Александр Проханов - Особое мнение - 2007-01-24

О.БЫЧКОВА: Добрый вечер и добрый день, это программа «Особое мнение», в студии прямого эфира Ольга Бычкова, с особым мнением Александр Проханов. Добрый вечер.

А.ПРОХАНОВ: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Ну что ж, я хотела начать прямо сходу, с вопроса, который на сайт «Эха Москвы» в Интернете прислала Лариса, наша слушательница. Ларису волнует то, что происходит в российской армии. Ну вот сегодня сразу несколько опять трагических сообщений, еще одна новость о том, что в конце декабря был избит до смерти еще один солдат. Ну, до этого приходили сообщения о том… ну, вы знаете, собственно, о чем идет речь, - кого-то избили, кто-то покончил собой, кого-то взяли в армию, он оказался больным, выясняется, что опять в этом никто не виноват. Вот Лариса спрашивает: «Опять среди новостей из российской армии зверское убийство солдата в элитной части. Кто-нибудь из российских интеллектуалов способен ли бороться в мирное время с убийством солдат в своей же армии?» Она спрашивает про интеллектуалов – это к вам.

А.ПРОХАНОВ: Интеллектуалы – это, например, математик Перельман, который доказал теорему Пуанкаре. Я представляю, как он, наш первый российский интеллектуал, будет бороться с нарушениями в спецназе, в дивизии Дзержинского. Не очень правильный вопрос. То, что это норма, о которой все в ужасе говорят на протяжении уже последних 10 лет, она может быть,..

О.БЫЧКОВА: Норма - в смысле?

А.ПРОХАНОВ: В кавычках, естественно, норма вот этого насилия свирепого.

О.БЫЧКОВА: А, то есть постоянный процент вот таких случаев высокий ужасно.

А.ПРОХАНОВ: Эту норму не переломить созданием попечительских советов, в состав которого входят певцы, рок-звезды, раввины и священники, нет, на мой взгляд, здесь есть как бы две темы, которые сегодня внутри меня возникли: первое – ведь это зверское убийство, связанное с избиениями, произошло в дивизии Дзержинского, это спецназ МВД. Я помню, как в 93-м году эта дивизия колотила нас на улицах дубинами, с какой точностью, с каким зверством, с каким умением, с преодолением все психологических ограничений и барьеров, их учат бить, убивать, добивать, и вот это остервенение, остервенение бойцов спецназа в конце концов проливается даже на их товарищей, на близких этих людей, и в этом мне представляется весь ужас этой методологии такого вмененного насилия. Это не бой, не стрельба, не штурм, не окопы, не действие спецназа, это как нужно дубасить до смерти людей, находящихся в бессильном, безоружном состоянии.

О.БЫЧКОВА: А функция спецназа все равно заключается в том, чтобы каким-то образом применять насилие, так во всех странах.

А.ПРОХАНОВ: Вообще-то это дивизия внутренних войск, внутренние войска должны применять насилие против собственного населения, и ничего не поделаешь.

О.БЫЧКОВА: Вот именно, ничего не поделаешь.

А.ПРОХАНОВ: Страна находится в состоянии постоянного хаоса, взрывов, провокаций, войн, и внутренние войска, в отличие от, скажем, регулярных частей, они бросаются на подавление этих конфликтов. Когда в 93-м году именно регулярные войска, десантники штурмовали Дом советов, и танкисты из танков долбили парламент России, я просто знаю и помню на своей шкуре, как чмокают эти кулаки оттренированные, когда они бьют оп печени, скажем, стариков или женщин. И вот эта этика такая, которая позволяет избивать людей, она, с одной стороны, вменена этим войскам, а с другой стороны, чудовищно страшна, она античеловечна.

О.БЫЧКОВА: Ну а выход-то какой из этого?

А.ПРОХАНОВ: А выход очень простой и невозможный.

О.БЫЧКОВА: Кого-то должны… кто-то должен брать на себя функцию…

А.ПРОХАНОВ: Выход простой, но невозможный. Выход такой: наша армия, как регулярная, так и внутренние войска, - это армия плебеев, это армия самых неимущих слоев населения. Если бы наша элита, вместо того, чтобы своих детей посылать в Куршавель и тратить там, транжирить наворованные деньги, создала бы подразделение детей наших элитариев в войсках, другое было бы отношение, вы знаете, это была бы всенародная армия, а сейчас это армия низов.

