Александр Проханов - Особое мнение - 2008-10-15

О.ЖУРАВЛЕВА: Добрый вечер, это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева и в гостях у нас, как всегда, Александр Проханов. Здравствуйте, Александр Андреевич.

А.ПРОХАНОВ: Добрый вечер.

О.ЖУРАВЛЕВА: Мы с вами любим поговорить про кризис – благо, он длится и длится. Сегодня появилась новость, что у одного из банков возникла проблема, и все это с интересом обсуждают. А вы говорите – хорошо, что кризис. Америка закатится. Но у нас ведь тоже будут проблемы – у нас - у простых граждан, - например, зарплата на карточке в каком-то банке. Даже если проблем не будет, нам все обещали вернуть когда-нибудь, но все равно публика нервничает. Как вам кажется, хорошо ли это?

А.ПРОХАНОВ: Нет, у нас проблемы уже есть, о них не очень любят говорить вслух – провинция всегда трепещет: идут увольнения. Заводы, которые еще вчера казались преуспевающими, сегодня боятся, что они не смогут заплатить за кредиты – народ трепещет. Ведь кризис начинается не только с неуплат, кризис начинается с сознания. Большая тревога, народ взвинчен, народ опять ожидает потрясений. Кризис идет и нам предстоит хлебнуть. Но не полную чашу, потому что мы свою полную чашу хлебнули в 1991 г. Сейчас чашу будет хлебать США. А вместе с ними, конечно, и весь мир, включая Россию. Потому что наши либералы, монетаристы, - «спросите у Лившица», «спросите у Ясина» - вот эти парни-американисты создали экономику-придаток и два сообщающихся сосуда – один огромный, гигантский, как такой американский унитаз и сливной бачок и маленький, и изящный русский. Вся эта гадость, которая несется через их коммуникации, конечно, в нас ударит. А все предупреждения о том, что должна быть другая экономика, должны быть буферы, сепараторы, отделяющие их катастрофу от нашей – они хохотали над этим. Вот случилось – мы получаем сполна. Но видите – я все время размышляю – не как экономист, потому что мало, что в этом понимаю, просто пользуюсь советами моих друзей-экономистов – думаю, что США получает возмездие за тот долговременный огромный обман, в котором она пребывала. Она обманывала весь мир, человечество. Обкрадывала весь мир. США - это огромный финансово-экономический вор. Она нарушила одну из ипостасей божественных – справедливость. Справедливость это не только отношения между людьми или государствами. Справедливость это универсальный принцип. Вселенная построена на принципе справедливости. И если справедливость нарушается, то возникает возмездие. Америка нарушила принцип справедливости, и она будет сброшена, будет разрушена. Повторяю – кризис американской системы начался не на Уолл-стрит, он известно, где начался - смерть больших систем подчиняется синергетическим определениям, науке о синергетике. Удар может возникнуть в самом неожиданном месте: где-нибудь на Бродвее поссорились два негра, а через два дня накрылись два крупнейших американских банка.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот как?

А.ПРОХАНОВ: Умирает система в целом – ее захватывает лавина разрушений, колебания. Повторяю – это огромная великая наука конца 20, начала 21 века – синергетика, описывающая жизнь и смерть больших систем. Америка входит в эту катастрофу.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы говорите, что Америка должна расплатиться за все свои грехи тем самым. А Россия эти грехи совершала? Она должна за что-то расплатиться, по-вашему?

А.ПРОХАНОВ: Россия в лице правящего класса совершала, конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Значит, расплатиться должны они, а нас это не должно задевать.

А.ПРОХАНОВ: В России есть правящий класс, и государство определяется характером и поведением правящего класса, правящей элиты. И эта элита совершила огромный грех, и народ должен платить за это. Кстати, народ не является пассивной стороной. Два раза народ выбирал Ельцина – пусть заплатит народ за это. Скрепя зубы. Пусть извлечет исторический урок из этого.

О.ЖУРАВЛЕВА: В 1998 г. уже заплатили за что-то.

А.ПРОХАНОВ: И будут продолжать платить. Но я повторяю - Россия бедная страна, и русские люди всегда жили бедно, они сумеют опять вспомнить тяжелые времена. Надеюсь, что не дойдет до лебеды, но до аскетического, скудного образа жизни, в котором всегда жила Россия, - а ей сейчас навязали другой, гедонистический образ жизни, образ постоянного потребления, величия в потреблении – вот этот момент пройдет, и мы опять вернемся в свое лоно, лоно скромных одежды, не очень хорошо вычищенной обуви, монотонного лака.

