Купить мерч «Эха»:

Максим Шевченко - Особое мнение - 2010-08-12

12.08.2010
Максим Шевченко - Особое мнение - 2010-08-12 Скачать

О. ЖУРАВЛЁВА - Добрый вечер, это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлёва. Наш гость сегодня традиционно по четвергам Максим Шевченко, здравствуйте.

М. ШЕВЧЕНКО - Здравствуйте.

О. ЖУРАВЛЁВА - Наш номер для связи остался прежним +79859704545. И на сайте Москвы echo.msk.ru можно найти видеотрансляцию и видеоизображение Максима Шевченко, мы сейчас его получше наладим, чтоб он был ещё краше. Ну, а мы приступаем.

М. ШЕВЧЕНКО - А себя-то вы показали?

О. ЖУРАВЛЁВА - Себя пока не показала. Для этого существует канал RTVI, за что ему отдельное спасибо. Первая новость такая странная, у нас темой дня, каждого дня уже давным-давно является жара, пожара, засуха и всё вокруг. Сегодня новый поворот. Стало известно, что сотрудникам компании «Русское молоко», и их президент этого самого агрохолдинга разработал специальную программу по избавлению от грехов. Он объяснил, что засуха – дело такое, это всё за грехи наши, с грехами надо побороться, и поэтому решил, что нужно как-то исправить ситуацию и установил, что, во-первых, все должны пройти сотрудники курс основ православной культуры обязательно. Все, кто состоит в зарегистрированном браке, должен повенчаться, причём до Покрова, до 14 числа октября. Если кто-то из сотрудниц делал аборт, тот тоже будет уволен без выходного пособия.

М. ШЕВЧЕНКО - Незамужние девушки не должны пройти осветительство на девственность?

О. ЖУРАВЛЁВА - Об этом речи не идёт, но…

М. ШЕВЧЕНКО - Нет ещё?

О. ЖУРАВЛЁВА - В собственных комментариях к вот этим своим постановлениям господин Василий Бойко говорил о том, что мы не будем проверять, но ничто тайное от нас не ускользнёт. Всё-таки станет явным. Ваши комментарии?

М. ШЕВЧЕНКО - Здесь несколько версий, которые, как мне кажется, имеет смысл изложить. Первая версия – что господин Бойко является сектантом, принадлежит какой-то очень радикальной секте, отколовшейся от православного такого древа. Ну, такие вещи мы встречали, мы встречали… я, собственно, к этому отношусь с пониманием, потому что каждый человек имеет право верить, во что он хочет. Тем более, какие-то христианские секты мы видим, там, не знаю, амишей, которые живут в Штатах. Мы знаем наши старообрядческие секты, мы знаем молоканскую традицию. Мы знаем и из истории…

О. ЖУРАВЛЁВА - Ну, они даже не все секты.

М. ШЕВЧЕНКО - Ну, они условно называются секты, потому что они не принадлежат к большой православной церкви, естественно, вероучение, которое не подразумевает вмешиваться в личную жизнь человека таким способом. По крайней мере, уж точно не рекомендует, а то, может, даже и запрещает начальникам, а то и разным другим людям вмешиваться в частную жизнь другого человека. Вообще, вот такое вмешательство в частную жизнь людей, семей, принадлежащих какому-то кругу, в данном случае мы имеем круг, описываемый корпоративными некими такими контурами, да, это один из первых признаков сектантства. Поэтому возможно господин Бойко, сам того не ведая, уклонился в некое очень радикальное сектантство, которое отличается тоталитарным характером и потому что предписания такого рода, нормативные акты, исходящие от светского лица, а не от духовного, причём даже Патриарх или Папа, носят рекомендательный дают характер. Причём, он обращается не к сотрудникам корпорации или армии, допустим…

О. ЖУРАВЛЁВА - И не грозит увольнением.

М. ШЕВЧЕНКО - А к членам церкви, да. Может, господин Бойко создал какую-то свою церковь, границы которой незаметно для него совпали с границами корпорации «Русское молоко».

О. ЖУРАВЛЁВА - Угу.

М. ШЕВЧЕНКО - Так оно называется. Это первое объяснение этого мотива, то, что это сектантский поступок, это безусловно и то, что мотивы сектантские – это абсолютно точно. И то, что я просил бы и предложил бы руководителям, может быть, каким-то священнослужителям русской православной церкви и имеющим статус и авторитет, высказаться по этому вопросу.

