Виктор Шендерович - Особое мнение - 2009-07-23

О. ЖУРАВЛЁВА: Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Ольга Журавлёва. Мой гость сегодня Виктор Шендерович.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Добрый вечер.

О. ЖУРАВЛЁВА: Я напомню, что вы можете присылать свои вопросы по телефону +7-985-970-45-45. А пока начнём с тех вопросов, которые жизнь нам подсказывает. Сегодня появилось несколько позиций, было заявлено несколько стран, объявилось уже не Грузия, Абхазия и Белоруссия и Россия, а все эти четыре страны объединились в один скандал.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Склубились.

О. ЖУРАВЛЁВА: Да. Склубились. Дело в том, что Белоруссия приняла решение рекомендовать своим гражданам, если и посещать курорты Абхазии, то как положено, через Грузию. Потому что происходят проблемы, люди пересекают границу по понятиям грузинской стороны, незаконно. С российской стороны это законно, а с грузинской не законно. Последовали заявления, абхазская сторона сожалеет о рекомендациях со стороны МИД Белоруссии, зам. министра иностранных дел Абхазии говорит об этом. Появилось следующее сообщения, Григорий Карасин говорит, что Россия никого не просит любой ценой признавать Южную Осетию и Абхазию, главное, что мы это сделали сами. Тут тоже есть некоторая позиция. Но, тем не менее, Белоруссия нас бросила и обидела, предала?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Белоруссия нас кинула просто! Причём, я бы сказал, по понятиям. Никакого другого способа отношения у нас нет. У нас с Белоруссией – «по понятиям». И цена на газ по понятиям, растёт или падает, и отношения… То у нас единое государство и взасос целуемся, то вдруг чуть ли ни уже батька поворачивается на Запад и говорит…

О. ЖУРАВЛЁВА: А что произошло, как Вам кажется?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Дело политологов разбираться в подробностях, приближать микроскопчик, понять, что произошло конкретно в этом случае. Но только надо констатировать, что - это довольно забавно, что Белоруссия поступила в соответствии с международным правом. Потому что никакой суверенной Абхазии нет.

О. ЖУРАВЛЁВА: И даже с точки зрения Белоруссии, которая официально не признавала эту страну.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да. Дальше наступают те самые овраги, по которым ходить. Когда нужно было сбить цену на газок - ну, признали... Дальше начинаются овраги реальные, не на бумажке. Вот приезжает человек, его, естественно, арестовывают, задерживают. Он перешёл границу. Почему, если вы нелегально пересечёте границу с Польшей, вас задержат, а тут нет? Ну, задержали. Ложиться костьми за наши имперские галлюцинации Белоруссия не будет, ей это даром не нужно. Газ ей подешевле нужно, а ложиться костьми – нет. Дальше вопросы практические - какие есть рычаги у России и до какой степени… судя по заявлению Карасина, особенных нет, мы ни на чём не настаиваем.

О. ЖУРАВЛЁВА: А может быть, наоборот, это какой-то тонкий ход, более мягкий?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да нет! Были бы рычаги, был бы не мягкий. Вы же наших знаете ребят! Могли бы сломать об колено, сломали бы об колено, как ломаем во всех случаев. Нечем ломать, коленка мягкая, ручки слабенькие. Я не говорю, что - надо. И не надо, разумеется… Мы сами загнали в эту двусмысленную ситуацию этой пирровой победой. Теперь на каждом повороте будем глотать некоторый позор. Ну, не самый большой, у нас был и побольше. Это не самый большой позор.

О. ЖУРАВЛЁВА: Тогда ещё одна, как нам казалось, дружественная страна и ещё одна новость, которая сегодня тоже многих покоробила. Во всяком случае, обратила на себя внимание. Решение президента Таджикистана Эмомали Рахмонова об ограничении русского языка. Как комментируют некоторые люди, в том числе и председатель комитета ГД по делам содружества независимых государств и связям с соотечественниками Алексей Островский говорит, что это ошибочное решение для таджикского народа.

Мотивирует это тем, что приезжают потом в Россию из того же Таджикистана люди, и уж лучше бы они говорили по-русски.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Что правда.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но статус русского языка, как языка межнационального общения, снят.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Тут надо разделять две смысловые вещи. В двух разных коробочках они должны лежать. Господин Рахмонов и его соответствие интересам таджикского народа – это отдельная песня, не нам её обсуждать. Он политик вполне циничный и из наших, чего мы будем к этому возвращаться. Констатировать можно с печалью, что вообще нас никто не любит, как Паниковского.

