Купить мерч «Эха»:

Александр Проханов - Особое мнение - 2011-01-19

19.01.2011
Александр Проханов - Особое мнение - 2011-01-19 Скачать

Н.АСАДОВА: 19 часов и 8 минут в Москве, это передача «Особое мнение». Меня зовут Наргиз Асадова и я представляю вам моего гостя сегодняшнего – это писатель и журналист Александр Проханов. Здравствуйте.

А.ПРОХАНОВ: Добрый вечер.

Н.АСАДОВА: Напоминаю вам телефон для SMS +7 985 970-45-45. У нас на сайте идет кардиограмма эфира, вы можете проголосовать за или против того, что говорит Александр Проханов. Напоминаю, не против Александра Проханова или за него, а за то, что он говорит, за его идеи и мысли. Также на сайте идет видеотрансляция нашего сегодняшнего разговора. Присоединяйтесь. Вот, уже сейчас присоединено почти 300 человек.

Много тем очень у нас сегодня, и, вот, одно из последних сообщений – это верховный представитель ЕС по иностранным делам и политике безопасности Кэтрин Эштон сегодня должна выступить на пленарной сессии Европарламента с заявлением по ситуации в Белоруссии. Понятное дело, что этот разговор будет касаться выборов и того, что произошло после выборов, задержание лидеров оппозиции и репрессии, которые за этим последовали. Уже сейчас Польша запретила въезд в страну президенту Белоруссии Александру Лукашенко, а также ряду белорусских чиновников. Оргкомитет Мюнхенской конференции по безопасности аннулировал приглашение на форум главы белорусского МИДа Сергея Мартынова. То есть уже пошли какие-то международные санкции. У меня к вам такой вопрос. Как вы думаете, последует ли за этим?.. Ну, за каждым охлаждением отношений с Западом Белоруссии следует потепление отношений с Россией. Последует ли оно, на ваш взгляд?

А.ПРОХАНОВ: Завтра вечерним поездом я отправляюсь на инаугурацию президента Лукашенко, получив от него личное приглашение. И я ему выскажу от лица огромного количества русских людей, читателей моей газеты свой респект и поздравлю с тем, что он сумел подавить страшный, чреватый огромной кровью государственный переворот в своей стране. Он еще раз показал, что он не только виртуозный политик, очень сложный комбинаторик, способный играть сразу в нескольких направлениях, обольщать, убеждать, создавать инициативы политические, но он очень жесткий, твердый, такой, государственник. И я думаю, что все эти санкции, которые вокруг него вьются, особенно польские санкции, они гроша ломаного не стоят. Они просто закрывают на какое-то время Лукашенко движение на Запад и толкают его в сторону России. Сближение России и Лукашенко после этих подавлений, а также после очень таких вот достаточно опасных взрывов в Москве, в России, напоминающие отчасти оранжистские всевозможные выпады, они проводят координату, относительно которой Лукашенко и Кремль будут взаимодействовать. Это сильнее, чем личные симпатии, это сильнее, чем противодействие элит. Речь идет о власти как таковой. И как нашим надо удержать власть на фоне вот этих кипящих масс, так и Лукашенко надо это сделать.

Н.АСАДОВА: А как Москве стоит себя вести в данном случае по отношению к Александру Лукашенко? Ведь, поссорились-то Москва и Минск неспроста, то есть очень сложные отношения, ведь, существуют между столицами.

А.ПРОХАНОВ: Они и сложные, и простые. Эти отношения сложны, потому что вводится экономический фактор. Эти отношения пытаются оценивать коммерчески, их рассматривают как фонду рентабельности. А на самом деле, власть – она не имеет рентабельности, власть не рентабельна, власть не имеет цены. И я думаю, что Кремль все в большей и большей степени по разным направлениям, в том числе на белорусском, понимает, что его власть, власть Кремля – она очень шаткая и она нуждается в поддержке политической, моральной и военной в том числе. И опыт Лукашенко, опыт поведения с оранжистами говорит Кремлю, что нужно вести себя именно так.

Н.АСАДОВА: То есть вы считаете, что этот опыт белорусский нужно перенять?