О.ЖУРАВЛЕВА: Почему? Лучше бедненько, но чистенько?

А.ПРОХАНОВ: Конечно. Как мы с вами одеты – бедненько, но чистенько. Есть маникюр, но бесцветный. Потому нам придется с вами вспомнить этику нашу традиционную.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, так и должна Россия жить? По преимуществу – в нищете.

А.ПРОХАНОВ: Так должно жить человечество, которое расплодилось до нескольких миллиардов на фоне иссякающей природы - листьев не осталось, травы не осталось, зверей, животных, водорода, кислорода. Нельзя сжирать планету. Но американцы – они умудрились выстроить систему, при которой они могут все больше и больше сжирать. При этом все большее и большее количество людей остаются ненакормленными, остаются в нищете. И они могут вот этот огромный свой мир несправедливости, мир огромного супер-воровства, сбросив определенное количество издержек, выстроить опять – новый мир, построенный опять на лжи, на несправедливости. И во время этой катастрофы у человечества есть шанс пересмотреть мироустройство. Об этом говорит наше правительство, ездит в Европу, хотят новый миропорядок придумать. Построить мир на принципах справедливости.

О.ЖУРАВЛЕВА: А так вообще бывает, в принципе? Вы выговорите, что вселенная в целом справедлива. Почему тогда люди болеют, умирают, еще что-то происходит?

А.ПРОХАНОВ: Они умирают и болеют, чувствуя, что это несправедливо – болеть и умирать. Вселенная построена на принципе справедливости. И отклонения от этого принципа вызывают страдания – у галактик, планет, государств, людей, поэтов, философов. Но в этой огромной перестройке, которая предстоит миру, у России, казалось бы, есть шанс, потому что Россия всегда жила в ощущении справедливости. Весь советский период, каким бы он ни был кровавым, страшным, сталинские, была парадигма справедливости. Весь православный, христианский период – принцип справедливости. И Россия могла бы предложить миру в этот период катастрофы принцип справедливости – если бы сегодняшняя Россия не была так несправедливо устроена. Сама Россия являет собой колоссальную несправедливость.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, по вашей логике, мы тоже совершаем несправедливости как страна и мы тоже должны нести ответственность и принимать участие в кризисе, и никакие подушки безопасности, обещанные нам, окончательно нас не спасут.

А.ПРОХАНОВ: Вы договаривайте, а я поблагодарю вас, потому что у меня не хватает энергии закончить фразы, а вы, как опытный ритор, завершаете каждую мою фразу.

О.ЖУРАВЛЕВА: меня зовут Ольга Журавлева, моего гостя зовут Александр Проханов, программа «Особое мнение» вернется через минуту.

А.ПРОХАНОВ: Вы опытный ритор.

РЕКЛАМА

О.ЖУРАВЛЕВА: Еще раз добрый вечер, это «особое мнение» в гостях у нас А.Проханов. Вы продолжаете писать на номер 970-45-45, и кое-кто написал: «Ваши прогнозы не сбылись и нет к вам доверия - МБХ не свободен, и Ларина без Нобелевки» - пишет Мохэ. Вот насчет Ходорковского – октябрь идет, а его никто не освободил, хотя вы обещали.

А.ПРОХАНОВ: Во-первых, я не Санта-Клаус и не пифия – мне свойственно ошибаться. Когда я пророчу великие несчастья, которые сваливаются на голову приславшего эту СМС я надеюсь, что я ошибаюсь. О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, на самом деле в душе вы гуманист.

А.ПРОХАНОВ: Просто мне свойственно ошибаться. Кстати, знаете, что только ошибки делают человека значительным и великим? Только поражения в выработке стиля делают художника настоящим стилистом. Тот, кто не ошибается – тот Господь-Бог. А что касается моих прогнозов – во-первых, это не прогнозы, а пророчества, а потом – у прогнозов есть разброс – плюс один день, плюс два-три года, плюс три-четыре тысячелетия. Вы же не спрашивали, какой разброс моих прогнозов.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, произойдет в принципе – когда-нибудь. В октябре какого-нибудь года.

А.ПРОХАНОВ: Освободят. Я действительно не называл год твердо. Потом, я не ссылался на источник – я сам пророчил. Сам я ничто, я медиум, я такая свирель, через которую дуют…

О.ЖУРАВЛЕВА: не Пифия, но медиум.

