Виктор Шендерович - Особое мнение - 2009-04-16

А. САМСОНОВА: 17:08, в эфире программа «Особое мнение». Меня зовут Тоня Самсонова и со мной сегодня в студии писатель и журналист Виктор Шендерович. Здравствуйте, Виктор.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Добрый вечер.

А. САМСОНОВА: Как Ваше настроение?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вкрадчивый вопрос… Должно испортится в ближайшие минуты?

А. САМСОНОВА: Нет, почему? Вы просто читали новости перед эфиром.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да, новости – это вообще такой жанр: от него настроение не улучшается.

А. САМСОНОВА: Всё не так грустно, как Вам кажется. Мне так кажется. С нуля часов сегодняшнего дня в Чечне отменён режим контртеррористической операции. КТО – эта загадочная аббревиатура сегодня целый день звучит в эфирах информационных каналов. И только что мы с Вами услышали кусочек из речи Рамзана Кадырова, который сказал, что «каждый россиянин будет гордиться этим». Виктор, Вы же один из россиян.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Рамзан Ахматович имел в виду, видимо, не меня.

А. САМСОНОВА: Нет? Вы не каждый?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет. Понимаете, какая штука… Я, между прочим, совсем не против отмены КТО. Не было ни одного эфира, когда я сидел в этой студии, чтобы в Новостях, в промежутке между двумя частями эфира, не рассказывали бы о том, что в очередной раз Россия по иску в Страсбурге выплачивает что-то похищенным, убитым... Это всё делали федеральные войска; т.е. делали это бандиты, но эти бандиты были в форме федералов. Преимущественно из-за них РФ деньгами и репутацией и отвечала. Если раньше жителям Чечни угрожали - их жизни, достоинству… - в том числе и федеральные войска, сейчас эта проблема снята. Жизни жителей Чечни и их достоинству, а также жителям соседних республик угрожали, в частности, братья Ямадаевы… Эту проблему снял, похоже, Рамзан Кадыров. Сейчас у народа одна проблема – сам Рамзан Кадыров, по моим наблюдениям. Но, как минимум, количество отморозков, которые могли убивать и похищать и унижать, несколько уменьшилось. Считать ли это победой России? Я не уверен, что это победа России; я не уверен, что есть большие основания для гордости. Я согласен именно в этом пункте с Юлией Латыниной, которая сказала, что это, скорее всего, победа Кадырова над Россией. Если посмотреть на всю ситуацию, перевернуть бинокль, и посмотреть вдаль - посмотреть, откуда мы шли к этому празднику, то следует признать, что первоначально Дудаев и Масхадов просили гораздо меньше независимости И на гораздо более скромных условиях, чем сейчас получил Рамзан Кадыров. И мы поубивали некоторое количество оппонентов, - и сегодня имеем то, что называется «режим». Режим личной власти Рамзана Кадырова. Кому-то нравится. Насколько я понимаю, довольно нравится Юлии Латыниной. Это вопрос вкуса. Мне - не нравится. Я просто констатирую, что это не субъект РФ де-факто, это - режим такой. Кому нравится – на здоровье. Мне - нет.

А. САМСОНОВА: Но всё равно Кадыров в два этапа продавил это решение, можно сказать так. Потому что он сделал заявление в середине марта и сказал: «Мы имеем достоверную информацию о том, что с 31 марта соответствующие федеральные ведомства примут нормативный акт, снимающий все ограничения в отношении Чечни, имея в виду КТО. Потом 31 марта национальный антитеррористический комитет рассматривал это, и решил, что пока преждевременно снимать КТО. Проходит полмесяца…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Уже не преждевременно.

А. САМСОНОВА: Да. Как-то за полмесяца так всё поменялось-то?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это вопрос не ко мне. Это подковёрные истории, наверное, кто-то расскажет. Наверное, кто-то это знает и через какое-то время расскажет. Это довольно любопытно, но мне кажется, что это не имеет отношения к сути вопроса. Сути вопроса о месте Чеченской республики в РФ.

А. САМСОНОВА: Теперь она стала такая же, как и все остальные.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Не уверен, что такая же, как все остальные.