О.БЫЧКОВА: Я понимаю вашу мысль, я только не понимаю, почему дети, скажем, одних родителей должны быть менее склонны к жестокости, чем дети других, это совершенно не факт.

А.ПРОХАНОВ: Нет, просто воздействие на армию со стороны власть имущих… ведь на армию могут воздействовать бомжи, например, или слабые мира сего, ломать ситуацию в армии могут сильные люди, властные люди, которые имеют влияние, ресурс. Этими людьми является наша так называемая элита, вот эта элита, которая держит своих детей в Лондоне, воспитывает их в колледжах, как огня боится армии, а армия в случае несчастья воюет, льет свою кровь за Рублевку, за Жуковку, за Барвиху, как это было в две Чеченские войны, вот эта ситуация сейчас непреодолима. Если бы, повторяю, российская элита посылала своих детей, как русская элита 19-го, 18-го века, вообще дворянская элита, своих детей служить в армию, ситуация в армии была бы иная.

О.БЫЧКОВА: Ну вот то, что вы называете российской элитой, это, будем расшифровывать, поскольку у нас нет аристократии, у нас нет дворянства и еще много чего нет, это некий очень маленький процент относительно гораздо более обеспеченных людей по сравнению со всеми остальными, это очень маленькая группа людей, как известно.

А.ПРОХАНОВ: Ну, как и в 19-м веке, дворян ведь было очень мало, полки и в стрелецкие времена формировались из народа.

О.БЫЧКОВА: Неужели эти ничтожные доли процентов могут изменить ситуацию в огромной российской армии, которая действительно состоит из недокормленных несчастных людей?

А.ПРОХАНОВ: Если эти ничтожные доли процента изменили состояние во всей России, поставили нас в состояние разрушающегося социума, это они поставили нас в состояние беды социальной, выкачивая все из России, если эта тонкая прослойка, комарино тонкая, писклявая прослойка сумела обеспечить нам гарантированно русскую беду на весь 21-й век, почему же она не смогла бы справиться в армии?

О.БЫЧКОВА: Гарантированную русскую беду на весь 20-й век нам кто обеспечил?

А.ПРОХАНОВ: Гарантированная русская беда в 20-м веке была преодолена великой сталинской победой в 45-м году.

О.БЫЧКОВА: Ой-ей-ей. Ну ладно, хорошо, мы тут не будем углубляться.

А.ПРОХАНОВ: Не уподобляйтесь эстонцам, которые посягают на русскую победу.

О.БЫЧКОВА: Я не буду уподобляться, боже упаси.

А.ПРОХАНОВ: Ради бога.

О.БЫЧКОВА: Я уподоблюсь конферансье, который объявляет небольшой антракт на пару минут, а потом будет продолжать.

/реклама/

О.БЫЧКОВА: И мы продолжаем программу «Особое мнение», Александр Проханов в прямом эфире телекомпании и радиостанции. Не могу не задать вам вопрос по поводу издательства «Ультра-Культура», Дарья Шевченко спрашивает, филолог с Урала, как вы относитесь к его закрытию, это издательство, которое печатало ваши книги. Ну вот это какая-то такая вот, так получилось, параллельно происходит – Илья Кормильцев в Лондоне тяжело больной, как выяснилось, издательство его, которое закрывается, как бы по другим причинам, но тем не менее, это правда, это ваше издательство.

А.ПРОХАНОВ: Да, есть какая-то такая трагическая связь – как бы уходит, не да бог, конечно, но многие говорят, что это так, уходит из жизни человек, художник, поэт, философ, мистик, мечтатель Илья Кормильцев…

О.БЫЧКОВА: Нет, ну, что бы ни говорили о диагнозах, давайте все-таки надеяться до конца.

А.ПРОХАНОВ: И вместе с ним закрывается его дело, хотя по человеческой логике, чем хуже человеку, тем лучше должно идти его дело, его друзья, его соратники, приспешники должны сделать все, чтобы дело его расцветало, и за счет расцвета его дела к нему могут перелиться калории дополнительные, энергия благодатная, его спасающая.

О.БЫЧКОВА: Ну добили «Ультра-Культуру» в результате, потому что сообщали, что просто издатели устали от этих бесконечных процессов бессмысленных.

