Александр Проханов - Особое мнение - 2009-12-09

О.ЖУРАВЛЕВА: Добрый вечер, это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева. Наш гость сегодня, как и всегда, Александр Проханов. Здравствуйте, Александр Андреевич. Наша видеотрансляция к услугам тех, кто хочет ею воспользоваться, и наш смс - +7 985 970 4545. И, как всегда заранее присланные вопросы по интернету и хотела бы я начать с центрального события последнего времени – соответственно, с вопроса одного из наших слушателей, а может, зрителей. «Александр Андреевич, - пишет Туманян, – у меня создается впечатление, что виновные в пожаре в Перми уже назначены. И они не чиновники. Это видно из телерепортажей, и комментариев и Путина и Медведева. Ваше мнение?» Как вам кажется, уже разобрались власти, кого будут окончательно?

А.ПРОХАНОВ: У меня ко всему этому какое-то странное отношение. Я все эти дни, узнав по телевизору о том, что произошло, и услышав этот патетический, какой-то безумный, марсианский крик: «Дамы и господа! Мы горим!» - с одной стороны, это был диск-жокей, который все еще находился в роли своей, а потом он, не кидая роль, превратился в такого вестника апокалипсиса. И вот эта странная интонация, безумная, с огнем смешанная, у меня вызвала ощущение какого-то сюрреализма нашей жизни. И когда стали говорить и жертвах и о погибших, особенно о тех, кто обожженный поступал в больницы, у меня физически болела кожа, мне казалось, что воздух наполнен страданием, страшным страданием, что каждая обожженная клетка рождает такую детонацию, что молекулы воздуха все сотрясаются от боли. Кругом была разлита боль, и в недрах этой боли мне даже не хотелось приступать к оценкам социальным этого. Пастернак об этом сказал в стихотворении: «А в наши дни и воздух пахнет смертью,/Открыть окно, как вены растворить». Вот это буквально. Открываешь окно, и там за окном трепещет эта боль обожженных русских людей. И вот этот крик: «Дамы и господа, мы горим!» - относится ко всему нашему строю, ко всей нашей стране, к нашему социуму. Вот это ощущение у меня было все эти дни. Оно потом, конечно, сменилось аналитическими представлениями – да, они назначены или не назначены. Создается очень интересная, сложная и страшная идеология. Потому что, видимо, вал этих катастроф таков, что нельзя отделаться чистым пиаром. Нельзя сказать, что ничего, у нас обгорело наше население, но зато какие клиники, какие при этом врачи, какая удивительная техника, как сработал, сыграл у нас проект «Здоровье». Нельзя. Необходимо оценить весь наш социум в целом. И вот как оценивают положение в нашем обществе первые лица государства? Они оценивают, они не остались от этого в стороне, причем они оценивают это более интенсивно, чем оценивали катастрофу на Саяно-Шушенской ГЭС. А эта катастрофа страшнее, чем эта солома, горящая в клубе. Хотя там меньше погибло людей, но – дай этой катастрофе развиться, по подсчетам местных геологов и антропологов, должно было погибнуть 300 000 людей при прорыве плотины. Этот вал воды должен был смыть и уничтожить…

О.ЖУРАВЛЕВА: Но этого не произошло.

А.ПРОХАНОВ: Слава тебе господи, что этого не произошло. Но угроза такова. Клуб сгорел – Пермь бы не сгорела, и пермские скульптуры не сгорели бы. Это локальная беда. Это локальный ужас. А это ужас, который охватывает всю Россию, всю нашу социологию.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но это же системный ужас при всем при этом.

