Александр Привалов - Особое мнение - 2006-03-28

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Это «Особое мнение». Я Нателла Болтянская. Приветствую вас на волнах «Эха Москвы» и в эфире RTVI. У нас в гостях сегодня Александр Привалов. Здравствуйте, Александр.

А. ПРИВАЛОВ: Добрый день.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Новость дня, вашими глазами, какая самая главная, с вашей точки зрения?

А. ПРИВАЛОВ: Пожалуй, продолжающаяся и все никак не завершающаяся новость украинских выборов. Они же считают уже вторые сутки. С такими темпами они еще неделю будут считать. И всем все время интересно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: А ваши прогнозы?

А. ПРИВАЛОВ: Какие прогнозы? В общем, по мере своего нелегкого продвижения к 100 процентам пересчитанных бюллетеней украинский ЦИК столь же усердно продвигается к давно известному экзит-полу. То есть на самом деле новость уже есть, но как бы ее нет. Поэтому можно строить разные предположения. Можно судачить о коалициях. Всем страшно интересно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Аукнется нам это вообще?

А. ПРИВАЛОВ: Да нет, конечно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Нет, конечно.

А. ПРИВАЛОВ: Потому что единственное, о чем нам следует просить судьбу в данном случае, это о том, чтобы тот, кто, наконец, станет премьер-министром Украины после всего происходящего был как можно меньше сближен в глазах общественного мнения с Россией. Чтобы мы имели с ним как можно меньше подковерных договоренностей. Чем более он будет от нас, формально говоря, чужой, для нас чужой, тем нам проще будет с ним разговаривать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос, присланный вам по Интернету от Сергея из Москвы: «Уважаемый, Александр, скажите, пожалуйста, согласны ли вы с основными тезисами Илларионова о том, что экономический успех страны и ее граждан определяет уровень гражданских и иных свобод в этой стране?». Далее пометка: «Только не приводите, пожалуйста, пример Китая. Все слышали о небоскребах Шанхая, но мало кто видел китайскую глубинку».

А. ПРИВАЛОВ: Не буду я приводить пример Китая. Мне, честно говоря, не очень интересно комментировать умопостроения Андрея Николаевича Илларионова. Они все последний год базируется на нескольких дурно проведенных и дурно истолкованных регрессионных соотношениях. И в общем, про них разговаривать скучно. Ну, конечно, быть здоровым и богатым лучше, чем бедным и больным. Андрей Николаевич, совершенно прав. Просто, когда он пытается при помощи корреляции рассказать, что из здоровья и богатства вперед, а что потом, всегда получается как-то кисловато.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Агриппина из Рязани задает вопрос: «Есть много примеров, но давайте рассмотрим два. В германии Гитлер был избран демократическим путем. В Палестине ХАМАС был избран демократическим путем. До начала войны с Гитлером заигрывали. Что получили? Сейчас заигрывают с ХАМАС. Вопрос. Разве общение с нацистами и террористами демократично? Разве не демократичнее, чтобы к таким обществам, поддерживающим терроризм и нацизм, применяли различные санкции? Иначе это фарс, лицемерие и плевок в сторону всех порядочных людей, в сторону демократии».

А. ПРИВАЛОВ: Видите, беда какая, тут, если отвечать всерьез, непременно надо сказать вот что. Довелось мне, как, может быть, многим другим, читать мемуары Хрущева. И в мемуарах Хрущева видно, что этот человек довольно не глупый, просто видно, что автор серьезный, умный человек. Но у него есть одна поразительная особенность – он употребляет слова «коммунистический» и «некоммунистический» даже не как синонимы слов «хороший», «плохой», а как последний аргумент. Вот если сказано про что-то, что это некоммунистическое, дальше не надо рассказывать, что это плохо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: У него есть еще один синоним плохого. Помните, как он обозвал?

А. ПРИВАЛОВ: Нет, это устно. А тут письменно. Так и тут. Значит, когда слова демократический употребляется не как конкретный термин, а как последний аргумент, если про что-то скажут недемократичный – о чем мы разговариваем. Разговаривать становится скучно. Демократия все-таки – не цель, а средство. Если же говорить о ХАМАС конкретно, то мне представляется понятной позиция Путина. Путин все время говорит и в этом смысле делает ровно одно и то же – легитимное правительство, какое бы оно не было, мы имеем с ним дело, нелегитимное правительство, какое бы оно не было, мы не имеем с ним дел. ХАМАС в соответствии с выводом всевозможных зарубежных наблюдателей избрался легитимно – ну, и давайте с ним разговаривать. Мне эта позиция не кажется разумной, но она вполне логична.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: История о сайтах, которые являют для себя пособие таких ночных, диких патрулей. Как вам она нравится?