А.ПРОХАНОВ: Иначе будет кровавая Киргизия, бойня, иначе будет Грузия с еще одним натовским центром на границе России под Смоленском, иначе будет триумф российской либеральной оппозиции, которая если не финансово, то морально спонсировала белорусских либералов.

Н.АСАДОВА: Вот, удивительно это от вас слышать. Вы же, вообще-то, противник нынешней власти в России, насколько я успела понять. А сейчас им советуете, как удержаться у власти.

А.ПРОХАНОВ: Я не противник власти, я – государственник. Для меня государственная целостность является приоритетом.

Н.АСАДОВА: Не важно, кто во главе?

А.ПРОХАНОВ: Мне не важно...

Н.АСАДОВА: И какая политика?

А.ПРОХАНОВ: Наши либералы готовы пожертвовать государственной целостностью, чтобы поставить во главе свой режим. Так они сделали в 1991 году. Они пожертвовали великой страной, чтобы здесь утвердились демократические персонажи, так скажем, а не ценности. Для меня приоритетом является государственная целостность сегодняшней оскопленной, ослабленной, шаткой, дряблой России. Для меня является приоритетом. И мне по существу на фоне вот этой угрозы, угрозы распада России безразлично, какая здесь будет власть в Кремле – теократический режим, анархический, корпоративный, как говорила Альбац. Мне важна целостность сегодняшней России.

Н.АСАДОВА: А разве не эта власть привела Россию к этому состоянию, к шаткости и так далее? Националистические настроения которые растут сепаратистские?

А.ПРОХАНОВ: Нет, нет. После 1991 года, когда была взорвана империя, начался страшный период деструкции. 90-е годы – это годы, которые заложили все катастрофические явления сегодняшнего нашего дня – и экономические, и политические, и культурные, и моральные, и национальные. Люди, которые сидели 15 суток в каталажках, я имею в виду Немцова, они ответственны за катастрофы нулевых годов – их не жалко. Они должны были, повторяю, сидя в своих каталажках, мелками расписывать свои стены и писать покаянные послания своему народу.

Н.АСАДОВА: Это особое мнение журналиста и писателя Александра Проханова, Мы прервемся на одну минуту рекламы, затем вернемся. Никуда не уходите.

РЕКЛАМА

Н.АСАДОВА: 19 часов и 16 минут в Москве, это «Особое мнение» с Александром Прохановым. Веду сегодня эту передачу я, Наргиз Асадова. Напоминаю телефон для SMS +7 985 970-45-45 – присылайте свои вопросы и комментарии, а также участвуйте в кардиограмме эфира, то есть голосуйте за или против того, что говорит Александр Проханов в этой передаче.

Про Белоруссию мы с вами немножечко продолжим. Знакомо ли вам творчество поэта Владимира Некляева?

А.ПРОХАНОВ: Нет, мне не знакомо. Мне знакомо творчество в ночь с воскресенья на понедельник после выборов. Это было удивительное поэтическое творчество, конечно.

Н.АСАДОВА: Это человек, который занял 2-е место после Александра Лукашенко на выборах в Белоруссии. Он – известнейший поэт белорусский. Кстати говоря...

А.ПРОХАНОВ: А Андре Шенье – он был не менее известный поэт, но его казнили на гильотине. А Гумилев не менее был известный поэт, чем Некляев – его казнили. Поэт – это еще не индульгенция от смерти. Если ты участвуешь в военных переворотах, готовься к тому, что тебя либо расстреляют, либо посадят в каталажку.

Н.АСАДОВА: Поговорим теперь о творчестве. Потому что с конца декабря 2010 года в магазинах Белоруссии изымаются сборники стихов писателя, экс-кандидата в президенты Владимира Некляева...

А.ПРОХАНОВ: Боже мой.

Н.АСАДОВА: ...а также компакт-диски с песнями на его стихи. Я хочу здесь разделить, да? Одно дело, политическая деятельность этого человека. А другое дело, его творчество. Кстати, его песни, вернее, песни на его стихи исполнялись еще в советское время. Почему надо изымать из продажи стихи, книги? То есть это правильный, вы считаете, метод борьбы?

