Особое мнение Алексея Венедиктова - Алексей Венедиктов - Особое мнение - 2008-01-01

О. ПАШИНА: Добрый вечер. В студии Оксана Пашина, и сегодня мы узнаем особое мнение главного редактора «Эхо Москвы» Алексея Венедиктова. Добрый вечер.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Добрый вечер.

О. ПАШИНА: Я не знаю, как вы, но я, например, пробовала начать новую жизнь с понедельника или с 1 января. Очень многие, кстати, это делают. И совершенно точно новая жизнь начинается у автомобилистов. Потому что с сегодняшнего дня возрастают штрафы за нарушение правил дорожного движения, и возрастают очень серьезно. Например, максимальный штраф будет составлять 5 тысяч рублей, а максимальный срок лишения прав на управление автомобилем увеличится с 2 лет до 3 лет. Ну, и остальные штрафы тоже серьезно вырастут. Например, когда я сегодня ехала в машине сюда, я забыла, что вступают в действие новые правила. Услышала и вспомнила, что теперь за не пристегнутый ремень 500 рублей. Сразу пристегнулась. Как вы считаете, почему у нас все законы изменяются только в сторону ужесточения? Почему власть применяет метод кнута, а не метод пряника?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Начну с начала. Во-первых, я пешеход.

О. ПАШИНА: Тем более. На красный свет едут, вообще стрелять надо за это…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я не автомобилист. Хотя сегодня тоже забыл пристегнуться, что неправильно.

О. ПАШИНА: А кстати, штрафовать водителя за это будут.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Не только. И того пешехода, который сидит в машине. Во многом у наших законодателей репрессивное сознание. Это правда. Я бывал во многих странах с переходным периодом, от стран авторитарных – я имею в виду бывших социалистических - или странах третьего мира. Законодатели считают, что строгая регламентация и строгие правила, прописанное строгое правило приведет к всеобщему счастью. Это детская болезнь законодательства. Это было, скажем, во времена Французской революции, когда там пытались тоже регламентировать все, включая одежду. Собственно говоря, такая мелочная регламентация – это я сейчас говорю в общем – это детская болезнь, она является закономерной. Вторая история заключается в том что, конечно, надо повышать штраф за нарушение. Что такое 100 рублей? Что такое 150 рублей? Едет человек, который прилично получает… Кстати, в Финляндии очень интересно, там штрафы зависят от благосостояния человека, который нарушил.

О. ПАШИНА: То есть, они там смотрят, какая зарплата?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Рассказываю. Если на дороге вас остановили, вы нарушили и должны заплатить штраф, полицейский со своего портативного компьютера заходит в налоговую базу. Он вас находит. О! – у вас доход такой-то. И буквально недавно – мы, по-моему, даже давали в новостях – что сын владельца компании мебели был оштрафован за превышение скорости на 68 тысяч евро. Потому что его доходы за этот год вот такие были – папа передал ему пакет акций. То есть, на самом деле штрафы для наведения порядка повышать надо. Я категорически против тюремного заключения, административного ареста за те нарушения, которые не ведут к угрозе жизни.

О. ПАШИНА: Почему?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Потому что вообще заключение человека в тюрьму на 5 суток, на 15 суток это исключительная мера должна быть, за преступление.

О. ПАШИНА: Вы имеете в виду вождение без прав? Потому что за нетрезвое вождение вообще, по-моему, надо к стенке сразу ставить.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вождение без прав еще не составляет угрозу человеческой жизни. Да? Огромный штраф вплоть до конфискации автомобиля по суду может быть. И штраф может быть каким угодно. Но заключение в тюрьму… Это может быть только, когда а) человек – рецидивист, когда он создавал несколько раз угрозу человеческой жизни…

О. ПАШИНА: Как раз так и получается. Если у человека отобрали права, значит, он уже совершил серьезное нарушение. Просто так не отбирают права.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Просто так у нас отбирают права, к сожалению. Это связано , может быть, даже не с попыткой вымогательства, а с тем, что как раз вот эти инструкции очень точечные. Они заставляют инспектора принимать решение - сейчас я встану на защиту инспекторов – принимать решение «или-или», «черное или белое». У них нет «серой зоны», где они могли бы применить денежное наказание.