А. ПРИВАЛОВ: Она мне совсем не нравится. Должен заметить следующее, что этих сайтов я своими глазами не видел и не знаю, кто их сделал. За последнее время начало входить в моду (только начало, дальше будет гуще) всяческое подделывание в этой сфере, в Интернете, всяческие сайты, которые предназначены для того, чтобы от одного борта, от двух бортов, от трех бортов попасть в какую-то лузу. И, в общем, мне это, чем дальше, тем меньше нравится. Что же до этих самых организмов, которые совершают налеты на детей, то у меня есть все-таки исходные сомнения насчет того, что они сильно общаются с Интернетом. Издали мне кажется, что они на другом интеллектуальном уровне. Я могу ошибаться.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Мне кажется, что тут речь все-таки идет не только об этом, а еще и о том, что, например, господин Кобцев и иже с ним, скины, мотивов своих не скрывают. И только наши доблестные расследовательные органы, судебные органы не находят разжигания межнациональной розни.

А. ПРИВАЛОВ: Это вы про вчерашний приговор, да?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Да.

А. ПРИВАЛОВ: Я естественно, его еще не читал. Его еще никто не читал, его еще просто нет. Я бы хотел прочесть, чтобы понять, что там произошло. На мой вкус, это действительно выглядит странновато. Кто-то вчера из комментаторов, может быть, адвокат какой-то стороны сказал, что суд попытался угодить и нашим, и вашим. Это вообще не позиция для суда. Если это действительно так, то это не хорошо и не разумно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я напомню, что сегодня в программе «Особое мнение» Александр Николаевич Привалов. Вы можете задавать ему свои вопросы. После небольшой паузы мы будем принимать телефонные звонки. Телефон, я надеюсь, что вы знаете. И ваши вопросы, присланные на пейджер и по Интернету, мы также постараемся осветить. Еще раз напомню, «Особое мнение» на волнах «Эха Москвы» и в эфире телеканала RTVI. Александр Привалов у нас сегодня в гостях. А я Нателла Болтянская. Встретимся после короткой паузы.

/новости/

Это «Особое мнение». Я Нателла Болтянская. На ваши вопросы отвечает Александр Привалов. И делать он это будет прямо сейчас. Алло, здравствуйте. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Нателла. Здравствуйте, Александр Николаевич. Это Андрей. Во-первых, Александр Николаевич, очень приятно, что вы участвуете в программах «Эха Москвы». Я исключительно высоко ценю ваше мнение и надеюсь, что оно будет звучать в эфире «Эха Москвы» регулярно. У меня вопрос относительно нашей власти. Значит, вот сейчас многие говорят, что сейчас нет хорошего механизма контроля власти. А когда этот вопрос обсуждается, то почему-то считается, что контроль – это какой-то надзор. То есть это если будет, то это будет такая структура, которая должна будет контролировать, которая коррумпируется и так далее. На мой взгляд, контроль эффективный может быть обеспечен самой структурой процесса принятия решений. То есть это не внешний контроль, не надзиратель какой-то, а такая организация и процедура принятия решения, при которой если в ней возникает нарушение, то оно сразу же выплывает на поверхность, становится общеизвестным. Вот как вы считаете, возможно ли сейчас на высшем государственном уровне создать такую структуру процесса принятия решений, при которой, во-первых, каждое решение было бы…

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы обрисовали уже, Андрей, спасибо. Александр Николаевич, прошу вас.

А. ПРИВАЛОВ: Ну, нет, конечно. Дело в том, что то, о чем говорит Андрей, это скорее идеальная картина, что вот такая процедура, такая технология принятия решений, что плохие решения чуть ли не сами отбраковываются. Но только во сне. Другое дело, что, конечно, нужен контроль за всеми механизмами и в государстве, и даже в обществе. Этот контроль естественно должен быть по возможности динамичным. Потому что в теории то мы все контролируем всех, все государственные структуры. Мы раз в четыре года выбираем себе Думу и президента и вот таким образом мы их, в общем-то, контролируем. Но этого, конечно, мало. Контроль должен быть более оперативным. И в каждом случае его надо придумывать заново. Меня более всего заботит общественный контроль за действием судебной и правоохранительной систем. Я знаком с некоторыми идеями. Некоторые идеи мы опубликовали у себя в «Эксперте». Знаком с некоторыми идеями, как наладить этот самый оперативно-общественный контроль. Вот этим, я думаю, стоит заниматься.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: У нас телефон по-прежнему звонит. Можно задавать вопросы Александру Привалову. Мы постараемся на них ответить. Алло, здравствуйте. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Александр Николаевич, вот вы сказали, что кисло очень комментировать мнение Андрея Илларионова. А не кисло вам будет читать постановление суда нашего, о котором вы буквально тридцать секунд назад высказались, что он не определен?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос понятен, спасибо.

