Особое мнение - 2011-05-07

А.ВЕНЕДИКТОВ: Здравствуйте. В прямом эфире «Особого мнения» - Алексей Венедиктов. Владимир Кара-Мурза находится в отпуске в этих днях, и, как обычно, перед майскими праздниками придётся его заменять и поговорить вместе с вами о том, что произошло на этой неделе.

Конечно, вы можете присылать свои sms-ки:

+7 (965) 970-45-45. Задавайте темы и вопросы.

Это программа «Особое мнение», и здесь я не отвечаю на вопросы функционирования радиостанции «Эхо Москвы».

Для тех, кому интересно, завтра, в 18 часов, поскольку отсутствует Елена Афанасьева, вот мы проведём передачу «Без посредников», и там задавайте мне вопросы по работе радиостанции. Сейчас же – только вопросы, скажем, скорее политического характера. Это первое.

А второе – вы можете ещё, конечно, наблюдать меня, если вам это доставляет удовольствие, на «РУ-тюбе» и с помощью компании «Сетевизор» на нашем сайте.

Смотрите и пишите мне через «Твиттер», через

«@ vyzvon». Вперёд! Поехали!

Я хотел бы затронуть, может быть, сначала одну тему, которая, наверное, не шибко поднималась сейчас ни в эфирах телестанций, радиостанций Российской Федерации, ни даже в газетах, потому что и событий было много других, и, может быть, кажется, более важных, но и потому что, на самом деле, кажется, что мы недопонимаем, что происходит вокруг нас.

Значит, на этой неделе, буквально вчера, закончились выборы в региональные парламенты Великобритании.

Напомню вам, что Великобритания состоит из нескольких частей. И, в частности, на выборах в парламент Шотландии победили шотландские, скажем так – националисты, - Национальная партия Шотландии.

Она впервые за всю историю парламента, а парламент был создан всего-навсего 12 лет тому назад. Она впервые получила абсолютное большинство голосов – 65 из 129-ти. И лидер победившей партии, нынешний премьер-министр, он просто заявил о том, что в течение пяти лет будет проведён референдум о независимости Шотландии.

И дело не в том, что Шотландия выскажется за независимость и за выход из Великобритании. На сегодняшний день опросы показывают, что только 27% жителей Шотландии являются сторонниками независимости. Хотя, повторяю: партия победила на выборах.

А дело в том, что вообще в Европе существует сейчас другая повестка дня, в Европе и в Соединённых Штатах Америки. Вот мы с вами с таким азартом разговариваем о том, что Путин, и мы об этом поговорим, конечно, объявил о создании Общенародного Народного Фронта. Мы с азартом говорим о возможном снятии председателя Совета Федерации господина Миронова, и тоже об этом, безусловно, поговорим.

Мы даже там с упорством, достойным лучшего применения, на мой взгляд, говорим о Системе Противоракетной Обороны, о коварстве наших возможных союзников, которые приближаются к нашим границам.

В Европе другая повестка дня. А повестка дня называется словом: «Мультикультурность». Что делать в новом глобальном мире? Как устраивать жизнь в условиях столкновения цивилизаций? Или, вернее, столкновения традиций. Потому что это не цивилизации сталкиваются, это не армии сталкиваются. Это в одном месте оказываются люди с разными контурами поведения. Что одни считают правильным, другие считают неправильным. Что одни считают вызывающими, причём, искренне считают, не потому, что они там делают некую политическую карьеру, хотя и этого хватает. Просто искренне, традиционно – вот наши семьи всю жизнь там резали баранов во дворе нашего дома, и мы будем резать баранов. А жители этого дома говорят: «Нет, вы уж приехали сюда…». Ну, и так далее.

Я думаю, что слушателям «Эха Москвы» не надо объяснять, что такое мультикультурность. И вот это настоящий вызов современным государствам, нашим соседям, и это настоящая повестка дня, которая, уверяю вас, обсуждается там на всех уровнях – от премьеров и президентов до советников по национальной безопасности.

Недавно они встречались там, в Европе, а советники премьер-министров и президентов снова это обсуждали.

Мы же рассматриваем это, как некий изолированный случай. Наши власти говорят о том, что мы всегда жили в мире и дружбе, значит, на Луне, грубо говоря. Это не так, это совсем не так! Говорю вам как бывший историк. Это гораздо более сложные шли процессы: и ножами резали, и такими мини-геноцидами занимались. И вырезали. И просто плохо мы знаем с вами историю и второй половины Х1Х века, и эпоху колонизации, скажем, Средней Азии. Да и эпоху колонизации Сибири, в общем-то, знаем плохо. И потом мы удивляемся, почему бывшие советские республики с такой лёгкостью отвалились от матушки-России, считай от Советского Союза. Причём, Референдумы, проведённые в этих республиках за независимость, давали значительную процентовку голосов, при свободе высказывания мнений. Это проблема, которая стоит и перед нашей страной. И вот повторяю, возвращаясь к темам мультикультурности, значит, надо понимать, что нас объединяет, и что нас разъединяет. И в этой связи, конечно, понятно, что, давайте вернёмся к тому, что заявляет в последнее время национальный лидер, как его называют его сторонники, - Владимир Путин. Хотел бы процитировать. Боюсь, что сейчас не взял листочек.

Но речь идёт о том, что нас всех объединяет патриотическое воспитание. Понимаете?

У Владимира Владимировича странные представления о том, что школьные учебники, школьные учебники истории, прежде всего, могут чего-то там воспитать.

Отвечаю ответственно: Владимир Владимирович! Не могут. Может быть, в советское время, как Вы говорили сегодня, или вчера, вернее, могли, потому что школьники не имели доступа к другим сегментам информации, к другим взглядам на те или иные события.

