Евгений Киселев - Особое мнение - 2005-11-22

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Здравствуйте, это программа "Особое мнение", она идет в двух эфирах – в эфире радиостанции "Эхо Москвы" и в эфире телекомпании RTVI, естественно, в прямом эфире. Наш гость в это время в студии – Евгений Киселев. Здравствуйте, Евгений Алексеевич.

Е. КИСЕЛЕВ: Здравствуйте.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте начнем по событиям самым таким сегодняшнего дня. Давайте с женщин. У нас есть две значимые женщины.

Е. КИСЕЛЕВ: Меркель избрали канцлером ФРГ наконец-то.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. И сегодня должны быть такие горячие объятия между Ющенко и Тимошенко. Давайте о Ющенко и Тимошенко чуть позже. А пока Меркель. Итак, в Германии – женщина-канцлер. Куда катится страна!

Е. КИСЕЛЕВ: В свое время впервые премьером-министром Великобритании стала Маргарет Тэтчер, недавно праздновали ее юбилей широко и торжественно. Борис Ефимович Немцов там Россию представлял. И между прочим, была лучшим премьер-министром Великобритании в 20 веке, ну, может разделить эти лавры с Черчиллем. Черчилль спас Великобританию от германского нашествия. А Тэтчер спасла Великобританию от участи второразрядного государства.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А от чего спасет Германию Ангела Меркель?

Е. КИСЕЛЕВ: Посмотрим. Думаю, на мой взгляд, что тут другое интересно. В результате сложной тупиковой ситуации сумели договориться между собой две крупнейшие партии, и как любил говорить Михаил Сергеевич Горбачев, выработали консенсус, то есть договорились в чрезвычайно сложной политической ситуации и об уходе прежнего канцлера, и о том, что все-таки канцлером будет женщина, Ангела Меркель, и что взамен представители левого центра СДПГ, прежде всего, имею в виду, социал-демократов, получат значительное число портфелей. И я призываю наших политиков, особенно которые в оппозиции не могут объединиться и все выясняют, где ты был в 1917 или в 1991, или в 1993 году, брать пример.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот смотрите пример. Ведь ее коалиция ХДС-ХСС с минимальным перевесом победила СДПГ.

Е. КИСЕЛЕВ: Правильно. А те господа, о которых я говорю, на которых я намекаю, могут вообще с минимальным перевесом не пройти в следующую Госдуму, если не объединятся.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я не про них, я все-таки про ситуацию в Германии. Обычно мы знаем, что, когда 50 на 50, в основном сейчас в развитых странах, там такая ситуация происходит – 50/50, то принятие какого-то решения, при том, что оппозиция не забывает о том, что она оппозиция, крайне затруднительно.

Е. КИСЕЛЕВ: В данном случае мы имеем большую коалицию, когда победившая на выборах партия…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я понимаю, это формальная коалиция, а реальная-то коалиция? Или там каждый будет раскидывать пальцы, как говорится в народе.

Е. КИСЕЛЕВ: Поживем – и увидим, что будет в реальной политике в Германии проходить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ваше особое мнение?

Е. КИСЕЛЕВ: Вы знаете, у меня нет здесь особого мнения. Мне стыдно признаться, но что происходит в Германии во внутренней политике, что само по себе в Германии происходит, мне, честно говоря, не очень даже интересно. Мне интересен опыт. В какой степени уроки европейской политики могут быть использованы, выучены или, по крайней мере, изучены нашими политиками. Век живи – век учись.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: По-моему, уроки тоже не могут быть выучены, изучены, потому что посмотрим, как они будут работать. Если они не переругаются, и с почти равным соотношением сил не будут блокированы любые ее начинания.

Е. КИСЕЛЕВ: Уже хорошо, что договорились, что не понадобилось проводить новые выборы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Тогда перепрыгнем ко второй теме. Ющенко и Тимошенко тоже в свое время договорились.

Е. КИСЕЛЕВ: Но потом быстро разругались.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот. По этому поводу здесь есть вопрос от Андрея из Москвы, "как вы считаете, оранжевая революция – в результате благо или беда для Украины?" Мы знаем информационный бэкграунд, там сейчас большинство недовольных теми событиями, которые были, есть попытки реванша.