О. ЖУРАВЛЁВА - Уже. Уже.

М. ШЕВЧЕНКО - Уже есть, да?

О. ЖУРАВЛЁВА - Уже есть.

М. ШЕВЧЕНКО - И что там сказали?

О. ЖУРАВЛЁВА - Руководитель пресс-службы Патриарха московского всея Руси протоиерей Владимир Вигилянский сказал, что это, конечно, ужасно, потому что в данном случае руководитель этой компании сделал шаг больше, чем фарисеи, он совершает суд над людьми внецерковного покаяния. Но Вигилянский не склонен осуждать президента агрохолдинга, считая, что он это делает по неведению своему.

М. ШЕВЧЕНКО - Ну, он делает… всякий еретик или всякий сектант делает по неведению или по заблуждению, как известно. В данном случае мы имеем дело с классическим проявлением сектантства. Надо поговорить с господином Бойко, позовите его в эфир, можно будет с ним поговорить о его взглядах на природу троицы, природу церкви, природу Христа, и, может быть, мы в этих разговорах выявим также, что его заблуждения…

О. ЖУРАВЛЁВА - Где корень зла, да?

М. ШЕВЧЕНКО - Его заблуждения являются следствием его ошибочных представлений, которые в его сознании сформированы на богословском уровне. Второй момент, на который мне хотелось бы обратить внимание – это то, что на самом деле ведь мы не можем запретить руководству этой корпорации выпускать какие угодно…

О. ЖУРАВЛЁВА - Абсолютно.

М. ШЕВЧЕНКО - Нормативные акты, регламентирующие внутреннюю жизнь сотрудников.

О. ЖУРАВЛЁВА - Дресс-код, пение гимна, всё, что угодно.

М. ШЕВЧЕНКО - Вот, если допустим, я не знаю просто, как это можно запретить или не запретить. Допустим, вот, он скажет – блондинок на работу не брать, приказ директора №1, да, или людей ростом ниже 175 см не принимать на работу, 175. Можно ли здесь… можно ли это квалифицировать как нарушение гражданских прав? Мне кажется, что опытный юрист и знаток Конституции, конституционного права, конечно, может в этом усмотреть, потому что я лично вижу в таком распоряжении руководителя этой корпорации естественное ущемление через принуждение, через то, что человека, допустим, человеку угрожают увольнением или ещё чем-то…

О. ЖУРАВЛЁВА - Сокращением в должности.

М. ШЕВЧЕНКО - Принуждение к определённому образу жизни. Принуждение насильственное, не убеждение, а принуждение. Вот, в Америке был скандал, который пытались разжечь демократы. Бывший, по-моему, генеральный прокурор Эшкрофт – он очень человек верующий, он, естественно, баптист, кажется, или пятидесятник, я не помню точно. По крайней мере, евангелист, это точно. Может, методист. Пусть меня поправят люди знающие, но точно ни католик, ни православный. Он после работы, уже он был человеком не молодым, он ввёл за правило в один из дней устраивать такие часы Библии, когда он собирал сотрудников, толковал Библию, читал. И как я читал в американской прессе. Правда, в демократической, критической по отношению к республиканцам, что, мол, попробовал ты не придти на эти вечера, даже если тебе хотелось идти совсем в другие места, а ты должен был идти, поскольку он был человек памятливый и точно видел, кто к нему приходил, кто не приходил.

О. ЖУРАВЛЁВА - Была такая история с политинформациями, если помните.

М. ШЕВЧЕНКО - Да.

О. ЖУРАВЛЁВА - Максим Шевченко в студии «Особого мнения». Прошу прощения, мы прервёмся здесь на небольшой перерыв, но вернёмся обязательно в студию «Особого мнения», меня зовут Ольга Журавлёва, никуда не уходите.

РЕКЛАМА

О. ЖУРАВЛЁВА - И снова с вами программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлёва. Наш гость сегодня – журналист Максим Шевченко, и мы продолжаем разговор. Ну, вообще, сложная, конечно, история, связанная…

М. ШЕВЧЕНКО - В ней проявляется неразвитость нашего гражданского общества, ещё, вот, зачаточное такое, детское состояние.

О. ЖУРАВЛЁВА - Именно гражданского?