О. ПАШИНА: Но сейчас такие решения принимает мировой суд. Сейчас инспекторы то не отбирают ничего на дороге.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, сначала он забирает права все-таки.

О. ПАШИНА: Да, но решает-то суд!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Но он забирает права. А потом еще нужно до суда доехать. Мы уже говорили, почему временные права выдавались, сейчас на 2 месяца. Просто считаю, что экономически репрессировать надо, а тюремно – это все равно исключительная история. Вспомните фильм Эльдара Рязанова с Гурченко и Басилашвили. Помнишь, за что его сажают? Его сажают за то, что на самом деле его жена сбила человека, а его сажают. Причем, сбила не нарочно…

О. ПАШИНА: А он благородно взял на себя вину.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Речь о том, что сажают. И не разобрались, потому что не нашли истинного виновного. Много людей будут благородно брать на себя вину своих жен или детей. Поэтому мне кажется, что репрессии в виде тюремного заключения – это неправильно. Это неправильно вообще. Если только, повторяю, не было нанесено тяжелое телесное повреждение, а человек удрал, скажем, с места. Сбил, испугался, уехал и не вернулся. Всякое бывает. Стресс бывает. Поэтому, мне кажется, что рассматривая сегодняшние ПДД, здесь нужно делить… Да, рост штрафов. Процедура должна быть выработана более точно. С другой стороны, тюремный административный арест – по-моему, это безобразие.

О. ПАШИНА: А вообще, как вы считаете, поможет ли увеличение штрафов уменьшить количество нарушений? Или, как говорят наши некоторые эксперты, просто увеличится размер взяток.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Не знаю. В принципе, конечно, поможет. Я могу сказать, что была очень смешная история недавно. У нас, конечно, другое правосознание… Николай Саркози, который является президентом Франции, он, когда еще был министром внутренних дел, очень сильно боролся с превышениями скорости. И благодаря ему был выбит огромный бюджет, и были поставлены камеры слежения на тех точках и трассах, где это обычно бывало. И как президент попался, в кортеже. Ведущему кортежа – не шоферу Саркози, а машина, которая ведет кортеж, - полицейскому из сил внутренней безопасности пришлось отчитываться. То есть, на самом деле, ограничение по скорости, прежде всего по ведению в трезвом или нетрезвом виде и по попытке скрыться с места преступления, когда был нанесен ущерб телесный и ущерб жизни – вот это главные вещи, с которыми надо разбираться. Что касается штрафов… Всегда жалко отдавать свои деньги, даже сто рублей жалко, а уж если 100 евро!

О. ПАШИНА: Если уж стоит вопрос: сесть на 15 суток или заплатить какие-то деньги, то, наверное…

А. ВЕНЕДИКТОВ: А так не надо ставить вопрос!

О. ПАШИНА: А если у меня отобрали права ни за что?

А. ВЕНЕДИКТОВ: А так не надо ставить вопрос! Я говорю, что здесь сбита, на мой взгляд, юридическая, законодательная штука, которая приведет к эффективности. Это ослабляет эффективность мер, которые нужно было принимать. У тебя всегда выбор: заплатить или сесть в тюрьму. И вот этот… разрез, когда у тебя есть выбор, создает для людей такую взяткоемкую историю.

О. ПАШИНА: Но у нас не только в ситуациях на дорогах есть такой выбор: заплатить или сесть с тюрьму.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, да-а-а.

О. ПАШИНА: Поэтому законодательство общее , оно приведено в соответствие со всем остальным.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я ровно про общее законодательство и говорил.

О. ПАШИНА: Ну, хорошо. Зато есть и хорошая новость. С 1 января тоже сокращается срок службы в армии до года. Что сокращается срок, это вообще, хорошо, нечего болтаться там два года.

А. ВЕНЕДИКТОВ: И нечего болтаться там один год.

О. ПАШИНА: Лучше послужить поменьше. Ну, а с дедовщиной это поможет бороться?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Значит, смотри. С дедовщиной, понятно, поможет. Потому что срочнослужащие, они не будут не два года, и не будут так делиться…

О. ПАШИНА: Ну, почему? Они поделятся…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну по полгода. Все равно. И остается полгода. Да?