О. ЖУРАВЛЁВА: Боже мой!

В. ШЕНДЕРОВИЧ: «Меня никто не любит». Только Остап Паниковскому советовал обратиться в Лигу сексуальных реформ, ему бы там могли помочь. Нам - не знаю, кто поможет. Нас не любят. И мы сделали всё для того, чтобы нас не любили.

О. ЖУРАВЛЁВА: А как в политике любит – не любит?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нас – Россию. Нет, любовь вообще понятие не для политики. Но статус языка… Язык был нашим огромным козырем. И есть. Это действительно язык межнационального общения. Кто бы там ни был в Кремле. Этим козырем мы могли бы - если бы мы не размахивали ракетами, нефтепроводами и просто не хамили бы всем, не напоминали, что они никто, а мы всё, а использовали бы этот мягкий язык... Знаменитая история. Когда мы первый раз в 2005 или в 2006 году всерьёз поссорились с Грузией, то первым делом мы закрыли русские школы в военном Закавказье. Наказали Грузию. Ну, грузины начали учить английский, условно говоря. Язык – это потенциально то, что могло склеить эту империю. На месте империи, которая держалась на танках и всём остальном, могло возникнуть свободное пространство, которое естественным путём склеивалось бы, привычным для всех за семьдесят лет языком общения. Да не засемьдесят, естественно, раньше. Огромный путь Российской Империи. Этот язык мог остаться. Мы сами перешли на другой язык общения. Мы перешли на циничный язык. Мы - цинично, вся наша политика определяется газом и оружием и возможностью давления. Ну и с нами так же. Поэтому разговор не про Рахмонова, а про то, что вообще мы остались в одиночестве. Болгарии нет! Болгария в проекте Набукко. Всё! Мы 10 лет последних кричали о том, что мы большие, великие и встаём с колен. Встали с колен. Уж не знаю, как мы встали и на чём мы сейчас стоим, но вокруг пустота. У нас нет друзей во внешней политике. Лошадь, кошка и свинья – вот и вся его семья. Хамас, Ортега, кто ещё? Кто наш партнёр?

О. ЖУРАВЛЁВА: Там тоже не всё просто.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: После первого транша закроется и эта дружба, потому что так не дружат.

О. ЖУРАВЛЁВА: Анна, врач из Тбилиси, пишет на прекрасном русском языке. Её интересует комментарий к визиту г-на Байдена на Украину и Грузию. Но тут есть более значимый вопрос. «У нас в Грузии упорно ходят слухи о новой войне с Россией. Насколько это возможно сейчас, после визита Обамы в Москву?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я не из Генштаба, про войну ничего не скажу. Но то, что от нас ждут войны… я месяц назад был в Грузии и я приехал с этим вопросом в ушах – что будет там? Шестого июля ждали. «Будет война?» От нас ждут войны. Это очень важный психологический момент, вне зависимости от планов Генштаба.

О. ЖУРАВЛЁВА: Или перекрывания вентиля.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да. От нас ждут мерзости. Это к вопросу о статусе русского языка. От нас ждут мерзости, и это само по себе ужасно симптоматично.

О. ЖУРАВЛЁВА: Александра предполагает: «Онищенко мясо вчера не пустил. Вот что произошло».

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Какое мясо?

О. ЖУРАВЛЁВА: Ну, какое-нибудь мясо не пустил, и сразу пошла реакция.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, Онищенко – это понятно, это наша лакмусовая бумажка кремлёвская.

О. ЖУРАВЛЁВА: Тогда я Вас предупреждаю, что последние заявления Онищенко очень сильно касались Испании. С Испанией мы не будем воевать? Говорят, что это самая опасная страна по словам Онищенко, по поводу гриппа. Ужасная, туда не надо ездить.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вы знаете, в гробу Онищенко видел этот грипп и всё остальное. В то время, как он воевал с «Боржоми», у нас коровья туша на Кунцевский рынок приехала с сибирской язвой, как Вы помните. Поэтому забота о нашем здоровье – это последнее беспокойство г-на Онищенко.

О. ЖУРАВЛЁВА: Тогда возникает вопрос, что у нас с Испанией?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Не знаю. Будем ждать. Пока безоблачное небо над всей Испанией. Посмотрим.

