлиять в том числе и на такие важные внешнеполитические процессы, с чем я абсолютно согласен. Мне кажется и главная мысль, что он буквально... Это же был открытый диалог, он же начал с того, что в России свободы слова не меньше, чем в США, может быть даже больше, и дальше вступил в открытый публичный диалог с главным редактором, ну, в принципе, оппозиционной радиостанции. Хотя, он отметил, что «Эхо Москвы» финансируется на государственные деньги, там было им упомянуто словосочетание «деньги налогоплательщиков».

С.КОРЗУН: Было такое словосочетание.

М.ШЕВЧЕНКО: И это имеется в виду Газпром, наверное.

С.КОРЗУН: Хотя, общеизвестно, что «Эхо Москвы» не просто сводит концы с концами, а приносит прибыль Газпрому и, стало быть, видимо, налогоплательщикам.

М.ШЕВЧЕНКО: Да. Мне кажется, что это нельзя воспринимать как наезд – это можно воспринимать как диалог власти и главного редактора одного из самых ведущих и сильных СМИ России.

С.КОРЗУН: А по сути того, что было сказано, вопрос о ПРО. Нашли эту программу. Очевидно, 4 января, Коновалов и Гольц в качестве экспертов, не сотрудники радио «Эхо Москвы» в эфире...

М.ШЕВЧЕНКО: Коновалов – Иван Павлович Коновалов.

С.КОРЗУН: Да, кажется.

М.ШЕВЧЕНКО: Из «Коммерсанта». Я очень хорошо знаю Ивана Коновалова. А, нет, это, наверное, другой – Александр Александрович, наверное, Коновалов. Ну, я не помню ту программу, я примерно знаю их позиции.

С.КОРЗУН: Нет, вопрос не в программе, да – в позициях этих людей.

М.ШЕВЧЕНКО: Да. Мне кажется, что тут и позиции абсолютно нормальны с точки зрения и с масштаба зрения человека, который долгие годы был верховным главнокомандующим, сейчас является членом Совета безопасности и председателем правительства, видение перспектив приближения вооруженных группировок, в том числе группировок, способных покрывать, по его словам, зоны пуска наших ракет – они несколько отличаются от оценки тех же самых событий и перспектив с точки зрения журналистов, которые, в принципе, не несут никакой ответственности ни перед страной, ни перед народом. И в случае войны журналисты как говорили, так и будут говорить. Ну, там, кто-то по эту сторону фронта, кто-то по ту сторону фронта. Памятуя даже Великую Отечественную войну, мы помним, как разделилось все там у нас. Даже Абдурахман Авторханов перешел на немецкую сторону. А люди, которые отвечают за политическое будущее страны, которые будут давать приказы в том числе и о пуске ракет или о непуске ракет, о войне до победного конца или о капитуляции, они, естественно, по-другому видят эту ситуацию. Путин с этой позиции человека, несущего ответственность за страну, за ее безопасность и за историю, и говорил.

С.КОРЗУН: Максим Шевченко, напомню, гость программы «Особое мнение». Продолжаем милитаристскую тему. Сообщение от нашего слушателя: «Максим, в своем блоге в конце 11-го вы написали, что сгущаются тучи и близится Третья мировая война. Скажите, пожалуйста, за прошедший период война еще приблизилась? Или Россия развела грозовые тучи. запустив РЛС в Калининграде?» И сразу скажу, что я запускаю голосование. Вопрос для него достаточно простой, вопрос к тем, кто смотрит эту программу по Сетевизору, могут ответить «Да» или «Нет» на вопрос «Близится ли мировая война?» Как по ощущениям наших слушателей и зрителей и сравним это с вашими ощущениями. Действительно, у вас есть это предчувствие войны?

М.ШЕВЧЕНКО: Мы без рекламы работаем?

С.КОРЗУН: Делаем перерыв на рекламу и возвращаемся в студию через одну минуту.

