Михаил Веллер - Особое мнение - 2010-10-25
О. ЖУРАВЛЕВА - Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». Наш гость сегодня – писатель Михаил Веллер. Добрый день. Добрый вечер.
М. ВЕЛЛЕР - День добрый и вечер тоже.
О. ЖУРАВЛЕВА - Как удачно сложилось, что мы совпали с вами уже на следующей же неделе. В прошлый раз мы виделись в среду, но за это время много чего произошло. Я хочу напомнить, что у нас идет голосование, называемое в просторечье кардиограммой. Если слушатели готовы реагировать на то, что говорит Михаил Веллер и готовы поддержать или наоборот, не поддержать, они могут это сделать на нашем сайте. Есть кнопка: голосуй за слова. Вы голосуете за слова, говорить эти слова будет Михаил Веллер. Есть несколько новостей, которые давно муссируются и в прошлый раз мы говорили о том, как будет в Москве новая власть, как все будет происходить.
М. ВЕЛЛЕР -…новая метла, которая метет чисто. Стоял на тротуаре и кусал усы. Бабель, «Одесские рассказы».
О. ЖУРАВЛЕВА - Московские рассказы. У нас сегодня появились хотя бы поводы для оценок. Во-первых, наконец, решился вопрос с Триумфальной площадью.
М. ВЕЛЛЕР - Хотелось бы надеяться, что до 31 осталась какая-то неделя и может быть, он не будет решаться еще раза три туда обратно. Потому что все нормальные люди должны это приветствовать, ибо исполнение статьи Конституции, казалось бы, в интересах всех, начиная как от гаранта, так и от вице-гаранта.
О. ЖУРАВЛЕВА - Вы поддерживаете, что Триумфальная, митинг до 800 человек. Без разгона.
М. ВЕЛЛЕР - Хоть на Красной площади. 800 это лучше чем 250, но хуже, чем без ограничений. Но как бы сказать…
О. ЖУРАВЛЕВА - То есть у вас мечта, чтобы еще без ограничений.
М. ВЕЛЛЕР - У меня есть мечта. Чтобы власть жила по закону. I have a dream – как сказал Мартин Лютер Кинг почти полвека назад.
О. ЖУРАВЛЕВА - Значит, в этой ситуации вы поддерживаете власти. Считаете, что они на правильном пути.
М. ВЕЛЛЕР - Вы знаете, я поддерживаю тех, кто выдавил из властей это разрешение, потому что власть за демонстрантами с этой бумажкой не гонялась, требуя получить разрешение. Пока все еще ничего. Это гораздо лучше, лучше 800 без битья, чем 250 дубинками по головам. Может быть, мы в самом деле на верном пути.
О. ЖУРАВЛЕВА - Тогда оцените, пожалуйста, такую интересную вещь. Журналисты въедливый народ. Они же следят за казалось бы, незначительными событиями. Заметили то, что новый московский мэр не очень любит журналистов. Во всяком случае, не любит светиться. Очередное заседание московского правительства вопреки сложившейся традиции, а была такая московская традиция, пройдет без участия журналистов. И вообще с открытостью у Лужкова был свой пул, канал, была традиционная передача. Сейчас передачи нет «Лицом в городу», непонятно, будет ли она дальше. И вообще с журналистами Собянин пока не очень хочет общаться. Это для вас хороший, плохой знак или вообще ничего не значит?
М. ВЕЛЛЕР - Я за это время успел подумать, что если бы мэра меняли каждые два месяца, перед 31 числом, то возможно включилась бы геометрическая прогрессия. 800, 1600, 3200, несколько лет и свобода демонстраций 31 числа. С другой стороны если каждый следующий будет так делать чуть менее прозрачным все то, что он делает, еще два мэра и у нас Берлинскую стену пятиметровую бетонную построят вокруг мэрии и запретят за нее заглядывать. Речь о том, что конечно власть совершенно справедливо не хочет знать, чтобы всякие с длинными носами свои носы совали в то, чего она делает. Куда она перепрофилирует денежные потоки, кому она что обещает, кому прощает, а кому не прощает и вообще как она полагает, будет страна жить дальше. Как надо, так и будет. Я совершенно понимаю, вот товарищ Сталин журналистам говорил, что надо и когда надо. Я жалею страшно, что не знаю французского, для пословиц язык просто музыка. То есть из фраз Наполеона: когда будет нужно, вас позовут. Вот журналисты должны усвоить, что когда будет нужно, власть их позовет, а пока пусть пишут о погоде.
