Александр Проханов - Особое мнение - 2009-09-02

О.ЖУРАВЛЕВА: Добрый вечер, это программа «Особое мнение» и меня зовут Ольга Журавлева. У нас в гостях сегодня Александр Проханов, добрый вечер, Александр Андреевич.

А.ПРОХАНОВ: Добрый вечер.

О.ЖУРАВЛЕВА: И я напоминаю всем заинтересованным, что кроме возможности слышать нас по радио «Эхо Москвы», видеть по каналу RTVi, есть еще и возможность видеть видео этого эфира в интернете. Все заинтересованные могут на сайте echo.msk.ru посмотреть, как это происходит. А мы приступаем и начинаем с вопроса, который меня порадовал своей краткостью и емкостью. Вадим из Красного села спрашивает: «Александр Андреевич, вы довольны речью Путина в Польше?»

А.ПРОХАНОВ: Ну, вот, несмотря на свое вечное брюзжание, скептицизм, на этот раз я доволен речью Путина в Польше. Потому что он приехал туда в период очень острой идеологической схватки западных интеллектуалов и западных спецслужбистов с Россией в целом. Значит, Россию обвиняют в том, что она заключила омерзительный пакт Риббентропа-Молотова, Россию заставляют поверить, что Сталин равносилен, эквивалентен Гитлеру, и Россию опять пытаются поставить морально на колени.

Значит, Путин приехал туда, причем он приехал, ну, как бы, в логово, он приехал в одну из самых таких вот, сложных и антисоветских, пожалуй, даже антирусских стран как Польша, и провел блестящий раунд идеологический. Он говорил осторожно, там не было никаких котлет и мух на этот раз.

О.ЖУРАВЛЕВА: Там были булки и изюм.

А.ПРОХАНОВ: Да, были булка, изюм и плесень – это другое трио совершенно. И это говорит о том, что он такой, блистательный маэстро, может найти...

О.ЖУРАВЛЕВА: Красивую метафору?

А.ПРОХАНОВ: Да, он может сбросить серьезную тему в такое, в просторечие – это замечательное свойство. Но на самом деле, когда я его слушал, я понял его выступление таким образом. Если бы, допустим, я был бы президентом, я бы сказал то же самое, но уже без обиняков. Он сказал, что пакт Молотова и Риббентропа был необходим и неизбежен, он был связан с выживанием Советского Союза, всей советской цивилизации. Что Сталин поступил не просто правильно, а гениально – это был гениальный политический шаг в условиях трагического и неизбежного столкновения 3-х моделей: либеральной – Англия, Штаты, фашистской – Германия, Италия, Япония и советской. И эти 3 модели, эти 3 гиганта цивилизационных – они должны были столкнуться в середине XX века, и исходом этого столкновения должно было быть тотальное уничтожение одного или даже двух из этих компонентов. Вот он, исходя из этого, и товарищ Сталин, и Владимир Владимирович Путин сказали, что на карту была поставлена не просто судьба границы какой-нибудь или судьба города, на карту была поставлена судьба цивилизации, судьба целого народа, и в этом смысле цель оправдывает средства. Так же, как американцы... А у американцев – у них всегда цель оправдывает средства. Когда надо было забомбить Японию ядерными бомбами, они это сделали – потому что цель оправдывает средства, сохранить жизнь американским морпехам. Когда нужно было взорвать башни-близнецы, чтобы новую доктрину вбросить в мир, они это сделали. Поэтому я очень доволен речью Путина – это была речь, по существу она рифмовалась с его мюнхенской речью «Ты прежней Татьяной стала». Путин вернул себе образ такого государственника и не имперского лидера.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но по реакции Европы и по реакции ответной не только на речь, но и на предварявшую этот визит статью в газете «Выборча», вы заметили, достигла ли той цели вот эта риторика путинская? Принят был сигнал с той стороны, тот, который нужен?

А.ПРОХАНОВ: Понимаете, я думаю, что риторика Путина во многом была обращена сюда, к нам в Россию. Потому что русское общественное сознание, то, которое мы называем словом «государственно-патриотическое», оно депрессивно во многом, оно находится под воздействием либерального комплекса нашего. И наши либералы, которые доминируют в СМИ – вы это знаете не хуже меня. В культуре...

О.ЖУРАВЛЕВА: Да что вы говорите? У нас либералы доминируют в СМИ?