А.ПРОХАНОВ: По-видимому, это тоже так, там есть коммерческая и организационная подоплека, я не хочу его касаться, просто скажу, что да, три мои книжки последних, два романа и публицистика были изданы Ильей Кормильцевым, и это для меня огромная честь и достижение, но смысл этого уникального издательства и уникального человека в том, что это авангардная лаборатория, в которой совершалось очень много опасных, изысканных и грозных культурных экспериментов, это лаборатория, которая искала будущее во многих направлениях, она переходила черты дозволенного, она входила в контакт с еще не известным и не изреченным, и на этих контактах она многое теряла, действительно, ее били и слева, и справа, ее обвиняли в безнравственности, в сатанинстве, в антигосударственных тенденциях, ее постоянно травили и судили, но я в этом не вижу особой беды, потому что авангардист, художник, осмысленно идущий на штурм неведомого, он всегда испытывает на себе давление таких вот конформистских, традиционных, фундаменталистских слоев, инерционных.

О.БЫЧКОВА: Ну мы вступаем просто и уже вступили, уже там находимся, будем только глубже опускаться в эпоху конформизма, официоза и единомыслия.

А.ПРОХАНОВ: Я не думаю, что это так, я просто убежден, что грядущие события, с одной стороны, мы, может, поговорим, когда дойдем до давосской темы, нас будут ввергать в такую стабилизационную летаргию, а с другой стороны, эта ситуация потребует авангардных, абсолютно ассиметричных решений во всех сферах, и в этом смысле «Ультра-Культура», как ничто, может быть, другое необходима для нашего будущего, потому что именно в этой «Ультра-Культуре» собирались писатели, публицисты, богословы, нонконформистские мистики, метафизики, к числу которых относится саам Илья Кормильцев, уникальный человек, добродушный, добрый, любитель богемных встреч и застолий, а на самом деле утонченный, рафинированный интеллектуал, и я думаю, что наше общество действительно, как вы правильно заметили, погружается в такой осторожный конформизм, но из недр этого конформизма будут бить протуберанцы опытов, протуберанцы рискованных экспериментов, философских и социальных.

О.БЫЧКОВА: Ну, они как будут бить? Это их будут бить.

А.ПРОХАНОВ: Нет, они будут бить по одной простой причине, что наш социум, это опять к Давосу, будет в этом острове нуждаться, все рецепты традиционного поведения исчерпаны, исчерпаны рецепты традиционной политики, традиционной экономики, традиционного социального проектирования и программирования, и если эти рецепты будут воспроизводиться, то мы просто погибнем.

О.БЫЧКОВА: Но мы сейчас наблюдаем именно это, вот у нас по крайней мере, в России мы наблюдаем ровно воспроизводство традиционных советских тупых во многом, во всяком случае, сильно знакомых и малоэффективных схем.

А.ПРОХАНОВ: Для вас советское – это тупое, для меня настоящее советское – это авангардное, а вот такое угрюмое тупое антисоветское оно действительно сейчас воспроизводится, оно воспроизводилось еще и на последнем периоде Советской империи, это тупое антисоветское затолкавшее нас в эту беду.

О.БЫЧКОВА: В данном случае советское и антисоветское я воспринимаю как синонимы, но это неважно.

А.ПРОХАНОВ: Ну конечно, Солженицын и Бондарев в этом смысле – два одинаково советских писателя, согласен с вами. Но вот мое мнение по поводу «Ультра-Культуры» - затухание или исчезновение «Ультра-Культуры» все художники, близкие к «Ультра-Культуре», и не только художники, и читатели, конечно, воспринимают как огромную потерю, потому что это был центр, где люди не просто издавали книги, а потом эти книги можно было купить в магазине «Фаланстер» замечательном, который тоже сгорел совсем недавно, это было место, где и художники, и издатели, и читатели пробовали на вкус будущее, грядущее.

О.БЫЧКОВА: Что вы имеете в виду, когда говорите о том, что исчерпали себя все эти старые формулы, старые способы, методы ведения политики, наверное, и устройство государства, наверное, и отношения в обществе, я не знаю, что еще. Все-таки, вот мы сейчас видим, как они реанимируются и пытаются жить какой-то новой жизнью, наоборот.

А.ПРОХАНОВ: Ну, уж здесь не обойтись опять без такого слова, «Давос».

О.БЫЧКОВА: Давайте уже к Давосу скорее переходить.

А.ПРОХАНОВ: Да, не путать его с Даосом, как часто мой друг Сергей Доренко употребляет.

