Павел Гусев - Особое мнение - 2010-05-14

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Добрый вечер, это программа «Особое мнение», меня зовут Татьяна Фельгенгауэр и сегодня у меня в гостях Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец». Добрый вечер, Павел Николаевич.

П.ГУСЕВ: Добрый вечер.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Напоминаю, что у нас работает SMS +7 985 970-45-45, работает прямая трансляция на нашем сайте – оттуда вы тоже можете задавать свои вопросы. Давайте начнем с темы, которая остается центральной всю неделю, - это ситуация вокруг взрыва на шахте Распадская. Понятно, что там погибли люди, траур почему-то объявили только в Кемеровской области (он завтра), общенационального траура нет. Сегодня в Междуреченске акции протеста, сейчас вот только что сообщал наш корреспондент о том, что уже пошли к мэрии около сотни человек со своими требованиями. Как в этой ситуации должно повести себя государство? И как все эти дни оно вело, как бы вы оценили это?

П.ГУСЕВ: Ну, прежде всего, я считаю, что государство должно было объявить национальный траур. Это действительная трагедия и трагедия, которая произошла на производстве, которое характерно для нашей страны. Наша страна – добывающая страна, которая использует свои недра для того, чтобы зарабатывать какие-то деньги, будь это налоги или будь это прямые поступления от нефти, газа и других вещей. Но так или иначе гибель такого количества людей – конечно же, это национальный траур. И мы имели уже примеры и знаем примеры, когда государство траур объявляло.

Теперь как повело себя государство? Вы знаете, конечно, то, что туда прилетел премьер, то, что там министр МЧС постоянно находится, - это дало свои, ну, так скажем, плоды по тому, что очень многие вопросы стали решаться не хаотично, как это бывает в таких случаях, а, в общем-то, были подтянуты все силы страны для того, чтобы попытаться спасти или разрешить эту проблему.

Меня удивило другое во всей этой ситуации. Первое, что эта проблема почему-то, как бы, не проанализирована до конца, почему у нас происходят такие случаи в шахтах.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Проблема с шахтами, в целом.

П.ГУСЕВ: Да. Почему до конца, вот, по шахтам не проанализирована ситуация. Мы – одна из немногих, а, может, единственная страна осталась – нет, по-моему, еще Китай – которая платит не как весь мир за часы, а за выработку вот этого злосчастного угля. В результате рабочие – они не заинтересованы в том, чтобы хоть на секунду приостанавливать свою работу, даже если там есть опасность повышенного содержания метана или содержание пыли повышенное. Работают, ну вот, на уже крайне рискованной такой грани, за которой будет или взрыв, или гибель, или что-то еще, трагедия может произойти. И, к сожалению, эта методика – она нуждается просто в коренной корреляции. Если мы не изменим эту ситуацию, положение в шахтах, что бы мы туда ни делали, какую бы технику ни насыщали. Сегодня же известно, что на метаноулавливатель кепку накинул и... Это же известная всем ситуация: кепку накинул – и все, и уже показатели совсем другие.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но вы же сами сказали, что это такая, проблема уже, не первый раз мы с ней сталкиваемся. И аварии на шахтах – к сожалению, это такая, страшная, но, все-таки, традиция. Почему нет понимания необходимости изменить эту систему?

П.ГУСЕВ: А потому что есть собственники, которые, кстати говоря... Вы слышали, чтобы собственники, которые владеют этой шахтой, извинились официально за то, что произошло, принесли свои соболезнования? Нет. А вы знаете, кто собственник? Абрамович. Абрамович, который сейчас смотрит футбол сидит. Почему он не извинился? Абрамов, который тоже является одним из магнатов. Они владеют 40% этой шахты. Почему они не извинились? Почему они не принесли извинения? Почему Владимир Владимирович и президент, которые когда был случай с «Хромой лошадью», что они сказали? Что этих низменных... Они в очень жесткой форме охарактеризовали собственников, собственники были пойманы, там, кто в дороге, кто в поезде, кто в автомобиле, за уши посажены в тюремную камеру и до сих пор там сидят.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Чего же Абрамовича не ловят?