А.ПРОХАНОВ: Ну, конечно, либеральная радиостанция такая как «Эхо Москвы» - это же гигант информационный.

О.ЖУРАВЛЕВА: Какой вы мастер тонкого комплимента.

А.ПРОХАНОВ: И поэтому Путин поддержал вот тот основной массив населения, которое мыслит по-прежнему имперски, по-сталински, по-государственному, но находится в состоянии такого, тотального подавления. И я думаю, что он это сделал не для Европы, хотя и для Европы тоже. Сказал: «Европа, не суйся. Газ жуешь и жуй».

О.ЖУРАВЛЕВА: Но ведь были же какие-то интересы приехать в Польшу и, извините меня, не разругаться. Ему это удалось? Ему удалось соблюсти вот этот вот баланс?

А.ПРОХАНОВ: Почему? Он приехал в Польшу как и все остальные. Он приехал праздновать начало Второй Мировой войны. Он выбрал блестящую площадку для этого. И он сказал, так, нужно понимать между строк: «Войну выиграл Советский Союз, победителей не судят». И они, по существу, проглотили это. Хотя, конечно, сегодня Россия выглядит проигравшей, она растерзана, она унижена. Но были же времена, скажем, ялтинские, когда Сталин сидел с Рузвельтом и Черчиллем, и когда ялтинское соглашение подтвердило правильность всех сталинских решений, включая пакт Молотова-Риббентропа. Под этим пактом в 1944 году в Ялте подписался и Рузвельт, и Черчилль, великие демократы. Так что я доволен Путиным.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. Значит, статью мы просто, как бы, не берем во внимание, это был просто реверанс.

А.ПРОХАНОВ: Мы не берем во внимание, он должен был соблюдать политес, естественно. Если б были там отвязные люди типа нас с вами, мы бы говорили прямым текстом.

О.ЖУРАВЛЕВА: Не такой отвязный, видимо, человек Владимир Путин как Александр Проханов, который сегодня гость «Особого мнения». Не забывайте ему писать +7 985 970-45-45. И мы должны обратиться к следующей теме и к следующему лидеру. Я закидываю удочку, вы говорите про основной массив. Вот есть сегодняшние сведения, опрос. Более 60% россиян заявляют о поддержке действий Медведева на посту президента. Вот вы пока подумайте, мы сейчас удалимся на небольшую паузу и вы расскажете, как вы относитесь к этой информации.

А.ПРОХАНОВ: А подумать-то над чем? Я поддерживаю, я в этих 60%.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы входите в эти 60%?

А.ПРОХАНОВ: Я сейчас подумаю, хорошо.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо, ладно. Александр Проханов в программе «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева. Никуда не уходите, мы совсем скоро вернемся.

РЕКЛАМА

О.ЖУРАВЛЕВА: И снова здравствуйте, это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, мой собеседник сегодня Александр Проханов, все заинтересованные могут подключиться к видеотрансляции на сайте «Эхо Москвы». Все остальные, кто может, смотрит по RTVi, кто хочет, слушает по «Эхо Москвы». Мы продолжаем. Вот заговорили мы о социологическом опросе, который сегодня появился в информационных агентствах. Если в мае 58% россиян заявляли, что, в основном, поддерживают действия Медведева на посту президента, то в августе таковых стало уже 61%, сообщили в среду Интерфаксу в аналитическом центре Юрия Левады по результатам всероссийского опроса в 128 населенных пунктах в 46 регионах страны.

Растет рейтинг Медведева, его усилия по борьбе с кризисом поддерживаются, ну, уже такой, значительной частью граждан. Вы относите себя к этой части?

А.ПРОХАНОВ: Нет, потому что я не вижу никакой методики преодоления кризиса. Ну, скажем, симптомы кризиса и нынешнего, вообще тотального русского кризиса – это взрывы на Саяно-Шушенской ГЭС, это катастрофа в небе над МАКСом, это пожар в нефтехранилище на Югре, это теракт в Беслане и много-много других показателей.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но Беслан, простите меня, был 5 лет назад.

А.ПРОХАНОВ: Не в Беслане...

О.ЖУРАВЛЕВА: В Ингушетии вы имеете в виду сейчас?

