Гейдар Джемаль - Особое мнение - 2010-06-17

Э.ГЕВОРКЯН: Здравствуйте. Это программа «Особое мнении». Меня зовут Эвелина Геворкян. И сегодня в параллельном прямом эфире «Эха Москвы» и телекомпании RTVi я побеседую с Гейдаром Джемалем, председателем Исламского комитета России. Здравствуйте.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Здравствуйте.

Э.ГЕВОРКЯН: Я напомню для наших слушателей и зрителей номер телефона - +7 985 970 4545, по нему мы принимаем ваши смс-сообщения, так что вы также можете в интерактивном режиме задавать свои вопросы гостю. Идет прямая веб-трансляция для всех желающих на сайте «Эха Москвы». И на этом же самом сайте «Эха Москвы» сегодня была опубликована статья Леонида Радзиховского под названием «Реал-политик», и я хочу процитировать небольшой фрагмент, чтобы вы его прокомментировали. Он пишет, что «Если заполыхает Средняя Азия, обернется большим Афганистаном, то для нашей страны, с Северным Кавказом это, пожалуй, и правда – СМЕРТЕЛЬНЫЙ НОМЕР. Надежда лишь на то, что такую опасность предсказывали 1000 раз – и все мимо. За 20 лет была и гражданская война в Таджикистане, и «волнения» в Узбекистане и т.д.», но, к счастью, этого не случилось - «Значит, «что-то» в социальных условиях и постсоветском менталитете этих республик не дает событиям пойти по такому руслу».

Г.ДЖЕМАЛЬ: Ну, пожалуй, я соглашусь с презумпцией. То есть если заполыхает, я бы не сказал говорить «если», не стал бы говорить в сослагательном наклонении, несмотря на все оговорки Радзиховского, а я бы сказал так: когда заполыхает, то станет смертельным. И я думаю, что рано или поздно это должно заполыхать, несмотря на то, что до сих пор не полыхало. А почему до сих пор не полыхало? Потому что этим не занимались те, кто готовит такие вещи. Я не верю в стихийность и спонтанность вообще никаких крупных исторических событий. Они не происходят снизу и не происходят по воле масс или в силу каких-то изменений коллективного бессознательного.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну да, простите, вы в данном случае имеете в виду какие-то высшие силы или заговоры?..

Г.ДЖЕМАЛЬ: Я имею в виду, конкретные операторы, которые исполняют волю крупных центров силы и великих держав и так далее. То есть это совершенно конкретные адресаты, и вот в данном случае в Киргизии, например, мы видим, что межэтнический конфликт, резня, погром узбеков в Оше происходил, потому что действовали агенты, в частности, того же Бакиева, что, в принципе, никто не скрывает. Об этом говорит временное правительство открыто, об этом говорит бывший президенты Кыргызстана Аскар Акаев. В общем, на поверхности лежит агентура Бакиева. Вопрос только в том, что Бакиев сам никто, и звать его никак, потому что этот человек, хотя и наворовал много денег, но он не представляет собой достаточно харизматическую фигуру, даже на юге Кыргызстана, и сам по себе он ничего не может решить и никого не может склонить ни к чему. Он является тоже посредником. И его люди, о которых говорил Акаев, криминальные элементы, которые сохраняют с ним связь, его родственники, в общем, действуют, потому что у них есть некая «крыша» и они выполняют некий заказ. И до этого тоже были такие моменты. Я могу процитировать, скажем, 89-й год. 89-й год был точно так же организован провокаторами. Мне рассказывал бывший майор КГБ СССР, киргиз, который в региональном республиканском управлении работал, что перед тем, как началась знаменитая резня, прибыли, неизвестно откуда, какие-то избитые киргизы, которые встали на площади Оша шатром, показывали всем свои раны, разорванную одежду, хватали за рукава и рассказывали, как их избили узбеки, изнасиловали их женщин, угнали скот, самих выгнали и так далее. И так они 10 дней без малейших помех агитировали, пока наконец не раздался первый выстрел. А после этого все завертелось. Когда было введено чрезвычайное положение, комендатура приказала найти этих киргизов. Так представьте, они растворились. Никакого следа этих киргизов не было найдено. И более того, не было зафиксировано никаких событий, о которых они жаловались и кричали, с чего все началось. То есть, собственно говоря, это были провокаторы, которые запустили механизм ошской резни 89-го года. А тогда, если вы помните, была вообще такая серия межэтнических столкновений. Месхетинские турки были в Узбекистане, началось все это с назначения Колпина и избиения казахских студентов в Алма-Ате, потом пошел Карабах. Зачем это был нужно…

