Владимир Милов - Особое мнение - 2010-07-23
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР- Здравствуйте, это программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, и сегодня у меня в гостях Владимир Милов, политик. Здравствуйте, Владимир.
В. МИЛОВ - Здравствуйте.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Я напоминаю, что у нас есть СМС +79859704545. И работает трансляция на нашем сайте, можете участвовать в нашей беседе. Присылайте вопросы, какие-то реплики по ходу нашего разговора. Начнём с главной темы сегодняшнего дня, ситуация вокруг защитников Химкинского леса, куда-то уже, в какой-то глубокий криминал, похоже, скатывается эта история. Я знаю, что вы внимательно за этими людьми следили, и даже в их поддержку выступали.
В. МИЛОВ - Ну, да. Я стараюсь следить за тем, что там происходит. И когда началась очередная попытка уже вырубить лес, я писал об этом в блоге на Эхе Москвы, ну, это возмутительно абсолютно то, что произошло. Власть и те коммерческие структуры, которые на проектах, финансируемых властью, зарабатывают, они уже к таким бандитским методам перешли откровенно, то есть там появились какие-то молодые люди в белых масках, которые напали на участников вот этого экологического лагеря, причём милиция потом задержала не их, а как раз вот этих людей, защищавших Химкинский лес от незаконной вырубки. Это абсолютно криминальная история, совершенно возмутительная, и я не смог сам там быть, потому что я только что из Екатеринбурга приехал, но я безусловно постараюсь приехать вот в этот лагерь и поговорить с этими людьми, которые там. Я надеюсь, что они продолжат свою работу, и я призываю всех, кому эта тема небезразлична, тоже присоединяться к этим протестам, потому что в принципе, так, похоже, что шанс остановить эту вырубку всё-таки какой-то есть.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А как так случилось, что в криминал уже, как вы говорите, уходят. Именно потому, что так упорствуют защитники Химкинского леса? Почему, вот это достаточно редкая история, когда власти, если они что-то решили, если они чего-то хотят, они не могут это исполнить. Но это редкость, правда.
В. МИЛОВ - Это не первый раз, когда уходят в криминал. Ну, помните, как жёстко выкидывали людей из домов в той же Имеретинской долине, где там строят сочинские олимпийские объекты. Так что вот такая жёсткость в обращении с собственными гражданами – это не экзотическая вещь.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ну, вы не сравнивайте: олимпиада – это олимпиада.
В. МИЛОВ - Ну, здесь тоже…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Тут даже приблизительно можно хоть как-то перетянуть общественное мнение на свою сторону.
В. МИЛОВ - Ну, смотрите, о чём здесь идёт речь. Они будут строить трассу. Это новая высокоскоростная автотрасса Москва-Петербург. Это, вот, тоже один из таких мегапроектов нашего последнего времени и, вообще-то, на отсутствие нормальной дороги между Москвой и Питером, действительно, это огромная проблема. Сколько уже? Десять лет говорили о том, что надо её строить, и, вот-вот, как-то разработали проект, и что-то собираются приступать к этому, но мы видим, какими методами это делается, как в Сочи, да? Можно же и Олимпиаду по-человечески провести, и дорогу нормально построить. И есть, собственно, защитники Химкинского леса, они довольно убедительно показывают всё время, что есть альтернативные варианты трассы, которые дешевле, короче, которые не требуют вот этой вот варварской вырубки.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Почему упорствует власть?
В. МИЛОВ - И тем более вот такие методы. Ну, я думаю ,что там, конечно же, задействованы конкретные коммерческие интересы, и, собственно, из-за них и трассу перенесли, и сделали её более извилистой, кстати говоря, более дорогой, что довольно необъяснимо. Но в данном случае это неважно. Важно, что некие интересы, стоящие за действиями власти, они, вот, приводят к тому, что ради этих интересов власть не гнушается никакими, в том числе самыми бандитскими откровенно методами. То есть напали какие-то хулиганы неизвестные на мирный палаточный лагерь экологов, избили их, экологи сами же оказались в милиции в итоге, ну, это совершенно ужасная история.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Чем может эта история закончиться, исходя из тех данных, что есть на настоящий момент. Упорство одной стороны, упорство другой стороны. Методы, которые используются в этой борьбе.
