Владимир Бородин - Особое мнение - 2006-07-27

С. БУНТМАН – Здравствуйте, Сергей Бунтман ведет «Особое мнение», и сегодня у нас, как всегда, по четвергам, по четвергам, да, действительно, Володя, да, Владимир Бородин. Да, я здесь человек новый, по четвергам. Вопросы зато у нас все актуальные, есть в Интернете много актуальных вопросов, первый из них о Кодорском ущелье, о том, что такое эта операция, нарушается ли Грузия, действительно, договоренности от 94 года, почему так нервно на это реагирует особенно Южная Осетия. Кстати говоря, особенно, по сравнению даже с Абхазией?

В. БОРОДИН – Личное мое мнение, происходит подавление мятежа. Я подозреваю, что если бы в России объявился похожий, в кавычках, охотник, также прочий рыболов-спортсмен, и заявил примерно следующее, что - господин Путин, у меня есть полторы тысячи людей под ружье, которые я могу поставить в любой момент, так что привет, я подозреваю, что реакция Путина была бы гораздо жестче, чем реакция властей Тбилиси. Происходит подавление мятежа, на мой взгляд, совершенно правомерное и законное. Реакция Южной Осетии и Абхазии вполне, опять же, понятна и естественна. Понятно, что это происходит просто в прямой близости от этих территорий, понятно, что недавно как со стороны российских властей, так и со стороны грузинских, было очень много разных, не очень приятных и дальновидных заявлений по поводу этих территорий и по поводу силы, которая может быть использована, и Сергей Борисович Иванов говорил о том, что ситуация может развиваться в этом направлении. И многие чиновники грузинские говорили об этом же, так что вполне понятна реакция.

С. БУНТМАН – Да, но миссия ООН, миссия ОБСЕ, миссия совместных миротворческих сил, все говорят, что Грузия нарушает договоренности, что это опасно, то, что сейчас происходит в Кодорском ущелье.

В. БОРОДИН – Это опасно с точки зрения того, что, опять же, я повторюсь, с точки зрения того, что просто близко гремят выстрелы. С точки зрения, нарушают или не нарушают, это вопрос к специалистам, которые непосредственно знакомы с этими соглашениями, я к ним не отношусь. Я просто считаю, что если мы заговорили о миротворцах, то российские миротворцы - достаточно странные миротворцы, потому что это такие миротворцы, которые типа должны соблюдать нейтралитет, а, на самом деле, они поддерживают одну из сторон. Это такое, очевидно, наше ноу-хау, не совсем, по-моему, логичное и приемлемое для мировой практики.

С. БУНТМАН – Там еще могут наряду с российскими официальными миротворцами, могут появиться опять, как 14 уже лет назад, могут появиться отряды из России добровольцев.

В. БОРОДИН – Да, об этом уже поговорили, говорят последние дня два, если я не ошибаюсь. Личное дело каждого, у нас очень такая страна, в этом смысле духоподъемная. Мы очень любим влезать не в свои дела, подчеркиваю, не в свои дела, мы очень заботимся о братских народах, не братских народах. Мы готовы воевать в Югославии, готовы воевать и воевали, кстати, в Абхазии и в Нагорном Карабахе и т.д. Только делами нашими и проблемами нашей страны непосредственно заниматься особо не хотим. А так всем помогать - конечно. И главное, чтобы с оружием в руках, а еще бы лучше, чтобы за это хорошо платили.

С. БУНТМАН – Кодорское ущелье, как скоро окончится эта операция, после, предположим, этой операции, уже ликвидации отрядов Эмзара Квициани, будет ближе к тяжелому конфликту, о котором очень много говорят в России, к военному решению проблем Абхазии и, соответственно, Южной Осетии? Или дальше мы будем? У меня есть свои соображения на этот счет, но сейчас ваше «Особое мнение».

В. БОРОДИН – Я боюсь, что ситуация, я здесь пессимист, потому что я не понимаю, что такое победа. Сегодня были сообщения грузинских властей, что операция завершена. И что? А победил-то кто?