А. ПРИВАЛОВ: Если сравнивать постановление суда и статьи Илларионова, надо прямо сделать выбор в пользу статей Андрея Николаевича, потому что от них хоть непосредственно никто не страдает. А по части ума я не знаю, что хуже. Илларионовские статьи, к сожалению, слишком монотонны и, на мой взгляд, на слишком слабой научной основе находятся.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Еще один вопрос, связанный с законодательством. Это тема, направленная на, скажем так, борьбу с терроризмом. Накануне группа депутатов внесла на рассмотрение Госдумы еще один пакет антитеррористических поправок – заочное судебное разбирательство, разрешение конфискации в отношении заочно осужденных. На ваш взгляд, это хорошо или плохо?

А. ПРИВАЛОВ: Мне очень больно говорить слова, которые вам покажутся отговоркой, но пока я не прочту это глазами, мне трудно комментировать. В принципе, все звучит, на мой взгляд, немножко слишком задорно. Но, ей богу, надо сначала прочесть, потом говорить.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте, вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь. Алло, слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло. Это «Эхо»?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Это «Эхо». Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Меня зовут Александр Дмитриевич.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ: Я ваше «Эхо» слушаю. Но с чем-то я согласен, с чем-то не согласен. И вот у меня конкретный вопрос. Скажите, пожалуйста, вот вы сейчас говорите на «Эхе» в основном о демократии. А что она конкретно дала? У нас беспризорников 2 миллиона. промышленность развалена. Беспредел кругом – и во власти, и везде. А что же делать конкретно нам?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос вообще такой эпохальный, я бы сказала.

А. ПРИВАЛОВ: Вопрос, конечно, большой.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Что делать, и кто виноват.

А. ПРИВАЛОВ: Я бы хотел, не отвечая на этот вопрос, поскольку понятно, что я на него ответить, вежливо говоря, не успею. Я бы хотел категорически призвать не говорить глупостей. Нету двух миллионов беспризорников в России. Их быть не может. В России 143 миллиона населения. Вы хотите сказать, что каждый семидесятый житель России беспризорник? Вы по улицам ходите? Не надо говорить, что вся промышленность развалена. В промышленности есть отрасли, которым очень трудно, которые, может быть, действительно склеят ласты. Но говорить, что вся промышленность развалена, при том, что некоторые отрасли прекрасно развиваются просто неумно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Наш телефон 969-23-77. Алло, здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Нина. Вы знаете… Я разговариваю с Нателлой Болтянской, да?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вообще, я так надеялась, что вы будете задавать вопросы Александру Привалову.

СЛУШАТЕЛЬ: Да. У меня вопрос общественно-личного характера. Есть серьезная информация не одна и мне нужно было бы поговорить с Алексеем Алексеевичем Венедиктовым.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Да. Но вы знаете, это, наверное, в редакцию «Эха Москвы». Александр Николаевич Привалов тут вряд ли вам сможет споспешествовать. Алло, здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Как вас зовут.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Юра.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Откуда вы?

СЛУШАТЕЛЬ: Из Москвы.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Вопрос следующий. Умер Станислав Лемм. Я хотел бы узнать, что думает об этом ваш гость.

А. ПРИВАЛОВ: Мне было вчера очень горько узнать, что пан Станислав умер. Это был очень серьезный человек. Я не самый страстный поклонник его беллетристического творчества, но он как философ и как футуролог был неизменно интересен и, я бы сказал, образцово показательно умен. Даже когда не соглашаешься, читать его всегда было некоторое специальное удовольствие. Мир праху его.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут надежда Ивановна.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Пожалуйста, вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: Значит, у меня такой вопрос. Вот у нас, по нашей Конституции народ является носителем суверенитета. Но вот ответьте, пожалуйста, на такой вопрос. Если государственные должности в стране и собственность, и финансы занимают нации другого государства, скажем, израильского, каким способом должен российский народ осуществлять свою функцию носителя суверенитета? Это же практически колонизация получается.

