Андрей Архангельский - Особое мнение - 2005-11-28

Л. ГУЛЬКО – Добрый вечер, у нас в студии журналист Александр Архангельский, он же обозреватель газеты, которая называется «Известия», добрый вечер.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Добрый вечер.

Л. ГУЛЬКО – Давайте мы, Александр, начнем. Сначала пейджер, 725-66-33, чтобы вы сразу могли готовить вопросы и присылать их на наш эфирный пейджер, есть телефоны, давайте начнем с «Родины» многострадальной, во всех смыслах, и без кавычек, и в кавычках. Я уж не знаю, многострадальная ли в кавычках эта самая «Родина». Всем известные события, которые глубоко разжигают межнациональную рознь. Тут нет ни у кого, по-моему, у нормальных людей, никаких недомолвок, и есть заявление ЛДПР, по которому было заседание Мосгорсуда, который признал, что этот ролик, действительно, разжигает межнациональную рознь и надо бы его снять и партию заодно снять. С партией непонятно, ролик не сняли, дальше чего будет?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Насколько я понимаю, Верховный суд должен определить судьбу.

Л. ГУЛЬКО – Да, конечно, дальше будет апелляция.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – «Родины» на выборах, но понимаете, тут в чем сложность, мы живем в таком мире, который состоит из множества медийных ячеек. И каждая отражается в каждой, и ты находишься, знаете, как в голливудском фильме, когда бывает – герои должны добыть картину, висящую в каком-то доме, и проползти через систему лазерных лучей. Они должны как-то так эти лазерные лучи высветить и пройти между ними, не зацепив ни один. Это практически невозможно. Также мы оказываемся в таком же поле, когда рассуждаем о политическом процессе. Разумеется, «Родина» не так страшна как таковая, как ее малюют. Будут на нашем политическом пространстве силы и пострашнее, мы еще вспомним о «Родине» с некоторой легкой ностальгией, боюсь, что тут ни у кого не должно быть никаких иллюзий. Реальной фашистской угрозы «Родина» также не представляет, в ней очень разные люди, по всей стране тоже разные. Рогозин – управляемый политик, поэтому я в «Родине» как таковой не вижу угрозы, как таковой. Я вижу несомненную угрозу со стороны «Родины» тем, кто баллотируется от центрального списка от «ЕР» в МГД, потому что, конечно, некоторые позиции в Москве сильные достаточно у нее есть, и стремление убрать ее с этого политического поля, оно тоже очевидно. Это первый посыл, а теперь второй. Как говорил герой Папанова в фильме «Бриллиантовая рука» – «тебя посодют, а ты не воруй». Несомненно, партия, запустившая такой ролик, независимо от того, хочет она в реальности разжигать национальную рознь, не хочет, будет ли она заниматься какой-то фашистской деятельностью, не будет – не будет. Но ролик есть, и за этот ролик, несомненно, нужно снимать с выборов любую политическую силу, которая на это решилась. Что Жириновский подал, милые бранятся, только тешатся, конечно, это мы тоже понимаем. Но мне все равно, кто подал и по чьему заданию подал. Есть, вообще самое лучшее в этом медийном переплетенном пространстве – это, за редчайшими исключениями, не считаться с привходящими обстоятельствами, не думать о том, в какую ячейку ты попадешь или наступишь. Нужно говорить то, что… как оно есть, иначе мы будем говорить, что национал-большевики, они, в принципе, они вроде против Путина, Путин не совсем хороший, то, может, они совсем не такие плохие. Плохие. И «Родина» совершила роковую ошибку, запустив этот ролик. Если только она не добивалась снятия, в чем я сильно сомневаюсь, потому что позиция, повторяю, у нее достаточно сильная, она бы получила много.

Л. ГУЛЬКО – Но закон нарушили?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – С моей точки зрения, несомненно.

Л. ГУЛЬКО – Т.е. наказание должны понести?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Должны.

Л. ГУЛЬКО – Должны. Дальше эксперты начинают рассуждать, кому это выгодно.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да.