А.ПРОХАНОВ: Да-да, в Ингушетии, в Назрани, простите меня. Поэтому никакой борьбы с кризисом нет. Кризис у меня на глазах, а не у тех 60, которые... Сметают всю русскую обрабатывающую промышленность, всю. Мы присутствуем сейчас в период, когда умирают последние советские хайтеки. Именно поэтому мы и не запускаем ракеты, мы строим лодки, под которых нет вооружений. Поэтому когда наш президент говорил, что разговоры о технологическом крахе России – это брехня, меня сегодня перевернуло, а также тех технократов. Какая-то брехня. Ну, если мы больше не можем строить даже собственные вертолетоносцы, покупаем их в Австралии. Если мы перестали создавать собственные снайперские винтовки, когда мы, по существу, до сих пор не можем запустить истребитель 5-го поколения и SuperJet. Когда мы являемся посмешищем для мирового технологического сообщества, ибо у нас больше практически нет ни китайских заказчиков, ни индусских по серьезным заказам самолетно-авиационных, у нас больше нечего покупать. У нас есть другие производители и партнеры.

О.ЖУРАВЛЕВА: Помимо военной техники и высоких технологий что еще вас не устраивает?

А.ПРОХАНОВ: Ведь высокие технологии – это не просто создание изящных бритв, есть высокие технологии управления государством, есть высокие технологии по созданию организаций – это особые современные технологии конца XX – начала XXI века. Потому что организация – это тоже машины, это тоже организм социальный.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тогда скажите, что конкретно вот сейчас Медведев делает неправильно. Может, он вообще ничего не делает?

А.ПРОХАНОВ: Он ничего не делает. По существу, он ничего не делает. Идет импульсивное в режиме постоянной аварийности затыкание дыр. Нет концепции развития страны.

О.ЖУРАВЛЕВА: Откуда тогда эти 60% поддержки?

А.ПРОХАНОВ: А Левада, Левада обычно ставит градусник не под мышку, а в волосы и на морозе. Поэтому Левада нам известен своей технологией.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть социология врет в данной ситуации?

А.ПРОХАНОВ: Ну, не знаю, не хочу его уличить.

О.ЖУРАВЛЕВА: А может быть, просто Медведев так представляет свои действия, что всем очень нравится?

А.ПРОХАНОВ: Ну, может. Я общаюсь с теми людьми, которые сидят у гигантского разбитого технологического корыта, имя которому Россия. Россия находится не просто в стадии падения, она ударилась, она разлетается к чертовой матери, начинается распад территории. Он начался, об этом никто не говорит еще в правительстве. Но он начался. Поэтому меня просто удивляет вот это постоянное экспонирование Медведева, как он экспонирован в нашем общественном сознании и как его экспонирует пиар-группа. Он же не может не выбирать своих пиарщиков? Он не может не контролировать то, каким они его делают в медиапространстве, свой образ.

Ну, например, последний пиар. Только что была страшная авария на Саяно-Шушенской. Еще не всех там похоронили. Показывают это жуткое чрево, развороченное этим водяным взрывом, эти заплаканные лица. На следующий день, оказывается, Медведев отдыхает на реке, ловит рыбку вместе со своей супругой, улыбается, достает какого-то осетра там из сетки. Опять, то ли целует его, то ли гладит его по загривку, и как Путин год назад, отпускает его в воду. То есть это абсолютно такая тавтология. Или, опять, исследует какое-то морское дно в дельте Волги, как Путин исследовал на Батискафе дно Байкала.

То есть они работают под кальку трафаретно, и тем самым страшно занижают образ президента.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, сначала вот эти путинские-то комиксы – они как раз вам нравились, вам казалось, в этом есть какая-то наполненность.

А.ПРОХАНОВ: Не. Вы знаете, путинские комиксы можно рассматривать как комиксы. Я тоже люблю комиксы. Вообще, люблю компьютерные игры, особенно, там, когда бежит чудовище – бах! от него одни осколки.

О.ЖУРАВЛЕВА: Боже мой!

А.ПРОХАНОВ: Но вот пиар-группа, мне кажется, сказала, она просто недопустимая, тривиальная. Кажется, там Тимакова его обслуживает и даже мне говорили, что как будто бы супруга президента занимается продвижением образа. Это крайне неудачный образ, это вечно дискредитирует президента.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы сейчас обращаетесь к президенту сменить свою пиар-группу и начать другим пиаром?

А.ПРОХАНОВ: Не-не. Я предлагаю еще в эту группу включить Митьков, например, художников.

О.ЖУРАВЛЕВА: А что? Это неплохая идея.