А.ПРОХАНОВ: Хорошее словечко – системный ужас. Я знаю, что оно сейчас в моде. Действительно, системный кризис, системный ужас. И власть имущие на это реагируют – Путин и Медведев. Каждый по-разному. Ну, например. Путин сказал удивительную фразу: он сказал, что мы попали в порочный круг, имея в виду, что: даешь бизнесу свободу, освобождаешь его от чиновников – он начинает хулиганить и безобразничать и палить народ, даешь волю чиновникам – они начинают жрать бизнес, а вместе с бизнесом они сжирают всю идею развития. Но ведь порочный круг-то не только в этом – не только в отношении бизнес и чиновники. Порочный круг в отношении всего – власти и народа, партии и избирателей, природы и машины, взбесившейся, оставленной без надзора супермегамашины. Поэтому страна вся находится в состоянии, которое определяется – «Дамы и господа, мы горим!» И реакция на эту катастрофу не может быть локальной. Медведев сказал Чайке: давайте мы проследим всю цепочку от пиротехника через клубных хозяев до администрации, до этого несчастного мэра Перми. А дальше? До Шойгу.

О.ЖУРАВЛЕВА: Жириновский говорит: давайте Шойгу в отставку отправим.

А.ПРОХАНОВ: А там начинается премьер-министр, а там начинается президент. Если уж всю цепочку проследить…

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну вы бы проследили до президента? Вы считаете, что это его вина?

А.ПРОХАНОВ: Я могу слыть нигилистом, я могу слыть таким радикально настроенным революционером, как меня интерпретирует реклама. Для меня сейчас самое страшное было бы, если бы сейчас в состоянии этой глубочайшей депрессии и краха, которые сейчас переживает власть и страна, возобладали бы силы, которые предлагали бы смести к чертовой матери всю эту власть, всех губернатором преступных, этого недееспособного премьера, этого постоянно демагогически говорящего президента. Это была бы страшная беда. Она повторила бы ту беду, которую совершили демократы, грубо говоря, с Советским Союзом.

О.ЖУРАВЛЕВА: Или большевики с царской Россией.

А.ПРОХАНОВ: Нет, большевики царскую Россию не смели, большевики ее подхватили. Царскую Россию смели Гучков и Шульгин, Керенский уничтожил монархию. А большевики подхватили упавшую в грязь, в эту страшную русскую лужу власть. Это другое дело. Поэтому, мне кажется, что в этих условиях идея развитии и модернизации, которую забалтывают, она отвратительно заболтана сейчас в последнее время, эта идея сейчас окроплена кровью, она окроплена вот этими страшными ожогами, она должна восстать во всей полноте, во всей своей…

О.ЖУРАВЛЕВА: Это должен быть толчок, вы считаете, для модернизации?

А.ПРОХАНОВ: Вы знаете, толчок должен был произойти очень давно. Он не произошел. Если не произойдет сейчас модернизация или мобилизация, то страна развалится по кускам. Без революции, без экспансии американцев. Она развалится. Потому что страна – это машина, мегамашина. Вот ее узлы все не работают. На глазах за эту неделю произошли две или три страшных катастрофы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Александр Проханов в программе «Особое мнение». Никуда не уходите. Мы скоро вернемся.

РЕКЛАМА О.ЖУРАВЛЕВА: И снова с вами программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева. Наш гость – Александр Проханов. А для тех, кто не знает, как увидеть видеотрансляцию, напоминаю, что сайт echo.msk.ru – портрет Александра Андреевича во всей красе, под ним надпись «Видеотрансляция» - щелкнуть мышкой. Вот как-то так. Продолжаем. Нам уже на смс присылают люди вопросы и реплики, продолжают с вами дискутировать. «А под руководством кого страна пришла к этому порочному кругу?» - интересуется Сергей из Барнаула. Ну, в ближайшие три с половиной часа вы можете, наверное, кратко ответить на этот вопрос, да? Под чьим руководством.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что мой слушатель знает, под руководством кого она пришла. Но она не под руководством. Страной не руководят. В этом вся драма.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так мы все время говорили о сильной руке, о том, что эти люди что-то могут, что-то знают.

А.ПРОХАНОВ: Я не говорил о сильной руке. Я сейчас об этом скажу. Я не вижу сильную руку. Я вижу тонкую изящную руку в лайковой перчатке, которая лениво…

О.ЖУРАВЛЕВА: Брезгливо.