Л. ГУЛЬКО – Выгодно это «Родине» или это выгодно «ЕР», или это выгодно и то, и другое.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – По существу, да, да, нет, нет. А что остальное – то от лукавого.

Л. ГУЛЬКО – «Особое мнение», Александр Архангельский у нас в эфире. Давайте тогда перейдем к следующему вопросу, который тесно связан именно с этим, это действия московских властей же по запрещению антифашистского шествия, не разрешению, мягче скажем, не разрешению. И по дальнейшим событиям, хочется спросить, с кем вы, не мастера культуры, конечно, понятно, а московские власти.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – А я хочу обратиться с призывом к Владимиру Вольфовичу. Владимир Вольфович, если вы решили делать то, что должны были вместо вас делать партии СПС и «Яблоко», может быть, вы и здесь тоже пойдете навстречу либеральной общественности и подадите в Верховный суд иск против московских городских властей, который правый марш разрешают, а антифашистский запрещают? Если уж вы такой борец с разжиганием межнациональной розни и борец за равные гражданские права всех, сделайте ту работу, которую не хотят делать те, кто обязан эту работу делать.

Л. ГУЛЬКО – А почему такое не происходит, кстати говоря, с «Родиной» произошло, а с этим нет? Почему, зачем нужно московским властям?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я думаю, что это чиновничья дурь, один раз совершили ошибку, подставились и теперь дуют на воду.

Л. ГУЛЬКО – Но какая же дурь, когда антифашистский митинг, когда у многих?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Это вы.

Л. ГУЛЬКО – Как, я понять не могу.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Вы изнутри логики нормального человека, а у них логика бюрократа. Нормальный человек говорит так – не может быть разрешен митинг, на котором выставляются, действительно, человеконенавистнические лозунги, а чиновник говорит так – а мы не знали, что эти человеконенавистнические лозунги будут, мы его разрешили. Мы совершили ошибку. Давайте не будем вообще ничего делать, давайте уж теперь эти митинги, пошли они подальше, фашистские, антифашистские, мое дело – сторона, я спрячусь, отсижусь. У них называется – «проложиться», знаете, такой замечательный бюрократический термин.

Л. ГУЛЬКО – Как прокладка, что ли?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Нет, проложиться на всякий случай. Давайте проложимся, проложимся.

Л. ГУЛЬКО – Т.е. переждем, отсидимся?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Переждем, отсидимся, там чего как посмотрим.

Л. ГУЛЬКО – Да, цитата.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Отчего это все не лучше, это, на самом деле, то же самое, что ролик «Родины».

Л. ГУЛЬКО – В общем, да.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Называя вещи своими именами, то эти действия московских властей сопоставимы с роликом «Родины». Кстати говоря, канал ТВЦ, я сейчас на весь канал не хочу распространять эту критику, я конкретно об этом ролике - канал ТВЦ контролируется все-таки московскими властями. Почему этот ролик до сих пор не снят с эфира, мне непонятно. Хотя это на канал в целом я распространять не хочу.

Л. ГУЛЬКО – Реплика Сухаря, нашего и телезрителя.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Постоянного слушателя.

Л. ГУЛЬКО – И постоянного.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Бывают постоянные авторы, бывают постоянные слушатели.

Л. ГУЛЬКО – Все решает президент, говорит Сухарь, захочет – поделится московским пирогом с партией «Родина», а, может быть, у него долгосрочные планы на выборы в ГД. Мы продолжим наш эфир, это «Особое мнение» от Александра Архангельского, через перерыв.