О. ЖУРАВЛЕВА - Кстати, о чем писать, все-таки дают московские власти поводы. Сегодня появилась информация о том, что воду теперь будут отключать не на две недели, а на 10 дней.
М. ВЕЛЛЕР - Зимой или летом.
О. ЖУРАВЛЕВА - Горячую воду летом.
М. ВЕЛЛЕР - Десять дней в году или ежемесячно?
О. ЖУРАВЛЕВА - В году все-таки. Лучше стало, на 4 дня лучше.
М. ВЕЛЛЕР - Вы помните, о смене мэра была чудесная история, когда Боос одно время был вице-премьером, проводил собрания, и он сидит и думает тяжело о жизни в понедельник с утра, а там кто-то что-то такое говорит, жалуясь на обстоятельства. Боос улавливает какие-то звуки, поднимает голову и говорит: мужчина, вы на что конкретно жалуетесь? И весь длинный полированный стол немного растерялся. И вот я думаю, что Собянин действительно системный менеджер, сити-менеджер, житный хлеб. И администратор, организатор, простите великодушно, поскольку нам мало известно об его жизни, журналистов не пускают, тем более фуршеты там всякие внутренние, заметьте, у него в последние годы лицо часто пьющего человека.
О. ЖУРАВЛЕВА - Перестаньте, что вы говорите какие ужасные вещи.
М. ВЕЛЛЕР - Может быть это цвет кожи такой, может быть нос слегка припухший, может быть, он спит лицом в подушку, может быть это генетика. Но у него реально лицо пьющего человека. Мне хотелось бы надеяться, что это тот случай, когда внешность бывает совершенно обманчива. Совершенно разумный человек.
О. ЖУРАВЛЕВА - Говорят у него феноменальная память на имена, лица и все остальное. Мне кажется это несовместимо.
М. ВЕЛЛЕР - То есть вы предлагаете мне поостеречься?
О. ЖУРАВЛЕВА - Вот кстати хорошая мысль. Запомните, пожалуйста, сейчас находится в студии писатель Михаил Веллер.
М. ВЕЛЛЕР - Народная мудрость: кто пьян, да умен, два угодья в нем.
О. ЖУРАВЛЕВА - Совершенно верно. Не забывайте голосовать за слова Михаила Веллера, а не за его книги, красивые глаза и все остальное.
М. ВЕЛЛЕР - Не против слов, а за.
О. ЖУРАВЛЕВА - И за и против. Слушайте внимательно, что говорит Михаил Веллер и на нашем сайте голосуйте за его слова или против его слов.
М. ВЕЛЛЕР - Против не надо.
О. ЖУРАВЛЕВА - Пока все время за. Теперь, пожалуйста, объясните мне вот что. У нас зам. генпрокурора РФ сегодня выступил с несколькими программными заявлениями по Кавказу. Это его вотчина, он по этой части отвечает.
М. ВЕЛЛЕР - Я бы охотно побеседовал с парнями, которые пишут программные речи генеральному прокурору. Там ведь наверняка свой штат спичрайтеров и консультантов.
О. ЖУРАВЛЕВА - Не знаю, насчет этих парней ничего сказать не могу. А человек, который выступал сегодня, это Иван Сыдорук, зам. генпрокурора РФ. Так вот что он сказал по поводу Кавказа, он сказал, что нужно всю милицию вывести за штат и просто переаттестовать. Потому что там все очень плохо. Нужно всех предателей и трусов оттуда гнать по результатам того, что в последнее время изучала Генпрокуратура. Он сказал, что кавказские боевики оказывается, получают оружие из воинских частей непосредственно.
М. ВЕЛЛЕР - Кто бы мог подумать.
О. ЖУРАВЛЕВА - Действительно. Но теперь это сказано официальным лицом. И более того, он озвучил некоторые цифры касательно ситуации с терроризмом. Которые для меня даже, несмотря на то, что следишь за новостями, показались довольно удивительными и странными. В текущем году в округе федеральном выросло более чем в 4 раза число преступлений экстремистской направленности. Было зарегистрировано 352 преступления террористического характера. Из них 254 приходятся на Чечню. Оказывается Чечня у нас не самая мирная республика Северного Кавказа, как мы в последнее время уже готовились думать. Как вам это открытие?