А. САМСОНОВА: На бумажке так.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: На этом фоне с симпатией начинаешь относиться к самым удивительным руководителям других субъектов федерации, потому что, ещё раз повторяю, количество личных врагов Рамзана Кадырова, убитых в разных частях земного шара… я повторяю: может, это совпадение такое. Но только нам известных – десяток. Пальцы на руках кончились, дальше на ногах начинаем загибать. Количество личных врагов Рамзана Кадырова - убитых, расстрелянных, похищенных... Мне это не кажется победой России. Мне такой глава субъекта Федерации не нравится. Когда речь шла об отделении Чечни, тут есть простая логика. Отвечаю я за это как гражданин, или не отвечаю? За Уго Чавеса – это позор народа Венесуэлы, его проблемы. Ким Чен Ир – это радость или проблема корейского народа, а за это отвечаем мы как граждане Российской Федерации. Я не хочу отвечать за Рамзана Ахматовича Кадырова. Мне неловко.

А. САМСОНОВА: Смотрите, если рассматривать ситуацию между федеральным центром, Кадыровым и Чечнёй, как бизнес-переговоры, такую модель построить, то у нас был очень хороший козырь, как раз КТО, потому что этот экономический козырь – открытие международных аэропортов, таможня. Это то что мы могли бы разменивать с Чечнёй на какие-то свои уступки. Теперь у нас этого козыря нет. Какие у нас остались способы влиять на ситуацию?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Что значит «разменивать»? Понимаете, такого рода тяжёлые переговоры можно вести… вот захватили бандиты в Будёновске больницу - надо спасти заложников, поэтому мы ведёт переговоры с бандитами, с Басаевым, для того, чтобы спасти жизни заложников! Понимаю. Как-то практика обращения этой самой пресловутой вертикали (крутой-крутой) с другими субъектами Федерации… - как-то таких сложностей не было! Если республика Мари Эл что-то потребует у России, или Бурятская АО вдруг так начнёт разговаривать… я думаю, что другие механизмы есть. Если начнут исчезать личные враги… гибнуть десятками личные враги главы другого субъекта Федерации, - наверное, будет какая-то другая реакция. Здесь - как-то нет такой реакции. Поэтому мне интересно: кто тут под чьим портретом сидит? кто рулит процессом, а кто вынужден делать хорошую мину при плохой игре? И вот - у меня ощущение, что мы длительное время, положив некоторое количество десятков тысяч жизней (а там за сто тысяч за две кампании набралось)… Сотню тысяч людей на круг положив, русских, нерусских, штатское население, гражданское, военное, разное... – мы обменяли сепаратистов-политиков на отморозков. «Бандиты» - это подсудное слово, а «отморозок» - климатическое. Мы обменяли на отморозков. Мы не захотели иметь дело с полковником Советской армии, с генералом Советской армии, мы их поубивали… Это были сепаратисты, у которых были какие-то политические представления… Мы решили, что нам, РФ, выгоднее отморозок. Я не разделяю радость РФ по поводу победы отморозков.

А. САМСОНОВА: Война в Чечне закончилась раз и навсегда, и чеченские кампании закончились раз и навсегда в этот день, для нас, для России?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ничего там раз и навсегда не закончилось! Поскольку там не воцарился закон. Вы же помните скорбное лицо Кати Андреевой, которая просила убрать детей от телеэкранов, что в Грозном расстреливают людей. Ужас-ужас... Действительно, ужас. Только расстреливать людей начали уже на Ленинском проспекте. Так вот, этот гнойник жив, и я думаю, что ничего там не навсегда. Это мина замедленного действия, - которая, разумеется, рванёт через какое-то время. И мало не покажется. Но на сегодня - такой вот статус кво.

А. САМСОНОВА: 363-36-59 – это телефон прямого эфира. Свои вопросы Виктору Шендеровичу, который сегодня с вами и со мной делится своим особым мнением, вы можете присылать на смс - +7-985-970-45-45. Мы тут заговорили о вертикали, о портретах, кто под кем сидит. Вот тут наш президент Д.А. Медведев вчера встретился с представителями гражданского общества, а ещё он сходил на интервью, вернее, Муратов сходил на интервью к президенту. Он весь из себя такой прекрасный! Правда клеветнические западные журналисты говорят, что Медведев просто хочет кому-то нравиться, улучшать свой имидж.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ничего плохого в том, чтобы улучшать свой имидж и нравиться, нет. Политик должен пытаться улучшать свой имидж и нравиться. В нормальных странах политики, улучшая свой имидж и пытаясь понравиться публике, выигрывают конкуренцию у других политиков, на свободных, честных равных выборах.