Э.ГЕВОРКЯН: Простите, чисто технически - то есть каждый раз кто-то по 10 долларов или по сколько-то выдавал в руки и подсылал провокаторов?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Да достаточно начать, достаточно запалить, а дальше уже все это действует по законам толпы.

Э.ГЕВОРКЯН: По-вашему, провокации случались только в Оше или, в принципе, изначально все события в Кыргызстане так начались?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Все события, которые начинаются как дестабилизация и имеют кровавый выход, носят заказной характер. Давайте уйдем в 80-й год - это город Орджоникидзе, это столкновение ингушей и осетин, по-моему, в 80-м году, когда все это началось с избиения таксистов и так далее. Тоже был заказ.

Э.ГЕВОРКЯН: Простите, мы сейчас сделаем небольшую паузу и после этого, буквально через минуту, вернемся и продолжим этот разговор.

РЕКЛАМА

Э.ГЕВОРКЯН: Мы продолжаем программу «Особое мнение». Председатель Исламского комитета России у нас в студии. И мы говорим о событиях в Киргизии. Я вот, единственное, сейчас как раз зачитаю сообщение Алексея. Он говорит, что видел вас на телеканале «Мир», где вы участвовали в передаче «Слово за слово», сказали, что это дело рук США, Бакиев - несамостоятельная фигура. И он пишет: «Скажите, не кажется ли вам странным, что американская марионетка скрывается нынче на территории Белоруссии, чей лидер Лукашенко уж точно не является пособником Запада? И одновременно с этим Максима Бакиева задержали в Великобритании, и США, скорее, ничего не делали, чтобы предотвратить пожар, но вряд ли разжигали огонь».

Г.ДЖЕМАЛЬ: Просто я мог бы сказать Алексею, что отношения на уровне высшей власти, отношения т.н. суверенитетов сложнее, чем, допустим, в школьном классе. И оттого, что представляется, что Лукашенко не друг Запада, это, на самом деле, ничего не значит. Потому что существует дипломатия явная, пиар, и существует дипломатия тайная. А вот с точки зрения тайной дипломатии, позиция Лукашенко, например, не столь очевидна, как с точки зрения общего имиджа, пиара, который распространен в популярных кругах. Поэтому я бы не стал сразу позиционировать Лукашенко как оппонента Запада. Он более сложная фигура, и у него есть проблемы, которые он вынужден решать, идя навстречу каким-то пожеланиям, может быть, которые ему и не нравятся. Поэтому, что касается США, да, я считаю, что США заинтересованы в том самом большом пожаре, о котором пишет Радзиховский. Конечно, Радзиховский приписывает возможность этого большого пожара внутренним ресурсам населения Средней Азии. Я подчеркиваю, что я во внутренние ресурсы не верю, потому что люди всюду имеют тенденцию жить спокойно, если им не мешают. Если их оставить самих по себе, они, скорее всего, отсиживаются, уклоняются. Ну, редко они начинают заниматься такими погромными действиями или участвовать в гражданской войне. Кстати, в гражданской войне в России участвовало всего 5% населения страны. Они-то - и с белой, и с красной стороны - и определили всю историю.