С. БУНТМАН – Нет мятежных отрядов, которые в любой момент, между прочим, могут напасть и на Абхазию.

В. БОРОДИН – Они есть, конечно, они просто там, собственно, главный охотник там со своими телохранителями ушли, еще какие-то группы боевиков, иначе их не назовешь, ушли по горам, как нет, там может, безусловно, что-то постреливать. Это, очевидно, неспокойный регион. Я просто продолжу свою мысль, я не понимаю, что такое победа. Победа - это захват, собственно, или ликвидация этого главного мятежника или нет?

С. БУНТМАН – Да, берем этот конкретный случай, да. Как мы с самого начала, вы же начали, что это мятежный отряд некий, Грузия проводит полицейскую операцию, т.е. у нее есть цель, ликвидация этого отряда.

В. БОРОДИН – Вы знаете, какая история, для внутриполитической ситуации грузинской, на мой взгляд, ситуация, опять же, не очень однозначная, потому что такой блицкриг, который планировалось провести в отношении Кодорского ущелья, он и получился, и не получился. Погибла женщина мирная в одном из селений, почему, собственно, прервана эта операция и призвана успешной.

С. БУНТМАН – И дали уйти Квициани.

В. БОРОДИН – Дали уйти Квициани, да, т.е. блицкриг не получился. Т.е. получилось туда на КАМАЗах и на прочих МАЗах добраться, побряцать оружием, пострелять, ранить людей и т.д. Но, собственно, как такового результата-то нет. Поэтому я-то боюсь, что такой блицкриг как раз, который, очевидно, планировался политиками грузинскими как такой способ зарабатывания политических очков, он может привести, может привести к, наоборот, осложнению внутриполитической грузинской ситуации. И собственно, очки Саакашвили и его соратники могут не набрать, а, наоборот, потерять.

С. БУНТМАН – Скажите, здесь Женя из Москвы спрашивает, это уже на пейджер, 725 66 33, каковы причины мятежа в Грузии, какие требования выдвигали мятежники? Женя хочет начало этого конфликта, но это бывший представитель Шеварднадзе.

В. БОРОДИН – Бывший представитель Шеварднадзе, который не то, чтобы он объявлял о независимости Кодорского ущелья, он просто сказал, что он не считает себя и своих бойцов, которых он насчитал полторы тысячи, в подчинении грузинским официальным лицам. Вот что произошло. И собственно, это реакция, о которой я говорил, что, по-моему, вполне естественно.

С. БУНТМАН – Но один из слушателей считает, что это вообще спектакль, разыгранный Саакашвили.

В. БОРОДИН – Знаете, мы можем с таким же успехом говорить, вполне возможно, что это, действительно, так, что в Ираке спектакль разыгрывает Буш, в Ливане спектакль разыгрывает израильский премьер-министр, и так со всеми остальными войнами. Можно и так посмотреть на эту всю историю, но там реально люди страдают, в этом смысле спектакль это или не спектакль, не знаю.

С. БУНТМАН – Я напоминаю, Владимир Бородин у нас сейчас в программе «Особое мнение». Что такое могла бы быть или что такое победа или завершение в Ливане, там потери неизмеримые по сравнению с маленьким Кодорским ущельем, масштабы конфликта чудовищны.

В. БОРОДИН – Вы знаете, в политической науке есть такое ответвление, называется конфликтология. Это, собственно, наука о том, как не решать конфликты, а как ими управлять. Это такой очень циничный подход экспертов.

С. БУНТМАН – Это когда если уже случилось?