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО – Напоминаю, что у нас в эфире обозреватель газеты «Известия», журналист Александр Архангельский. В продолжение темы, Александр, вам не кажется, что, сдав телевидение питерским браткам, демократические силы, в кавычках тут это сообщение, пришедшее на сайт в Интернете, воюют с ветряными мельницами на «Эхе», пока нас батуринцы и путинцы не увидят на улице, ничего не сдвинется с места? На грубые действия властей, которые были в это воскресенье, должно быть равноценное противодействие гражданского общества. Сейчас, как обычно, плачущие большевики в лице СПС и «Яблока», это я все цитирую Игоря, экономиста из Москвы, утираются от очередной оплеухи. Надо готовиться к акциям гражданского неповиновения или пастись дальше в стаде, где пастух – подполковник ВВП? Меня пугает гражданское неповиновение, не знаю, как вас, такие сообщения.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – В разные эпохи первый раз бывает. Бывает, когда без него не обойтись, в 90-е гг., если бы мы не выходили на эти многомиллионные митинги, так бы сейчас, может быть, еще при товарище Пуго и жили бы. Не хочу сказать, что этот метод годится сейчас, скажу, почему. Но вернусь к тому, что я сказал, я оговорился, конечно, Папанов говорил не в фильме, говорил в фильме «Берегись автомобиля», а не в фильме «Бриллиантовая рука».

Л. ГУЛЬКО – Простите Александра Архангельского. Будьте уверены, он знает, о чем говорит.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да, в «Бриллиантовой руке», как мы помним, другое – «детям мороженое».

Л. ГУЛЬКО – «Бабе – цветы, детям… смотри не перепутай»...

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Смотри, не перепутай. Так вот, это тоже по поводу не перепутай, эпохи не надо перепутывать. Не будет сейчас, даже если бы, предположим, я был за народные методы выражения протеста, не будет сейчас этих народных методов выражения протеста, прежде всего, потому, что один раз мы в новейшей истории через это прошли, нескоро такие методы вновь можно использовать. Не потому, что они страшны, хотя потенциально, гражданское неповиновение – вещь потенциально опасная. Но они, в принципе, невозможны. Мы можем поставить эту задачу, выйдет 1000 человек. Очень хорошо, пообщаются друг с другом, на них посмотрят, их даже разгонять глупо, глупость московских властей состоит в том, что не надо это все разгонять. Она научилась вещам гораздо худшим, она научилась не обращать на это внимание в предшествующие исторические периоды. Поэтому я не верю ни в какие формы гражданского неповиновения, кроме, мне-то кажется, что вообще путь совершенно другой. Мне кажется, что должно быть, должен быть восстановлен вкус к солидарным формам объединения профессиональных групп. Грубо говоря, библиотекари, наконец-то, должны выработать солидарное сознание, они должны учиться представлять свои интересы. Не знаю, мне кажется, что это путь гораздо более перспективный. Потому что, в конечном счете, эти группы, объединенные по профессиональному признаку, там, где люди понимают друг друга, где они объединены не государством, а сами с собой, они начнут выдвигать лидером, с которыми приходится считаться и с которыми власть должна будет разговаривать. А уже за этими лидерами будут люди. Мы живем в мире не улицы и не митинга, мы живем в мире сети и клуба. Мир управляется горизонтальными открытыми сетями, закрытыми непроницаемыми клубами. Важно, чтобы эти сети научились давить на эти клубы, чтобы те, кто заседает в этих клубах за закрытыми дверями, вынуждены были с гражданскими сетями считаться. И страх перед гражданскими сетями, он, на самом деле, у закрытых клубов есть. Он есть повсеместно, только не везде политики могут себе позволить роскошь не скрывать этот страх. У нас они могут себе такую роскошь позволить, и конечно, закон, который обсуждался в думе в первом чтении об общественных организациях, если не лукавить, называть вещи своими именами, цель у него одна. Там много чего хорошего, много чего важного. Но цель одна, чтобы западные гранты сюда больше не приходили. Здесь созданы условия, чтобы гранты западные отсюда ушли. Причем я говорю не о политических институциях, их, действительно, не может финансировать никто из-за границы, ни одна уважающая себя страна этого не позволяет. Но я говорю именно об общественных, неправительственных организациях. Для чего, чтобы приказать своему бизнесу финансировать, но финансировать только до той поры, пока не будет показана красная карточка.

Л. ГУЛЬКО – Это «Особое мнение», Александр Архангельский. И телефонные звонки, первая тема, которую мы обозначили, телефонные звонки.