Знаете, я был совершенно потрясён, когда в институте уже нам преподавали в большем объёме историю уже не Великой Отечественной войны, а Второй Мировой войны. Я был совершенно потрясён тем, как, собственно говоря, понимали эту войну, скажем, британские консерваторы. Или как принимало эту войну и как боролось польское сопротивление, разделённое на армию Людова и армию Крайова. Это сейчас мы всё знаем. А тогда мы смотрели «Четыре танкиста и собака» и не понимали: а чего там, собственно, происходит? Как случилось, что они оказались в Сибири эти поляки, из которых потом армия была.

Сейчас, слава Богу, те, кто хотят знать, они имеют неограниченный доступ к разного рода информации, конечно же, и к разного рода дезинформации. Здесь я как бы не могу не согласиться с Владимиром Путиным о том, что в Интернете существует иногда целенаправленно, иногда нецеленаправленно дезинформирующее начало. То, что можно назвать таким расширенным флешмобом. Но при этом должен вам сказать: ничего, ничего, историческая истина она всё равно берёт верх. И патриотическое начало возникает не от того, что сделали наши деды, а от того, что мы видим вокруг себя. И вот здесь абсолютно точно могу сказать Владимиру Владимировичу, что конец Советского Союза, прежде всего, определялся тем, что люди читали в газетах и в учебниках истории одно, а видели вокруг себя совершенно другое.

Люди много могут простить, а лжи они себе – каждому лично, отдельно, не простят. Поэтому некие такие пафосные вещи они всегда хороши для сиюминутного, одномоментного подъёма и сплочения против настоящего врага, или против мнимого врага. Это так же, как с историей с нашим национальным праздником 4 ноября. Упаси меня, Господи! Такой уж национальный праздник – ничего не произошло 4 ноября, ни-че-го! Но тогда нужно было придумать, чтобы «помочить» поляков в общественном сознании. Ну, придумали! Давайте теперь придумаем, или что-нибудь грузины сделали, или эстонцы, или американцы. И сделаем это национальным праздником.

Владислав Юрьевич придумает чего-нибудь, календарик полистает. Послушает программу «Ну, и денёк!». Ему полезно, наверное. Вот. Поэтому, возвращаясь к главной проблеме, о которой, кстати, говорил Путин. Путин же сегодня говорил о вызовах следующей эпохи. Он говорил о коррекции политики, он говорил, для чего он создаёт «Общественный Фронт» этот общенародный. Мы с вами ещё об этом поговорим.

Так вот, возвращаясь к этой мысли, я хочу вам сказать, что история, связанная с так называемой мультикультурностью, она была такая очень сложная.

Вот Раиль из Казани мне сейчас пишет. (Я напомню, что можно писать: +7 (985) 970-45-45). «Пример успешной мультикультурности – это, на мой взгляд, Татарстан».

Ну вот, Раиль, Вы, конечно же, были бы правы, если бы я не знал, что происходило на прошлой переписи в Татарстане. Как шла эта перепись, как шла борьба и продолжает идти борьба за преподавание на татарском языке, за ЕГЭ на татарском языке.

Если бы у вас, и у ваших соседей в Башкирии не шёл спор о том, вы один народ, или два разных народа.

Послушайте! Ещё раз повторяю: можно себя обманывать, сколько угодно. Нельзя закрывать глаза на проблемы, проблемы, связанные с сохранением культуры, с одной стороны, культуры, языка, идентичности. И, с другой стороны, готовностью раствориться в другой культуре.

Вот приезжают люди, которые привозят другие традиции. Приезжают они в ваш замечательный город – в Казань. Селятся отдельным кварталом, предположим, постепенно, конечно. Начинают делать то, что вам, по вашим взглядам, традиционным, не политическим, невыносимо, невыносимо!

Вы, как? Чего будете демонстрировать?

Ну, можно сказать: мы, конечно, будем терпеть. Конечно! Конечно же! Сказать можно, терпеть нельзя.

Вот эта история она же возникла не просто так. Она же возникла одновременно во многих странах.

Нельзя представлять, что мы с Вами, Раиль, живём на Луне, или на Марсе. Вот там вот всё так, а здесь – всё не так. Это совсем не так, мир стал глобален. Проблемы глобальны, угрозы глобальны. Вызовы глобальны. И ответы должны быть глобальны.

Вот я здесь совершенно в этом убеждён. Это, конечно, моё мнение, Вы можете с ним не соглашаться, но всё, что я говорю, это является моим мнением, и я, так сказать, это мнение, как в известной шутке: у меня есть мнение, и я его разделяю.

Напоминаю: вы слушаете «Эхо Москвы». Алексей Венедиктов заменяет сегодня Владимира Кара-Мурзу.

Вторая тема, это тема, связанная с замораживанием в швейцарских банках некоторых счетов российских граждан.

Эта тема связана с убийством Сергея Магнитского. Я повторяю: я считаю это убийством, причём, считаю это убийством предумышленным, целенаправленным. Я прочитал документы. Мы их, кстати, публиковали на сайте. А вы можете сами составить свою точку зрения. В общем, не нужно, может быть, как бы там прислушиваться к тому, что говорит там следственный комитет, или я говорю, или Юлия Латынина говорит. Или кто-то ещё. Надо взять документы и посмотреть, затем представить себя на месте либо члена семьи Магнитского, либо самого Магнитского. О том, как передаются лекарства в тюрьму, кстати, невинному человеку, потому что по закону он не осуждён был. Да? Он – подозреваемый. Как его убили, буквально убили, оставив без врачебной помощи. А куда они делись? А где это? Комиссия всё это сделала. Эта «Медведевская комиссия», так называемая «Медведевская комиссия», которая очень дотошно, я бы сказал, технически, а не политически расследовала это дело.

