Михаил Гусман - Особое мнение - 2006-05-17

О. РОМАНОВА – Добрый день. Это программа "Особое мнение". И сейчас у нас в студии со своим особым мнением Михаил Гусман, первый заместитель генерального директора ИТАР-ТАСС. Добрый вечер, Михаил. Автор и ведущий программы "Формула власти", программы про президентов.

М. ГУСМАН - И про премьер-министров и про монархов.

О. РОМАНОВА – Про самых главных.

М. ГУСМАН - Да, про первых лиц государства.

О. РОМАНОВА – У вас последняя программа в конце апреля…

М. ГУСМАН - Одна из последних.

О. РОМАНОВА - Это было интервью с Виктором Ющенко. Как раз сегодня стало известно, что "Наша Украина" предложила свой вариант коалиции. Руководитель всего - это президент Украины. Я читаю сообщение ИТАР-ТАСС. ""Чтобы вывести из тупика переговоры о создании правящей коалиции, решено: Виктору Ющенко предлагается возглавить главный руководящий орган - высший совет коалиции, куда войдут спикер парламента, премьер-министр и главы депутатских фракций. В структуре управления коалицией будут также общее собрание, координатор и совет коалиции. Все их решения, в том числе по кадровым назначениям, будут приниматься на основе консенсуса". Вот какое-то предварительное решение.

М. ГУСМАН - Я думаю, что это не последнее решение. Я думаю, что это один из вариантов решений, которые могут быть еще приняты.

О. РОМАНОВА – Но посмотрите, в марте прошли парламентские выборы, с марта длится эта ситуация, по крайней мере. Сейчас у нас середина мая. И не видно политического кризиса на Украине, который так предсказывали. Что такое.

М. ГУСМАН - Вопрос терминологический. То, что, на мой взгляд, высшая власть Украины еще не сформирована нормально и парламент не успел начать работу, нет правительства, вряд ли это можно назвать нормальной ситуацией. Другое дело, что это все происходит, скажем так, в цивилизованных рамках, рамках переговорного процесса, открытого, закрытого, что-то просачивается в прессу, что-то нет. Это другой вопрос. То, что Украину ждет, на мой взгляд, достаточно долгая череда такой политической нестабильности в высшем эшелоне, по-моему, это очевидно для всех. Поскольку слишком уже сильны противоречия между лидерами столь непрочной коалиции, которая была и на парламентских выборах, как показало время и действительно Украина поделена объективно по настроениям людей, по политическому настроению электората. Все-таки она сильно разделена до десятых процента, до единиц процента на две части. Это было видно на президентских выборах, я думаю, что подтвердилось на парламентских. Поэтому коли так, кстати похожая ситуация в Италии. Где тоже я не думаю, что у правительства Проди будет легкая жизнь и будет легкий период правления. Когда страна по своим предпочтениям так до нюансов разделена, то совсем непросто быть во власти.

О. РОМАНОВА – К тому же в Италии есть проблема все-таки, Романо Проди человек левых убеждений. То есть явно будут в экономике проблемы не меньше, чем при Берлускони, а скорее всего и больше. Все-таки социально интегрированная экономика вещь хорошая для страны…

М. ГУСМАН - Там вообще произошла ситуация такая, когда к власти пришли и глава и спикер парламента и новый президент - это все люди с коммунистическим прошлым и уж точно с социалистическими убеждениями. И это люди, которые даже несмотря на преклонный возраст, Наполитано еврокоммунист, человек с богатой биографией политической и на фоне премьера Проди или Проди на этом фоне, это все будет, события социальных реформ, социальных решений этого правительства будет очень интересно наблюдать.

О. РОМАНОВА – Я хотела бы вернуться к Украине. Скажите, есть такая версия, она появилась недавно. Ее пока особенно не обсуждают. Ее автор Александр Хандруев, бывший зам. пред. ЦБ. Мы недавно с ним обсуждали тему вступления России в ВТО, и он сказал, что очень скоро, может быть даже в течение этого года все трения между США, Австралией, Колумбией, кто еще там выражает свои претензии в отношении России…

М. ГУСМАН – И якобы еще Молдова. Чуть-чуть.