О. ЖУРАВЛЁВА: Боже мой! Это меня пугает. Я-то думала, что он искренний человек, а Вы меня так разочаровали.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вы спросили сейчас как Воланд: «Что, в Москве есть воры?» Он тоже раньше не знал.

О. ЖУРАВЛЁВА: Педагог музыки, как представляется Нина Яковлевна из Челябинска, интересуется: «Как Вы относитесь к новому предмету в школе под названием "Духовно-нравственное воспитание"? И кто будет духовно-нравственно воспитывать?». Волнуется Нина Яковлевна.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Не только она волнуется, это главный вопрос. Это заседание в Барвихе под председательством Медведева, где, вроде, решены довольно правильные вещи, «ученики и их родители должны самостоятельно выбирать предмет обучения». Это могут быть «основы православной культуры, либо основы культуры мусульманской, иудаизма, буддизма». Как, на каком уровне, точка отсчёта самостоятельности? Ученик, класс, район, республика. Как будет? Вот - тридцать учеников.

О. ЖУРАВЛЁВА: Два сказали, что хотят изучать ислам.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Условно говоря. А этот вообще на дубовый пенёк богу Перуну хочет молиться.

О. ЖУРАВЛЁВА: Тогда для него светская этика.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Правильно. Значит, педагог входит в класс, он что делает? Важный вопрос – на каком уровне, какая единица измерения принятия этого самостоятельного решения. Второй вопрос – что будут преподавать детям под видом основ религиозной культуры светские педагоги. Откуда взять этих светских педагогов? Вот тут специалисты Минобразования посчитали, нужно 44 тысячи педагогов. Откуда взять? Как обучить? Кто будет учить? Чему будет учить? Где учебники? Нет учебников. Если в случае с религиозной культурой есть разные учебники… и тоже вопросик, когда человек проходит основы православной культуры. Потому что в православии есть последователи отца Меня, а есть чистое мракобесие. Тоже важная подробность. То есть, слово «православие» не снимет вопроса: что преподаётся?

О. ЖУРАВЛЁВА: И что будут преподавать протестантам в таком случае?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Что будут протестантам преподавать? Кто будет решать, что преподавать? Откуда взять педагогов? Миллионы нужны на переподготовку. Откуда? Есть серьёзные опасения, что в итоге помучаются, помучаются, да и кинут эту долгожданную кость РПЦ. Есть и такая версия.

О. ЖУРАВЛЁВА: То есть, всё-таки, закон божий в конце-концов?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да. Чтобы уже как-то в одни руки. Ещё раз говорю. Читаешь – всё гладко и хорошо, всё замечательно...

О. ЖУРАВЛЁВА: Да по-моему, ничего хорошего. Если в классе будет три мусульманина, четыре иудея.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Каким образом… Важна для меня точка. Это никто не конкретизировал. Медведев о таких мелочах говорить не стал. А собственно, этим определяется содержание произошедшего. Кто будет определять?

О.ЖУРАВЛЕВА: Давайте попробуем предположить, зачем это нужно вообще?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Когда Вы спрашиваете для чего это нужно, я спрашиваю: кому? Чтобы понять Ваш вопрос.

О. ЖУРАВЛЁВА: Людям, которые дают отмашку. Медведеву и его друзьям.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Люди, которые дают отмашку, они… Не знаю, с какой степенью искренности, но они имитируют бурную деятельность. Они что-то производят из себя. А вот зачем это нужно - нам? С моей точки зрения – даром не нужно. С моей точки зрения нужно ввести в школах основы религиозной культуры.

О. ЖУРАВЛЁВА: Той самой светской этики, чтобы не ходить с голым животом в церковь, например.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Именно! Это всё входит в основы культуры религиозной. Атеизм тоже бывает разный, как и православие. Есть атеизм академика Гинзбурга, а есть атеизм тех, кто колокола срывал в 1918 году. Это разный атеизм, согласитесь. Нужны нормальные основы религиозной культуры, нужно основы этики давать. Они, действительно (об этом говорится, это не новость) они более-менее - общие. Если говорить о вершинах этики, и мусульманской, и христианской, и светской. Они довольно общие. Этим надо заниматься.

А то, что происходит сейчас – это делёжка очередных сфер влияния.