Давайте назовём его не Магнитским, а Иваном Ивановым. Давайте назовём это любым заключённым, я бы даже сказал больше – осуждённым. Но никого не осуждали на мучительную смерть без оказания врачебной помощи. Не упомню такого решения суда.

Так вот, возвращаясь к этой истории, я вам напомню, что действительно в так называемом «Списке сенатора Кардина», американского сенатора, который требует запретить въезд, в соответствии с этим списком, людей, причастных, как он считает, к смерти Магнитского, без всякого решения суда, - замечу я. Существует 7 (семь)! Сотрудников 28-й налоговой инспекции московской. Я вам не буду говорить там о сути возвращения НДС, я думаю, что есть люди, которые лучше меня об этом расскажут. Но суть заключается в том, что, значит, одна из руководителей этой самой налоговой инспекции, по имени Ольга Степанова, буквально через несколько дней после того, как из бюджета было возвращено подставной фирме 5,4 миллиарда, 5 миллиардов 400 миллионов рублей. После этого эта чиновница и её муж, по данным Инвестфонда «Эрбитаж», обогатились сразу на 39 миллионов долларов. При этом их собственная зарплата составляла совсем не много, как вы догадываетесь.

Так вот, значит, буквально, когда 6 мая, вчера, «российские граждане, банковские счета которых заморожены в Швейцарии в рамках дела Сергея Магнитского, больше не являются сотрудниками Федеральной Налоговой Службы», - сообщил РИА «Новости» Государственному Агентству официальный представитель ФНС.

Итак, ФНС подтверждает, что счета заморожены, и что эти граждане больше не являются сотрудниками ФНС. Значит, являлись.

Вернёмся через минуту.

(Реклама, анонсы).

Радиостанция «RTVi» и радиостанция «Эхо Москвы» представляют программу «Особое мнение».

А.ВЕНЕДИКТОВ: Итак, я напомню вам, что Владимир Кара-Мурза находится в отпуске. И я, Алексей Венедиктов, временно его заменяю, поэтому программа «Особое мнение».

Сегодня с вами мы говорим как раз о решении швейцарского прокурора. Оно тоже подтверждено. Швейцарская прокуратура подтвердила замораживание определённых счетов российских граждан.

Каким образом на них вышли? – А очень просто: значит, те самые квартиры, которые были куплены в Дубайе, в Объединённых Арабских Эмиратах, за 4 миллиона долларов, они были оплачены с этих счетов российских чиновников. Деньги, из которых на эти счета перешли, как я понимаю, с Багамских островов. И поэтому эти счета именно и были заморожены. Открыты они были, насколько я понимаю, эти секретные счета, были открыты (Ну, такие, цифровые), бывшим мужем Ольги Степановой. Конечно, они в разводе, это очевидно. Но очевидно то, что там за последние там три года уже после развода, они вместе выезжали на отдых одновременно. Это видно по их паспортам. Ну, и так далее. В общем, всё понятно дальше.

Значит, вот эта история она тоже чрезвычайно важна, потому что так называемый «Список Кардина», на самом деле, должен быть «Списком Медведева», там, или «Списком Путина». Потому что, люди, которые таким образом замечательно живут, посмотрите, там, человек является там начальником налоговой инспекции по Южному округу № 28. Понятно, что уровень их зарплат, очевиден. Могу вам сказать, что уровень их зарплат суммарный, официально показанный, составлял в годовом исчислении 38 тысяч долларов. Это годовой доход – 38 тысяч долларов. То есть, ну, грубо говоря, они получали вдвоём – она и муж, получали вместе 3 тысячи долларов. Для Москвы небольшая сумма, но значительная. И заплатили 39 миллионов! Это как? Расскажите нам, пожалуйста, о том наследстве, которое они получили.

Ну, в любом случае, значит, теперь этим будет заниматься Швейцарская прокуратура, но я должен сказать, что и Российский Следственный комитет не дремлет. И в

пресс-службе ФНС, может быть, вы это не помните, заявляют о том, что «возбуждено уголовное дело в отношении неустановленных лиц по факту совершения мошеннических действий, при возмещении ФНС № 28 по городу Москве», - заявил представитель ФНС. После возбуждения уголовного дела 11 января 2011 года госпожа Степанова уволилась просто.

Ну, и там будут проходить дальнейшие проверки. Я думаю, что это важная история. Я думаю, что это важная история, потому что в конечном итоге, вот Путин говорит: «Давайте проверять не только доходы чиновников, но и расходы». Ну вот, давайте проверим! Начните с этих! Начните со «Списка Кардина», например, там 60 человек. Проверьте их расходы, Владимир Владимирович за три года, например. Как это соответствует их зарплатам, и так далее.

Давайте, я временно перейду сейчас на sms-ки.

Значит, дальше меня спрашивают: как я отношусь к параду 9 мая? Это Света спрашивает.

Я хорошо отношусь к параду 9 мая, Света. Я уже говорил о том, что у меня два деда воевали. И, когда меня приглашают, я хожу на парад. И хожу на парад с сыном. И считаю, что очень важно, чтобы он видел ещё живых этих ветеранов с заслуженными медалями не за то, а вот за это – за Великую Отечественную.

Я должен сказать, что вот 4 мая, будучи в городе Амстердаме, я попал на парад, мы попали с ним на парад, посвящённый вот, ну, там два дня – 4-5. 5 мая – это День освобождения Нидерландов от фашистов, а 4 мая – это День памяти погибших во Второй Мировой войне. И вот мы, в том числе, видели часть парада. Очень небольшого, очень скромного парада, без военной техники. Но Вы знаете, что поразило и меня, и Алексея, поразило то, что ветераны шли в строю. Их немного, дедов было немного. В голубых беретах. С очень небольшим количеством медалей – там к 300-летию Амстердама там медалей не выдают, или там к 500-летию.