В. МИЛОВ - Первое, я бы конечно очень хотел, чтобы всё-таки люди продолжали защищать вот это своё дело и отстаивать Химкинский лес от незаконной вырубки. Я думаю, что просто если эта история окажется успешной, то это значит, что и в других случаях, когда власти что-то такое незаконное совершают, мы можем и имеем шанс успешно этому противостоять. Ну и, второе, что не очень понятно теперь, что будут предъявлять этим людям, которые задержаны, которым какие-то обвинения пытаются пришить. Мы, конечно, обязаны всех их отстоять, и это абсолютный произвол – то, что власти творят.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Эта история экологическая, которая не уйдёт в политику?
В. МИЛОВ - Ну, там многие политики довольно активно высказываются в поддержку, она уже стала политической по факту, да?
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Не, мы говорим о каких политиках. Которые «привет, мне нужен пиар, а вот хорошие ребята, на которых обращают внимание»?
В. МИЛОВ - Я не согласен с такой трактовкой, потому что есть многие люди, ну, вот, например, тот же Сергей Удальцов, хотя наши взгляды с вот этим конкретным политиком на многие вещи кардинально расходятся, но это человек, который много раз был замечен в том, что он действительно был в эпицентре таких всяких событий, когда было противостояние граждан с властью, и он каждый раз выступал на стороне граждан, которых притесняют. И, как и в данном случае, мы видим, что это тоже происходит. Есть и другие люди. Я вот такое поведение политиков приветствую, самых разных, даже тех, с которыми я не согласен по разным вопросам повестки дня, и мне не кажется это пиаром. Мне кажется, как раз, вот это тот случай, когда политики честно встают на защиту граждан своей страны, в то время как власть, которая вроде как призвана защищать своих граждан, она как раз действует против них, причём такими жёсткими и откровенно непристойными методами.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - То есть это то, чего мы все так ждали? Есть вещь, вокруг которой могут объединиться различные политические силы?
В. МИЛОВ - Я не думаю, что правильно говорить об объединении, а правильно говорить о том, что вот, в ситуации, когда есть какие-то права граждан, которые нарушаются или есть какие-то вопросы, которые…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Слушайте, ну, права граждан не нарушаются, вот, не надо к Химкинскому лесу подъезжать для этого.
В. МИЛОВ - Татьян, смотрите, вот, есть такое понятие, как политическая конкуренция. Это нормально, когда одни политики предлагают некое решение, например, провести дорогу по лесу, разрезав его пополам. Другие политики начинают это критиковать, и, собственно, заявляют это своей политической позицией. Вот, в нормальной цивилизованной политической борьбе такие вещи должны решаться без хулиганских нападений, без ОМОНа, без жёсткого разгона мирных гражданских активистов, а просто в нормальном политическом соперничестве, но у нас сегодня такая система, которая такой возможности не даёт, поэтому люди вынуждены устраивать палаточные лагеря, и в итоге получает так, что оказываются в милиции.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Мы сейчас прервёмся буквально на минуту. Никуда не уходите, продолжится «Особое мнение» с Владимиром Миловым.
РЕКЛАМА
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Продолжается программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, Владимир Милов вместе со мной в студии, говорили мы про ситуацию вокруг Химкинского леса. Вот, вопрос от нашего слушателя, Алексея, интересуется: «Может быть, вы в курсе, Владимир, как присоединиться к защитникам магистрали? Живу в этом районе, и я за дорогу», - пишет Алексей.