В. БОРОДИН – Да, очевидно, что потушить вековую или конфликт, который длится десятилетие, в одночасье невозможно. Соответственно, можно как-то этим конфликтом управлять. Все было бы здорово, я бы с этим согласился, если бы, конечно, там, как сегодня только что в новостях сказали, 400 жертв не было уже и с той, и с другой стороны, за несколько недель. Т.е. доуправлялись конфликтом. Что касается ливано-израильского конфликта, то мне кажется, что, вообще я не милитарист, т.е., скорее, даже пацифист, но я и на прошлой неделе высказывал свое понимание позиции Израиля. Я думаю, что если существует некая террористическая организация, которая своим главным слоганом, лозунгом, своей главной повесткой выдвигает ликвидацию государства, то это государство самое должно каким-то образом реагировать, я также думаю, что если эта террористическая организация наносит бомбовые удары и обстреливает несколько десятков городов и деревень приграничных другого государства, то это государство должно как-то реагировать. В этом смысле, да, просто об этом забывают все почему-то, помнят о двух похищенных солдатах, а не помнят о том, что, каким образом они были похищены. «Хезбалла» обстреливала в течение какого-то достаточно долгого времени, несколько часов, израильские поселения, после чего был взорван джип с израильскими солдатами, трое погибло, а двоих они, собственно, украли. Т.е. это не просто какая-то такая, знаете, такая случайность, несчастный случай, ничего подобного. Ничего подобного, это вполне логичная реакция любого государства на такие, собственно, акции. С другой стороны, я констатирую или импотенцию всей мировой дипломатии, или констатирую, притом, что я не сторонник теории заговоров, некий сговор мировых держав и, кстати, возможно, с участием ливанских официальных лиц, по оттягиванию ситуации по невмешательству на определенный период времени в ливано-израильский конфликт, чтобы израильская армия сделала всю грязную работу.

С. БУНТМАН – Да, сделала грязную работу, 20 км от здесь зафиксировала.

В. БОРОДИН – Зафиксировала, да, а потом придут голубые каски.

С. БУНТМАН – И буду договариваться, да.

В. БОРОДИН – Да, и будут договариваться. Я думаю, что, конечно же, это какая-то очень такая пассивная, циничная, опять же, роль, но не совсем продуктивная, если мы, опять же, думаем не только об управлениях конфликтами, а о конкретных мирных людях, которые страдают в этой самой войне.

С. БУНТМАН – Почему настолько больше жертв, действительно, на порядок все время больше жертв со стороны Ливана, мирного населения?

В. БОРОДИН – Я думаю, что это объяснимо рядом причин. Первое, конечно же, несопоставимые силы армии Израиля и «Хезбаллы», флот, авиация, артиллерия, наземные сухопутные войска и прочее, прочее, прочее со стороны Израиля. Некие неточные удары, там тоже есть силы, но, тем не менее, несопоставимые с израильской армией. Конечно же, условно говоря, Израиль больше готовился вообще к какой бы то ни было войне, необязательно с Ливаном, но, в принципе, там существует система бункеров, там существует система безопасности мирного населения в массовом порядке, чего нельзя сказать о Ливане. Оправдать невозможно гибель мирных жителей, почему там гибнут больше, а здесь гибнут меньше, это, как сказать, такой разговор, скорее, о статистике.

С. БУНТМАН – Считают, есть, и сам шейх Насралла говорил по этому поводу, что, действительно, все и базы, и вся инфраструктура «Хезбалла», считает, что это одна из причин, находятся, действительно, в гуще мирного населения.

В. БОРОДИН – И это тоже. И более того, если вы вспомните один случай, буквально в первые дни, когда Израиль наносил удары по бункеру лидеров «Хезбаллы», их обвинили в том, что они наносят удары по мечети. На самом деле, понятно, где этот бункер находился. Т.е. в этом смысле ливанские террористы, они отлично прикрываются щитом или верой мечети, или мирного населения, вот и все.

С. БУНТМАН – Несколько событий произошло за последнее время, например, последнее заявление руководителей «Аль Каиды». «Аль Каида», по всем сведениям, историческим, очень не любит «Хезбалла», во-первых, есть шииты, сунниты и всякие прочие разногласия, но теперь трогательное единение в борьбе против мирового зла.