П.ГУСЕВ: А, вот, интересная ситуация, да? Мы же боремся. Как? Когда Владимир Владимирович пришел в 2000 году, одно из первых его заявлений было то, что олигархи правят страной – их надо убрать. Убрали тех олигархов, и кто пришел? Те олигархи, которые уже не интересуются политикой, а интересуются тем, как прибрать к рукам всю нашу страну.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Очевидно, они выгодны власти, вот такие олигархи.

П.ГУСЕВ: Они выгодны власти. Они выгодны. Но я вам хочу сказать, это просто отвратительно, когда ты владелец, когда ты обладаешь 40%-ным пакетом акций и ты даже не приносишь извинений. И более того, твоей физиономии даже не видно среди тех людей, которые там страдают, которые приехали там помогать и исправлять ситуацию. Что ж это за собственник такой? Что ж это у нас делается?

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте мы сейчас прервемся буквально на одну минуту. Никуда не уходите. Программа «Особое мнение», в которой сегодня выступает Павел Гусев, скоро продолжится.

РЕКЛАМА

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Продолжается программа «Особое мнение», в которой сегодня выступает Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский Комсомолец». Давайте поменяем тему. Сегодняшняя новость. Депутаты хотят разрешить омбудсменам без препятствий посещать СИЗО, речь идет об уполномоченных по правам человека в регионах, потому что сейчас такую возможность имеет только омбудсмен федерального значения. А вообще история с СИЗО тоже на этой неделе и на прошлой неделе не уходила никуда с первых полос газет. История с Магнитским ничему никого не научила.

П.ГУСЕВ: К сожалению, да. Дело в том, что сегодня все наши заведения, где находятся граждане России и не только России, они отбывают свой срок. Они, конечно, все находятся в ужасном состоянии и там много проблем. Мы знаем, что практически новых тюрем и новых вот таких вот заведений не строится. Мы всегда с удивлением, посмотрите, вот, боевики смотрим американские, триллеры всякие, где показывают американские тюрьмы. И у многих, может, даже есть представление, что в российских тюрьмах приблизительно также, вот, все сидят и, значит, бастуют или чего-нибудь там делают. Дерутся, еще чего-то. Но все не так. Все происходит не так и все в более запущенном и в более ужасном состоянии находится в российских тюрьмах. Конечно же, сегодня существует еще, знаете, какая система? Сегодня подключены члены Общественной палаты – я просто знаю как член Общественной палаты – и члены Общественных палат в регионах, которые тоже имеют право посещать и иметь отношения к тюремным, так сказать...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, вот сегодня Общественная палата ходила в Матросскую тишину.

П.ГУСЕВ: Да-да-да, я знаю, что ходила.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: В эту печально известную больницу Матросской тишины, про которую мы регулярно слышим.

П.ГУСЕВ: Да. Так вот, чем больше будет общественных структур – не только Общественной палаты, но и представителей других структур общественных – посещать такие заведения, я думаю, все-таки, там будет меньше таких случаев. Но мне кажется, что здесь еще, ведь, виновата вся наша система, которая... Ну вот женщина вот эта несчастная умерла в тюрьме.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вера Трифонова.

П.ГУСЕВ: Да, Трифонова. Ну, нужно ей было там сидеть в этой тюрьме? Нужно ли было государству так, грубо говоря, содержать эту женщину, которая явно, так сказать... Да, наверное, она там совершала какие-то махинации. Тянули ли эти махинации на угрозу обществу и на то, что вот эта женщина должна вот это предварительное следствие проводить в тюремном заведении?

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Послушайте, но мы не раз слышали и от президента, и от высокопоставленных чиновников из структур МВД, Генпрокуратуры заявления о том, что нужно, там... Например, по экономическим тем же преступлениям нужно уменьшать количество досудебных арестов.