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ (Рязань) – Здесь много про этот ролик говорилось, такая ситуация, что этот митинг антифашистов был разогнан, согласимся на том, что народ должен взбунтоваться, да? Я вам задаю вопрос и также всему народу.

Л. ГУЛЬКО – Давайте.

СЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ – Не кажется ли вам, что кто-то хочу сказать стравить наш народ, и окажется просто народ опять виноватый, опять останется на своих позициях?

Л. ГУЛЬКО – Понятно, спасибо.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Всегда в любой стране в любую историческую эпоху есть те, кто хочет, чтобы народ взбунтовался. Вопрос состоит в том, где они этого хотят. Хотят ли они это в сумасшедшем доме или они реально могут этот народ поднять? Сейчас историческая эпоха, когда мечтать об этом можно, в любом случае, у себя на кухне. Поэтому это даже обсуждать бесполезно, глупо, народ, слава тебе господи, пока не вижу причин, чтобы он взбунтовался, потому что если народ взбунтуется, никому мало не покажется, даже тем, кто его хотел взбунтовать. Бунты – вещь страшная. Что касается стравливания, давайте не будем стравливаться. Ответ простой.

Л. ГУЛЬКО – Да, от каждого зависит, стравливаться, не стравливаться.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Конечно.

Л. ГУЛЬКО – Я просто, такая ремарка небольшая, 2004 год, день Победы, у меня, я рядом с Поклонной горой, ребята, которые пришли посмотреть салют. Понятно, что они несколько подшофе, они спрятались от дождя в арку и там стали вдруг орать, кто-то там прокричал «Россия для русских», стали орать «Россия для русских», приветствия в виде вытянутой руки. Пришли смотреть салют Победы. Господину Рогозину так, на всякий случай, напоминание…

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Привет ему, да, привет большой.

Л. ГУЛЬКО – Кто чем сорит и где мусор.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Провокатор должен отвечать, независимо от того, хотел ли он, чтобы эта провокация имела реальные исторические следствия или не хотел.

Л. ГУЛЬКО – Давайте еще один телефонный звонок примем.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ГАЛИНА (Москва) – Скажите, пожалуйста, а никто из общественной палаты не возвысил свой голос по тем вопросам, которые сейчас всех нас волнуют?

Л. ГУЛЬКО – Это вопрос к Александру Архангельскому.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я об этом не слышал, но, с моей точки зрения, общественная палата, она еще не начала полноценную работу, она «недоформирована», насколько я знаю.

Л. ГУЛЬКО – Тем не менее, заявления делаются какие-то.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Заявления какие-то, это отдельно, кстати.

Л. ГУЛЬКО – По закону об общественных организациях.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да, от отдельных членов. Я просто, я не слышал, хотя в общественной палате есть люди, которые, я не понимаю, как туда попали и чего они там делают, но есть люди, к которым я там отношусь с уважением и надеюсь, что они отреагируют.

Л. ГУЛЬКО – Еще один телефонный звонок давайте примем.

СЛУШАТЕЛЬ АЛЕКСАНДР (Москва) – А как радио «Эхо Москвы» может давать во время этой передачи и этого обсуждения рекламу «рогозинской» партии?

Л. ГУЛЬКО – Насколько я понимаю, это существует договор с партией «Родина».

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да, я тоже про себя хихикнул, когда этот ролик послушал. Но с формальной точки зрения, в этом ролике нет признаков разжигания.

Л. ГУЛЬКО – В этом нет.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Потому что там нет картинки.

Л. ГУЛЬКО – Там нет картинки.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Если вы поставите «очистим Москву», там же просто «очистим Москву», но если вы поставите носатого человека в большой кепке, который загрязняет Москву, то вот вам будет разжигание розни.

Л. ГУЛЬКО – Кстати, не знаю решения Мосгорсуда, ролик-то сам, там что в предписании, снимать, не снимать?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – По-моему, нет никакого предписания.

Л. ГУЛЬКО – Никакого, т.е. он может дальше продолжать крутиться?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Он крутится, да.

Л. ГУЛЬКО – Что он, собственно говоря, и делает.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Это ужасно.

