Леонид Слуцкий - Особое мнение - 2007-05-15

Э. ГЕВОРКЯН: Здравствуйте, это программа «Особое мнение», приветствую всех, кто смотрит нас на телеканале RTVI и слушает по радио «Эхо Москвы», сегодня мы пообщаемся с Леонидом Слуцким, первым заместителем комитета ГД по международным делам, здравствуйте, Леонид.

Л. СЛУЦКИЙ: Здравствуйте, Эвелина.

Э. ГЕВОРКЯН: Да, в студии работают Марина Старостина и я, Эвелина Геворкян. Кстати, да, в самом начале напомню телефон, по которому вы можете присылать свои смс-сообщения, вопросы к гостю, а также свои комментарии, + 7 985 970 45 45.

М. СТАРОСТИНА: Сегодня много, конечно, международной тематики, как раз по вашей специальности в Думе, так скажем, буквально несколько минут назад Владимир Путин встречался с Кондолизой Райс в Москве, и по итогам этих переговоров глава МИДа Сергей Лавров сказал буквально следующее – Москва и Вашингтон договорились уменьшить накал публичной полемики. Как вы считаете, в чем конкретно это может выражаться в нынешней политической ситуации?

Л. СЛУЦКИЙ: Спасибо, Мариночка, за вопрос. Очень отрадное заявление, посмотрим теперь, как оно будет реализовано. Действительно, напряжение между нашими странами как-то, может быть, незаметно достигло достаточно…

М. СТАРОСТИНА: Апогея?

Л. СЛУЦКИЙ: Апогеем не назовешь, это ведь апогей, явление, т.е. точка относительная, непростая ситуация после доклада Госдепа по демократии и правам человека, впервые открыто было заявление, черным по белому, американским налогоплательщикам, это практически отчет перед ними, что США ежегодно тратят огромные средства на создание в России политической оппозиции, много другого интересного, я думаю, мы не будем повторяться, потому что это в эфире «Эха» подробно обсуждалось. Т.е. такие вещи, которые прямо направлены, если говорить своими словами, на слом конституционного строя в РФ, разумеется, не просто неприемлемы, а заслуживают того, чтобы подобным действиям был дан самый энергичный отпор на всех уровнях.

Э. ГЕВОРКЯН: Простите, а почему вы сразу провели знак равенства, то, что было заявлено в этом докладе, и свержение конституционного строя? По-моему, об этом речи не шло.

Л. СЛУЦКИЙ: Секундочку, черным по белому об этом речи не шло, но когда формируется на американские средства политическая оппозиция, когда это делается форсированным образом и по примеру того, как это было сделано в некоторых других странах на постсоветском пространстве, аналогии здесь совершенно очевидны. Поэтому здесь слом конституционного строя – это совершенно не формула, притянутая за уши, именно на это, на создание различного рода неправительственных организаций, которые оппозиционны нынешнему строю в России, совершенно открыто там было сказано, на 14 страницах, другие действия, которые, мягко говоря…

М. СТАРОСТИНА: Леонид, получается, что отношения обострились, по-вашему, после этого доклада.

Л. СЛУЦКИЙ: Нет, этот доклад – это наиболее яркое свидетельство обострения отношений.

М. СТАРОСТИНА: Мюнхенская речь Путина, например, достаточно резкая.

Л. СЛУЦКИЙ: Этот доклад, если брать новейшую историю, буквально которая измеряется какими-то месяцами российско-американских отношений, это наиболее, наверное, яркий пример. И здесь речь шла именно об американском вмешательстве в российские дела. Мюнхенская речь Путина не направлена была конкретно против США. Да, безусловно, она была направлена против однополярного мира, в качестве этого полюса, разумеется, сегодня США рассматривают себя и проводят мировую политику, которая пытается проводить, нацелена именно на создание такого однополярного мира, но все-таки мюнхенская речь Путина, она жесткая по риторике, но ее нельзя назвать каким-то образом направленной против США. Может быть, американские политики-эксперты или часть из них сочли мюнхенскую речь президента России направленной против себя, но я, таким образом, не могу ничего заявить.