П.ГУСЕВ: Совершенно верно.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Что лишение свободы – это крайняя мера.

П.ГУСЕВ: Совершенно верно.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Мы это слышим не первый день.

П.ГУСЕВ: А, к сожалению, судьи, следователи и те, кто занимается, так скажем, посадкой или отсрочкой, для них важнее посадить. То есть они смотрят уже на тех людей, которые находятся под следствием, как на быдло. Это уже так, скотообразная масса. Она не человеческого лица, потому что оно под следствием. Еще никто не признал, виновен – не виновен. Еще не сказали, что этот человек заслуживает того, чтобы быть изолированным от общества. Но если ты находишься под следствием, лучше тебя держать там – а вдруг ты не придешь на допрос к такому-то следователю в 9 утра, там, на такую-то улицу в такой-то кабинет? Вдруг не придешь? Ах, боже мой! Тогда тебя надо объявлять в розыск. Легче что сделать? Посадить в камеру и там сидеть. То есть полностью исключается вообще презумпция невиновности человека, его достоинство и его... Мы не верим человеку с самого начала. Да, человек совершил или не совершил. Он, так сказать, попал в поле зрения следственных органов. Но это не значит, что он скотина, это не значит, что он уже отъявленный преступник. Есть преступления, маньяки, которые насилуют, люди, которые совершили убийство, люди, которые, так сказать...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Представляют угрозу общества.

П.ГУСЕВ: Угрозу общества. Но у нас, посмотрите, у нас люди в пьяном виде сшибают женщин с колясками на переходных дорожках и их не сажают. Их не сажают! А он представляет угрозу, потому что он не первый раз в таком виде, так сказать, садится за руль. Почему их не изолирует никто? Вы помните хоть один такой случай? Я не помню. Сколько мы пишем и вы говорите. У нас постоянно идут параллели о тех мерзавцах, которые в наркотическом, пьяном виде врезаются в остановки, сшибают людей, там, столкновения, гибнут люди. Их не сажают. Они находятся под следствием там, суд – не суд, пересуд, но, так сказать, их никто не изолирует от общества.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но мы сейчас к чем приходим? Что пока там газета «Московский Комсомолец» или радиостанция «Эхо Москвы» не расскажет, не растрезвонит на весь мир, не поднимет тревогу, что такого-то человека держат в СИЗО, несмотря на то, что он в очень тяжелом состоянии, этого человека не выпустят, на эту проблему никто не обратит внимания?

П.ГУСЕВ: Нет, к сожалению, нет.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это что? Это дело общественной кампании такой, знаете, как там, не знаю, с Алексаняном?

П.ГУСЕВ: Скорее всего, да.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это каждый раз надо будет проводить?

П.ГУСЕВ: Да. Каждый раз, к сожалению. Потому что у нас на сегодняшний день не гуманное общество, раз, само по себе. Вся система следствия и заключения человека под стражу – не гуманная и абсолютно зачастую незаконная (потому что у нас законом не определено, кого и за что и на сколько можно во время следствия сажать). И третий момент – это то, что человеческая жизнь в нашем обществе на сегодняшний день ломаного гроша не стоит. К сожалению.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, с этим ничего не поделаешь. Вот, с этой системой бороться невозможно.

П.ГУСЕВ: К сожалению, такое присутствует. Но! Я еще раз хочу сказать, надо поддержать, если будет системное посещение заведений, где содержатся люди – под следствием или отбывают срок, общественными структурами, людьми, которые болеют за это дело. Это только будет на пользу.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, не всех туда пустят, согласитесь.

П.ГУСЕВ: Это да.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Еще одна тема сегодняшнего дня. Внимательно мы следим за тем, как развивается ситуация в Киргизии. Новая власть, похоже, не может удержать ситуацию под контролем.