А.ПРОХАНОВ: Хорошая, конечно! То, что когда он пошел на КВН, это, конечно, действительно, была... где искать ответы на страшные вопросы сегодняшней России? Только на КВНе. Это клуб интеллектуалов, авангардистов, героев страны. То есть КВН – это среда, которая притягивает тех, кто к ней принадлежит, естественно – меня тоже это покоробило, он не должен был идти на КВН.

О.ЖУРАВЛЕВА: А народу нравится.

А.ПРОХАНОВ: Народу нравится, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Давайте про международную политику, она частично и наша. Абхазия угрожает топить грузинские корабли-нарушители, Тбилиси видит в этом руку Москвы. Президент Абхазии Сергей Багапш отдал приказ ВМФ республики уничтожать грузинские корабли, нарушающие абхазскую морскую границу, что вызвало резкую реакцию со стороны грузинских политиков. Расскажите, пожалуйста, как это было и как это будет?

А.ПРОХАНОВ: Я не знаю, но это страшные, конечно, картины. Я вижу, как 2 шлюпки, наполненные абхазскими гребцами и грузинскими, идут на сближение, сталкиваются, там происходит такая морская рукопашная идет, на абордаж.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть вы не верите в ВМФ Абхазии?

А.ПРОХАНОВ: Нет, почему? ВМФ – это же не то, что вертолетоносец «Мистраль», который мы будем покупать у Франции. Это еще и галеры петровских времен, это и джонки. Я думаю, что флотилия джонок, которая выходит из порта Поти, и вторая встречная флотилия, которая выходит из Сухуми, конечно, они могут устроить такой маленький Трафальгар на Черном море.

О.ЖУРАВЛЕВА: А рука Москвы там где?

А.ПРОХАНОВ: А рука Москвы там просто отсутствует. Потому что если бы Россия хотела участвовать в этом сражении, она бы направила туда вот те роскошные яхты, яхту Абрамовича, который бы просто бы задавил и тех, и других.

О.ЖУРАВЛЕВА: Или хотя бы корабль «Ладный», известный нам. Кстати, о яхтах. О яхтах и о кораблях, еще пару слов. Тоже потрясающей совершенно красоты сообщение. Владельца салонов дорогостоящих машин Aston Martin взяли по обвинению в контрабанде яхт. Его не просто взяли, его просто схватили, к нему прибежала опергруппа из 20 человек. Он, правда, не успевал даже еще подумать о том, чтобы убежать, как его уже тут же поймали. В общем, обвиняется в контрабанде яхт.

А.ПРОХАНОВ: Он нарушал правила дорожного движения. Он ездил на яхте по Москве, он ездил на яхте на красный свет.

О.ЖУРАВЛЕВА: Яхта Aston Martin. (смеется)

А.ПРОХАНОВ: Да. Его схватили, когда он уходил от машин гаишных.

О.ЖУРАВЛЕВА: А это что? Тоже пиар-акция? Я вот не понимаю. Чтобы народу было приятнее, что богатые тоже плачут? Это что?

А.ПРОХАНОВ: Не, ну, я думаю, все-таки, борьба с коррупцией началась. Она началась.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да какая коррупция?

А.ПРОХАНОВ: А что, если это контрабанда? Если это контрабанда, то, конечно, коррупционеры...

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, тогда нужно было пограничников, которые эти яхты контрабандные пропускали, сначала повязать.

А.ПРОХАНОВ: А мы же не знаем, что там на границе. Относительно пограничников или не пограничников, а таможенников, мы обнажим границу, и опять будет дыра в границе.

О.ЖУРАВЛЕВА: А, то есть мы не можем их арестовать по этой причине, поэтому арестовываем владельца?

А.ПРОХАНОВ: Аресты идут. Аресты идут.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это хорошо.

А.ПРОХАНОВ: Вот сейчас схватили мэра-взяточника подмосковного города. Очень много и мэров, и замгубернаторов сидят, ожидают суда. То есть я не могу сказать, что не идет борьба с коррупцией – она идет. Она идет не системно, конечно, она идет тоже эмпирически. По-видимому, в этой борьбе отчасти, наверное, уничтожаются конкуренты. А что касается этого яхтторговца, у меня к нему нет ни вражды, ни сожаления. Просто если он занимался контрабандой, нужно делать тоньше, изящнее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Просто тихо прийти в кабинет, сказать.