Э. ГЕВОРКЯН: 9 мая тоже Владимир Владимирович говорил такие слова, аналогии с третьим рейхом проводил, по-моему, все там поняли намеки.

Л. СЛУЦКИЙ: Аналогии с третьим рейхом можно проводить ведь сегодня не только в отношении США, а аналогии можно проводить в отношении любых сил, которые нацелены на создание однополярного мира, нацелены на пересмотр итогов второй мировой войны. Мы, наверное, чуть позже поговорим о политике ЕС по поддержке Эстонии в определенных ее действиях.

М. СТАРОСТИНА: Поговорим обязательно.

Л. СЛУЦКИЙ: И это тоже может быть трактовано, например, лично мной как своего рода повод вспомнить третий рейх. Что касается однополярного мира, то сегодня мировая политика, которая именно на однополярный мир сфокусирована, на его создание, конечно, в качестве такого полюса рассматривает США. Самый яркий пример, если брать российско-американские отношения, я думаю, что он таковым останется еще достаточно долго, это, конечно, доклад Госдепа. Не сам по себе доклад как документ, а та политика, которую финансируют США в России. Я думаю, что здесь мы достаточно резко заявили, в том числе, и в ГД, о непозволительности такого вмешательства.

Э. ГЕВОРКЯН: Т.е. вы не хотите, чтобы они никоим образом, вообще никакие общественные организации не поддерживали, гранты не выделяли?

Л. СЛУЦКИЙ: Нет, почему? Гранты могут выделяться, упаси господь, гранты могут выделяться и не только гранты.

Э. ГЕВОРКЯН: А потом их обвинят, что они спонсируют.

Л. СЛУЦКИЙ: Нет, когда черным по белому, давайте возьмем доклад и почитаем, что там написано. Он есть в Интернете, в том числе, на русском языке. Там написано, что формирование оппозиции, формирование оппозиции – это не есть задача выделения каких-то грантов, например, университетам, каким-то компаниям, фондам, неправительственным организациям, которые заняты, например, благотворительной, миротворческой деятельностью. Я сам президент Российского Фонда Мира, крупной организации, которая базируется на тематике международных отношений, правда, мы без зарубежной помощи обходимся, и, тем не менее, это не возбраняется, это приветствуется. А то, что идет на слом сегодняшнего государства, конституционного строя и т.д., я понимаю, мы уже немножко забыли этот доклад, как-то напряжение спало, мои слова немножечко прозвучали таким диссонансом, который вызывает аллергию, да, собственно, чего тут преувеличивать, чего тут раздувать, какой там слом конституционного строя. Создаются какие-то оппозиционные, это, на самом деле, страшно, потому что именно с этого начиналась, продолжалась и завершалась подобная политика США относительно других стран постсоветского пространства. И те деньги, которые определяются на подобные цели, они соизмеримы как раз с грубейшим вмешательством во внутренние дела России. Однако сегодня речь не об этом. Сегодня речь о встрече, насколько я понимаю, президента с госсекретарем США.

М. СТАРОСТИНА: Да-да.

Л. СЛУЦКИЙ: И то, о чем сказал Сергей Викторович Лавров, я с этим полностью согласен, дай бог только, чтобы это было реализовано. Там были у нас также такие темы, кроме, в целом, необходимого ослабления напряжения в двусторонних отношения, прекращения пустопорожних пикировок и т.д., тема ПРО, тема Косово.

М. СТАРОСТИНА: Давайте сейчас, чтобы не вообще, а в частности говорить.

Л. СЛУЦКИЙ: Давайте.

М. СТАРОСТИНА: По Косово, Лавров сказал буквально следующее, цитирую, что касается Косова, то договорились стремиться искать развязки, которые устраивали бы всех, но, к сожалению, таких пока не просматривается. И все-таки чем нам не нравится план, предложенный Марти Ахтисаари?