О. РОМАНОВА – И когда все эти разногласия …

М. ГУСМАН - …подписали там уже, по-моему.

О. РОМАНОВА – Когда все эти разногласия будут устранены, как раз к этому времени в ВТО вступит Украина. И вот тогда требования начнутся заново. Труба, газ, цены. Как вы считаете?

М. ГУСМАН - Я не большой специалист в экономике, но я все-таки призываю всех людей анализировать то, что…

О. РОМАНОВА – Но вы специалист по политической психологии.

М. ГУСМАН - Да, ну, спасибо на этом. Тогда я думаю, у меня есть вера в то, что в течение года, начиная с нашего нынешнего разговора, Россия все-таки в ВТО вступит. Считайте, что это моя интуиция мне подсказывает. Или немножко знаний. Потому что я не думаю, что России будет лучше вне ВТО. По многим-многим обстоятельствам. Другое дело, что сложный переговорный процесс идет с Америкой. Я знаю, что недавно очень тяжелую дискуссию с американцами выдерживал в Женеве министр экономического развития Греф. И вроде бы как я слышал, все-таки есть в этом деле подвижки. Я хочу думать, что американская позиция будет скорректирована. И тема, которая была проблемной, тема банковских условий, страховых наших компаний, их интересы, я думаю, что все-таки будет найдена развязка. Я очень в это верю. И здесь я думаю, не фактор Украины, а просто, потому что объективно России нужно быть в ВТО и она там будет.

О. РОМАНОВА – А вам не кажется, что в последнее время опять же с марта отношения Украины и России, по крайней мере, то, что видно из России, освещение событий на Украине в российских СМИ, они стали нейтрально позитивными.

М. ГУСМАН - Ну а почему должны быть активно негативными. Слава богу, что нейтрально позитивные.

О. РОМАНОВА – После газовой войны, после всего.

М. ГУСМАН - Вы знаете, мы с вами, Оля, одновременно и жертвы и авторы очень многих внешних обстоятельств. Мы сами создаем волну, потом эту волну с вами в студии обсуждаем. И потом опять же мы с вами журналисты, я имею в виду вас и меня в кавычках, я имею в виду наших с вами коллег, которые создают волны пиара информационных обстоятельств вокруг, ну да, это все-таки фигура речи - газовая война. Ну да, была проблема. Достаточно острая, достаточно болезненная. Но слово "война" сильнее само слово, чем то, что было. Вот я не сторонник таких трагических формулировок. Все мне кажется спокойнее. В общем и целом.

О. РОМАНОВА – Такое ощущение, что вашими устами сейчас говорит Собянин, глава администрации президента России.

М. ГУСМАН - Он говорит своими словами.

О. РОМАНОВА – Который в своем первом интервью зарубежным СМИ, это интервью было "Таймс", он сказал, что проблема, которая в последнее время высвечивается в СМИ, сильно преувеличена и наша самая большая проблема – риторика, - сообщил он западным журналистам, выйдя из известного здания на Даунинг-стрит. Это был первый визит главы администрации российского президента на Даунинг-стрит, было первое интервью Собянина. И газета пишет, что этот успокаивающий сигнал будет усилен на Западе благодаря многомиллионному контракту российского правительства с американской пиар-фирмой "Ketchum". И призвал заткнуть рот клеветникам в Вашингтоне. Скажите, пожалуйста…

Да, да…

М. ГУСМАН - Я смеюсь почему, - потому что уж точно перемешали мухи с борщом, борщ с мухами.

О. РОМАНОВА – Ну давайте отделите.