О.БЫЧКОВА: Значит, открывается всемирный экономический форум в Швейцарии, в Давосе, который когда-то, в предыдущие десятилетия, я просто напомню, был весьма популярен, престижен, моден, все, что угодно, но потом как-то отошел на второй план, ну и российская тема там тоже, в общем, была не первой, и сейчас тоже будет не первой.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что она будет во многом первой. Во всяком случае, не последней, потому что сенсация, которая ожидает всех участников этого форума, а также тех, кто следит за ним, будет заключаться в том докладе, который сделали эксперты мировые, исследующие…

О.БЫЧКОВА: Всемирного банка.

А.ПРОХАНОВ: Нет, не Всемирного банка, это довольно сложная группа экспертов, взятых из разных зон сегодняшней политологии и экономики. Эти эксперты ничего общего не имеют ни с Всемирным банком, ни с Трехсторонней комиссией, это нечто абсолютно новое, новая ассоциация аналитиков нового поколения. Смысл этого доклада в следующем – там две позиции, две формулы, очень важные для нас: первое – эти эксперты говорят о неизбежности глобального экономического кризиса, то есть по существу о крахе сегодняшней глобальной экономической системы, который, этот кризис, по их представлению, должен разразиться в интервале от 2008 до 2012-13 года, в этот интервал должно произойти схлопывание всего этого просперити мирового, и это схлопывание будет трагично для мира в целом и для его регионов.

О.БЫЧКОВА: Уже придумано новое слово, которое, видимо, очень быстро сейчас войдет в употребление, - петроэкономика, то есть мировая экономика, основанная на нефти, где нефть – это краеугольный камень всего.

А.ПРОХАНОВ: Петро, да, «Люблю тебя, Петра творенье…»

О.БЫЧКОВА: ПетрО.

А.ПРОХАНОВ: Очень болезненным это схлопывание будет для Китая, как ни странно, для Запада, конечно, который сидит на углеводородах, и для Штатах, которые сидят на этом миссионном долларовом пространстве, но вот Китай в ужасе ждет этого краха. Это первая позиция. То есть вести мировую экономику и мировую социологию старыми рецептами невозможно, исчерпаемость этих, не просто углеводородов, но и методологии, которая привела мир к этой катастрофической ситуации, очевидна. Мир уже щупает другие методики, другие технологии, не нефтяные, другой метод организации человечества, говорится о единстве человечества впервые, почти коммунистическими терминами.

О.БЫЧКОВА: Да нет, скорее там говорится о том, что в связи с тем, как распределяется отношение к энергоносителям в разных странах, будут создаваться новые союзы и новые блоки, то тут те, кто производит и продает…

А.ПРОХАНОВ: Нет, там более простая и радикальная формулировка, судя по тезисам, которые я читал, там эксперты говорят, что мир спасти от тотальной катастрофы может, первое – принцип единения всего человечества, это гуманитарный утопический принцип. Но под этим единением они разумеют интернационализацию ресурсов, в данном случае углеводородных ресурсов, и называют те углеводородные страны, которые должны быть интернационализированы, - Россия с ее Сибирью, с ее Штокманом, с ее восточно- и западносибирскими месторождениями, Венесуэла, Ближний Восток, естественно, Иран, и для России это крайне важно – впервые не устами госпожи Олбрайт, а устами такого авторитетного экспертного сообщества, за которым, конечно, стоят сильные мира сего, России предложено отдать свои ресурсы нефтяные в общую мировую копилку.

О.БЫЧКОВА: Но мы ж не дадимся, правда?

А.ПРОХАНОВ: Ну, помните, были предложены Горбачевым общечеловеческие ценности? И с какой страстью, с каким сладострастием он отдал все завоевания страны в общую мировую копилку. То есть угроза того, что общечеловеческие ценности на сегодняшнем уровне примут форму передачи мировому сообществу так необходимого им углеводорода.

О.БЫЧКОВА: Ну, пока признаков этого нету. Наоборот, как известно, все важные месторождения теперь будут разрабатывать две российские государственные компании, и никаких иностранцев. Давайте мы прервемся сейчас, у нас несколько минут опять перерыва на очереди, а потом продолжим программу «Особое мнение» с Александром Прохановым.