О. ЖУРАВЛЁВА: И в той же сфере вопрос Романа из Москвы, который интересуется: «Как Вы относитесь к тому, что власти вдруг озаботились религиозной составляющей жизни солдат? Как Вы считаете, этим ли стоит заниматься властям, учитывая, что в наше мирное время потери в армии ежегодно составляют 900-1000 человек? С уважением, потенциально будущий призывник». Романа волнует не умозрительно.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я думаю, что капеллан – это последнее, что ему грозит в рядах нашей армии.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но вообще, если по-хорошему, если от Швейка отвлечься.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Не дело, если не отшучиваться, то конечно это ерунда всё! Просто ерунда. Есть у каждого молельная комната, по образцу... Не надо выдумывать велосипеда опять, очередной раз. Не нужно делить и это пространство тоже, - хотя оно уже поделено явочным порядком. Я уже писал это в Интернет-ресурсе «Ежедневный журнал». Объявление в Генпрокуратуре. «В домовую церковь Генпрокуратуры доставлены мироточащая икона «Умягчение злых сердец», посещение с 18 до 19». Это объявление в Генпрокуратуре - реальное, я бы так не выдумал. Я думаю, что Лахтина с Шохиным, по дороге в Хамовники, под конвоем… будут пытаться умягчать с утра, вместо завтрака. Но шутки шутками, но умягчение сердец должно происходить таким образом, что отдадут под суд Лахтина с Шохиным. Вот и произойдёт умягчение сердец. И Каримова. Тех, кто допускал страшные злоупотребления. Их отдадут под суд и произойдёт умягчение сердец. Довольно быстро. Без Христа, без Будды, без Аллаха, само наступит. А по поводу этой домовой церкви Генпрокуратуры - это любопытно. Там есть домовая мечеть, домовый буддистских храм, домовая синагога? Мне интересно, как они решили этот вопрос? Никакого отделения церкви от государства явочным порядком не существует.

О. ЖУРАВЛЁВА: Как раз насчёт мечети не так давно Медведев собирался, встречался с мусульманами, посещал соборную мечеть в Москве, говорил, что надо строить.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я спрашиваю: в Генпрокуратуре есть домовая мечеть?

О. ЖУРАВЛЁВА: Прокуратура принадлежит к православной церкви, по-видимому.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А Наркоконтроль мы отдадим буддистам! С коноплей. Поделить Министерство между конфессиями! К этому и идёт, видать.

О. ЖУРАВЛЁВА: Тут пишут: «А если ученик член секты, которая поклоняется газовой колонке у себя на кухне?» Ну, для него тоже нужно что-то такое.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Учителя по газовой колонке нет... Давайте разделим интересы. Руководство и те, кто были у Медведева с разных религий - они делят сферы влияния, которые естественным порядком уходят в финансовые потоки. Их интерес понятен. Кто будет осваивать финансирование? Вот что-то под это дадут, да? Кто будет уловлять сердца? Вот Козлевича ксендзы охмуряли - кто будет охмурять этих маленьких, которых приведут в классы? Кто их будет охмурять? Поп, раввин, протестантский священник, кто их будет охмурять? У них - этот интерес. У меня этого интереса нет. У нас интерес попроще. У нас - как бы сделать так, чтобы маленьких не обижали дети, знали, что воровать нельзя, убивать нельзя, лгать нельзя.

О. ЖУРАВЛЁВА: И что чужая религия ничем тебе не угрожает.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да, чужая религия… Ничего плохого, если другой национальности, религии, то это не страшно… что он «другой» всего лишь. Вот этому надо обучать. Социальную антропологию надо вводить класса с четвёртого главным предметом. Изучать человечество - какое оно есть, из чего состоит. Оно состоит из чужих. Человечество состоит - из чужих. Кругом каждого из нас - чужие. И кругом их чужие. И мы чужие для кого-то. Вот этим надо заниматься. А дальше человек, дай ему бог, он прочтёт и про Христа, и про Магомета, и в каждой истории что-то для себя найдёт. Уверяю вас.

О. ЖУРАВЛЁВА: Возвращаясь к теме армии, ещё одна громкая история. В Сочи продолжается скандал, связанный с обвинением офицеров гарнизонов и частей Северо-Кавказского военного округа в самовольном оставлении места службы. Двенадцать офицеров, обвиняемых в дезертирстве, заявили, что должны были уволить в запас несколько лет назад по состоянию здоровья после окончания срока контракта. Но так как у начальства для них нет жилья, их вынуждены держать на службе, придумывая для них абсурдные занятия. Они перестали ходить на службу и стали дезертирами. Один из них объявил голодовку.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Через какое-то время после начала голодовки нашлась квартира для его семьи в Ростове-на-Дону, но дело не закрыли. Его семья получит квартиру, а он лет 10 тюрьмы… Может получить. Это принцип домино, когда начинается с такого пофигизма и цинизма, а дальше они начинают друг на друга падать, эти доминошки. Классический случай. Не могут решить частную проблему одну, и всё это заканчивается такой коллизией. Дезертир, группа дезертиров... Отечество в опасности.