О. ПАШИНА: Если призыв вообще делать раз в год, то все будут в равных условиях.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Может быть, и так, хотя это неправильно. Я по-прежнему стою на своем, что в России армия должна быть контрактной и профессиональной. Что такое солдат сейчас? Я встречался с людьми из стран Западной Европы, не военными, которые занимаются в политике реформами армии. И каждый, кто немножко владеет иностранным языком, может посмотреть специальный журнал на английском, немецком, французском языках, где серьезно обсуждают все эти проблемы. Сейчас солдат – это инженер. Солдат который воюет. Не солдат, который несет патрульно-постовую службу, а который воюет. Мы видим это на картинках в телевидении, мы видим, как он обвешан разными приборами. Причем эти приборы он, солдат, должен содержать в порядке, он должен за ними ухаживать. За лазерами наведения, за всем. Понимаешь? Ухаживать. Обучиться этому, разным приборам, взаимодействию с разными системами связи, разным оружием, это много времени. Это не быстро. Это инженерная работа. Поэтому, если российская армия должна быть боеспособной и современной, то тогда, конечно, мы все равно… Мы же тайно переходим на контрактную армию. Нет-нет-нет, воинская повинность, а на самом деле… Я знаю, что это не модно сейчас поддерживать Сергея Борисовича Иванова, но я в данном случае его поддержу. Идея, что весь сержантский состав будет контрактным. Ну, вот! Это очень важная история. Что такое контрактным? – Будет профессиональной. Вот эти обучающие будут профессионалами. Я думаю, что несмотря на крики «нет-нет», через 5-7-9 лет армия станет контрактной. И это должно быть престижно. Нужно создавать такие зоны престижа. Помимо того, что надо платить по-человечески контрактникам, еще нужно создавать целую систему льгот «на после». Поступление на работу, поступление в институты, перепрофилирование, переподготовку. Изначально. Льготы по жилью, льготы по семьям, льготы по жене, имея в виду, что семья тоже…

О. ПАШИНА: И тогда у людей будет стимул.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Конечно. И тогда возникнет ситуация, что недобор, что очереди будут стоять. Мне кажется, что направление должно быть это. Ну, а сокращение до года… Все, конечно, замечательно, а следующий шаг когда?

О. ПАШИНА: Возвращаясь опять же к ситуации с дедовщиной. Все в равных условиях, все служат равное количество времени. Но от дедовщины страдают ведь не только…когда старослужащие притесняют «салаг». Младший офицерский состав, он же не изменится.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Опять придется поддержать Сергея Борисовича Иванова. Правда, когда он был министром обороны… Вот удивительно, когда человек находится в… в ауте, скажем так, и когда у него замолкают телефоны, как мне рассказывало его окружение… Ну, понятно. История о том, что частично это отражение того, что происходит во всем обществе, это правда. Это культура офицера. Поднять руку на солдата… Опять же очень интересная история. Независимость судебной системы. Ты поднял руку на солдата. Он подал в суд, причем не в военный суд, не в трибунал. Он подал в суд сначала гражданский, потом его уговаривают на военную комиссию… просто погоны полетят. Я просто напомню, что все эти истории с тюрьмами Абу Грейб и так далее, собственно, они были вскрыты английскими военнослужащими, которые обращались в независимый суд и независимую прессу. Это действительно – и в этом Иванов прав – состояние общества. Куда податься солдатику? Только сбежать в Комитет солдатских матерей, которые могут публично предать гласности один конкретный случай. И опять будем хвалить власти за мелкие успехи. Скажем, вот история на космодроме с забитым солдатом. Вмешался министр Сердюков.

О. ПАШИНА: Рядовой Силконен.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Да. И несмотря на то, что один из виновных был сыном очень высокого начальника, - разжалован, выслан, сослан в дальний гарнизон, нам подвергнут и так далее. Лично министр вмешался. Но лично министр не может вмешиваться в каждый такой случай. Но то, что это стало известно, это очень хорошо.