М. ВЕЛЛЕР - Я охотно вошел бы в консультативную группу по решению проблемы Северного Кавказа. С предложением заменить проживающие сейчас народы Северного Кавказа на голландцев или датчан. И тогда там бы стало гораздо спокойнее. Хорошо, они выведут милицию за штат, вопрос - а кого они введут в штат.
О. ЖУРАВЛЕВА - Будут заново аттестовывать всех.
М. ВЕЛЛЕР - И что?
О. ЖУРАВЛЕВА - Проверять каждого.
М. ВЕЛЛЕР - И что?
О. ЖУРАВЛЕВА - Оставят лучших.
М. ВЕЛЛЕР - Был когда-то чудесный итальянский фильм «Признание комиссара полиции прокурору республики». Где была гениальная фраза: то, что он скажет вам завтра, я скажу вам сейчас. Они их переаттестуют и что? Можно оставлять на месте сразу. Понимаете, мы можем, конечно, называть национально-освободительную борьбу на окраинах империи в период распада террористическими движениями.
О. ЖУРАВЛЕВА - Разве это не так?
М. ВЕЛЛЕР - Мы можем это назвать как угодно. Мы можем это называть чем-то жестоким, безбожным, мы можем тарарабумбией. Суть от этого не изменится. Потому что давайте вспомним или так все знают, как собственно эти земли и народы вошли в состав российской империи. Всем привет от генерала Ермолова. Огнем и штыком. Вопрос: как они содержались в составе российской империи. А недовольство сурово подавлялось. А довольство поощрялось. Вот понимаете, Шамиль получил деньги на хадж в Мекку, умер, как только собрался обратно. Святой человек, в Мекке похоронен. Завещал жить в России мирно. С тех пор много лет прошло, воды утекло, так вот сейчас, если нельзя предъявить народу все выгоды житья в РФ, и нельзя карать за вооруженные недовольства этим житьем, то чего вообще ожидать. Какая переаттестация. Что может быть проще, чем купить справку, а кто будет переаттестовывать. Чиновников из Москвы пошлем? Кого? Новых или тех, кто пилит бюджетные бабки, которые отправляются в Чечню и вообще на Северный Кавказ. Эта проблема в нынешних условиях. Когда мы пытаемся говорить о либерализме, о демократии, о мультикультурности, об уважении прав и традиций всех народов и наций, эта проблема не имеет решения. Потому что в результате этого мира скорее Чечня завоевала Россию, нежели Россия, завоевав Чечню, оставляет ее в своем составе. То есть нужно или в корне менять всю политику, менять всю идеологию, возвращаться к жестоким консервативным ценностям. Или нужно отделять Северный Кавказ…
О. ЖУРАВЛЕВА - Не будет этого.
М. ВЕЛЛЕР - Вы знаете, сегодня и завтра не будет. Послезавтра может отделиться сам. Если все будет идти, как идет.
О. ЖУРАВЛЕВА - Совсем недавно Сурков в Грозном выступал перед молодежью и говорил о том, что Кавказ это опора, это главная опора державы. Что это едва ли ни то, на чем стоит Россия. И убеждал молодежь, что надо с пониманием относиться к трениям общественным. Что все равно, вы помните, что для нас очень важным, огромные перспективы перед вами открываются. И вообще какой мы красивый народ, сказал Сурков, глядя на грозненскую молодежь.
М. ВЕЛЛЕР - Я думал, на зеркало.
О. ЖУРАВЛЕВА - Действительно симпатичный очень человек.
М. ВЕЛЛЕР - Никто наверное не оспаривает, что Сурков серьезный и очень хороший эффективный политтехнолог. Политтехнолог отличается от политика тем, что политик изменяет действительность, а политтехнолог изменяет представления людей о действительности.
О. ЖУРАВЛЕВА – Вот он сейчас изменит представление.