А.ПРОХАНОВ: да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тогда скажите как медиум – удастся ли Общественной палате убедить президента освободить Светлану Бахмину досрочно?

А.ПРОХАНОВ: Мне почему-то кажется, что президент очень милосердный человек.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это все к вопросу о справедливости. Справедливо ли будет освободить С. Бахмину?

А.ПРОХАНОВ: Прошу не расценивать это как пророчество, пожалуйста. Опять скажете - я пророчил, что президент сжалится и освободит. А вдруг он не освободит? Или вдруг освободит не Бахмину, а кого-нибудь еще? Или сразу ее и Ходорковского? Я не отвечаю никогда за то, что я говорю вообще.

О.ЖУРАВЛЕВА: Прекрасное заявление, надо бы записать.

А.ПРОХАНОВ: Я исхожу из того, что президент, наш милостивец, президент, при всей своей внешней жесткости достаточно сентиментален. Видите ли, если он готов нянчиться и взращивать тигренка, думаю, что он с еще большим состраданием отнесется к детям этой несчастной женщины, рожденным и не рожденным. И у меня есть ощущение, что - я говорю сейчас о Путине, а не о президенте, - у меня есть ощущение, что наша верховная власть – даже не в интересах собственного паблисити, а в интересах той справедливости, о которой я только что говорил, освободит ее. Ну, зачем она в тюрьме? Ну что она, опять завершит начатое дело ЮКОСа? Что она, свои заначки переправит за рубеж согласно этим схемам? У нее уже ничего не осталось, деньги все находятся в бюджете, в госбанке.

О.ЖУРАВЛЕВА: Самое обидное, что выходит, и уже вроде и по закону можно ее освободить, и у нее есть смягчающие обстоятельства, у нее примерное поведение, у нее полсрока прошло, и вроде даже и колония ее характеризует очень даже хорошо. Почему-то не освобождают, что же такое, как же милостивец?

А.ПРОХАНОВ: давайте молиться.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот так?

А.ПРОХАНОВ: Думаю, что наши молитвы будут услышаны.

О.ЖУРАВЛЕВА: Многие уже даже подписи собирают.

А.ПРОХАНОВ: Подписи – это бухгалтерия.

О.ЖУРАВЛЕВА: Недейственны, по вашему?

А.ПРОХАНОВ: Что-то в этом бюрократическое. А молча, истово молиться. Говорю без иронии.

О.ЖУРАВЛЕВА: В тот же самый контекст ложится мысль, что если несправедливые должны быть наказаны, то сейчас нужно совершать какие-то поступки в рамках справедливости – тогда кризис нас обойдет если не стороной, то крылом заденет. И наша страна сейчас пытается делать какие-то удивительные шаги - то есть, удивительные для обывателя. Потому что деньги обещают. Во-первых – простить должникам – практически как в молитве «и простите должников ваших». Но говорят, что эти деньги итак бы не вернулись - беднейшим странам мы прощаем огромный государственный долг, деньги, которые когда-то кому-то были отданы - бог с ними. Исландии тоже обещаем помочь.

А.ПРОХАНОВ: ну и правильно. Сначала надо надавать в долг, а потом прощать. Это по Достоевскому.

О.ЖУРАВЛЕВА: так это хорошо будет для страны? Или все-таки дожать всех этих обнищавших до последней копейки?

А.ПРОХАНОВ: А нечем дожать. Нет рычагов.

О.ЖУРАВЛЕВА: пальмовым маслом взять, кукурузой.

А.ПРОХАНОВ: да уже ломятся склады от пальмового масла. Мы сейчас машины пальмовым маслом скоро будем заправлять. С другой стороны, ну что с них взять? Это были страны, которые рассчитывали на глобальный социализм, страны, которые рассчитывали на триумфальное шествие красной советской империи. А поскольку мы их в этом смысле обманули…

О.ЖУРАВЛЕВА: Это тоже плата за определенные грехи.

А.ПРОХАНОВ: Конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: А Исландии мы платим за Рейкьявик, как вы в прошлый раз объяснили. Должны бы заплатить.

А.ПРОХАНОВ: Это моя была самая поверхностная и примитивная версия. А сейчас выясняется, что оказывается в банках Рейкьявика, в которые мы сейчас будем закачивать деньги, там советниками один крупный бизнесмен русский. И это лоббирование просто.