РЕКЛАМА

С.КОРЗУН: Максим Шевченко, напомню, гость программы «Особое мнение», и говорим о близости или о далекости мировой войны.

М.ШЕВЧЕНКО: Да. Здесь с нумерациями только надо так, осторожно, потому что надо определиться, какая война является мировой, а какая, несмотря на ее ужасы и масштабность, мировой не является.

С.КОРЗУН: После Второй не было другой мировой?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну, вот, почему, допустим, война с Наполеоном (там несколько войн было циклических против революционной Франции) не является мировой? Хотя, в эту войну тогда были вовлечены, ну, все абсолютно силы старого мира, по крайней мере, западной цивилизации, кроме молодых США, которые, на самом деле, поддерживали революционную Францию и поддерживали Бонапарта. Англия, Россия, Австро-Венгрия, ну и так далее. Но она не считается мировой почему-то.

С.КОРЗУН: Александр Македонский вел мировую войну?

М.ШЕВЧЕНКО: Александр Македонский? Ну, тогда, собственно, в нее были задействованы 2 стороны фактически. Ну, 3. Там была Македония, которая вела войну против Эллады и оккупировала Элладу и потом атаковала Персию, и потом перешла вслед за Персией на индийские царства.

Но давайте из глубины веков перейдем к нашим временам. Очевидно, под мировой войной имеется в виду формирование двух трансконтинентальных блоков, которые противостоят друг другу. Вот, почему Первая мировая война является мировой? Там мы имели ось Германия-Австрия-Турция (Османская империя тогда еще), которая фактически пронизывала вот так, с севера до юга Европу и Азию, так вот разрывала ее такой линией. Плюс война шла в колониях, война шла на всех континентах, война шла в Африке, там были германские колонии Намибия, Танзания и так далее. Англичане оккупировали Соломоновы острова, которые были германскими. В войну с 1916 года включились США, после потопления Луизитании, сделав ее еще более масштабной.

Вторая мировая война – у нас нет сомнений, что она мировая, потому что в ней просто были 2 огромных блока, фактически европейский блок и не европейский блок, потому что вся Европа так или иначе присоединилась к Гитлеру после определенных проведенных им военных операций против Франции, Югославии и так далее.

С.КОРЗУН: Вы классифицируете, все же, по составу участников или по последствиям, которые?..

М.ШЕВЧЕНКО: Нет, я, конечно, только по составу, потому что тогда непонятно, почему мировой войной, допустим, не считается вьетнамская война или корейская, хотя в корейской войне не только же американцы принимали участие в боях на территории Кореи – там были и турецкие войска, и британские войска, и многие другие войска. Да и во Вьетнаме тоже были не только американцы. И австралийцы.

С.КОРЗУН: Но последствия, видимо, просто не имели такого значения для судеб всего мира в то время, как после Первой мировой, после Второй мировой карта мира была и, как бы, центр силы серьезно перекроены.

М.ШЕВЧЕНКО: Ну вот мне кажется, что сегодня, конечно, мы имеем сосредоточение определенного рода, как бы, ресурса. Условно говоря, есть евразийский некий блок, который я описал бы как Россию, Китай и исламские государства, часть исламского мира. В частности, Иран очевидно совершенно тяготеет и примыкает к этому блоку. И разбросанные в разных частях света страны, которые являются союзниками этого огромного и очень мощного по своим потенциалам континентального блока. Вот, его внешние, как бы, структуры можно описать через контр-БРИК, значит, Бразилия-Россия-Индия-Китай, да? Несмотря на противоречия между Индией и Китаем, все равно у этих государств, как ни странно, общие интересы. И им противостоит огромный такой западный блок, который просто хочет поставить мир, его ресурсы, его возможности развития под контроль элит Запада или тех элит, которые говорят от имени Запада, даже если они, допустим, представляют собой, не знаю там, эмира Брунея.