В. МИЛОВ - Так я тоже за дорогу, но мне кажется, что дорогу надо строить так, это, по-моему, совершенно очевидная вещь, чтобы не нарушать права людей, которые в этом районе живут и не только потому, что подмосковные леса – это наши лёгкие, и сейчас идёт на самом деле довольно массовая их вырубка в разных направлениях, я боюсь, что для тех людей, которые живут и в Москве и в Подмосковье, это может просто плохо кончиться с точки зрения последствий, и заболеваемость будет выше, и экология будет хуже, и так далее. Есть различные варианты этой трассы, большинство из них не предполагает вот такой варварской рубки. И мы должны иметь механизм, когда это можно будет всё это цивилизованно обсудить. Если слушатель хочет цивилизованно обсудить, то я думаю, что даже если он поддерживает дорогу, он должен такую мысль поддержать. Ну, а если он хочет поддерживать дорогу любой ценой, то, мне кажется, что всегда найдутся несогласные, и будут конфликты.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Несогласные, вообще, всегда и везде найдутся. По поводу политики хотела бы я поговорить, на этой неделе много очень раз обсуждали и… ну, и продолжают дискутировать вокруг предложения бывшего Президента СССР Михаила Горбачёва, не знаю, читали ли вы эту статью, так вот, господин Горбачёв считает необходимым создание надпартийного демократического форума для диалога власти и общества. Как вы считаете, действительно ли это необходимо, и если да, то каков механизм? Потому что не совсем понятно, Михаил Горбачёв говорит о том, что должны быть какие-то уважаемые, авторитетные, незапятнанные люди, такие люди есть в стране, и он даже называл несколько фамилий, которые, собственно, этот диалог будут вести. Как вы видите эту историю?
В. МИЛОВ - Ну, вот, вы сказали ключевую фразу – «не совсем понятно». Я тоже, я смотрел видеозапись передачи, которая была здесь с участием Михаила Сергеевича, и также Александра Лебедева и Дмитрия Муратова в этой студии, и там уже было ясно, что нет чёткого понимания, о чём идёт речь – о создании действительно гражданской надполитической надпартийной структуры или всё-таки о политической повестке дня, о том, чтобы это была политическая организация с политическими целями, и, вот, Михаил Сергеевич несколько раз довольно встречные такие тезисы высказывал на эту тему. Я думаю, в этом и есть главный конфликт, потому что было довольно много неполитических гражданских инициатив в последнее время в разных сферах, но все они упираются в то, что есть политики, которые мешают успешному продвижению таких гражданских проектов, политика заключается в том, что выстроена политическая система в стране, которая не слушает людей, которая действует в интересах узкой группы лиц, часто достаточно жёстко и беспардонно, как вот в случае с Химкинским лесом, и этот вопрос в итоге упирается в политическую плоскость. И я думаю, что это ровно то же самое, что будет с вот таким гражданским форумом, если его будут пытаться делать неполитическим, поэтому я-то как раз, несмотря на всю трудность этого дела, какое-то время назад для себя принял решение, что, чтобы менять ситуацию в России, нужно идти в политику, как бы тяжело сейчас это не было, как бы ни трудно было.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - То есть нужна всё-таки партия?
В. МИЛОВ - Абсолютно. Нужна политическая структура. Нужно понимать, что главное, как можно изменить ситуацию в стране к лучшему – через политические механизмы. Иначе пытаться притворяться неполитизированными гражданскими активистами. Ну, много кто пытался таким образом свою борьбу строить. Кстати, вот, например, и защитники Химкинского леса апеллировали к Путину какое-то время назад, пытались бить челом, но видно, что это не работает. Нужно заниматься политикой, нужно возвращать открытую конкурентную политику в нашу жизнь, и вот это сегодня главная задача, вот это то, чему я посвящаю свою деятельность.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Да, но только это…
В. МИЛОВ - Я думаю, что ещё одна попытка создать гражданский форум…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Насколько это перспективно, вопрос, потому что вы же знаете, что в ответ на подобное предложение найдётся 100 человек, которые хором скажут – Владимир, вам не зарегистрируют никакую партию, о чём вы? Зачем? С кем? Куда?
В. МИЛОВ - Ну, во-первых, сегодня довольно много методов ведения политической деятельности и без создания партии. Можно довольно активно эффективно работать в рамках незарегистрированных формальных структур.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Как «Солидарность»?