Л. СЛУЦКИЙ: Сергей Викторович сказал совершенно объективно, план Ахтисаари, он только одну сторону поддерживает, это косоваров, косовских албанцев, и то, что предлагает план Ахтисаари, не учитывает интересы сербского населения Косова, и, по сути дела, поддерживает, еще раз подчеркну, одну сторону, сторону, которая на этой территории проводит много лет весьма агрессивную политику. Мы знаем про взрывы православных храмов, мы знаем про, извините, вытеснение сербов, которое успешно продолжается и по сей день с этой территории. Я оцениваю лично так, если угодно, в сербах некоторые европейские политики, американские политики, в их возможной поддержке усматривают что-то такое, забытое советское. Сербы – это часть социалистического лагеря, сербы очень дружны с Россией. И сегодня, когда вновь некоторым образом нарастает противостояние между Россией и Западом, кажется неправильным поддерживать сербов, тем более их не так много осталось на данной территории. Но это неверный подход. Он не может быть приемлемым, мы не можем поддерживать косовских албанцев только потому, что они вытеснили за последние годы почти все сербское население из Косова. Безусловно, план Ахтисаари как однобокий, односторонний не может быть приемлем для мирового сообщества. И даже ПАСЕ, т.е. наиболее широкоохватная организация, которая включает 46 государств-членов, на последней сессии не поддержала план Ахтисаари, хотя там было много его сторонников, слишком уж это вызывающе односторонняя схема, безусловно, Лавров прав. Сегодня не просматривается конструктива, но этот конструктив необходимо искать.

М. СТАРОСТИНА: Но мы все-таки защищаем больше себя или сербов в данной ситуации?

Л. СЛУЦКИЙ: Мы защищаем сербов, а не себя. Я дал свою личную оценку, почему, может быть, сознательно, может быть, подсознательно ряд европейских и западноевропейских и американских политиков поляризуются в поддержку косоваров, в поддержку предоставления Косово того статуса, который предполагает план Ахтисаари без учета…

М. СТАРОСТИНА: Но там слово независимость не употребляется, в плане Ахтисаари.

Л. СЛУЦКИЙ: В плане Ахтисаари, по сути, предусматривается создание независимого государства.

М. СТАРОСТИНА: Но там этих слов нет, конкретно этих слов.

Л. СЛУЦКИЙ: Если вы почитаете план Ахтисаари, там совершенно четко говорится именно об этом. И интересы сербского населения там никоим образом не учитываются. Слово независимости, кстати, если я не ошибаюсь, там есть.

М. СТАРОСТИНА: Создается платформа для независимости.

Л. СЛУЦКИЙ: Платформа для независимости, платформа для независимости, которая создает ее, платформу для независимости, только одной из сторон конфликта. Нигде никогда еще в мире соломоново решение не находилось подобным образом. Мы можем принять завтра или послезавтра, это ведь опасное решение, подобную же резолюцию и план уже не Ахтисаари, а другого отставного премьер-министра, который будет спецпредставителем ООН, например, по Кипру, в пользу Северного Кипра, который с 74 года оккупировал северную часть острова, 1 500 человек были убиты, пропали без вести, даже чуть больше. И только поэтому мы, потому что уже с 74 года существует самопровозглашенная республика на этой территории, мы поддержим в одностороннем порядке действия Турции. Здесь я не выступаю на чьей-либо стороне, это очень застарелый и непростой конфликт, но опасен, опасна сама тенденция, мы не можем поддерживать только одну из сторон конфликта на уровне ООН, иначе это роняет авторитет ООН как таковой. Поэтому позиция России, на мой взгляд, здесь единственно верная не потому, что я российский политик, а потому, что это объективно так. И очень хорошо, что сегодня об этом на столь высоком уровне было заявлено Кондолизой Райс. Также по поводу ПРО, мы выступаем против размещения элементов американской ПРО в Европе.

М. СТАРОСТИНА: А чего мы боимся? С нашими-то ядерными силами, с нашим оружием, чего мы боимся?