В. БОРОДИН – Опять же, на мой взгляд, абсолютно логичная история. Считали очень многие, думали по поводу того, кому, на самом деле, выгоден этот конфликт, кто сможет в своих интересах его использовать, говорили по поводу Ирана и Сирии как стран, которые аккумулируют вокруг себя радикальных исламистов, которые будут воевать с неверными, с израильтянами и прочее, прочее, прочее. И понятно, что и иранский славный руководитель зарабатывает на этом политические очки, и сирийское руководство, просто теперь к ним присоединяется и «Аль Каида». Какие тут могут быть разногласия, когда речь идет о крупном, очень крупном конфликте на Ближнем Востоке, который может перерасти в конфликт, я бы сказал, извините за пафос, цивилизационный.

С. БУНТМАН – Это как говорил Черчилль, если бы дьявол был против Гитлера, то я бы с преисподней заключил договор.

В. БОРОДИН – Наверное, так.

С. БУНТМАН – Да, господин Бородин, спрашивает Владимир из США, Россия поставляет оружие и боеприпасы Ирану и Сирии, хотя знает, что часть они передают террористическим организациям «Хезбалла» и ХАМАС, целью которых является уничтожение Израиля. Ваше мнение по этому поводу.

В. БОРОДИН – Вы понимаете, какая история, вообще оружием торговать плохо. Это мое «Особое мнение».

С. БУНТМАН – Что же делать, покупают, продают, производят, войны есть, армии есть, как, что плохо?

В. БОРОДИН – Нет, плохо то, что, знаете, как в театре, если ружье висит, то оно обязательно выстрелит, если мы сегодня продаем, поздравить можно наших силовиков, которые продают Венесуэле на три миллиарда вооружения.

С. БУНТМАН – Да, это еще у нас, это отдельный сюжет, у нас еще будет.

В. БОРОДИН – Но понятно, что в мире, в основном, оружие стреляет, которое продают. Т.е. я не могу заподозрить Уго Чавеса, например, в том, что он просто три миллиарда решил потратить на некую коллекцию, которую он будет, с нее сдувать пылинки.

С. БУНТМАН – Защищаться от Америки.

В. БОРОДИН – Защищаться от Америки, т.е. смешнейшее заявление представителя МИД России, обращенное к сирийским властям. Если вы, Сергей, помните, что у вас есть, мы вам поставили установки, я просто забыл, как они называются, я очень, мы вас просим их не использовать в отражении удара Израиля. Т.е. мы вам, конечно, продали товар, но вы его, пожалуйста, не используйте. Это такая своеобразная какая-то логика, своеобразный вообще подход российской политики к торговле оружием, я именно про это и говорю. Т.е., с одной стороны, все понимают, что, в общем, оружие - это не очень здорово, с другой стороны, понимают, что рынок огромный, если не мы будем продавать, то будут продавать те же американцы или кто еще из крупных производителей оружия, все равно, так или иначе, источник оружия будет найден. Но, с другой стороны, мы хотим, чтобы не было войны, чтобы был мир во всем мире. Так не бывает, так не бывает. Конечно, торговля оружием - это политика. Как и в политике, так и в торговле оружием надо выбирать себе партнеров и союзников очень тщательно, очень тщательно, потому что что касается Венесуэлы, знаете, сейчас говорят, что ничего, мы поставим, Венесуэла далеко, до нас не долетит, если что. Это вообще анекдот, такая логика, а что касается Сирии, то долетит, если мы будем участвовать там как миротворческая какая-то сила, если это будет распространяться на Иран, эта вся конфликтная ситуация, там тоже у нас есть интересы, там тоже наши люди.

С. БУНТМАН – Т.е. весь регион будет пронизан этим.

В. БОРОДИН – Так в том-то все и дело.

С. БУНТМАН – Он и так уже пронизан весь.