М. ГУСМАН - Давайте попытаемся. Мы опять-таки не внутри этого, есть он, нет, контракт с "Ketchum". Бог с ним. Но то, что значительная часть внешнего информационного восприятия нашей страны, в какой-то степени на этом завязаны мы с вами сами, и создавая внутри зачастую несбалансированный как минимум образ страны, для меня это очевидно. Объективно это так. Вот я работаю в государственном, я это прилагательное подчеркиваю, - информационном агентстве. Но дело не в том, что оно государственное. Мы каждый день говорим о том, что картина, которая появляется на ленте нашего агентства, должна быть максимально объективной из того, что происходит в стране. А в стране происходит наряду с тем трагическим террористическим актом, который был сегодня в Ингушетии, действительно это трагедия, первополосная печальная новость, но в то же время всегда происходит масса позитивного. И в самых разных областях. В том числе и в экономике и культуре, и в спорте если хотите. Происходит. Но как-то мы все живем в синдроме заточенности на ситуацию "анти". Это объективно так. И если так посмотреть, то я не сторонник лакировки действительности, я не сторонник пропаганды достижений урожайности, рисовых культур в отдельно взятой области. Не в этом дело. Я сторонник того, чтобы картина информационная была честная, сбалансированная, объективная и открытая, а не заточенная под категорию "анти". Вот это мне лично чуждо. И в результате этого естественно и восприятие из внешнего мира нас тоже становится акцентировано под другим углом. Мне так кажется. Это не снимает ни наших проблем, которые реально существуют, ни тех или иных печальных обстоятельств, которые существуют. Я об этом говорил в вашей же студии. Это совершенно другая тема. Но то, что мне кажется, взгляд на нашу с вами страну может быть более сбалансированным, нежели такой откровенно негативный, мне это очевидно.

О. РОМАНОВА – Вы знаете, мне кажется, что профессия журналиста в принципе она не слишком позитивна. Поскольку журналист в принципе существо вредное. Он должен искать…

М. ГУСМАН - Это ваша, Ольга, точка зрения.

О. РОМАНОВА – Он должен искать недостатки и указывать на них обществу и власти.

М. ГУСМАН - У меня есть такая аналогия. Поскольку я сам из семьи врача-терапевта. Классического земского врача-терапевта. Так вот я считаю, что профессия журналиста…

О. РОМАНОВА – Вы залечиваете раны.

М. ГУСМАН - Минуту. Я сейчас скажу, что я хочу сказать. Я считаю, что в профессии журналиста так же, как в медицине у врачей, есть разные специальности. Есть врач-терапевт, хирург, травматолог, гинеколог, педиатр. И вот журналисты есть терапевты, хирурги, есть журналисты-патологоанатомы. Вот уже труп политический, он начинает его резать. Получает от этого, может быть, даже физиологическое удовольствие. Есть, пардон, журналисты-гинекологи, которые все видят через вот эту тему. Есть такие в нашем с вами любимом и дорогом цехе. Это слишком общее понятие. Профессия журналиста. Внутри этой профессии есть разные, связанные с человеческой индивидуальностью…

О. РОМАНОВА – А вы кто, если говорить о профессии врача?

М. ГУСМАН - Я сын своего отца, я терапевт. Условно говоря, вы начали с моих телевизионных программ. "Формула власти". И мне мои коллеги говорят, что ты говоришь таким мягкими фразами, берешь интервью в такой мягкой форме. Я говорю: да, потому что моя задача показать своего героя. Мне кажется, это зрителям судить, что терапевтических методов мне достаточно. Мне не нужен скальпель хирурга, вскрывать мозоль моему собеседнику. Моя задача показать портрет так, как я бы хотел, чтобы мой герой был наиболее точен и соответствовал своей личности. Если моих терапевтических (журналистских) или журналистских (терапевтических) методов для этого хватает, я считаю, что я со своей миссией справился. Есть кто-то, для кого-то нужен скальпель. Кому-то нужно шило или шприц. Мне ближе чистая журналистская терапия. Это моя личная позиция.