А.ПРОХАНОВ: Знаете, в России создан гигантский черный список книг, который пополняется, который изымается из обращения.

Н.АСАДОВА: Например?

А.ПРОХАНОВ: Ну, глубоко уважаемый мной и почетаемый мной духовник Боголюбского монастыря отец Петр Кучер. Его проповеди православные – они были изъяты, они были запрещены и их изъяли из церковных лавок. В России есть же огромный список книг. Ну что?.. Конечно, это плохо, это тяжело. Но власть должна быть мстительной. Всякая власть – она мстительна. Любая власть – власть Цезаря, власть Папы Римского, власть удельного князя. Она мстительна. И если ты – поэт, идешь бороться с властью, не пеняй на эту власть за то, что она изымает твои диски или твои книги. Она может изъять у тебя сердце.

Н.АСАДОВА: Ну, а в Царской России, например же, не стали изымать из продажи стихи Пушкина.

А.ПРОХАНОВ: Конечно, я помню, да. И, вот, «Путешествие из Петербурга в Москву», как только оно вышло, оно разошлось миллионным тиражом по всем русским губерниям, и Екатерина сама писала предисловие к этой книге. Действительно. Согласен с вами.

Н.АСАДОВА: Ну, стихи не изымались? Не изымались.

А.ПРОХАНОВ: Как же не изымались? Была цензура, изымались! И стихи, и революционные стихи, и за революционные тексты сажали в тюрьму.

Н.АСАДОВА: То есть вы за такие методы борьбы? Вы считаете, что власть должна к ним прибегать?

А.ПРОХАНОВ: Я за то, чтобы власть сумела себя защищать. Если я посягаю на власть, например, я, вот, лично, я посягаю на власть. Допустим я посягаю на нее террористически и я иду с гранатометом громить какие-нибудь лимузины властные.

Н.АСАДОВА: Это другое, все-таки.

А.ПРОХАНОВ: Нет, почему другое?

Н.АСАДОВА: Ну как? Стихи – это стихи, а...

А.ПРОХАНОВ: Я должен прекрасно сознавать, что меня могут и вправе убить. Я пишу свои тексты, которые в течение, скажем, 90-х годов просто изымались из изданий. Издатели, в основном, либералы и либеральный контроль над литературой, над культурой был тотальный, страшный, как и телевизионный. Нас выбросили из культуры, из информационного пространства. И мы не пеняли, мы не лили слезы.

Н.АСАДОВА: Но сейчас-то все в порядке. И, вот, вы 20 лет собираетесь, ваша газета отпраздновать. Вас, кстати, поздравляют многие здесь ваши слушатели.

А.ПРОХАНОВ: Все замечательно, но в 1993 году нас расстреляли из танков. Вы думаете, мы забыли об этом? Вы думаете, мы что, считаем, что все в порядке после того как мы продырявлены танковыми дырами? Нет, наш сюртук пробит танковыми снарядами.

Н.АСАДОВА: И за 20 лет не зажило?

А.ПРОХАНОВ: Не, за 20 лет не заживет никогда, потому что баррикадников убивали насмерть и они будут всегда вопиять о возмездии. Поэтому Некляев, конечно, наверное, это прекрасный поэт мирового значения, я думаю, что примерно, ну, такой же как Уитмен, не меньше. Но если он пошел сражаться, он должен знать, что он может погибнуть на поле битвы. И тогда я снимаю шляпу. А когда ты идешь сражаться, тебя сажают на 15 лет в каталажку, а ты оттуда начинаешь выть как шавка, требуя к себе внимание мирового сообщества, это унизительно. Герои должны, ведь, умирать гордо, в одиночестве.

Н.АСАДОВА: Еще одна тема. Сегодня помощник президента Аркадий Дворкович выступал и много чего поназаявлял. В частности, он сказал по поводу проблем с инвестиционным климатом в России, что вина или доля ответственности за это лежит в том числе и на правительстве, правительстве Владимира Путина.

А.ПРОХАНОВ: Да-да-да.