М. ВЕЛЛЕР - Совершенно верно. Таким образом, если политик занимается политикой декларативной и реальной, например, говорит одно, а делает другое, но чтобы в результате выходило то, что ему надо, то политтехнолог в основном занимается декларативной политикой, то есть он говорит людям то, что ему нужно сказать, чтобы они относились к нему так, как он хочет, чтобы они к нему относились. То есть вместо того чтобы говорить полякам, как вы нам надоели со своими столетними, тысячелетними претензиями, вы сами лезли на Россию, начиная с татаро-монгольского ига, нужно говорить полякам, какие они отличные ребята, какие они лучшие из славян, как они культуру создали гораздо древнее, чем русскую и так далее. А потом Польша вдруг оказывается вошедшей в состав российской империи. Вот это серьезная реальная политика. То есть Сурков поехал на Кавказ и этим гордым, самолюбивым, уверенным в себе людям сказал, как он их уважает, как он высоко их ценит, какого высокого мнения они должны быть о себе. И таким образом вызвал немножко улучшение отношения к себе и к Кремлю, что и требовалось. Если бы для этого нужно было заявить, что на Кавказе живут марсиане или они есть потомки шумеров, которые изобрели все на свете и поверили бы, то он бы сказал, что они потомки шумеров. К этим вещам нельзя конечно же относиться всерьез.
О. ЖУРАВЛЕВА – Во всяком случае, это еще и говорит о том, что перспектива отсоединения какого бы то ни было Кавказа, Кремлем не рассматривается.
М. ВЕЛЛЕР - Я думаю, что Кремлем рассматривается даже перспектива отсоединения Дальнего Востока и Сибири. Как порядочный начальник штаба должен иметь планы на все случаи жизни, даже на случай худшего сценария, полной катастрофы, чтобы войско не было застигнуто врасплох, чтобы были пути отступления, партизанские базы и так далее, также Кремль обязан иметь наихудшие проработанные сценарии. Ими очень сильно пахнет, если отсоединится Дальний Восток, тогда все эти мосты на остров Русский, все вип-комплексы на островах, они могут стать столицей новой дальневосточной республики. А когда, предположим, помечтаем через 15 лет будет безвизовое сообщение с Европой, то те самые 35%, которые говорят: да, мы бы поехали из России куда-то пожить, поработать, и ломанутся наниматься в гастарбайтеры вместо турок, арабок. Потому что европейцы, христиане, белые хотят работать, давать образование детям, такая радость для Европы, замена гастарбайтеров, как бы чуждых как бы все-таки своими, какая радость для наших топливных монополий перестать содержать всех этих нахлебников. Которые не нужны.
О. ЖУРАВЛЕВА – То есть это такое светлое будущее.
М. ВЕЛЛЕР - Вы знаете, светлое, полосатое, но я боюсь, что это, к сожалению, к прискорбию, к ужасу совершенно вероятный вариант будущего.
О. ЖУРАВЛЕВА – Семен пишет на sms: идея мультикультурной Европы потерпела крах. Это еще Ангела Меркель обмолвилась, что плохо у нас с этой мультикультурностью выходит. А что в России будут и дальше пропагандировать толерантность, - интересуется Семен.
М. ВЕЛЛЕР - Первый мультикультурный проект в мировой истории окончился прекращением строительства вавилонской башни.
О. ЖУРАВЛЕВА – Тогда она потерпела крах.
М. ВЕЛЛЕР - Да, что вот тогда каждый со своим языком и традициями опаньки, ни о чем не договорятся. Сейчас получается точно то же самое. Покуда мы со своей мультикультурностью, толерантностью в сочетании с такой демонстративной повышаемостью роли религии. Вот и столкнулись, что христианская религия, православная, церкви, обряды и высшие лица правительства и ислам, который имеет точно такое же право на существование тоже хочет больше мечетей. Люди тоже хотят молиться аллаху и абсолютно в своем праве, и вот начинается, зачем же нам столько мечетей в Москве. А вас никто не спрашивал. Толерантность так толерантность.
О. ЖУРАВЛЕВА – Тогда получается к кому претензии. К Ивану Грозному, который Казань брал, Астрахань брал.
М. ВЕЛЛЕР - Конечно, можно предъявить претензии к Хоркхаймеру и Адорно, которые из Франкфурта переселились, сбегая от Гитлера в Америку. И основали там все это нынешнее течение большой мультикультурности и либерализма. А лучше может быть бы их пришибли при переходе границы. Прости меня, господи, слова мои грешные. Претензии предъявлять первое – себе, потому что если ты дурак или если ты трус или если ты слаб, то ты виноват в этом. Вот еще древние люди, предки наши всех, которые жили стадами по 20-70 человек, они знали, что каждый отвечает за все. Один по себе ничего не значит. Выживать можно только группой. А тут нам объясняют насчет прав личности, которые выше права народа и так далее. Кому предъявлять претензии. Ни то истории, ни то агрессивности собственных предков, но ведь наши несчастья это продолжение нашего счастья.