А.ПРОХАНОВ: Как люди Черкизовского рынка. 2 миллиарда контрабандных, там, яхт или чего, игрушек китайских. Где они? Улетучились, нет их.

О.ЖУРАВЛЕВА: МВД задается вопросом.

А.ПРОХАНОВ: Да. А наш уважаемый торговец – он, видимо, торговал в другом месте и другими способами.

О.ЖУРАВЛЕВА: Может быть, тоже на Черкизовском рынке, кто знает. Может, он там яхты контрабандные продавал.

А.ПРОХАНОВ: Конечно, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Есть еще одна военно-морская история, которая... Вот мы с вами как-то ею не озаботились, а сейчас она, вроде бы, завершилась. И вот по сегодняшнему сообщению, один из членов экипажа сухогруза «Arctic Sea», освобожденный из пиратского плена и не только из пиратского, потому что потом они опять были в плену, и вернувшиеся домой в Архангельск, обратились в профсоюз моряков за поддержкой в отстаивании своих трудовых прав. По словам председателя северного регионального отделения российского профсоюза моряков, просили оказать им юридическую помощь в получении зарплаты и оплате лечения. Пока они получили зарплату только за июнь, а согласно коллективному договору в оплачиваемый период входит и август. Ну вот, так сказать, по мелочи. А вообще, как вам кажется? Что это была за история такая?

А.ПРОХАНОВ: Вообще, мутная история, она еще не разгадана.

О.ЖУРАВЛЕВА: А будет ли она разгадана?

А.ПРОХАНОВ: Эта история чем-то напоминает «Ирангейт». Там наверняка пахнет не только пиленым лесом и сосновым кругляком, но еще оружейной смазкой – это видит Бог. Потому что мне говорили, что их отпустили. Во-первых, их долго держали, томили Бог знает где, чуть ли не в Лефортово.

О.ЖУРАВЛЕВА: Говорят, в гостинице хорошей.

А.ПРОХАНОВ: А Лефортово – разве это не гостиница?

О.ЖУРАВЛЕВА: Наверное.

А.ПРОХАНОВ: Там есть и одноместные номера, понимаете? И с глазком, и без глазка. А потом когда их выпустили, чуть ли их не выпустили с подпиской о неразглашении чего-то – вот это надо уточнить. Мне мой эксперт, который связан с моряками, говорил, что их выпустили, но их выпустили, как бы, в масках и намордниках.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да ладно? Показывали их, когда встречали с поезда, они немножко отворачивались от камер, но масок не было.

А.ПРОХАНОВ: Метафора, метафора, метафора.

О.ЖУРАВЛЕВА: А, понятно. В полумасках.

А.ПРОХАНОВ: И они утверждают, мне говорил этот человек, по закрытым каналам узнал, что их выпустили с подпиской о неразглашении. Чего там не разглашать-то? Конечно, там не было никакого Искандера – их просто нельзя было везти. Но там могли быть элементы противовоздушной обороны, прицелы для наших «Стрел» для арабских стран.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но вы можете предположить, что за вот эта странная конфигурация? Какие-то пираты, какие-то как бы экологи.

А.ПРОХАНОВ: Вообще, пиратов я люблю, вообще между нами говоря.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да?

А.ПРОХАНОВ: Да, пиратов я люблю. И сейчас, вот, по Москве ездят много машин с пиратским флагом, с Черным Роджером.

О.ЖУРАВЛЕВА: С Роджером, да, веселым.

А.ПРОХАНОВ: И байкеры тоже очень любят вот эту всю пиратскую символику.

О.ЖУРАВЛЕВА: У них хоругви с одной стороны, а с другой стороны Веселый Роджер, да?

А.ПРОХАНОВ: Да. И после того как Кирилл с ними пообщался, этой символики стало больше гораздо, но она стала как-то благообразнее. Этот череп – он...

О.ЖУРАВЛЕВА: У Веселого Роджера проступили черты какие-то другие? (смеется)

А.ПРОХАНОВ: Да, этот череп стал более миловидный, он так, как бы выступает, сложив руки на груди по-православному. Но здесь, действительно, темная история как всплыл «Ирангейт».

О.ЖУРАВЛЕВА: Но это наша история? От начала до конца?

А.ПРОХАНОВ: Это моя родная история.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я имею в виду, это российские дела, да?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что это моя родная история – я тоже за то, чтобы...

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть вы чувствуете запах родины, да, здесь?