Н.АСАДОВА: «Поэтому, – говорит Дворкович, - говорит о том, что работа абсолютно эффективна, я думаю, даже он бы, то есть Путин не сказал бы так». Вот, все по-разному восприняли это заявление. Многие расценили это как наезд команды Медведева на Владимира Владимировича Путина. Как вы расценили? Есть ли борьба между ними, на ваш взгляд?

А.ПРОХАНОВ: Это и есть наезд и Медведева на Путина через эту маленькую детскую коляску, именуемую Дворковичем. И Дворкович наехал на Путина и переехал его. И, конечно, мы все заметили, что это сделал человек президента Медведева. И меня в этих условиях в этом случае одно только удивляет. Наезд на Путина увеличивается с каждым днем. Давление на Путина огромно, оно идет с Запада, его готовы включить в черный список, распространяются диффамационные статьи о нем, о нем пишутся в блогах вещи чудовищные, создается черная мифология Путина. Против Путина высказывается и Глеб Павловский, его недавний, так сказать, референт. И почему молчит Путин? Почему он не обороняется? Ведь, действительно, налицо информационная схватка, схватка, связанная с диффамацией президента.

Ведь, с каждым таким вот наездом его образ деформируется, он не остается такой вот античной, мраморной статуей – он меняется в лице.

Н.АСАДОВА: Вы думаете? Слова Дворковича способны изменить его имидж мачо, человека, который спасает ситуацию?

А.ПРОХАНОВ: Только Дворковича – нет. Но ежедневная многоаспектная антипутинская пропаганда на либеральных радиостанциях, в либеральных западных журналах, в Викиликсе, шантаж какими-то разоблачениями. Это все вещь страшная, он находится под очень сильным психологическим давлением. Я удивляюсь, почему он не обороняется. Либо он решил сдаться...

Н.АСАДОВА: Может быть, он считает себя выше этого.

А.ПРОХАНОВ: Может быть, он считает, что он выше этого и вода камень не точит, что камень остается камнем, даже когда его по каплям пробивает насквозь вода. Но это находится вне законов политической борьбы. И даже политического театра.

Н.АСАДОВА: Вот, вы, кстати, заговорили про черный список Евросоюза, куда может быть внесен Владимир Путин с другими российскими чиновниками, должностными лицами, которые занимались делом Юкоса. А вы думаете, что это возможно, чтобы, вот, не знаю там, счета Путина заморозили в Европе? Или это, думаете, запугивают, это слова просто?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что в истории XX и XXI века было столько событий, которые говорят о том, что все возможно. Понимаете? Все возможно. Возможно даже то, что вдруг окажется, что Медведев – это женщина, а не мужчина. И судя по его таким нежным изящным женским, очень тонким сентенциям, в нем очень много такой женственности настоящей, такой красоты женской. То есть все возможно. Возможно замораживание счетов, возможна диффамация, возможно бегство Путина с того поста, который он как офицер занял и стоит пока что на этом посту. Возможно его бегство.

Неопределенность, которая складывается в российской политике, трагична. То, о чем мы с вами говорим сейчас, это одна из форм трагедии. Страна должна понимать, в каких политических ритмах она живет. Она должна понимать, что будет завтра. Она не должна находиться в состоянии вечной такой неопределенности и вечной тоски, в вечном ожидании. Это шизоидная ситуация. Ну, для меня-то что? И, там, и для вас, кстати? Мы-то с вами такие, в общем, стойкие по отношению к шизофрении субъекты. Но бедные чиновники, но кремлевцы. Куда им бежать? В какой кабинет? Куда им ломиться? Кому им присягать? На кого им стучать? Кого им сдавать и предавать?

Н.АСАДОВА: Вы сочувствуете этим людям?

А.ПРОХАНОВ: М?

Н.АСАДОВА: Вы сочувствуете этим людям, вы их жалеете?

А.ПРОХАНОВ: Я сочувствую элите. Потому что наша политическая элита состоит из предателей. Нет ничего более трагического, чем предатель. Он предатель, который не знает, кого предать. Он хочет предать, но он не знает, правильно ли он человека предает, вовремя ли он это делает, не последует ли за этим предательством какое-то наказание? Вся политическая элита ждет, кого ей предать и от кого ей убежать и к кому примкнуть. Ну, вот в этих условиях нельзя работать, в этих условиях нельзя строить армию, нельзя управлять страной, нельзя строить внешнюю политику.