О. РОМАНОВА – От терапии. В четверг, завтра правительство планирует учредить комиссию по развитию телерадиовещания и назначить ее председателем первого вице-премьера Дмитрия Медведева. Речь идет о проекте, который оценивается в 2 млрд. долларов. И он должен привести к увеличению количества телеканалов в несколько раз. Сразу несколько вопросов, что за контент может быть у этих телеканалов. Говорится о социальной составляющей этих телеканалов. Национальный ли это проект, почему Медведев. Как вы считаете?

М. ГУСМАН - Понимаете, очень много вопросов. Если мы могли бы этому посвятить целую передачу.

О. РОМАНОВА – Ваше особое мнение.

М. ГУСМАН - Я думаю, что, во-первых, насколько я знаю, по распределению обязанностей внутри правительства Дмитрий Медведев отвечает за СМИ. Насколько я знаю, по-моему, это было в открытой печати. Телевидение и развитие телевидения относится к сфере СМИ. Во-вторых, у нас не так много вице-премьеров, кто-то из высокого ранка чиновников правительства должен за это отвечать. Кто-то из вице-премьеров. Мне кажется, что Медведев в данном случае наиболее правильная и точно выбранная фигура. Именно как куратор СМИ. Это с одной стороны. С другой стороны говорить сейчас о контенте о том, как это все будет. Важно, мне кажется, чтобы был прорыв в этой сфере. Наша страна, как мне кажется, остро нуждается в увеличении числа телевизионных каналов в разы. Может быть даже в десятки. Без внедрения цифрового вещания это невозможно. Это просто реально. Сейчас задача мне кажется, стоит больше технолого-прагматическая, увеличение вот этих каналов за счет внедрения цифрового вещания. А потом, наверное, будет тема более актуальная, что это будут за каналы, какие, кто будет получать права на вещание. Как будут эти права выдаваться. Какова будет содержательная часть канала. Мне кажется на сегодняшний день это не столь актуально.

О. РОМАНОВА – Рекламщики сетуют достаточно громко и готовятся к вступлению в июле поправок в закон о рекламе. И они в принципе сетуют, что падает интерес качественной зрительской аудитории к телевидению. Все ушли в Интернет в основном.

М. ГУСМАН - Понимаете, меня в этой истории меньше всего интересуют проблемы рекламщиков. Рекламщики меня интересуют в последнюю очередь.

О. РОМАНОВА – Рекламщики больше всего это измеряют. Именно они констатируют факт.

М. ГУСМАН – Рекламщики, потому что они слишком долгое время жили чрезвычайно вольготно на огромных достаточно жирных бюджетах. Сегодня реклама диверсифицируется, она уходит частично в Интернет, частично в другие дециметровые каналы. Я опять-таки не специалист в этой сфере. Но я думаю, что это все и, кстати сказать, что многие уходят в Интернет тоже справедливо. Но есть другая сторона вопроса. Это, может быть, говорит о том, что наше телевидение в силу ограниченности телевизионных каналов, как ни странно, оно менее привлекательно. Потому что несколько телевизионных каналов являются фактически монополистами нашего с вами телевизионного вкуса и телевизионных интересов. Мы с вами хотим или нет, привязаны к трем кнопкам, ну к четырем. Выбор наш с вами, я не беру подключение к кабелю за отдельные деньги, а вот в широком плане. Выбор крайне невелик. И в силу ограниченности выбора мы становимся заложниками определенных вкусов тех или иных телевизионных команд. Хорошо это или плохо, я считаю, что все-таки больше плохо, чем хорошо. Если телевизионных каналов будут десятки, и возможности выбора наши с вами будут чрезвычайно широки, я думаю, в этом смысле слова мы будем с вами в плане восприятия телевизионной картинки гораздо богаче. А что касается рекламщиков, да, им придется распылять их рекламные бюджеты на десятки…

