Сергей Доренко - Особое мнение - 2007-04-16

А. ВОРОБЬЕВ – Я приветствую тех, кто в эти минуты смотрит телекомпанию RTVi и слушает радиостанцию «Эхо Москвы». Это совместный проект радиостанции и телекомпании. Традиционно по понедельникам мы встречаемся здесь теперь уже в новой студии, хотя это уже совсем неважно, но Сергей Доренко, журналист традиционно на своем месте. Приветствую вас. Мы будем говорить на все те темы, которые в последние дни, а может быть, даже часы так будоражат слушателей радиостанции «Эхо Москвы» и телезрителей телеканала RTVi. Много тем, к счастью, журналисты-информационники говорят «хлебный день». Мясной день, мяса много.

С. ДОРЕНКО - Стервятники журналюги.

А. ВОРОБЬЕВ – Смотрите. Сообщение последнего часа-полутора. Мосгорсуд принял сторону Басманного суда, и не принял сторону Генпрокуратуры, господина Чайки и теперь Ходорковский и Лебедев должны быть возвращены в Москву, где будут проводиться следственные действия по новому уголовному делу, заведенному против бизнесменов. Что скажете?

С. ДОРЕНКО - Я считаю, что Мосгорсуд это просто иной кабинет в том коридоре, где находится Генпрокуратура. И Мосгорсуд. То есть я не вижу между ними противостояния никакого. Это игра конечно. И мы посмотрим, в результате все-таки опротестует Генпрокуратура это решение Мосгорсуда или нет. Будет ли надзорная жалоба или не будет. Но в любом случае это победа, победа за победой Ходорковского. Потому что он играет, то есть с точки зрения уголовного дела, с точки зрения именно уголовного дела, наверное, здесь и уголовное дело вести легче и прокуратуре. Но если бы это был уголовный процесс. С точки зрения публичности, с точки зрения формирования повестки дня, с точки зрения появления новых статей в прессе Ходорковского, внимания общественного, сам этот переезд сюда центр – победа конечно, Ходорковского.

А. ВОРОБЬЕВ – Но может быть это победа правосудия скорее.

С. ДОРЕНКО - Сейчас мне станет больно. В каком-то смысле это победа, да нет…

А. ВОРОБЬЕВ – Термин Басманное правосудие существовало, укрепилось в своем негативном оттенке. Почему нет?

С. ДОРЕНКО - Нет, конечно. Это смешно. Какое правосудие. О чем мы говорим. Вернитесь на 56 широту, я вас умоляю. Мы на 56 широте.

А. ВОРОБЬЕВ – Кстати говоря, о широте. Краснокаменск, Чита.

С. ДОРЕНКО - Это южнее, но все еще достаточно северно для того, чтобы правосудие было басманным.

А. ВОРОБЬЕВ – Кстати сказать, если будут вопросы от наших слушателей по этой же теме, телефоны прямого эфира мы подключим после паузы середины часа, то мы, безусловно, вернемся к этой проблематике. Пока идем дальше. В Лондон направлен запрос о выдаче господина Березовского, которого требует Кремль. Пресс-служба Кремля требует выдачи…

С. ДОРЕНКО - Не могут жить в разлуке.

А. ВОРОБЬЕВ – …воплощения грабительского капитализма. Эти слова принадлежат Андрею Пионтковскому, очень известному российскому политологу и непримиримому противнику президента Путина. Многие сомневаются в том, что Березовского все-таки выдадут.

С. ДОРЕНКО - Березовского не выдадут. Тут не надо сомневаться. Он точно рассчитывает свои шаги и все. То есть он дал разъяснения, разъяснений несколько, в одном из них он сказал, что слово force он использовал, потому что лучше говорит по-русски, чем по-английски. И все. Вот это одно снимает вообще все. То есть Березовского не выдадут точно. Заявка Генпрокуратуры подана, потому что Генпрокуратура хочет демонстрировать верность Путину.

А. ВОРОБЬЕВ – Это внутренняя история?