Л. СЛУЦКИЙ: На мой взгляд, ПРО, я думаю, что многие мои коллеги поддерживают мою позицию, это элемент наращивания противостояния. Нам бояться нечего, но любое наращивание вооружений – это снова очень неприятный рецидив возможного противостояния в Европе, в частности, если мы возьмем возможное размещение элементов ПРО в Польше и Чехии, это в непосредственной близи границ России. Интересна аргументация, которую выдвигает американская сторона в пользу того, что, дескать, таким образом, мы будем противостоять иранской и северокорейской угрозе в Европе.

Э. ГЕВОРКЯН: Но некоторые военные эксперты подтверждали, что, действительно, согласно их расчетам, это верно.

Л. СЛУЦКИЙ: Согласно расчетам военных экспертов США и НАТО. Военные эксперты, как независимые из третьих стран, так и российские, тут не нужно быть глубоким профессионалом и проводить какие-то специальные расчеты.

Э. ГЕВОРКЯН: Но ведь еще в 99 году эти документы все одобрили американцы. Просто сейчас они активно переходят.

Л. СЛУЦКИЙ: Американская сторона могла это одобрить, когда угодно. Они, действительно, это одобрили достаточно давно. Но, как мне казалось, было очевидно, что до реализации тут дело дойти не должно, поскольку в этом нет военно-стратегической необходимости. В данном случае, мы оцениваем объективно как северокорейскую, так и иранскую угрозу, в кавычках или без, и исходя из этого нам кажется преждевременным и создающим напряжение как между упомянутыми странами и мировым сообществом, так и, в принципе, в Европе создающим напряжение действием размещение.

Э. ГЕВОРКЯН: ПРО.

Л. СЛУЦКИЙ: В Европе элементов американской ПРО, конечно.

Э. ГЕВОРКЯН: Смотрите, по двум пунктам мы прошлись, что касается визита Кондолизы Райс, вопросов, которые здесь она поднимает.

Л. СЛУЦКИЙ: Естественно, вскользь прошлись, так же, как вскользь, я думаю, что прошлись и на встрече президента. Однако, зная нашего президента, думаю, что там было высказано все очень жестко и по Косово, и по ПРО. И бескомпромиссно.

М. СТАРОСТИНА: Бедная Кондолиза Райс.

Э. ГЕВОРКЯН: Она сильный человек, это должно быть, действительно, так.

Л. СЛУЦКИЙ: Давайте не будем жалеть Кондолизу Райс. Кондолиза Райс тоже сильная личность, я думаю, что там, несмотря на дозирование времени, характер встречи, все было достаточно понятно обеим сторонам. И если министр иностранных дел России констатировал, что договорились о выпуске пара, он так не сказал, но я так трактую.

М. СТАРОСТИНА: Вы перефразировали.

Л. СЛУЦКИЙ: Снижение напряжения, перефразировал, да, то это, конечно, серьезный результат. И дай бог, чтобы эта договоренность была реализована.

Э. ГЕВОРКЯН: В итоге, я так не до конца поняла, т.е. по каким пунктам мы пришли уже хоть к какой-то ясности, понятно, что разногласий много остается?

Л. СЛУЦКИЙ: Мне сложно судить. Думаю, смею так смоделировать, что ни по плану Ахтисаари, ни по ПРО мы к общему знаменателю, к единой позиции пришли.

Э. ГЕВОРКЯН: Так по чему же мы придем?

Л. СЛУЦКИЙ: Но мы договорились.

М. СТАРОСТИНА: Продолжать диалог.

Л. СЛУЦКИЙ: Прекратить, секундочку, прекратить пикировки, уменьшить поляризацию, т.е. расхождение по противоположным флангам одной и той же проблемы, увеличение пропасти между, в понимании между политиками с двух сторон, нападки на всех уровнях. Т.е., действительно, хотя избито и замусолено, конструктивный диалог, и мы его, в том числе, будем вести на парламентском уровне, 21 июня нам предстоит совместное заседание комитетов по международным делам палаты представителей Конгресса США и ГД в Вашингтоне. И там мы глубоко, надеюсь, и наверняка достаточно остро будем дебатировать, в том числе, эти проблемы.