М. ШЕВЧЕНКО – Да, конечно. Потому что на самом деле каждый человек имеет право верить или не верить, во что он хочет. Группа людей имеет право устанавливать какие-то внутренние правила жизни. Вот, допустим, не знаю, собрались друзья, да, они могут сказать – ребят, давайте мы сегодня не пьём, не курим. Вы же не побежите жаловаться в милицию, что в этой группе из 5 человек запрещено пить и курить. Или, допустим, собрались, там, вот, в лагере… там детский лагерь. Мальчикам, там, правая часть лагеря, девочкам – левая часть лагеря. Никаких контактов, никаких встреч. Ну, как говорится, не хочешь – не приезжай, правда? Здесь речь несколько о другом. Дело в том, что господин Бойко обращается со своими сотрудниками, как с крепостными крестьянами обращались в самую страшную эпоху крепостного права. По крайней мере, он пытается так им говорить.

О. ЖУРАВЛЁВА - Но ведь были добрые хозяева, которые молились вместе, всегда призывали всех.

М. ШЕВЧЕНКО - Нет, секундочку. Самая страшная эпоха крепостного права – это когда Екатерина раздарила своим любовникам миллион русских людей, украинцев, там, и так далее. Любовникам и сподвижникам, и было введено это Уложение о вольности дворянства, вступило в полную силу. Вот, конец XVIII-начало XIX века до попыток Павла облегчить жизнь крестьян и попыток Александра и всего этого близкого кружка реформаторов – Сперанский, там, и так далее, тоже это сделать. Жизнь крестьян была чудовищна на протяжении 20 лет. Они были как скот. Помещики по отношению к ним могли делать всё, что угодно. Помещики могли их заставлять, там, жениться, разводиться. Ещё в обязанность помещиков входило следить за тем, чтобы среди крестьян не возникали разные секты: хлыстовство, разные духовные секты, старообрядчество, и так далее, и так далее, и так далее. Мне кажется, что господин Бойко… Я не знаю, кем он был в советское время. Я не знаю, был ли он членом партии, не был ли он членом партии. Был ли он сотрудником силовых структур, не был ли. Я вообще ничего не знаю про его судьбу, не изучал его биографию. Он несколько забылся и его имущественное положение крупного капиталиста и хозяйственника несколько в его сознании сместило его в сторону владельца тех людей, которые нанимаются к нему на работу. Всё-таки договор о найме, который, я надеюсь, подписывают его сотрудники, я попросил бы прокуратуру теперь уже проверит, как член общественной палаты прошу прокуратуру проверить просто, существует ли в этой организации договор о найме. Соответствует ли этот договор о найме Конституции, Гражданскому кодексу, Трудовому кодексу. Обращаюсь заодно и к Андрею Исаеву, руководителю Комитета по социальной политике в Государственной Думе с предложением тоже заняться этим вопросом, потому что, может быть, мы имеем на самом деле просто потерявшим рассудок капиталистом, который полагает, что за свои деньги он просто покупает людей, покупает их души, судьбы, эмоции, их жизни, их возможные веру или неверие, и так далее. Если же господин Бойко зарегистрирует свою компанию «Русское молоко» как религиозную организацию, будь то церковь, секта, ковчег, как он назовёт, тогда возникает вопрос – может ли религиозная организация заниматься коммерческой деятельностью в том виде, как занимается «Русское молоко». В любом случае здесь возникает некая коллизия, которая, как мне кажется, не может пройти мимо внимания соответствующих структур – законодателей и правоохранителей. В любом случае. Поскольку надо выяснить, если этот прецедент не будет вовремя сейчас обсуждён, не будет вовремя, скажем так, истолкован в духе Конституции и Трудового кодекса, то пример господина Бойко, поверите, при нашем эклектичном обществе, при эклектичном сознании многих буржуа новоиспечённых, которые точно не знают, сколько у них паспортов в карманах, какие точно религии и верования они исповедуют – то ли они в православную церковь ходят, то ли они Елену Блаватскую почитают, то ли они сады Мории Елены Рерих, понимаете, тоже… У них как-то это всё эклектично соединяется.

О. ЖУРАВЛЁВА - Ну, так, всё как раз по недомыслию и от недостатка знаний. Всё получается вот так.

М. ШЕВЧЕНКО - Может быть, от переизбытка знаний и недостатка просвещения. Дело в том, что просвещение – оно основывается не на знаниях, а на методологии преподавания этих знаний. Вот, у нас знаний-то сейчас много – Интернет и так далее, но методология, к сожалению, уничтожена, разрушена, а новая не построена методология.