С. ДОРЕНКО - Абсолютно внутренняя история. Несколько вариантов игры на самом деле. Я все-таки скажу свою точку зрения уже окончательно, чтобы не перечислять все варианты. А их много. Я думаю, что Генпрокуратура пытается доказать шефу Путину, что она верна ему таким образом. Генпрокуратура посылает просто внутренний сигнал: шеф, мы верны тебе, мы на страже. Полагая и зная точно, что шефу это нравится. Что это очень глубоко личное для него, преследование Березовского абсолютно личная тема. Важное для него. Второй вопрос. Со стороны Березовского это действительно попытка поссорить снова путинский Кремль и Запад, он последовательно их ссорит. Скажем так, он не может сделать больше, чем сам Путин. То есть первый и главный актер в этой группе Владимир Владимирович, за ним идут все его помощники, Чайка, Устинов в свое время и так далее. Ну и Березовский помогает их оттенить. Он просто ходит и оттеняет. Понимаете, да. То есть они совершают с его Березовского точки зрения и с точки зрения Запада, что уже важно, потому что если бы это было с точки зрения Березовского, то не имело бы никакого значения. Березовский считает, ну и, пожалуйста. С точки зрения Березовского и Запада Путин совершает ошибку любую. Например, сейчас с этим запросом. И Березовский использует это для того, чтобы эта ошибка была представлена на Западе покрасивее, ярче, сочнее, вкуснее и талантливее. Для этого он, конечно, прилагает свои усилия.

А. ВОРОБЬЕВ – Кстати сказать, мы, наверное, вернемся не единожды к теме Березовского в этом эфире, поскольку мне хотелось бы…

С. ДОРЕНКО - Его цель изолировать Путина. Его цель делегализовать его режим в глазах мирового сообщества, создать ситуацию, в которой Путин не будет принят на Западе. Не будет принят в приличных семьях. Единственное место, которое для него останется для светской жизни, а он любит Дольче Вита, это Берлускони и Кадыров. Вот две блистательные семьи светские, которые его примут.

А. ВОРОБЬЕВ – Сергей, знаете, что это может означать. Это может обозначать – Березовскому нужна кровь. Поговорим об этом через несколько минут.

С. ДОРЕНКО - Он был бы не против, я думаю.

А. ВОРОБЬЕВ – Что может именно это означать.

РЕКЛАМА

А. ВОРОБЬЕВ – Это «Особое мнение». Мы идем дальше. У нас остается еще минут 12 до паузы середины часа. Итак…

С. ДОРЕНКО - Заинтересован ли он в крови.

А. ВОРОБЬЕВ – Да. Смотрите, остановились на том, что если цель Бориса Березовского делегитимизировать Путина, и режим Путина на Западе…

С. ДОРЕНКО – Ну, это объявленная цель…

А. ВОРОБЬЕВ – Появление его статьи в The Guardian накануне «Марша несогласных» в Москве, преследовало какую цель…

С. ДОРЕНКО - Я позвонил же Борису. Я обещал слушателям позвонить Борису. Я позвонил Борису, часа два, два с половиной назад. Мы говорили довольно долго. Я ему сказал: Борис, есть люди обиженные даже среди тех, кто вышел на марш. Обиженные на тебя. Эти люди шли под дубинки, ты сидишь, нога на ногу в лондонском офисе, попивая кофеек, рассуждаешь о таких вещах, как революция, жизни и смерти может быть случайно. Революция необязательно насильственна, но всяко бывает в революцию. Иногда власть применяет силу. Ну, так вот, он сказал: ты знаешь, я давал это интервью за несколько дней. Совершенно абстрагировавшись от этого, просто переполненный собственным бытием, собственными мыслями, за несколько дней, то есть он не давал накануне, это уже The Guardian накануне дала. И поэтому так получилось. Но заинтересован ли…

А. ВОРОБЬЕВ – Но каковы цели, которые преследовал Березовский?

С. ДОРЕНКО - То есть он не подгадывал в канун, по его словам, тут мы можем ему верить или нет, опять же, мы можем сказать, парень лукавит или наоборот, парень не лукавит. Я поскольку его долго знаю. Не думаю, что он лукавил бы мне. И, тем не менее, это так получилось. Заинтересован ли он в каких-то жестких решениях Путина, которые окончательно выведут его, сейчас мы имеем диктатуру без диктатора, и вдруг появится диктатор. То есть будет диктатура с диктатором. Да, ответ позитивный. Он заинтересован. Я думаю, что он будет подчеркивать с удовольствием и даже может быть с чувственным удовольствием любую ошибку диктатора. Потому что это в его интересах. Но мы должны сказать также и то, что он может быть, его провоцирует как угодно и даже провоцирует как угодно и тоже признать это, но он не может за своего излюбленного актера выйти и дать приказ. Он не может, он может…

А. ВОРОБЬЕВ – Он может спровоцировать его?