П.ГУСЕВ: Вы знаете, тема Киргизии мне очень близка по многим причинам. Первое, я имею свой бизнес в Киргизии – я этого не скрываю. У меня там газета «МК Киргизия», у меня там свои охотничьи угодья, которые, так сказать, используются – туда многие ездят и, как бы, там очень красиво. Я – почетный гражданин Бишкека, я был советником у Акаева по СМИ, по печати в свое время. И с Бакиевым тоже встречался.

Я вам хочу сказать, что смена Акаева и приход Бакиева воспринимались как некое очищение. Вот, очищение, свежий воздух с гор пошел. Правда, при этом высказывались: «Южанин сменил северянина». В этом была уже первая угроза. Почему? При Акаеве, который ушел без единой капли крови – он просто уехал, сдал страну и к нему на сегодняшний день минимум претензий. Там говорят о всяких кумовстве, других делах. Но к нему нет такой ненависти. О нем говорят, но... Ушла его власть. Интеллигентнейший человек, демократ. Да, да. Но были традиции. Традиции. И, конечно, его родственники занимались чем хотели, и, конечно, там было много...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это демократия с киргизским лицом.

П.ГУСЕВ: Да, совершенно верно. С восточным.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: С восточным.

П.ГУСЕВ: А здесь пришел южанин, который тут же заменил на своих голодных родственников с юга всех северных, и началось.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: То есть вся та же традиция работала?

П.ГУСЕВ: Традиция, только в ухудшенном варианте. Акаевские родственники – они уже были, так сказать, при деле, а эти только начали, вот, им захотелось – и это, конечно, было все заметно. Сегодня проблема Киргизии – это то, что сегодня нет лидера, национального лидера. Сегодня некому взять власть, сегодня власть без лица. Сегодня почему они идут в сторону парламентской республики? Потому что нет лидера, который мог бы сегодня.

Парламентская республика не получится в Киргизии ни при каких условиях. Это страна все равно с ярко выраженным неким восточным лидерством. Все равно, что бы там ни делали, какой бы демократ ни пришел, но его дядя обязательно будет мэром какого-нибудь города, а его племянник обязательно возглавит какой-то фонд или что-то еще. А какой-нибудь брат станет министром. Это обязательно, вопросов других нету. Но лидера нету.

Есть Кулов, который был при власти во время Бакиева – они были, как бы, вдвоем шли, потом Бакиев, все-таки, его сумел оттеснить от власти.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Есть Роза Отунбаева.

П.ГУСЕВ: Роза Отунбаева. Роза Отунбаева – она не лидер. Она – демократ, она, конечно, женщина с хорошей историей, диссидент. Она активно поддерживается, ну, так скажем, различными иностранными общественными организациями как демократическое лицо, ее поддерживают. Но в народе она не лидер. Нет ощущения, что пришел лидер, который может успокоить и уравновесить ситуацию в стране. Нужно еще не забывать, что Киргизия – страшно бедная страна. Страшно бедная. Мы даже себе не представляем, вот те, кто не бывал давно в Киргизии, насколько они бедные. Насколько, так сказать, у них вообще полный... Сегодня оттуда уехали почти все русские, очень мало русских осталось. Русские работали, как это ни смешно. Именно русские там работали на производстве, там, куда киргизы не идут. Киргизы – у них более, так сказать, там, сельское хозяйство, овцеводство, торговля. То есть за станком киргиз редко стоит.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, вот, исходя из того, что вы сказали, что нету лидера, что не получится парламентской республики. Все-таки, новые власти смогут удержать вот эту самую власть в руках? Чего нам ждать в ближайшее время?

