Михаил Леонтьев - Особое мнение - 2005-10-14

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Сейчас подводим итоги недели. Очередная программа "Особое мнение". Михаил Леонтьев в студии. Добрый вечер. Начнем с Нальчика. Евгений Семенов инженер из Москвы: "Как Вы оцениваете действия военных и властей в Нальчике, какова будет на сегодня Ваша оценка? Три, четыре, пять?"

М. ЛЕОНТЬЕВ - Информации недостаточно пока, надо чтобы пыль улеглась. Но по тому, что мы слышим, действия властей выгодно отличаются от того, что мы наблюдали очень часто в этих кавказских ситуациях. У меня такое впечатление по тем сведениям, которые поступают, они отрывочные, что там проводилась какая-то спецоперация. В результате которой какая-то часть вот этого подполья ваххабитского она была либо арестована, блокирована, и они вынуждены были начать наступление не тогда, когда они планировали и когда они ситуацию сами бы контролировали, а когда это пришлось. И с этим связано, конечно, все это похоже на сильное поражение боевиков. Ситуация на Кавказе, к сожалению, исключительно такого рода силовыми средствами разрешить не удается и не удастся никогда. Проблема не в этом, это очень хорошо, что силовые структуры действуют более эффективно, дай боже, чтобы они совсем эффективно действовали, но проблема состоит в том, что не только Кабардино-Балкария, вот Адыгея, например, а еще хуже Дагестан, это регионы, где объективно накапливается колоссальный вот этот социальный динамит. То есть, грубо говоря, поступление молодой крови в эти организации исламистские, экстремистские они превышают всякие возможности их отстрела правоохранительными органами при любой степени эффективности работы. С Кавказом надо заниматься. Проблема состоит в том, что Россия сейчас действительно поддерживает жизнедеятельность Кавказа. Северного, кстати, и Закавказья тоже в значительной степени. Но поддерживает как – предоставлением федеральных трансфертов в основном. Там же практически рухнувшая экономика. Там есть натуральное хозяйство и федеральные трансферты, которые пилятся, вот есть известная записка Козака полпреда, очень хорошая записка, ей больше полгода уже, там все это сказано, что Кавказом распоряжаются семейные правящие кланы. Естественно, если у вас вся экономика это дележ федеральных трансфертов, то будет распоряжаться тот, только их делит. Все это вызывает, мягко говоря, мало доверия к власти и плюс самое главное, что нет видения будущего у молодежи. Постоянно растет безработица, там демография очень тяжелая. Потому что в действительности большой прирост населения, работы никакой нет и людям надо предоставить какое-то будущее. Для этого нужно Кавказ развивать. Вот когда мы хотим от наших властей экономических, чтобы они занимались развитием России, реиндустриализацией, извините, то для России это вопрос может быть светлого будущего. Для Кавказа это вопрос жизни. Потому что людям нечего делать. Если в Дагестане еще есть браконьерство рыбное в качестве более-менее легального заработка, кроме дележа трансфертов, то в Кабардино-Балкарии вообще непонятно, чем заниматься людям.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – У меня вопрос. Очень стройно ты все сказал. И, по всей видимости, справедливо. Но ты сам об этом знаешь или еще кто-то об этом знает?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Об этом многие знают, но у нас же по-прежнему наша экономическая политика диктуется либералами. Они считают, что невидимая рука рынка будет заниматься индустриализацией Северного Кавказа. Я представляю себе…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Наивно ты очень…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Я представляю себе инвестора, не говоря уже иностранного, частного инвестора, который вкладывается в индустриальный проект на современном Северном Кавказе. Его, наверное, сразу надо госпитализировать этого человека. Ни один частный инвестор этим заниматься не будет. Этим должно заниматься государство.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я не понимаю, причем здесь либералы…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Вот мы сейчас видели Кудрина, который нам говорил, что государство, которое ведет войну, оно не может снижать НДС.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, наоборот он сказал, что мы снижаем в такой ситуации.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Нет, не может, он сказал, не может оно снижать, не тот у нас момент. Нам нужны средства. Зачем ему нужны средства, у него же есть фонд будущих поколений – Стабилизационный фонд. Он все тащит в фонд будущих поколений. Откуда мы возьмем для Кудрина будущие поколения, я не понимаю. У нас для него будущих поколений нет, к сожалению.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я хотел бы вернуться к теме, которую ты поднял и опять вернуться к своему вопросу. Не думаю, что люди, которым ты посвящаешь основные свои эмоции, страшные Кудрин и Греф, которых ты почему-то объединяешь словом "либералы"…