В. МИЛОВ - Да, в том числе и «Солидарность», кстати, добилась довольно многого почти за два года своего существования. Вот, я только что из Екатеринбурга приехал, там мои коллеги, которые, кстати, недавно создали отделение «Демократического выбора». Вот, смотрите, они только за этот год, что они сделали: они помогли нанести очень серьёзный удар по «Единой России» на выборах, она в марте получила на областных выборах меньше 40%, беспрецедентная цифра, да? Они собрали впервые, по-моему, крупнейший за 10 лет митинг 10 апреля, протестный митинг, который собрал по разным оценкам до 6000 человек. Они добились того, что городская дума в Екатеринбурге одна из первых городов в России это было, который отклонил идею отмены выборов мэра и введения сети менеджеров.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Слушайте, ну вы рассказываете про регион, а… но вы же понимаете, что внимание приковано в первую очередь к Москве, где всё решается.
В. МИЛОВ - Может быть, это не самый лучший…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - В политике.
В. МИЛОВ - Может быть, это не самая лучшая ситуация, потому что, вот, я как раз вижу, что если посмотреть на итоги вот этого года или, там, почти 7 месяцев, которые прошли, мы видим, что самое интересное как раз происходит в регионах. Там происходит поражение партии власти на выборах, причём, массовое, уже системное. Там происходят массовые акции протеста.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Да, потом коммунистический победитель может неожиданно взять и сказать, что я с «Единой Россией».
В. МИЛОВ - Дык, а дело в том, что нам надо было демократам самим выдвигать кандидата. Кстати, Тань, вот, я, например, год назад настаивал, чтоб «Солидарность» выдвинула кандидата в Иркутске. Мои товарищи – Немцов, Каспаров и прочие просто отмахнулись от этого дела, да? Не выдвинули никого. Сказали – а, это бесполезно, не зарегистрируют, там, «Единая Россия» победит. В итоге выиграл кандидат от КПРФ, 60 % голосов, который вообще шёл на 3 месте в гонке или на каком-то там. И мы оказались, собственно, у разбитого корыта. Поэтому когда вы говорите о партии. Партия – это очень сложное дело сегодня, потому что, действительно, шансы на регистрацию призрачные, а затраты огромные, но, учитывая, вот, в том числе этот Иркутский опыт, я как раз считаю, что надо пробовать, надо работать и работать именно в политической плоскости.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А с другой стороны говорите, что «Солидарность» за два года показала свою эффективность. Ну, где та «Солидарность», скажите мне?
В. МИЛОВ - «Солидарность» споткнулась о принципиальный вопрос участия или неучастия как раз в политической компании 11-12 годов. Она проявила себя неплохо, участвуя в различных региональных выборных компаниях, прежде всего и в Сочи, и в Мос.гор.думе, и это очень серьёзным образом подняло её авторитет как организации. Но потом вот она…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Не прибавил сторонников.
В. МИЛОВ - Прибавил, прибавил. И хотя у «Солидарности» не так много активистов в итоге оказалось, но вот именно эти две компании на самом деле я считаю более решающими по стимулированию прихода каких-то новых людей, которые раньше в демократическом движении не были. Пусть их было не очень много, но они приходили в значительном количестве, и я считал, что этот успех надо развивать, развивать его прежде всего за счёт попыток участия в выборах не только федеральных, но и, что очень важно, региональных и местных, но, вот, коллеги как-то по «Солидарности» без понимания отнеслись вот к этим моим идеям.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Но зато появилась, ну, во всяком случае, была обнародована программа партии Эдуарда Лимонова «Другая Россия». Вот вам партия. Прекрасная программа.
В. МИЛОВ - Кстати, вот это одно из…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Могу вам даже рассказать.
В. МИЛОВ - А я читал.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ну, давайте слушателям напомню и зрителям, если вдруг кто забыл. Масса предложений: восстановление политической жизни, сокращение бюрократического аппарата, установление регулярной выборной сменяемости власти без незаконной традиции преемничества, отмена привилегий для чиновников, льготы для нуждающихся, отмена призыва, пропаганда рождаемости, ну, вот, ещё столица в Сибири и налог на роскошь, прогрессивная шкала налогообложения. Вот, пожалуйста, подробно всё рассказано.