О. ПАШИНА: Есть отдельные перегибы на местах, у нас отдельные успехи на местах.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, но и отдельные перегибы, и отдельные успехи должны быть достоянием гласности. И здесь мы опять попадаем в то, что пресса должна быть независима от государства. И эти случаи, эти перегибы, эти успехи должны быть известны.

О. ПАШИНА: Я напомню, что в студии программы «Особое мнение» Алексей Венедиктов. Наш телефон для ваших СМС-сообщений +7 985 970 4545. И скоро заработает наш эфирный телефон 363-36-59, вы сможете задать свой вопрос. Ну, чтобы новогоднюю тему уже закончить…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это была новогодняя тема?

О. ПАШИНА: Ну, да. О том, что с 1 января меняется в нашей жизни. Президент Лукашенко поздравил белорусов с Новым годом. Напомнил народу в телевизионном обращении, что государство не Дед Мороз, который приносит подарки и дает обещания.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Что ты хочешь? Чтобы я поддерживал Лукашенко? Я поддерживаю. Государство не Дед Мороз. Что же у нас сегодня такое?

О. ПАШИНА: Нет, вот Ольга спрашивает вас из Москвы: «Ваш прогноз по объединению с Белоруссией. Известны ли вам какие-то подробности, что дальше-то будет?» Мы все ждали, ждали, что объединятся, и вот…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Сейчас расскажу. Раскрою тайну. Мой прогноз позитивный, в понимании объединения. Сейчас расскажу. Я знаю, что людей интересует, откуда и почему. Накануне визита Владимира Владимировича Путина нам стало известно, действительно, из окружения президента Лукашенко, вернее, из канцелярии президента Лукашенко о том, что готовится подписание - это оказалось неправда, но обсуждение – конституционного акта, который должен закрепить объединение России и Белоруссии в одно союзное государство. За неделю до визита Владимира Путина три варианта конституционного акта были переписаны на так называемую «президентскую бумагу». Есть такой… для работы . Такой чистовой…

О. ПАШИНА: План. Черновик «плана Путина»…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Черновик плана Путина-Лукашенко, да. Но они были сделаны в двух экземплярах для двух президентов. Кроме этого, конечно, визит президента Путина в Белоруссию был совершенно не обязательным. Это первый его государственный визит накануне отъезда … Он там не нужен был. Там главное нужно было по газу. Там нечего было подписывать. Этот визит двухдневный тем более. Когда у президента в графике даже нет места съездить на открытие государственной думы, чью партию он привел к победе. Да? Ну, нет времени. Он едет туда. Замечу, что Лукашенко его в аэропорту не встречает. И это был тот сигнал, что по каким-то вещам не договорились. Дальше происходит следующая история. Мне кажется, что они друг к другу лично относятся плохо. Конечно, Путин, мы знаем, чрезвычайно раздражен и недоволен, что Александр Лукашенко не выполнил тех обязательств, которые взял на себя семь лет назад. Я имею в виду по общей валюте, прежде всего, и по оплате частью белорусской собственности за кредиты и за газ, предоставленный России за то, что Россия не поднимала цену на газ достаточно долго. При этом, эти люди, которые лично друг к другу относятся весьма сдержанно, - это хорошо знают и в администрации в Москве, и в администрации в Минске – вдруг не в соответствии с протоколом уединяются в ресторане вечером после ужина…

О. ПАШИНА: Так-так…

А. ВЕНЕДИКТОВ: И пять часов – внимание! – пять часов вдвоем, без помощников, без министров, а там были все министры, кроме Лаврова, вся инфраструктура, без советников, вот с этими планами конституционного договора. Пять часов! Что можно делать в ресторане пять часов, до 5.30 утра? Они что-то там обсуждали. После чего мы видим, что Белоруссия получила на беспрецедентных условиях кредит в полтора миллиарда долларов. Сначала в полтора миллиарда. Мы говорили о двух, кстати, мы предсказывали это. Это беспрецедентный кредит! Мы увидели, что Белоруссия не получила увеличение цены на газ, хотя газ, который мы перепродаем Белоруссии – туркменский газ – возрос. Мы в убыток себе торгуем с Белоруссией! Более того, Лукашенко сказал: мы не будем акциями госпредприятий расплачиваться за газ. Он показал фигу в очередной раз. Более того, через два дня в Москву вызывается премьер-министр Белоруссии, которому предоставляется еще один кредит на 2 миллиарда долларов. Всего на 3 с половиной миллиарда долларов. Причем льготнейшие кредиты! Знаешь, такое впечатление, что скупают страну!