А.ПРОХАНОВ: …гладит из карельского дерева ручку кремлевского кресла. Вот эту руку я вижу. Ведь почему я говорю все время о мобилизации? Путин однажды, всего один раз сказал – мобилизация. После трагедии Беслана, когда народ выл от отчаяния, от страха, от ужаса, от беспомощности. Вся страна выла от боли и от тоски. И он призвал народ к мобилизации. Сегодня страна демобилизована. Она демобилизована вся. Это не то что армия демобилизована, которой нет. Демобилизована все формы существования общества – и властные институты, и интеллектуальные центры, и сама публика, и народ, и все сословия – и крестьяне, и олигархи, все демобилизованы. В этом состоянии нельзя жить в мире, наполненном угрозами. Мы отдаем себя на уничтожение. Более того – вы думаете, уничтожение наступит завтра? Оно уже идет. Пробка в Москве – это уничтожение.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это Ляхов все затеял? Вы верите в это?

А.ПРОХАНОВ: Здесь все бывало – плен, свобода, татары, Польша и Литва, и Ляхов, и Татаринов, и все. Нет. Я говорю, что демобилизация является трагической нормой нашей жизни.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну снег-то вы куда уже сюда подвязываете? Тогда уж объясняйте, почему. Выпадение снега в декабре – это катастрофа.

А.ПРОХАНОВ: Объясню. Я говорю не выпадение снега в декабре, а паралич столицы, имперского города. Паралич. Когда в машинах застревали врачи «скорой помощи», который летели на вызовы. Я не знаю, сколько погибло в эту ночь. Может быть, столько же, сколько при пожаре. Может быть, московский снег унес такое же количество жизней, а может, больше. Я стоял в пробках – я видел, как рядом со мной, задыхаясь от бессилия, ревут сирены реанимобилей. В пробках застревали чиновники, чье место было в компьютерных центрах, застревали стратеги, военные, специалисты по космической разведке. Была парализован а вся империя, все государство. И здесь не виноват Лужков, не виновата мэрия. Лужков, конечно, фантазер большой – он создал эту решетку Чижевского…

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну прям уж он. А не Чижевский все-таки ее создал?

А.ПРОХАНОВ: Нет, ее создали гении сегодняшней Москвы. Они воздействуют на атмосферу, на солнечное излучение, на нижнюю кромку облаков, и облака выпадают в виде эскимо, мороженого сладкого. И нет другого выхода у Лужкова, потому что Лужков – часть этой трагедии московской. Конечно, в пробках его клянут все, проклинают, считают, что это чудовище, с ним судится Немцов, называя его коррупционером. Лужков здесь ни при чем. Он часть этой трагедии. Он просто находится в центре этого мегаполиса, который весь парализован. Он исчезает, как живая огромная клетка.

О.ЖУРАВЛЕВА: Есть же масса причин, чтобы происходили такие вот кратковременные коллапсы.

А.ПРОХАНОВ: Эта система, которая в 91-м году была разрушена, была разрушена под лозунги обновления, модернизации, создания нового социума…

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы знаете, за это время у очень многих людей появились автомобили, а раньше их не было. Вот вам причина для пробки.

А.ПРОХАНОВ: Совершенно верно, да. А раньше страна ездила только на телегах. Я сам помню.

О.ЖУРАВЛЕВА: Александр Андреевич, вы прекрасно знаете, о чем идет речь. Частные автомобили.

А.ПРОХАНОВ: Речь идет о планировании нашей жизни.

О.ЖУРАВЛЕВА: Запретить покупать частному сектору автомобили.

А.ПРОХАНОВ: Советский Союз и не только – Япония, Америка, весь мир – это плановые государства. Это государства, в которых все стихии контролируют. Если стихия выходит за пределы норм, ее смиряют, ее уничтожают.

О.ЖУРАВЛЕВА: В Японии тоже чудовищные пробки – они ничего не могут с этим поделать.

А.ПРОХАНОВ: В Японии нет социальной катастрофы, понимаете?

О.ЖУРАВЛЕВА: Значит, не в пробке дело?