С.КОРЗУН: В чем яблоко раздора? Экономика, деньги, мировое влияние?

М.ШЕВЧЕНКО: Нет, власть. Власть – это больше, чем экономика, чем деньги.

С.КОРЗУН: Власть над чем?

М.ШЕВЧЕНКО: Власть над миром.

С.КОРЗУН: Над ресурсами?

М.ШЕВЧЕНКО: После Второй мировой войны Европа была разгромлена и уничтожена. Я сейчас не описываю преступления гитлеризма, которые были чудовищны. Но, в целом, Гитлер сделал то, о чем говорил Наполеон, то, что сделал потом Европейский союз через десятилетия после смерти Гитлера, причем по тем же самым лекалам, как это делала гитлеровская Германия, там, с суверенным государством Словакия, отделением ее от Чехии и так далее, и так далее, и так далее.

Он создал блок европейских держав, которые бросили вызов, потому что и Петен, и остальные лидеры фашистской Европы тогда, которые поддержали Гитлера, поддержали его не из страха, а потому что он, Германия стала лидером создания континентального блока европейского, который бросил вызов англосаксонскому миру и американскому миру, который, ну, условно говоря, несмотря на противоречия между Великобританией и США, выступил единым таким целым.

Борьба шла за влияние на Советский Союз. В итоге англосаксонское влияние на Советский Союз победило, благодаря, в частности, и авантюристическим действиям Гитлера летом 1941 года. Вот тогда Европа, которая объединялась под лозунгом национализма, фашизма, разных типов национального социализма, которые были в разных странах свои, она потерпела чудовищное поражение и понесла огромные человеческие потери, была разгромлена, ее экономика, ее города лежали в развалинах, и ее потенциал творческий, человеческий был уничтожен де-факто. Ну, по крайней мере, в самой сильной части, в Германии. И все процессы возрождения Европы, ее развития были поставлены под контроль Великобритании, США и Советского Союза как союзников.

С.КОРЗУН: То есть вы считаете, что проиграла в этой войне Европа, а не гитлеровская Германия?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну, она была... Дело в том, что проект Наполеона ничем не отличался от проекта Гитлера. Проект объединения Европейского союза – он отличается от наполеоновского и гитлеровского проектов только тем, что он не включает в себя в отличие от гитлеровского проекта оголтелого антисемитизма, оголтелого нацизма и оголтелого национализма. Он строится как союз элит и такого некоего единого финансового интереса наднационального, который отсутствовал у Гитлера и у Наполеона, поскольку, в частности, и бонапартизм, и гитлеризм говорили о подчинении финансовых структур неким интересам национального государства. По крайней мере, у Гитлера это было так, у фашистского проекта. У Наполеона там были чуть более сложные отношения с финансовыми инвесторами всего этого дела – у Наполеона была постоянная нехватка денег. Так или иначе проект континентальной Европы как оппонирующей американскому был, есть и будет.

Россия здесь всегда была некоей третьей силой, которая...

С.КОРЗУН: То есть не часть Европы, а третья сила?

М.ШЕВЧЕНКО: Нет, она никогда не была частью Европы. Проблема России в том, что элита российская постоянно, по крайней мере, с петровских времен, а, может быть, даже со времен его отца или со времен смуты, когда у нас тут сел Лжедмитрий, который, возможно, и был сыном, на самом деле, Ивана IV, как говорят многие историки, но который, конечно, получил легитимность через польское, то есть европейское политическое давление и прямую интервенцию. С этого момента российская элита всегда хотела ощущать себя частью Европы, но страна себя таковой не ощущала. Отсюда, на мой взгляд, и разинское, и пугачевское восстание, и кавказская война, и борьба... Один историк недавно написал книгу «300 лет гражданской войны в России». Борьба народов страны против правящих элит. Правящая элита хочет быть частью европейского пула, западного пула, как бы, включенной в эту клубную систему, раньше систему аристократическую, потом демократическую и так далее.

