Максим Шевченко - Особое мнение - 2010-03-18

Э.ГЕВОРКЯН: Здравствуйте, это программа «Особое мнение» в студии работает Эвелина Геворкян, и сегодня я пообщаюсь с журналистом Максимом Шевченко. Напомню номер для СМС с вопросами гостю и комментариями - 970-45-45. Также скажу, что в середине программы мы примем несколько звонков - вы сможете лично обратиться к моему гостю. Также на сайте «Эхо Москвы» идет видеотрансляция. А мы переходим непосредственно к сути – к вашему «особому мнению», и для начала спрошу про завтрашнее важное событие в политической жизни – встреча «Квартета» и переговоры по Ближнему Востоку. Вы ожидаете каких-то особенных подвижек от завтрашней встречи?

М.ШЕВЧЕНКО: Было сделано все, чтобы завтрашнюю встречу сорвать. В преддверии встречи были организованы провокации на Ближнем Востоке очень серьезные, рукопашные бои вокруг, и на территории Аль-Аксы, и заявления о строительстве дома многоэтажного в Восточном Иерусалиме, и ряд других, достаточно жестких заявлений. На самом деле нам, конечно, трудно судить о том, что там происходит, по большому счету, поскольку информационный фон российских СМИ, - подчеркну, всех без исключения, к сожалению, включая и «Эхо Москвы», не позволяет трезво оценить позиции сторон и заявления сторон. Он или в одну сторону направлен, или в другую сторону направлен. Кого-то бесконечно представляют террористами - палестинцев, ХАМАС, подчеркивают, что они в Европе террористы, и с ними нельзя вести переговоры. Ну, не ведите, ведите с Махмудом Аббасом.

Э.ГЕВОРКЯН: Подождите, это СМИ, по вашему, дает эти оценки?

М.ШЕВЧЕНКО: Дело в том, что современный мир таков, что реальные события доступны, да и то с трудом, только экспертам, которые на глубинном уровне занимаются этими реальными событиями. А фон интерпретации событий создают все-таки медийные ресурсы. Мнение большинства людей все-таки формируется исходя не из аналитических записок спецслужб или дипломатических ведомств, а из того, как и в какой тональности об этом сообщают СМИ. Если бесконечно одних называть, или считать, подразумевать не ангелами в белых одеждах - «Цахал», например, - что бы он ни вытворял на палестинских территориях, какие бы убийства ни совершались. А других бесконечно называть террористами, - и в Европе террористы, и в Америке террористы, и только такой плохой «путинский режим» ведет переговоры с ХАМАС, то ничего понять вообще невозможно в ближневосточном конфликте. Салтанов, комментарий которого мы слышали, сказал, что многие причины порождены тем, что было до 1967 года. А какие причины? Давайте назовем эти причины. Прежде всего, это исход «нагба» - истребление палестинцев на тех территориях, которые, согласно резолюции ООН, должны были после 1948 г. быть населенными по преимуществу – там никто не запрещал жить евреям, естественно, но они должны были быть по преимуществу населенными палестинским населением, мусульманским и христианским. Изгнание, - или, как нам рассказывают сказки в Израиле, - якобы добровольный исход сотен тысяч людей из этих селений, - добровольный на фоне Дер-Ясин. Там даже есть такая фантастическая история – я подробно читал, и это было бы смешно, если бы не было так постыдно: мол, как в Дер-Ясин это не сионистские убийцы истребили целую палестинскую мирную деревню, а чуть ли не сами арабы себя перебили – знаете, там подробно рассказывается, как каких-то там нацистов обнаружили - в общем, такие потуги интернет-сообщества сегодняшнего боевого израильского. Так вот на этом фоне, на фоне лжи, которая существует в медийном пространстве – по крайней мере, России, на фоне ближневосточного конфликта, на фоне того, что упорно кого-то называют террористами, - причем, по некоторым госканалам тоже, хотя с этими якобы террористами встречаются министр иностранных дел, высшее руководство страны ведет переговоры. Потому что организация ХАМАС, как к ней ни относись, является силой, которая, во-первых, победила на демократических выборах в палестинских анклавах - я не хочу называть их автономиями. Потому что мне непонятно, автономия в составе чего являются эти палестинские территории. И второе – собственно говоря, это является силой, которая контролирует сегодня всю ближневосточную палестинскую диаспору практически.