/новости/

О.БЫЧКОВА: Это программа «Особое мнение», в студии прямого эфира Ольга Бычкова, с особым мнением Александр Проханов, давайте закончим тему Давоса. Итак, мы остановились на том, что Александр Проханов считает, что мировая закулиса - правильно я говорю? - предложит России, в частности России, ну и другим странам, которые добывают и имеют энергоносители на своей территории, как-то так по-братски поделиться с человечеством, а я вспомнила о том, что на сегодняшний день признаков того, что Россия готова распахнуть объятия закулисья, нет никаких, потому что вовсе даже наоборот, вот одно из последних событий – это решение о том, чтобы никаких иностранцев никуда сильно не допускать, а все дать двум государственным компаниям, ну, примитивно говоря.

А.ПРОХАНОВ: Во-первых, это все-таки не закулиса, а это уже сформировавшиеся цивилизационные центры, это не конспирологические группировки, это Запад, который задыхается от нехватки углеводородов и который вот-вот рухнет из-за этого дефицита, из-за этого голода углеводородного.

О.БЫЧКОВА: То есть козырь у нас в руках.

А.ПРОХАНОВ: У нас, может, козырная шестерка, а козырной туз все-таки не у нас. Я повторяю, я напоминаю, как один или два лидера, обольщенные Западом, могли отдавать такие ценности, как треть территории, они же отдали Тингизское месторождение, они отдали уран Казахстана, они отдали туркменский газ за понюшку табака, только чтобы прослыть людьми мира, чтобы их обожали люди Нью-Йорка или Парижа.

О.БЫЧКОВА: Да ладно, у нас много еще осталось.

А.ПРОХАНОВ: У нас много всего осталось, поэтому мы, видимо, отдадим Сибирь. Я думаю, что если Путина, этого жесткого централиста, столь неугодного на Западе, сменит настоящий человек, добрый, душевный, мягкий, либеральный, понимающий задачи мирового сообщества, любящий наших соседей, то есть такой Горбачев-2 замечательный Михаил Сергеевич, то он просто отдаст весь углеводород, только ради того, чтобы прослыть любимцем всего мира. Это очень сложная угроза. То есть впервые за эти годы мы обнаружили лицо врага, ведь до сих пор говорили, что России никто не угрожает, на Россию никто не нападает, Россию патронирует Запад, у России по территориям одни друзья. Впервые Запад сказал «Отдай нефть!», «Отдай Сибирь!», «Отдай недра!»

О.БЫЧКОВА: То есть это не лицо врага, это жадная пасть голодного зверя.

А.ПРОХАНОВ: Впервые у русских государственников появилась возможность сформулировать образ врага.

О.БЫЧКОВА: Вот Сергей из Тольятти, хотела я сказать, на пейджер написал, что «исчерпал себя этатизм, и госдемагогия», так Сергей считает.

А.ПРОХАНОВ: Сергей, совершено верно, русский этатизм себя исчерпал, а вот американский не исчерпал, израильский не исчерпал…

О.БЫЧКОВА: А вот почему так?

А.ПРОХАНОВ: Давайте усиливать этатизм в Израиле, в Германии, в Америке и добивать остатки русского государства. Давайте, Сергей, я приеду к вам в Тольятти…

О.БЫЧКОВА: Ну а вот почему русский этатизм проигрывает, как вы говорите, в этом соревновании?

А.ПРОХАНОВ: Этатизм, то есть ощущение государственности, - это та нарастающая контрфилософия сегодняшней России, которая противодействует этому дряблому, вялому, прозападному, космополитическому взгляду на собственную родину, который исповедует Сергей из Тольятти. Я думаю, что этатизм, то есть государственное мышление, - это сегодняшний, завтрашний день нашей истории.

О.БЫЧКОВА: Вот как интересно получается, Александр Андреевич, - в самом начале мы с вами говорили про издательство «Ультра-Культура», про официоз, конформизм, единомыслие и все такое, то есть там вы рассуждали, как писатель, понимаете? И вы говорили, что да, как все это грустно, печально, не остается совсем места для авангарда, или он будет все равно как-то пробиваться, дай ему бог всего. А теперь вы говорите, как кто? Политический деятель?

А.ПРОХАНОВ: Ну конечно, как лидер страны.

О.БЫЧКОВА: Как публицист?

А.ПРОХАНОВ: Вы знаете что,…

О.БЫЧКОВА: Вы понимаете, что это два совершенно разных человека сейчас?