В. МИЛОВ - Смотрите, вот, Лимонов – хитрый, он слушает да ест. Вот, у него появилось куча поклонников, которые кричат с утра до вечера, что ничего не надо делать, только ходить по 31-ым числам на Триумфальную площадь, а Лимонов вот это всё взял, объявил о создании партии и начал формальный процесс попытки её регистрации по действующему закону, опубликовал программу в «Российской газете». Вообще, это фантастика. Я считаю это большой его удачей политической, что программа партии «Другая Россия» опубликована в «Российской газете», официальной прессе.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А они не имеют право её не публиковать.
В. МИЛОВ - Ну, они, я думаю, могли найти, как вы знаете, у нас в стране много чего можно. Если власть не хочет что-то делать... Тем не менее, они её опубликовали, и Лимонов вышел ко всей стране по сути с правдой о том, что происходит. Там же правда написана в этой программе о том, что у нас нет политической конкуренции, что у нас зажимаются права и свободы, и что это надо прекратить. Я считаю, это скорее хорошо и хорошо, что такие силы, пусть я плохо отношусь к Лимонову как политику, и к его политической организации, я не разделяю их многие программные цели, там, вот, то, что они писали про национализацию там, и так далее, но то, что вот такие силы пытаются как-то институционализироваться, войти в системную политику – это хорошо. Это говорит о том, что они готовы работать вдолгую, работать с избирателем и работать по каким-то честным понятным открытым правилам.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ваша программа, я знаю, что вы сейчас активны в политике, и «Демократический выбор» собирался, такой, вообще, весь цвет собрался. Внушительный список громких имён. У вас программа в каких-то моментах совпадёт с программой Лимонова?
В. МИЛОВ - Ну, я думаю, в том, что касается возвращения свободы СМИ, свободы собраний, свободы регистрации партий, ведения политической деятельности, свободы честных выборов, полностью 100% совпадёт, и мы же это обсуждали, когда я ещё писал программу «300 шагов к свободе» для «Солидарности» 2 года назад.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Вы сейчас количество шагов как-то сокращаете?
В. МИЛОВ - Ну, знаете, там основная претензия была в том, что нет какой-то короткой версии, понятной массовому избирателю…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - То есть в комиксах не издать?
В. МИЛОВ - Да, в итоге у нас ,например, у нас манифест «Демократического выбора» он вообще на трёх страничках существует. Это скорее похоже на то, что Лимонов опубликовал в »Российской газете» не по содержанию, а по формату.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ну, это же правильно, это понятнее и доступнее.
В. МИЛОВ - А знаете, за что стали критиковать? Неподробно написано, нужно было больше написать.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А кто критикует?
В. МИ ЛОВ - А, вот, просто есть такие люди, которые, есть люди, которые всегда высказывают разные содержательные важные интересные замечания, и с ними приятно и полезно дискутировать, и всё это потом учитывать, да? А есть люди, для которых лишь бы покритиковать. Они критиковали «300 шагов к свободе» за то, что слишком длинная. Сегодня они критикуют наш манифест «День выбора» за то, что слишком короткий. Вот, честно говоря, конечно, такая критика ради критики, она тоже немножко достаёт.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ну, вы сами к чему склоняетесь?
В. МИЛОВ - Я склоняюсь к тому, что должны быть все версии: и полная, которая отвечает на вопросы людей, которые хотят глубже погрузиться в тему и которая даёт понять, что у нас действительно есть подробные ответы на вопросы, и короткая, которая действительно понятна широкому кругу избирателей, то есть оба формата нужны.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А по поводу избирателей, их настроений тоже тема, которую очень много обсуждали на этой неделе – это опрос superjob, там и вместе с «Независимой», там интересно очень. Значит, за кого бы вы проголосовали, если бы президентские выборы состоялись в ближайшее воскресенье. 31% назвал Путина. 14% - Медведева. 20% отдали предпочтение кандидату от оппозиции. А вот «Независимая газета» добавила ещё один пункт, и получилось немного по-другому: 48 % россиян за Путина, 26 % - за Медведева. 4% - за оппозицию, но там есть пункт, который поддержали 13%. Звучит он так: «мне всё равно».