Э.ГЕВОРКЯН: Вы говорите о том, что важно учитывать исторический фактор – завтра будет встреча.

М.ШЕВЧЕНКО: Без учета мнения палестинского народа, представленного во всей его полноте, без примирения внутрипалестинского, без создания системы договоренностей между Махмудом Аббасом, утратившим всякую легитимность, - официальную, по крайней мере, потому что он уже не президент в Палестинской автономией, и между теми политическими силами - ХАМАСом, например, или Народным демократическим фронтом, "Исламским джихадом», который представляет палестинский народ в разных состояниях этого палестинского народа, будь то на оккупированной территории, будь то на территории Газы, на Западном Берегу, будь то в лагерях беженцев, в Ливане, Сирии, Иордании или где-то еще – никакие переговоры, никаких больших дяденек и тетенек из Москвы, Вашингтона, Лондона - хоть с Марса прилетят, да хоть сам Архангел Гавриил сюда придет, - невозможно и ни к чему не приведут. И бесконечно оскорблять палестинцев, бесконечно называть их террористами, бесконечно требовать от них, чтобы они подобно каким-то безмозглым скотам валялись на коленях и ожидали, пока им кто-то подарит право жить там, где им укажут пальцами на карте жить – на их родной земле. Вот им говорят: живите не здесь, а там. А почему не здесь? Потому что здесь источник воды, а у источника воды должно стоять израильское поселение. Лучшие места на всей этой территории и должны быть заняты израильскими поселениями. Их отрезают от воды, отрезают от земли, от плодородной земли, их отрезают от пастбищ, - их отрезают ото всего. Так вот без учета их мнения все переговоры абсолютно бессмысленны и являются просто сотрясением воздуха.

Э.ГЕВОРКЯН: Простите, сделаем паузу и продолжим знакомиться с «особым мнением» Максима Шевченко через одну минуту.

НОВОСТИ

Э.ГЕВОРКЯН: Максим Шевченко в прямом эфире «Эхо Москвы». До ухода на небольшой перерыв мы говорили о завтрашних переговорах.

М.ШЕВЧЕНКО: Я считаю, что это бессмысленные переговоры, которые ни к чему не приведут без учета полновесного палестинского представительства - с учетом не только Махмута Аббаса или Исмаила Хания отдельно, или Халеда Машааля, а единой палестинской делегацией, - эти переговоры ни к чему не приведут и будут очередным сговором великих держав за спиной лишенного своей родины народа, который, собственно говоря, всегда будет действовать, исходя из своих представлений о справедливости и о том, как бог предписал им действовать - в исламской или христианской интерпретации. Потому что палестинцы это и мусульмане, и христиане. Кстати, многие евреи тоже являются палестинцами, потому что те жители Израиля, которые хотят выступать за мир с коренными народами этой территории, которые готовы жить с ними, сосуществовать - я знаю, что в Израиле немало интеллектуалов и левого толка, и либерального толка, - среди правых радикалов я таких не встречал и не слышал в Израиле даже про них - что они готовы выступать… если только не считать Картан – но она скорее базируется не на Израиль, а на США. Так вот есть люди, которые хотят привести Палестину и Израиль к демократическим, нормальным, человеческим форматам существования, где ни расовые, ни религиозные предпочтения, и где позиции радикалов не будут играть существенной роли. Демократические выборы в Палестинской автономии, видите ли, приводят к победе радикалов. А если в Израиле вдруг победит крайне правая партия, которая объявляет всех не евреев животными, лишенными души? - а там есть такие крайние партии, - вот Ешива, например, где палестинец расстрелял из Калашникова учащихся. Учеников этой Ешивы учили, что нельзя оказывать палестинцу помощи, потому что «гой должен умереть от истечения крови» - это такая израильская «аненербе» - школа такого неонацизма настоящего была, чудовищная. С кем вести переговоры, где разумные люди? Я лично верю, что разумные люди есть и в Израиле и в Палестине. Я знаю таких людей.

Э.ГЕВОРКЯН: Но сегодня вы явно придерживаетесь чьей-то одной стороны.