Л. ГУЛЬКО – Да, еще один телефонный звонок.

СЛУШАТЕЛЬ ЭДУАРД (Петербург) – Мне бы хотелось больше понять точку зрения вообще Александра Архангельского на политическую вообще ситуацию, я имею в виду следующее. В прошлой передаче, которую я слушал, с его участием, он говорил, что необходимо как праздник отмечать такую странную дату, как 12 декабря 93 года. А что, он не в курсе того, каким образом была принята вообще конституция? Она, во-первых, может, для него не особенно важно, что она была принята на народной крови, когда несколько ночей работали наши топки крематория в Москве. Кроме этого еще, вы знаете, что она была абсолютно антидемократична, т.е. мне очень странно то, что многие люди, называющие себя демократами и либералами в ситуациях, которые связаны с их интересами, они ведут себя совершенно не демократическим образом.

Л. ГУЛЬКО – Понятно, спасибо.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Спасибо, мы можем с вами сходиться или расходиться в оценке событий 3-4 октября 93 г. Что касается топок, мне кажется, это бред. Но я говорил именно о 12 декабря 1993 г., конституция принималась народным волеизъявлением, а не пушечными выстрелами, она как раз дала выход из той смуты, в какой страна оказалась в октябре 93-го. Моих личных интересов в этой конституции нет, но мои интересы как гражданина в ней заключены. Это очень хорошая конституция, несмотря на то, что она принималась, она была написана в спешке, ее писали замечательные, выдающиеся юристы, она просуществовала 12 лет без поправок, хотя очень многие хотели в нее поправки вносить. Это значит, что эта конституция, действительно, вывела нас из настоящей, не придуманной смуты, не смуты, к которой мы уже не имеем отношения, конечно, смута 12-го года – это реальная смута, но из этой смуты выводили другие политики, работавшие в другую эпоху. А это была смута, которую мы прошли, это был выход из той смуты, через которую мы проходили.

Л. ГУЛЬКО – Здесь есть сообщение, которое пришло на наш Интернет-сайт, вопросы, которые приходят. Это «Особое мнение» с Александром Архангельским, я напоминаю. Галина из Израиля пишет – каждый градус поворота Кремля в сторону брежневского СССР вызывает очередные интервью и пресс-конференции остатков российских либералов. Это к нашему разговору. Но по-прежнему каждый вещает со своего насеста, очень осторожно, чтобы не потерять профессорскую должность или подмосковную дачу или открытую визу и т.д. Так какова цена русскому либерализму, спрашивает Галина.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я боюсь, что цена русскому либерализму – и эта профессорская зарплата, которую потерять совсем нестрашно, она нищенская.

Л. ГУЛЬКО – Ответ Галине. Мы уходим на перерыв, встречаемся через несколько минут. Это «Особое мнение» с Александром Архангельским.

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО – И у нас в студии в «Особом мнении» журналист, обозреватель газеты «Известия» Александр Архангельский.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я бы даже сказал – весь в особом мнении.

Л. ГУЛЬКО – Весь, весь в особом, в красном. Весь в красном особом мнении. Давайте, тема номер два сегодняшнего нашего с вами разговора – это, конечно, ситуация на канале Ren-TV, кто как угодно говорит, так и так, оказывается, правильно, как сказал сегодня в нашем эфире генеральный директор телекомпании, представив гл. редактора нового. Что вы думаете?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Что я думаю, там, где главный праздник страны – 4 ноября, где появляется тень 1612 года, без Романовых не обойтись. И из смуты только через них выход и происходит. Я не знаю, что там на самом деле творится на канале, не думаю, что что-то особенно хорошее. Несомненно, право менеджмента менять ведущих, назначать, переназначать. Но то, как это сделано, в очередной раз наводит на мысль, что у нас то, как делается, важнее, чем то, что делается. И когда смотришь, следишь за тем, как делается, как происходят кадровые замены, как работают с журналистами новые менеджеры, понимаешь, что за этим, может быть, что-то и стоит, о чем они сами вслух говорить не будут. Я, честно сказать, думал, что на Ren-TV или Ren-TV все будет немножко по-другому, спокойнее, мягче. Через годик акционеры соберутся на годовое собрание, посмотрят цифры, скажут, что новости, дескать, они ведь убыточные, рейтинги не так, чтобы очень сильные, так давайте, может, сэкономим.