О. РОМАНОВА – Им-то будет от этого лучше. Я просто к тому, что если качественная аудитория она действительно уходит в Интернет и по опросам и по "Gallup Media" по всему, что хотите, потому что даже 3-4-5-6 каналов, контент…

М. ГУСМАН - Я думаю, что, во-первых, в Интернет уходит, как мне кажется исключительно молодая аудитория. Я не думаю, что аудитория людей старше, условно говоря, 35-ти, уж точно 40 лет, а это очень большая часть аудитории, уходит в Интернет. Не думаю. Я не готов сказать по цифрам, но по ощущениям не думаю. А во-вторых, проблема в том, что телевидение, на мой взгляд, об этой категории зрителей старше 40 лет заботится в меньшей степени, чем о молодежи. А молодежь как раз уходит в Интернет. Мне кажется, что телевидение все больше будет становиться частью привязанности более старшего поколения зрителей, а Интернет оттянет на себя молодежную аудиторию. И я здесь тоже ничего такого трагического не вижу.

О. РОМАНОВА – Но тогда смысл расширения вещания каналов, которые будут одинаковые. Вы говорите, три-четыре канала одинаковые. Контент очень похож.

М. ГУСМАН - Они одинаковые, потому что они борются за рейтинги. Потому что они прекрасно понимают, что, условно говоря, некий очередной бандитский сериал привлекает максимальную аудиторию. И поэтому они соревнуются уже не за качественный продукт, он может быть качественный сам по себе, но не с точки зрения широты охвата, а за качественный продукт не борются и уступают площадку… У нас очень мало программ, я опять сейчас говорю банальности, мы много раз это все обсуждали - и культурной проблематики, просветительской и очень многим другим обстоятельствами. И вот если будет много каналов, там, мне кажется, как раз больше будет поле. Не будет таких крысиных бегов за рейтингом. Вот что мне кажется, губит наши телевизионные каналы.

О. РОМАНОВА – Рейтинг это деньги. Если "Доктор Живаго" собирает значительно меньше аудиторию, чем бандитские сериалы на Первом и Втором канале, то будут конечно показывать бандитские сериалы. И по всем остальным каналам цифрового телевидения, потому что рейтинг это деньги. Кто будет работать бесплатно. Социальные каналы что это?

М. ГУСМАН - Во-первых, достаточно отдельная тема. Но я не убежден в том, что рейтинг это деньги всегда. Тут надо смотреть, как зрителя приучают к конкретному телевизионному зрелищу, и потом уже оно становится рейтинговым. Может быть наоборот, если бы зрителя достаточно профессионально и настойчиво приучали к более качественному телевизионному продукту, а не к бандитскому сериалу, то я не думаю, что эти же рейтинги остались бы без изменения. Я думаю, что все-таки сместилась бы шкала рейтингов. То же самое можно говорить о передачах юмористического жанра, уже оскомину набило об этом говорить, уже все и вся, уже невозможно. Но это же тоже факт. Понимаете, я недавно сказал простую вещь, я распишусь в собственной телевизионной вкусовщине, вот сняла гениальное кино сто лет назад Татьяна Лиознова "Семнадцать мгновений весны". И как включаешь его в 150-й раз и хочешь, не хочешь, глаза косишь на экран. В чем секрет? Потому что кино хорошее. Хотя про войну, уж Штирлиц с Мюллером в анекдотах разошелся уже полтора десятка лет, два десятка. Если качественное кино и то же самое касается фильма "Ирония судьбы или с легким паром". Если сделано это качественно и неважно, в каком жанре - в юмористическом или драматическом, это будет смотреться. И рейтинги будут.

О. РОМАНОВА – Мы уходим на короткие новости и вернемся через несколько минут.

НОВОСТИ

О. РОМАНОВА – Михаил Гусман у нас в студии, агентство ИТАР-ТАСС и ведущий программы "Формула власти" на Первом канале.

М. ГУСМАН - На Втором, на канале "Россия".