В. БОРОДИН – Фактически да, и конечно же, мы уже говорили о том, что мировые державы, как бы сказать, стараются не то, что не замечать ситуацию, они замечают ситуацию, но стараются туда не вмешиваться, подождать, пока израильская армия сделает грязную работу. Но они дождутся, я боюсь, того, что, конечно, это уже расползется по региону достаточно такими очень в масштабных размерах, будет касаться не только Палестины, не только Ливана и Израиля, но и коснется других государств.

С. БУНТМАН – Владимир Бородин. Еще до новостей мы, кстати, о Венесуэле поговорим в другом аспекте еще после этого, в ходе даже этого чудесного вояжа Уго Чавеса. Но сейчас дополнительный вопрос, то, что касается Ливана и мирных жителей и боевиков. Так можно оправдать штурм школы в Беслане, тем, что террористы, преступники прикрывались детьми, поэтому всех детей и поубивали, здесь доводят до крайности в своем вопросе. Дело, дальше пишет слушатель, это задача спецслужб минимизировать потери мирного населения.

В. БОРОДИН – Согласились.

С. БУНТМАН – И в Интернете пишут о МОССАДе, почему знаменитый МОССАД.

В. БОРОДИН – Абсолютно, абсолютно согласен с этим посылом, это не противоречит ни в коем случае тому, о чем я говорил. Я не предлагал оправдать гибель ливанских детей, которыми прикрывается «Хезбалла», которые вынуждены бомбить израильтян. Я этого не говорил. Я считаю, что ситуацию можно было в этой конкретной ситуации действовать гораздо более тонкими военными инструментами, чем это происходит сейчас. Я также считаю, об этом говорят, насколько я знаю, в Израиле, о недостаточной квалификации военного руководства Израиля на данный момент. Сейчас там не самые опытные во главе этой операции стоят люди. Там много, много внутренних и не внутренних проблем. Просто это, опять же, не оправдывает ни «Хезбаллу», это не оправдывает нанесенные удары со стороны Израиля по мирным жителям.

С. БУНТМАН – Я напоминаю, что у нас пейджер очень интенсивно работает, 725 66 33, мы все время принимаем ваши вопросы, это даже лучше, чем телефон, гораздо. Так, дальше, мы с вами смотрим, последнее, наверное, сейчас минута, новые обвинения Закаеву, нашли у него русофобию, потому что он говорил - русские агрессоры должны уйти из Чечни, преступления русских оккупантов и т.д. Это что такое, это серьезно или это новый повод как бы зацепиться и получить Закаева из Лондона?

В. БОРОДИН – Я считаю, что, конечно же, в принципе, российская прокуратура должна делать все, чтобы получить Закаева под свою юрисдикцию, собственно, его судить в России, я считаю, что этого заслуживает. Я также считаю, что прокуратура провалилась по всем этим наездам на Закаева за последнее время, очень непрофессиональная работа в этом направлении. Я также считаю, что этот, я присоединяюсь, в данном случае, к большинству юристов и экспертов, мнение которых я знаю, которые считают, что и эта попытка будет не результативной. Я имею в виду это новое предъявленное ему.

С. БУНТМАН – Это обвинение по поводу интервью?

В. БОРОДИН – Да.

С. БУНТМАН – Какая-то такая не очень…

В. БОРОДИН – Не очень внятная.

С. БУНТМАН – Не очень внятная, да.

В. БОРОДИН – История.

С. БУНТМАН – Ну что же, мы с вами встретимся через 5 минут примерно, продолжим программу «Особое мнение», в которой сегодня Владимир Бородин.

НОВОСТИ

С. БУНТМАН – Ну что же, продолжаем программу, у нас высказывает свое «Особое мнение» Владимир Бородин. Уго Чавес и Венесуэла, удивительный визит, трогательная дружба, вместе с Китаем Венесуэла становится, и Россией в какой-то степени, я бы сказал, основной опорой Белоруссии становятся в мире. Что ищет Россия в союзе с такой антиамериканской, великой могучей латиноамериканской силой?