М.ШЕВЧЕНКО: Нет, не придерживаюсь одной стороны. Я всегда выступал за внятную, демократическую организацию ближневосточной Святой Земли, - скажем так. Я считаю, что на Святой Земле не должно быть изгнанных, там не должно быть запрещено жить людям любой национальности, любого вероисповедания, которые просто имеют право там жить, а не просто приезжают из какой-то другой страны, и непонятно почему вдруг их селят на месте какой-нибудь разрушенной деревни, - мне все равно, арабская это деревня, или еврейская. Вот форматы насилия, которые еще продиктованы чьей-то финансовой помощью и финансовыми интересами, должны уйти со Святой Земли – тогда на Святую Землю придет мир. Там нет войны между евреями и арабами. Там есть война между неонацизмом и иными представлениями об организации жизни - не на расовой, не на религиозной основе. Точно такие же исламские радикалы, которые говорят, что никто кроме мусульман, радикально соблюдающих, не должен жить, - они ничем не отличаются от нацистов, которые существуют с израильской стороны. Это террористы одинакового разлива и одинакового подхода к решению проблем. Но среди палестинцев и среди израильтян есть люди, которым бы надо перейти к нормальному диалогу между собой. Пока этого диалога не будет, ни Хиллари Клинтон, ли Лавров, ни кто угодно, не смогут решить судьбу этого прекрасного и удивительного, столь важного для человечества региона.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. Второй вопрос завтрашней повестки дня - Афганистан.

М.ШЕВЧЕНКО: А в чем проблема по Афганистану? Они начинают военные операции – то они говорят, что надо вести переговоры с талибами, - вчера это обсуждали, Обама заявляет. То после этих заявлений начинают крупнейшую военную операцию - сам Маккристаллс сказал, что без переговоров с талибами не может быть никакого решения. Но очевидно, на переговоры они хотят выйти после военных успехов. Ну, что ж – это вьетнамская стратегия, они недалеко ушли от 1969 г., когда они проводили «Катящийся гром» во Вьетнаме, крупнейшую операцию против вьетконговцев, - эти операции всегда были прелюдией к каким-нибудь парижским переговорам, или каким-нибудь еще другим переговорам с Северным Вьетнамом и с представителями Вьетконга. Но как в Северном и Южном Вьетнаме ситуация для американцев, в коцне концов, исчерпалась в моральном, прежде всего, смысле, поскольку на поле боя они одерживали военные победы во Вьетнаме, как, очевидно, и в Афганистане. Потому что мне непонятно, как страна, которая имеет тотальное превосходство в воздухе и в тяжелых системах вооружений, не может одержать военной победы. Но очевидно, что так же, как во Вьетнаме они потерпели моральное поражение, прежде всего, так же и в Афганистане потерпят моральное поражение, несмотря на то, что пропаганда – вернемся к масс-медиа - по поводу Афганистана сегодня более удобна, чем пропаганда по поводу Вьетнама. Потому что отыгрывать Вьетконг, Вьетнам, можно было так: «это коммунизм». Но у тебя в самой Америке немало левых, которые сочувствовали коммунистам и ходили там с вьетнамскими флажками. А сегодня можно сказать: это «Аль-Каида», это терроризм. Но мусульмане не будут ходить с лозунгами «Да здравствует «Аль-Каида». Они нашли удобный фон информационной завесы, за которой можно беспрепятственно убивать афганское население, взявшее оружие, или не взявшее оружие.

Э.ГЕВОРКЯН: Прежде, чем мы перейдем к другой теме, я повторю номер прямого эфира - прямо сейчас вы сможете задать свои вопросы Максиму Шевченко - 495-363-36-59.

М.ШЕВЧЕНКО: Я, кстати, считаю, что для России является позорным сам факт обсуждения, может ли Россия поставлять оружие той коалиции, которая сегодня совершает на территории Афганистана военные преступления. Я слышал вчера интервью г-на Мирского, нашего достаточно большого ученого. В чем-то я с ним готов поспорить, но в целом его позиция, человека, который очень хорошо знает Ближний Восток, Афганистан, Ирак, Иран, человек, который всю жизнь свою работает в исламском мире, к мнению которого я отношусь с уважением, - позиция Георгия Ильича была достаточно внятная: что Талибан является внутриафганской силой. И что войну нужно вести не против Талибан, а против тех интернациональных ячеек международного терроризма, которые есть на этой территории, что Талибан не выйдет за пределы Афганистана в случае политической победы – а эта победа, на мой взгляд, неизбежна в любом случае, в той или иной форме. Только она будет носить не формат победы исламистов над правительством Карзая. Она, скорее всего, будет носить формат племенных переговоров и какого-то племенного соглашения, который может наступить после вывода оккупационных частей из Афганистана. Так вот Россия должна не длить войну в Афганистане, которая приводит к росту производства наркотиков, - это военный конфликт. Этим производством американцы расплачиваются за лояльность с племенными вождями – ростом этого производства, закрыванием глаз на это. А Россия должна созывать и содействовать бесконечным, если угодно, мирным конференциям по Афганистану. Напомню, - пока на все ключевые конференции по Афганистану Россию не звали. И пока России предоставляют роль какого-то «шныря» на зоне, который должен еще бесплатно, оказывается, оружие поставлять американским союзникам. Вот мы не должны соглашаться с этой ролью «шныря» на этой афганской зоне, в которую американцы превратили Афганистан.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, это так можно сказать, что в принципе продавать кому-либо оружие или выдавать, это, так или иначе, содействовать военным действиям.