М. СТАРОСТИНА: Смотрите, сложные отношения сейчас складываются не только с США, но и ЕС, как известно. Грядет саммит в Самаре, уже сейчас многие говорят, что он будет, по сути, провальным. Вы согласны с этим?

Л. СЛУЦКИЙ: Нет, не согласен. Конечно, есть силы, которые хотели бы этот саммит провалить. Если мы срываем…

М. СТАРОСТИНА: Под этими силами – это вы имеете в виду Польшу и Литву?

Л. СЛУЦКИЙ: Я никого сейчас не имею в виду, я имею в виду конкретных политиков, которые решили сорвать соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС.

М. СТАРОСТИНА: Не называете, что это за конкретные политики?

Л. СЛУЦКИЙ: Текущее соглашение о партнерстве и сотрудничестве истекает в декабре нынешнего года. Мне неизвестно, кто принимал решение в Брюсселе, озвучивал это Хавьер Солана, как известно, я думаю, что здесь, конечно, определенную роль сыграли различные события, и польское мясо, и нефтепровод «Дружба», но, главным образом, события в Эстонии. Несколько дней назад было, на мой взгляд, вопиющее заявление европейского парламента о том, что европейский парламент призывает страны-члены ЕС поддержать действия Эстонии, указывает России на нарушения прав человека и т.д., так вот, к чему, давайте посмотрим, призывает заявление европейского парламента. Видимо, к массовому нарушению прав человека, самому крупному за новейшую историю Эстонии, которое было 26-28 апреля, 156 человек пострадали, один гражданин России, Дмитрий Ганин, погиб. Людей избивали, связывали руки, причем 12-14-летних подростков, пожилых людей, людей, которые не имели отношения вообще к протестным акциям по переносу и демонтажу до этого Бронзового солдата. Никоим образом, их просто выхватывали из толпы и жесточайшим образом избивали, есть десятки.

Э. ГЕВОРКЯН: Но в России тоже такое иногда бывает на массовых мероприятиях.

Л. СЛУЦКИЙ: Если вы имеете в виду Марш несогласных.

Э. ГЕВОРКЯН: Да, я это видела своими глазами.

Л. СЛУЦКИЙ: То и масштабы, и последствия несопоставимы. Кого на Марше несогласных избили до крови, сломали руки?

Э. ГЕВОРКЯН: Японского журналиста.

Л. СЛУЦКИЙ: Держали в ангаре, в данном случае, я имею в виду Таллиннский морской порт, там, действительно, были пострадавшие, действительно, было указано милиции, но масштабы совершенно несопоставимы. То, что происходило в Эстонии, это настоящее зверство. Я сейчас, в данном случае…

М. СТАРОСТИНА: Легче всегда говорить о том, что происходит за рубежом, не то, что происходит у нас.

Л. СЛУЦКИЙ: Я как раз не всегда согласен с действиями по пресечению каких-то подобных мероприятий. Я согласен с тем, что здесь тоже был перебор. На этот перебор серьезно указано тем, кто его допустил.

Э. ГЕВОРКЯН: Но, тем не менее, каждый новый и следующий марш…

Л. СЛУЦКИЙ: Давайте посмотрим, что было в Эстонии.

М. СТАРОСТИНА: Давайте, не что было, давайте посмотрим, что будет дальше, давайте, что будет дальше.

Л. СЛУЦКИЙ: У нас никто не погибал, 150 человек не пострадали, не ранены.

М. СТАРОСТИНА: Теперь уже более интересно, что будет дальше. Что сейчас Россия хочет от Эстонии, чтобы памятник вернулся на прежнее место или что?