В. БОРОДИН – Мне бы хотелось верить, что она ищет бизнес-партнера.

С. БУНТМАН – Тогда нашла.

В. БОРОДИН – Тогда нашла, это такой, скажем так, мягкий вариант, потому что Венесуэла, действительно, достаточно интересный рынок и с точки зрения нефтянки, крупнейший производитель просто этого чудного материала в Америке на американском континенте. Т.е. и с точки зрения наших нефтяных компаний, и «Газпрома», это интересный рынок. С точки зрения вооружений, мы уже поняли, что очень интересный рынок, с точки зрения металлургии, машиностроения, т.е. мне бы хотелось верить, что наши компании и наши экономические государственные интересы - вот подоплека, собственно, той дружбы.

С. БУНТМАН – Да, но это есть, тут верь, не верь, но это есть.

В. БОРОДИН – Очень хорошо.

С. БУНТМАН – Но какая роль этого? Процент?

В. БОРОДИН – Роль этого, процент не знаю, роль просто, я бы на этой роли остановился. Боюсь, что наши политики и дипломаты на этом не остановятся. Уго Чавес - понятно, что один из самых одиозных политиков, существующих сегодня в мире.

С. БУНТМАН – А что он такой одиозный?

В. БОРОДИН – А он говорит, что американцам Кузькину мать, он называет США тупым гигантом, он говорит, что американцы на нас хотят напасть, поэтому я сушки куплю у России, и прочие, прочие, прочие вещи говорит. Также он - скажи, мне кто твой друг, я скажу, кто ты. Он дружит с Лукашенко, еще лучше и плотнее дружит с Фиделем Кастро, и с прочими лидерами стран-изгоев. Поэтому в смысле большой политики я бы не хотел, чтобы мы, наша страна оказалась в одной лодке с этими славными режимами. Я могу понять Лукашенко, которого просто никуда не пускают, поэтому он одно время просто ездил по российским регионам и выставлял это как государственные визиты, просто ему больше ездить некуда, а у нас страна большая и регионов много. Так что он рад практически любому мировому политику, которые приезжает к нему в гости, т.е. Лукашенко я понимаю. А что мы ищем в смысле политики в отношениях с Венесуэлой, очевидно, опять же, такой момент международного такого дипломатического давления через дружбу с Венесуэлой на США. Правда, когда я видел сегодня по телевизору, как жали руки Путин и Уго Чавес, мне показалось, что они не столько друг друга хлопали по плечу, сколько били, с каким-то таким остервенением, мне показалось.

С. БУНТМАН – Нет, Чавес - человек порывистый.

В. БОРОДИН – Он вообще такой крупный.

С. БУНТМАН – Он крупный, он ходит в такой одежде замечательной, приходит в ООН и на всякие заседания.

В. БОРОДИН – Так что это было забавно.

С. БУНТМАН – В народных одеждах, но он вообще, он яркий тип, но что, он первый и последний такой в Латинской Америке? А если он у нас еще покупает оружие, если он хочет с нами, наверное, все-таки здесь надо к этому относиться вполне так с юмором, может быть?

В. БОРОДИН – Вы знаете…

С. БУНТМАН – Или он чем-то отличается от всех остальных?

В. БОРОДИН – Было бы так, было бы смешно, если бы не было так грустно. Можно было бы посмеяться, но это, как бы сказать, такой венесуэльский Жириновский, можно смеяться сколько угодно.

С. БУНТМАН – Смесь Перона, Кастро, Жириновского такая.

В. БОРОДИН – Да, это я согласен.

С. БУНТМАН – И Лукашенко.