О.ЖУРАВЛЕВА: Понятно. Это все объясняет. Тогда про другие деяния милостивого президента – нм показывали президента в новостях, про ток, как он помогал запускать ракеты, как он вообще за армией наблюдал, - красиво везде показывался, ставил оценки расчету. Олег из Башкортостана «Странное дело: во времена СССР о пусках ракет можно было узнать на дальнем развороте центральных газет/, да еще и мелкими буквами. Но все, кому нужно – боялись. А сейчас пуски проводят в прямом эфире, в присутствии первых лиц государства, а эффект прямо противоположный» - так считает Олег. А вы как считаете?

А.ПРОХАНОВ: А он что, не боится пуска наших ракет? А вдруг не туда полетит?

О.ЖУРАВЛЕВА: Так не против же Олега из Башкортостана направлены.

А.ПРОХАНОВ: А вдруг по Олегу шарахнут? Сейчас как раз система безопасности ракет не та, что при СССР. И я думаю, что аварийных пусков не меньше, а может, и больше, чем в СССР, что касается пусков в прямом эфире, мне кажется, открытость – это наше общее достижение. Причем, мне кажется, что новому президенту очень важно экспонировать себя на фоне ракет. Потому что страна нуждается в сильном президенте, в президенте, которому нравится экспонировать себя на фоне ракет.

О.ЖУРАВЛЕВА: У нас уже 8 лет был такой президент, который прекрасно садился за руль, за пульт управления.

А.ПРОХАНОВ: замечательно. И это надо продолжать. Потому что самое ужасное, - если мы получим президента мягкого, гедониста, которого видят полулежащим на расшитом шелками подушках или мутаках, курящим кальян.

О.ЖУРАВЛЕВА: А римским императорам это не мешало?

А.ПРОХАНОВ: Как только они стали этим заниматься, распался Рим.

О.ЖУРАВЛЕВА: Только когда они были в бою, тогда было все хорошо.

А.ПРОХАНОВ: Они шли во главе легионеров, покорили галлов, формировали легионы, посылая их на юг, на север, на запад и на восток. Вот был великий Рим – когда властители были сильными и крепкими. А когда вялый и дряблый властитель – это смерть. Поэтому я, по-существу, за то, чтобы Медведев экспонировался на фоне ракет. Но, видите ли, ужасно, если бы он себя экспонировал на фоне, например, разгромленного генштаба нашего, который являл такую картину во время грузинских событий. То, что творится сейчас в армии, несусветное – это чудовищно, это не поддается никакому описанию.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы имеете в виду реформу, или вообще?

А.ПРОХАНОВ: Я имею в виду сердюковскую реформу. Мне это кажется выходящим за пределы здравого смысла. Разгром управления, уничтожение всех имеющихся центров военной науки, разгром военной медицины и это в период кризиса – раз.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но начали, по-моему, заранее.

А.ПРОХАНОВ: И в период, когда страна находится и в геополитическом огромном напряжении – после грузинской нашей кавказской кампании.

О.ЖУРАВЛЕВА: Некоторые наши слушатели говорят, что здесь вообще сплошной проигрыш, потому что в Грузии хозяйничает Евросоюз и наши войска оттуда выведены, и вообще – страшный проигрыш.

А.ПРОХАНОВ: какой там страшный проигрыш, когда русские танки стоят на границах Осетии и Абхазии, республики признаны, мы там формируем военные базы. А грузины куда угодно могут себе приглашать евробалет и Евросоюз – кого угодно. Но драма в том, что вместо укрепления армии, вместо долгожданной военной реформы идет, по-существу, разгром армии.

О.ЖУРАВЛЕВА: Кому это нужно? Кто в этом заинтересован из власти? Вы видите этих людей?

А.ПРОХАНОВ: Я не могу этого понять. Я - многомудрый, многоопытный Проханов, не могу этого понять. Я – человек, близкий к советскому генеральному штабу, я соловей оного, я не могу понять, какой воробей забрался сегодня в генштаб и крушит все направо и налево. Я не понимаю, почему необходимо сокращать военную армию до численности, которая соизмерима с американской. При том, что у американцев при их численности гигантская рафинированная кибернетическая структура управления войсками. У нас ничего этого нет. Почему создавать систему управления армией по образцу англосаксов, то есть, американцев – в момент, когда американцы сегодня, потерпев поражение в Ираке, переходят опять на прусскую, на централистскую систему управления войсками, то есть, на нашу? Этого я не понимаю. Может быть, действительно наш президент сейчас слишком увлечен ракетными пусками – это очень важно - ракетная составляющая. Но, может быть, следующий сюжет мы увидим Медведева на фоне печальных, угрюмых и озабоченных лиц наших генералов, которые подлежат срезу и выбрасыванию на историческую помойку.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я думаю, что не увидим, - что-то мне подсказывает.