А.ПРОХАНОВ: Я за то, чтобы снабжать дружественные повстанческие антиамериканские режимы оружием русским. Драма только в том: а) это оружие стареет на глазах, оно становится все менее и менее эффективным и б) надо это делать, все-таки, изящнее. Ведь наши спецслужбы, если они замешаны в этом, они все время проваливаются. Яндарбиева надо было убивать тихо.

О.ЖУРАВЛЕВА: Зонтиком.

А.ПРОХАНОВ: Тихо и без шума, и не попадаться после этого в плен. Вот то же самое и здесь.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть они здесь как-то наследили, а на самом деле это была какая-то красивая операция, о которой мы бы не узнали ничего.

А.ПРОХАНОВ: Ну, что вы хотите? Обычно торгуют оружием или выкрадывают военные секреты, и вообще занимается главное разведывательное управление, всегда занималось, ГРУ. А сейчас ГРУ разгромлено, грушники находятся в состоянии аморальном. И если эта операция связана с оружием, она должна была провалиться и мне это очень горько.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так. Вот еще одна горькая страница нашей повседневности была перевернута. Есть еще, наверное, несколько тем, а главное – сейчас мы зададим несколько вопросов от наших слушателей, потому что прислали их уже достаточно много. Но это мы уже сделаем в следующей части нашей программы. Я только напомню еще раз, что номер наш +7 985 970-45-45, те, кто смотрит видео в интернете, тоже может воспользоваться этим номером и как-то принять участие в нашем разговоре. Это программа «Особое мнение», здесь Александр Проханов, меня зовут Ольга Журавлева, никуда не уходите, мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: И снова с вами программа «Особое мнение», вы ее слушаете по радио «Эхо Москвы» либо смотрите по RTVi, возможно и видеотрансляцию в интернете. У нас в гостях Александр Проханов, меня зовут Ольга Журавлева. Вот, Александр Андреевич, вам пришел вопрос от Кати: «Ваше отношение к ЕГЭ, его последствиям, к МинОбру, к скандалу со словарями и к нынешней системе образования вообще». Ну, давайте хотя бы какую-то часть осветим. Скандал со словарями – не знаю, насколько это скандал, но, тем не менее, вызвал большой диспут, разговор о русском языке и так далее. Ну, с русским языком все более-менее специалисты объяснили. У вас есть какие-то проблемы к этому?

А.ПРОХАНОВ: А что они объяснили-то?

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, что эти допуски словарные – они уже давно существуют, просто предложили их официально признать.

А.ПРОХАНОВ: Конечно, Оль. Русский язык по словарям никто не учит.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но проверяют некоторые.

А.ПРОХАНОВ: Ну, проверяют это те, кто не знает русский язык. А большинство людей, подавляющее большинство...

О.ЖУРАВЛЕВА: Я, например.

А.ПРОХАНОВ: Ну, вам простительно, вы учились в школе 15 лет – это понятно. Но языку учит улица сегодня.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вокзалы, рынки.

А.ПРОХАНОВ: Вчера еще деревня русская и, конечно, литература. Русский язык книжный, литературный язык.

О.ЖУРАВЛЕВА: Александр Андреевич, ваша книга, например – извините, уж, что я об этом говорю – была настолько скверно отредактирована и откорректирована, что русскому языку она не учит. Как бы вы ни старались.

А.ПРОХАНОВ: Не знаю, надо посмотреть. Вообще, я, ведь, косноязычен как в эфире, так и во время печатания своих текстов. Но язык, утраченный в деревнях – мы же потеряли фольклор и вот этот источник, который постоянно питал русский язык, и каждые, может быть, 20 лет этот фольклор, меняясь сам по себе, наполнял русскую литературу новой стилистикой, новой образностью, новой музыкой. Вот этот источник кончился. Но вместо него возник такой источник, как литература, в том числе современная. Нарекания, наветы на современную литературу, что она плохо отредактирована, что полна ошибок – это результат просто глухоты такой, и, так сказать, непонимания законов.

О.ЖУРАВЛЕВА: И моего личного нравственного падения – это понятно.

А.ПРОХАНОВ: Законов языка. Потому что язык постоянно видоизменяется. Сегодня русский язык, конечно, вбирает в себя огромное количество англицизмов, огромное количество вульгаризмов.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну это хорошо или плохо? Это же живой организм.