О. ПАШИНА: Но это с нашей стороны такие преференции. А что они-то нам? Они нам ничего пока.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Они нам - страну. Я думаю, что идет переговорный процесс. Он может ничем не кончиться. Идет переговорный процесс. Это, конечно, не только связано с тем, что Владимир Путин может возглавить союзное государство, а Сергей Борисович Иванов стать у него премьер-министром. Эти переговоры могут идти и в марте, и в мае. Путин до 10 мая является президентом РФ, и только 10 мая он становится свободным человеком. Предложит его Медведев в премьеры, не предложит – не знаю. Но мне кажется, что вариант белорусский… Хотя мои… как бы это сказать, не источники, не друзья…собутыльники! Мои собутыльники

О. ПАШИНА: Которые были в ресторане…

А. ВЕНЕДИКТОВ: … которые были рядом, которые сидели напротив в Макдоналдсе… ели кошатинку…. Нет, мои собутыльники – правильное слово – они говорят: нет. Наверное, ничего не получится. Ну, не получится ничего. Все-таки батька он такой упертый, не получится. Оно, конечно, было бы здорово, потому что есть еще один момент. Путин, действительно, хотел, и с самого начала это был его личный фан, это как бы восстановление государства Российского в тех границах, которые он, Путин, и его команда считают естественными. И в эти естественные границы входит, в частности, Белоруссия. И, конечно, завершение своего президентского срока на возвращении Белоруссии в единое государство… Понимаете? При Ельцине был распад, а вот при мне…

О. ПАШИНА: Будет собирательство земель…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Совершенно верно! Для него это историческая задача. Почему он всегда с таким трепетом относился и относится к объединению церквей? Потому что он знает, что только объединение церквей… Поверьте мне как бывшему историку, что если через 20 лет будет писаться учебник, это бесспорное… и хулители, и хвалители отметят с большим плюсом это. И второй большой плюс будет, если он начнет обратный процесс интеграции российский земель, как он его понимает. Поэтому мне кажется, что идеологически он к этому стремится. Может не получиться. Хорошо ли это для России? Да хорошо это для России! Что ж плохого то в этом… Единственное, мне кажется, что тут не надо лукавить, а тут надо просто договариваться, что Белоруссия входит в состав какого-то другого российского, большого российского государства, там восьмым округом, республикой. Как Татарстан, предположим. И я думаю, что это было бы абсолютно честно и правильно. Вот это вот лицемерие: давайте мы союзное государство, один лошадь, один рябчик… Ну, это смешно!

О. ПАШИНА: А вот аудитория не верит вам: «Не смешите. - пишет СВК на смс-ку. – Эти переговоры идут уже много лет, а союзное государство все там же».

А. ВЕНЕДИКТОВ: Не там же. Не там же!

О. ПАШИНА: Другой слушатель: «Лукашенко никогда не поступится своей независимостью…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Верно, верно.

О. ПАШИНА: … Будет только давать обещания и гнобить Россию, как стервозную женщину».

А. ВЕНЕДИКТОВ: Отвечу СВК. Действительно, идут переговоры, идут очень давно. Это не значит, что они не будут реализованы. Переговоры о независимости Косово тоже идут 8 лет, и в этом году они будут реализованы. Понимаете? Вот будут, готов с вами поспорить на бутылку очень хорошего….того, что пили кот Бегемот и Азазело. Готов поспорить. Да, переговоры идут. Что касается самого Лукашенко… Мне кажется, что это вопрос предложения. Да? Потому что, если Лукашенко становится второй , или третьей, или четвертой фигурой в Союзном государстве – это серьезное продвижение его дальше. Если при этом он еще финансово не обижен, скажем так, грубо говоря, потому что этот кредит дан Лукашенко, в полтора миллиарда долларов. Знаете, переговоры на то они и переговоры, что конец неизвестен. Мне кажется, что за последние полгода очень сильно продвинулись. Может не получиться, здесь я с вами согласен. И про женщину с вами согласен. А может и получиться. Но это запасной вариант. Я только говорю о том: он существует, и он реализуется. Может не реализоваться, может сорваться. Там еще нет такого, знаете ли, заранее достигнутого результата. Но мне кажется, - это моя точка зрения, это мое особое мнение – я знаю, что такие переговоры идут, и я знаю, кто их ведет. И вы, наверняка, тоже частично об этом знаете.