М.ШЕВЧЕНКО: Я считаю, что обсуждение вопроса о выгодности или невыгодности продажи оружия в зону гражданской войны – это безнравственно просто. Вот к сожалению, Дмитрий Рогозин, который обсуждал эту тему в эфире «Эхо Москвы», мне кажется, что Дмитрий Олегович, при всем моем уважении к нему, здесь немножко - честно говорю – это безнравственно. Афганская война – это не война с террором. Это гражданская война, в которую вмешались иностранные оккупационные части.

Э.ГЕВОРКЯН: Давайте послушаем, о чем вас спросят наши слушатели. Возможно, это будут уже вопросы по другим темам. Алло? Вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: День добрый, меня зовут Матвеич, я звоню вам из Иерусалима.

М.ШЕВЧЕНКО: Очень приятно, Матвей.

СЛУШАТЕЛЬ: Максим, вы абсолютно не владеете вопросом. И все, что вы говорите, процентов на 90%, ложь.

Э.ГЕВОРКЯН: Вы могли бы задать вопрос?

СЛУШАТЕЛЬ: Простите, пожалуйста, вам ваши приятели…

М.ШЕВЧЕНКО: ну, расскажите правду, Матвей, расскажите, умоляю вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Приезжайте, я вам покажу – не только расскажу.

М.ШЕВЧЕНКО: Как на самом деле, объясните. Расскажите, как обстоит на самом деле, Матвей.

Э.ГЕВОРКЯН: Я отключила этого слушателя, потому что я прошу вас задавать вопросы. Если мы сейчас будем устраивать споры…

М.ШЕВЧЕНКО: У меня встречный вопрос к Матвею – часто ли Матвей бывает на территории Палестинской автономии, в Восточном Иерусалиме, в Бетлихеме или, допустим, в Рамалле, часто ли он имеет прямые контакты там, внутри с палестинцами, часто ли он бывает в Наблусе? Я вас уверяю, что эти поездки носят эксклюзивный характер, а если носят – только под охраной военных патрулей. Поэтому, может быть, Матвей, я в чем-то заблуждаюсь. Жду правдивого рассказа из Иерусалима.

Э.ГЕВОРКЯН: А я принимаю следующий звонок.

СЛУШАТЕЛЬ: А я считаю, что и в России жиды все захватили абсолютно.

М.ШЕВЧЕНКО: Понятно. С антисемитами мы вообще не разговариваем, я думаю. Нацизму во всех видах мы должны давать отпор, как когда-то ему дали отпор наши деды в 1941-1945 гг.

Э.ГЕВОРКЯН: Да, я сделаю комментарий, что наши звонки никак не фильтруются, это действительно прямой эфир, поэтому мы не застрахованы и от таких случаев. Здравствуйте, вы в прямом эфире. СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Лида. Я звоню из Израиля.

Э.ГЕВОРКЯН: У вас есть вопросы? К сожалению, пока я перейду к другому вопросу. Я еще раз попрошу позвонить по телефону 363-36-59. Давайте теперь перейдем к ситуации у нас - на территории Чечни сегодня во время спецоперации убит известный лидер боевиков, арабский наемник Абу Халед.