М. ЛЕОНТЬЕВ - А каким словом их еще объединить?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну не знаю.

М. ЛЕОНТЬЕВ – Я могу другое грубое слово, но ты же меня выключишь из эфира.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – В обязательном порядке. Они вообще экономисты на должности. И ими руководит Владимир Владимирович Путин.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Они представители либеральной экономической концепции.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Противоречит ли либеральной экономической концепции, что государство должно взять на себя главную заботу по развитию, как ты сказал абсолютно верно, реиндустриализации Кавказа.

М. ЛЕОНТЬЕВ – Конечно, противоречит.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Почему?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Почему либералы отрицают необходимость, а тем более обязанность государства инвестировать государственные бюджетные средства в развитие. Они отрицают это. Это основа либеральной…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ты слышал, что Кудрин и Греф говорили это по Кавказу?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Они всегда это говорят. Они говорят это и по Кавказу и не по Кавказу. Уже тем более они по Кавказу это скажут.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Представьте себе, если сейчас устроить какой-то современный завод в Дагестане, какой вой начнется, визг просто поросячий.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я думаю, что если бы президент предложил, то так бы и было сделано. Или они два Грабовых, которые имеют такое невероятное влияние на нашего президента.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Да, наверное, два Грабовых.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А он у нас кто? У него как у кролика крутятся глаза и они его зомбируют что ли?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Президент предложил некий пакет, между прочим. Премьер его озвучил. Сейчас начинается тихое утопление даже этого пакета. Потом я еще раз говорю одну вещь, что невозможно поручать людям реализовывать некие мероприятия, людям, которые являются их непримиримыми идейными противниками. Они их провалят. Зачем это делается – мне непонятно. У тебя есть, Матвей, вопросы к президенту, задай ему их. Я тоже могу задать. У меня ответов на эти вопросы нет. Я не знаю, почему. Я тысячу раз говорил, что…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – У тебя есть большая возможность президенту задать вопрос, чем у меня. Чтобы с другой стороны посмотреть на тему Нальчика, Денис из Москвы: "Уважаемый Михаил, не кажется ли вам, что разумный президент не будет выражать благодарность органам внутренних дел, если в мирное время в мирный город спокойно входят свыше ста боевиков, воюют там два дня". Тут можно оспорить - в мирное время в мирный город.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Как раз хочу сказать, кто вам сказал, что это мирное время, мирный город. Это не мирный город и не мирное время. И они вполне возможно и не входили в город и не выходили. Все эти люди жители Карачаево-Черкесии, никаких чеченцев там не замечено, даже не говорится. По-моему, об арабских наемниках, заметьте, не было таких разговоров. Наоборот, говорится о том, что там убит глава группировки, который участвовал в нападении на ФСБ и отделение наркоконтроля и так далее. Это не мирный город, это война. И Кавказ действительно беременный войной. И речь идет, мы здесь не можем сказать, что здесь существует явленная воля карачаевцев, черкесов, адыгов или дагестанцев к отделению от России. Вот если по поводу Чечни еще были какие-то спекуляции по поводу сепаратизма и независимости, и какие-то основания, предположим, про это были говорить, то здесь никаких оснований нет. То есть здесь действительно есть довольно серьезная социальная база радикального исламизма. Причем я хочу сказать, что этот исламизм настолько примитивен, в принципе это исламистский нацизм. Вот та форма ваххабизма, которая там развивается. И как у нацизма не исламистского, всегда должна быть некая социальная почва, для того чтобы достаточно глубоко развивался. Но массового движения антироссийского там нет, люди понимают, что народ, эти регионы не выживут просто физически без России.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Это война террористическая война, причем я хочу сказать, что это война не кавказская. Безусловно, люди вот эти самые боевики, они могут руководствоваться какими угодно идеями, но дирижируют ими не с Кавказа. Вот эти ребята это отдельная часть авангарда будущей цветной революции. Вот это та часть общей схемы дестабилизации, в которую включено и все остальное. От, грубо говоря, движений интеллигенции или "Солдатских Матерей" и так далее, заключенного номер один, сепаратистов, террористов, которые в нужный момент, очевидно, будут стараться дестабилизировать коммуникации жизнеобеспечивающие и это единый сценарий. В России цветная революция не может развиваться ни иначе как системный сетевой проект, затрагивающий все…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вот то, что ты перечислил это такой глобальный замысел наших врагов.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Безусловно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это часть его?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Конечно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Что за враги такие сильные?