А. ПРИВАЛОВ: Есть какие-то конкретные имена? Мы про кого говорим?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Про то, кто продал Россию, Александр Николаевич.

А. ПРИВАЛОВ: Нет, продал Россию – это одна песня. А подданные другого государства – это другая песня.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы знаете…

А. ПРИВАЛОВ: Продал Россию – это вопрос вкусовой. Я считаю, что ты продал Россию, а ты считаешь, что не продал. А паспорт – вещь материальная. Если я говорю, что у тебя есть паспорт, значит, я должен его показать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Насколько я поняла, в вопросе нашей слушательницы речь шла именно о национальности, а не о гражданстве.

А. ПРИВАЛОВ: Тогда я позволю себе этого не комментировать. Это не очень интересно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня Игорь зовут.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Пожалуйста, ваш вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: Уважаемый Александр, вы, когда отвечали на вопрос по поводу переговоров с ХАМАС, сказали, что не согласны с точки зрения российского правительства. Вот, вообще-то в этой ситуации надо либо мочить, либо разговаривать. Ну, не получается у Израиля замочить, как мы замочили бандитов в Чечне и второго Кадырова тоже не получается создать. В общем-то, выбора никакого нет. Вопрос такой. Не считаете ли вы, что Соединенные Штаты после распада Советского Союза, когда они потеряли конкурента, просто потеряли нюх, у них совершенно сейчас прямолинейная внешняя политика.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос понятен. В общем, стилистика тоже.

А. ПРИВАЛОВ: Вопрос понятен. Я готов согласиться с некоторыми из высказанных вами утверждений. Но мне не очень понятно вот что. Ну, да, надо либо замочить ХАМАС, либо с ним разговаривать. В такой постановке я не могу возразить. А почему это должны делать именно мы? Мне непонятно.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Виктор. Москва.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Пожалуйста, ваш вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: Я хотел бы несколько затронуть пропаганду и освещение того, что связано с выборами в Белоруссии. Если внимательно проанализировать состояние вот этой демократии, которая упоминалась, там, в Белоруссии и здесь в России, то выводы отнюдь могут быть сделаны не в пользу России. Вот в связи с этим… И это по очень многим аспектам. Многие из этих аспектов освещались, в том числе, и в «Эхе Москвы». Потом вы знаете, какое огромное количество людей, ваших слушателей просто исключительно энергично поддерживают и понимают президента Белоруссии.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: В чем вопрос?

СЛУШАТЕЛЬ: Чем объяснить, что совершенно игнорируется вот его весьма массовое уважение к президенту белорусскому в России и журналистика наша проводит совершенно непонятную линию, в том числе, и через эфир «Эха Москвы».

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Понятно. Александр Николаевич.

А. ПРИВАЛОВ: Насчет того, как проводит линию эфира «Эхо Москвы» я, честно говоря, не Копенгаген. А насчет того, почему журналистика неодобрительно относится к Александру Григорьевичу Лукашенко… Ну, во-первых, не вся журналистика. Я просто знаю и издания, и отдельных людей, журналистов, которые весьма активно за него агитируют, его восхваляют всячески. А, во-вторых, а чего собственно вы хотите? Почему я, журналист России, с каковой страной страна, возглавляемая Лукашенко, ведет себя не лучшим образом, должен так уж его особенно любить? Неделю назад, как раз в самый разгар белорусских выборных событий Лукашенко, например, издал указ, которым изменил порядок регулирования закупки сельхозтехники своими крестьянами. Фактически, он закрыл рынок белорусов для российской сельхозтехники, для тракторов и прочих механизмов. Россия на этом будет терять примерно 20-30 миллионов долларов в год. Этот указ прямо противоречит российско-белорусскому соглашению о свободной торговле. Ну, и почему я должен Лукашенко хвалить, скажите мне, пожалуйста?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вот тут пришел просто крик души: «Александр Николаевич, промышленность, к сожалению, развалена, а беспризорников четыре миллиона». Это, чтобы вам мало не показалось. Александр Привалов отвечает на ваши вопросы. Обращаю ваше внимание, Александр Николаевич, что много как критических, так и хвалебных отзывов об «Эксперте».

