Ирина Воробьева - Особое мнение - 2011-07-07
Н.АСАДОВА: 19 часов и 8 минут в Москве, у микрофона Наргиз Асадова. Сегодня мы с вами должны, в общем-то, слушать особое мнение журналиста Максима Шевченко, но он в связи с московскими пробками опаздывает, поэтому я с удовольствием представляю вам Ирину Воробьеву, ведущую «Эха Москвы». Пока нет Максима, мы с ней обсудим важнейшие темы сегодняшнего дня. Привет, Ира.
И.ВОРОБЬЕВА: Да, привет, Наргиз.
Н.АСАДОВА: Сразу скажу все средства связи. SMS +7 985 970-45-45, также у нас на сайте вы можете нас наблюдать с разных ракурсов с помощью Сетевизора, там же есть форма отправки сообщений в твиттер, и еще прочие разные возможности отправлять сообщения. Ну и, конечно же, так называемая кардиограмма эфира за спиной Иры.
И.ВОРОБЬЕВА: Которая уже упала вниз. (смеется)
Н.АСАДОВА: Поддержите вы Иру или не поддержите, это мы прямо в прямом эфире увидим. Начнем, наверное, с последней новости из Белоруссии, то, что президент этой страны Александр Лукашенко предложил выдать всех оппозиционеров Евросоюзу.
И.ВОРОБЬЕВА: Я бы даже сказала, не выдать. Там такая цитата очень интересная. Вот, я просто по сайту «Эха Москвы» цитирую. Он говорит, что готов отпустить узников, приговоренных к тюремным срокам (ну, это по декабрьским событиям после президентских выборов, когда там люди получили реальные уголовные сроки).
Н.АСАДОВА: И Ирина Халип, наша коллега, журналист.
И.ВОРОБЬЕВА: И Ирина Халип, да, и ее муж, который остался в тюрьме. Он говорит так, Лукашенко (цитирую): «Посажу на самолет и переброшу туда. Пусть забирают».
Н.АСАДОВА: Это была просто красивая фраза или это предмет торга за что-то с европейцами, как ты думаешь?
И.ВОРОБЬЕВА: По поводу торга. Значит, он, во-первых, сказал, что не исключает, что в Евросоюз будут высланы и те участники акций протеста, вот, молчаливых, которые каждую среду проходят. По поводу торга было предложение Варшавы раньше отпустить политзаключенных в обмен на помощь в преодолении экономического кризиса. Он сказал, что отвергает все эти предложения, торговаться с ЕС он не намерен, зато всех готов отправить туда, пожалуйста. «Забирайте, - говорит он, - мне, мол, такие граждане не нужны просто».
Н.АСАДОВА: Вот, веришь ли ты ему? Ты давно достаточно освещаешь события и, в частности, в Белоруссии...
И.ВОРОБЬЕВА: Была на месте политзаключенных, так что, в общем, с Лукашенко мы близко знакомы, можно сказать.
Н.АСАДОВА: Да. Веришь ли ты этому человеку?
И.ВОРОБЬЕВА: Ну, мне кажется, что это, конечно, такое, сгоряча, потому что Евросоюз так вступается и давно вступается, и были санкции, да? Потом Европа вообще потеплела к Лукашенко перед выборами, все было очень мило. И, вот, сейчас они опять начали вступаться и грозиться, и предлагать, и торговаться. И мне кажется, что это просто такое, вот, мол отстаньте вы от меня, мол это моя страна, отстаньте. Если вам так нужны конкретные эти люди, да забирайте вы этих своих людей. Но мне кажется, что все это ничем не закончится.
Н.АСАДОВА: А, вот, кстати говоря, по поводу такого жеста, выслать этих людей. Эти люди, вообще-то, борются за свою родину, за Белоруссию уже не первый год. И несмотря на все там угрозы со стороны Лукашенко и его режима, они хотят остаться в этой стране. Как он так решает за них?