Л. ГУЛЬКО – Нет, у Марианны Максимовской как раз рейтинг большой, как раз тут никто ничего. Опять же, в эфире было сказано.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Это же можно подсчитать по-другому, затраты на единицу доли, они слишком высокие, сериал дает нам такую-то прибыль, а это такие-то убытки, давайте лучше лишний сериал запустим, это так бы, скорей всего. А видимо, не терпится, видимо, приходится гнать волну. Зачем, с чудовищными репутационными рисками. Причем, лично для тех, кто принимает решения, для господина Орджоникидзе и для канала в целом, и для акционеров, в том числе, и для немецкой группы RTL, это либо непрофессионализм, во что я не верю, потому что у Орджоникидзе все-таки шлейф серьезного менеджера, либо это пинок в зад. Откуда, не знаю, сами догадывайтесь. У меня нет данных, чтобы что-либо утверждать.

Л. ГУЛЬКО – Вы слушаете, Александр, Ольга появится на канале или не появится?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я думаю, что скорей всего.

Л. ГУЛЬКО – Ваш прогноз просто.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Либо их стравят с Максимовской, с помощью одной выдавят другую.

Л. ГУЛЬКО – Такое что, тоже возможно?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – У них же есть уже информационно-аналитическая программа, это программа Максимовской.

Л. ГУЛЬКО – Но это еженедельная программа. А тут, как бы итоговая.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да, а эта ежемесячная или раз в год.

Л. ГУЛЬКО – Итоговая, однодневная.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Ежедневная, посмотрим, я думаю, что на всякий случай подготовились. Если прикажут убрать ее из эфира, будет, кем заменить, нужно обкатать других. В общем, короче говоря, какие бы мотивы ни были, сделано таким образом, что хуже не придумаешь.

Л. ГУЛЬКО – Это Александр Архангельский, «Особое мнение» вы смотрите и слушаете, телефонные звонки.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА НАТАЛЬЯ – Я хотела бы вот что спросить, скажите, как на ваш взгляд, почему на телевидении, радио, в газетах, везде культивируется только отрицательное, негативное? У нас что, в стране вообще положительного ничего нет? Как мы вообще выживем, живем, неужели ничего хорошего, ни людей хороших? Вы знаете, у меня был такой пример, я сама журналистка, я отправила как-то материал Бергеру, когда у него была газета «Сегодня». И он мне сказал – что вы написали какой-то святочный рассказ о хорошем человеке, которому хороший банк дал хорошие деньги на хорошее дело? Нам вообще хорошие люди не нужны. Это что, принцип сегодняшней нашей жизни, что, специально настраиваются люди на то, что у нас вообще в России ничего нет? Нам нечем гордиться?

Л. ГУЛЬКО – Пожалуйста. Вечный спорный вопрос.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Вечный спорный вопрос. Да, журналистика – это такая работа, чтобы расчищать грязь. Одновременно, в чем соглашусь, мы потеряли человека, мы разучились рассказывать вообще о проблемах, о радостях и болях через человека. Мы всегда рассказываем о каких-то абстракциях. Журналист Би-би-си, когда рассказывает о пенсионных проблемах, идет в семью, где 40-летний рабочий отец, жена работает продавщицей, а дети учатся в гимназии, и выясняет, что для них будет означать эта пенсионная реформа. Мы рассуждаем вообще, отсюда ощущение такое, что страны нет, людей нет, а есть только проблемы. На самом деле, я, поскольку по стране езжу постоянно, и страна есть, и люди есть, но, к сожалению, проблем не меньше, чем людей, на единицу человеческого измерения с проблемами полный порядок.