П.ГУСЕВ: Я боюсь, что удержать не смогут. Вот, в таком виде власть как сегодня она формируется. Да, сейчас там посланы внутренние войска, там пытаются на юге разрешить ситуацию. Я абсолютно уверен, что деньги, там, сына или Бакиева так или иначе играют роль. Почему? Я ж начал говорить, население бедное очень. И туда любой доллар, кинутый непосредственно в руки, выводит людей на массовки, которые непредсказуемы. А когда человек... Ну, не скрою, что там и наркотики свободно можно. То есть люди возбуждены, люди находятся под определенным воздействием и различных средств и денежных средств. От такой массы можно ожидать все, что угодно. Сил не хватит. Просто внутренние войска, вот, прийти и стрелять сегодня вряд ли будут.

Сегодня внутренние войска не смогут, вот, даже оттеснив, через день те снова выйдут. Почему? Потому что для киргиза, для восточного человека тоже очень важно, чтобы был лидер и кто-то сказал «Стоп, ребята! Я вам обещаю, что завтра у нас будет это, это и это».

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Какая-то история с наколотыми апельсинками. А как бы вы прокомментировали высказывание все той же Розы Отунбаевой по поводу того, что все это координируется из Москвы?

П.ГУСЕВ: Ну, я не очень согласен. Я могу согласиться, что политический кризис Бакиева формировался из Москвы. Я могу это предположить и у меня на это есть глубокое убеждение, что, конечно же, Москва впервые, может быть, так отчетливо и организованно сыграла и разыграла карту Бакиева. Бакиев кинул Москву, он обманул Путина, он, так сказать, растратил деньги, которые Москва ему дала на поддержание штанов. Он полностью обманул с американскими базами. Более того, насчет второй стал договариваться. И я абсолютно уверен, есть у меня внутренняя уверенность, что Москва сыграла. Но сейчас Москва не может сыграть, потому что если бы был лидер, под кого играть, тогда бы мы могли говорить. Не на кого играть, нет кандидатуры, с кем можно разыгрывать ту или иную карту.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Сейчас минута перерыва – никуда не уходите.

НОВОСТИ

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Продолжается программа «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр, и напоминаю, что у меня в гостях Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец». Продолжают приходить сообщения из Киргизии, уже поджигают все в имении господина Бакиева. Лидера нет. Откуда он появится?

П.ГУСЕВ: Ну, прежде всего, то, что поджигают, и то, что происходит, это опять же говорит о том, что идет самосуд и власти не справляются с ситуацией. Обычно поджигают первые 2-3 дня. Вот, сгорел дом сына в Бишкеке в первые дни, там, жилище Бакиева в Бишкеке, там резиденцию тоже сожгли. Все это в первые дни. Потом обычно народ от этого отходит, и все, и на этом закончилось. Здесь, видите, продолжение. Это говорит о том, что власти как таковой нет, неуправляемые массы. А есть управляемые денежные массы, которые при этом разводят людей по разные стороны баррикад и опять вызывают вот это жжение.

Нету лидера. Что делать? Наверное, надо посмотреть старых лидеров, тех, кто очень был влиятельным, может быть, год-два назад. Тот же Кулов. Может быть, кто-то из депутатов – там есть сильные люди, которые могли бы справиться. Бывший мэр Бишкека – очень сильная личность, о нем очень положительные были отгласы последнее время. То есть существуют люди, которые... Но я удивляюсь, почему? То ли, вот, ситуация... Никто не хочет высовываться. Никто вот сейчас в этом поле не работает. Если, конечно, там работали бы американцы, предположим, очень сильно, которые заинтересованы в Киргизии, наверное, все-таки, лидер появился бы быстрее. Но, видно, и американцы немножко растеряны, и наши оказались растеряны перед общей ситуацией. Может быть, решали вопрос, убрать Бакиева, но не подумали о том, кто, все-таки, сможет взять власть в свои руки.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Пока кровь будет литься и дальше?