А.ПРОХАНОВ: Это нормально, это нормально. И, например, язык моего друга Владимира Ильичутина, который, по существу, создает новый язык – это божественный язык. Это язык, который заменяет старославянский, церковный язык. Он настолько музыкален, таинственен и мистичен – вот, это создается у нас на глазах. Он помор, он обожает поморскую культуру, поморские песни, поморский фольклор. Он создает современный, уникальный такой вот язык, которому могут позавидовать ангелы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это, кстати, был ответ на вопрос менеджера из Москвы, который хотел узнать, кого из современных русских писателей вы считаете мастером русского языка. Ну вот, в общем-то, вы и ответили на этот вопрос. А тогда скажите: у вас есть какое-то личное отношение к ЕГЭ как к новой форме получения образования, поступления в институт?

А.ПРОХАНОВ: У меня нет, потому что я не вникал в это. Я знаю, что...

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну почему же вы не вникали? Ведь, вся страна с интересом следит, а вам, как будто бы, все равно. У вас же внуки, им тоже ЕГЭ сдавать.

А.ПРОХАНОВ: А они не пойдут в школу.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вообще?

А.ПРОХАНОВ: Вообще, да. У меня сестра Вера, и они сейчас немножко подрастут и уйдут в леса. Они будут изучать язык птиц и, видимо, я буду наведываться к ним, проверять, в каком состоянии их валенки.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть система образования вас вообще не волнует?

А.ПРОХАНОВ: Нет, она меня волнует, я просто знаю, что она падает. Я знаю, что Россия лишается своего образования, что Россия утратила абсолютно свое высшее образование, мы рухнули как страна, продуцирующая интеллектуалов. И, конечно, начальное образование и среднее образование – оно ужасно. Скажем, среднетехническое образование просто исчезло. У нас нет ни техникумов, ни профтехучилищей.

О.ЖУРАВЛЕВА: У нас есть колледжи.

А.ПРОХАНОВ: А уровень сегодняшнего школьного образования – он чудовищен. Я со школьниками не могу говорить, просто не говорю.

О.ЖУРАВЛЕВА: Может быть, вы языка их не знаете?

А.ПРОХАНОВ: Нет, язык замечательный. Но на этом языке они вам не расскажут ни о Великой Отечественной войне, ни о Пушкине, ни о русской культуре, ни о русской идее. Они прекрасным русским языком вам расскажут...

О.ЖУРАВЛЕВА: Куда вам пойти.

А.ПРОХАНОВ: ...о том, где достать марафет, например, и как выстоять очередь за пивом. Я считаю, что это катастрофические вещи.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо. Тогда, если можно, расскажите, эта история, наверное, ваша, потому что вы по Псковской области у нас большой специалист и по жизни духа. История, в общем, достаточно уже старая, но, тем не менее. Может быть, кто-то еще не слышал об этом, что провозгласила местная епархия Русской Православной Церкви псковская анафему журналисту газеты «Псковский рубеж» Олегу Дементьеву за то, что он написал о монастыре псковском. Пока она не вступила, что называется, в силу, оказывается, что Олег Дементьев, судя по всему, не принадлежит православной церкви, она вообще там, как бы, анафема ему совершенно ничем не угрожает таким, тягостным. Но, тем не менее, что это за удивительная история?

А.ПРОХАНОВ: Она омерзительна. Я на стороне епархии, или митрополии, вернее, а не на стороне этого журналиста. Монастырь, о котором идет речь, Спасо-Елизаровский монастырь – это общерусская святыня. Потому что в этом монастыре подвязался знаменитый старец Фелофей, провозгласивший эту первую доктрину «Москва – Третий Рим». И этот монастырь – он не просто псковский, это место, откуда просияло эта великое русское православное мировоззрение, это раз.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но в данный момент это женский монастырь, если я правильно понимаю.

А.ПРОХАНОВ: Потом, когда молодой человек (НЕРАЗБОРЧИВО) Псков, этот монастырь представлял из себя даже не руины, это была такая пустыня, место осквернения. Он находится на пустынном тракте в сторону Гдова, среди лесов, недалеко от псковского озера, кругом пустоши, на которых уже нет давно ни скота, не растет ни злак, не колосится пшеница. И в этот монастырь пришла удивительная женщина. Она сама в миру была филологом, учителем, она стала в монашестве Елизаветой, матушкой Елизаветой, и стала настоятельницей, игуменьей этого монастыря.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну и насколько я понимаю, журналист обвиняет ее в тиранстве, деспотизме, в коррупции, Бог знает в чем.