Значит, стараясь держать ногу. Значит, и там шли молодые ребята. Да, конечно, Нидерланды – там воевало немного. Там было сопротивление активное, чтобы вы знали.

И вот идут эти деды, седые, усатые, стараются держать спину, и им отдают честь, дети в том числе. Там, прикладывая руку к голове. Там не обязательно к непокрытой голове. Вы знаете, что в разных странах – по-разному. И они отдают честь им. Вот мы стоим на этом самом. Там нет такого пафоса. Я не знаю, меня в последнее время смущает, вы знаете, такая имперская пышность всего этого. Хотя парад – он и должен быть парад. Это нормально.

Но вот, это было, собственно, в День усопших.

И вот удивительная была история, там же на две минуты объявляется минута молчания, на две минуты. В 8 часов вечера, 4 мая, по местному времени город затихает.

Значит, что поразило? – Значит, поразило то, что люди бежали на центральную площадь, чтобы постоять две минуты. Не туристы – там ничего не происходит в этот момент. Значит, они бежали с детьми, взяв за руки, бежали.

И мы в этот момент ужинали. В этот момент, значит, официанты встали, сказали: «Тс-с!», никто не встал больше, кроме, там, видимо, не принято. Но две минуты весь вот этот самый кабачок затих. Он был достаточно полный. И люди молчали. Каждый думал про своё. Он был вполне интернациональный. Слева от нас – там по-русски, там справа – по-французски, там ещё чего-то.

Знаете, это такой индивидуальный парад победы, можно сказать. Ну, а то, что парад победы, мне кажется, должен быть, - ну это да, - такой праздник. А чего? Я в этом вижу напоминание традиций. И мне кажется, что это правильно. Там другое дело – вопрос организации, там репетиции, и так далее, и так далее. Может быть, с большим количеством удобств всё это надо делать для населения. Но эта вещь того заслуживает.

Вот у меня, например, поменялось отношение к Георгиевским ленточкам, я могу сказать.

Я, вместе со Светланой Миронюк, с «РИА Новостей», когда она начала вот это распространять, эти Георгиевские ленточки, я её всячески поддерживал. Я их одел в первый год, когда это было, и я считал, что это правильно.

А теперь я считаю, что это неправильно. Я объясню, почему.

Ну, во-первых, это стало обязаловкой. Значит, я точно знаю, что в государственных учреждениях, да и во многих частных, в приказном порядке заставляют людей повязывать ленточки, там, на машины, в том числе, на личные повязывать ленточки, на костюмы, ходить с ними, и так далее. Это всё-таки, ленточка – вещь индивидуальная и должна быть по зову души, как она была в самом начале.

Вторая история заключается в том, что я несколько раз видел молодых ребят и девушек, которые там эти ленточки носили в виде подвязки. Вот он раздаёт её, сам видел: раздаёт её, вроде всё хорошо. И у неё на ноге, как Орден Подвязки. Знаете, на чулке Георгиевская ленточка, она повязана там. Орденская лента, чего там?

Я уж не говорю о том, что очень часто во Вторую Мировую войну против Советского Союза воевали кавалеры Георгиевского Креста. Это надо понимать. И, кстати, они носили эти Георгиевские свои ленточки, кресты – я имею в виду, прежде всего, Краснова и его там товарищей, - назовём это так.

То есть, на самом деле, история не простая. То есть, никому запрещать не надо, и это должен быть личный выбор каждого, в этом смысле я - против.

А я не за запрет ношения Георгиевских лент, но меня стало коробить, когда это стало официозом.

Мне всё-таки кажется, что праздник Победы, даже, будучи государственным, сохраняя некие государственные функции, он должен быть более личным. И в этот день, в общем, надо как-то в семье всё это рассказывать. Поэтому я Алексея беру на парад всегда. Пока ещё его пускают без пропуска, потому что он ещё не дорос до пропусков, - скажем так. Вот. И считаю, что это правильно, потому что он там общается с дедами нашими на Красной Площади. Потому что он спрашивает их чего-то, что он там чего-то понимает, что-то я ему рассказываю про его деда. Ну, понятно: это семейная история.

Поэтому, Света, я отношусь к этому, как к семейной истории, вполне позитивно.

Ну, и, конечно, понятно, что любое событие, я вам уже говорил, в любом государстве оно приватизируется политическими партиями. Так вот, не «Единая Россия» победила в Отечественной войне, не «Единая Россия»! И не «ЛДПР»! И не коммунисты, не Коммунистическая партия, - победил советский народ, в котором были партийные и беспартийные, советчики и антисоветчики. В котором чудеса храбрости совершали русские и, между прочим, чеченцы, дагестанцы и украинцы. Понимаете? И это всё является общей победой. Как только начинается делёжка, как только начинается: давайте, поделим победу, сделаем её там, условно говоря, победой «Единой России», значит, этот праздник закончится. Эта дата закончится.

Впрочем, об этом, да и о другом мы с вами поговорим сразу, после небольшого перерыва.

Вы слушаете «Эхо Москвы». У микрофона – Алексей Венедиктов.

(Реклама, анонсы)

Радиостанция «Эхо Москвы» и компания «RTVi» представляют программу «Особое мнение».

А.ВЕНЕДИКТОВ: Добрый вечер, ещё раз. В эфире – Алексей Венедиктов. Я заменяю Кара-Мурзу Володю, пока он находится в отпуске. Отвечаю на ваши вопросы по sms:

+7 (985) 970-45-45.