О. ЖУРАВЛЁВА: Да, был бы у них батюшка, может быть, всё успокоилось, они бы жили в палатках и были бы всем довольны. Пишет Петрович нам. Вы всегда очень аккумулируете чувство юмора и остроумие наших слушателей. Он пишет: «Прав был Войнович, всё кончится отцом Звездонием, все будем звездиться, вне зависимости от религиозной принадлежности». Ну, кому как повезёт.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, отец Звездоний уже здесь. Он давно с нами. Мы рождены, чтобы не только Кафку, но и Войновича сделать былью.

О. ЖУРАВЛЁВА: Тогда давайте ещё несколько слов по поводу последних событий. Может быть смешно, я просто закину удочку на следующую часть. Наш слушатель пишет, необычный подход, Сергей Лобанов из Питера: «Исключение Спортивного Покера из реестра видов спорта вызвало волну негодования в Интернете. Активная молодежь уже договорилась ВЫБОРОВ! Грозятся голосовать против Власти! Устроить флеш-мобы. Некоторые собираются сваливать из страны. Жуть. Зарождается гражданское общество?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Флеш – это термин оттуда. Что касается гражданского общества на основе покера, то, пользуясь их терминами, я думаю, это блеф.

О. ЖУРАВЛЁВА: Ну хорошо, может быть, это и блеф, но активность защитников покера очень высока, до официальных буквально лиц. Есть и другие темы. И, к сожалению, не все такие игровые. Мы их обсудим в следующей части программы «Особое мнение». У нас в студии Виктор Шендерович.

НОВОСТИ

О. ЖУРАВЛЁВА: И снова здравствуйте. Это программа «Особое мнение», вторая её часть. У нас в студии Виктор Шендерович. Вы не забываете нам писать на +7-985-970-45-45. А мы продолжаем. Обращу Ваше внимание на ещё одну вещь, которая многих наших слушателей встревожила и заинтересовала. В Москве считают незаконным независимое расследование ООН убийство Эстемировой. Проведение экспертами Совета ООН по правам человека (СПЧ) собственного независимого расследования убийства правозащитницы Натальи Эстемировой невозможно, поскольку это противоречит российскому законодательству, говорится в распространенном в среду комментарии МИД РФ по поводу совместного заявления спецдокладчиков СПЧ.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вот ведь, да? Смешно. Проговариваемся на каждом шагу, вот это нервная реакция. Во-первых, они не предлагали собственного расследования (они отдельно распространили заявление) - они предлагали свою помощь в поисках убийств Эстемировой.

О. ЖУРАВЛЁВА: Какие-то гражданские ходят….

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Какие-то неподконтрольные, которые что-то помогают расследовать. Если задача стоит найти убийц, люди хотят помочь, ничего не просят взамен, говорят: «Мы поможем». «Нет, не надо! Не ходите к нам!» Нервное в интонации МИДа. «Это противоречит нашим законам!» Целеполагание другое. Медведев же сказал, что Кадыров не виноват. Это ж сразу ясно. А то придут, будут искать…

О. ЖУРАВЛЁВА: Он сказал о версиях, которые для власти неприемлемы.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Что значит – неприемлемая версия для власти?

О. ЖУРАВЛЁВА: А то Вы не знаете!

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Не я же юрист! Он юрист. Мне-то можно. Ему нельзя. Я, частный человек, могу морозить всё, что хочу.

О. ЖУРАВЛЁВА: Но всё-таки, поаккуратней.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А юрист на должности президента страны как-то должен фильтровать немножечко... Когда человек говорит, что эта версия для власти неприемлема, - хорошо, будем искать в другом месте! под фонарём, где светлее. Вот - бытовая версия была. Вот эта нервная реакция на предложение помочь в поисках убийц, она очень характерна. В СМИ вопросы задаются. Я даже выписал. «Никто не может дать ответа на вопрос о том, как преступники смогли беспрепятственно проехать через многочисленные пропускные пункты на территории Чечни и попасть в соседний регион» - я цитирую. «Никто не может…» Многие могут дать ответ, для местных он просто очевиден. «Окно» на чечено-ингушской границе контролируют чеченские силовики. И конкретно делимхановские люди. Известная фамилия, знакомая? Адама Делимханова, близкого соратника Рамзана Кадырова, исполнителя многих его желаний. Эти люди контролируют «окно». Поэтому въехать из Чечни в Ингушетию и обратно можно беспрепятственно, только принадлежа каким-то образом к этим людям.