О. ЖУРАВЛЁВА - Много знать не значит много понимать. Александр Белугин из Мурманска пишет: «Максим, поверьте, любая крупная компания или корпорация – это крепостная деревня. Я работал в таких».

М. ШЕВЧЕНКО - Во всём, что касается режима работы сотрудников, но не в том, что касается души сотрудников.

О. ЖУРАВЛЁВА - Ну, а когда, вот, начинают внешним видом заниматься. Ведь очень многие компании совершенно официально, там, дресс-код устанавливают, корпоративный дух воспитывают.

М. ШЕВЧЕНКО - Внешний вид – я тут ничего плохого в этом не вижу во внешнем виде, поскольку…

О. ЖУРАВЛЁВА - А на выходные ездить всей компанией куда-то.

М. ШЕВЧЕНКО - Здесь есть серьёзная разница. Когда есть внешний вид, вы можете сказать, что это имидж компании, что это внешний вид. Я, например, тоже, у меня есть сотрудники, которые работают в моём центре. Я, например, не разрешаю ходить… вот, это мода – короткие майки с голым животом. Во-первых, потому что мне это кажется некрасивым и асексуальным – извиняюсь перед теми женщинами, которые это любят. Во-вторых, потому что это просто не соответствует некой строгости моей организации, которая занимается религией, политикой, Кавказом, там, не знаю, межрелигиозными отношениями, и так далее. Каждая компания имеет право устанавливать те нормы, которые относятся к её деятельности, внешнему виду, облику, имиджу компании, и так далее. В данном случае речь идёт не об имидже. Я боюсь, что господин Бойко нанёс серьёзный урон имиджу своей компании этими своими…

О. ЖУРАВЛЁВА - Может быть, наоборот?

М. ШЕВЧЕНКО - Достаточно странными. Ну, наверное, среди таких же сектантов он очень сильно поднял свой авторитет, но ещё раз говорю: надо точно выяснить, что такое «Русское молоко»: религиозная организация или частное предприятие.

О. ЖУРАВЛЁВА - Спасибо. Есть ещё одна тема, никак с религией не связанная на самом деле, хотя представляет другую конфессию, в общем-то. Президент Чечни Рамзан Кадыров убеждён, что в России только один государственный деятель имеет право называться президентом, и сам он президентом называться не хочет. Вот, сделал такое заявление: «В первый день священного месяца Рамадан я подписал распоряжение об уходе в ежегодный отпуск. Перед этим направил в Парламент Чеченской республики официальное письмо, в котором прошу внести изменение в название высшего должностного лица Чеченской республики. Я исхожу из того, что в едином государстве должен быть только один Президент». Как вам вот такая вот…

М. ШЕВЧЕНКО - Мне это идея очень нравится, потому что я давно за это выступал, ещё в 90-ые годы. Мне кажется, что Президент, на самом деле, должен быть один, должно быть единое федеральное политическое поле. Во всём остальном – в субъектах, даже в национальных субъектах, во всём, что предусмотрено конституцией, мне представляется, что, вот, в Дагестане в своё время было достаточно разумное название, когда глава республики назывался председатель гос.совета, это имело отношение в какой-то мере к законодательной власти республики и связывало её. Президент всё-таки….

О. ЖУРАВЛЁВА - Ну, то есть, он должен как-то выделяться, я так понимаю, среди прочих политиков. Есть Президент, а есть все остальные руководители?

М. ШЕВЧЕНКО - Ну, глава субъекта, председатель…

О. ЖУРАВЛЁВА - Глава республики.

М. ШЕВЧЕНКО - Там, глава республики, да, глава республики. Президент – мне кажется, тут на самом деле, тут какое-то наследие эпохи распада, наследие начала 90-х, когда кто угодно… когда у нас возникали чуть ли не президенты Урала, там, я помню, Сибири могли президенты возникнуть, и так далее.

О. ЖУРАВЛЁВА - У нас в любом банке есть президент, как вы знаете, ему тоже приятно.

М. ШЕВЧЕНКО - Всё-таки политический субъект, субъект Российской Федерации – это не банк и не корпорация.

О. ЖУРАВЛЁВА - Хорошо, вот, здесь как раз - да. Разведём – где политика, где коммерция. Ещё одна кавказская история. Президент России Дмитрий Медведев подверг критике руководство Дагестана и полпреда в Северо-кавказском федеральном округе за неэффективную работу по привлечению инвестиций в регион. В общем, новых инвестиций нет, ситуация плачевная, и там уже последовали, кроме критики Хлопонина были ещё и просто освобождение от должности Али Магомедова, от должности главы МВД Дагестана, то есть, не только инвестиции плохи в Дагестане, как выяснилось, но есть ещё там какие-то вещи. С чем это связано, как вы думаете, почему Дмитрий Медведев сейчас решил вдруг резко навести порядок в Дагестане?