С.КОРЗУН: А низы этого не хотят?

М.ШЕВЧЕНКО: Но народ-то и правящая элита воспринимает как просто способ получения дохода и энергии. Маркс об этом очень хорошо сказал (по-моему, это был Маркс), что Россия была слабейшим из империалистических хищников, которым было позволено грабить другие народы, стоящие еще на более низком уровне, но при этом пресмыкаться перед более сильными империалистическими хищниками. Это позиция правящей элиты, которая в том числе и сегодня по-прежнему продолжается и в позиции всех тех, кто говорит о том, что Россия – часть Европы. А Россия – это отдельный исторический проект.

С.КОРЗУН: Услышали. Вернемся к вопросу, который, все-таки, был поставлен в сегодняшний день. Есть ли у вас предчувствие войны? Близится ли мировая война?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну, она не мировая. Просто американцы громят поочередно исламский мир, ставя под контроль энергетические ресурсы его, оккупируя энергетические ресурсы, которые находятся на территории исламского мира, в частности, в зоне Персидского залива. Я не считаю это мировой войной – я считаю это способом отрезать Китай, например, от энергоресурса, потому что Иран... Можно сколько угодно вопить, что он какое-то страшное государство. Достаточно побывать там, чтобы понять, что это не страшное государство. Но главная вина Ирана в том, что он является одним из самых больших энергопоставщиков китайской экономике.

С.КОРЗУН: То есть вы отказываетесь от ваших слов, что сгущаются тучи, близится Третья мировая война?..

М.ШЕВЧЕНКО: Тучи сгущаются... Знаете, если бы в 12-м году, наблюдая кровавую борьбу сербов, болгар, греков и турок за, казалось бы, маленькие Балканы, кто-нибудь сказал (а тогда многие говорили) «Сгущается мировая война», это не противоречило бы тому, что в этом не участвуют прямо великие державы. Но великая держава США участвует в постепенной оккупации. Задача американцев и Запада – не позволить создаться военному блоку, который оппонировал бы этой оккупации. Вот я считаю, что в данной ситуации подобный военный блок, военный союз – будет ли это превращен ОДКБ в такой союз с присоединением к нему Ирана или ШОС – он послужил бы просто барьером на пути тех, кто ведет оккупацию самых важных ресурсов мира в пользу одной силы. Вот, я как раз думаю, что так как Россия должна будет неизбежно отреагировать на военную акцию против Ирана, я надеюсь, что эта реакция будет союзническая по отношению к Ирану, который всегда был союзником нашей страны, то думаю, что таким образом Запад, подталкивая Россию к этой реакции, провоцирует, конечно, Третью мировую войну. Потому что со вступлением России в прямую конфронтацию, война, конечно, примет необратимый характер.

С.КОРЗУН: Максим Шевченко, напомню, гость программы «Особое мнение». Подводим итоги голосования. Почти 2/3, 63% как и вы сейчас сказали, ответили «Нет» на вопрос, близится ли мировая война. Тем не менее, 37%, чуть больше 1/3 из 1700 проголосовавших думают, что мировая война близится и тучи сгущаются, на самом деле.

Вопрос от слушателя: «Уважаемый Максим, чем должен ответить Иран на убийство своих граждан, физиков-ядерщиков?»

М.ШЕВЧЕНКО: Иран должен ответить судом над всеми разоблаченными террористами и убийцами, которые будут арестованы на территории Ирана. Какую меру наказания им выберут, смертную казнь или высылку из страны, или что-либо другое, это выберет сам справедливый суд иранского народа. Но, безусловно, Иран должен, мне кажется, ответить мобилизацией своих сил как на дипломатическом уровне, то есть усилением попыток сближения, в том числе в плане военно-политического союза со своими стратегическими союзниками, Россией и Китаем.