Л. СЛУЦКИЙ: Секундочку, мы не придем к общему знаменателю, к таким вопросам, как советская оккупация, где они за, мы против, или перенос Бронзового солдата, он уже состоялся. Я считаю, что он был проведен незаконно, тот закон, который позволял перенести монумент и ему подобные памятники, воинские захоронения, это закон о сносе запрещенных объектов, мы помним, на него было наложено вето президентом Эстонии Томасом Хендриком Ильвесом. Что касается закона о защите воинских захоронений, который и был применен как база, законодательная база для подобных действий, он притянут за уши. Более того, те статьи, на которые ссылаются эстонские власти, на мой взгляд, в той редакции, в которой закон был принят, говорят как раз о невозможности подобных действий. Но я не хочу сейчас вступать с эстонскими политиками в правовые дебаты, у нас недавно такая возможность была, мы там находились, с 30 апреля по 2 мая, я не беру сейчас темы, по которым у нас заведомо нет общего знаменателя, нет и не просматривается. Мы, конечно, будем работать. Но нам сейчас…

М. СТАРОСТИНА: Что нам тогда хотеть от эстонских властей, это непонятно. Мы что хотим, чтобы они сейчас сделали? Что, чтобы у нас отношения наладились?

Л. СЛУЦКИЙ: Сейчас, знаете, это уже не совсем просто.

М. СТАРОСТИНА: Это понятно.

Л. СЛУЦКИЙ: Допущено кощунственное осквернение могилы на холме Тэнисмяге, перенос монумента, зверское избиение людей, в том числе, граждан России, один из которых погиб. Сегодня ситуация очень тяжелая. И на уровне парламентской дипломатии, мне кажется, начинать нужно с того, где у нас общая позиция может быть. Мы можем дать общую оценку нарушениям прав человека в отношении живых, тех, кто пострадал в ходе этих событий, назвать это теми словами, которых эти действия заслуживают, зверства, чудовищные нарушения прав человека, действия, не сопоставимые со статусом Эстонии, как государства и члена СЕ, поскольку все три фундаментальных принципа СЕ – это демократия, верховенство закона и права человека, были грубейшим образом нарушены.

Э. ГЕВОРКЯН: Леонид, я здесь вынуждена вас прервать, потому что мы делаем небольшую паузу, вернемся в эту студию, продолжим слушать «Особое мнение» Леонида Слуцкого через пару минут.

Л. СЛУЦКИЙ: Спасибо.

НОВОСТИ

Э. ГЕВОРКЯН: Продолжаем программу «Особое мнение» с Леонидом Слуцким, первым заместителем комитета ГД по международным делам. Беседуют Марина Старостина и я, Эвелина Геворкян.

М. СТАРОСТИНА: Да.

Э. ГЕВОРКЯН: Мы закончили…

М. СТАРОСТИНА: Мы закончили на жарких спорах, да, об Эстонии. Тут как раз пришел, такая некая ремарка от Ирины из Москвы. Поводом для антироссийской консолидации европейского парламента, пишет она, стало выступление нашей молодежи возле эстонского посольства, с нарушением общепринятых правил, депутаты могли вмешаться, объяснить, как себя вести, что нельзя задерживать машину посла, вот, пожалуйста.

Л. СЛУЦКИЙ: Депутаты, кстати, и вмешались, там, действительно, были серьезные переборы, и флаг срывали, и задерживали машину посла, немножко наша молодежь, действительно, здесь движение «Наши» допустили некоторый перебор. Но пикет, в результате, был снят, но Ирине отвечу, что лишь формальным поводом послужил пикет «Наших», и немножко здесь притянуто…

Э. ГЕВОРКЯН: Разве российская сторона не провоцировала тем самым? Явно, что власти разрешали этому пикету там быть.

Л. СЛУЦКИЙ: Вы знаете, Эвелина, вам легко рассуждать, находясь в Москве. Когда…

М. СТАРОСТИНА: Но события были в Москве.

Л. СЛУЦКИЙ: Нет, секундочку, когда оскверняются могилы, когда переносится монумент, который был центральным для всего Таллинна, когда самые торжественные мероприятия, молодые приезжали после ЗАГСа и т.д., совершались возле этого монумента, когда все это на твоих глазах выкорчевываются самым грубым физическим образом, когда после этого один человек гибнет, полторы сотни получают ранения, и все это происходит совершенно необоснованно зверским, каким-то неприемлемым для нашей страны…

М. СТАРОСТИНА: Это все понятно, Леонид, мы все хотим к нашим событиям, к посольским.