А. ПРИВАЛОВ: Спасибо. И за критические спасибо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: За всякие спасибо. И старушкам спасибо, и мотоциклу спасибо. Александр Привалов будет продолжать отвечать на ваши вопросы, уважаемые слушатели «Эха» и зрители RTVI, после небольшой паузы. Убедительная просьба, давайте будем задавать вопросы, а не, так скажем, высказывать эмоции. Очень бы этого хотелось. Мы скоро вернемся вновь в эту студию.

/новости/

Я напомню, что это «Особое мнение». Я Нателла Болтянская. Напротив меня Александр Привалов. Попрошу вас прокомментировать предсказание Эдуарда Вениаминовича Лимонова, который считает, что во время парламентских выборов в следующем году в России разразится политический кризис.

А. ПРИВАЛОВ: Говорить о том, что не будет кризиса, наверное, трудно. Потому что, кто его знает, что будет через полтора года. Но что, если и будет кризис, то Лимонов будет иметь к нему самое отдаленное отношение, это безусловно. Потому что бодливой корове бог рог не дает, как правило.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я напомню, что у нас в гостях Александр Привалов. Еще один вопрос, присланный вам по Интернету, звучит следующим образом: «Вопрос к вам как к экономисту, почему в США никогда не было гиперинфляции? Не является ли это настоящей заботой о трудящихся?».

А. ПРИВАЛОВ: Это хорошая мысль. Это мне очень понравилось. Спасибо за подсказку. Мне никогда в голову такое не приходило, что гиперинфляция вызвана отсутствием заботы о трудящихся. Это хорошо. Ну, просто, повезло им. Им во многих отношениях повезло. Им, прежде всего, повезло, что они на правильном континенте. Что вся остальная каша варилась в нескольких тысячах километров.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Александр Николаевич, вы имеете в виду, так сказать…

А. ПРИВАЛОВ: Я имею в виду Первую мировую войну и Вторую мировую войну.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я уже думала, что вы повторяете мысль господина Паршева. О том, что географические условия России таковы, что…

А. ПРИВАЛОВ: Нет, нет. Я имею в виду самую простую вещь. Тут было очень плохо и с 14 по 18, и потом в промежутке, и потом с 39. У них там было гораздо спокойнее.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Только и всего. А тот факт. Что в системе есть некая защита от дурака, на ваш взгляд, играет свою роль?

А. ПРИВАЛОВ: Видите ли, у меня может быть масса претензий, например, к немецким руководителям. Но сказать, что страшная гиперинфляция, прославленная романами Ремарка, после первой войны в германии была вызвана дураками во власти, я бы постеснялся.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер. Константин из Щелково. Александр, вот на «Эхе Москвы» выступал профессор Гринберг, который популярно объяснил, что инфляция зависит не только от денежной массы, но и от товарной массы. И назвал экономистов, которые этого не понимают, легкомысленными. Так вот, господин Илларионов, он похоже как раз к последней категории и относится, потому что он этого не понимает.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Константин, а вопрос то в чем? Понятно. Нет вопроса. Утверждение.

А. ПРИВАЛОВ: Я не знаю, что вам говорил профессор Гринберг, но если он сказал то, что сейчас нам передано, то он абсолютно прав. И вот недавно мы опубликовали большую статью, в которой доказали (все люди, кто стоит, присядьте, чтобы не упасть), в которой мы доказали, что основным фактором, вызывающим инфляцию сегодня в России, является нехватка денег.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Как это вам так удалось?

А. ПРИВАЛОВ: Если очень коротко, то не хватает денег не на стороне спроса, о чем все время говорит Кудрин и аналогичные персонажи, а на стороне предложения. Денег не хватает на стороне предложения. Поэтому нет инвестиций. Поэтому недостаточен рост и так далее. Именно поэтому деньги, скапливающиеся на стороне спроса, идут в рост цен. Но это очень коротко, очень упрощенно. Милости просим, прочитайте, у нас это написано простыми человеческими словами.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь. Алло. Мы вас слушаем.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: чуть громче, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня слышно?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Да, вас слышно.

СЛУШАТЕЛЬ: Это Москва. Вячеслав Владимирович.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте, Вячеслав Владимирович.

СЛУШАТЕЛЬ: Александр Николаевич, такой вопрос. Все-таки государственная общенародная собственность, она принадлежит всем вообще и конкретно никому, еще не имеет хозяина конкретного. И по идее на ней бизнесом то заниматься нельзя. Но чиновники наши и при социализме, и сейчас занимаются. Как это может быть, я не пойму?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос понятен.