Л. ГУЛЬКО – Да, ну так как же, вопрос-то остается, как соблюсти баланс, не баланс?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Вопрос остается, нужен баланс, но баланс, который вводится не законодательно, не по вертушке, а баланс, который выстраивается как редакционная политика. Нужен новый, в том числе телевизионный, язык, умение рассказывать о хорошем. О хорошем рассказывать интересно, в разы тяжелее. Как правило, сопливые очерки, святочные рассказы, их приходится заворачивать, потому что печатать их невозможно. Никто читать не будет, никто не будет смотреть. Но надо вырабатывать язык, надо учиться заново рассказывать. Но, если при этом будет такая же медийная политика, как сегодня. Когда реальные проблемы будут все-таки перемещаться на обочину, а в центр будут выдвигаться проблемы мнимые, бесконечно уголовные проблемы. Совершенно точно, чего у нас нет, так это беспредельной уголовщины по стране нет - а посмотришь, так только в уголовном мире мы и живем. Так вот, еще раз говорю, что если будет политика «вымывания» серьезных проблем и подмена их проблемами мнимыми, то тогда никакие хорошие рассказы о хороших людях смотреться не будут. Они будут восприниматься, как ложь.

Л. ГУЛЬКО – Это «Особое мнение», Александр Архангельский, еще один телефонный звонок.

СЛУШАТЕЛЬ БОРИС – Я бы хотел задать вопрос господину Архангельскому.

Л. ГУЛЬКО – Пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ БОРИС – Вопрос касается вашего, до этого было сказано в отношении Ольги Романовой, вам не кажется, что все-таки ее манера вести передачу, это очень близко к той смуте, к которой призывает она? И ее манера, манера вчерашняя господина Ганапольского, который сказал в отношении…

Л. ГУЛЬКО – Давайте мы не будем обсуждать коллег в прямом эфире, давайте не будем, коллег мы не обсуждаем, вопрос об Ольге Романовой.

СЛУШАТЕЛЬ БОРИС – Хорошо, пожалуйста, тогда, в принципе, почему на «Эхе Москвы» дается право одним выступать, другие почему-то считаются анти-героями? И это есть нормальное отношение, почему тогда на своем канале Ren-TV не могут Ольгу Романову взять, привлечь к определенной ответственности за то, что ее выступления не соответствуют политике, проводимой каналом?

Л. ГУЛЬКО – Понятно, спасибо.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я отказываюсь обсуждать Ольгу Романову.

Л. ГУЛЬКО – Корпоративная этика там была.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Матвея Ганапольского и других журналистов, выступающих на «Эхе Москвы», в том числе, и тех, которые мне очень не нравятся и мне абсолютно не близки. На самом деле, на «Эхе», если «Эхо» можно упрекнуть в чем-то, так во всеядности, а не в избирательности.

Л. ГУЛЬКО – Да, кушаем все.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Уж есть все, я не знаю, кого тут нет. Так вот, но что касается политики, да, у менеджмента и у акционеров любого канала есть право назначать на эфирное ведение тех или иных журналистов и снимать их с эфирного ведения. Только это нужно делать а) иными способами и б) не делать это так, чтобы возникало ощущение, что это делается по цензурным соображениям, а не по эфирным, вот и все.

Л. ГУЛЬКО – И вопрос, наверное, последний, 30 секунд у нас, он такой, философский. «Стали бы вы обвинять «Родину» в разжигании национальной розни, если бы в этом ролике участвовали актеры - вернемся к «Родине» - «славянской» - написано – «национальности, внешности?» Вопрос в подборе актеров. Такая цитата, которая пришла на пейджер.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да, если бы «Родина» боролась за чистоту в городе и просто боролась бы с теми, кто мусорит, я бы обеими руками голосовал, не знаю, как за «Родину», а за ролик бы точно. Если бы там были не акцентировано, например, кавказец, славянин, кто-то еще, просто люди мусорят, очистим Москву, очистим. Но ведь смысл-то ролика в другом.

Л. ГУЛЬКО – «Особое мнение», Александр Архангельский, мы прощаемся с вами до следующих встреч в двух эфирах, «Эха Москвы» и телекомпании RTVI. Спасибо, всего хорошего.