М. ШЕВЧЕНКО - Ну, потому что Дагестан является самой болезненной, самой опасной, самой взрывоопасной территорией в пределах Северо-кавказского федерального округа, потому что Дагестан является самой сложной территорией в пределах Северо-кавказского федерального округа, потому что Дагестан является самой сложной территорией. Потому что в Дагестане, в отличие от других республик, политический фон определяется не конкуренцией, там, двух этносов и связанных с ними политических групп или экономических групп, а, не знаю, как минимум, четырёх-пяти, а то и шести. Можно насчитать разные кланы и группировки, связанные с разными типами этнической идентичности, которые действуют на территории Дагестана. Проблемы инвестиций в Дагестане – она и тут… на самом деле существуют серьёзные проблемы, о чём Александр Геннадьевич Хлопонин, который, мне кажется, достаточно ясно и чётко вник в проблематику региона, говорил уже. Она связана с тем, что там нельзя просто дать инвестиции в Дагестан. Так кому ты их даёшь? Чародинцам, например, дашь, а даргинцам почему не дал? А лезгинов почему обидел, а кумыки где находятся? А Кизлярский район? А табасаранские, там, и так далее, и так далее, и так далее. Там как бы нет… Проблема Дагестана, мне кажется, в том, что там нету единого пространства политического, которое могло бы отвечать в целом за любой район республики. Очень сильно развито местничество, которое имеет свою такую политическую аватару, если так можно сказать, и на уровне общереспубликанского управления. Характерно, что на этом совещании Президент совершенно справедливо, выступив с замечаниями о ситуации в Дагестане. Вот, каждое слово президента – оно…. Каждый вопрос, он, точнее, задавал вопросы. Они не просто имеют право на существование, но абсолютно точно и резко даже сформулированы, а иначе там и нельзя быть сформулированными. Характерно, что, во-первых, совещание проводилось в присутствии Сулеймана Керимова, который всё-таки является бизнесменом частным, а не государственным деятелем, не политическим лицом. Во-вторых, Сулейман Керимов ведь много чего обещал там сделать в Дагестане.

О. ЖУРАВЛЁВА - И единственный, кто никаких попрёков не заслужил.

М. ШЕВЧЕНКО - А он не может, поскольку он же частное лицо, он же бизнесмен, он, очевидно, там присутствовал в роли консультанта. Мне несколько показалось странным, что людей государственных, которые там справляются – не справляются, отчитывали в присутствии пусть крупного, пусть уважаемого, но всё-таки бизнесмена, а не государственного деятеля, не чиновника, который не несёт ответственности и не имеет такие полномочия, а это связанные вещи – полномочия и ответственность, какие имеет любой государственный человек, будь то Хлопонин, будь то Магомедсалам Магомедов, там, и так далее. Будь то, там, не знаю, те, кто там присутствовал. И что касается террористической опасности, вот это просьба Магомедсалама Магомедова создать спецотряды по борьбе. Мне кажется, он хочет пойти по пути Рамзана Кадырова, который создал, который получил очень большие полномочия для создания территориальных формирований, которые потом Рамзан Ахматович, там, включил в состав федеральных структур – МВД, там, в основном, и так далее. Мне кажется, что в Дагестане…

О. ЖУРАВЛЁВА - В какой-то ситуации это сработало?

М. ШЕВЧЕНКО - Я не знаю. В Дагестане это вещь очень небезопасная, потому что что такое спецотряды, кому они будут подчиняться? Президенту Дагестана напрямую? Ему полномочия такие будут даны, президенту Дагестана? Президент Дагестана является, конечно, фигурой компромиссной. Сам он даргинец, у него хорошие отношения с тем же самым Керимовым, у него хорошие отношения с чародинцами, у него хорошие отношения с рядом других… представителей других национальных кланов и групп, но при всём при этом я не думаю, что в рамках ситуации Дагестана, в отличие от ситуации той же Чеченской республики, где была всё-таки чрезвычайная…. Вызванная, двумя войнами, кровопролитными разрушительными ситуация. Такое наделение полномочиями какого-либо политика из внутренней, имеющего отношений к внутренней клановой системе Дагестана, могло бы способствовать балансу и равновесия в республике. Мне всё-таки кажется, что последовательное укрепление именно роли федерального центра через аппарат полпреда внутри политической ситуации в республике. В частности, передача в руки полпредства СКФО полномочий больших, чем оно сейчас обладает, по назначению чиновников, имеющим отношение к федеральным ведомствам, могло бы несколько сбавить накал клановой борьбы за то или иное вакантно-щедрое доходное место, которое существует в Дагестане. Я думаю, что я достаточно ясно выражаюсь, потому что я считаю, что внутри себя Дагестан сейчас, к сожалению, не может преодолеть ту коррупцию, которая на самом деле его разъедает.