С. ДОРЕНКО - Может. Особенно, зная хорошо актера. Он, конечно, его провоцирует. Я думаю, это моя оценка.

А. ВОРОБЬЕВ – Теперь мне важно понять, по какому сценарию развития событий пойдет дело. Понимает ли на ваш взгляд Кремль задачи, которые стоят перед Березовским. Которые он формулирует открыто.

С. ДОРЕНКО – А вообще, честно говоря, от Березовского хотел бы вернуться к русской политике, потому что гипертрофированная роль Березовского мне кажется большим достижением Бориса Абрамовича, безусловно. Потому что теперь как папаша Дювалье, нет папаша Монзано у умершего Воннегута, и Боканон, у нас всего два актора. Есть папаша Монзано - это Путин и Боканон, скрывающийся где-то в горах, - это Березовский. И все в результате боканисты говорят только о Боканоне и трутся пятками как у Воннегута. Так вот, конечно не надо преувеличивать роли Березовского. Потому что, несмотря на то, что он полностью занимает левое и правое полушарие всех людей в русской власти, нужно считать это отдельной болезнью, это синдром Березовского у них. Он мерещится им, он лезет из-под кровати, лезет из темного угла комнаты. И особенно после 100 граммов. Но мы не должны уподобляться власти. У нас Березовский не должен вылезать непрерывно из-под кровати. Поэтому нужно успокоиться.

А. ВОРОБЬЕВ – Это может говорить о том, что в Кремле не очень понимают цели, которые стоят перед Березовским. Не так ли?

С. ДОРЕНКО - Нет.

А. ВОРОБЬЕВ – А карту Березовского тогда по вашим словам разыгрывают для внутреннего употребления и только?

С. ДОРЕНКО - В Кремле нет ни одного стратега, есть тактики. Есть тактики разного калибра. Тактиков калибра Березовского нет ни одного, надо отдать им должное. Ни одного просто нет тактика. Поэтому они перед ним робеют и благоговеют как перед великим учителем, великим гуру, который до сих пор как они четко понимают, может сделать любого из них. Вот поэтому они гипертрофируют. Но политика она все-таки развивается по некоторым коридорам возможностей, растекается как вода не просто вообще по плоскости, а по неким ложбинам и так далее. И не Березовский прочерчивает пути этой воды. А Путин прочерчивает пути в диалоге как это ни смешно, но только не смейтесь, правда, не падайте, - с народом России. Который существует, все думают, что есть Путин и Березовский. Это ошибка. Есть Путин и народ России.

А. ВОРОБЬЕВ – Да, но…

С. ДОРЕНКО - Березовский просто часть Путина.

А. ВОРОБЬЕВ – Но чья игра? Здесь важно, понимают ли там, что им навязывают эти правила игры.

С. ДОРЕНКО - Игра идет в историю. Я не сторонник, я никогда не был сторонником рассуждений на дворцовые темы. Потому что я думаю, что творится история, историю творят вот как. Страна деградирует, страна упускает возможность модернизации. Возможность модернизации была, а после превратилась в необходимость модернизации, императивную необходимость срочной модернизации. Страна не занимается этим. Страна лишена коммуникаций, дорог, всего, спутники рушатся и так далее. И на этом фоне вся элита больна полностью на голову, обсуждает Березовского. Из этого можно сделать вывод, что наша элита, безусловно, флора. Но не фауна. И некоторые доросли до уровня дельфина, но не выше. Сурков, например, я думаю, безусловно, он выше дельфина.

А. ВОРОБЬЕВ – Вопрос остается. Каковы сценарии развития событий после «Марша несогласных» и с учетом задач, которые формулирует Березовский?