Э.ГЕВОРКЯН: Понятно ваше отношение и роль США в этих событиях, а по-вашему - насколько адекватно и правильно ведет себя Россия? Как нашей стране следует себя вести? Как мы знаем, сегодня вот нам новости сообщили, что ОДКБ говорит, что мы будем отправлять туда специалистов, они там будут выискивать зачинщиков, но ни о каких миротворцах речи не идет.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Специалисты, выискивающие зачинщиков, это уже полицейская акция. Потому что специалисты по лечению избитых или по восстановлению сожженных домов, это одно, а специалисты по ловле, скажем, провокаторов или агентуры, это совсем другое. И тут уже грань между такими специалистами и миротворцами становится сложнее провести. Что же касается позиции России, здесь определяющим, на мой взгляд, является то, что Россия поставила подпись под санкциями против Ирана, это непосредственно следствие давления США, и здесь, я думаю, никто спорить не будет, это достаточно очевидно. Но, мне кажется, если в таком глобальном деле, где на кону суверенитет страны, высшее руководство России прогибается и ставит подпись, наносящую ущерб этому суверенитету, фактически это подпись под отказом от статуса великой державы, то, наверное, и в других вопросах, в том числе и по Киргизии, следует ожидать, что это руководство пойдет в фарватере зарубежного заказа.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, как пишут эксперты, если у России сегодня нет миротворцев, нет, вероятно, желания, финансовых ресурсов отправлять туда наши военные силы…

Г.ДЖЕМАЛЬ: Я слышал утверждение, будто бы Россия опасается увязнуть в вооруженном конфликте, что она имеет уже опыт Афганистана. Очень странная параллель между Афганистаном и Киргизией. Но скажу одно - при столь незаинтересованном в великодержавных интересах страны руководстве, при столь незаинтересованном курсе руководства, нет никакого шанса избежать втягивания в войну, даже если никуда никого не посылать. Потому что не мытьем, так катаньем Россия окажется замешанной в ход центрально-азиатских событий.

Э.ГЕВОРКЯН: Что именно вы имеете в виду?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Ну, понимаете, если «запылает»… а запылает по-настоящему - это что называется? Если, например, вынудят Ташкент принять защитительные меры по отношению к узбекскому меньшинству, то это будет уже не межэтнический, а межгосударственный конфликт, а это уже тема ООН, которая, скорее всего, даст мандат миротворцев, и, скорее всего, тому контингенту, который ближе всего находится, то есть натовскому контингенту в Афганистане, который, я думаю, только этого и ожидает. А Россия, между прочим, этот контингент питает бесплатно из гуманитарных соображений грузами, которые НАТО отправляет своим войскам, в том числе и более 200 тысяч военнослужащих НАТО уже проследовало по российской территории. То есть Россия активно работает на поддержание натовского контингента в Афганистане если ООН окажется одновременно еще и миротворческой силой в Центральной Азии, то это уже автоматически шаг, вовлекающий Россию так или иначе в политическую интригу, которая ведет к большой войне.

Э.ГЕВОРКЯН: При этом вы какую именно роль отводите России? То есть скорее уже роль используемого, роль пешки?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Я думаю, что США очень заинтересованы в том, чтобы пожар, который уже зажжен ими в Афганистане и в Ираке и тлеет еще в ряде мест Евразии, объединился и заполыхал большой красной линией. Почему? Сегодня у нас на повестке дня создание мощного антиамериканского блока. Это Иран, Турция, Сирия, при поддержке Палестины и юга Ливана. Налицо резкое изменение расклада сил. Если до 2006 года, до войны Израиля на юге Ливана, можно было говорить о том, что США делают там, что хотят - теснят, утверждаются и так далее, что проект «большого Ближнего Востока», бушевский проект, как бы на наших глазах делается. Переделка и перекрой стран, формирование нового концепта региона и так далее. Вот после этого мы увидели, что США как бы вступили в полосу заката своего присутствия в регионе. Они ушли из больших городов Ирака, они сидят сейчас по базам. Действуют совсем другие силы на территории Ирака. И если это дело продлится, то есть вот этот мощный ирано-турецкий блок будет и дальше вытеснять США, то придется уходить из Афганистана. А это уже катастрофа. Потому что это поражение Запада в целом, это крах глобальной либеральной цивилизации. И этого Америка не может допустить. Но она не может сейчас начать военные действия против Ирана, потому что это противоречит имиджу Обамы. Он пришел как миротворец. Он не может после Буша, начавшего две войны, начать третью. И он не может сделать этот шаг, потому что у него дорожные карты - фальшивые, не фальшивые, но они провозглашены - о выводе войск из Афганистана и Ирака. Поэтому его руки связаны. Израиль сегодня тоже не может начать военные действия против Ирана на фоне той конъюнктуры, которая сложилась после его действий в Средиземном море. А война-то нужна! Стало быть, надо разжигать ее через других посредников.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну а почему так сразу - война нужна? Ну вот, санкции применяют, и хватит.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Санкции ничего не меняют, они ведут к войне.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть это просто вопрос, отсроченный по времени, по-вашему?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Они не отсрочены. Они приближают, потому что эти санкции - первое: разрушают союзнические отношения между Россией, Китаем и Ираном, которые де-факто существовали. То есть Россия уже больше не друг Ирана. Второе: возникают новые отношения между странами южного Кавказа и Ираном. В частности, между Баку и Тегераном, которые сближаются, вопреки традиции последних 20-ти лет, то есть Азербайджан был антагонистом Ирана, а сегодня Баку взывает к помощи Ирана для решения карабахской проблемы. Армения тоже, не так очевидно, является традиционным другом Ирана, потому что курс Армении тоже меняется. А Армения сегодня начинает сближаться с Израилем, под давлением США. Таким образом, происходит рокировка двух этих игроков, и резко усиливается военная риторика в регионе, на южном Кавказе. То есть Баку говорит открыто, и туда, кстати, зачастили деятели первого ранга США и России, говорит открыто о том, что карабахскую тему нужно решить военным путем. Что это означает? Если это действительно будет иметь место, Тегеран просто не сможет остаться в стороне от этой ситуации, потому что если он останется в стороне, туда НАТО введет миротворцев и вместо южного Кавказа будет северный плацдарм против Тегерана. Значит, надо каким-то образом вмешаться. А ведь российские войска все еще стоят в Армении. Поэтому это уже будет прямая конфронтация Ирана с Россией.