А.ПРОХАНОВ: Дело в том, что вся страна горит, взрывается, падают самолеты, пилоты пьют за рулем, президент говорит нам о необходимости создавать правовое государство в период, когда нас заливает Мировой океан. Есть абсолютная неадекватность. И драма этой взбесившейся, неконтролируемой стихии, знаете, что мне напоминает? Вот бывают такие фонтаны гигантские, а на вершине этих фонтанов танцуют два целлулоидных шарика. И они то вверх, то вниз – то один выше, то другой ниже. Они не падают. Но не управляют фонтаном, а фонтан – этот дикий, свирепый фонтан – управляет двумя нашими родными, любимыми мною целлулоидными шариками. Я не издеваюсь. Это трагедия целлулоидных шариков и моя личная.

О.ЖУРАВЛЕВА: Кто же бросил эти целлулоидные шарики на этот страшный фонтан?

А.ПРОХАНОВ: Я бросил, и вы бросили. Россия должна немедленно подвергнуться модернизации и войти в мобилизационный проект. Я помню, в свое время, когда Альберт Михайлович Макашов был здесь в Москве, не уехал на покой в Самару, о нем написали стих блестящий. Он звучал так: «Россия – рана. Жесткий шов пускай наложит Макашов». И Россия была тогда раной. И эту рану Ельцин залечил танками. Он провел эту танковую терапию. После этого началась стремительная стагнация. Почему Сталин, юбилей которого мы сейчас будем праздновать, является фигурой номер один?

О.ЖУРАВЛЕВА: Это вы будете праздновать. Далеко не все будут праздновать этот юбилей.

А.ПРОХАНОВ: Ну я-то буду на «Эхе Москвы» праздновать. Значит, и вы поневоле будете.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо.

А.ПРОХАНОВ: Поднимем тост с вами за Иосифа Виссарионовича. Неосталинизм – это единственная панацея от сегодняшней русской катастрофы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. Вот Евгений из Челябинска пишет, что «сильная рука, о которой вы так мечтаете, первым дело заткнет ваш рот, господин Проханов, а может, и тот самый фонтан, о котором вы говорили. Неизвестно».

А.ПРОХАНОВ: Вы знаете, если эта сильная рука в конце концов спасет Россию, я готов, чтобы он заткнула мне рот, вырвала глаза, вспорола мне сердце. Я о себе пекусь меньше всего. И я думаю, что эта сильная рука, которая начнет у меня вырывание языка, это будет не сильная рука. Это будет гнусная, глупая, с бандитской татуировкой рука.

О.ЖУРАВЛЕВА: Скажу я вам, что у вас довольно мало соратников. Подавляющее большинство россиян не видит будущей модернизации, курс на которую последнее время провозглашает президент Медведев. Как пишет «Независимая газета», почти 60% граждан не знает, какие общественные группы могут стать движущей силой инноваций, а еще 23% уверены, что таковых нет вообще. Такие данные опубликовал ВЦИОМ. Ну и вообще, количество людей, которые хотят что-то делать, настолько мало, что приближается просто уже к статистической погрешности.

А.ПРОХАНОВ: Это ВЦИОМ так сделал. Потому что он неверно поставил вопрос.

О.ЖУРАВЛЕВА: Прекрасно. Но близкие скептические оценки днем ранее опубликовал ФОМ, который привел данные двух масштабных опросов. В 100 населенных пунктах, в 44 субъектах. И то же самое, в общем. Та же картина.

А.ПРОХАНОВ: Может быть, Россия необратимо больна вот этим суицидальным инстинктом. Может, она решила погибнуть. Я не знаю. Может быть. Я не хочу гибнуть вместе с моей страной. Я хочу любой ценой, ценой даже своей жизни вытащить страну из этой бездны, куда ее отчасти тянет та партия народа, его демобилизация. Ведь народ в течение последних 15 лет усиленно демобилизуют. Его дебилизуют тоже одновременно. Неосталинизм – конечно, это не ГУЛАГ, это не расстрелы, это не Берия. Это форма проведения стремительной, потому что нет времени исторического, силовой, потому что нет другого инструментария, мы в порочном круге, как сказал Путин, модернизации страны. Под модернизацию есть огромный запрос. Есть гвардия, которая, если к ней обратятся, но не через нижнюю губу отвисшую, как это делали крупные лидеры и вожди, может быть собрана. Альтернативная элита, альтернативная рать. Они остались еще в военно-промышленном комплексе, в технократах, которые видят кошмар этой техносферы, патриотическая интеллигенция, люди церкви, которые несут в себе по-прежнему имперский проект. Я убежден, что сама власть – я имею в виду, Путин и Медведев, конечно, не Госдума, - если они не трансформируют свою психику, свою психологию, свои интересы в направлении модернизации и мобилизационного проекта, они погибнут вместе со страной. Либо новый Сталин возникнет в результате гигантской катастрофы российской, на распаде ее, тогда он убудет сталинистом в масштабе одной вологодской губернии, потому что от России ничего не останется, потому что ее разнесет, и нам такой местный Сталин не нужен…