П.ГУСЕВ: Боюсь, что в ближайшие дни мы будем, к сожалению, наблюдать очень печальные события в Киргизии. Вы знаете, киргизы – очень добрые люди. Это реально, это фантастически добрые люди. Вот, едете, вот, остановитесь – вам чай там, лепешку. Они все нищие там, бедные, но абсолютно доброжелательные. Не мстительные, ничего. Но, вот, момент, когда алкоголь, может быть, частично наркотики – они просто толпу там... Вот, люди заводятся.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да вы что? Вы хотите сказать, что все эти люди, которые и в первую волну, и вот в эту вторую волну – они все под чем-то? Ну, быть такого не может.

П.ГУСЕВ: Очень многие.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но там же гораздо больше людей было, особенно, вот, в первую волну.

П.ГУСЕВ: А нужны лидеры, которые, так сказать, истерично ведут толпу. И толпа идет. Толпа нищая, бедная, безработная. Безработные люди, всеми брошенные. Это, действительно, страшно и, может быть, для нас абсолютно непонятно. Вспомните 1993 год, когда Москва в течение нескольких часов превратилась в бушующую Москву, когда ни ОМОН, ни милиция, никого не оказалось – все бросились врассыпную. Что? Все были организованы? Нет. Была, так сказать, мощная...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, не все же были под наркотиками.

П.ГУСЕВ: Не все. Нет, я Москву не беру под наркотиками. Нет! Я Москву не беру, я говорю о толпе.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Давайте про внутрироссийские дела поговорим. Уже потихоньку начались разговоры о предвыборных кампаниях 2011 года. Все, уже надо потихонечку начинать, говорить. Вот уже и «Единая Россия» готовится и выбирает стратегию поведения. Борис Грызлов сегодня радовал цитатами, заявил он на сегодняшней встрече о том, что планирует использовать в осенней предвыборной кампании девиз «Бориса Грызлов грызет козлов». Этот лозунг, по мнению Грызлова, должен стать ответом на участившуюся в последнее время критику в адрес партии власти. Вот так как мы тут все журналисты, наверняка, это в наш огород камень. Кто еще смеет критиковать партию власти?

П.ГУСЕВ: Вы знаете, конечно, партия власти сейчас оказывается в ситуации, когда она должна подумать о своем будущем. С одной стороны, сильная административная поддержка. С другой стороны, что бы ни говорили в партии, она в массе пользуется, ну, не совсем, так скажем, положительным имиджем. Вы можете мне сейчас сказать «А как же те цифры, которые были в последних выборах?»

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Нет, я не буду говорить. Я могу вам сказать, что это, вот, в том числе ваша, наверное, вина, что партия власти не пользуется популярностью среди избирателей.

П.ГУСЕВ: Да. Вы знаете, я хочу сказать о том, что получая цифры большие на выборах последних, мы должны прекрасно осознавать, кто приходил на выборы и какое количество людей приходило. Это меньше трети населения страны сегодня выбирало тех, кто сегодня у власти. Если в количественном варианте рассматривать. И если мы... Вот я, например, был против – у вас это, и у нас были такие возгласы о том, что не надо ходить на выборы, все равно это бессмысленно. А я всегда говорил «Надо»: чем больше нас пойдет на выборы, тем будет более отчетлива позиция населения страны в отношении того, кто придет к власти. И мы сегодня должны именно говорить о том, что чем больше придет людей, тем более будет реальный расклад сил.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А за кого голосовать?

П.ГУСЕВ: А здесь вопрос такой сильный. Может быть, надо голосовать... Если, вот, вам не нравится сегодня «Единая Россия», давайте голосовать за «Справедливую Россию». Вы мне сейчас... Только не говорите, что это одно и то же.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Нет-нет-нет.

П.ГУСЕВ: Плевать.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: То есть вы за протестное голосование?

П.ГУСЕВ: Совершенно верно. За протестное голосование.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но из предлагаемых партий, там, 4-5-6...

П.ГУСЕВ: А давайте попробуем? Понимаете, давайте попробуем. Пусть к власти придет «Справедливая Россия».

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А пусть зарегистрируют партию, которая представляет мои интересы.