Э.ГЕВОРКЯН: Простите, я вот сейчас зачитаю вопрос от Дмитрия Ку, он нам на интернет-сайт его прислал: «Ваш давний партнер по «Клинчу» Евгений Сатановский прогнозирует крупный военный конфликт между Израилем и Ираном до конца лета. Вы бы согласились с этим прогнозом?»

Г.ДЖЕМАЛЬ: Ну, если Израиль сегодня нанесет первый, неспровоцированный удар по Ирану после своих акций против «Флотилии Свободы», то это будет политическая катастрофа. То есть она и так уже произошла, но после этого Израиль однозначно попадает в рубрику государств-изгоев, и я думаю, что в таких условиях вести боевые действия против Ирана будет очень рискованно.

Э.ГЕВОРКЯН: Но этого ведь не произойдет. Наоборот, как мы знаем, Израиль смягчает условия этой блокады.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Тогда все это лежит на ответственности Сатановского. Я как раз и говорю, что Израиль не может сегодня позволить себе развязать эти военные действия, и Штаты не могут по другим причинам - по имиджевым причинам - тоже их развязать. Поэтому война, которая нужна им, должна прийти через каких-то других «заместителей», которые для них будут каштаны из огня таскать. Ее нужно спровоцировать, как шахматную комбинацию. И вот, в частности, я вижу, то, что происходит в Центральной Азии, это закладка такой ситуации. И то, что происходит на Южном Кавказе, это тоже закладка такой ситуации.

Э.ГЕВОРКЯН: Поразительно. В каждом нашем с вами эфире вы обязательно говорите о том, что кто-то готовит войну, что обязательно кто-то в ней заинтересован.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Война не бывает без того, чтобы кто-то в ней был заинтересован. И ее постоянно готовят.

Э.ГЕВОРКЯН: Ее постоянно готовят? Без этого вообще никак?

Г.ДЖЕМАЛЬ: История - это история войн.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну что ж, мы прервемся и сделаем небольшую паузу, а потом продолжим знакомиться с особым мнением Гейдара Джемаля, это председатель Исламского комитета России. Он у нас в студии. У микрофона Эвелина Геворкян.