С. ДОРЕНКО - Ой, не знаю, про Березовского совсем уже не хочу. Я хочу говорить об истории своей страны. Сценарии развития событий вот каковы. Сценарий развития событий таков, что Путин опирается на преторианцев, известно всегда, что происходит, когда человек сужает свою опору до преторианцев. Преторианцы начинают делать историю. Я полагаю, что могут выступить как делатели истории пассионарии из политически активных гражданственных людей, которые сегодня нацболы, люди Каспарова, люди, которые идут за Касьяновым и поддерживают Касьянова, Каспарова, Лимонова. Они могут выступить делателями истории. Но я пессимист. И я полагаю, что историю сделают генералы. И что опора Путина однажды станет властью. Они и так взяли Москву в очередной раз. Кто-нибудь видел, как была взята Москва в субботу. Осталось только арестовать Путина и Лужкова. Еще кого? Патрушева. Алло, все было сделано в субботу. Сколько еще таких суббот прошляпят генералы. Сколько еще таких суббот прохлопают ушами генералы. Дай им Бог как можно позднее войти в политику. Я очень надеюсь, потому что это моя страна, что этого не произойдет. Но я как пессимист и как глубоко информационный человек я полагаю, преторианцы в ближайшие 20 лет будут править моей страной.

А. ВОРОБЬЕВ – Давайте не будем далеко от этой темы уходить. Галина из Санкт-Петербурга, студентка: скажите, пожалуйста, как вы думаете, оппозиция добьется чего-нибудь или ее пересажают. Вчера стало ясно, что власть свирепа и безжалостна.

С. ДОРЕНКО - Пересажать ее невозможно.

А. ВОРОБЬЕВ – В условиях информационной блокады могут творить беспредел, с несогласными будут поступать все жестче. Надо бы им что-то новое предпринимать. Потому что маршем в каком-то смысле исчерпывают себя.

С. ДОРЕНКО - Марши себя не исчерпывают, во-первых. Во-вторых, вообще говоря, с каждым разом, власть играет некую игру, которая называется, как в компьютере бывает, когда нужно быстро нажимать на кроликов, которые вылезают из нор. И назовем кроликов ошибками, власть в России уникальна, потому что она совершает все ошибки. Все, какие можно, настолько у них тренировка какая-то колоссальная, они совершают все ошибки. Они на Москву напустили иногородние ОМОНы. Это серьезная ошибка.

А. ВОРОБЬЕВ – Есть объяснение. Федеральный закон, близость к стенам Кремля и так далее.

С. ДОРЕНКО - Я вообще сейчас говорю об ошибках. Я знаю, что их вынудило. Только не Березовский. Это их левое полушарие, но у них же главная проблема, если бы у них осталось одно правое, я думаю, легче жилось бы. Они же умозаключения какие-то делают. Они напустили на Москву иногородних, что москвичей задело. Неприятно задело. Именно поэтому мамочки выбегали на балконы и орали на омоновцев, вы помните. Везде, где Каспаров сидел, и в других отделениях милиции люди выбегали на балконы, ничего не боясь, люди были в ярости. И это задело. То есть это была серьезная ошибка, которая была сделана. Дальше. Они отдали город преторианцам, я уже сказал, и это тоже серьезнейшая ошибка, потому что как только, а эти преторианцы, между прочим, кого-то крышуют, у них уже есть бизнес-интересы. Это уже латиноамериканские в высшей степени латиноамериканские кланы с бизнес-интересами. Которых Володя может устраивать, а может не устраивать в какой-то момент он скажут, так этот парень чего-то нам, ну давайте посмотрим. Поиграем сами. А он это им не только разрешает, он их об этом просит. Он их выводит против несчастных 5 тысяч. Это смешно и опасно. Для меня опасно и для моей страны опасно. Так что, он делает все ошибки. И в этой связи, что будет следующим маршем, - следующим маршем будет еще марш, еще марш и еще марш. Только я говорю как пессимист, власть возьмут не участники маршей. Власть возьмут преторианцы. ОМОН будет править Россией.

А. ВОРОБЬЕВ – Сергей Доренко и его «Особое мнение»…

С. ДОРЕНКО - Но я не думаю, что ОМОН пожалеет Путина. Этого парня из Германии, чего, он по-немецки говорит.

А. ВОРОБЬЕВ – Он из Питера.

С. ДОРЕНКО - Он из Германии. Он и по-немецки говорит, он по «восьмеркам» ходит путиной походкой. Нет, у них придут строгие ребята. Жесткачек будет.

А. ВОРОБЬЕВ – Ради этих интонаций можно было чуть-чуть сделать паузу, если бы вы дотянули, господин Доренко до паузы середины часа. Через несколько секунд мы уйдем на паузу. Затем вновь вернемся в эту студию, я полагаю, будут ваши телефонные звонки, которые по двум линиям мы сможем принять.