О.ЖУРАВЛЕВА: Почему вы думаете, что эти люди погибнут? Они могут прекрасно потом существовать где-то – страна сама по себе, они сами по себе. У них, может быть, другие цели?

А.ПРОХАНОВ: Где это они могут существовать, если Сибирь перейдет к Китаю? В качестве кого они будут существовать? Нет, есть люди, которые…

О.ЖУРАВЛЕВА: В городе Лондоне. Почему бы и нет?

А.ПРОХАНОВ: Вот поезжайте туда.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да я же не про себя говорю. Вы говорите, что эти люди погибнут вместе со страной. Почему вы считаете, что они погибнут?

А.ПРОХАНОВ: Да потому что люди, которые уезжают в Лондон, перестают быть русскими людьми.

О.ЖУРАВЛЕВА: А, то есть в этом смысле они тоже могут погибнуть.

А.ПРОХАНОВ: Ну, физически они не погибнут. Они будут ездить по полям и есть трупы своих детей и матерей, они будут питаться этим. Но страна, если ее не начать немедленно модернизировать, причем не так, как это предлагает Павловский или Дискер профессор – давайте бархатную модернизацию, сейчас силовой мобилизационный проект не годится, давайте эволюционно, давайте будем модернизировать из гигантских взрывающихся электростанций, падающих самолетов, сгорающих…

О.ЖУРАВЛЕВА: Может быть, просто начинать каждый на своем месте что-то делать?

А.ПРОХАНОВ: Ну давайте. Вот, например, что вы лично сделаете на этом прекрасном месте, чтобы следующая электростанция, которая взорвется, не была бы Удомлинская, Калининская?

О.ЖУРАВЛЕВА: В том числе и с вами мы пытаемся иногда разобраться, откуда что пошло.

А.ПРОХАНОВ: Вы мне обычно мешаете разбираться. Только я до истины начинаю докапываться, до целлулоидных шариков, сразу – хлоп!

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. Про целлулоидные шарики нужно обязательно, наверное, еще развернуть эту метафору. А вот пишет вам ЗЭФ: «Во всех ваших «Особых мнениях» на протяжении последних недель, если не месяцев, вы говорите о мобилизации нации. Прошу вас, скажите, как в современных реалиях можно осуществить мобилизацию в принципе, не используя террор по отношению к населению». И, если можно, финал (тут довольно длинный вопрос). «Я знаю десятки примеров, когда люди за очень большие деньги отказываются уезжать из Москвы даже на время или на вахту. Значит, деньги - не универсальный стимул, а про идею и говорить не хочу - утопия».

А.ПРОХАНОВ: Что я вам скажу по собственному опыту. Конечно, я урод, я вырожденец, я демонстрирую абсолютно нежизнеспособные формы поведения. Я, может, даже тритон какой-нибудь, земноводное, я готовлюсь к всемирному потеплению и меня зальет скоро. Но я вам скажу, что если власть прекратит, перекроет поток ресурсов национальных за границу, это МВФовский план, если все ресурсы, которые созданы здесь в России за счет матушки-земли, не будут вывозиться туда и тратиться на лондонские предместья и на создание у американцев оружия пятого-шестого поколения, это уже будет ресурс. На эти ресурсы можно будет затеять реальные, а не показушные проекты.

О.ЖУРАВЛЕВА: Все говорит о том, что власть нужно менять, потому что это не те люди.