Н.АСАДОВА: Еще одно из заявлений громких Дворковича, которое он сегодня сделал, это по поводу стипендий. Кстати, меня по смскам очень многие просят задать вам этот вопрос. Он, в частности, сказал, что нужно отменить стипендии в вузах. Дальше цитата: «Скажу непопулярную вещь, но считаю, что это правильно. Если мы все считаем, что всего нужно добиваться своим трудом, что работать должно стать модным, нужно отменить стандартные стипендии у студентов».

А.ПРОХАНОВ: Он прав. Потому что стратегия нынешней власти – это дебилизация народа, это отлучение от знаний большинства людей.

Н.АСАДОВА: Подождите. Стипендия к этому какое отношение имеет?

А.ПРОХАНОВ: Огромное большинство людей, которые поступают в вуз, они учатся только потому, что у них есть подспорье, стипендии.

Н.АСАДОВА: 500 рублей, 1000 рублей стипендия стандартная.

А.ПРОХАНОВ: У них есть стипендия. Они на эти маленькие деньги, которые для вас кажутся просто смехотворными, которые можно подать на паперти нищим, они на эти деньги, если они еще ночами разгружают вагоны, имеют возможность жить.

Н.АСАДОВА: Я была студентом МГУ, да? И я жила в общежитии, и я получала вот эту смехотворную стипендию. Нельзя на нее жить.

А.ПРОХАНОВ: А как называлась страна, в которой вы жили?

Н.АСАДОВА: Россия.

А.ПРОХАНОВ: Уже Россия? Или еще Советский Союз?

Н.АСАДОВА: Россия. Нет-нет, Россия.

А.ПРОХАНОВ: Если эти стипендии – чепуха, так о чем же говорить? Эти стипендии не несут урон бюджету, они не несут урон самым неимущим, нищим слоям населения, которые, все-таки, посылают своих людей в институты. Стипендии не нужны богатым, стипендии не нужны тем, кто учится даже не за границей.

Акция Дворковича – она омерзительна сама по себе, она несет в себе такую социальную аморальность, она должна усилить классовую ненависть, которая и так сильна в нашем обществе. Я думаю, что Дворкович – конечно, человек недалекого ума, человек случайный и в политике, и случайный в референтной группе президента. Он чем-то напоминает, знаете, Ястржембского, который как-то возник вот из такого мутного тумана, который бывает в таких вот банях, в женских банях, в парилках деревенских, и он исчез также бесследно. Вот, Дворкович также исчезнет. Но это заявление его – оно усиливает классовую ненависть. Поэтому я поздравляю Дворковича – он тем самым, как ни странно, приближает революцию в России.

Н.АСАДОВА: Скажите, а где, на ваш взгляд, самое сильное образование, вот, вузовское образование, высшее образование? В какой стране?

А.ПРОХАНОВ: Самое сильное образование было в Советском Союзе.

Н.АСАДОВА: А, вот, сейчас, в сегодняшнем времени?

А.ПРОХАНОВ: А сейчас, конечно, в Непале.

Н.АСАДОВА: Правда? Я ничего не знаю про Непал.

А.ПРОХАНОВ: Ну, это удивительная страна. Посмотрите, наибольшее количество нобелевских лауреатов из Непала и какое количество открытий сделано в Непале. Не пальцем, не палкой и непальцем.

Н.АСАДОВА: Не пальцем и не палкой, понятно. Прекрасно. Ну, то есть мы с вами понимаем, что, вот, в Америке, в Англии, во Франции, то есть в западном мире. То есть если посмотреть статистику, то там считается самое лучшее образование, именно там все изобретения происходят.

А.ПРОХАНОВ: После разгрома советской цивилизации там стало самое лучшее образование.

Н.АСАДОВА: И там стипендий нет, и образование платное высшее.

А.ПРОХАНОВ: Но я думаю, что китайское образование не хуже американского. Потому что китайцы – они рвутся вперед.