О. ЖУРАВЛЕВА – Если ты бывшая империя, то у тебя будут жить разные народы, культуры.
М. ВЕЛЛЕР - Совершенно верно.
О. ЖУРАВЛЕВА – Какой путь правильный, как вы считаете? Отказаться от имперских наших амбиций. И всем сесть по углам.
М. ВЕЛЛЕР - Если всем сесть по углам, то опять одни начнут резать других, другие обкрадывать третьих. Я думаю, что все то же самое – придерживаться политики плавильного котла.
О. ЖУРАВЛЕВА – Той самой толерантности, все-таки терпеть?
М. ВЕЛЛЕР - Толерантность это не плавильный котел, это какая-то фигня, когда все наоборот плавают в кастрюле, но по отдельности, не перемешиваясь. Это делать акцент на том, что людей объединяет и всячески развивать. И не делать акцент на том, что разъединяет и всячески это задавливать. Вот если разные культуры, разные религии, языки и обычаи разъединяют группы людей, которые в принципе друг к другу хорошо бы относились. То нужно, простите великодушно за фразу тупую и банальную, делать что-то вроде выковывания новой общности - американский народ. Простите, советский народ, простите народ Великобритании, простите народ Франции, который состоит из десятков народов. Где-то там в исторической ретроспективе, а в противном случае опять будет Суздальское княжество, Воронежское, Тверское, Новгородское и так далее.
О. ЖУРАВЛЕВА – Но плавильный котел как раз США. Как известно. Ведь они же тоже столкнулись с толерантностью, когда они из рабов переводили чернокожее население в граждан. И это было не так давно.
М. ВЕЛЛЕР - У них тоже были несчастья. Они хотели этих граждан поначалу, нам не совсем в школе правильно преподавали историю. Они хотели во времена Линкольна их всех, снабдив деньгами и хорошими вещами, дать корабли, переселить обратно в Африку, чтобы они там в своей Либерии американский флаг, американская Конституция, американские институты, создавали хорошую цивилизованную правильную жизнь, взяв все то, чему научились в Америке. Но там не получается. Такие дела пошли, что вот они столкнулись, но одно дело, когда живут народы двух рас, где в данном случае африканская раса поколения, сотни лет жили на этой земле и они не знают другого языка, кроме английского уже. Они не знают другой религии, кроме христианской.
О. ЖУРАВЛЕВА – Но им все равно была необходима толерантность. Потому что все равно черные ездили в других автобусах и на других местах.
М. ВЕЛЛЕР - Совершенно верно, для этого понадобилось много времени. Но мне глубоко наплевать, какой цвет кожи у моего друга, зеленый, оранжевый или черный, если мы с ним одинаковые. Вот мы одинаково смотрим на мир, одинаково говорим и так далее. А вот когда он хочет все делать иначе, то естественно друзьями мы быть не можем. У нас разные корзинки.
О. ЖУРАВЛЕВА – У нас в студии Михаил Веллер. У нас на сайте ведется, как бы сказать контроль за высказываниями Михаила Веллера. Вы можете голосовать за или против того, что он говорит. Очень много вопросов пришло на sms и все в одну сторону. Все предыдущее про мультикультурность и толерантность мы уже с вами осветили. Есть еще одна тема, которую несколько человек поднимают. Скажите хоть что-нибудь о Ходорковском. Как вам 14 лет Ходорковского. Какое ваше мнение по приговору.