А.ПРОХАНОВ: А я думаю, что может быть в эфире этого не будет, но мне кажется, что сигналы, которые идут – напряженные сигналы, которые идут из войск, из общественности, из политологических кругов – они достигли уже цели и президент и премьер обратят на это внимание.

О.ЖУРАВЛЕВА: не знаю, может быть, вы смотрите программу «Время», итоговый выпуск – там прекрасный совершенно огромный репортаж про то, как Медведев в войсках похлопывает по плечу, спрашивает, чего бы они хотели, обещает тренажеры поставить на авианосец, еще что-то такое хорошее.

А.ПРОХАНОВ: Фитнес-центры.

О.ЖУРАВЛЕВА: И гедонистов вырастить там.

А.ПРОХАНОВ: Не надо смеяться над новостями и новостными каналами, потому что мне это не смешно. Сигналы о тяжелейшем состоянии реформируемой Сердюковым армии, я думаю, доходят - уверен, что доходят и до президента и до премьера. С этим надо как можно быстрее кончать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Надеюсь, что они слышат, что вы говорите, и делают свои выводы. Еще одна военная новость – боевые машины пехоты и системы залпового огня планирует поставить Венесуэле Рособоронэкспорт. Зачем мы вооружаем Венесуэлу – кроме того, что мы деньги на этом зарабатываем?

А.ПРОХАНОВ: да мы не вооружаем. Мы выбрасываем наше вооружение на мировые рынки оружия. Это делают все, у кого есть какое-нибудь оружие. Думаю, что даже бушмены Южной Африки выбрасывают на мировой рынок свои луки и арбалеты. Все что продается - покупается, все находится в обороте. И Россия предлагает свое вооружение не только в Венесуэлу как таковую, а всем странам – покупайте. Потому что Венесуэла любит русское оружие.

О.ЖУРАВЛЕВА: А что она с ним будет делать дальше? У вас есть какие-нибудь предположения? Геополитические планы Венесуэлы?

А.ПРОХАНОВ: Во-первых, она будет за ним ухаживать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тряпочкой протирать. А на самом деле – оружие оно для чего?

А.ПРОХАНОВ: Оно для того, чтобы американцы не напали на Венесуэлу. Американцы очень ожесточены против Венесуэлы. Мы видели неоднократно, как американцы устраивают военные экспедиции в страны Латинской Америки - в панаму, Никарагуа – для них Даниэль Ортега по-прежнему является врагом номер один, а Чавес – сколько раз на него покушения устраивали. А на Кастро? Вот для того, чтобы не было контингента – не обязательно американской морской пехоты, а даже какого-то соседнего государства - страна вооружается. Замечательно, что Уго Чавес любит военную технику. Я убежден, что и наш президент любит военную технику в большом количестве.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это вообще свойственно сентиментальным людям, милостивым и справедливым.

А.ПРОХАНОВ: ну да. Петр Первый, конечно, был очень сентиментальный человек. Или Иван Грозный.

О.ЖУРАВЛЕВА: наш слушатель пишет, что все сентиментальные люди жестоки.

А.ПРОХАНОВ: Это неверно. Жестоки слабые люди. Слабые люди, которые боятся силы, боятся оружия, обороны – они жестоки по отношению к своему народу. Народ при слабых властителях разлагается.

О.ЖУРАВЛЕВА: А у нас сейчас сильный властитель, добрый к своему народу.

А.ПРОХАНОВ: У нас сейчас властители, которые хотят быть сильными, - народ нуждается в сильных властителях.

О.ЖУРАВЛЕВА: А будут ли они добрыми?

А.ПРОХАНОВ: А это для империи неважно. Добренькие нам не нужны. Нам нужны умные, сильные, разумные и любящие свой народ и разделяющие с народом свою судьбу. Если эта судьба зла, то пускай эта судьба и их коснется также зло.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть, это должно служить нам утешением - что злая судьба не минует и властителей наших?