В. МИЛОВ - Ну, знаете, есть много разных опросов на эту же тему примерную. Был опрос Башкирова и партнёра «Демократия в России», которые весной…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Вот это, по-вашему, отражает настроение?
В. МИЛОВ - Я могу сказать, что там есть один элемент, который точно присутствует – это спрос на альтернативу и спрос на каких-то других кандидатов.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Только здесь разница 4% в одном случае и 20%.
В. МИЛОВ - Я не очень понимаю, как проводили свой опрос, но, вот, честно, то, что вы назвали по «Независимой газете» - это не отражает мои представления о том, что я видел своими глазами.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Нет, это тот же superjob сделал. Ну, то есть, вы считаете, что всё-таки скорее 20% за оппозицию, чем 4%.
В. МИЛОВ - Я внимательно изучал социологические… Вот, эти вещи скорее не являются социологическими опросами, я не знаю, какую ценность они имеют в плане социологии, потому что непонятно, какая там выборка, кто в ней участвовал.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - 1600 человек, стандарт.
В. МИЛОВ - Но, с другой стороны, я знаю совершенно точно, и это подтверждено многими опросами, что спрос на альтернативу и оппозиционных кандидатов есть.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Сейчас 2 минуты перерыва, никуда не уходите.
РЕКЛАМА
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Продолжается программа «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр. Напоминаю, что вместе со мной в студии политик Владимир Милов, который уверен, что есть спрос на оппозицию. Выборы 2011-2012 года. Как нам это покажет? Что будет?
В. МИЛОВ - Ну, сейчас очень много непонятного в связи с этими выборами. И, вот, уже были попытки регистрировать новые партии. Мы видим, что власти действительно отказывают пока. Я надеюсь, что эти попытки будут ещё, и я надеюсь, что что-то изменится за ближайший год, потому что если, конечно, опять по такому же сценарию, как в 2007 году, выберут никакую думу, состоящую полностью из лояльных партий, ну, может ещё парочку туда допустят.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Есть предпосылки к тому, что будет не так?
В. МИЛОВ - Ну, всё может быть. Я бы не спешил. Просто, вот, Тань, я за последние два года очень много слышал разговоров: нет, это невозможно, потому что это невозможно никогда. Вот, я вам привёл иркутские выборы, братские выборы, сочинские выборы. Все даже наши сторонники говорили о том, что вам больше 2% не нарисуют. А я вам напомню, что Немцов в Сочи получил 23% на участках в день голосования. Если не считать сфальсифицированную досрочку, то результат был 23. Поэтому возможно многое и надо пробовать. Конечно, будет ужасно, если мы получим полностью сервильную думу, тем более, ещё и на 5 лет. Ну, это значит, что тогда политика активная оппозиционная, видимо, перейдёт в другие формы, не связанные с федеральным парламентом, будем дискутировать о том, что дальше делать.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Вопрос от наших слушателей, очень многие поднимают одну и ту же тему – это информационная война, как её тут называют наши слушатели между Лукашенко и Россией или Россией и Лукашенко, не знаю, почему в таком порядке вы ставите участников этой информационной войны. Вы-то, Владимир, стали орудием в этой войне? Вам как такая роль?
В. МИЛОВ - Я, скорее… Орудием стал, например, Саакашвили, который согласился у Лукашенко выступить и говорить ,что тот его большой друг, хотя когда шла война 2 года назад, Лукашенко скорее российские действия поддерживал. Мы-то с Немцовым, да, белорусская газета официальная «Республика», она написала про наш доклад, но мы оба с ним выступили с заявлением, что Лукашенко от нас поддержки не дождётся. Мы его считаем таким же тираном и диктатором, как Путина.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Вы думаете, ему нужна ваша поддержка?