П.ГУСЕВ: Ну, вы знаете, для того чтобы пройти все пути регистрации, затем создать там, по-моему, в 50 регионах свои отделения и прочее-прочее, для этого нужно огромное количество денег и лидер, и так далее. Сегодня мы имеем то, что имеем. Вот, я считаю, что надо попробовать, чтобы власть перешла в руки «Справедливой России». А почему нет?

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А почему не коммунистов?

П.ГУСЕВ: Ну, может быть, и коммунистов. Я не знаю, я так вот беру, так, если можно назвать, а-ля демократического толка. Ну, почему нет? И еще, конечно же, мне кажется, что Грызлов после всех нападок, которые были на него, он сейчас, ну, проявит более такой, вот, атакующий элемент в своей работе. Из тихого председателя Государственной Думы может превратиться...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: (смеется) «Из тихого». Тут начинаешь подбирать слова, ну, чтобы не обидно.

П.ГУСЕВ: (смеется) Да. Вот, он превратится в некоего такого жесткореагирующего на все человека. Ну что ж? Тем более, для нас, для журналистов и для общества это будет интересно. Но 2011 год не за горами, мне больше, если честно... Понятно, что там будут выборы депутатов, все это будет интересно, тем более, сейчас законы новые принимаются, там, о малых партиях, о том, что... Но это все...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вы серьезно к этим законам относитесь?

П.ГУСЕВ: Нет, конечно. Ну, мне просто интересно, как они поработают. Ну, мне это интересно. Ну, что-то новенькое там будет.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, понятно. Конечно.

П.ГУСЕВ: Ну, это интересно. Ну, все равно интересно.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Оттепель, как-никак.

П.ГУСЕВ: Ну, маленькая. Но дальше-то будет 2012 год, который должен определить, что будет с тандемом. И, вот, именно эти выборы-то покажут очень многое, что же дальше будет со страной. Я абсолютно в этом уверен. И мне бы очень хотелось бы, чтобы люди пришли и голосовали не в своих квартирах, там, по телевизору и голосами, которые никто не услышит, а голосами, которые услышат, которые, так сказать, оценят, ну, то, что происходит сегодня в стране.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А вы думаете, что судьба тандема – она будет решаться уже в самый последний момент?

П.ГУСЕВ: Нет.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Или это решение, которое уже принято или сейчас принимается?

П.ГУСЕВ: Я думаю, что это решение уже принято и уже расклад, в общем-то, более-менее ясен для политических сил, которые находятся в тандеме. Конечно, не для партии, которая не подозревает, что их ожидает, и не для чиновников, которые работают около тандема. Это вопрос индивидуальный тех людей, которые там работают. Но мне кажется, что могут возникнуть и проблемы. Потому что Дмитрию Анатольевичу, мне кажется, очень нравится быть президентом, он ощущает себя президентом и, мне кажется, просто так сдавать свои позицию-то ему как-то так, ни к чему.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но вы же понимаете, что тут еще важен вопрос, нравится ли Владимиру Владимировичу быть премьером?

П.ГУСЕВ: Да.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вот. (смеется) Есть ощущение.

П.ГУСЕВ: Поэтому я и сказал, что, что будет с тандемом, вот, мы посмотрим в следующем году.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: То есть результаты выборов 2011 года – они каким-то образом могут нам подсказать, дать какие-то сигналы?

П.ГУСЕВ: Я думаю, что да. Они будут коррелировать, потому что здесь будет видна позиция и президентов наших двух.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Одного – у нас один президент.

П.ГУСЕВ: Ну, экс-президент всегда называется президентом.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да. (смеется) Хорошо. Будем считать, что у нас есть президент и бывший президент.

П.ГУСЕВ: Да.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Хорошо. Посмотрим. Действительно, уже все это не за горами. Спасибо большое. Напомню, что в программе «Особое мнение» сегодня выступал Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский Комсомолец». Ну, и эту программу вы сможете найти на нашем сайте echo.msk.ru. Спасибо большое. Всем пока.