Е. КИСЕЛЕВ: В принципе, это, на мой взгляд, достаточно закономерная ситуация. После любой революции наступает полоса разочарований, наступает общественный спад, где-то он происходит очень быстро, где-то не так быстро, на Украине это произошло достаточно быстро. Было понятно, что впереди, уже следующей весной парламентские выборы, выборы в украинскую раду. И было понятно, что политическая борьба рано или поздно возобновится с новой силой, понятно было, что эта коалиция создавалась ради главной и быть может единственной задачи – демонстрировать режим Кучмы. Эта задача была выполнена. Дальше возьмите историю любой страны, прошлые века, современную историю, это ситуация, которая очень часто повторяется. Благо – благо безусловно, потому что режим Леонида Кучмы был, разумеется, далек от каких-либо элементарных представлений о демократии.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Далек от представлений о демократии?! И как же это он был далек, учитывая свободу слова, которая там была, учитывая свободу партий, которая там была. Очень странная фраза – далек. А что такое близок?

Е. КИСЕЛЕВ: Не идеален, поправляю сам себя. Режим был абсолютно коррумпированный.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, один. Вообще мне казалось…

Е. КИСЕЛЕВ: Секундочку, дайте мне сказать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, пожалуйста.

Е. КИСЕЛЕВ: Один простой пример. История с "Криворожсталью". "Криворожсталь" была приватизирована за 800 млн. долларов людьми из близкого окружения президента Кучмы. Ющенко шел на выборы с обещанием пересмотреть наиболее одиозные приватизационные сделки такого плана. Эта сделка была отменена, и "Криворожсталь" была продана, я об этом уже как-то говорил, смелое решение, достойное подражания.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как украинцы говорят, "за купу грошей", есть такое выражение, куча денег.

Е. КИСЕЛЕВ: За почти 5 млрд. долларов крупнейшему сталелитейному магнату индийского происхождения, который, правда, в Лондоне, по-моему, живет, Лакшми Миттал. И украинская казна получила в 6 раз больше денег, нежели было до этого. Это благо для народа или нет?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я пытаюсь экстраполировать то, что вы говорите, точно так же, как с Меркель. Вы сказали, мне все равно, что происходит в Германии, я смотрю, какие уроки мы можем из этого извлечь. Какие уроки мы можем извлечь для России из украинских событий? Я себе представляю, вот сколько было разговоров по поводу Ходорковского, если бы сейчас начали пересматривать какой-то, как вы выразились, одиозную покупку за 3 копейки какого-то алюминиевого предприятия. Я представляю себе, что бы творилось в стране. Я все-таки пытаюсь, у меня вечером сегодня будет передача, в котором будет советник посланника Украины, будет Алексей Митрофанов в эфире.

Е. КИСЕЛЕВ: Ух ты.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хотите – приходите, приглашаю. Мы будем говорить о том опыте.

Е. КИСЕЛЕВ: Сегодня не смогу. Бронежилет не забудьте, потому что Митрофанов против украинского дипломата – это сильно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Что мы можем извлечь для России из украинской истории, какие уроки? Власть извлекла урок – оранжевая революция недопустима. Что вы лично для себя извлекаете?

Е. КИСЕЛЕВ: Власть не только это, если уж говорить об уроках, которые власть извлекла, она, пожалуй, извлекла урок, что помимо оранжевой революции есть еще электоральная. По сути дела мы видим, что раз за разом в странах на постсоветском пространстве, как только выборы, как только власть пытается на этих выборах применить так называемый административный ресурс, так сразу все это приводит к непредсказуемым последствиям. А значит, давайте будем как можно реже выбирать, давайте лучше будем назначать. Я думаю, что украинские события таким образом укрепили нашу, российскую, власть в мысли о том, что выборы – это слишком серьезное дело, чтобы доверять их избирателю. Отсюда власть лишний раз убедилась, что эта процедура, когда губернаторов не выбирают, а фактически назначают, и потом утверждают назначение, подконтрольными "Единой России" законодательными собраниями – это правильно, и возможно, этот опыт надо будет распространить. Сейчас уже мэров очевидно будут выбирать таким макаром. И я думаю, президента так будем выбирать рано или поздно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, а так называемые демократы, которых всех ненавидят, они какой должны сделать вывод?