М. ЛЕОНТЬЕВ - А чего же они слабые. Чего это мы такие слабые. Как мы еще ухитрились выжить в этой ситуации, извините. Мы хороним собственную страну 15 лет, никак не закопаем и еще удивляемся, что у нас, видите ли, сильные враги.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – То есть можно, с одной стороны, дестабилизировать со стороны Кавказа через этих ваххабитов, с другой стороны, это же уже понятно кто…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Давайте посмотрим на такую модельную страну, как Киргизия. Там же тоже была либеральная, ее с сильной натяжкой можно назвать - оппозиция. Акаеву некие деятели в элите местной, некие структуры, связанные с международными организациями правозащитными, прочими и так далее, всякими фондами Сороса и прочее. Все это было. И одновременно было радикальное националистическое исламистское движение на юге, которое собственно и начало этот процесс. Оно расшатало страну, при которой власть абсолютно вегетарианская и не способная вообще ни на какие действия, рухнула просто сама. Тем более, что она спросила у своих кураторов на Западе: а можно мы здесь их немножко прижмем. Им сказали: нет, сидеть тихо. И все. И Акаев убежал.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вопрос от Татьяны: "Я согласна, что на Кавказе нет антироссийского настроения, тогда используя ваш образ, от кого Кавказ беременен войной?" Вот от американцев. То есть все это - часть американского заговора.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Кавказ беремен от социальной катастрофы, то, что я говорил про Узбекистан, в не меньшей степени относится к Северному Кавказу. То есть там произошла цивилизационная катастрофа. В степени, может быть, такой же. Единственное, что Россия как страна, более богатая, может в большей степени поддерживать паллиативными средствами теми самыми федеральными трансфертами, о которых мы говорили, какое-то более-менее спокойствие на Кавказе. Но это тоже конечный момент. Потому что у людей нет там развития. Таким образом, нету будущего.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Собственно ты это уже говорил. Давай послушаем звонки.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Александр, Москва. Вопрос примерно следующий. Михаил, вы говорите, что на Кавказе государственные инвестиции не доходят до цели, они делятся. Инвестиции частного капитала в данном случае невозможны. Вместе с тем вы говорите, что Кавказ нужно развивать и так далее. Как вы себе видите разрешение этой ситуации?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Вы немножко не поняли до конца. То, что я говорил это не инвестиции. Федеральные трансферты это прямые вливания на содержание бюджетной сферы, правоохранительной сферы, здравоохранения, еще чего-то, на инфраструктуру, дороги чинить, какие-то дома и так далее, больницы содержать. Никаких инвестиций государственных на Кавказе я не помню, никаких инвестиционных проектов никто никогда не видел. Их никто не выдвигал. Нет таких проектов. Делятся бюджетные трансферты, пилятся. Они для того и сделаны, чтобы пилиться. В какой-то степени это способ откупиться от местных элит. Но этот способ чреват. Опять же это не я придумал, достаточно посмотреть записку Козака, там очень толково все изложено. Правильными хорошими жесткими русскими словами. Только делать-то нужно что-то. Потому что, какая должна быть реакция на эту записку – нужен план, государственная программа развития реиндустриализации. Там же была индустрия, там была достаточно серьезная промышленность. В том числе и оборонная. Слава богу, в Кавказ много вкладывалось и там огромное количество рабочей силы. Потому что проблема с рабочей силой, там рабочая сила есть. Государство должно заниматься долгосрочными проектами. Больше там этим заниматься некому. Этим должно заниматься государство. Иначе мы не выживем. Это вопрос безопасности. Безопасности не только Кавказа, хотя это наши граждане с вами, а это еще безопасность России. Потому что, потеряв Кавказ, мы постепенно потеряем все.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Собственно да, ты уже говорил. Что делать, вот два либерала. Либералы во всем виноваты. С одной стороны этот заговор, с другой стороны либералы. И они как Грабовые. И Путин, который, поддавшись то ли их чарам, то ли что с президентом происходит, он не видит очевидного.