Не забывайте подписываться.

По Интернету пришло масса вопросов. Вы можете смотреть меня на «РУ-тюбе» и на «Сетевизоре». Кстати, работает «Кардиограмма». Я вот её не видел. Да, работает «Кардиограмма».

Вы можете голосовать – поддерживать, или не поддерживать то, что я говорю, но то, что я говорю, является моей точкой зрения. Я высказываю свою личную точку зрения, а не точку зрения редакции.

Теперь есть вопрос про вот этот «Народный Фронт», о проекте «Народный Фронт». Я уже частично затронул эту конструкцию. Но мне кажется, что, если внимательно посмотреть на то, что и как происходит. Вот сегодня уже Владимир Путин встречался с представителями Координационного Совета. Уже создан Координационный Совет, уже возник сайт. То есть, понятно, что это операция малоглубокого бурения. Но давайте посмотрим на неё не с эмоциональной, а с технологической точки зрения.

Я абсолютно согласен с Марком Урновым, что это такой парафраз, что «Единый блок коммунистов и беспартийных», где, как сегодня заявил Грызлов, «беспартийным может быть отведено до 25% мест в списках на выборах». Я напомню, что лидер партии, господин Путин является беспартийным, и он возглавит эту партию. Ну, вот такой оксиворот: да, беспартийный лидер партии. Ну, да Бог с ними, это их внутрипартийные дела, мы это понимаем.

Значит, что на самом деле, на мой взгляд, произошло?

А, на мой взгляд, произошло следующее: что, конечно, люди, которые занимаются выборами, они увидел, что рейтинг «Единой России», голоса, поданные за «Единую Россию» на региональных выборах, в том числе, они имеют тенденцию к усыпанию. И, несмотря на все зачистки законодательной сферы, применения этого законодательства, фальсификации, несмотря на всё это, «Единая Россия» продолжает в глазах значительной части населения, её рейтинг продолжает падать.

Но рейтинг «Единой России» на декабрьских выборах – это рейтинг Путина, потому что, скорее всего, я думаю, с вероятностью до 90%, Путин возглавит единолично список «Единой России». И, как бы Грызлов ни пыжился и не говорил, что съезд решит, знаем мы, как этот съезд решит. Я могу сказать Борису Вячеславовичу, чтобы он не волновался: съезд решит правильно: волноваться не надо.

Так вот, получится, что Путин может получить меньше голосов, скажем, чем это достойно. А что достойно? Достойно – это 50%. Ведь Путин у нас – общенародный лидер, общенациональный лидер по фразеологии тех людей, которые, собственно, и конструируют политическую систему. Я имею в виду, прежде всего, Владислава Суркова и его команду.

Значит, если Путин получает меньше 50%, ну, сколько можно фальсифицировать? - Ну, 7%, ну, 8, ну хорошо, ну, значит, нужно загнать за 50, а не получается. Даже с фальсификатом не получается. Значит, нужно придумать иную конструкцию, которая состоит из двух частей. Ещё раз: не из одной части, а двух частей. Первая: надо оторвать популярного Путина от непопулярной «Единой России». Ну, это очевидно, оторвать, да там, сделать его больше и шире, чем «Единая Россия». Что же получается? Путин – глава «Единой России», или там лидер «Единой России», а не общенародный лидер, - неправильно это! Неправильно так пряники кушать: бутерброд надо есть колбасой вниз!

Это означает, что нужно взять Владимира Владимировича, оторвать его от «Единой России» и сделать его лидером более широкого объединения. Вот придумали вот этот «Общенародный фронт».

Хорошо, сделали! Предположим. Понятно, что вы, если смотрели, кто сегодня там собрался, эти люди и так всегда поддерживали Путина и «Единую Россию». Вот. И так всегда поддерживали на выборах Путина и «Единую Россию», за исключением одного, двух человек, которые там были.

Но и даже, когда там, скажем, Вячеслав Лысаков, там лидер автомобилистов России сделал предложение Путину насчёт снятия налога с машин для инвалидов и многосемейных, говоря ему о том, что российская промышленность так не делает, Владимир Владимирович, вот сегодня на встрече. Вот таких машин для инвалидов и для многосемейных она не делает. Поэтому просто можно ли убрать этот таможенный налог, потому что – ну как? А как? – Берём с малоимущих, получается. На что ему Путин сказал: «Потом об этом, мы потом это рассмотрим». Потом: «Не для того тебя туда позвали. Не решать вопросы конкретно там производства, налогообложения, тебя позвали за поддержкой. Вот сиди и слушай», - объяснили Лысакову, так вот. И смысл вот этих всех посиделок был в том, что значит вот Путин и вот – народ. Вот здесь – «Союз машиностроителей России», здесь – «Женщины России», здесь – «Автомобилисты России», здесь – «Союз ветеранов-афганцев», здесь представитель «Деловой России», здесь «РСПП», здесь, значит этот колхоз олигархов, а здесь – профсоюзы, колхоз тех, кого олигархи, значит, как бы считается, обирают. Ну вот, всех собрали. Вот это, это первая позиция, которая кажется важна. Не может быть единственной.