Е. КИСЕЛЕВ: Что если они хотят продолжать играть роль таких декоративных оппозиционных партий, в конце концов, махнет рукой Владимир Владимирович Путин или его преемник, Владислав Юрьевич Сурков, или каким-то другим политтехнологам и скажет, а ну их на фиг, этих самых западных людей, которые нас все время тут критикуют, приезжают лидеры с запада, критикуют, западная пресса критикует, давай-ка, пусть у них там 7% будет на двоих: СПС и "Яблоко", кто еще с ними, пусть сидят. И потом, когда будут эти самые критики опять приезжать, мы будем говорить, вот у нас "Эхо Москвы", вот тут газеты кое-какие выходят, вот, пожалуйста, у нас либерально-демократическая оппозиция, не в смысле Жириновского, а в смысле "Яблоко", СПС, кто еще с ними.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Маргинально-отстойная, загнанная в угол оппозиция.

Е. КИСЕЛЕВ: Если наши лидеры хотят оставаться маргинально-отстойными, загнанными в угол, пусть продолжают говорить, что не могут поступиться принципами, что нельзя объединяться с левыми, что нельзя вести переговоры о тактических коалициях. А я считаю, я об этом говорил и остаюсь в этом убежденным, украинские события, кстати, меня в этом тогда еще, год назад, укрепили, что нужно договариваться, хотя бы правые либералы могут в рамках такой коалиции добиться от левых обязательств, что не будут пересматриваться либеральные достижения реформ, не будем сейчас спорить, большие достижения или малые, скажем, гарантия легитимизации приватизационных сделок прошлых 10 или 15 лет. Со своей стороны они предоставят в рамках коалиционного соглашения обязательства, что будет усилено, в случае успеха на выборах, социальная направленность в политике правительства, и безусловно, что сейчас и левые, и правые, и левые оппозиционные центристы, какими являются, на мой взгляд, члены "Яблока", они объективно сейчас объединены в том, и те, и другие заинтересованы в расширении и в восстановлении утраченных позиций демократических завоеваний прошлых лет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: 286 было придаточных предложений. Как видите, они уже пытаются договориться, по крайней мере, на выборах в Мосгордуму, мы сейчас слышим рекламу.

Е. КИСЕЛЕВ: На выборах в Мосгордуму договорились СПС и "Яблоко". А я говорю, что они с КПРФ должны договариваться на троих.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Классический русский договор. Товарищи, я обращаюсь ко всем, и зрителям, и слушателям, мне кажется, что Евгений Алексеевич Киселев, наше второе все телевизионное после Познера…

Е. КИСЕЛЕВ: Да я вообще к телевидению отношения не имею.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мы знаем, когда сидели на ТЭФИ и нажимали на кнопки. Кстати, а почему, все об этом говорят, вы своему каналу НТВ, исторически своему, теперь конечно дороги разошлись, все говорят, это он злой был на них и поэтому не проголосовал ни за одного человека из НТВ. Вы отдали все другим.

Е. КИСЕЛЕВ: Здрасьте-пожалуйста, ничего подобного. Я проголосовал за программу "Сегодня в 22", то, что раньше называлось "Страна и мир". Я считаю, что на сегодняшний день это лучшая программа новостей на российском телевидении.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Все, беру свои слова обратно.

Е. КИСЕЛЕВ: Я не проголосовал за Пивоварова, это правда.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А че, профнепригоден?

Е. КИСЕЛЕВ: Нет, просто мне очень нравится эта девушка, Мария Ситтель.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы сказали, красивая очень.

Е. КИСЕЛЕВ: Да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пивоваров должен решительно поработать над своей внешностью, потому что академик Киселев учитывает странные критерии.

Е. КИСЕЛЕВ: Почему? И Норкин тоже.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вроде это профессиональная премия, какая же тут профессия стоит во главе угла?

Е. КИСЕЛЕВ: Между прочим, внешность – это тоже часть профессии.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Понял, не светит.

Е. КИСЕЛЕВ: Мы о чем-то другом.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сейчас объясню. Я обратился к зрителям расшевелить Киселева. Товарищи, решительные и резкие вопросы. Мне кажется, что до сих пор перед ним эта чудесная девушка, перед глазами стоит, и он очень мало сейчас размышляет о внутрироссийской политике, о международной российской политике, как-то он мыслями далеко. Давайте послушаем телефонные вопросы.

Е. КИСЕЛЕВ: Давайте.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Добрый день. Меня зовут Ирина, Германия.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Скажите, пожалуйста, как вы к гражданке Меркель относитесь?

ИРИНА, ГЕРМАНИЯ: Относительно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Относительно чего?