НОВОСТИ

Э.ГЕВОРКЯН: Продолжаем программу «Особое мнение». У микрофона Эвелина Геворкян. И прямо сейчас я беседую с Гейдаром Джемалем, председателем Исламского комитета России. Вот вам тут прислал кто-то такой комментарий: «Мы против Америки - за бомбу у Ирана?» То есть - если мы против Америки, значит, мы за бомбу у Ирана?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Я не знаю, кто это такие «мы». Лично я за бомбу. Но я думаю, что дело не в бомбе. Потому что, к сожалению, Иран, во-первых, ее не имеет, во-вторых, уже давно отрекся от ее обладания, и нет оснований ему не доверять. Иран отказался создавать ядерное оружие по идеологическим и религиозным причинам. А США, которых не волнует ни бомба у Пакистана, ни бомба у Индии, ни, по большому счету, бомба у Северной Кореи, не говоря уже о 300 ядерных зарядов у Израиля. США интересует не бомба, а свержение политического строя в Иране. Поэтому если бы не было там бомбы или ядерной программы, были бы найдены другие поводы.

Э.ГЕВОРКЯН: А этот строй, в Иране существующий, как-то угрожает США и мировому сообществу?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Он угрожает не косвенно, не так, как Гитлер угрожал Чехословакии. Он угрожает тем, что он есть, потому что это другая модель сознания, которая представляет собой вызов тому сознанию, что господствует в американской элите. То есть, на самом деле, США преследует чисто идеологические, идеократические цели, поскольку они занимаются распространением своего идеократического господства, несут там свою демократию и так далее. Вместе с тем, определенные ценности, выработанные протестантизмом, который исповедуют американские элиты. И для них сам факт существования Ирана, исламской республики теократической является вызовом, который необходимо устранить, потому что он, с их точки зрения, активизирует неконтролируемые силы во всех регионах мира, в том числе и неисламских.

Э.ГЕВОРКЯН: Но это так?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Конечно, так. США сами по себе являются идеологическим вызовом всем остальным людям, всему человечеству.

Э.ГЕВОРКЯН: А почему они с таким же успехом не протестуют идеологически против буддистов или РПЦ?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Ну, они, во-первых, протестуют. Просто РПЦ не взяла официально власть в России. Если бы взяла, то она бы тоже была повинна, и на Россию шел бы не тот накат, что сейчас идет. Но она не взяла такую власть. А протест идет, потому что существует агентурная работа различного рода сект, скажем, протестантской деноминации. Есть масса и нехристианских инициатив. Что касается буддистов, вы знаете, тоже тут сложно сказать. Вьетнам был буддистской страной, Бирма является буддистской страной, Северная Корея косвенно, несмотря на Ким Ир Сена, да и Китай в какой-то степени, хоть и конфуцианский, но тоже не чужд буддизму. Поэтому буддизм, в общем-то, в целом, если так все взять посчитать, тоже в основном против Америки. Просто существуют очень пестрые поля…

Э.ГЕВОРКЯН: Только Америка не против них, да?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Почему не против них? Америка стремится взять под контроль все эти вещи. Она не может взять их под контроль. Потому что уровень идеологической и теологической включенности американской элиты в традицию не позволяет им работать с этими полями. Скажем, британское масонство может работать с этими полями, а может работать с суфийскими тарикатами, например, или с Далай-ламой, а США слишком примитивны для того, чтобы контролировать темы, выходящие за пределы библейского дискурса, грубо понятого библейского дискурса.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну что ж, я спущусь на более наши сиюминутные темы. МИД России прогнозирует трудности при ратификации договора СНВ в российском парламенте. Борис Грызлов сказал, что сейчас точно это рассматривать не будут, отложат до осени. Почему, как вы думаете, именно сегодня так заговорили наши депутаты?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Прошу прощения, а не могли бы вы чуть медленнее то же самое? Я как-то упустил.

Э.ГЕВОРКЯН: Прогнозируются трудности при ратификации договора об СНВ, то есть именно сегодня какие-то возникли сложности, хотя вроде бы отношения России с США в последние дни налаживаются.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Знаете, я думаю, такие пиар-танцы и такие ужимки девицы, которую ведут под венец… Я представляю, что в этом договоре Россия ничего не теряет и не приобретает, потому что порог-то все равно выше, чем то, что реально у России осталось. Поэтому это все такие, чисто дипломатические игры, которые, возможно, призваны затемнить или отвлечь внимание от более существенных вопросов.