О. ЖУРАВЛЁВА - То есть самоуправление там вообще невозможно?

М. ШЕВЧЕНКО - Дело в том, что система этого национального представительства в экономике и в политике, которой является структура республики Дагестан сейчас, она просто не позволяет, она не даёт возможности какой-либо нормальной централизации власти и создания единой какой-то федеральной политики по отношению к тому, что в республике происходит.

О. ЖУРАВЛЁВА - Максим Шевченко в программе «Особое мнение». Мы сейчас удаляемся на небольшой перерыв. Никуда не уходите. Мы скоро вернёмся.

НОВОСТИ

О. ЖУРАВЛЁВА - И снова с вами программа «Особое мнение». Особое мнение сегодня высказывает журналист Максим Шевченко, меня зовут Ольга Журавлёва. Наш номер для связи +79859704545. Присылайте ваши СМС в ходе нашего разговора.

М. ШЕВЧЕНКО - Что касается темы Дагестана. Если позволите, я завершу.

О. ЖУРАВЛЁВА - Да, с Дагестаном давайте закончим.

М. ШЕВЧЕНКО - Буквально одна мысль ещё. Мне кажется, что гарантии инвестициям в Дагестан надо обеспечивать не через обещания, не с помощью обещаний бизнесменов, которые они не могут исполнить, какого бы уровня бизнесмены ни были, а через развитие институтов народного представительства в республике Дагестан. Там дистанция между властью, между правящими элитами и народом – она огромна.

О. ЖУРАВЛЁВА - Разве на Кавказе в принципе демократия возможна?

М. ШЕВЧЕНКО - Именно там демократия и возможна. Кавказ является одним из… в силу полиэтничности своей карты, ну, как бы демографической, да, в силу близости многих, вот, территорий проживания совершенно разных людей, с разными ментальностями, этносами, религиозными, даже цивилизационными предпочтениями - вот именно эта пестрота и является залогом потенциальным демократии. Никакая иная форма, кроме как демократия, на мой взгляд, на Кавказе не будет эффективна. Эта демократия может быть при стратегическом управлении центра, при контроле со стороны государства, жёстком, при жёстком государстве, но устраивать на уровне местного самоуправления, на уровне республиканского управления вертикаль – это значит отдавать население того или иного региона в полную власть какой-то одной группе или какой-то одной группировке, а это значит, что какая-то часть этого населения, как правило, это будет молодёжь, будет не под влиянием каких-то абстрактных саудовских ваххабитов, которых можно выдумать всегда, а под влиянием просто беспредела, который там творят власть имущие и сотрудники силовых структур, тяготеть к так называемым формам…

О. ЖУРАВЛЁВА - Ну, бандитизму, в общем.

М. ШЕВЧЕНКО - Ну, к бандитизму, к вооружённому, там, не знаю, к вооружённым методам решения тех или иных проблем. Понимаете, и это очень…

О. ЖУРАВЛЁВА - Я прошу прощения. Вот, конкретно сейчас поведение Дмитрия Медведева в его вот этих посылах, то, что делается на камеру и то, что идёт в средствах массовой информации – вы видите какие-то ошибки?

М. ШЕВЧЕНКО - Я читал в «Коммерсанте» подробный рассказ. Спасибо журналистам «Коммерсанта» за подробнейший рассказ об этом совещании. Я не вижу ошибок, мне только кажется странным, что человека, которого назначили руководить в таком сложном регионе, ему перед лицом людей, которые ему подчиняются, объявляют выговор фактически. Так это интерпретируют СМИ. Я Хлопонина имею в виду. Я думаю, что надо… если федеральная власть хочет там порядка, то надо всячески укреплять имидж и позиции полпреда, и его полномочия, помогать ему. А вот таким образом получается, что там был ещё раз… опять же, ну, один человек, Керимов, которому никто слова не сказал плохого и полпред, которому, как интерпретировали средства массовой информации, Президент выговор, чуть ли не выговор объявил.