М.ШЕВЧЕНКО: Знаете, я хочу сразу сказать, Эвелина – когда мы говорим «убит араб Абу Халед», «убит арабский наемник» - знаете, это подчеркивание национальности человека, которого обвиняют в терроризме, в преступлениях, - оно, мне кажется, носит пропагандистский характер и не должно быть в российском медийном пространстве. Мы же не говорим, что белых офицеров в Севастополе убили еврей Бела Кун и Розалия Землячка? Мы считаем такое заявление антисемитским, правда? И существует достаточно оправданная публичная реакция на подобного рода заявления. Так что давайте говорить: «убит террорист», «убит преступник». Подчеркивание национальности - кавказец, русский, казах, киргиз, еврей…

Э.ГЕВОРКЯН: Да, здесь я с вами полностью соглашусь.

М.ШЕВЧЕНКО: Мне представляется, что это просто прием пропаганды и какого-то позиционирования образа какого-то в информационном поле – приводящий к тяжелым последствиям, между прочим.

Э.ГЕВОРКЯН: Давайте теперь перейдем к самому факту. Нам сообщили об убийстве очередного террориста. Как вы сами расцениваете – череда вот этих последних сообщений об убийстве одного, другого, третьего, - это говорит о том, что всё, - вскоре, наконец-то там все боевики будут уничтожены? Или наоборот, это какой-то бесконечный процесс, и настораживающий факт.

М.ШЕВЧЕНКО: Мне трудно сказать о том, будут или не будут уничтожены боевики. Но, по крайней мере, периодически происходят какие-то рапорты спецслужб - то это спецслужбы, подчиняющиеся республиканским каким-то властям, Рамзану Кадырову, или на территории Ингушетии Юнус Беку Евкурову, или федералы рапортуют о военных успехах своих. И мы знаем, что какие-то там есть военные успехи. Совершенно очевидно, что на территории Чеченской республики, в ее горных районах и на территории республики Ингушетии ведутся тяжелые бои. Тяжелые бои ведутся в лесах, потому что в этих боях гибнут как представители вооруженных боевиков, так и сотрудники силовых структур и армейских структур. Что там на самом деле происходит? - я думаю, что может быть, даже и сами силовые структуры не очень хорошо знают. А может, хорошо знают. На войне правду узнать никогда невозможно – это одна из особенностей пропаганды во время войны. И это, честно говоря, правильная позиция. Потому что война – это не игра. И требовать на войне: расскажите нам абсолютно точно, где шли эти подразделения, кого они убили, сколько человек, - это абсурд, как вы сами понимаете. Тут нет никакой нейтральной или третьей позиции журналиста или правозащитника. К сожалению, на мой взгляд.

Э.ГЕВОРКЯН: Мы сейчас, к сожалению, должны сделать еще раз паузу, и через несколько минут вернемся в эту студию в прямой эфир.

НОВОСТИ

Э.ГЕВОРКЯН: Продолжается программа «Особое мнение», в студии Эвелина Геворкян, и сегодня я беседую с журналистом Максимом Шевченко. Мы чуть позже, может быть, еще раз попробуем дать слово нашим слушателям в прямом эфире, также напомню телефон для СМС - 970-45-45, а мы уже, пожалуй, сменим тему столь горячую, которая переполошила и наших слушателей.

М.ШЕВЧЕНКО: Ближний Восток всегда горячая тема. Хотелось бы, чтобы был мир.

Э.ГЕВОРКЯН: Да, и Максим вышел из себя.

М.ШЕВЧЕНКО: Нет, не вышел, я уже много лет этим занимаюсь, и знаю, что, к сожалению, страсти и отчаяние иногда, или какая-то ставка на силу на Ближнем Востоке – она превалирует над разумом и уважительном отношении к другому.

Э.ГЕВОРКЯН: Кстати, про уважительные отношения и разум – как вы оцениваете такую инициативу, или, точнее, уже свершившийся факт - христианская семинария в Хартфорде в США будет теперь готовить имамов. Они развивать эту идею мусульманско-христианских связей решили еще в 90-е годы, и как сегодня заявил представитель семинарии, «наша цель – помочь будущим имамам осознать собственную веру и ее место в религиозном контексте Америки».

М.ШЕВЧЕНКО: Какая семинария? Протестантская, евангелическая, англиканская, епископальная, католическая?

Э.ГЕВОРКЯН: Христианская.

М.ШЕВЧЕНКО: В Америке слово «христианская» может означать все, что угодно – от мормонов, до людей, которые верят, что после укусов змей, если ты праведник, ты остаешься в живых. Католики, православные, православные Московской патриархии, или православные Американской церкви.

Э.ГЕВОРКЯН: У меня есть смутное предчувствие, что это не православные.