О. ЖУРАВЛЁВА: Может хорошие люди.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Некоторые из этих хороших людей прихватили с собой Наталью Эстемирову и пятью выстрелами её убили, сковав наручниками - видимо, в рамках бытовой версии. Кстати говоря, характерный момент. Кадыров первым делом заявил, что его хотели дискредитировать…

О. ЖУРАВЛЁВА: Это его дискредитирует.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Если бы те, кто убивал, хотели бы дискредитировать Кадырова, они бы, наверное, как минимум, на территории Чечни оставили тело Натальи Эстемировой, а не вывозили его. Тут надо заметить, что её похищение могло бы пройти совершенно бесследно, если бы не встревожился сам «Мемориал». Дело в том, что именно этот день у Натальи Эстемировой был расписан по минутам, было несколько встреч. И когда она не пришла на первую из них, то они подняли тревогу. И удалось найти свидетелей. Многие люди видели, как похищали. Никто не обратился в правоохранительные органы. Среди бела дня это всё происходило, как вы понимаете. Светло было. Никто не обратился - потому, что знали, кто похищает! Это к вопросу о том, кто кого хотел дискредитировать. Если очень захотеть, то можно искать «под фонарём». В этом смысле - заканчивая тему, - появление представителей СПЧ ООН… Зачем нам это нужно? Конечно, нам помешает.

О. ЖУРАВЛЁВА: Надо добавить, что есть ещё совсем недавнее событие. Найден убитым правозащитник Андрей Кулагин. Наш слушатель и зритель пишет, что буквально только что узнал об этом убийстве. И спрашивает: «Скажите, каково быть журналистом в таком государстве?» Здесь речь идёт о правозащитниках. Журналисты тоже попадают в этот список. Ну вот таково.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вот таково. А главное, что это уже быт, вы обратили внимание…

О. ЖУРАВЛЁВА: Ну, когда Вы говорите, что люди видят похищение и не обращают внимание, люди сидят дома, у них под окном насилуют девочку, они тоже не обращают внимание. Без политики.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Какое-то обратит. Один не обратит, второй обратит. А когда десятки людей видели это и никто… видели, кто её запихивает в машину. Видели, кто это был! И все молчат. А это другая немножко история. Это история, свидетельствующая об атмосфере в Грозном, в этой богоспасаемой столице. Об атмосфере чудовищного средневекового страха.

О. ЖУРАВЛЁВА: Ещё одна история, которую Вас просят прокомментировать. Сергей Большаков из Санкт-Петербурга пишет об истории с судебным иском против декана журфака Санкт-Петербургского университета Марины Шишкиной. «Руководством ВУЗа инициирован судебный иск. Администрация учебного заведения считает, что Шишкина посягнула на честь и достоинство СПбГУ, раскритиковав порядки, установившиеся в университете при новом ректоре Николая Кропачеве».

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это интересная вещь – понятие «деловая репутация». Если я говорю, что ты украл, а ты не крал, то ты подаёшь в суд, это понятно. Есть вещи, которые доказываются или не доказываются. В одном случае садится один, в другом случае – другой, который его оклеветал. Тут понятна логика. Цитаты из декана факультета журналистики Марины Шишкиной: «Главным стратегическим принципом нового управления стал принцип наведения порядка, который по сути вылился в сведение счётов. Профессиональный уровень менеджмента университета снизился». Это мнение. С этим можно соглашаться или не соглашаться - в рамках сколь угодно острой дискуссии. Когда люди - человек в данном случае, ректор Кропачев, защищает свою репутацию, это довольно забавно, потому что репутация, она такая, как есть, у людей. У одного она одна, у другого другая. Она есть и у Кропачева. Я просто напомню, фигура уже выходит в первый ряд помаленечку.