ИРИНА, ГЕРМАНИЯ: Не блестяще. Несмотря на то, что Евгений Алексеевич, ему безразлично, что происходит в Германии, он все равно наш любимейший, гениальнейший, лучше его еще не было журналистов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А теперь вопрос гениальнейшему.

ИРИНА, ГЕРМАНИЯ: Очень хотелось сказать именно это. Вопрос, где он сейчас работает, чем сейчас занят.

Е. КИСЕЛЕВ: Тем, что сейчас сижу в студии "Эхо Москвы". Еще делаю это по пятницам, есть такая программа "Разбор полетов" в пятницу в 8 вечера по московскому времени, статейки пописываю, над книгой работаю.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Гениальнейший, можно, я посвящу не лично вашей персоне, а возьмем еще пару звонков для вас.

Е. КИСЕЛЕВ: Да ради бога.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: О, прекраснейший, о красивейший, можно?

Е. КИСЕЛЕВ: О, остроумнейший.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: О, остроумнейший.

Е. КИСЕЛЕВ: Это я вам говорю.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Благодарю вас, наконец-то. Алло.

ИРИНА, МОСКВА: Добрый вечер. Можно совсем на другую тему?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Безусловно.

ИРИНА, МОСКВА: Матвей Юрьевич, любимый, только дайте задать вопрос.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Если будете 3 часа задавать вопрос…

ИРИНА, МОСКВА: Не буду, все. Евгений Алексеевич, что происходит? Иванов-младший не виноват, виновата жертва. Евдокимова возобновляют дело, будут искать виновного водителя "Тойоты". И наконец, Абрамов, мои, конечно, соболезнования, наверняка признают виновным водителя Камаза. Что происходит? Спасибо.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Наверняка – это еще неизвестно.

Е. КИСЕЛЕВ: Очень сложно это комментировать. Потому что я, как водитель, представляю, что могут быть самые неожиданные ситуации. По поводу Евдокимова, то, что я читал, мне кажется, я не могу судить о деталях дорожно-транспортного происшествия, где счет идет на секунды, по газетным статьям. Но мне показалось, что там конечно был виноват водитель Евдокимова, а не водитель другой машины. Что касается ситуации с г-ном Абрамовым, там вроде бы была охрана, была машина сопровождения, с мигалками, со всеми делами, с трудом себе представляю, как Камаз мог всего этого не заметить. Я представляю себе, как по Подмосковью эти кортежи разъезжают, и какие там меры безопасности обычно предпринимают. А что касается истории с сыном министра обороны, конечно, естественное желание обывателя, в хорошем смысле, я не вкладываю дурного смысла в слово обыватель, естественно, желание простого человека, в конце концов, сказать, ну вот опять суд, правоохранительные органы заняли сторону начальства. А вдруг эта несчастная женщина выбежала, стояла-стояла, я как водитель сам знаю, бывает, что пешеход стоит, и потом вдруг начинает ни с того ни с сего быстрым шагом пытаться перебежать улицу перед тобой. И неважно, кто ты – простой водитель или сын министра обороны, можно не успеть затормозить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Просто информационно я вам скажу, что потерпевшая сторона, родственники этой погибшей женщины собираются оспаривать. Это право у них есть. Так что, там не очень дело закроешь. Давайте звонок.

ЛЮДМИЛА МИХАЙЛОВНА: Я бы хотела спросить Евгения Алексеевича, как он рассматривает ответ Калинина на призыв сената США.

Е. КИСЕЛЕВ: Я понял. Речь идет о начальнике ГУИНа, г-не Калинине.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я думаю, что для 90% слушателей и зрителей это загадочный вопрос, сейчас будет ответ. Это надо либо пояснять.

Е. КИСЕЛЕВ: Поясняю, что вчера сенат США, по нашему времени это было в ночь со вчера на сегодня, единогласно принял резолюцию, призывающую российские власти изменить свое отношение к содержанию Михаила Ходорковского и Платана Лебедева в заключении, чтобы их перевели из этих мест, не столь отдаленных.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, отдаленных – как раз места, не столь отдаленные, согласно российскому законодательству.

Е. КИСЕЛЕВ: Согласно российскому законодательству они должны отбывать срок вблизи от места совершения преступления.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: В том субъекте Федерации.