А. САМСОНОВА: Медведев выигрывает конкуренцию у Путина?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вот! Вопрос же не в том, что президент пытается понравиться. Плохо для меня здесь - неочевидность правил игры. В нормальной стране политик – это человек, у которого есть своя политика, который выходит к народу со своей программой и выигрывает или не выигрывает выборы с этой программой. Он старается привлечь на свою сторону наибольшее количество населения, разных социальных групп... И мы понимаем единые правила для всех: для Саркози, Руаяль, ле Пена, кто там ещё есть? Мы понимаем, что позиции у них разные, а правила игры одни. В случае с Медведевым - это всё ёжики в тумане выплывают по этой речке. Мы не знаем, чего он хочет, Медведев, мы можем гадать. И мы не знаем, что он может. Мы тоже гадаем. В других странах с этим полегче. Мы представляем себе меру компетенции: на что имеет право президент, а на что не имеет права. В нашем случае - можем только гадать. Знак! поскольку мы все вынуждены по советско-византийской традиции ориентироваться на знаки: расположение стариков на Мавзолее… Хороший знак то, что Медведев допустил до своего тела Дмитрия Муратова и дал интервью «Новой газете» - это хороший знак. То, что он встречается с представителями гражданского общества – это хороший знак. Другое дело, что он Дмитрию Муратову не сказал ничего такого, чего бы он не мог бы сказать программе «Время». Но - некоторый знак. Мы прислушиваемся к этим знакам, и ёжик снова уплывает в туман. Что дальше? Если бы речь шла об открытой, гласной, внятной политике, тогда можно было бы говорить – этот политик хочет опереться на эти силы, другой политик опирается на другие силы. Мы по-прежнему имеем дело с Византией, в которой появился вот такой знак. Разумеется, Медведев хочет выйти в некоторое самостоятельное политическое плавание. Но мы, избравшие его президентом, не знаем, до какой степени он вообще в состоянии; какой длины там верёвочка на ноге. Мы не знаем. Мы не знаем правил, по которым он стал нашим президентом. И мы не знаем, кстати, чего он хочет по большому счёту! Потому что как политик он себя не проявлял. Мы можем только догадываться и строить предположения, основываясь на том, что ему нравится не группа «Любэ», а «Deep Purple» и пьёт он не пиво, а что-то другое… - мы можем как-то пытаться достраивать этот портрет. Но только так.

А. САМСОНОВА: Смотрите, газета «Коммерсант» сегодня собирала комментарии различных общественных деятелей по поводу этой встречи. В частности, г-жа Новодворская сказала, это не точная цитата, что негоже ходить людям, защищающим гражданские права, правозащитникам, на встречу с президентом, у которого в стране есть политические заключённые. До тех пор, пока он их держит, не к лицу с ним здороваться.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я не соглашусь здесь с Валерией Ильиничной, которую совершенно искренне уважаю. Не соглашусь потому, что это процесс, конечно, взаимный. Конечно, тут непонятно, где причины, а где следствия. Вопрос в том, - если оценивать действия правозащитников и главного редактора «Новой газеты»... - вопрос в том, зачем они это делают. Я не сомневаюсь в искренности тех, кто это делает.

А. САМСОНОВА: У меня очень простой вопрос. Вот стоит Медведев, протягивает Вам руку для пожатия. Вы протяните свою? Вы пожмёте ему руку?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я даже Путину руку пожал. Деваться некуда. Ты пришёл… Для этого есть всякая пресс-служба, чтобы как-то договариваться об этикете. Если ты пришёл, то глупо не подавать руки. Придти для того, чтобы не подать руки – это как-то очень затейливо. Разумеется…