Л. СЛУЦКИЙ: Поэтому «Наши», конечно, пикетировали, к нашим посольским событиям, надо четко понимать, не наша пикировка с вами важна в эфире, а то, правы ли были «Наши», выставив пикет у эстонского посольства.

Э. ГЕВОРКЯН: Правы?

Л. СЛУЦКИЙ: Думаю, что первоначально они были правы, потому что речь шла о совершенно непозволительных событиях. Другое дело, что пикет этот затянулся. Другое дело, что в ходе этого пикета были допущены определенные переборы с той же остановкой машины посла, попыткой срыва флага со здания посольства, я уже не беру ситуацию, когда молодые люди ворвались в редакцию «Аргументов и фактов», где шла пресс-конференция посла Эстонии Марины Кальюранд. Поэтому моя позиция, в данном случае, мы должны не нападать друг на друга по последствиям, а смотреть объективно. Если мы будем нападать друг на друга по последствиям, то самое серьезное последствие нашего противостояния – это события в Таллинне, где один человек погиб, а другие, извините, что я в очередной раз повторяюсь, серьезным образом пострадали. И мы сейчас ждем от эстонского парламента политической воли и мужества дать адекватную оценку этим событиям. Мы благодарны властям Эстонии за то, что там арестованы подозреваемые по делу Дмитрия Ганина, надеюсь, что это именно те люди, которые причастны к его смерти. И я хочу сказать…

М. СТАРОСТИНА: Тут как раз вам по поводу того, что вы говорите, Светлана Ивановна пишет, вы говорите, адресует она вам вопрос, было зверское избиение, один человек убит, но человек был убит ножом, а ножами полиция не оснащается.

Л. СЛУЦКИЙ: Человек был убит в результате колотого ранения, и это не факт, что ножом. Полиция не оснащается, а вооружается штыками. Мы, в данном случае, не обвиняем эстонскую полицию, извините, мы требуем объективного и беспристрастного расследования. Другое дело, что эти действия полиции были таким образом выстроены, мы видели фильм об этих событиях, мы говорили с очевидцами, с организацией «Ночной дозор» и многими другими, невольными и осознанными участниками тех событий в Таллинне, когда там находились с 30 апреля по 2 мая, это, конечно, зверство. Поэтому…

Э. ГЕВОРКЯН: Т.е. мы хотим каких-то извинений от их властей?

Л. СЛУЦКИЙ: Мы не хотим извинений, это же не война между Россией и Эстонией, это большинство людей, которые пострадали, подавляющее большинство, хотя там был немец и гражданин Великобритании, немец там был, журналист 65 лет, которому разбили голову. Это граждане и жители самой Эстонии. Там много было граждан России, в частности, они должны перед ними извиниться, после беспристрастного расследования, которое сейчас идет с участием парламента Эстонии. Что касается саммита, что касается отношений между Россией и ЕС, здесь…

М. СТАРОСТИНА: Вообще новое соглашение нужно?

Л. СЛУЦКИЙ: Безусловно. Мы, конечно, должны говорить о краеугольных вещах, кто кому больше нужен. Но сначала я хотел бы закончить с Эстонией, мы будем выстраивать, какими бы сложными ни были наши отношения, мы будем по крупице восстанавливать общий знаменатель. Думаю, что ключом к той ситуации, которая сегодня сложилась по воинским захоронениям, может быть, соглашение, которое может быть заключено между министерствами иностранных дел или министерствами обороны, я думаю, что мы можем найти здравый смысл. Конечно, у нас останутся расхождения по той же оккупации, но это дело историков, по каким-то другим вещам. Но таких чудовищных событий, которые были в конце апреля, надеюсь, что больше не повторится.

Э. ГЕВОРКЯН: Уже не повторится?