В. БОРОДИН – Что это такой анекдот ходячий, но этот анекдот покупает у нас много всякого сверхсовременного оружия, у него много денег, он пытается играть какую-то существенную роль в регионе, выстраивать международные отношения. Здесь юмор заканчивается, начинается грусть, потому что мы ориентироваться будем на такого, как бы сказать помягче, своеобразного такого непредсказуемого человека или все-таки мы будем выстраивать глобальные партнерские отношения с более значимыми для нас странами и лидерами этих стран. Мне представляется, мне бы хотелось при всех сложностях отношений наших с Америкой, с США, мне бы хотелось верить, что все-таки глобально с глубиной планирования в десяти- и столетия нам все-таки ориентироваться нужно на партнерские и доброжелательные отношения с этой страной, нежели чем с непредсказуемым режимом Уго Чавеса.

С. БУНТМАН – Почему он непредсказуем? Он так и будет развиваться, такой и будет.

В. БОРОДИН – А какой?

С. БУНТМАН – Будет такой популистский режим, который каким-то образом на своей антиамериканской риторике заставляет людей забыть экономические проблемы.

В. БОРОДИН – Он риторикой ограничится?

С. БУНТМАН – А это, а как вы думаете?

В. БОРОДИН – Здесь начинается непредсказуемость. Я именно про это и говорю.

С. БУНТМАН – В этом непредсказуемость?

В. БОРОДИН – Да, конечно.

С. БУНТМАН – Ограничится ли он риторикой?

В. БОРОДИН – Потому что мы же прекрасно понимаем, что Ким Чен Ир, у него риторика ядерная, у него есть, он говорит - ядерная бомба и вообще всех я видал в гробу в белых тапках, и если что, запущу. Он предсказуем до тех пор, пока эта тема остается риторикой. Как только он что-нибудь запустит, это уже не риторика, это глобальная головная боль, с которой нам что-то нужно будет делать.

С. БУНТМАН – Почему, Ким Чен Ир, он даже похитрее папаши будет, наверное, потому что он, здесь так подзабыли, что Корея - это серьезно, бросил три болванки…

В. БОРОДИН – Правильно.

С. БУНТМАН – Между тремя странами, и все кричат, все кричат. Но и боятся.

В. БОРОДИН – Кстати, это отдельная вообще тема, да, единственная страна, которая могла по полной программе пострадать от этого славного запуска, была Россия. И понятно, мы просто помним это очень хорошо, что это была одна из самых мягких позиций.

С. БУНТМАН – Товарищ… это он тоже знает. Он тоже прекрасно знает.

В. БОРОДИН – Я думаю, что, конечно же, мы просто об этом не знаем, но мне что-то подсказывает, что эта история с запуском северокорейских ракет и случайным, в кавычках, падением их в 40 км от Находки не останется бесследной. И конечно же, в военном ведомстве, в министерстве обороны, в администрации, я уверен, что будет глобальный какой-то поиск нового подхода к Северной Корее при всей нашей дружбе.

С. БУНТМАН – Здесь говорят - ну и что, Уго Чавес называет Америку как-то там, американские госдеятели тоже называли нашу страну империей зла.

В. БОРОДИН – Я еще хочу, чтобы была понятна моя позиция. У нас, т.е. сложно, я, по крайней мере, не возьмусь гарантировать, что Венесуэла в своей ненависти к Америке и вообще ко всему, к каким-то западным ценностям, остановится на словах. Если бы это было так, наверное, необязательно было бы дружить с нами сушками, можно было бы дружить с нами картошкой, я не знаю, виноградом или прочими прекрасными продуктами. Если они наращивают свой военный потенциал, являясь сегодня крупнейшим покупателем современного оружия, у меня как просто у стороннего наблюдателя вопросы, вопросы, зачем им столько, такой огромный арсенал, такой небольшой стране, которая, как думают наши радиослушатели и телезрители, хочет остаться в неком мирном русле с риторикой в зубах?

С. БУНТМАН – Владимир Бородин, спасибо большое, я напомню только слушателям «Эха Москвы», что сегодня в 20 часов 15 минут продолжится тема Венесуэлы, с нашими гостями мы будем искать выход, что Венесуэла нам предлагает, новый мировой путь или что-нибудь еще. Спасибо большое, всего доброго.

В. БОРОДИН – До свидания.