А. САМСОНОВА: Но Вы сейчас не жалеете? Вы так сказали… Даже Путину руку пожал.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это была не лучшая секунда моей жизни. Ну, раз пришёл… Можно было не приходить, но пришёл, так пришёл. Дело же не в том! Если мы все такие тонкие и ранимые, значит не ходи. Вопрос в том, чего достигает… - чего мы, общество, достигнем этим. Если это не только будет знак, либеральный знак, что вот встретился с «Новой газетой» и представителями либеральной части общества, если это не очередная игра в доброго следователя и злого следователя, а если это действительно выход Дмитрия Анатольевича Медведева в некоторое самостоятельное политическое плавание… - дай бог! Посмотрим. Но для этого нужны некоторые поступки. Поступки в рамках, абсолютно, закона. У президента РФ по Конституции довольно большие возможности. Я думаю, что Дмитрий Анатольевич как юрист это прекрасно понимает.

А. САМСОНОВА: Тут есть другая история. Она случилось не в Москве, а в Петербурге. И тоже там представители власти ходили в СМИ. Богатейший чиновник Петербурга пообщался с телевидением. Правда, назвал он после того, как эфир закончился, зрителей быдлом и пригрозил разогнать ведущих. Кто же это был? Это был Сергей Бодрунов, он председатель комитета экономического развития промышленности, политики и торговли. И он пришёл на Пятый канал и сказал примерно следующее после эфира: «Мало ли кто вам звонит! Какое-то быдло! Подумаешь, 25 тысяч безработных! Это ничего, капля в море». А потом он очень жаловался на ведущих и говорил: «Я выйду на акционеров и встречусь с генеральным директором канала. Я всех вас… и вашей программы не будет в ближайшее время. Вы не понимаете! Я не просто глава комитета, у меня есть другие рычаги влияния. Ваши ведущие пускай готовятся отправляться на биржу. Хотя их там не устроят, никто их не возьмёт на работу».

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Замечательно! Бодрунов фамилия?

А. САМСОНОВА: Да.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вошёл в историю, молодец.

А. САМСОНОВА: Как это «вошёл в историю»? Он первый, что ли?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Вляпался! Нет, он не первый хам. Он один из немногих, кого записали на диктофон. И теперь интересно, - интересно дальнейшее. По моим таким тихим европейским представлениям, на биржу должен сегодня уже идти он. Вот сейчас, в эти минуты, он должен уже узнавать адрес биржи. Потому что по моим тихим европейским представлениям, после этого значительная часть этого «быдла», т.е. телезрителей, 25 тысяч, они должны, вот эти 25 тысяч, а лучше 250 (из солидарности), стоять возле Смольного или где там это всё? Неподалёку от г-жи Матвиенко, и спрашивать её: «Ау, Валентина Ивановна, Вы подписываетесь под тем, что говорит этот ваш председатель комитета? Вы подписываетесь? Если подписываетесь – скажите нам. Если не подписываетесь – увольте его, потому что он хам». Там есть просто юридическая составляющая. Это угроза - уголовщина абсолютная, с моей точки зрения. Политика в некоторых простых странах - примитивных, типа Дании, Швеции… вся Европа примитивная… она довольно просто устроена. Ты как политик либо разделяешь это мнение, подписываешься и несёшь ответственность. Не подписываешься – дай знать, отдели себя. Валентина Ивановна должна сегодня, с моей точки зрения, совершить какой-то поступок, политический. Отсутствие поступка тоже будет поступком.

А. САМСОНОВА: Что ж Вы всё к Валентине Ивановне?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, с ним-то о чём разговаривать? Мало ли что какой хам скажет!

А. САМСОНОВА: С ним уже бесполезно?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, зачем с ним разговаривать? Мне интересно, как дальше будет работать политическая машинка. Я знаю, как эта политическая машинка работала бы к западу от наших страниц, если не считать Белоруссию. Она работала бы так, что сегодня бы он не работал. Он бы был уже не на должности.

А. САМСОНОВА: Давайте российские реалии посмотрим, не будем мечтать о других машинках.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А почему не помечтать? Мне нравится! Я мечтатель.

А. САМСОНОВА: Но, тем не менее, с одной чаши весов у нас огромное влияние денег, человек говорит: «Я выйду на акционеров…» И правда страшная, мы сталкиваемся с этим, когда ты встречаешь на дороге человека, у которого машина круче твоей и ты понимаешь, что он богаче, то ты ничего с этим не сделаешь. И публичность такая, как, например, обладание записью диктофонной этих слов, оно что-то противостоит, или бабло против зла никак?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, нет! Как раз публичность – это одно из немногих наших оружий.