О. ПАШИНА: Заур пишет нам: «Надо начинать с Южной Осетии, а не с Белоруссии», видимо, имея в виду собирательство земель.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это другая история, потому что Южная Осетия мировым сообществом признана в составе Грузии. В том числе, и Россией. Напомню вам, Заур, что еще месяц тому назад Россия проголосовала в резолюции Совета Безопасности за территориальную целостность Грузии в международно признанных границах. Границы будут изменяться, Заур. Главное – чтобы не было войны, что называется. Чтобы это было не силой. Хотя сегодня, конечно, мы с Бунтманом сцепимся у Матвея Ганапольского по поводу практики применения силы в международных конфликтах. В «Клинче». Но я думаю, что… Вот я не хотел бы сегодня говорить о Южной Осетии и Абхазии в этом смысле, но собирание земель все-таки, конечно, надо начинать с Белоруссии.

О. ПАШИНА: Не будем уходить из этого региона. 5 января в Грузии выборы. И каковы шансы Саакашвили снова победить?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Сегодня Эдуард Амвросьевич Шеварднадзе назвал трех с половиной кандидатов, у которых есть шансы. Из них для российских наблюдателей… они знают только Саакашвили. Патаркацишвили он не назвал. А остальных мы не знаем или плохо знаем. Но мне кажется, что у Саакашвили есть хорошие шансы. Я напомню, что в его багаже в плюсе для грузин, с которыми я общался и там, и здесь. В плюсе – это возвращение контроля над Аджарией. В плюсе – это огромный экономический рост. Реально – огромный экономический рост. И как ни странно, в плюсе – это то, что он пошел на президентские выборы, напоминаю, соблюдая конституцию, уйдя с поста президента. Причем, уйдя безвозвратно. Он не в отпуске. Конституция Грузии предусматривает, что президент, который заново баллотируется, он покидает пост. Сейчас Бурджанадзе является верховным главнокомандующим. Ей подчиняется полиция и так далее, и так далее. Что у него в минусе? В минусе у него события: разгон оппозиции, безусловно. В минусе у него то, что ему не удалось договориться с Россией. Это в минусе, чтобы никто не сомневался в этом. Грузины, которые живут и в России, и которые живут в Грузии, они на самом деле прекрасно понимают ту позитивную роль, которую Россия как страна – не как государство, правители меняются – играет в их жизни. В том числе как рынок. И рынок рабочей силы и рынок сбыта. Но никто не может противопоставить больше плюсов грузинскому населению сейчас, чем Саакашвили. Потому что все претенденты, все говорят о России как о враге. Вот это надо понимать. Кроме Саакашвили, который говорит: нет, ну я помирюсь. Сейчас я избирусь вот, и помирюсь. Уйдет Путин, придет Медведев, с Димой мы… молодые, современные, модернистские.

О. ПАШИНА: Программа «Особое мнение», Мы продолжим через несколько минут. Напомню, что в студии программы Алексей Венедиктов. Я Оксана Пашина. Телефон 363 3659, который заработает через несколько минут.

НОВОСТИ

О. ПАШИНА: Мы продолжаем. В студии программы «Особое мнение» Алексей Венедиктов. +7 985 970 4545 – телефон для ваших СМС-сообщений. 363-36-59 телефон в студии. Прежде чем послушаем звонки, поговорим о ситуации в Пакистане. После убийства Беназир Бхутто, выборы парламентские, которые были намечены на 8 января, будут перенесены. По разным данным, вот мне попалось в интернете, до 11 февраля. Может быть, на какой другой срок. Есть ли вероятность, что они будут отменены вообще?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Все зависит от того, насколько Мушаррафу удастся стабилизировать ситуацию. Насколько ему можно будет предъявить мировому сообществу, что выборы прошли более-менее честно. В условиях, когда там, как в Кении, жгут церкви, совершают погромы… В Кении, там разграблено 47 избирательных участков, то, конечно, никакие выборы невозможны. Кроме того, я думаю, сейчас пройдут переговоры между Мушаррафом и наследниками Бхутто, наследниками политическими, я имею в виду, в том числе и Шарифом, по разделению… что Мушарраф должен подтвердить то, что обещал Беназир Бхутто. А он, видимо, этого делать не хочет.