А.ПРОХАНОВ: нет, мы не должны никого утешать, потому что мы сами являемся всему миру великим утешением и радостью великой.

О.ЖУРАВЛЕВА: Свет в окошке. А свет в окошке нашей программы – А.Проханов.

А.ПРОХАНОВ: Мы завершили, что ли?

О.ЖУРАВЛЕВА: мы завершили очередной этап нашей программы.

А.ПРОХАНОВ: Как-то меня быстро в окошко выкинули.

О.ЖУРАВЛЕВА: Мы еще вернемся.

А.ПРОХАНОВ: Я растопырю все четыре ноги, не пойду в окно.

О.ЖУРАВЛЕВА: У вас будет еще 10 минут на то, чтобы спеть еще какую-нибудь песню - никуда не уходите, мы еще вернемся.

А.ПРОХАНОВ: А стихи у нас будут?

О.ЖУРАВЛЕВА: Обязательно.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: Это программа "Особое мнение", у нас в гостях А.Проханов, и мы продолжаем. К вам пришел замечательный вопрос – как вы относитесь к людям?

А.ПРОХАНОВ: По заповеди - относись к ближнему как к себе самому. Или наоборот, - относись к себе самому как к людям.

О.ЖУРАВЛЕВА: Как раз о людях несколько вопросов. Люди у нас начали меняться местами, появляться то там, то сям, то партии наши стали видоизменяться куда-то. В помощники к Чубайсу по нанотехнологиям прочат Гозмана, который вроде как у нас обновленное СПС. Как вообще эти движения на политическом фронте – они о чем-то говорят? У нас закончилось с партийным строительством, началась новая жизнь?

А.ПРОХАНОВ: Нет, я думаю, что в этом есть какая-то логика – создание новой партии олигархов и миллиардеров, к числу которых принадлежат.

О.ЖУРАВЛЕВА: НО она же уже существует.

А.ПРОХАНОВ: Партия "Единая Россия" – это не партия миллиардеров. Это партия бюрократии, чиновничества.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но существует некая общность богатых людей, которые решают свои проблемы.

А.ПРОХАНОВ: Это и есть правящий класс России – миллиардеры, мультимиллиардеры – они властвуют страной, их политику осуществляет Россия внутри и за рубежом. Но у этой группы нет своей партии – это неприлично. Поэтому весь наш политический русский чемодан, который заклеен самыми разными ярлыками и наклейками – там недостает самой главной наклейки - СПС в новом исполнении. Сам чемодан для нас, конечно, заперт, что там внутри, никто не знает.

О.ЖУРАВЛЕВА: Черный ящик.

А.ПРОХАНОВ: Но все эти ярлыки из чувства приличия должны быть наклеены, чтобы мир знал.

О.ЖУРАВЛЕВА: А если серьезно - у нас сейчас кроме "Единой России" какие-то партии существуют, что-то делается в этой области, как вам кажется?

А.ПРОХАНОВ: А "Единая Россия" существует как партия? Это тоже квази-партия.

О.ЖУРАВЛЕВА: Она сейчас на выборах выиграла все, что могла.

А.ПРОХАНОВ: Партия это что, выборы, рулетка, ГАС-Выборы? Партия это группа, носитель идеологии, носитель политики, носитель проектов. Огромного проекта.

О.ЖУРАВЛЕВА: Проект у "Единой России" есть?

А.ПРОХАНОВ: Проекта нет. Потому что "2020" – это не проект. Это лишь эскиз проекта. А проект это супер-задача, технология и постоянное, ежедневное воспроизведение этой задачи - в СМИ, с диспутах, на съезда, партийных форумах. И этому требованию "Единая Россия" пока что не удовлетворяет. Не говоря уже о других партиях. Я только что сказал, что у России огромная левая история, недавняя и очень давняя левая. Я убежден, что и будущее русской истории левое, но наша левая партия, коммунисты – какое она отношение имеет к этому левому проекту? Никакого. И то, что сейчас создается эта новая нанапартия, во главе с нанасоветником Л.Гозманом, я считаю, что это логично. У миллиардеров должна быть своя ниша в правительстве. У нанотехнологов должны быть свои маленькие микроскопические молекулы, такие инициативы и социальные группы. И это не возмущает, наоборот, это меня радует. Это прекрасно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Еще про другую партию - ряды партии "Яблоко" может пополнить Олег Митволь, один из самых известных российских чиновников, бывший зам.главы Росприроднадзора, действительно широко известный человек. Как вы считаете, это чему-то поможет? Митволю или "Яблоку"?