О. РОМАНОВА – Мы начнем сейчас принимать ваши звонки по телефону 969-23-77, но сначала вопрос из Интернета. Спрашивает вас Никита Ковальский, предприниматель из Санкт-Петербурга: "Уважаемый господин Гусман, интересует ваше мнение, - он подчеркнул, - как одного из руководителей государственного агентства. Иранский режим отказался от европейского мирного реактора. Хочет сам обогащать уран. ХАМАС продолжает свою террористическую деятельность. В чем причина спонсирования Кремлем подобных политических сил? Только чтобы выделиться и показать Западу свою самостоятельность. Или через иранские проекты и помощь хамасовскому правительству идет отмывание средств. Ведь никто не поверит, что деньги в Палестине израсходованы, и в какой карман получат конверт ядерные муллы в Тегеране". Ответьте Никите.

М. ГУСМАН - Отвечу Никите с удовольствием. Во-первых, я бы развел эти две темы. Иранскую и хамасовскую, они близки, у них есть много перекрещивающихся обстоятельств и нюансов. Но тема Ирана самая больная тема в современной международной жизни, очевидно. Мы, наверное, здесь пытаемся быть теми, может быть последними, кто не закрывает Ирану дверь, чтобы сохранили они лицо что ли.

О. РОМАНОВА – Какое лицо господина Ахмадинежада?

М. ГУСМАН - У господина Ахмадинежада лицо мало симпатичное. Но дело идет о другом. То, что Иран стоит на пороге и возможного создания ядерных сил, ядерного оружия, это все понимают. Вопрос в другом - как этого избежать. Поскольку этого не хочет мировое сообщество, этого естественно не хотим мы, нам не нужен ядерный вооруженный Иран около наших границ. Он не нужен нам, не нужен нашим ближайшим соседям. Тому же Азербайджану. И здесь вот как сделать так, чтобы это не произошло. Путем ли продолжения давления политического переговорного выдвижения все новых и новых идей, и попыток их оттянуть от этой темы…

О. РОМАНОВА – Они нас фактически послали.

М. ГУСМАН - Совершенно справедливо. К сожалению. И все-таки и все-таки. Или попытаться на них воздействовать более сильными способами. Санкциями, а дальше допустим, даже военный путь давления. К чему это приведет, на мой взгляд, приведет к еще более страшной ситуации. Да, может быть, и могут в случае военного удара по Ирану разбомбленные какие-то ядерные установки. Но то, что это вызовет чудовищную волну встречной агрессии по всему миру со стороны их союзников, сочувствующих им. Если бы эта ситуация развязывалась каким-то, условно говоря, одним "ракетным" ударом или жесткой одной или двумя санкциями, наверное, все было бы гораздо проще. Мне кажется ситуация гораздо страшнее. Вот смотрите, хорошо, мы все-таки в России достаточно далеки от Ирана. А вот Азербайджан наш союзник российский, наш партнер, находится буквально через дорогу, через Каспийское море, в некоторых местах имеет сухопутную границу через речку. Так вот если в Иране произойдут события печальные, скажем так, то хлынет такой поток беженцев. Многосоттысячный.

О. РОМАНОВА – Мы Ирану помогали до последнего времени. Контракт подписали на поставку катеров, еще что-то такое. И, может быть, вполне возможно помогаем и сейчас этому режиму.

М. ГУСМАН - Думаю, что нет. Я предполагаю, думаю, что у нас сейчас гораздо более холодное отношение к Ирану и с Ираном. Я думаю, что политическое руководство, люди в нашем Министерстве иностранных дел хорошо понимают ситуацию в Иране, отдают себе отчет, к чему она может привести. И идет, как мне кажется очень напряженная работа по тому, чтобы все-таки оттащить Иран от той губительной черты, на которую он сам идет, к черте, за которой попытка создания ядерного оружия, а в этом случае, с этим не смирится никто.