М.ШЕВЧЕНКО: Если это протестанты, евангелисты, то хотелось бы, чтобы они на самом деле работали на диалог с мусульманами, а не на подготовку под видом исламских имамов протестантских пасторов. Потому что когда американские войска пришли в тот же самый Афганистан - сначала были такие иллюзии – туда были посланы тысячи проповедников, задача которых была принести христианство в Афганистан, в Кандагар, например, в Гельмент или в Азеристан в провинции. Они брали детей, сирот афганских. Естественно, это вызвало - скажем так - жесткую и кровавую реакцию местного афганского населения, и потом американская армия изолировала деятельность своих проповедников и в Ираке и в Афганистане, ее сильно уменьшила, поскольку она очень сильно способствовала росту повстанческой и террористической активности местного населения.

Э.ГЕВОРКЯН: Вторая новость из религиозной темы сегодняшнего дня - сенатор Марчелло Перо считает участившиеся нападки на Бенедикта Шестнадцатого «очередным этапом войны секуляризма с христианством», он говорит, что «объявлена война на уничтожение». В частности, он больше всего критикует Германию, говоря, что эта страна не понимает, что демократия будет уничтожена, если отбросить христианство.

М.ШЕВЧЕНКО: Позиция настоящего католика – можно позавидовать, что в Католической церкви есть люди, для которых Папа до сих пор, - собственное, это нормальное католическое вероисповедание – для которых Папа является символом Церкви, и нападки на Папу являются нападками на Церковь. Собственно, если человек так не верит, то он не католик. Поэтому это человек, который выступил и доказал, что он католик. Что касается Германии – я не знаю, как в Германии – я не встречал там, все-таки там Католическая церковь достаточно сильная в Германии, - наверное, атакуют «зеленые» какие-нибудь и СПД Папу особенно, - даже лафонтеновская ПДС держит себя, думаю, в рамках, критикуя Папу. А вот в Голландии, в Амстердаме, я встречал такие похабные фотографии, продающиеся свободно, где Папа и Дева Мария, или какие-то святые Церкви изображены в таких чудовищно-похабных ситуациях, что – да, я могу сказать, что в Европе существует не просто антикатолическое или какое-то антиправославное лобби, или антиисламское, или антииудейское, а в принципе лобби, ненавидящее все, что связано с религией, с этикой, с моралью. Ненавидящее и принципиально пропагандирующее самым грязным, мерзким и похабным способом, - знаете, можно назвать старым русским словом «пашквилянством» свои взгляды антирелигиозный. Поэтому то, что в Европе ведется война против религии в целом, - это, безусловно, правда. И Католическая церковь, безусловно, является объектом атаки и со стороны левых, и вот недавно было заявление масонов каких-то европейских - я их «Эхо» обычно все новости узнаю, у меня другого источника практически нет по жизни, кроме «Эха» - реально вам говорю. Так что очень серьезная ведется война.

Э.ГЕВОРКЯН: Лично вы, в таком случае, больше уважаете тех, которые так…

М.ШЕВЧЕНКО: Я всегда уважаю людей верующих…

Э.ГЕВОРКЯН: Которые ясно отстаивают позиции?

М.ШЕВЧЕНКО: Которые верят в ту этику, которая испокон века формировала человеческую цивилизацию и культуру. Я сам человек верующий, поэтому я всегда стараюсь быть на стороне разума и здравого смысла, но если возникает конфликт такого рода, то честно говоря, верующие в современном мире представляют собой меньшинство, - атакуемое меньшинство, унижаемое, оскорбляемое меньшинство. Почему-то современные конституции всех государств практически, особенно западных, написаны только в интересах атеистов. Они просто постулируют атеизм и безбожие как некий принцип организации общества и государства. Я не являюсь сторонником теократии…

Э.ГЕВОРКЯН: Как тогда договориться, если каждый будет говорить о первостепенности своей религии?

М.ШЕВЧЕНКО: Ну и что? А зачем нам с вами договариваться, когда богу – богово, а кесарю – кесарево.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, вот мы и видим – возникают конфликты.

М.ШЕВЧЕНКО: передайте Господу право решать после смерти. Мы все умрем, нет человека, который бы не умер - мы все умрем. Вот умерев, мы и узнаем, кто прав, а кто неправ. Предоставим Господу решать, как нас судить на Страшном Суде. А в этой жизни, мне кажется, надо придерживаться моральных норм, одной из которых, в частности, является неоскорбление веры, религии другого человека. Но при этом я являюсь противником, естественно, публичной пропаганды безнравственности, гомосексуализма, гей-парадов и всей этой мерзости - потребление наркотиков, и всего такого прочего.