А вторая история заключается в том, что поскольку считать надо в процентах, надо убрать возможных конкурентов. И вся интрига с Мироновым заключается в том, что, конечно, Миронов мне друг (в смысле Путину), да? Но интересы государства требуют, чтобы партия «Справедливая Россия» была обезглавлена и уничтожена, - как объяснил ему Сурков. Почему? Потому что, ну, те, кто там, хотя бы

чуть-чуть занимается пропорциями, понимают, что, скажем, из тех опросов, которые дают «Справедливой России» сейчас от пришедших, от готовых участвовать в выборах 10-12%. Там 2-3 – это там оппозиция, а процентов там 9-10 – это Путинские. Все это понимают, голосуя, что Миронов – это Путин. Значит, эти голоса отобраны у «Единой России». Скушаны «Единой Россией», от неё. Поэтому их надо вернуть. А, если они не вернуться, то в процентном отношении этих людей выкинуть в неголосующие, и тогда процентовка «Единой России» подскочит. Это такая политтехнология, если хотите, политжульничество, в известной степени, хотя ничего незаконного в этом нет. Ну, а самое главное, в данном случае, рейтингом. Вот у Путина есть реальная популярность, лично у Путина. А у «Единой России» без Путина, - ну, сами подумайте. Значит, нужно на декабрьских выборах с одной стороны склеить, а с другой стороны, Путина не делать заложником «Единой России». И вот эти сейчас процедуры, которые идут одновременно, да, там? – Обезглавливание «Справедливой России», с одной стороны, создание вот этого «Общенародного фронта», оно направлено на одну цель: увеличить процентовку для Путина на декабрьских выборах.

Для чего? – Следующий шаг. А следующий шаг – должно быть понятно всем, кто окружает Путина, от нынешнего президента до господина там Сечина, Собянина, Чубайса, что Путин является держателем золотой акции народного волеизъявления. Вот для чего это делается. – Ребята, вы хотите без меня обойтись? Вы чего-то там говорите? Вы чего-то там думаете о другой конструкции? – Вот мои 70% голосов, вот мои 75% голосов. Ну-ка, попробуйте обойти меня! Я решаю! Вот, собственно говоря, эта вся технологическая история, на мой взгляд, заключается в том, чтобы Владимир Владимирович на декабрьских выборах получил свыше 70% голосов, я имею в виду партию «Единая Россия».

Ну, а дальше там, сколько у нас партий останется? Значит, коммунисты, возможно там, свои там 15. Давайте, прикинем, ЛДПР – возможно 10. Вот вам 25. Ну, и кто ещё? Ну, ещё, может быть, какие-то партии будут допущены. Они ещё там два-три процента доберут. Вот и 70% остаётся у «Единой России». Вот чистая арифметика.

Была бы «Справедливая Россия», нарушила бы баланс. Я имею в виду «Справедливую Россию» во главе с Мироновым, спикером Совета Федерации, лидером партии. Он уже не лидер партии, может быть, не станет спикером Совета Федерации.

Кстати, кстати, обращаю ваше внимание на то, что говорил пресс-секретарь Премьер-министра Дмитрий Песков, что вот этот «Общенародный фронт» он не вокруг «Единой России», он вокруг Путина.

И сегодня Путин повторил, что в этих дискуссиях, вот в «Общенародном фронте», все равны, независимо от количества членов и «политических мускулов», - сказал Путин. То есть, представляете себе? – «Единая Россия в этом фронте имеет такой же голос, - сказал Путин практически, - как имеет «Союз женщин России», или «Союз автомобилистов России», или там «Молодая гвардия».

Вы себе на секундочку представьте это, что сказал Путин, вот прочитайте, он это ведь сказал дважды: в Волгограде и сегодня в Москве. Не оговорился. Так что, мне представляется, что это такая внутренняя технологическая борьба. И никакого изменения серьёзного, политического оно не несёт. И даже, если Владимир Путин вернётся на пост президента, или даже, если Дмитрий Медведев останется президентом, или даже, если Сергей Собянин станет президентом, то политическое направление от этого не изменится. Это же понимаете, не политика, это – интриганство. Это политиканство. Да! Есть и это, и это тоже возможности такие. И политиканством заниматься нужно для политика. И интриганством нужно для политика заниматься. Но всё-таки в основе должна лежать политика в интересах страны. Ну, а здесь – вот как-то не получается.

Давайте посмотрим. Тут хорошо, значит, мне пишет человек: «Для хорошего фронта нужен прочный тыл». Ну, я думаю, что там есть прочный тыл.

Так. Это про «Эхо». Значит, ребята, всё, что касается «Эха», всё завтра, в 18 часов.

Тут мне про военный парад: «А на фиг нужен военный парад?». Вот я уже по этому поводу ответил. Кому-то нужен, кому-то не нужен. Я думаю, что, прежде всего, в этот день, если уж так, совсем честно, надо думать об оставшихся ветеранах. Их не так много. Значит, самому молодому, кто воевал в 45-м, условно говоря, в 16, в 15 лет, таких, наверное, было немного, но они были. Ну, посчитайте. 30-го года рождения, значит, 81 год. На самом деле, 18-летним, которые пришли в 45-м, восемьдесят там три , восемьдесят четыре, восемьдесят пять.

Слушайте, давайте мы немножко. Вот на них денег не жалко. На то, чтобы они получили счастье своё, момент счастья, не жалко.

Вообще, государство, так, по большому счёту, я вот наблюдал за этой историей с квартирой про ветеранов. Ведь на самом деле там, как бы сказать – и Медведев, и Путин, когда они говорят: «Выдать ветеранам…», - они абсолютно правы. Государству построить эти квартиры, вы знаете, оно даже не заметит, как построит такое количество квартир – 120 тысяч их осталось. Ну, посчитайте, сколько нуждается. Ну, дайте им! Вот нам говорят: они останутся детям. Пусть останутся детям! А дети, что, не люди? Детям, между прочим, тоже уже по 60. И советское государство им квартиры-то не дало. Ну, оставьте, ну, хватит вам жаться-то, господи!