Н.АСАДОВА: Да, и рвутся, в частности, в американские вузы и в великобританские вузы.

А.ПРОХАНОВ: И им китайское правительство выплачивает стипендии, гранты. Они там живут, учатся в американских вузах и британских вузах.

Н.АСАДОВА: Если они хорошо учатся.

А.ПРОХАНОВ: А они учатся хорошо.

Н.АСАДОВА: Это правда.

А.ПРОХАНОВ: Это свойство китайцев, да. Китаец, который учится плохо, - это голландец.

Н.АСАДОВА: (смеется) Ну что ж, это особое мнение Александра Проханова. Мы вынуждены прерваться на 3 минуты рекламы и новостей, а затем вернемся и продолжим наш разговор.

НОВОСТИ

Н.АСАДОВА: 19:33 в Москве, это особое мнение журналиста и писателя Александра Проханова. А меня зовут Наргиз Асадова, а вовсе не Эвелина Геворкян, как предположил один из наших слушателей.

А.ПРОХАНОВ: Обругав вас при этом, да?

Н.АСАДОВА: Почему? Да вы что!

А.ПРОХАНОВ: Нет?

Н.АСАДОВА: Мы с Эвелиной в прекрасных отношениях. Но, вот, те, кто нас видят и не путают меня с Эвелиной Геворкян, те отметили, что мы с вами похоже одеты очень сегодня. То есть у нас дресс-код такой, одинаковый, подобранный.

А.ПРОХАНОВ: А меня не путают с Николаем Карловичем Сванидзе?

Н.АСАДОВА: Нет, не путают.

А.ПРОХАНОВ: Странно.

Н.АСАДОВА: Так вот, по поводу дресс-кода. Вы знаете, на этой неделе глава Синодального отдела по взаимоотношениям церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин предложил ввести общероссийский дресс-код для мужчин и женщин. Ему очень не нравится, как женщины в России одеваются, в частности, мини-юбки совершенно не нравятся. Вот, он сказал, что если она (женщина) носит мини-юбку, она может спровоцировать не только кавказца, но и русского. Вот. Как вы относитесь к идее введения общероссийского дресс-кода? И каким он вам виделся бы?

А.ПРОХАНОВ: Вот это Всеволода Чапман?

Н.АСАДОВА: Кстати, Всероссийский Муфтият поддержал эту идею.

А.ПРОХАНОВ: Поддержал, да?

Н.АСАДОВА: Да.

А.ПРОХАНОВ: Ну, если уже быть, ну, абсолютно последовательным, то, конечно, надо ввести эталоны одежды, которые касаются и нижнего белья, естественно. Потому что самое-то пикантное в женщине вовсе не мини-юбка, а нижнее белье женское – кружева вот эти вот дорогие, шелка, батисты. И, по-моему...

Н.АСАДОВА: А их не видно будет, если она будет носить макси.

А.ПРОХАНОВ: Женщина сделает все, чтобы это оказалось на виду, так или иначе.

Н.АСАДОВА: Так, Всеволод Чаплин как раз против этого.

А.ПРОХАНОВ: Она даже упадет. Пускай она будет в макси-юбке, она упадет, но весь мир увидит, какая у нее рубашка, какая у нее сорочка. Всеволод Чапман – он, все-таки, скорее всего...

Н.АСАДОВА: (смеется) Он – Чаплин, вы его путаете с Анной Чапман. Это другая история. (все смеются)

А.ПРОХАНОВ: Скорее всего Всеволод Чапман – он, все-таки...

Н.АСАДОВА: Чаплин, попрошу вас. (смеется) Чаплин.

А.ПРОХАНОВ: Чаплин? Чарли? (все смеются) Не, вы меня совершенно сбили с толку.

Н.АСАДОВА: Да, Всеволод Чаплин.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что, вот, конечно, каждое утро вставать в 11 утра, пропускать, скажем, церковную службу, съедать несколько жирных вкусных котлет, наполняться огромным количеством энергии. Эту же энергию нужно на что-то девать. Молиться не хочется, понимаете? Вот, послушаний монастырских нет, за его спиной мощь Патриархии. Нужно высказывать идею. Вот это одна из таких идей, связанная с перенасыщением, с обилием углеводородов... Нет, углеводов, жиров и белков, которые он съел утром.