А. САМСОНОВА: Она работает до сих пор?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Да, работает. Оно работает не так, как в Дании, но работает всё равно.

А. САМСОНОВА: Всё ещё?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я думаю, что да. Не надо самим себя загонять… очень важно, какую позицию ты занимаешь. Не надо самим отступать. Есть конкретная, вот эта ситуация. Знаете, как в старом анекдоте – я понимаю, что вам не нравится советская власть, но почему вы решили начать с нашей парикмахерской? Так вот, иногда надо начинать с парикмахерской! Мы не изменим вообще… Все эти разговоры: «российский менталитет». Есть конкретный случай. Вопрос к телезрителям. Он был прав? Вы быдло или вы граждане? Если быдло – сидим тихо, пасёмся, если граждане – выходим на улицы и говорим: вот в этом конкретном случае - увольте этого конкретного хама. Или мы за вас не проголосуем!

А. САМСОНОВА: Вы говорите об оружии публичности. Но вот Вам дело Бахминой. Уж куда публичности больше! Столько тысяч подписей! К президенту напрямую обращаются!

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Мало. Девяносто восемь тысяч людей, желающих освободить беременную женщину, многодетную мать, не совершившую никаких убийств, ничего тяжкого, 98 тысяч на 140 млн. – это мало. Если бы их был 1 млн., она бы была уже на свободе. Она, видимо, будет на свободе в ближайшее время. Не до такой степени тупа власть, чтобы уж этого не сделать! Но если бы было не 98 тысяч, а 980 тысяч, то она бы была на свободе в тот же день.

А. САМСОНОВА: Вы говорите, что она, видимо, будет. Но когда Медведев отвечает в интервью «Новой газете», даже он не делает таких предположений – видимо, невидимо. Он говорит: «Я не знаю. Это непредсказуемый процесс». Судебные процессы непредсказуемые.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Если судебные процессы для Медведева непредсказуемы, значит он слишком большой теоретик, я думаю... Да нет же! Он не может сказать… Не знаю, может ли он сказать другое - или не может. Он очень осторожный - я уже говорил об этом, и не только я, все заметили… Он очень осторожно, обтекаемо высказывался. «Да» и «нет» не говорить, «чёрного» и «белого» не называть…

А. САМСОНОВА: Ну, посмотрим, как будет высказываться Виктор Шендерович после небольшого перерыва. Мы вернёмся снова в студию. Спасибо!

НОВОСТИ

А. САМСОНОВА: Добрый вечер. Мы вновь в студии. Меня зовут Тоня Самсонова. Это программа «Особое мнение». Своим особым мнением с вами сегодня делится Виктор Шендерович, журналист и писатель. Здравствуйте ещё раз, Виктор.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Ещё раз добрый вечер.

А. САМСОНОВА: Номер смс для ваших вопросов - +7-985-970-45-45. Ну что ж, мы тут обсуждали чиновника из Санкт-Петербурга. Вы говорите, что надо выходить на улицу людям. Вот смотрите, Дмитрий Медведев что на это отвечает. «По всякому случаю отказа в праве проведения мирных собраний и шествий нужно создавать правоприменительную практику, судебную практику, нужно обращаться в суд, и требовать разбора полётов, почему отказали».

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Это кто говорит?

А. САМСОНОВА: Медведев. Президент страны говорит своим людям, как бороться с чиновниками.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А кем был этот человек, когда нас дубиночками ОМОН колотил? Не помните?

А. САМСОНОВА: Я-то помню, но я не понимаю, как это такое может быть.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет! Он говорит совершенно правильные вещи!