О. ПАШИНА: Я не знаю, есть ли какие-то у вас источники или собственные соображения… Кто убил Беназир Бхутто – Мушарраф или Аль Кайда?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Значит, кому выгодно? Беспорядки в Пакистане выгодны, в первую очередь, Аль Кайде. Я хочу напомнить, что Аль Кайда сначала взяла ответственность за это. Более того, Аль Кайда неоднократно угрожала ее убить, и угрожала достаточно публично. Еще когда Беназир Бхутто жила в Англии, на нее готовилось несколько покушений. Она переезжала, она сменила четыре места жительства. Ее там так охраняли, и англичане, и собственная охрана, именно от Аль Кайды. Когда она вернулась - та же самая история. Ее вхождение во власть при сохранении Мушаррафа создавало для Аль Кайды уникальную ситуацию, когда вся элита Пакистана политическая будет бороться с Аль Кайдой. Поэтому, в первую очередь, ее, безусловно, убили те, кому выгодны сейчас в Пакистане массовые беспорядки и мятежи. Естественно, что нельзя исключать никакой версии. Версии могут быть какие угодно – спецслужбы Пакистана, которые…

О. ПАШИНА: Эксперты, кстати, говорят, что там много исламистов, которые…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Совершенно верно, которые разделяют идеи Аль Кайды, между прочим. И как раз историческая роль Мушаррафа заключается в том, что он не дает им – как и Мубарак в Египте – не дает им возможности придти к власти. Даже силовым путем. Это могли быть, повторяю, спецслужбы Пакистана, которые инфильтрованы с Аль Кайдой. Это могли быть спецслужбы какой-нибудь другой страны. Скажем, Индии, где выгодно ослабление Пакистана изнутри. Это могли быть марсиане, конечно, мы знаем их воинственный нрав, нам еще Уэллс завещал. Но все-таки говорить о том, что кажется вероятным, даже сам факт проведения вот такой демонстративной казни, публичной, это, конечно, скорее всего… Я бы поставил на Аль Кайду в этом смысле.

О. ПАШИНА: Еще одна международная тема. Владимир из Казахстана спрашивает по поводу Британского совета. Я напомню, что сегодня запланировано закрытие офисов Британского совета…

А. ВЕНЕДИКТОВ: И закроют.

О. ПАШИНА: И кстати, в Иране и Мьянме тоже они закрыты. Больше нигде в мире. Вот Владимир спрашивает: это что, такой предмет торга между Россией и Великобританией? И за что торгуются?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Да. Этого никто не скрывает. Это не скрывают и российские политики в полупубличных и частных беседах. Это не скрывают англичане, что британский совет стал заложником ухудшения отношений. Я отсылаю вас к интервью, которое журналу «Итоги» дал первый заместитель пресс-секретаря президента России Дмитрий Песков. Он там не говорит прямо, но он там намекает. Последний журнал «Итоги», номер 52 этого года. Да, это история дальнейшего охлаждения. Это история с последствиями, которые для России будут более печальными, нежели для Британии. Я вас уверяю. Считаю, неразумное решение. Во-первых, оно бессмысленное. Потому что два консульских отделения Британского совета – в Екатеринбурге и Петербурге… Ну, что это? Можно сказать, что они инфильтрованы шпионами, под маркой культурных атташе… Давайте не будем лицемерить. Сейчас там заявят, что какой-нибудь Российский совет в Британии, какие-нибудь хранители картин, которые поедут в Британию, тоже носят офицерские погоны, и начнут их высылать. Не картины арестовывать, а их высылать. Они, конечно, этого делать не будут, но это факт. Это приведет к отсутствию заключения договора с Евросоюзом, безусловно, и к визовым проблемам – внимание! – для чиновников и членов их семей. Я бы обратил ваше внимание на очень интересную историю санкций против Белоруссии. Что, собственно говоря, случилось? Конгресс Соединенных Штатов Америки – я сейчас проведу параллель – ввел санкции против только одного предприятия. «БелХимФарм», по-моему. «Бел»-чего-то, «Хим»-чего-то…В чем эти были санкции? Были заморожены все счета в долларовом эквиваленте, которые находились в банках США, и был запрещен въезд и были изъяты визы директоров этого концерна, замов директоров и их жен.