По мне, унификация одежды, где бы то ни было, в России или в Папуа, мысли чудовищные.

Н.АСАДОВА: Ну подождите, смотрите. Вот, в вашем любимом, например, Иране президент Махмуд Ахмадинеджад, когда стал еще мэром Тегерана, он ввел дресс-код на улицах, как вы помните. То есть, в частности, он запретил мужчинам ходить без бороды, в рубашках с коротким рукавом, ну, в футболках, по сути. То есть чтобы локоть был закрыт по мусульманским законам.

Если до его прихода к власти, в принципе, в Тегеране можно было увидеть девушку и в джинсах, и, в общем-то, в юбке не очень длинной, то с его приходом это стало невозможным. То есть, в принципе, есть примеры стран, где государство или церковь, или там, не знаю, духовные лидеры вмешиваются в частную жизнь людей таким образом, что говорят им, что носить, что не носить.

А.ПРОХАНОВ: Вот, я только что из Ирана. Огромное количество гололицых мужчин без всякой бороды. Есть, конечно, и бородатые, с такой легкой щетиной, такой изысканной французской щетиной, они выглядят очень артистично, как будто с Монмартра вышли. Женщины – действительно, у них голова покрыта. Но они ходят в брюках и мини-юбках.

Н.АСАДОВА: В мини-юбках? В Тегеране?

А.ПРОХАНОВ: У них мини-юбки, но из-под мини-юбок брюки.

Н.АСАДОВА: А.

А.ПРОХАНОВ: Поэтому еще неизвестно, что пикантнее, понимаете? Просто мини-юбка и не очень строгие ноги или мини-юбка и ноги, задрапированные красивыми брюками. Поэтому эротизма на улицах Ирана гораздо больше, чем в наших вот этих салонах для проституток, где наши женщины ходят нагишом чуть ли не по улице.

Ведь, эротизм – это тоже такая энергия, которой нужно управлять. Либо она концентрируется из мира...

Н.АСАДОВА: Управлять ею должен кто, главное? Государство или сам человек?

А.ПРОХАНОВ: Кто угодно, кто угодно. Во всяком случае, эротизм, который постоянно сдерживается, постоянно аккумулируется, он потом выражается в великих творениях, в поэмах, в готических храмах. Когда на плоть накладывается узда, эта плоть, будучи в напряжении, она порождает огромные протуберанцы духа. Как только плоть раскрепощена, как только плоть выброшена на площадь, поскольку плоть – она открыта и обнажена, кончается тайна, кончается искусство, кончается метафизика жизни. Поэтому, конечно, иранские женщины – они восхитительны.

Что касается, повторяю, Всеволода Чапман, то я не...

Н.АСАДОВА: Чаплин, Чаплин.

А.ПРОХАНОВ: А, Чаплин, простите. То, конечно, его предложение унифицировать одежду русских людей – она чудовищна. Просто люди, которые ходят в церковь, воцерковленные русские женщины, они знают этику – они никогда не придут с голыми ногами. Они всегда придут в длинном платье, они придут в платках. Здесь не нужны откровения вот этого нашего...

Н.АСАДОВА: Ну, он, наверное, имеет в виду не только когда они ходят в церковь, но вообще как они ходят по улицам.

А.ПРОХАНОВ: Нет-нет, я считаю, что это такой же бред как и заявление Дворковича. Мне кажется, какое-то возникло такое поколение прожектеров, которым нечего сказать, которые внутри пусты, как, вот, попугаи, в которых трещит горох и которые постоянно оглашают мир, предлагают свои фантастические идеи, не связанные ни с чем – ни с творчеством, ни с добром, ни с просвещением, ни с технологией, ни с победой. Это все какие-то... Ну, я бы назвал их межеумками, если бы это было не слишком жестко.