С.КОРЗУН: Еще один вопрос короткий (до перерыва одна минута): «Как вы относитесь к процессам в отношении Тимошенко?»

М.ШЕВЧЕНКО: Я уверен, что Тимошенко как и каждый из капиталистов и, тем более, либеральных капиталистов ее плана, выросших из комсомольцев, является грабителем и бандитом по отношению к собственному народу. Поэтому я уверен, что каждого капиталиста, который вырос в 90-е годы и состояние которого выросло, есть за что судить, а именно за ограбление населения. Но суд над Тимошенко напоминает политическую расправу при всем при том, что, еще раз подчеркну, ее, наверняка, есть, за что судить. Уверен, что тех, кто ее судит, тоже есть, за что осудить за 90-е годы, потому что они не являются защитниками и заступниками украинского народа в том виде, как они пытаются это показать.

С.КОРЗУН: Максим Шевченко – гость программы «Особое мнение». Продолжим после новостей на «Эхе» и рекламы.

НОВОСТИ

С.КОРЗУН: Напомню, что сегодня вечером мы принимаем Максима Шевченко. Максим, вы не раз говорили о том, что каждый журналист должен иметь гражданскую позицию. О вашей гражданской позиции. Вот в этой предвыборной кампании вы с кем?

М.ШЕВЧЕНКО: Сейчас прежде чем ответить на ваш вопрос, я просто вспомнил, я недоответил на вопрос о том, как должен поступить Иран. Я не знаю, как должен поступить Иран, но я знаю, что те страны, вина которых в убийстве физиков и ученых будет доказана, должны быть объявлены террористическими и, в частности, Россия должна взять под особый контроль их дипломатов и журналистов, представляющих эти страны, потому что с террористами и бандитами, которые официально убивают ученых в другой стране, никаких нормальных дипломатических отношений быть не может, вплоть до разрыва. И если эти страны не будут признаны террористическими, тогда я вообще не понимаю, что такое терроризм.

С.КОРЗУН: Жесткое послесловие от Максима Шевченко.

М.ШЕВЧЕНКО: Да. Теперь о гражданской позиции. Моя гражданская позиция такая. Я повторю это в миллион первый раз. Если на выборах были фальсификации (а я не знаю, были они или не были), то люди, которые эти фальсификации допустили, совершили уголовное преступление, которое мало чем отличается от таких преступлений как воровство, грабеж, бандитизм. Всякое уголовное преступление расследуется. В отношении человека, совершившего уголовное преступление, заводится уголовное дело, совершаются оперативные мероприятия, следствие передает в суд и так далее, в прокуратуру. Прокуратура выдвигает обвинения, суд выносит вердикт. Вот я хочу, чтобы все обвинения по фальсификациям, так как это обвинения в совершении уголовного преступления, были зафиксированы соответствующими органами, и в отношении них было или отказано гражданам, которые просят возбудить дела по этим делам, либо эти дела были возбуждены и доведены до суда.

С.КОРЗУН: Сами видеоролики вас не убеждают?

М.ШЕВЧЕНКО: Слушайте, ну я же не знаю, что это за видеоролики, кто их снял, когда их снял, как их сняли, являются ли они смонтированными или не смонтированными? Я допускаю с огромной долей вероятности 99%, что это правда, что были фальсификации. Допускаю. В некоторых регионах России я просто... И, вот, я знаю, что... Ну как? Слухи. У меня есть сведения, которые являются слухами в данном случае, о фальсификациях массовых. Я хочу, чтобы каждое такое обвинение было доказано, и человек, в нем повинный, был наказан с точки зрения уголовно-процессуального кодекса РФ.

С.КОРЗУН: Гражданская позиция понятна. А политическая позиция? Вы с кем?

М.ШЕВЧЕНКО: С кем – вы что имеете в виду?