А.ПРОХАНОВ: Нет, это не так. Власть должна измениться, а не ее нужно менять. Власть должна трансформироваться и преобразиться.

О.ЖУРАВЛЕВА: О тех стимулах, которые должны быть у этой власти, мы с вами поговорим в следующей части программы, если вы не возражаете.

А.ПРОХАНОВ: Ну вот видите. Как я могу с вами разговаривать, Оль, серьезно? Стоит мне разогнаться, как вы меня сразу кидаете в песок под колеса, паузы ваши рекламные, пропади они пропадом.

О.ЖУРАВЛЕВА: Сделаем небольшую паузу, это правда. Но, на самом деле, мы слушаем новости. Программа «Особое мнение» скоро сюда вернется. Здесь Александр Проханов. Никуда не уходите.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: И снова с вами программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева. Наш гость сегодня - Александр Проханов. И мы продолжаем. Ну вот Василий вам в пику присылает такую шпильку: «Причина автомобильных пробок - уплотнительная высотная застройка и отсутствие демократии». Вот чтобы вы знали. Подумайте об этом пока. Туда же, к целлулоидным шарикам. У нас, кстати говоря, есть и другие новости, которые за последнее время, может, были не так заметны, но наши слушатели все замечают. Вот нам пишет военный пенсионер из Москвы: «На днях председатель правительства РФ с многочисленной свитой (в т.ч. Сердюковым и Ивановым) посетил Нижний Тагил, где ему показали новейший образец противотанкового комплекса, который был высоко оценен почтенной делегацией. Это действительно прорыв в области вооружений сухопутных войск или виртуальная реальность?» - спрашивает наш слушатель и добавляет: «Если "блеф", то какова цель этого репортажа и на кого (какого телезрителя) он рассчитан?»

А.ПРОХАНОВ: Это и реальность и блеф одновременно. Реальность, потому что такого рода комплексы созданы и имеют опытные образцы, а некоторые вошли даже в малую серию. Но для того, чтобы это стало реальностью, а не блефом, этой техникой, в том числе противотанковыми, а также танковыми комплексами, должна быть насыщена армия, должны возникнуть полки, оснащенные Т-90А. Я был на этом заводе, где был Путин, и меня пустили в этот секретный цех. И я видел конвейер, на котором медленно, но неуклонно создаются эти танки. Я видел. Они есть, они строятся. В ничтожном количестве. Путин говорит, что эти танки и вообще изделия ВПК должны быть дешевыми, они должны быть по карману стране, чтобы оснащать армию. Это правда. Но дешевым изделие типа танк Т-90 или истребитель пятого поколения или противотанковый комплекс становится лишь в том случае, когда они пускаются в массовое производство. Только массовое производство удешевляет этот продукт. Если заводу поступает заказ на 500 танков, они дешевы. Если заказано три танка, они баснословно дороги. Это не штучные вещи. Их можно продавать, их можно поставить на серийное производство. Они не могут существовать в единичном экземпляре. Поэтому это прекрасный завод, это сталинский завод гигантский. Мы выиграли войну с помощью «Уралвагонзавода» во многом. Он клепал и Т-34, и КВ-16, и самоходное оружие. Там прекрасный музей бронетанковой техники. И я видел, как эти новейшие танки выходят из заводского цеха, пересекают дорогу и уходят на полигон, там рядом с заводом полигон, и проходят испытания. Это роскошные машины. Как, повторяю, и истребитель пятого поколения, о котором нам уже несколько лет господин Иванов…

О.ЖУРАВЛЕВА: И господин Проханов нам регулярно о нем напоминает.

А.ПРОХАНОВ: Я напоминаю, что он делается. А Иванов обещает укомплектовывать полки. А сейчас, оказывается, он даже еще не взлетит в этом году, истребитель пятого поколения.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, может, он лучше будет и лучше взлетит, если подождать немножко?