М. ЛЕОНТЬЕВ - А общество видит очевидное?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Как только убрать вот эти два исчадия ада…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Матвей, а давай попробуем…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – …министра экономики Кудрина и Грефа, сразу счастье будет в стране.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Матвей, а давай попробуем у Общественности нашей спросить, хочет ли она потратить несколько миллиардов долларов, предположим, на строительство какого-то крупного промышленного объекта на Кавказе. Бюджетных денег. Готова ли она на это?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Еще общественная дискуссия нужна здесь? Для чего нам спрашивать общественность по этому поводу?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Дело в том, что мы в демократической стране живем.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы выбрали президента Путина и это решение президента Путина. Государственная политика, в том числе экономическая. Он мотор, он дает направление. Я не понимаю, зачем еще нужна дискуссия, строить ли что-то на Кавказе. Давай тогда…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Президент у нас тоже либерал, как ты знаешь.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну не проголосуй за него на следующих выборах. Кто-то будет. Кстати, о преемниках.

М. ЛЕОНТЬЕВ - А он не выдвигается.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Неважно, кем-то он же будет. Вот не проголосуй за него. Президентом ты недоволен, вечно ты недоволен. Ежи Тутов из Смоленска: "Уважаемый г-н М. Леонтьев! Памятуя о недавнем юбилее железной Маргарет Тетчер, пожалел, что наш президент не женщина. А Вы допускаете, что приемником Путина будет женщина? Как Вы относитесь к женщинам-политикам в общем и к Ангеле Меркель в частности? Вас не смущает то, что в нашей с Вами стране так мало женщин в политике, даже, несмотря на то, что их (политиков) назначают, а не выбирают".

М. ЛЕОНТЬЕВ - Ну как я отношусь. Я отношусь к женщинам-политикам точно так же как к политикам-мужчинам. Я вообще не считаю, что политика должна делиться по половому признаку. Меня крайним образом раздражают…, мне интересно политическое мировоззрение человека и его личные качества. Воля, порядочность, еще разные, и самое главное его политическое мировоззрение. Оно по половому признаку не делится. То же самое относится к Меркель. Меркель мне не нравится как политик, потому что она как политик гораздо менее ориентирована в направлении стратегического сотрудничества с Россией, чем был ориентирован предыдущий канцлер Шредер. С этим будет связан в России целый ряд проблем. У Германии, на мой взгляд, тоже, потому что у меня такое впечатление, что госпожа Меркель склонна в большей степени, будучи такой традиционной "атлантисткой", склонна жертвовать национальными интересами Германии в пользу атлантического единства, то есть в пользу США. В пользу куратора.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Куратора чего?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Куратора Германии. Америка курирует Германию.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – В каком смысле?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Германия просто оккупированная страна ко всему прочему. Там находятся американские войска. Это страна, которая в значительной степени ограничена суверенитетом своим.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – В чем…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Во всем. Я был в Маннхейме. Там авиационный завод, я хочу просто напомнить, может быть, кто не помнит, Германия была страной, в которой была самая лучшая авиаконструкторская школа в мире. Самая лучшая. Мы очень много от них получили разными способами в разное время. Так вот больше нет германской авиационной школы. И мне люди в Маннхейме, это Бавария, это самые что ни на есть правые немецкие инженеры, высший менеджмент, они мне говорят: вот я у нас был самолет, мы сделали самолет вертикального взлета. Единственный реально нормальный самолет дееспособный вертикального взлета. Американцы закрыли проект. Я говорю: а почему они закрыли? – Потому, - сказали они мне. - Ты что, не видишь, как они к нам относятся? Потому.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – В каждой стране есть свой Кудрин и Греф. Можно так сказать.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Мы пока не являемся оккупированной страной, и мы все-таки войну мировую не проигрывали.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Как же не являемся? Судя по твоим словам, уж все тут продано-перепродано. Ладно, поговорим после паузы.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вадим требует: "Докажите, что вопросы радиослушателей читаются и озвучиваются". И присылает очень интересный вопрос: "Как относится гость к инициативе Рогозина о запрещении торговли не гражданами РФ?" Хороший вопрос, замечательный.