О. РОМАНОВА – А ХАМАС мы помогаем. 10 млн. долларов.

М. ГУСМАН - Во-первых, все-таки мне кажется, больше Аббасу, чем ХАМАС, а Аббас и ХАМАС, хотя они звучат почти в рифму, это все как говорится две разные истории. Аббас наш партнер и Аббас партнер Израиля кстати. И американцев. Это вменяемый палестинский лидер на сегодняшний день. Во всяком случае, человек переговороспособный и надеюсь, договороспособный. Опять-таки, загоняя политическую ситуацию в Палестине и людей в Палестине в тупик, мы ничего не добьемся. Вот Аббаса я бы поддержал. Вот если бы меня лично спросили. Да, Аббас стоит того, чтобы его укреплять. ХАМАС – нет.

О. РОМАНОВА – Это особое мнение Михаила Гусмана. Мы готовы принять ваши звонки. Добрый день.

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Лев Абрамович. У меня вопрос к Михаилу Гусману. Зачем он хочет уподобляться Павловскому. Ведь ни одного слову из того, что он говорит нельзя верить. Это чепуха.

О. РОМАНОВА – Этот звонок я принимать не буду, прошу вас не отвечать на этот вопрос. Мы все-таки в рамках корректности.

М. ГУСМАН - Я готов, пожалуйста. Это вопрос вашего выбора. Верить или не верить. Я говорю то, что думаю, и готов по каждому слову, которое говорю, с вами лично поспорить. Хотите, давайте, чтобы не тратить экранное и радиовремя, побеседуем с вами по телефону. Вы скажете то, что думаете вы, я скажу – то, что я. Я найду для этого время. Я верю в то, что я говорю. Просто может у меня знаний, опыта и возможности анализировать вещи чуть больше, чем у вас, поэтому прихожу к таким выводам, с которыми может быть вы не согласны.

О. РОМАНОВА – Давайте другой вопрос нашего слушателя. Добрый день.

СЛУШАТЕЛЬ – Вы меня слушаете?

О. РОМАНОВА – Да. Да.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Я Инна из Израиля. У крупного писателя, к сожалению, не очень давно умершего Фридриха Горенштейна есть такое высказывание: еврей в России не может не быть негодяем. Более того…

О. РОМАНОВА – Я думаю, что мы… Национальный вопрос будете отвечать? Очень мало времени осталось, если можно, покороче сформулируйте свой вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ – Да.

М. ГУСМАН - Это не вопрос, это цитата из Горенштейна. Ну, хорошо, ну считает так Горенштейн, ну бог ему судья, мир его памяти. Что еще можно по этому поводу сказать?

О. РОМАНОВА – Я прошу вас задавать следующий вопрос. Давайте мы будем формулировать очень конкретно. Добрый день. Алло. Нет.

М. ГУСМАН - Не слышно.

О. РОМАНОВА – Хорошо, Михаил, вот еще любопытный вопрос. "Культурному и вежливому обращению с водителями призывал сегодня сотрудников ДПС министр внутренних дел Рашид Нургалиев. Что за бред? С каких пор генерал-полковник направляет подчиненным обращение, а не приказы". Прокомментируйте. Очень коротко.

М. ГУСМАН - Это все очень просто. Потому что приказы существуют, но генерал-полковник Нургалиев заинтересован в том, чтобы, во-первых, и общество знало по этому поводу его позицию. Если он скажет: я сегодня приказал быть вежливым, будет звучать… Я думаю, что это в приказе отражено. Я думаю, что то, что сегодня было озвучено публично в виде такой рекомендации, имеет четко прописанный приказ, если хотите, я готов это уточнить, чтобы сказать, я уверен, что есть специальный приказ. Но он носит более конкретный и детальный характер. А это такое публичное обращение министра, где он разъясняет свою позицию. Это нормально.

О. РОМАНОВА – Спасибо Михаилу Гусману. Это было особое мнение. Мы услышимся через неделю. Всего доброго.