М. ВЕЛЛЕР - Я был потрясен, потрясен конечно сильное слово, но так слегка удивлен в приятном смысле самую капельку. На тротуаре, подходя на Арбате к «Эхо Москвы», я увидел на двух будках рекламу телефонной компании МГТС, где был потрет Ходорковского с надписью: на свободу с большой скоростью. Ничего так рекламка. Забавная. Тут получается, что у нас Ходорковский уже и Лебедев при нем Ходорковский, фамилия громче, он главнее, сидит ни за что, а за кого. Вот такое ощущение, что Ходорковский сидит за всех олигархов. Вот Березовский за всех олигархов в изгнании, а Ходорковский за всех олигархов в тюрьме. Четвертый за всех кто-то должен отдуваться. И таким образом власть себя поставила немножко в патовое положение, если Ходорковского выпустить, у него столько будет сторонников, такой национальный герой, он же мученик. Давайте его срок разделим по году между всеми олигархами, и пусть каждый по годику отсидит. Для народа будет большая радость, а бизнес он без хозяина не останется. Желающих море просто будет. Можно на конкурсной основе замещать должности. Если его выпустить, он будет такой популярный, он еще образует партию, пойдет в президенты, к нему СПС, объединенные чего-то побегут…
О. ЖУРАВЛЕВА – А если он выйдет в 17-м году.
М. ВЕЛЛЕР - Второй вариант, чего я ни в коем случае ему не желаю. Если он скончается в заключении, не дай бог, то это вообще уже станет фигура, в чем-то равная Эдмону Дантесу, который остался неотомщенным узником замка Иф. То есть вот сменится режим, рано или поздно, ни один режим не бывает вечным, ему же поставят памятник, ему поставят памятник в красном камне…
О. ЖУРАВЛЕВА – Тогда уже какая разница будет этому режиму, поставят или нет.
М. ВЕЛЛЕР - Поставят памятник в Москве. И то и другое немного не устраивает. Пытались уголовник, уголовник, какой уголовник. Он точно такой же уголовник как все наши родные олигархи. Ну страна у нас такая, что криминала не касаться, вообще ничего не сделаешь. С сажей играть, рук не замарать. Такое ощущение, что хотят, чтобы он не то чтобы не вышел никогда, но чтобы покуда сидел. И вот когда-то у меня было, простите ради бога, в собственном рассказе как Тарасюк объясняет немцу диспозицию. Пока Романов в Смольном, гнить Тарасюку на овощебазе. Вот такое ощущение, что пока Путин у власти, сидеть Ходорковскому на зоне. Вот почему-то народу так сдается. Это не я придумал. Это народ на базаре говорит.
О. ЖУРАВЛЕВА – Идея такая, на базаре высказывается следующая идея и не только на базаре, что если Ходорковскому сидеть до 2017 года, значит, Путину сидеть до 2017 года в Кремле.
М. ВЕЛЛЕР - Вы знаете, не исключено.
О. ЖУРАВЛЕВА – А 2017 год у нас хорошая дата какая.
М. ВЕЛЛЕР - 17-й хорошая дата, вы полагаете неплохо бы еще что-нибудь такое затеять в Смольном и Зимнем. Например, взорвать газоскреб, если его достроят. Какие-нибудь террористы, ужасные экстремисты. На самом деле тут очень интересный обратный взгляд. Лучше бы они что-нибудь придумали, чтобы Ходорковского спокойно выпустить. Они конечно, как Шарль Бовари мечтала о том, чтобы Эмма умерла от какой-то болезни и как всегда само собой прекрасно разрешится. Вот если бы Ходорковский не дай бог умер от какой-нибудь болезни, как бы все чудесно само собой разрешилось. Консилиум, посмертный эпикриз, вскрытие, что нет, нет от болезни, власти ни при чем. У него, видимо, здоровье неплохое. И живет пока.
О. ЖУРАВЛЕВА – Мы с вами вступили на скользкий путь, потому что как раз приняли во внимание как сообщается наличие детей у подсудимых и состояние здоровья Платона Лебедева, поэтому срок дали такой небольшой – 14.
М. ВЕЛЛЕР – Действительно, какая ерунда. Могли бы восемь пожизненных. Совершенно верно. На самом деле с каждым днем отсидки Ходорковский набирает очки на некоем моральном поле. Тут никуда не денешься. И с этим ничего нельзя поделать. Вот когда-то Горбачев выпустил Сахарова из Горького и сколько набрал очков. Правда, Союз развалился.
О. ЖУРАВЛЕВА – Сахаров еще до Горького набрал очков собственными силами.
М. ВЕЛЛЕР - Я имею в виду, Горбачев набрал очков, вернув Сахарова из ссылки.
О. ЖУРАВЛЕВА – Об этом тоже кстати пишут.