Е. КИСЕЛЕВ: Да, в данном случае речь идет о Москве и Московской области. Но разумеется, господа-крючкотворы из правоохранительных органов будут доказывать, что это не так.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: У нас просто минутка осталась до паузы. Ваше особое мнение какое?

Е. КИСЕЛЕВ: Мое мнение такое, что на самом деле российские власти, думаю, к этому отнесутся серьезно, потому что единогласное принятие сенатской резолюции, мне кажется, это очень важный сигнал российским властям: ребята, мы понимали, что это ваше внутреннее дело, и мы в каком-то смысле вас критиковали, но в общем терпели, надо остановиться. Это не только касается вопроса о том, где их содержат. Это касается и постоянных угроз, которые звучат со стороны генеральной прокуратуры. Вот ужо и еще одно уголовное дело заведем. Это касается и других дел. Дело Светланы Бахминой, юристы которой говорят, разваливается.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы считаете, это правильная постановка вопроса или нет? Он должен сидеть в том субъекте Федерации, согласно российскому законодательству?

Е. КИСЕЛЕВ: Я считаю, что вообще в истории с Ходорковским палку перегнули так, что дальше некуда.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Делаем паузу 5 минут и возвращаемся к Киселеву в студию.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Евгений Киселев здесь в студии. Ваш короткий комментарий по поводу визита президента Путина в Японию. Вроде так они сидели рядышком и очень мило разговаривали, и Путин принимал участие в российско-японском бизнес-форуме, там 400 представителей деловых кругов обеих стран. И как-то они говорят, давайте идти навстречу друг другу, этот кивает, тот кивает. И с островами, с главным, то, что разделяет наши страны, ничего. Это нормальное явление, лучше это оттягивать и искать контакты в экономике?

Е. КИСЕЛЕВ: Я думаю, что во-первых, любые контакты на высшем уровне на пользу отношениям между любыми странами. Лучше дружить, вести переговоры, общаться, встречаться, чем враждовать, конфликтовать, тем более, что в конкретном случае с Японией потенциал возможного сотрудничества далеко не использован, у Японии колоссальные валютные резервы, колоссальный инвестиционный потенциал у японских компаний. По сути дела, японский капитал еще по-настоящему не пришел в Россию, эти крупнейшие промышленные машиностроительные гиганты, они только-только собираются к нам пойти. А что касается островов, острова – это проблема, которая остается, и сколько мне приходилось общаться с японскими дипломатами, журналистами, политологами, мне кажется, что все-таки не до конца понимают у нас люди в правительстве, те, кто разрабатывает и принимает решение, что все-таки японский менталитет особый, и что эта проблема никогда не рассосется.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Может быть, это не понимают японцы, которые сначала согласились с аннексией островов, а потом почему-то передумали.

Е. КИСЕЛЕВ: Если мы сейчас начнем разбирать, когда кому принадлежали эти острова, мы точно ничего не обсудим.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Есть непреложный факт, что так было решено, и они сказали, да, мы с этим делом согласны. Потом появились так называемые настроения реванша, о котором мы с вами знаем, а потом это выросло в проблему. Но я сейчас не об этом.

Е. КИСЕЛЕВ: Была токийская декларация…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не-не, ни в коем случае, не надо про декларацию.

Е. КИСЕЛЕВ: Вот-вот, и обещали мы им отдать эти острова,

2 из 4, давайте в эти дебри не влезать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. Существует почему-то такая однозначная точки зрения, что думать об этих островах нужно только российскому руководству. А мне кажется, что думать надо и российскому, и японскому руководству.

Е. КИСЕЛЕВ: Пожалуйста, японское руководство предложило, давайте придумаем какие-нибудь экономические проекты совместного использования этих островов в мирных целях.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я спрошу по поводу этих островов несколько иное. Есть две точки зрения, диаметрально противоположные, это такие лозунги, два лозунга. Первый: мы не должны откладывать решение болезненных вопросов на наших детей, мы должны их решать сейчас, потому что эти отложенные вопросы будут проблемой наших детей. Вторая точка зрения: есть болезненные вопросы, которые сейчас не решить, пусть их решают наши дети. Вот по поводу Японии конкретно ответьте, это надо решать сейчас, или, учитывая электоральную ситуацию и прочее, это надо откладывать на наших детей, внуков, правнуков, чтобы они слушали эти демонстрации и решали.