О. ЖУРАВЛЁВА: Мы его даже по телевидению могли видеть, когда Дмитрий Медведев посещал это учебное заведение и с ним общался.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Именно! Потому что это его Альма Матер. А Кропачев просто был в числе педагогов. Но, помимо того, что он обучил нашего президента (который теперь говорит, что версия не приемлема для следствия), он несколько раз засвечивался. Я с его именем познакомился, когда он выступил в числе прочих двух подписантов-профессоров петербургских с требованием привлечь меня к уголовной ответственности за программу «Куклы», «Крошка Цахес»… он вступился за Путина. Потом Владимир Владимирович оценил этот порыв холуйский, он вместе с Вербицкий стал этим ещё… как это у них называется? Доверенным лицом. Вообще, у него богатая биография. Кроме того, что был учителем Медведева, он успел побывать деловым партнёром главы ОПГ Кумарина-Барсукова. По крайней мере, об этом единодушно пишут СМИ, Вот такая насыщенная биография. Он и Путина защищает, и с Кумариным-Барсуковым…

О. ЖУРАВЛЁВА: Может быть, он при этом прекрасный организатор и педагог.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Прекрасный организатор! Судя по многолетней карьере Кумарина-Барсукова, которого он, как утверждают СМИ, курировал в юридической области, - он замечательный организатор. Это я всё к вопросу о репутации. У человека складывается репутация. Изменить её можно только изменением стиля жизни. В суде такого рода репутации не отмываются. Это тот самый «чёрный кобель», которого добела не отмоешь. Это глуповатая, как мне кажется, тема. Ему бы про репутацию как-то не возникать.

О. ЖУРАВЛЁВА: Речь идёт о репутации ВУЗа в целом.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А репутация ВУЗа в целом… он её… Место красит человека, и человек красит место. Они окрашиваются в один цвет. ВУЗ - бывший Ждановский, уже хотели про это забыть, но потом вспомнили, что он имени Жданова в прошлом. Постепенно у него появляется такая репутация, когда им руководят г-жа Вербицкая и г-н Кропачев, когда такой стиль управления, что на собственного декана, вместо дискуссии, сколь угодно острой внутри ВУЗа, подаётся в суд. Вот тебе и репутация! Она оказывается заслуженной. Именно потому, что они подали в суд, вместо того, чтобы нормально разговаривать и общаться.

О. ЖУРАВЛЁВА: Ещё один комментарий, если возможно. Пишет нам Владимир Григорьевич: «Касьянов, на основании его разговора с Путиным, рассказал о причинах политического преследования Ходорковского. И направил свои показания по делу Юкоса в Страсбургский суд. Как Вы думаете, что его ожидает?»

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Кого?

О. ЖУРАВЛЁВА: Касьянова.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Касьянов уже дождался. Гораздо раньше. Нет, это мы примерно всё представляли. То, что это прозвучало… Ну, прозвучало. Мы же всё это понимали. «Это ошибка думать, что домработницы слепые», - говорила булгаковская Маргарита. «Они всё видят».

О. ЖУРАВЛЁВА: Ну, я не знаю, чью репутацию Вы сейчас пытались уколоть или кого обелить.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Исключительно процитировал.

О. ЖУРАВЛЁВА: Давайте финал апофеоз. Оказывается, россияне в последнее время стали чуть меньше одобрять деятельность премьер-министра Путина и чуть выше оценивать работу президента Медведева. Как Вы думаете, деятельность президента России одобряет 72% опрошенных, а деятельность премьер-министра – 78%. Как Вы думаете, какие перспективы?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Под каким микроскопом эту динамику разглядели? Ой, мама родная… Ну что это комментировать? Я этот дежурный пендель исполняю каждую неделю. Ну вот, на этой неделе наш Старик Хоттабыч ещё один волосок выдернул из бороды, спас футбольный клуб «Томь». Об этом торжественно сообщили.

О. ЖУРАВЛЁВА: Предварительно обидев покер.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Конечно. Нет, нет, нет. Ни о каких рейтингах всерьёз говорить нельзя. Рейтинг появляется в присутствии свободной прессы и политической конкуренции. Тогда это рейтинг реальный. Тут понизился, тут повысился.

О. ЖУРАВЛЁВА: А это что, просто узнавание?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Конечно. Это мелькание. Нет, лучше у социологов спросить. Сложные процессы происходят, но не будем называть это странное произведение - рейтингом.

О. ЖУРАВЛЁВА: Спасибо большое. В программе «Особое мнение» сегодня был Виктор Шендерович. Меня зовут Ольга Журавлёва. Все спасибо. Всего доброго.