М. ЛЕОНТЬЕВ – Вообще, строго говоря…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Китайцы, вон отсюда.

М. ЛЕОНТЬЕВ - …торговля не гражданами РФ запрещена. Не надо запрещать. В принципе, если я приезжаю в США и начинаю там работать, то есть зарабатывать деньги по туристической визе, а не по рабочей, то есть я могу получить рабочую визу с правом торговли. Я думаю, вряд ли ее кто-то получает из тех, кого имеет в виду Рогозин. То меня просто извините, свинтят и у меня будут большие проблемы с миграционной службой. По-моему, так практически во всех странах. Другое дело, что де-факто никто на это внимание, наверное, не обращает, мне кажется, что вообще массовой торговли в России, может быть, имеются в виду какие-то регионы приграничные, Дальний Восток…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, разговор идет о Дальнем Востоке. И вот эта идея экспансии китайцев сюда…

М. ЛЕОНТЬЕВ - В смысле челноки. Что значит торговля? Китайцы же не занимаются розницей.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Как это? Ты же видел эти сюжеты про целые города.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Я не видел сюжеты. Не знаю.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Города на Дальнем Востоке, где китайцы…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Вот вьетнамцы у нас торгуют.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но мысль Рогозина понятна?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Есть вьетнамские рынки, они в принципе незаконны. Мысль понятна. Речь идет о том, что я не вижу здесь никаких формальных оснований, мне кажется, что есть в текущем законодательстве достаточно зацепок, чтобы запретить людям торговать. Я не знаю, нужно ли это. А зачем?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не знаю. Вот ты и скажи.

М. ЛЕОНТЬЕВ - В чем сыр-бор.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – То есть понятно, чего добивается Рогозин, - чтобы китайцы и вьетнамцы тихо покинули…

М. ЛЕОНТЬЕВ – Знаете, зачем в разных странах ограничивают у иностранцев право на торговлю? - чтобы они не отнимали рабочие места у местных. Если есть огромное количество местных людей, которые готовы торговать вместо китайцев.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну их нет, это понятно. Вот в этой ситуации.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Ну а кого они лишили эти китайцы. Я не вижу проблемы, честно говоря. Можно все сделать, только зачем?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да идея простая. Вот эти все инородцы они плодят детей и постепенно захватывают территории. Неужели тебе не ясно, о чем говорит Рогозин?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Особенностью китайского проникновения на Дальний Восток является один момент очень существенный. Китайцы не натурализуются, хотя могли бы. Очень малое количество китайцев принимает российское гражданство. Я думаю, что если бы они этого хотели, то это количество на порядки было бы больше. Китайцы в России жить не хотят. Холодно им и нехорошо им. Они хотят здесь прирабатывать и зарабатывать. А жить они здесь не хотят. Будьте уверенны, если бы китайцы хотели жить на этих территориях, эти территории были бы заняты китайцам еще до появления русских первопроходцев. Они бы их заселили.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – В депрессивном и маниакальном сознании некоторых политиков, я не имею в виду конкретно господина Рогозина, почему-то существует такое, что по факту…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Посмотри на Дмитрия Олеговича, у него депрессивного…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, послушай это интересная история. Вот их там будет становиться все больше и больше, и даже не становясь гражданами России, главная-то идея в чем, вот сейчас спроси любого телезрителя и слушателя, что потом каким-то образом Китай скажет: их у вас там так много, что отдайте их нам вместе с территорией.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Мы наблюдали, это реально бывает в истории человечества в Албании. Яркий пример Косово. Абсолютно сербская территория…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Так может быть прав он, что их надо удалять?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Я просто хочу сказать, что если нас там становится все меньше и меньше, то все равно их будет становиться относительно больше.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Так надо их удалять или нет?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Вообще проблема удаления китайцев с территории Дальнего Востока на сегодняшний момент не актуальна. Актуальна проблема сохранения там нашего населения и нашего потенциала.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет там нашего населения.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Мы оттуда уходим. Что значит, нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Так я тебе задаю вопрос. Убирать или нет?