О. ПАШИНА: Вот это был самый главный удар!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот это просто за рамками добра и зла для… Они не понимают, почему. Да потому что вы назначены тем самым государством, которое не исполняет свои обязанности. Вот о чем говорят. Им все равно – кричите, Лукашенко угрожает. Я могу сказать, что с Англией будет то же самое. Оно не коснется нас с вами, негосударственных чиновников. Но, безусловно, без крика, без шума – как говорил Папанов, «без шума и пыли». Это первое. И второе. Если Великобритания сейчас начнет блокировать соглашение с ЕС и блокировать ВТО… Это же возможность России быстрее интегрироваться в мировую экономику. С плюсами, с минусами, но это факт. Нет, можно плюнуть и жить в изоляции, но наша элита, в отличие от нашего народа, не готова жить в изоляции, наши государственные чиновники, которых это коснется. Увидите, увидите.

О. ПАШИНА: Мы тоже не готовы общаться в изоляции. 363-36-59. Послушаем, что скажет наша аудитория. Алло, вы в прямом эфире.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Вячеслав Владимирович. Я из Москвы. Я бы хотел вопрос задать Алексею Алексеевичу, не отключайте меня. Вопрос такой. Есть правило культурно-логичного мышления, которое говорит, что прежде чем о чем-то рассуждать, решать вопросы на ответные ситуации, надо иметь явное и ясное определение понятий, о которых мы говорим.

О. ПАШИНА: А в чем вопрос?

СЛУШАТЕЛЬ: Так вот, в вопросе о Союзном государстве этого определения, хотя юристы составляли этот договор с двух сторон, в договоре так и не дали они…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Отвечаю вам. Вы не правы. Потому что мы с вами не видели три последних варианта конституционного акта. Но мы знаем, что этот документ называется не «договор», а «конституционный акт». Понимаете? А вы пытаетесь играть словами. Напрасно. Можно назвать как угодно – Русобелия, Белоруссия. Не имеет значения. Мы сейчас с вами говорим о движении. И мы с вами понимаем, о чем идет речь. И мы с вами знаем, что документ называется «конституционный акт». А игры в слова, это, пожалуйста, в «Говорим по-русски».

О. ПАШИНА: 363-36-59 и ваш вопрос Алексею Венедиктову в программе «Особое мнение». Алло!

СЛУШАТЕЛЬ: Георгий, Москва. Уважаемый Алексей Алексеевич! Я ваше радио слушаю с 91 года, и длительное время обращаю внимание, что идет плагиат. Когда я уезжаю, на Запад или путешествую, приезжаю и… другие радиостанции включаю - и якобы повтор «Эхо Москвы». Чистый плагиат, понимаете?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я попробую ответить. Мое мнение особое заключается в том, что форматы и жанры, они исчерпаемы. Если есть дискуссия, если есть особое мнение, есть новости, есть ток-шоу, есть реплики, комментарии, я могу перечислять… Знаете, мы сейчас с ребятами создаем три новых передачи, у нас высветилось три места. Мы не можем придумать…просто мы будем заниматься плагиатом таким же образом, правда, не в российском пространстве. Поэтому я в этом ничего не вижу… Знаете, есть семь нот, написав музыкальное произведение - плагиат, потому что восьмой ноты. Поэтому я думаю, что к этому надо относиться как бы спокойно. Весь вопрос еще в людях, которые умеют применить. Ведь формат это применение, формат это инструмент. А каков художник, такова и картина.

О. ПАШИНА: Это было особое мнение Алексея Венедиктова. Я, Оксана Пашина, прощаюсь с вами до завтра. Всего вам доброго.