С.КОРЗУН: На этих выборах. За кого будете голосовать, хотя бы для начала? Или за кого будете агитировать? Готовы ли за кого-то агитировать?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну, я всегда буду агитировать за продолжение сильного государства в России, за установление федерации, за подлинные законы и соблюдение прав человека по регионам. Я всегда буду выступать против доминирования силово-ментовского блока, который в некоторых регионах смыкается с бандитскими просто структурами. В некоторых регионах можно назвать ментовско-бандитская власть, особенно в некоторых регионах Кавказа, которая действует параллельно даже по отношению к местной государственной исполнительной власти, которой не подчиняются силовые структуры. Я буду выступать всегда за свободу политзаключенным, в частности, не только как написал Владимир Рыжков на сайте «Эха Москвы», где он фактически политзаключенными назвал только осужденных за экономические преступления. А я считаю, что в России есть тысячи политзаключенных – это в том числе люди, которые осуждены по 282-й статье «Разжигание национальной розни». Среди православных узников совести я назову Константина Душенова, которого осудили и бросили в тюрьму за его высказывания. Я, будучи даже не согласен со многими его высказываниями, все равно считаю, что он должен быть освобожден. Я считаю, что должны быть рассмотрены мотивы и причины событий 13 октября 2005 года в Нальчике. По крайней мере, заявления подсудимых на процессе 58-ми о том, что их вынуждали к этому террором, насилием и оскорблениями сотрудники силовых структур, о том, что министр внутренних дел Кабардино-Балкарии Шагенов говорил одному из них, ну и многим говорили «Что ж ты не хочешь стать шахидом, в лес не уходишь, за оружие не берешься?» Роль и связь Министерства внутренних дел Кабардино-Балкарии и слухи, информация о приезде Шамиля Басаева под охраной сотрудников МВД в Кабардино-Балкарию тогда. Вот, без учета всего этого я буду считать это все расправой. Этих людей, даже тех, кто взялся за оружие против ментовско-бандитского произвола, в некоторых регионах политическими узниками. И я хочу, чтобы все их дела были пересмотрены, рассмотрены и чтобы в стране настала настоящая линия, встала линия на национальное примирение.

С.КОРЗУН: С кем вы персонифицируете?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну, я считаю, что сильная власть, сильное государство, власть, которая не будет подменять закон произволом, власть, которая будет стоять на позициях защиты национальных интересов страны, способна обратить внимание на эти моменты и пересмотреть эти моменты.

С.КОРЗУН: Кто персонально, Максим? Или вы не готовы сказать?

М.ШЕВЧЕНКО: Я не готов сказать на этот вопрос, потому что я считаю, что есть, безусловно, один лидер на президентских выборах, поэтому бессмысленно говорить о том, за кого. Я считаю, что правильно сейчас говорить о том, что мы хотели бы, чтобы этот лидер, фаворит президентской гонки в случае бы своей победы изменил в стране.

С.КОРЗУН: Многое из того, о чем вы говорили, этот лидер не обедает изменить.

М.ШЕВЧЕНКО:Ну, может быть, он об этом просто не знает? Вот я ему говорю: «Владимир Владимирович, в стране тысячи заключенных. Я вас прошу возглавить политику национального примирения в стране, пересмотреть дела по отношению к тем людям, которые стояли в том числе с оружием в руках, пересмотреть дела по отношению к тем, кто обвиняется по 282-й статье или по статье Терроризм. В Чеченской республике ваши действия привели к миру, политика амнистии. Я считаю, что амнистия должна быть применена в Дагестане, в Кабардино-Балкарии, в Ингушетии, в Бурятии, в Татарстане, в других регионах страны по отношению к тем, кого ваши силовые органы карательные называют исламской ваххабитской оппозицией. Я считаю, что вы можете быть тем человеком, который может возглавить процесс национального примирения и повернуть ситуацию в другую сторону». Это мой наказ лично как избирателя.