А.ПРОХАНОВ: Партия "Яблока" действительно какая-то такая ботаническая партия, что ли – правда? "Яблоко" – это плод растения.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну да, с экологическим оттенком.

А.ПРОХАНОВ: И Митволь, по существу, изгнанный из своего ведомства – я же чувствовал, как его выдавливали массированно, как он не хотел уходить и как достаточно оскорбительно для него его как бы изгнали из природоохранных зон всевозможных, где строят дачи. Он ужасно же боролся – я помню, как он заставил все-таки кого-то снести какую-то лодочную станцию и как он мучительно боролся с этим самым ЦБК на Байкале.

О.ЖУРАВЛЕВА: А вы, кстати, за что – за Байкал или за комбинат?

А.ПРОХАНОВ: Конечно, я за чистую байкальскую воду, которую любил и люблю пить – я по утрам выпиваю всегда стакан чистой байкальской воды.

О.ЖУРАВЛЕВА: У вас трубопровод от Байкала?

А.ПРОХАНОВ: Нет, я каждый уик-энд езжу на Байкал и привожу оттуда канистру чистейшей воды. Митволь придет в "Яблоко". Но лучше Митволю от этого не станет – это я точно знаю.

О.ЖУРАВЛЕВА: А "Яблоку"?

А.ПРОХАНОВ: А "Яблоку" уже хуже никогда не станет, чем сегодня.

О.ЖУРАВЛЕВА: Есть еще изменения - глава Минрегиона у нас теперь Виктор Басаргин, который будет заниматься, в том числе, подготовкой к Сочинской олимпиаде 14-го года. Хорошо, плохо? Перспективно?

А.ПРОХАНОВ: Сочи будет заниматься г-н Козак, который стал еще одним вице-премьером.

О.ЖУРАВЛЕВА: Отдельно. Много народа уже занимается.

А.ПРОХАНОВ: наверное, так оно и есть, потому что это и есть суперпроект. В свое время у Сталина был суперпроект построения социализма, - в кратчайшие сроки.

О.ЖУРАВЛЕВА: А у нас - Олимпиада.

А.ПРОХАНОВ: До начала Второй мировой войны надо было построить социализм, оборонные заводы и выиграть эту войну. Но поскольку никто не верит в возможность войны, а все думают, что будущие сражения будут проходить на теннисных кортах или олимпийских стадионах, то построение олимпийского супер-объекта является стратегической задачей. И действительно, думаю, что Козак с этим справится. Единственное, что бы мне хотелось – чтобы в своем рвении, умении выстраивать эти олимпийские объекты и супер-инфраструктуру, он позаботился бы еще и об эстетике, о дизайне.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы какой дизайн видите?

А.ПРОХАНОВ: У Гитлера была Лени Риффеншталь, которая создала потрясающую работу "Олимпия" – об олимпиаде. Вот хорошо бы у нас рядом с г-ном Козаком появился какой-то художник или стилист, который создал бы для русской олимпийской команды нечто большее, чем Чебурашка.

О.ЖУРАВЛЕВА: опять Чебурашка? Хороший же парень, что вы к нему пристали? Что им, с крокодилом ходить?

А.ПРОХАНОВ: Я понимаю, но Россия, свято-отеческое предание, Петр Первый и вдруг Чебурашка.

О.ЖУРАВЛЕВА: Чебурашка – имя России

А.ПРОХАНОВ: Мне это напоминает то, что имена России, Петра Первого, Великого, представлял В.С.Черномырдин и все смотрели и ожидали, какой он афоризм выдаст. Кстати, он выдавал поразительные афоризмы – все думали, что это древнерусский язык.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы считаете, что он под видом цитат из Петра выдавал афоризм?

А.ПРОХАНОВ: Абсолютно. Я теперь понял генезис языка и лексики В.Черномырдина. Указов начитался.

О.ЖУРАВЛЕВА: Валю любимый герой…

А.ПРОХАНОВ: Кудрин, что ли?

О.ЖУРАВЛЕВА: Нет. Лужков. Он на открытии агротехнической выставки опять завел речь о кукурузе как о главном нашем целевом овоще, фрукте и зерне – не пора ли вернуться к кукурузе, надо все срочно засеять кукурузой. Народ несколько обалдел, все сразу стали вспоминать прошлое.