С. ДОРЕНКО - Еще одна ошибка, которую должен был совершить, но не совершил. Ввести Кадырова.

А. ВОРОБЬЕВ – Об этом через несколько минут.

НОВОСТИ

А. ВОРОБЬЕВ – Это «Особое мнение». Мы подключим телефон прямого эфира чуть позже. Пока давайте из новостей дня сегодняшнего. Или для вчерашнего, как хотите. Господин Доренко, как вы оцениваете победу СПС на выборах в Красноярском крае? И уточнения.

С. ДОРЕНКО - Да, да. Победа СПС.

А. ВОРОБЬЕВ – Боюсь, он ее расценивает ближе к поражению или более оптимистично?

С. ДОРЕНКО - Победа СПС.

А. ВОРОБЬЕВ – Они прошли.

С. ДОРЕНКО - Они прошли, проползли.

А. ВОРОБЬЕВ – Что это значит?

С. ДОРЕНКО - Колючку проползли. С ними боролись и это прибавило им безусловно шарма, обаяния, бесконечного. Там много победителей. Там коммунисты очень хорошо выступили, в разы выше, чем раньше. Я думаю, что просто партия надежд «Единая Россия», «Единая Россия» это партия нашего лобби. Если и когда человек голосовал за «Единую Россию», он надеялся, что депутат поедет от «Единой России», он ближе к Путину просто стоит. Физически ближе. Шепнет, Владимир Владимирович…

А. ВОРОБЬЕВ – Защитит.

С. ДОРЕНКО - Владимир Владимирович, газ бы провести в Пантелеевку, братец. Владимир Владимирович скажет, а что так, нет газа. И так далее. Вот в этом мифологическим сознании обычного русского человека, оно абсолютно мифологично независимо даже от образования, апломба и количества раз, которые он съездил в Хургаду, Египет, тем не менее, оно остается мифологично. И он верит, что который ближе физически к Путину, он шепнет где-то у лифта, газ бы провести в деревню имени 22 партсъезда. Поскольку Путин настаивает, что он уйдет, поскольку надежды на него лично падают, то постепенно тает, приходит 36% в Красноярске. Из них 40% приблизительно, чуть меньше за «Единую Россию». Давайте уж совсем дадим, ну хорошо 15% населения за «Единую Россию». Вот это интересно. То есть всем остальным просто плевать, поскольку они превратились в партию как называется, есть такая Регина Дубовницкая…

А. ВОРОБЬЕВ – Дубовицкая.

С. ДОРЕНКО - Я не видел ни разу. Но люди говорят. И Петросяна, Петросяна я видел еще будучи ребенком. И есть такая партия, основная часть выведена из политики Путиным талантливо, он вывел, для того чтобы ему не мешали, чтобы не было оппозиции, он значительную часть народа вывел с политического рынка, с политического поля, с политического действа вообще в партию Дубовицкой и Петросяна. И они вовсе не хотят ничем заниматься кроме как жрать и срать. А остальные участвуют, и из них часть рассматривает «Единую Россию» как универсальных лоббистов. Они больше не лоббисты.

А. ВОРОБЬЕВ – Телефон для жителей столичного региона вещания – 783-90-25 и для всех остальных, или как сказал бы мой коллега Александр Плющев – для лучшей половины человечества – 783-90-26. Первый телефон с окончанием на 25, давайте попробуем. Здравствуйте. Никак. Тогда телефон, заканчивающий на 26. Алло. Не молчите.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Владимир из Санкт-Петербурга.

А. ВОРОБЬЕВ – Здравствуйте. Чем занимаетесь, сколько вам лет?

СЛУШАТЕЛЬ – (неразборчиво) Вопрос можно задать?

С. ДОРЕНКО - Как вы думаете?

СЛУШАТЕЛЬ – Вы сказали, после марша будет еще марш, потом еще марш, и еще. Вы знаете, я в этом плане согласен. И эти марши прекратятся после выборов президента. Вы согласны со мной?