В. МИЛОВ - А просто пусть не надеется, что он нас сможет каким-то образом использовать. Мы относимся к нему совершенно однозначным образом: мы вообще поддерживаем и будем поддерживать наших коллег по белорусской оппозиции. Вот, они, кстати, у вас в эфире были недавно, так что… Ну, там, как Яшин писал в своё время: «Это хорошо, когда два медведя в берлоге дерутся и грызут друг друга». Может быть, чем-то хорошим это кончится. Может быть, они друг друга вконец перегрызут.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А вы согласны с таким предположением? Или думаете, ничем не закончится эта история?
В. МИЛОВ - Ну, там, похоже, серьёзный у них пошёл такой конфликт, которые уже горячие открытые формы приобретает. Я как-то сравнил в своём блоге со старым советским анекдотом диалог священника и парт.работника: «Ах так! Значит больше не дадим вам церковные лавки на парт.собрания. – А мы вам не дадим тогда пионеров на крестный ход». Похоже, что действительно это перешло в очень острую фазу, и я не вижу здесь способов для примирения. Ну, это и хорошо: если вот так эти диктаторские режимы будут поливать друг друга, в том числе и давая доступ оппозиции с другой стороны на официальные телевизионные каналы или в государственные СМИ. Ну это хорошо, больше людей будет знать правду.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - То есть вы в своих целях используете это?
В. МИЛОВ - Абсолютно. Пускай дерутся.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Это Владимир Милов. Как бывшему зам.министру энергетики хотела бы я задать вам вопрос. Ситуация с Баксанской ГЭС – теракт, который позднее признали диверсией. 2 человека погибли, пострадали работники ГЭС. Вот так вот абсолютно легко ночью люди врываются на ГЭС, подрывают её. Охрана подобных объектов. Вы наверняка знаете, как это было в какое-то время назад, и как, вообще, за этой историей следят?
В. МИЛОВ - Вообще, вот, я согласен с теми оценками, которые говорят, что это теракт, которого не должно было быть в принципе, потому что есть счётное количество стратегических объектов, которые нужно как следует охранять. Явно, что этого не было в этом случае. Кстати, когда происходят любые теракты, начинается каждый раз компанейщина и принятие всяких приказов и постановлений о том ,чтобы усилить охрану. Я просто напомню, там, 11 лет назад были взрывы домов в Москве, было постановления от 15 сентября 10.40 Путин подписал, где один из серьёзных пунктов был о том, чтобы усилить охрану объектов энергетики, которые являются стратегически уязвимыми. Ну и что? Мы видим, что это решето. Точно также как московское метро в марте, да? Что нам столько лет рассказывали, что террористов замочили в сортире, а оказывается, что вот так вот всё легко и просто, тем более, что столько накачивали деньгами и полномочиями спец.службы. Вот, ещё закон хотят протаскивать о том, чтобы ФСБ там дополнительные полномочия дать. Так вот, у меня вопрос: ведь ФСБ должна вести оперативную работу, она должна иметь оперативную информацию о том, что такого рода теракты готовятся. То, что вообще не было никакой охраны на этой ГЭС должной, это свидетельствует о том, что у них просто не было никакой оперативной информации по…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А когда вы были зам.министра, как охранялись такие объекты?
В. МИЛОВ - Ну, знаете, тогда в принципе, вообще-то, вот эта антитеррористическая… Это было очевидно, что вся антитеррористическая компания, она сосредоточилась на военной операции в Чечне и что проходили периодически, когда были теракты, то Норд-ост, то какие-то другие вещи, ну, проходили вот такие компании, за которые бюрократы в основном отчитывались, что они поставили ещё пару людей охрану или увеличили численность, укомплектованность или несколько камер видеонаблюдения, но вот этой компанейщиной всё и заканчивалось. Теракт. Какое-то очередное постановление усилить и углубить. Какие-то бюрократические отчёты. И мы видим, что в итоге нормально ничего не охраняется. Собственно, вот это тот вывод, который я могу сделать.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - И так будет до тех пор, пока…?