Л. СЛУЦКИЙ: Надеюсь, и это самое главное. И мы будем самым тесным образом сотрудничать с парламентом Эстонии, даже если у нас не будет находиться общий знаменатель, мы все равно будем продолжать его искать, поскольку мы исторически, мы географически обречены на то, чтобы быть соседями, в конечном итоге, установить между собой добрососедские отношения, иначе быть не может.

Э. ГЕВОРКЯН: Леонид, с саммитом ЕС.

Л. СЛУЦКИЙ: С саммитом ЕС, у нас есть, что обсуждать. У нас есть различные направления, как говорится, пространства, четыре общих пространства для сотрудничества между Россией и ЕС, и конечно, это неприятно, что демонстративно Брюссель заявляет о том, что это соглашение не будет рассматриваться. Но дело ведь не в соглашении, представьте, Эвелина, соглашение будет заключено, и оно не будет выполняться. На бумаге оно будет, а, на самом деле, к России будут применяться те же двойные стандарты, как в последнем заявлении европейского парламента, когда после тех самых чудовищных событий в Эстонии страны-члены ЕС призываются поддержать Эстонию, а России какие-то вещи ставятся на вид. Как будто есть только пикет «Наших», а этих зверских событий в Таллинне не проходило. Я думаю, что, на самом деле, нужно адекватную оценку давать и тому, и другому. И если «Наши» тоже хороши, надо им давать должную оценку. Но нельзя перекашивать. Нельзя перекашивать планом Ахтисаари на одних только косоваров, нельзя перекашивать заявлением Европарламента, в целом, поведением многих политиков сегодня в Европейской комиссии в сторону, явно критическую по отношению к России.

Э. ГЕВОРКЯН: Т.е. вы думаете, что все-таки подпишут это соглашение, несмотря на высказывания некоторых?

Л. СЛУЦКИЙ: Мы сейчас не говорим о подписании соглашения, мы знаем, что 18-го в Самаре.

М. СТАРОСТИНА: Саммит.

Л. СЛУЦКИЙ: Да, ЕС-совская сторона воздержится от обсуждения нового соглашения. Я думаю, что оно будет обсуждено, еще время есть, хотя его остается не так много, для того, чтобы его подготовить. Там есть сюжеты, собственно, там, почему там, в Самаре, они есть между нами, они есть между нами на парламентском уровне, если брать европейский парламент и нас, для обсуждения, те позиции, где у нас расходятся мнения. Это и Эстония, это и польское мясо, это и нефтепровод «Дружба», и думается, что по многим из этих вопросов и некоторых других, где у нас есть обсуждения, может ситуация быть разрешена. Что касается тех, где мы не придем к единой позиции, заведомо не можем прийти, ну что же, надо следить и ЕС, который мнит себя большой Европой, хотя ЕС далеко не самая широкоохватная организация в Европе, таковой является Совет Европы. Но все-таки следить и за Эстонией, и за Россией, и за правами человека, и за демократией, но нельзя перекашивать в ту или иную сторону из-за какого-то конкретного сюжета. Сегодня заявление Соланы нужно, на мой взгляд, рассматривать как попытку грубого давления на Россию, вы обижаете страну-члена ЕС, Польшу, с мясом, мы не готовы рассматривать соглашение о партнерстве и сотрудничестве.

Э. ГЕВОРКЯН: Леонид, к сожалению…

Л. СЛУЦКИЙ: Мы таких ультиматумов не принимаем.

Э. ГЕВОРКЯН: Время в эфире.

М. СТАРОСТИНА: В следующий раз продолжим.

Э. ГЕВОРКЯН: Подошло к концу, на этом ярком, так скажем, высказывании мы вынуждены прерваться.

Л. СЛУЦКИЙ: Что не принимаем ультиматумов, да.

Э. ГЕВОРКЯН: Да, это была программа «Особое мнение», у нас в гостях был Леонид Слуцкий, первый зам. пред. комитета ГД по международным делам. До свидания.

Л. СЛУЦКИЙ: Марина, Эвелина, огромное спасибо.