Е. КИСЕЛЕВ: Я думаю, как товарищ Саахов в "Кавказской пленнице", торопиться не надо. Слишком серьезный вопрос, чтобы решать его с кондачка. Мы уже чеченскую проблему однажды попытались, она тоже в известном смысле территориальная, решить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сколько лет проблемам островов?

Е. КИСЕЛЕВ: Откуда считать смотря.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Самый близкий.

Е. КИСЕЛЕВ: Думаю, что это наверное конец Второй мировой войны, 1956. Вообще-то это несколько столетий история продолжается. Наверное, у нас никто просто не знает, что в свое время половина острова Сахалин принадлежала Японии.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мне понравилась ваша фраза по поводу "кондачка".

Е. КИСЕЛЕВ: Еще некоторые люди, которые живут.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: 100 лет – это с кондачка. И еще у меня к вам один вопрос. Вот смотрите. Кстати, о Меркель. Вот партия Меркель победила, и ее выдвинули в премьеры. И сегодня новость, она собственно была и раньше.

Е. КИСЕЛЕВ: Бог с ней, с Меркель.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да я про "Единую Россию".

Е. КИСЕЛЕВ: А я про острова. Я считаю, что проблему островов надо решить, я не считаю, что если мы передадим 4 острова или только 2 острова, в конце концов, что от этого пойдет неконтролируемый территориальный распад России. Я считаю, что те миллиарды долларов инвестиций, которые мы можем получить, они стоят этих двух скал в океане. Но я считаю, что чего нельзя допустить, отдать острова, один, два, все четыре, и не получить взамен ни шиша. А я думаю, что этот вариант вполне возможен. Что, раскинув пальцы, будем долго объяснять японцам, самим себе, всему миру, что мы крутые, не отдадим ни пяди земли, потом все им отдадим, и взамен ничего не получим.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Что-то вы завелись к концу программы. Что она сказала, красавец, самый любимый. Еще вопрос по поводу Меркель и "Единой России". Значит, выиграла партия ее, и партия выдвинула ее в премьеры. Так вот, "Единая Россия" будет добиваться принятия закона о партийном премьере. Принятие такого закона, сказал Грызлов, "это, по сути, следующий шаг в развитии демократических процессов в стране. Значит, та партия, которая в России побеждает, та и предлагает своего премьера. Кстати, мы знаем, что это идет на следующий этаж, потому что считается, что те, кто победили в регионах, они и предлагают губернаторов. Вот это действительно, Грызлов прав, это следующий шаг в развитии демократии?

Е. КИСЕЛЕВ: Я не хочу сказать, что это шаг в развитии демократии, или шаг вспять от демократии. В принципе, это во многих странах, когда победившая партия предлагает своего премьера.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да не надо мне, во многих странах, я ж это знаю. Я спрашиваю, Грызлов сказал, принятие такого закона – это по сути следующий шаг в развитии демократических процессов в России. Я вас спрашиваю, вы с этим согласны или нет?

Е. КИСЕЛЕВ: Я не знаю, что г-н Грызлов там имеет в виду.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Он имеет в виду, что народ голосует за партию какую-то, которая получает большинство, и это большинство и должно руководить страной.

Е. КИСЕЛЕВ: Прекрасно, я страшно рад за г-на Грызлова, что он это говорит.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот ты боже ж мой!

Е. КИСЕЛЕВ: Я думаю, что если выборы прозрачные, честные, без подтасовок, выборы, когда участники их поставлены в более-менее равные условия, имеют доступ к СМИ, их не снимают с помощью административного ресурса с дистанции в последний момент, не отказывают в регистрации. Если в нормальных, человеческих условиях побеждает какая-то партия в честной борьбе, в конкуренции с другими партиями, она безусловно вправе настоять на том, что премьер назначается по представлению этой партии, потому что она имеет большинство в парламенте, или, если речь идет о губернаторе, в законодательном собрании.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть, вы считаете, это более логично, чем нынешний порядок?

Е. КИСЕЛЕВ: Я считаю, что при нынешних порядках это не приведет к большей демократии, это приведет к тому, что будет диктатура "Единой России".

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: О. Вот, ответили. Понятно, хорошо. Точка зрения Евгения Алексеевича Киселева. Товарищи, больше ему комплементов. Он тогда заводится, и смотрите, как передача, на какой динамичной ноте заканчивается. Это была программа "Особое мнение" с Евгением Киселевым, до встречи.