А. ПРИВАЛОВ: Если в философском смысле, то, как говорил у моего любимого Лескова один прощелыга, на Руси невозможного нет. А если говорить о чисто техническом смысле, то, конечно, формально говоря, государственная собственность принадлежит всем 143 миллионам граждан России, но существует право распоряжения ею, которым обладают вполне конкретные люди. Так что технически это делается очень просто.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: «Уважаемый Александр Николаевич, нужен ли России национальный проект создания альтернативы нефтяной игле?», - спрашивает Александр из Москвы.

А. ПРИВАЛОВ: Видите ли, я бы не называл это нефтяным проектом. И кстати, я бы не называл это нефтяной иглой. Видите, сколько у меня терминологических претензий. То, что у нас есть нефть, мы можем ее продавать – это деньги. Это вопреки широко распространенному мнению, это не кара божья, это подарок божий. И сравнивать это с наркотической зависимостью, один раз было, наверное, смешно, а потом стало пошло. А так, разумеется, надо не гадать, чем заменить нефтяные доходы, когда вдруг они начнут сокращаться, это надо делать. Это не может быть одним большим национальным проектом. Это должна быть вся экономическая политика. Чего мы, к сожалению, не наблюдаем.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Привалова можно?

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Привалов в вашем распоряжении. Назовитесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Петр из Петербурга.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вопрос, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: У меня несколько вопросов, но они связаны. Во-первых, наиострейшая проблема – это борьба с коррупцией. Потому что все эти прожекты и проекты, которые социально направлены.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Петр, если у вас несколько вопросов, давайте очень коротко, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Как можно бороться с коррупцией? Нет не одного дельного плана, раз. Второе, почему нет до сих пор ренты? Третье, предложение: все, так сказать, накопления денежные, которые выведены из денежного оборота, отдать все от налогов малому бизнесу. Малый бизнес разобьет все монополии, всю коррупцию размелят как муравьи.

А. ПРИВАЛОВ: Давайте подряд. По части того, как бороться с коррупцией. Я об этом написал в свое время уже несколько десятков статей и все про одно и то же. И сегодня перед тем, как отправиться на «Эхо», с восторгом прочел в газете, что, наконец, эту идею кто-то пытается воплотить в жизнь. Коррупция у нас особая в России. Она не такая как, например, в Нигерии или как, например, в Англии, где она тоже есть. У нас коррупция отличается тем, что у нас чиновники воруют по закону. Она проистекает из того, что наши действующие законы содержат массу точек, где чиновник распоряжается теми или иными активами, но у него нет жестко прописанных правил этого распоряжения. Поэтому для того, чтобы коррупцию победить, не надо устраивать показательные процессы. То есть, может быть, надо – для развлечения. А на самом деле надо исправлять законы. Надо не допускать в будущих, в новых законах таких дырок. И вот я с восторгом прочел, что готовится некая комиссия, готовится некая методика по проверке пока только законопроектов, не действующих законов, законопроектов на взяткоемкость, на коррупциогенность. Если это будет сделано, это будет первый шаг в очень правильном направлении.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Вы считаете, что это будет сделано?

А. ПРИВАЛОВ: Я считаю, что если этого не будет сделано, то через некоторое время на этой территории какое-нибудь другое государство будет решать другие свои проблемы.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте. Вы в эфире. Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Виктор Николаевич, Москва.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Пожалуйста, ваш вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: У меня такой вопрос. Вот Фрадков, садясь в кресло два года назад, сказал, будем съезжать с нефтяной иглы. Ну, корявые слова, значит, и корявая мысль. Не с нефтяной иглы надо съезжать, надо съезжать с импортной зависимости.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Виктор Николаевич, понятен ваш, так сказать…

А. ПРИВАЛОВ: Это еще один заход к тому вопросу, по которому мы сегодня уже дважды говорили. Да, совершенно верно. Нужно развивать здешнее хозяйство. Не сырьевое. Не все. Совершенно бессмысленно пытаться, как мы пытались делать в советские времена, все производить здесь у себя на территории. Существует международное разделение труда и совершенно не стыдно в нем участвовать. Но как можно больше всего, конечно, надо производить здесь.

Н. БОЛТЯНСКАЯ: Я напомню, что сегодня нашим гостем был Александр Привалов. Это программа «Особое мнение», которую вы можете увидеть, как минимум, и услышать дважды в день – на волнах «Эха Москвы» и в эфире канала RTVI. Спасибо, Александр Николаевич.

А. ПРИВАЛОВ: Спасибо.