Н.АСАДОВА: Хорошо. Давайте сменим тему. На этой неделе говорили много про демарш Риги, так сказать, потому что бывший мэр Москвы Юрий Лужков попросил вид на жительство в Латвии, а ему отказали. Причем, в жесткой достаточно форме. Министр внутренних дел Латвии Линда Мурниеце внесла его в черный список и напомнила ему все нелицеприятные выражения, которые он позволил себе в отношении Латвии, когда еще был мэром Москвы. Вот, вы следили вообще за этой ситуацией? И как вы к ней относитесь?

А.ПРОХАНОВ: Я следил за выражением Лужка... Лужковского лица. И видел, что оно было серым, одутловатым и, в общем, несчастным. Лужкову, ведь, отказывали в визах в США. По-моему, кто-то, если не ошибаюсь, Кобзон до сих пор невъездной в США.

Н.АСАДОВА: Не знаю.

А.ПРОХАНОВ: Им вменяли очень такие, грозные обвинения, запрещавшие им пересекать границу США. Те самые обвинения, которые могли бы сегодня здесь в России против него быть выдвинуты. Но Лужков отстранен, вся огромная мафиозная машина Москвы по-прежнему крутится на тех же оборотах, те же огромные состояния, которые нажил он и его жена, не подвергаются ревизии и юридическому исследованию. А он, действительно, совершает какие-то, по-моему, странные и не совсем корректные шаги, желая объегорить маленькую несчастную страну, которая то ли она фашистская страна, то ли она нацистская, я не знаю. Латвия у нас какая? Фашистская или нацистская страна?

Н.АСАДОВА: Не то и не другое, по-моему.

А.ПРОХАНОВ: Не то и другое, да? Ну, они почему-то очень эсесовцев любят. И Лужков хочет у них Шенгенскую визу получить для того, чтобы потом мотаться по другим странам, которые ему визы не дадут.

Н.АСАДОВА: Ну, кстати говоря, вот, когда вы услышали о том, что ему отказали в виде на жительство, вы, скорее, обрадовались или расстроились за него? Или просто думали «Поделом ему»? Как?

А.ПРОХАНОВ: Вы знаете, эта ситуация просто вызвала у меня отвращение как по отношению к Риге, так и по отношению к Лужкову. Симпатии мои были ни на стороне Риги, ни на стороне Лужкова. Потому что, видите, если бы Лужков был у власти, например, если бы Лужков сохранил свое влияние, если бы Лужков мог контролировать, как он это делал, часть потоков, в том числе энергетических, идущих туда, вот, в Прибалтику, ему бы, конечно, не отказали в этом. Просто это демарш маленькой мстительной страны над поверженным львом. Но сам лев, сам по себе лев – он загрыз такое количество ланей, он съел такое количество зебр, его клыки, желтые клыки розовые до сих пор от перекусанных хрящей и горл, что он не вызывает во мне никакой симпатии.

Н.АСАДОВА: А, вот, высказывалось мнение, что ответ Латвии – это не столько обида какая-то на слова Лужкова, сколько, возможно, давление из Кремля. То есть было высказано такое мнение, что, вот, поскольку жена Лужкова так и не отдала Интеко заинтересованным лицам, близким к Кремлю, то и поэтому Латвия так жестко отреагировала, зная, что он не найдет защиты в Кремле, скажем так.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что влияние Кремля на Латвию очень невелико. Потому что Латвия, как и Польша, впрочем, делает все, чтобы досадить Кремлю. Это одна из самых таких, вот, мелкомстительных республик из нашего прошлого, которая всегда ищет повод досадить России. Я думаю, что дело именно в этом. Латвия не хочет иметь дело с мафиозными организациями и персонажами.

Н.АСАДОВА: Ну что ж, на этой ноте мы вынуждены закончить нашу передачу. Я напоминаю, что в гостях в «Особом мнении» сегодня был писатель и журналист Александр Проханов. Я, Наргиз Асадова прощаюсь с вами. Всего доброго.

А.ПРОХАНОВ: Махнемся водолазками, а?


Напишите нам
echo@echofm.online
Купить мерч «Эха»:

Боитесь пропустить интересное? Подпишитесь на рассылку «Эха»

Это еженедельный дайджест ключевых материалов сайта

© Radio Echo GmbH, 2024