В. МИЛОВ - Видимо, пока вот эти спец.службы неподконтрольны обществу и политики, которые ими руководят, не отвечают перед обществом за свои действия, а имеют возможность выйти сухими из воды, будет это всё повторяться. Потому что мы видим, что повторяется и повторяется, и число терактов выросло за последние годы, невзирая на все победные реляции, так что вот опять мы приходим к тому, что политические изменения и формирование ответственной власти, которая будет перед обществом отвечать за свои действия, а в том числе, на выборах, прежде всего. Вот это то, что может создать нам гарантии, что такого не повторится в будущем.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Наш слушатель Сергей возвращает нас тоже в политику. И напоминает про «Справедливую Россию», которая показывает довольно серьёзный результат и выступает довольно активно и против «Единой России» - у этой партии, как вы думаете, какие перспективы?
В. МИЛОВ - Я не согласен, что «Справедливая Россия» как-то сильно выступает против. Мы иногда какие-то слышим порой смелые заявления от Миронова или некоторых других представителей этой партии, но никакими действиями серьёзными всё это не заканчивается.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ну, почему? Миронов, например, голосует против каких-то законопроектов.
В. МИЛОВ - Ну, а что толку-то? Они же всё равно все, во-первых…
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Что может делает, то и делает. Вы же сами выступаете за то, чтобы человек что-то делал.
В. МИЛОВ - Я выступаю за то, чтобы действия приносили какой-то результат. А когда Справедливая Россия уже столько лет толчёт воду в ступе. Назовите мне хоть один конкретный результат её деятельности, который принёс бы пользу людям. Например, мои коллеги по екатеринбужскому «Дем. выбору» были инициаторами того, что отстояли выборы мэра, прямые выборы мэра в своём городе, которые хотели отменить, а что Справедливая Россия в этой ситуации? Ну, как-то она проявила себя? Да нет. Ну, есть много других ситуаций, с тем же Химкинским лесом, с чем угодно возьмите. Когда эта партия реально кому-то помогла? Да, у неё некоторые результаты есть на выборах, но это в основном потому, что просто в этом меню других блюд нет, а люди за «Единую Россию» уже не хотят голосовать и ищут кого-то другого, чтобы поставить галочку, да? Поэтому, да, вроде номинально есть партия, но она ничего не делает, для того чтобы защитить интересы своих избирателей.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ещё один вопрос от одного из наших слушателей, он обращает внимание: вы как-то не совсем договорили, что будет, если Гос.дума останется той Гос.думой, которую мы видим сейчас и надо будет искать другие механизмы, другие способы, например.
В. МИЛОВ - Ну, во-первых, там ещё есть сюжет с президентскими выборами, я не успел об этом договорить, действительно и мы сейчас с коллегами обсуждаем возможность выдвижения единого кандидата в президенты от демократической оппозиции. Я надеюсь, что это произойдёт. У меня есть робкий оптимизм по этому поводу. А, во-вторых, как показывает жизнь, как показывают последние месяцы, последний год, самыми эффективными способами протеста является всё-таки активизация региональной составляющей. Москва какая-то тухлая совсем стала.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - А, в общем, вы уйдете в регионы?
В. МИЛОВ - И это, да, это очень перспективное направление. В регионах проходят довольно конкурентные выборы. Много где есть одномандатники, где не надо в партии там вступать.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Ну, это просто я так понимаю, что человек пытался вывести нас на разговор о… выход на улицу.
В. МИЛОВ - Выход на улицу – это важно и, вот, как мы видим, это гораздо больше работает с большим успехом в регионах сейчас, чем в Москве. Вот, в Москве, к сожалению, мы пока демонстрации на массовый уровень, который был когда-то, так и не можем вывести, но будем над этим тоже работать.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Вы 31-го числа пойдёте на Триумфальную площадь?
В. МИЛОВ - Нет.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - То есть, вы не будете над этим работать?
В. МИЛОВ - Я принципиально не хожу на эти акции.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР - Вы были там один раз.
В. МИЛОВ - Я считаю, что… я был на Дворцовой в Питере, я считаю, что у этих акций, в таком виде, в каком они проводятся, нет шансов быть массовыми, люди боятся быть избитыми, и их скорее отпугивает та картинка, которую они с Триуфальной получают.
Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР Спасибо большое, это был Владимир Милов в «Особом мнении». Всем счастливо!