Э.ГЕВОРКЯН: Обращусь к вопросу Владимира Григорьевича из США. Он пишет: «Кадыров заявил, что законы шариата выше законов Российской Федерации и врагов ислама надо уничтожать. Какова ваша позиция в этом вопросе?»

Г.ДЖЕМАЛЬ: Ну, формально здесь возразить нечего. Единственное, что - я возражаю против того, что эти правильные вещи произносятся неправильным персонажем.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть вы открыто готовы поддержать…

Г.ДЖЕМАЛЬ: Я не готов поддержать Кадырова, но шариат - это божественное установление, а законы России придуманы на коленке кучкой депутатов. Понимаете, есть некоторая разница. Кстати, хочу просто, пользуясь данным поводом, выразить некоторое как бы изумление по поводу той бездны лицемерия, с которой мы сталкиваемся у современных действующих политиков, обозревателей, политологов. Вот человек, допустим, обличенный полномочиями, саном, известный человек, чиновник, говорит: «Вы должны любыми путями противодействовать победе исламских фундаменталистов в Афганистане и сохранить там правовое государство! Если оно там будет сохранено, то…» Подумайте, что он говорит. Он называет правовым государством режим Карзая, который, известно, что пришел через сфальсифицированные выборы, который крышует наркотрафик и который является одним из наиболее коррумпированных режимов в мире. Вместе с тем, исламский фундаментализм основан на принципе верховенства права. У человека все с ног на голову перевернуто.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну а вот у нас что с ног на голову перевернуто или нет, если есть Российская Федерация, в составе которой есть регионы, которые исповедуют ислам? И что же здесь? Мы официально светское государство. Или что нам прямо сейчас нужно сделать?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Просто погрязли в алогизме и лицемерии. С одной стороны, светское. С другой стороны, масса законов и подзаконных актов, которые де-факто нарушают эту светскость, то есть являются, с точки конституционной светскости, сомнительными. Кроме того, существует законодательный разнобой в субъектах. И так далее. Если говорить строго, то у человека не может быть иного отечества, кроме его религии, и иного господина, кроме Всевышнего. А законы Всевышнего являются императивом, потому что вечность бьет козырной картой всю мелкую суету здесь.

Э.ГЕВОРКЯН: Значит, всю политическую карту мира нужно переписать согласно границам религий и конфессий?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Да нет, я бы не сказал, что религия пользуется какими-то границами и что есть какие-то границы, которые рассекают по гетто - здесь, знаете ли, гетто для православных, тут гетто для мусульман. Да, есть, наверное, какие-то зоны, где больше живет буддистов, больше мусульман. Но в хадже, например, я видел людей всех цветов кожи, которые приходят…

Э.ГЕВОРКЯН: Но если у них у всех разные законы религиозные, как же они будут жить все в одном обществе, как сосуществовать?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Как это в одном обществе, извините?

Э.ГЕВОРКЯН: Ну вот в данном случае мы живем в рамках одной страны. У нас здесь живут люди разных конфессий.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Ну, во-первых, в царской России жили, и ничего. Были законы шариата, которые действовали, правда, с определенными ограничениями, но, тем не менее, основной блок законов шариата работал на Кавказе, в Средней Азии, на Поволжье. И даже более того - после 17-го года большевики до 28-го года, то есть, извините, 10 лет, поддерживали шариатские суды в Поволжье и на Кавказе, в Дагестане, в частности. Шариатские суды, заметьте. И это, в принципе, в жесткие послереволюционные годы советской власти.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть вы видите какое-то техническое решение вопроса, как религиозные законы могут главенствовать и при этом сохранить всю политическую карту мира?

Г.ДЖЕМАЛЬ: Почему вы все время сбиваетесь на карту мира?

Э.ГЕВОРКЯН: Просто на государственное устройство.

Г.ДЖЕМАЛЬ: Мы говорим о России или о карте мира? Если мы говорим о карте мира, то тогда я подозреваю вас в глобализме и желании навязать единообразие законов всему человечеству.

Э.ГЕВОРКЯН: Простите, наш эфир, к сожалению, подошел к концу. Вы можете и дальше подозревать меня в глобализме, ну а беседу с вами продолжим в наших будущих эфирах. Спасибо вам за участие. До свидания.