А.ПРОХАНОВ: Конечно. Я думаю, что его нужно дотянуть до 23-го века. Потому что в 23-м веке этот истребитель пятого поколения достигнет поразительной целостности, красоты и дешевизны. Но там уже не будут нужны самолеты. Там люди будут перемещаться через телепортацию, а не с помощью двигателей турбореактивных. Он нужен не сегодня. Он нужен вчера. У американцев есть такой истребитель. Китайцы создают такой истребитель. Ведь создание авиации такого типа - это политика. Они могут никогда не пересекать границу, они могут никогда не вступать в воздушные бои…

О.ЖУРАВЛЕВА: Как обидно тратить огромные деньги на то, чтобы красивые, сложные и дорогие технические всяческие устройства просто вот где-то стояли и иногда на учения выходили.

А.ПРОХАНОВ: Конечно. Я считаю - зачем мы вооружаем себя ракетами? Такая обида.

О.ЖУРАВЛЕВА: В приличное общество без ракет не пущают.

А.ПРОХАНОВ: Нет, в приличном обществе страна, которая не имеет ракет, уничтожается. Мы должны были быть уничтожены в 46-м году. Эти американские планы по бомбардировке советских городов имеющимся у них ядерным оружием. Нас спасло от бомбардировки: А - политическая воля Сталина, которая дала понять англичанам и американцам, что если вы начнете бомбить наши города, мы бросим наши дивизии из Восточной Германии, они за 4 дня дойдут до Пиренеев, вы разбомбите наши города, но Европа будет оккупирована нашей победоносной армией, и они одумались, а потом мы создали свой ядерный щит, это величайшее достижение советского строя. Потому что космический и ядерный щит на дал разразиться третьей мировой. 3-я мировая - это война на уничтожение всех.

О.ЖУРАВЛЕВА: 3-я мировая не разразилась уже при Хрущеве. Чуть было не разразилась.

А.ПРОХАНОВ: Она не разразилась, потому что у Советов были ракеты средней дальности…

О.ЖУРАВЛЕВА: У США тоже все было в порядке.

А.ПРОХАНОВ: Если бы у нас не было ракет, нас бы забросали. А ведь войны же начинаются еще как? Ведь вторжение на Кубу, которое планировал Кеннеди, не обошлось без вторжения советских войн в Германию. Это начало войны. В ту пору - поверьте мне, я был участником этих локальных конфликтов - все локальные конфликты, где бы они ни проходили, в Латинской Америке, в Азии, в Африке, все они очень быстрым алгоритмом вели к 3-й мировой войне. Эскалация этих военных конфликтов затягивала в себя.

О.ЖУРАВЛЕВА: А сейчас есть такие конфликты?

А.ПРОХАНОВ: Да. Это внутренний конфликт в России.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так может, мир уже давно изменился? Может, 3-я мировая война отодвинулась?

А.ПРОХАНОВ: Может, она уже идет? Может, прекрасные глаза, в том числе и ваши, не видят, что происходит на наших перекрестках? Они не понимают, что каждый год Россия лишается миллиона своего населения. Это военные потери. Все, кто сейчас гибнет и не рождается…

О.ЖУРАВЛЕВА: Так у нас рождаемость растет, смертность сокращается.

А.ПРОХАНОВ: Ну сколько у вас-то рождаемость растет, сударыня?

О.ЖУРАВЛЕВА: У меня пока все в порядке, подрастает.

А.ПРОХАНОВ: Да, шесть детей. Мало. Надо двенадцать. Рождаемость не растет. Маленький всплеск рождаемости произошел за счет того, что ненадолго вышли из демографической ямы тех дальних лет. Мы опять скатываемся в эту яму. Ну что я буду вам говорить?

О.ЖУРАВЛЕВА: Злые языки говорят, что граждане наши курят под надписью «Не курить», «Взрывоопасно», например, залезают, куда не надо залезать, пьют неизвестно что.

А.ПРОХАНОВ: Я и говорю - демобилизованы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Как их завлечь обратно-то, этих граждан? Чтобы они пожарную безопасность соблюдали просто для того, чтобы сохранить жизнь самим себе, например.

А.ПРОХАНОВ: Говорю с вами два года на эту тему - как завлечь. Я вам говорю - завлечь очень просто. Скопить ресурсы для национального развития.

О.ЖУРАВЛЕВА: И согнать всех автоматом.