А. САМСОНОВА: Нет, мой начальник говорит моим клиентам, как им бороться со мной. Вместо того, чтобы напрямую…

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, он говорит правильные вещи. Идите в суд! Он нас послал всего лишь в суд, мог бы и дальше. Идите и судитесь. И добивайтесь, - говорит он. Добивайтесь справедливых приговоров. Низкий ему поклон. Мы ходим сначала на митинги, потом получаем по башке, потом идём в суд…

А. САМСОНОВА: …а потом нас Медведев гладит по голове.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: А потом платим ещё тысячу рублей за нарушение законов, да? Или, допустим, кого у нас тут… Козловского Олега, который 13 дней отсидел, провёл в заключении, и получил потом 10 тысяч рублей компенсации. И сказал… предложил тому же президенту посидеть две недели в тюрьме за 10 тыс. рублей компенсации. Очень правильная идея – посылать нас в суд. Но только судьи внимательнейшим образом смотрят на реакцию, на бровь – нахмурится или не нахмурится. Такого рода заявление, может быть, каких-то судей сподвигнет... Уже пару дней назад было сообщение, что, кажется, суд признал незаконным задержание Лимонова, или что-то в этом роде…

А. САМСОНОВА: Я только Вас спрошу, судьи на чью бровь смотрят, блондина или брюнета?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Они смотрят на все четыре брови. Они вообще ориентируются. Они себе не враги. Они смотрят вокруг. Это всё к вопросу о знаках. Пока что мы, как ёжики в тумане, обмениваемся знаками. Вот правильный знак – будем расшифровывать и трактовать эти знаки... Сейчас 15 тысяч политологов будут обсуждать, что это означало: это знак такой или он просто хочет… В отсутствие законной практики, где судья… Есть страны (я их знаю), где судьи просто решают по закону. Есть законы, и они по закону решают, тупо. Совершенно неважно, что перед этим сказал Медведев или Путин. А вот есть законы, они так и поступают. Мы же по-прежнему заглядываем в туман, засовываем туда руку по локоть, уже пальцев не видно, плечо ещё здесь, и пытаемся нащупать в этом тумане, что же на самом деле они имеют в виду… Потому что от этого зависит правоприменение! четвертовать его прямо в зале суда, или выплатить ему компенсацию за унижение. Один и тот же судья это будет делать. И эти случаи есть. Я слежу за разными судьями: когда в одном случае так, в другом так. Немножечко в других обстоятельствах. Но говорит он всё правильно! Вопрос в том, что мы живём в стране, где очень внимательно люди следят за знаками. И в этой стране… он же президент России, а не Швейцарии. Вот что скажет президент Швейцарии – совершенно безразлично, потому что судья будет всё равно принимать независимые решения, и всё равно будут независимо работать законодательные органы. А здесь от интонации, от расшифровки того, в какую сторону он мигнул, действительно, зависит правоприменение…

А. САМСОНОВА: В этой стране следят внимательно за двумя вещами, как минимум – за знаками и за футболом. Здесь произошло такое...

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Что ж Вы о больном-то!

А. САМСОНОВА: …чрезвычайное событие для «Спартака» - отставили ещё одного тренера.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, для «Спартака» это не чрезвычайно. Чрезвычайно – если бы дали долго работать главному тренеру «Спартака».

А. САМСОНОВА: Полгода он трудился.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, я должен сказать, что… когда-то тренер сборной Бразилии сказал, что невозможно тренировать сборную в стране, где сколько-то миллионов человек всё понимают в футболе. Поэтому я не буду изображать из себя знатока футбола. Я болельщик всего лишь. Но конечно, когда раз за разом увольняют главного тренера, не давая толком… Это длинная история, это понятно даже непрофессионалу, что становление игры – длинная история. И Клинсмана должны были уволить, и Райкарда из «Барселоны» десять тысяч раз должны были... Был период, когда «Барселона» играла очень плохо, потом стала показывать лучшую игру вообще в Европе. Это длинная история – постановка игры. Не думаю… Я с печалью воспринял это.

А. САМСОНОВА: Под руководством Лаудрупа 13 было матчей, из которых 4 были выигрышными, а 6 проигрышными.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Плохо играли. Спора тут не получится. Вопрос только в том, как сделать лучше. Пока что частая смена тренеров - в любом случае… Я не знаю команд… Вот, мы видим команды, которые играют сегодня в полуфинале Лиги Чемпионов. Это команды, которые долго, иногда десятки лет тренирует один и тот же специалист! По крайней мере, три английские команды, Фергюсон два десятка, Венгер – больше десятка. Это длинная дистанция, на которой можно «на длинную» играть, выращивать и ставить игру. Здесь… Ну, снова кого-то поставят. Что мы будем ждать: что команда, которая проигрывает два матча из трёх, вдруг начнёт выигрывать? Я не очень в это верю. Впрочем, я явно превысил степень своей компетенции. Я болельщик и буду переживать в любом случае, кто бы ни пришёл.