С.КОРЗУН: Вопрос от слушателя: «Не планируете ли вы в противовес оппозиции создать свою партию по примеру неоконсерваторов в Америке? Думаю, процентов 10-15 в Думе были бы ваши», - считает Ангол.

М.ШЕВЧЕНКО: Я не являюсь неоконсерватором, потому что неоконсерваторы – это люди, стоящие на либерально-монетаристских позициях, которые полагают, что ради интересов получения определенных дивидендов от финансовых спекуляций можно устраивать в мире так называемый управляемый хаос. Я не монетарист и не либерал, верящий в деньги как в главный ресурс и главное энергетическое, как бы, сырье мира. Я верю в дух, верю в человеческую традиционалистскую позицию, я верю в опыт, который формализуется в том числе и в религии, и формализуется в традициях народов. И я, конечно, человек, не отрицающий ни в коем случае ни частную собственность, ни свободное предпринимательство, вместе с тем считаю, что в такой стране как Россия государство должно обеспечивать принципы социальной справедливости вплоть до широких элементов социализма.

С.КОРЗУН: «На митинги в поддержку кого или чего вы бы пошли?» - интересуется Дзиговертов.

М.ШЕВЧЕНКО: Я бы пошел на митинг в поддержку честных выборов, но не под контролем господ, которые ходят на поклон к американскому послу и которые открыто говорят о своем желании развалить мою страну по сценарию 1991 года.

С.КОРЗУН: 4-го февраля не собираетесь идти?

М.ШЕВЧЕНКО: Не, 4 февраля по-прежнему те же самые люди. Потом это уже не за честные выборы – это митинг просто антипутинский по своей структуре. То есть в данном случае это митинг, задача которого сорвать развитие государственной политической системы в России. При том, что я отношусь с критикой ко многим действиям особенно силового блока правительства, я не считаю для себя возможным содействовать деструктуризации, развалу и гибели моей страны в данной ситуации.

С.КОРЗУН: Последний, видимо, вопрос. Вы сами упомянули американского посла. «О чем бы вы поговорили с мистером Макфолом?» - спрашивает вас наш слушатель.

М.ШЕВЧЕНКО: У меня была такая возможность. В марте прошедшего года я был по приглашению Никсоновского центра в Вашингтоне, читал лекцию. и после этой лекции у меня была часовая, с лишним даже (больше часа) встреча в Госдепартаменте с господином Макфолом. Мы говорили о ситуации в России. Ну, он проводил со мной экспертную встречу, задавал вопрос, как я вижу развитие демократии. Я тогда сказал, что для развитии демократии, мне кажется, правильно было бы, допустим (ну, тогда это, летом), чтобы Путин и Медведев вышли оба на предвыборную президентскую гонку и чтобы Медведев возглавил так называемый либеральный электорат, а Путин – более консервативный. Что это содействовало бы легитимности российской власти. В этой ситуации победил бы, я не знаю, кто – может быть, Путин, а, может быть, и Медведев, кстати. Но это укрепило бы легитимность российского государства. Это была моя позиция. Потом он спрашивал меня о перспективах правой партии, и я тогда сказал, что... Ну, там обсуждалась и фигура Кудрина (это еще в марте). И я сказал, что все возможно, но я не верю в электоральный потенциал Кудрина ни с какой точки зрения равно как и какого-либо другого олигарха, и считаю, что либеральная часть общества сейчас не способна создать единую политическую силу в лице правой партии. Говорили еще о разных других вещах. В частности, мой тезис был следующий, что я хотел бы, чтобы те принципы демократии, которые декларированы в американской Конституции для внутреннего американского пользования, американцы применяли, в частности, и по отношению к другим странам, в частности, и к Палестине, к Ирану и к России.

С.КОРЗУН: Ну что ж, не только Вашингтон консультирует Москву, но и Москва работает на развитие американской демократии. Максим Шевченко был гостем программы «Особое мнение». Спасибо. Всего доброго.