А.ПРОХАНОВ: Тьфу ты, черт побери. Опять вы мне в рот сыпете пепел какой-то.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. То есть вы-то на самом деле выступаете за модернизацию без террора. Я правильно понимаю?

А.ПРОХАНОВ: Я выступаю за модернизацию с мобилизационным проектом, который включает в себя силовую компоненту.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну она в чем выражается? Вы говорите про ресурсы. Про ресурсы я поняла: ресурсы нужно аккумулировать. В чем силовики, вот где они должны действовать?

А.ПРОХАНОВ: Стоп. Необходимо прекратить вымывание ресурсов. Это кудринская политика мерзкая, которая отнимает ресурсы. Раз. Превратить олигархов, которые являются балластом, плесенью и опухолью, в локомотивы развития. Это можно сделать. Не надо их бить башкой об стены, не надо их гнать в ГУЛАГ, не надо их сажать в Краснокаменск. Их можно превратить - с их богатствами, с их опытом - в инструментарий развития.

О.ЖУРАВЛЕВА: Каким способом? В Краснокаменск, вы говорите, не подходит. Каким способом?

А.ПРОХАНОВ: Если они не хотят, то в Краснокаменск. Но они захотят. Потому что они на поводке, на крючке. Всех их можно арестовать в два часа. Если не здесь, то там уж точно, на Западе-то точно можно арестовать. Вот два ресурса.

О.ЖУРАВЛЕВА: Значит, правовое государство, о котором говорит Медведев, это очень хороший способ.

А.ПРОХАНОВ: Правовое государство, сударыня, может быть разное. Законы, соблюдение законов - вот что такое правовое государство. А законы могут быть драконовские. И соблюдение драконовских законов…

О.ЖУРАВЛЕВА: У нас и так достаточно драконовские законы, просто их никто не соблюдает.

А.ПРОХАНОВ: Нет, у нас законы ужасные. У нас законы, позволяющие всем мерзавцам вымывать ресурсы из страны.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да неправда это.

А.ПРОХАНОВ: Да правда это. Вы посмотрите, что такое валютные законы, что такое тарифная политика, что такое помещение наших денег, огромных нефтедолларов, в американские ценные бумаги. Это все делается законно. На законном основании нас грабят ежесекундно. Но этого мало. Вот эти деньги можно затратить на проекты, которые интересуют всех - вас, меня, его. На общенациональные проекты. С помощью информационных средств электронных всех, технологических, которые сейчас направлены только на одно - вся электроника наша телевизионная направлена на одно: на удушение, на убиение, на превращение человека в дебила, в эгоиста, в гедониста. Нас залили этим страшным хохотом, этим ужасным сардоническим хохотом.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да ладно. Нам все время показывают то президента, то премьера, которые говорят какие-то умные вещи. Толку-то никакого.

А.ПРОХАНОВ: Да где показывают? Ничего их не показывают. Мне не хватает президента…

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот! Вот это уже заявка.

А.ПРОХАНОВ: …который вышел бы на Мавзолей и сказал бы «Братья и сестры».

О.ЖУРАВЛЕВА: Путин все время говорил врачам: «Лечите лучше!», пожарным: «Смотрите внимательнее!»

А.ПРОХАНОВ: Да, автомобилистам: «Ездите аккуратнее!» «Снег, иди медленнее и в другом месте!» Я понимаю это. Ну и правильно он делает. Но они должны выйти к народу. Может, они должны выйти босиком, я не знаю.

О.ЖУРАВЛЕВА: Простоволосыми.

А.ПРОХАНОВ: И сказать: «Братья и сестры, мы в пожаре, мы горим. Давайте спасать страну». Вот что.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. Этим призывом мы и закончим сегодняшнее «Особое мнение». Александр Проханов, главный редактор газеты «Завтра» и просто наш постоянный автор, я бы сказала…

А.ПРОХАНОВ: Постоянная жертва ваших глумлений.

О.ЖУРАВЛЕВА: Постоянная жертва глумлений Ольги Журавлевой. Спасибо большое все, кто писал, тем, кто смотрел видеотрансляцию, тоже огромное спасибо. И всем зрителям RTVi отдельный привет. Всего хорошего.