А. САМСОНОВА: Но у Вас есть какие-то, может быть, предложения?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Предложение такое: «Спартак» - чемпион!

А. САМСОНОВА: Хорошо. Красно-белые. И здесь мы с Вами солидарны. Ещё одно спортивное событие, за которым следит не только Россия, но и весь мир, который собирается участвовать в зимней Олимпиаде в 2014 году. Это выборы в Сочи. И вот уже более полутора тысяч сочинцев проголосовало досрочно. Их, как говорят, вроде как даже свозили на автобусах и высаживали недалеко от Избиркомов, и они туда ходили пешком. Как же быть? За кого они голосовали?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Представляете, если за Немцова? Строем - за Немцова! Автобусами свезли, и сказали: «Голосуй за Немцова, иначе отключим газ!» Нет, понимаете, все наши выборные технологии… мы столько раз об этом говорили в прошедшие восемь лет, столько было выборов, на которые привозили на автобусе… Были случаи, когда на этом автобусе возили по всем избирательным участкам (в том числе на Кавказе). Одних и тех же избирателей. Это старая история - с этими досрочными голосованиями. Это самое маленькое, что может произойти при нашей избирательной системе.

А. САМСОНОВА: Поделитесь, пожалуйста, ведь у Вас, наверное, большой наблюдательский опыт. Какие ещё технологии надо применять?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, про это диссертации, наверное, написаны, про то, как обеспечить правильное голосование. Пригласите Чурова, он вам расскажет. Только тогда провода к нему, электроэнергию… под ногти что-нибудь…

А. САМСОНОВА: Какой Вы добрый, Виктор!

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Я - очень. Нет, ну - чтобы рассказал правду про избирательные технологии! Нет, ну - маникюр... Я про ногти, может быть, напрасно, может и без ногтей… может сам расскажет. Технологии отработанные.

А. САМСОНОВА: Неужели Пахомова не выберут даже без этих технологий?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Не факт. Не знаю. Они себе не верят, поскольку там сильнейший комплекс неполноценности. Поскольку политики давно нет, и политиков нет, то это вырабатывает сильнейший комплекс неполноценности. Может, он мог бы быть замечательным политиком - и выиграл бы! Мы этого не узнаем - не то чтобы никогда, но в ближайшее время не предвидится собственно выборов. Поэтому они дёргаются, волнуются и совершают глупости. Ну и, мягко говоря, не всегда соблюдают закон. Можно так сказать, чтобы без суда? Не всегда соблюдают закон. Как мне кажется… А автобус – это самое маленькое, что может предложить наша избирательная практика.

А. САМСОНОВА: Ваши ставки, давайте поиграем в букмекерскую контору.

В. ШЕНДЕРОВИЧ: «Манчестер-Юнайтед» (Смеётся).

А. САМСОНОВА: «Манчестер-Юнайтед» не избирается на выборах в Сочи. Всё же?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Он побеждает сам в честной борьбе. Можно что-то прогнозировать, хотя Черномырдин сказал, что прогнозирование – вещь сложная, особенно когда речь идёт о будущем. У него есть такая великая фраза. Прогнозы, действительно, очень сложная вещь. Но в футболе это, всё-таки, основывается на твоих наблюдениях. А в случае с Сочи букмекерские конторы закрываются, не принимаются ставки…

А. САМСОНОВА: Невыгодно?

В. ШЕНДЕРОВИЧ: Нет, не невыгодно, а - бывают матчи, где есть большое подозрение на нечестность одной из сторон, и ставки там не принимаются. В этом случае букмекерские конторы закрываются. В Сочи ни одна букмекерская контора работать не будет.

А. САМСОНОВА: Виктор Шендерович в программе «Особое мнение», писатель и журналист. Спасибо Вам большое. Передачу вела Тоня Самсонова. До новых встреч.