И.ВОРОБЬЕВА: Ну да. Я не знаю, честно признаться, таких тонкостей белорусского законодательства, может ли он взять и запросто граждан этой страны куда-то выслать, то есть фактически лишить гражданства. Не знаю белорусских законов на этот счет. Но мне кажется (и отвечать за тех людей, которые сидят в тюрьмах, мне, конечно, тоже не хотелось бы), но мне просто по внутреннему ощущению, если человек не боится тюремного срока, если он не боится побоев, если он ничего не боится и, все-таки, борется, то, наверное, он никуда не уедет.
Н.АСАДОВА: Ну, вот, зная Иру Халип, я могу сказать, что, вот, я с трудом представляю себе, как она согласилась бы: «А, да, поеду жить в Европу».
И.ВОРОБЬЕВА: Ну чего? Действительно.
Н.АСАДОВА: У нее была масса возможностей так поступить, но она выбрала остаться в Белоруссии и бороться за свою страну. Вот, в связи с реакцией Евросоюза, Европарламента в частности, тоже сегодняшняя новость то, что Европарламент принял резолюцию уже по поводу России и предстоящих российских выборов в парламент. В частности, осудили то, что Партия народной справедливости, партия Парнас не была зарегистрирована на выборах, а также потребовал – именно там такая формулировка, именно очень жестко – потребовал от российских властей гарантировать честные и свободные выборы в Госдуму. Ну, соответствующая реакция МИДа РФ, что это вмешательство, грубое вмешательство в российское законодательство. А ты как это рассматриваешь?
И.ВОРОБЬЕВА: Ну, если честно, мне тоже кажется, это грубое вмешательство в российское законодательство, потому что они могут наблюдать за нашими выборами, они могут приезжать и говорить после этого, что выборы не были демократическими, могут их вообще не признавать. Но! Сегодня, если я не ошибаюсь, в «Коммерсанте» была публикация на тему Немцова и Касьянова, которые находились как раз там, там выступали. И там депутат Государственной Думы (честное слово, сейчас не вспомню фамилию) говорил о том, что мы вообще не обязаны слушаться, как-то реагировать и исполнять резолюции конкретно Европарламента, поэтому он говорит, что они могут принять хоть 33 резолюции, но мы не обязаны их исполнять.
И мне кажется, что Европарламент, конечно, перегибает палку. Потому что когда Страсбургский суд, например, говорит о том, что незаконно не зарегистрировали партию Рыжкова и аргументированно говорит о том, что вот здесь были нарушены права и так далее, это нормально, да? Когда же Европарламент говорит, что, мол, «вы зря не зарегистрировали Парнас и давайте немедленно регистрируйте, и только тогда будут честные выборы», мне кажется, это как-то уже грубовато со стороны Европарламента по меньшей мере.
Н.АСАДОВА: Ну а мы знаем, что главы партии Парнас (их несколько, таких лидеров, которых мы знаем)...
И.ВОРОБЬЕВА: Четыре.
Н.АСАДОВА: Да. Они собираются обжаловать это решение в российских судах. Ну, так, наверное, можно спрогнозировать, что вряд ли российские суды встанут на их сторону. Как ты думаешь, пойдут они дальше до Страсбурга и что в Страсбурге будет?
И.ВОРОБЬЕВА: Насколько я понимаю, вообще для Парнаса довольно сложное было решение, тяжелое решение о том, что они будут бороться за справедливость в российских судах. Но раз они такое решение приняли и пойдут в российские суды, ну, вот, сказали же им, что, мол, «ну, наверное, что-то не так, но вы переделайте документы и мы, мол, вас зарегистрируем». Так что вряд ли российские суды признают, что что-то не так сделал святой Минюст. Вряд ли. Да? Но, может быть, им дадут вторую попытку, которая нужна им, не нужна – посмотрим.
Н.АСАДОВА: Это было особое мнение Ирины Воробьевой. Мы сейчас прервемся на одну минуту рекламы, а с Ирой попрощаемся, потому что...
И.ВОРОБЬЕВА: И на этом месте окажется другой человек.
Н.АСАДОВА: ...Максим Шевченко пришел в гости к нам.