А.ПРОХАНОВ: Я постараюсь сейчас, чтобы эта дефокусировка, которая в вашем сознании постоянно происходит во время нашего контакта, она исчезла, и у вас возник фокус. Новая государственность, любая, в данном случае русская государственность, которую мы строим, нуждается в авангарде. Вы вспомните, как советская государственность…

О.БЫЧКОВА: Да, вы сейчас будете соединять, я поняла.

А.ПРОХАНОВ: Вы вспомните, как советское государство нуждалось в авангарде – все блистательное авангардистское движение 20-х годов – это та энергия…

О.БЫЧКОВА: Это было так коротко, это было буквально считанные годы.

А.ПРОХАНОВ: Это та энергия, которая была необходима новому строю, новому социуму для своего утверждения.

О.БЫЧКОВА: А потом этой энергии благополучно свернули голову, причем в физическом смысле людям, которые ее проводили, тоже, и на несколько десятилетий закатали под асфальт.

А.ПРОХАНОВ: А потом эта энергия как-то себя исчерпала, и возникла энергия победа, энергия большого стиля, сталинского стиля, этот грандиозный, ну, что ли, накопление, перед которым сейчас Запад, вот этот вот декадентский Запад снимает шляпу. Самое ценное, что сейчас есть в истории 20-го века, - это большой сталинский стиль. Вот почитайте культурологов западных и увидите, что это так.

О.БЫЧКОВА: А почему же тогда на всяких западных художественных, важных аукционах за самые большие деньги продается именно русский авангард?

А.ПРОХАНОВ: Вы знаете, это не так, советский стиль, соц-арт резко идет в цене, резко растет в цене.

О.БЫЧКОВА: А вам больше нравится быть авангардным писателем или официозным?

А.ПРОХАНОВ: Конечно, мне нравится быть официозным писателем, который своей жестокой страшной каменной стопой давит все, включая «Эхо Москвы», я, как каменный гость, готов пройти по всем передачам «Эха Москвы», затопать эту дивную, тонкую цветущую траву в бетон.

О.БЫЧКОВА: Нонконформистскую.

А.ПРОХАНОВ: Да.

О.БЫЧКОВА: Мы послушаем, наверное, один звонок, потому что все-таки обещали. Алло.

Слушатель: Здравствуйте.

О.БЫЧКОВА: Здравствуйте, как вас зовут?

Слушатель: Меня зовут Станислав, Подмосковье.

О.БЫЧКОВА: Пожалуйста, Станислав.

Слушатель: Я наконец-то дозвонился, спасибо, уважаю Александра Андреевича, но дело не в том. Он напрасно вспомнил Путина как великого президента, а для меня разницы нет, кто из них ничтожнее – Ельцин или Путин, потому что Путин – это марионетка ельцинской семьи, просто Александр…

О.БЫЧКОВА: Алло, Станислав, извините. Я не виновата.

А.ПРОХАНОВ: Ну, может, я догадаюсь, о чем он хотел спросить?

О.БЫЧКОВА: Ну, если вы догадались, отвечайте, пожалуйста.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что это не сплошная, а тождество. Конечно, Путин совей карьерой, своим президентством обязан Ельцину, и до сих пор эта связка существует, он вчера признался в том, что он навещает нашего первого президента, но по существу правление Путина – это радикальный антиельцинизм. Все, что делал Ельцин, все это, по существу, перечеркнул Путин.

О.БЫЧКОВА: Понимаете, вот Станиславу, и он имеет право на свою точку зрения, безусловно, ему нюансы не интересны, Станислав не доверяет власти, извините, Станислав, если я вольно трактую то, что вы сказали, но вот уж так получилось, Станислав не доверяет власти как таковой, понимаете. Для него все одним миром мазаны. Между прочим, распространенная точка зрения, я хочу вас огорчить.

А.ПРОХАНОВ: Да нет, ну видите, я рыдаю просто, услышав это от вас, но я думаю, что для политика этот взгляд просто смехотворен, это взгляд болельщиков за одну команду, это Фанам приличествует кого-то тотально любить, а кого-то тотально ненавидеть, а люди политики, люди культуры, люди журналистики, конечно, должны эти нюансы, причем это не нюансы, я ж говорю, все, что сделала Ельцин, все перечеркнул Путин, за что и ненавидим.

О.БЫЧКОВА: Ну, хорошо это или плохо, это совсем другой вопрос, может, мы его обсудим в одной из наших следующих программ, это было «Особое мнение» Александра Проханова, спасибо всем, извините, что мало сегодня включали телефон, Станислав, извините нас.