С. ДОРЕНКО - Я не думаю, они бы прекратились, если бы система сколько-нибудь напоминала системы англосаксонские. Где наиболее ярких бунтовщиков инкорпорируют во власть. То есть я хотел бы вам предложить такую схему. Касьянова в думу, позволить ему пройти с хорошей фракцией. Я должен сказать, может быть, что не понравится сторонникам Михаила Касьянова, но я полагаю, что он политик такого диванного, я представляю себе Касьянова с сигарой и бренди больше.

А. ВОРОБЬЕВ – Сибаритом таким.

С. ДОРЕНКО - Абсолютно. Я думаю, что он бы вписался моментально в эту думу. Стал бы двигать там кадыком, нарастил бы большой животик и кадык бы у него ходил вверх, вниз, и было бы очень мило. Каспарова обязательно бы тоже инкорпорировал, англосаксонская система пропустила бы вверх. Дала бы ответственное важное поручение, существенное, где он бы решал существенные вопросы, не декоративные типа Лукина, который омбудсмен чего?

А. ВОРОБЬЕВ – Там нет добавлений.

С. ДОРЕНКО - Я думал, какой-то суффикс есть. Оказывается, нет. И он бы решал существенные вопросы. Лимонова и с десяток наиболее пассионарных его ребят дать им серьезные назначения на Кавказе и Дальнем Востоке. Занимались бы делом, пахали бы на страну. И все. Вот как бы сделала англосаксонская система. Всем бы дали участвовать в выборах, побеждать, инкорпорировали бы в команду, команду, команду. Служим, давайте вперед, ребята, служим. Служим родине. Ну и все. Но в России, безусловно, с ними будут бороться. Поэтому после выборов президента они будут еще более активными, потому что после выборов президента представляете сколько будет обещаний роздано в этот год Дин Хай. Год Огненной Свиньи. Ой, как они обещания будут сейчас давать. А в следующем году сынок, который придет на место папы, он же должен будет все это выполнять якобы, я думаю, Путин все равно не уйдет, естественно. Куда ему уходить, просто некуда. Но если предположить даже схему, на которой настаивает Путин, сынку же раздавать все это придется. А где взять-то? Взять-то негде. Поэтому ситуация будет наоборот благоприятствовать, Владимир, марша, маршам и маршам в следующий год Земляной Крысы.

А. ВОРОБЬЕВ – Давайте еще один телефон попробуем с окончанием на 25. Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день. Игорь.

А. ВОРОБЬЕВ – Добрый вечер. Чем занимаетесь, сколько вам лет?

СЛУШАТЕЛЬ – Я госслужащий. 42. Скажите, Сергей, вам кажется, что Виктор Петрович с Игорем Ивановичем собрали весь этот ОМОН и несказанно этим напугали, например, Владимира Владимировича…

С. ДОРЕНКО - Понимаете…

СЛУШАТЕЛЬ – Не кажется, что это скорее это был диалог Владимира Владимировича с Борисом Абрамовичем.

С. ДОРЕНКО - Не уходите с линии. Важные вещи вы говорите.

А. ВОРОБЬЕВ – У нас не так много времени.

С. ДОРЕНКО - Я вижу, одна минута или полторы. Это было бы так, если бы ОМОН не был уже бизнес-структурой. Если бы ФСБ не было бизнес-структурой. Служба по контролю за оборотом наркотиков не была бизнес-структурой.

СЛУШАТЕЛЬ – …стратегии.

С. ДОРЕНКО - Уже есть своя стратегия. Игорь, уже есть своя внутренняя логика сохранения своего нажитого. Послушайте, Игорь, представьте себе, если мы с вами бизнес-структура и у нас есть, скажем, миллион бойцов, как в МВД два миллиона, и мы с вами крышуем серьезные бизнесы, у вас 10 ярдов, у меня 10 ярдов. Я думаю не надо расшифровывать, ярд это миллиард. И мы понимаем, что парень, который наверху, не хочет давать наследника. У нас возникает две мысли, первая – дернуться самим. Вторая - мы понимаем, что парень ведет к хаосу. И надо что-то делать все равно. Не делать нельзя. И вот в этой логике мы становимся уже бизнес-структурой и кастой, которая работает на себя.

А. ВОРОБЬЕВ – Точка. Сергей Доренко. Спасибо, Игорь, за то, что оставались на линии…

С. ДОРЕНКО - Латинская Америка, ребята, ну что вы, все это известно.

А. ВОРОБЬЕВ – Я – Алексей Воробьев. До свидания.