А.ПРОХАНОВ: Нет, не в этом дело, не в этом дело. А дело в том, когда она пришла, самый высокий дивный храм Псковской губернии, который был в этом монастыре, он падал, он должен был развалиться и уже нельзя было восстановить. Она спасла храм, она создала удивительный белоснежный божественный храм. На территории монастыря, когда она пришла туда, действовал пивной и водочный магазин, мерзкое заведение, где торговали водкой и спаивали там русских людей. И на ту территорию приходили пьяницы, бомжи, хулиганы, оскверняя это место. Значит, была долгожданная многолетняя распря монастыря с владельцами этого пивного мерзкого заведения. Наконец, она с приходом нового губернатора Турчака, она кончилась победой монастыря. Матушка Елизавета – тончайший философ, тончайший изысканный историк.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но и при этом хороший организатор, судя по тому, что вы говорите.

А.ПРОХАНОВ: Она прекрасный организатор, ей жертвуют большие деньги. Она создает там, действительно, не просто псковскую обитель, а такую, общерусскую святыню. И ударить по этой святыне – это задача всех тех, кто уничтожает Россию как цивилизацию.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть он просто, в данном случае журналист выступил оружием врагов России?

А.ПРОХАНОВ: Нет, ну, он сам враг России. Ну как он мог об этом монастыре сказать, что это...

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну а там не может быть никаких, действительно, историй, нарушений, там, я не знаю, каких-то там...

А.ПРОХАНОВ: Нет, он сказал, что монахини занимаются проституцией, что зачастую там идет сводничество, что туда приезжают, там, новые русские, чтобы насладиться вот этим пороком и грехом – так он намекал на это в своих статьях, так об этом пишут интернет и псковские друзья. И это все епархия терпела очень долго, это же не то, что мгновенный результат.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но тогда скажите мне: а как с такими вот клеветническими, как вы говорите, вещами нужно поступать? Ну, анафема – это же не серьезно, тем более, если для человека, скажем, нет ничего святого вообще. Как нужно поступать?

А.ПРОХАНОВ: Конечно, для нерелигиозного человека, к числу которых я не принадлежу, анафема – это несерьезно. А, скажем, запугать какие-нибудь нечистые силы – это серьезно, потому что нерелигиозный, неправославный человек...

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, а в суд подать, я не знаю, обычные-то какие-то есть?

А.ПРОХАНОВ: Они выиграли, монастырь выиграл в суде свой иск, суд встал на сторону монастыря. Я, правда, не знаю: вряд ли матушка Елизавета с этого типа станет требовать возмещения материальное. Достаточно было осуждения его. Светское осуждение произошло, суд признал правоту и клеветнический характер этих наветов, духовный такой удар ему нанесен. Потом я не знаю, может, он и православный человек. У православия сегодняшнего, особенно у такого отдаленного от центров больших, нет такого мощного инструментария как власть, властные светские технологии.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я почему просто говорю, что нужно делать? Потому что, в общем, та же самая история с журналистом, который написал не то, произошла совершенно в другом месте и совершенно по другому поводу. И решилось это очень просто: журналист Интерфакса был выслан с Саяно-Шушенской ГЭС.

А.ПРОХАНОВ: Вы знаете, были такие журналисты, они работали в газете «День» - я тогда был главным редактором. Их просто расстреляли, нашу газету в 1993 году, разгромили и все. Если ты – журналист, если ты идешь в атаку, ты должен знать, что тебя могут убить, могут посадить, могут предать анафеме и ты выбирай свою долю. Вообще, защищать журналистов - это самое последнее дело для журналиста же. Потому что когда Грозный сдавали перед хасавюртовским миром, журналюги, которые обслуживали либералов и гвоздили в спину русской армии, они пали в окружении. Их вытаскивали солдатики, которых они, по существу, мочили – там погибло 7 или 8 солдат, но спасли журналистов. Я бы, например, Масюк не стал бы вытаскивать из ямы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так, на этом нам придется закончить.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что если меня слушают псковские братья и сестры, я им кланяюсь низко, благодарю за их подвиг духовный.

О.ЖУРАВЛЕВА: Нам на SMS сообщают «Все хорошо, не беспокойтесь, власть о вас думает, беспокоится и заботится. Радуйтесь жизни». Александр Проханов был в программе «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлева, Всем спасибо, всего доброго.