Э.ГЕВОРКЯН: Вопрос вдогонку от нашего слушателя: «Совсем скоро в школах России начинается эксперимент по преподаванию основ религиозной культуры и светской этики, где малых детей, четвероклассников, в обязательном порядке заставят выбирать религию или безрелигиозность, открыто обнародовать свою концессию. Как это уживается со свободой совести, и как разделение детей по конфессиям…»

М.ШЕВЧЕНКО: Понимаю. Радиослушатель не совсем точно представляет себе реальность. Никого, во-первых, заставлять не будут выбирать, во-вторых – я уверен просто, и знаю эту практику – это будет по заявлениям родителей. Потому что до совершеннолетия человека нельзя заставить делать какой-то принципиальный, политический или социальный выбор. За него отвечают родители. Поэтому родители скажут: я прошу моего ребенка воспитывать в православной вере. Или: знаете, я не хотел бы, чтобы мой ребенок ходил на уроки православия, - потому что родители могут быть татарами, кавказцами, - чтобы он изучал основы ислама. А родители-евреи тоже не захотят, чтобы их ребенок изучал, что Иисус Христос это Бог воплощенный: мы хотим, чтобы наш ребенок изучал Талмуд, или основы Торы. Мне кажется, этот вопрос настолько просто решаемый, если к нему подходить без фанатизма секулярного, он настолько нормален, так как для каждого человека естественно, - каждый ребенок в 4 классе знает, кто он – русский, армянин, еврей, грузин, узбек. И это приводит как к конфликтам между ребятами, так и не приводит к конфликтам между ребятами, Идентичность человека – национальная, религиозная и гендорная является важнейшими форматами вообще идентичности понимания себя в мире. Потом, когда мы становимся старше, мы становимся правыми или левыми, коммунистами или монархистами, кем-то еще, социалистами или сторонниками либерализма в какой-то форме. Но еще раз – мужчины мы, или женщины, какая у нас национальность, какая у нас религия - это три основных базовых идентичности, воспитывая в которых детей с пониманием мы будем иметь полноценных, нормальных, без психопатических социальных и, между прочим, внутренних реакций, подрастающих молодых людей.

Э.ГЕВОРКЯН: Сейчас обратимся к такой новости – сегодня в Новосибирске суд приговорил-таки молодого художника Артема Лоскутова к штрафу в 20 тысяч рублей – формально его обвинили в хранении наркотиков, хотя он сам уверяет, что это сотрудники милиции ему подбросили. А на самом деле он известен в городе проведением всевозможных акций, «монстраций», причем они носят совершенно не политический характер. Как вы оцениваете эту историю?

М.ШЕВЧЕНКО: Знаете, очень смешная была реакция в медиа - по-моему, опять-таки у вас был комментарий – зачем, мол, художникам и представителям богемы, - такой был смысл, - наркотики, честно говоря, как раз именно среди художников, представителей богемы, это самая распространенная вещь. Я просто поражаюсь гуманизму и радуюсь за гуманизм нашего правосудия. Потому что в Узбекистане за 12 или за 8 граммов он получил бы пожизненное заключение просто-напросто, в других странах тоже жестче. В США это достаточно большая доза, которая была найдена при нем. Поэтому 20 тысяч – мне кажется, ему стоит попытаться доказать, что там не было его отпечатков пальцев, на этом пакете, что у него под кожей или ногтями не было следов пыльцы, что у него в крови не было следов конопли. Если он докажет, мне кажется, это очень правильно будет - если его оправдают.

Э.ГЕВОРКЯН: Наше время в эфире подходит к концу, видимо, мы уже в следующий раз поговорим о том, и посмотрим, докажет ли свою невиновность, в частности…

М.ШЕВЧЕНКО: Я хочу, чтобы доказал. Я всегда за то, чтобы люди доказывали свою невиновность. За гуманизм.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну что же, это было «особое мнение» Максима Шевченко, мы уже не успеваем обсудить другие важные темы сегодняшнего дня. Спасибо вам за участие в эфире, идо свидания.

М.ШЕВЧЕНКО: Пожалуйста. До свидания.