М. ВЕЛЛЕР - Если предположить, по аналогии Медведев вернет из Красного Камня Ходорковского и выпустит на свободу. Медведев конечно наберет очки в глазах Запада, либеральной общественности, в глазах бизнес-сообщества. Кроме тех парней, которые между собой разобрали бывший ЮКОС. Но это может ослабить вертикаль власти.
О. ЖУРАВЛЕВА – Да ладно.
М. ВЕЛЛЕР - Вертикаль власть это означает, чуть что, тресть тебя вертикалью по голове, а тут одного выпусти, второго.
О. ЖУРАВЛЕВА – Так вы сами сказали, он один за всех сидит.
М. ВЕЛЛЕР - Он сидит один за всех, не значит, что это такая одинокая фигура, которая в поле не воин. Это стало неким знаком, некой вехой. Выпустить или не выпустить эту веху, это имеет значение для имиджа власти и для крепости власти.
О. ЖУРАВЛЕВА – Вы бы на месте власти выпустили или нет?
М. ВЕЛЛЕР - На месте власти я бы и не сажал. А если бы сажал, то всех поровну. Должна быть справедливость, такое равенство по горизонтали деяний и ответственности. Если бы сейчас я был во власти, безусловно, выпустил и назначил бы большой Нюрнбергский процесс по всем делам приватизации и по нашим родным олигархам. Потому меня во власть и не зовут, еще им не хватало Нюрнбергских процессов. Упаси господь.
О. ЖУРАВЛЕВА – Тогда ответьте в заключение на такой, в общем, незатейливый вопрос от слушателя, который подписывается Овощ: уважаемый Веллер, скажите, если власть не смогла провести нормально перепись, о чем это говорит?
М. ВЕЛЛЕР - Я думаю, что власть…
О. ЖУРАВЛЕВА – Вот Овощ уже сейчас знает, что не смогла.
М. ВЕЛЛЕР - Во-первых, не надо будить лихо, пока оно тихо и подписываться словом Овощ, уж очень аналогия нехорошая. Психиатрически понимаете. Второе, я думаю, что власть провела перепись именно так, как она хотела, и соответствующее время спустя это станет известно по результатам переписи. Может наш Овощ полагает, что власть хотела иначе. Но я думаю, что власть хотела именно так. Интересно, что будет в результате.
О. ЖУРАВЛЕВА – А как вы думаете, если смотреть на власть, она хочет, чтобы нас стало больше, чтобы мы стали лучше. Глазами этой переписи. Чтобы нас стало меньше, но мы стали богаче.
М. ВЕЛЛЕР - Вот исключительно тонкий и точный вопрос. Каких целей хотела добиться власть этой переписи, и какой месседж послать населению. Я думаю, первое, немножко отрулить себе денег от тех, которые отпущены на перепись.
О. ЖУРАВЛЕВА – Говорят, очень мало было отпущено.
М. ВЕЛЛЕР - Очень может быть. Все мои допущения могут быть ложными, но поскольку нам же не говорят, зачем это, то нам остается на кофейной гуще гадать, на соломинках. Это первое. Второе, сказать, что нас на самом деле больше, чем есть. Потому что население-то уменьшается. Третье, может быть немножко не говорить, что, кроме того, что мы уменьшаемся, мы гораздо быстрее замещаемся этнически и религиозно, нежели уменьшаемся. Потому что уменьшение оно включает в себя всех мигрантов. Здесь ведь не говорится сколько своих-то убыло, прибыло. Дальше, перепись нужна для того, чтобы писать как бы точно, куда сколько денег на что нужно отправлять. А то кому-то непонятно, что нужны деньги на детсады, на среднюю школу, на зарплаты врачей и учителей. На науку, тут и считать нечего. Деньги надо давать, но тогда можно будет это все с научной точки зрения. Я подозреваю, что это делается немножко для отвода глаз. Немножко это подмена деятельности суетой. Вот мы как следует все сосчитаем, а потом будем снабжать. Потом еще какие-нибудь коэффициенты введем. Я думаю, что, к сожалению, это бюрократическое замещение реальной внутренней политики.
О. ЖУРАВЛЕВА – Михаил Веллер был сегодня гостем «Особого мнения». Большое спасибо всем, кто принимал участие, кто создавал нашу сегодняшнюю кардиограмму. Как всегда Веллера народ любит. Прямо зашкаливает как.
М. ВЕЛЛЕР - Большое спасибо всем.
О. ЖУРАВЛЕВА – Всего доброго.