О. ЖУРАВЛЁВА - Нет, ну есть просто прямые цитаты из Медведева, достаточно резкие. Тут уж ничего не интерпретируешь.

М. ШЕВЧЕНКО - Нет, цитаты, ещё раз, вопросы, которые задал Президент – это вопросы абсолютно правильные, их поставил бы любой человек, даже не такого уровня, который занимается проблемами Северного Кавказа – как вы можете обеспечить? Как вы можете обеспечить? Ведь на самом деле ему тоже не могли сказать всё, что там на самом деле есть. Что террористические банды в лесах связаны с местными элитами, что существует масса примеров, о которых пишут газеты. «Новая газета», например, которую он так любит читать. Как связи местных сотрудников МВД, местных каких-то властей с теми, кто находится в лесах. Как даже существуют взаимные какие-то услуги, которые оказываются.

О. ЖУРАВЛЁВА - Максим, у нас Президент всё время в Интернете в газетах, в журналах, в телевизоре. Неужели он всего этого не знает? Неужели для него…

М. ШЕВЧЕНКО - Кавказ требует системной политики и укрепления авторитета тех, безусловно, кто занимается кавказской политикой, иначе мы становимся заложниками манипулятивных действий со стороны тех, кто у нас будет из кавказского региона, там, или шантажировать террористической угрозой, там, или, допустим, рапортовать, что всё волшебно. И то, и то может оказаться мифом, но ещё раз: позиции полпредства, которое, слава Богу, создано на Кавказе, должны быть укреплены, укрепляться, и они должны быть единственными по-настоящему полномочными позициями федеральной власти в регионе, или тогда смысл создания СКФО просто теряется. Если руководство СКФО в своих стратегиях стали заложником деятельности тех или иных бизнесменов, которые будут обещать превратить тот или иной город Северного Кавказа в Гонконг или в Сингапур, то тогда, что же, полпред будет, что, мальчиком на побегушках что ли у кого-то? Мне кажется, это неправильно. Он не только полпред, но и вице-премьер, между прочим.

О. ЖУРАВЛЁВА - Да, хотя и не президент, как мы уже поняли. Ещё есть одна тема, потому что у нас сейчас разделились функции Премьер-Министра и Президента, и как бы поменялся немножко вектор, как кажется. Премьер-Министр – он всё время на местах, на местах решает какие-то проблемы, и в основном говорит о компенсациях, о выделениях, там, средств. Туда-сюда, ну, в общем, какой-то волшебник, добрый человек, который наводит везде порядок. А Медведев, который всем раздаёт ценные указания и ругает, отправляют в отставку, и так далее. Вроде какой-то такой он силы набирается, но во всяком случае, по такому ощущению внешнему. У вас есть такое ощущение? Путин – он у нас прямо на вертолёте, прямо тушит пожар.

М. ШЕВЧЕНКО - Оль, что нам обсуждать картинку и что нам обсуждать пиар-образ?

О. ЖУРАВЛЁВА - У нас же неспроста картинка-то делается?

М. ШЕВЧЕНКО - Мы же по существу-то, давайте заглянем сразу в суть.

О. ЖУРАВЛЁВА - Давайте по существу. Давайте.

М. ШЕВЧЕНКО - На самом деле Премьер – ведь он же не 24 часа летал на самолёте, правда, все обсуждают этот самолёт, B-200, на котором он там летал. А сколько там? Ну, минут 40…

О. ЖУРАВЛЁВА - Который называли самолёт «Амбиция».

М. ШЕВЧЕНКО - Ну, минут 40, ну, минут 50 летал.

О. ЖУРАВЛЁВА - Ну, это же знак какой-то.

М. ШЕВЧЕНКО - Но он находится в любом случае на переднем…

О. ЖУРАВЛЁВА - Крае.

М. ШЕВЧЕНКО - Крае борьбы с пожарами. Он находится там, сям, с пожарными, мы его видим, и так далее. Президент, как мне кажется, занимается тем, чем должен заниматься. Премьер занимается тем, что сейчас является чрезвычайно важным, чрезвычайно значимым, Президент тоже, вот, он объявил, что борьба с коррупцией, борьба с неэффективностью власти…

О. ЖУРАВЛЁВА - И реформа МВД.