А.ПРОХАНОВ: думаю, что все-таки все очень буквально понимают Ю.Лужкова. А он выражается притчами. Если вы посмотрите чуть издалека, что напоминает собой Сити строящийся? Это початки кукурузы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Есть кукуруза и работа Церетели, любимого художника.

А.ПРОХАНОВ: Говоря, что мы засеем страну кукурузами он имел в виду, что мы застроим страну небоскребами в виде этих стеклянных початков. И что в этом плохого?

О.ЖУРАВЛЕВА: А между ними будут памятники работы Церетели – тоже в виде кукурузы.

А.ПРОХАНОВ: А может быть, Шемякина. Не знаю, кто предпочтительнее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Там была такая роковая фраза, что кукуруза это и привес, и надой и успех – что-то такое. Теперь все становится яснее – вы объяснили.

А.ПРОХАНОВ: Конечно, это и привет…

О.ЖУРАВЛЕВА: И "пока".

А.ПРОХАНОВ: И "гуд бай" и "хау а ю".

О.ЖУРАВЛЕВА: А на самом деле может быть такой мобилизационный проект?

А.ПРОХАНОВ: Мобилизационный проект - кукуруза? Не может быть такого мобилизационного проекта. Но обязательно должен быть проект продовольственной безопасности. Потому что катастрофа с продовольствием у нас идет не по дням, а по часам – цены растут, жратвы нет.

О.ЖУРАВЛЕВА: Пока мы здесь сидим, уже нет жратвы?

А.ПРОХАНОВ: Для вас может и есть – вы богатенькая.

О.ЖУРАВЛЕВА: Может, я просто меньше ем?

А.ПРОХАНОВ: Я понимаю, что вы праной питаетесь, но для нормальных людей с нормальным кишечником, простите меня…

О.ЖУРАВЛЕВА: Нужной длинны - я поняла.

А.ПРОХАНОВ: Цены на продовольствие неподъемные и в стране, по существу, нет жратвы.

О.ЖУРАВЛЕВА: А вы радовались, что Америка закатывается. Вот закат Америки – вручную.

А.ПРОХАНОВ: Это не закат Америки, это закат нашей аграрной политики, как и финансовой, впрочем.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так что же вы ратуете за армию и новые вооружения, когда нужно заниматься здравоохранением и сельским хозяйством.

А.ПРОХАНОВ: Нужно заниматься всем одновременно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но это невозможно – на всех денег не хватит.

А.ПРОХАНОВ: да что вы, государство это и есть институт, который занимается всем одновременно - небом, землей, будущим и прошлым. Это и есть суперпроект.

О.ЖУРАВЛЕВА: А как же определить приоритеты?

А.ПРОХАНОВ: Приоритеты – ну это не вашего ума дело. Отдайте нам, мужикам – мы определим.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы мне расскажите по секрету, пока никто не слышит.

А.ПРОХАНОВ: Приоритеты? Сначала ракеты, сразу за ними кукуруза, потому что она напоминает по форме ракеты, установки залпового огня.

О.ЖУРАВЛЕВА: Между ракетами и кукурузой.

А.ПРОХАНОВ: А также тушенка из отечественной говядины и свинины, а не из привозной, аргентинской, тухлой и уже больной.

О.ЖУРАВЛЕВА: Говорят, кенгурятина очень хороша. Может, кенгуру разводить? Не думали об этом?

А.ПРОХАНОВ: Какая вы все-таки жестокая и кровожадная. Вы еще тигрятину нам предложите разводить.

О.ЖУРАВЛЕВА: Неплохое мясо говорят. И метана меньше от кенгуру.

А.ПРОХАНОВ: Хорошо.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот такие перспективы мы нарисовали, мы подумаем еще.

А.ПРОХАНОВ: О стихах скажите два слова?

О.ЖУРАВЛЕВА: Стихи продолжают писать, но не такие удачные, как в тот раз. Если будут писать и дальше, я обязательно вам передам.

А.ПРОХАНОВ: Мы по одному стиху можем рассчитывать в наших эфирах цитировать?

О.ЖУРАВЛЕВА: Обязательно. В следующий раз процитируем хотя бы одно четверостишие, а может быть, и рондо. Ольга Журавлева, Александр Проханов в программе "Особое мнение". всем спасибо. Всего доброго.