И вот эта история в Петербурге, которая случилась с ветераном, который пришёл в американское посольство, ведь на самом деле, и он прав, и правительство, на самом деле Петербурга право. И в этом история федеральной власти. В этом история Медведева – Путина. Но, если ты подписал Указ, или Постановление правительства, - обеспечь. Деньгами обеспечь. Дай возможность людям! Кстати, это создание рабочих мест. Можно это сделать, на самом деле. Значит, освободите там Басаргина от всего в его министерстве в регионах, и дайте ему задание: посчитать. Ну, есть же все же люди, где они живут? И вот на секунду там, на 9 мая 2011 года в том месте, где живут ветераны, вот эти квартиры просто, вот в том месяце, ладно, они уже переехали там, в Петербург, в Москву. Зафиксируйте это. Ну, сделайте, ну рваните один раз на себе рубаху! Ой!!! Ну, это, к сожалению… Да, про другое.

А… Глупости, не хочу.

«Будете ли Вы добиваться наказания милиционеров, уличённых в лжесвидетельствовании при задержании Немцова и Яшина?».

Значит, решение комиссии, как вы знаете, есть. Оно передано начальнику ГУВД, назначено внутреннее расследование. Я думаю, что задача моя – добиваться ответа, что дало это внутреннее расследование. И, получив этот ответ, сообщить его вам.

Значит, будет заседание Общественного Совета, значит, будет задан вопрос господину Колокольцеву о том, каковы результаты внутреннего расследования? Мы же не являемся следственным органом. Но ещё раз повторю, что протокол комиссии вы видели.

Значит, Павла Гусева, председателя Комиссии, вы слышали, что то, в чём судья на основании показаний этих двух милиционеров осудил Немцова, не является правдой. Это отфиксировано в протоколе Комиссии.

Более того, я буду задавать вопросы председателю

Мосгорсуда Ольге Александровне Егоровой, вот в такой же общественной комиссии: почему судья, эта судья и судья Мосгорсуда, которая шла в апелляции, она не учла, что в этих материалах есть противоречие. Почему всё трактовалось в пользу обвинителей, а не в пользу обвиняемого? Наше дело – задавать вопросы и делать их публичными. И вопросы, и ответы.

Алимир меня спрашивает: «Вы тоже радуетесь вместе с народом США уничтожению Усамы Бен Ладена?».

Слово «радуетесь» здесь неуместно, но я считаю, что, я уже говорил об этом, что террорист, который взял на себя ответственность за гибель десятков тысяч людей, с 92-го года, за взрывы в Йемене, за взрывы в Нью-Йорке, за взрывы в Лондоне, за взрывы в Испании. Между прочим, за то, что его эмиссары были убиты здесь, в Чечне, и тому были предъявлены доказательства. Что человек сам создал свою судьбу. Бумеранг вернулся. На этом человеке ответственность, и он сам её на себя взял. Он сам об этом объявлял, не под пыткой, а под камерой. И призывал к этому, и призывал убивать вас как неверных. Почитайте, всё же осталось – это уже была эпоха Интернета. Он получил своё.

С этим не заканчивается, конечно, война с терроризмом, надо понимать. Но я хотел бы обратить ваше внимание на одну особенность: дело не в радости народа США. Кстати, сколько там на улицы вышло народу-то? – Всего ничего. А вот дело в том, что арабская улица не вышла с угрозами. Арабская улица не поддержала Усаму Бен Ладена. Обратите на это внимание! Арабская улица не требовала там оторвать… Вышло там, в Пакистане, около тысячи человек, и то, не в поддержку Бен Ладена, а в том, что американцы провели операцию на суверенной земле Пакистана, не поставив в известность руководство Пакистана.

Арабская улица, палестинская улица, египетская улица, ливийская улица не поддержали Бен Ладена, не выразили скорбь, не объявили траур. Значит, мусульманские аятоллы не объявили траур по поводу «невинной жертвы войны с неверными». Просто обращаю ваше внимание на это.

Вообще, за такими вещами нужно смотреть очень внимательно. Я вам советую смотреть очень внимательно: всё складывается из мелочей.

Вот для меня тоже было, когда я начал готовиться к передаче, удивлением, что арабская улица так вяло, или почти не отреагировала на убийство Бен Ладена.

Да, конечно, вот террористы, взрывы там, смертники. Вы знаете, это свидетельство об одном: давайте, посмотрим, что сделала Алькаида, начиная, там, с Лондонских взрывов, пять лет тому назад, в метро, крупно. – Ничего. Ничего.

Нет, конечно, в Афганистане, конечно, на Кавказе, конечно, в Ираке. Возможно, и в Тунисе. Но ни в одной стране Коалиции.

Тут, конечно, можно говорить две вещи: во-первых, ну, страны Коалиции, понимая угрозу террористической опасности, всё-таки борются с террористами. И за последние там 10 лет было арестовано около 8 тысяч людей – террористов возможных и невозможных. То есть, это те, которые уже совершили, и те, которые собирались совершить, предотвращено было около 8 тысяч.

Но дело не в этом. Дело в том, что Алькаида оказывается вполне сектантской организацией. Что большинство арабского населения не приемлет таких методов борьбы, когда взрываются невинные. Я повторяю: это же не война против солдат. Они же не казармы взрывают. Они взрывают метро, они взрывают, то есть, общественный транспорт, да? – Да, там: метро, аэропорты, там поезда. Они взрываются там, на базарах, на рынках. Они воюют против мирного населения, вот это надо понять.

Мы ещё можем туда-сюда с вами понять, когда там террорист-смертник пытается протаранить казарму. Или там взорвать себя в казарме, в полицейском участке, и так далее.