М. ШЕВЧЕНКО - Является для него… и реформа МВД, между прочим, да, самым значимыми приоритетами политическими. Каждый из них решает то, за что он, по сути, отвечает. Что нам там обсуждать? Кто в каком костюме был одет? Кто на каком самолёте полетал или не полетал.

О. ЖУРАВЛЁВА – Хорошо, тогда, пожалуйста, ответьте преподавателю из ПрОтвино.

М. ШЕВЧЕНКО - Из ПротвинО.

О. ЖУРАВЛЁВА - Из Протвино. «Очень интересно узнать ваше мнение о том, что даст перемена названия милиции на полицию». Вы, кстати, закон о полиции читали?

М. ШЕВЧЕНКО - Да, я читал.

О. ЖУРАВЛЁВА - Обсуждение довольно активное, если я не ошибаюсь.

М. ШЕВЧЕНКО - Мне в этом законе… Очень активное. Это хорошо, что такое активное обсуждение. Там есть даже сайт, на нём…

О. ЖУРАВЛЁВА - Да, да, да, под каждом пунктом есть комментарии.

М. ШЕВЧЕНКО - Государственный. На нём есть масса отзывов. У них, во-первых, разные… тут все обсуждают эти разные названия. Мне кажется, это название не очень удачное, ну, по сути милиция, как идёт из средних веков ещё, из древности – это…

О. ЖУРАВЛЁВА - Народная…

М. ШЕВЧЕНКО - Организация вооруженного народа. Вот, я знаю, милиционеры, швейцарские, по-моему, милиционеры бургундцев разгромили. А фламандские милиционеры французов разгромили в Битве золотых шпор, когда, там, в средние века были такие.

О. ЖУРАВЛЁВА - У нас называется «народное ополчение».

М. ШЕВЧЕНКО - Милиция – это, конечно, наследие революционных времён. Вот, милиция, слово «милиция» само по себе. Поэтому… а полиция, даже по своей сути, происходящая от «полис» - город, который ассоциируется в свете римской традиции с государством, это больше инструмент государства, полиция, чем народ…

О. ЖУРАВЛЁВА - Ну, так в этом же суть и должна быть.

М. ШЕВЧЕНКО - В этом снятие некоего этого флёра лицемерия, что якобы мы являемся каким-то государством, которое продолжает какие-то традиции народных иллюзий, возникших на заре социализма. Ничего подобного. Мы являемся государством победившего капитализма. Никаких иллюзий больше народности здесь не существует и государство - вот, извольте бороться за власть в этом государстве. Коммунисты, там, социалисты, «Единая Россия», христианские демократы – кто угодно. По сути меня в этом законе только одно смущает очень сильно. Я не юрист, но глазом журналиста я там не увидел вообще никаких гарантий социальной обеспеченности сотрудников этой полиции. Я считаю, что без прописанных в законе этих гарантий, там, высокой зарплаты, социальных льгот, о которых, кстати, Михаил Барщевский как-то, я помню, говорил ещё и весной у вас на «Эхе». Он прекрасно предложил какие-то кредиты льготные давать на жильё. Если ты коррупционен…

О. ЖУРАВЛЁВА - Пока ты служишь…

М. ШЕВЧЕНКО - Тебя выгоняют. Там нет пунктов, которые прописывают защиту семей сотрудников милиции. Ведь зачастую бандиты, угрожая милиционерам, на самом деле угрожают через жён, через детей, через родителей, и так далее. Вот, отсутствие социальных гарантий сотрудников полиции. Извиняюсь, полиции, да. Это, мне кажется, одно из самых слабых мест этого закона. Всё остальное – это юридически можно как-то обсудить, но это там полностью вообще отсутствует на уровне законодательства. И мне хотелось бы, чтобы люди, которые связывают свою жизнь с этим органом, были уверены, что они будут не просто какими-то, знаете, посторонними, которые случайно вот так вот взяли оружие, и что-то там пошли в грязных костюмах, формах по улице Москвы и других городов, а что они будут на самом деле на страже интересов общества и государства.

О. ЖУРАВЛЁВА - Нам всем тоже этого хочется. Максим Шевченко в программе «Особое мнение». Всем спасибо, всего доброго.


Напишите нам
echo@echofm.online
Купить мерч «Эха»:

Боитесь пропустить интересное? Подпишитесь на рассылку «Эха»

Это еженедельный дайджест ключевых материалов сайта

© Radio Echo GmbH, 2024