Но это, во всяком случае, как бы как-то мотивируется, с нашей точки зрения. Но, конечно, когда они взрывают себя посреди рынка, они тоже это мотивируют, говоря о том, что весь народ ответственен за тех правителей, которых он избрал. Эта мотивация понятна. Но они, эти «рыцари без страха и упрёка», ведут борьбу с женщинами и детьми, а не с солдатами противника. Это тоже надо понимать.

И я думаю, что именно поэтому арабская улица, прежде всего, она не устроила там массовых, там, как обычно. Это легко организуется там. массовых, таких возбуждённых движений народа, как после гибели там шейха Ясина, например. Нет! Нет! Так что, убийство Бен Ладена, конечно, это убийство, это уничтожение. И оно, уничтожение, без суда. Но ещё раз повторю, что, если человек сам заявляет. Это да, кстати, естественно, что это доказано оперативным путём было, но он сам заявляет под камеру: «Это я, это я это вам устроил! Я вам ещё такое устрою!». И, ну понятно, - вы оберегаете своих близких и себя самого. Поэтому никакой, уважаемый Алимир, как Вы пишете мне, радости, вот слово: «радость!», я не испытываю. Но я думаю, что радость испытывают те, кто потерял своих близких в войне с терроризмом.

Я думаю, что радость испытывают те, кто борется с терроризмом, и этого вполне достаточно.

Так. Прошу прощения. Давайте мы уже придём, осталось у нас с вами всего пять минут. Посмотрим, что вы мне тут пишете. А можно вот как бы писать, ну, вы же знаете, надо писать короче. Потому что sms-ки, когда ты ведёшь прямой эфир, совершенно некогда смотреть подряд всё.

Так. Господи! «При каких гипотетических обстоятельствах герцогиня Кембриджская может стать королевой Великобритании?». Вот, волнует человека! А? Я обожаю наших слушателей!

Владимир, вот при каких гипотетических обстоятельствах? – ни при каких. Королевой – ни при каких. В смысле отдельной королевой. – То есть, унаследовать трон без своего мужа не может. В этом смысле, конечно, когда Уильям станет королём Вильгельмом, каким? – Я уж не помню, Пятым, что ли? Пятым, по-моему, то она будет королевой. Но не королевой, в смысле, как нынешняя королева. Не правящей монархиней, а женой короля. А вот самостоятельно править она не сможет.

Так. Да, да, да, «Евроньюс» показывал разъярённую арабскую улицу после смерти Бен Ладена с обещанием отомстить. Пактистан – одна тысяча человек. Ольга, я Вам ответил.

Химлес. Ну, Химкинский лес мы будем освещать, всё, что мы освещаем до сих пор. Поэтому не задавайте эти вопросы.

По поводу ветерана я уже ответил.

Так. А как же «Хамас», осудивший США?». – Ну, конечно, они осудили США. Конечно, а что вы хотите от «Хамаса»? Что вы хотите от организации, которая признана террористической?

«Хамас» действительно осудил США, и голосами своих лидеров, да и не только «Хамас». Но в данном случае, я вам говорил про улицы. Вы внимательно ли меня слушаете, Илья, или нет?

Политики из этой ситуации будут выжимать всё, что угодно. Будут говорить: «Ай-яй-яй!», если им нужно, будет выгодно. Они будут говорить: «Его надо было поймать и судить. Кто дал им право убивать Бен Ладена?»,

А, кстати, обратите внимание, что, опять-таки, наш премьер-министр, который, выступая, говорил: «Кто дал им право приговаривать Каддафи к смертной казни?».

Чего-то он по поводу Усамы Бен Ладена сказал прямо противоположное. Обратите внимание на это. Я уж не говорю о позиции Кремля, которая тоже была в этом смысле вполне позитивной, потому что страны, которые с террористом сражаются, в том числе и наша страна. У нас есть терроризм, у нас гибнут мирные люди. И наша страна должна драться зато, чтобы победить терроризм. Потому что, повторяю: дело солдата, или правоохранителя защищать мирное население. Минное население в войне террористической гибнет в первую очередь.

Так что, мне представляется, что это история, которая будет иметь продолжение незначительно – убийство Бен Ладена.

Сейчас они начнут делить между собой власть в Алькаиде. Она была действительно с единым лидером Алькаида, это правда.

Были, конечно, у Бен Ладена и заместители, были и связники, но вот в ходе этой операции я вам должен сказать, что огромное число людей было задержано спецслужбами США.

Я напомню, что, я начал уже говорить о том, что эта операция 8 месяцев шла. Когда нащупали один контакт, я сейчас не вспомню его имени, но он назвался: «Аль Кувейти», - из Кувейта. Этот человек был связным.

Значит, у Бен Ладена не было никаких электрических приборов и связных приборов в доме, вот в этом доме. И люди приходили, записывали, или запоминали, уходили и передавали его распоряжения. Все кругом знали, что это вот эти связные. И вот на этого человека очень долго выходили, проверяли. Потом, значит, его отследили и, насколько я понимаю, он и его брат погибли в этом доме вместе с Бен Ладеном.

Но очень много таких подручных Бен Ладена, таких людей, которые контачили с контактёрами, с контактёрами, они были арестованы. И, то есть, иными словами, там сжималось кольцо. И одновременно с этим шли аресты вот этого основного звена, которое окружало Бен Ладена. Потому что есть территориальные группы, но были люди, которые обеспечивали его безопасность, его связь. Вот эти люди практически все арестованы.

В этом смысле это гораздо большая победа, нежели просто, ну, я имею в виду фактически, а не физически, чем убийство Бен Ладена.

Я с вами прощаюсь до завтра. В 18 часов поговорим с вами о работе радио.