М. ЛЕОНТЬЕВ - Нет, нет, нас туда надо. Нас. Нужно заниматься освоением Севера заново, потому что все будущее России ресурсное в первую очередь связано с районами Севера и Востока, Сибирью.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понял, все, иду на Север. Все понятно. Задачу поставили.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Платона Лебедева…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я об одном спрашиваю, ты о другом отвечаешь.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Я говорю, что это неактуально.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Слушаем вас. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Хотел задать вопрос Михаилу Леонтьеву. Меня зовут Владимир Николаевич. Я хотел по поводу событий на Кавказе. Много лет идет война. Граница на замке. Спецслужбы начеку, откуда бандиты берут оружие? Об этом ничего не слышно…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вот сейчас будет слышно. Спасибо.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Граница в какой-то степени может быть больше на замке, чем раньше, хотя она не очень на замке. Потому что контролировать границу по большому Кавказскому хребту нельзя. Россия появилась на Северном Кавказе, после того как она взяла на себя ответственность за выживание армянского и грузинского народа. А в тылу у нее оказались кавказские горцы, мусульманские, которыми Россия несколько десятилетий находясь в состоянии институциональном и государством относительно гораздо более здоровым, чем сейчас, несколько десятилетий воевала. И все тоже было на замке, и спецслужбы были, и горцы были, и Шамиль был, и черкесы были, и война была на Кавказе, и ссылали на Кавказ. И все это было. Опять же я не знаю, вопрос подразумевает то, что слушатель не слышал все, что я говорю.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, вопрос подразумевает другое. Могу разъяснить.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Спецслужбы у нас ослаблены очень сильно. Армия у нас в значительной степени деградировала и можно сколько угодно говорить, что сейчас армии уделяется гораздо больше внимания, но я хочу заметить одну маленькую вещь, что армия за последние годы не приобрела ни одного нового самолета, кроме одного бомбардировщика. Ни одного нового. И, по-моему, сколько там - 5 или 6 танков. Это сейчас к Кавказу не имеет отношения, это имеет отношение к институтам, к тому, в каком они состоянии находятся. Мы развалили собственную страну и теперь мы встаем в третью позицию и говорим, а как это так, а почему так получилось, что у нас граница на замке, спецслужбы работают, а там идет война и идет. И никак мы не победим. Не надо было страну разваливать. А если развалили, давайте заново склеивать, а не тыкать пальцем в какие-то абстрактные спецслужбы и говорить: вот они во всем виноваты. Мы во всем виноваты сами. Никто нас не просил это делать. Никто. И никакой американский империализм, кстати, нас это делать не заставлял. Мы сами себя обслужили по полной программе.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Последний вопрос. Ты знаешь, как всегда во всех программах последний вопрос это "бантик" называется. Он не имеет никакого отношения к политике. В Великобритании новые правила запретят дарить животных детям. Согласно новым правилам, возраст, с которого дети смогут самостоятельно покупать животных – с 12 лет поднимается до 16. Планируется также ввести запрет на дарение детям животных. Билль призвал поменять правила, которые действуют с 1911 года, принятие правил будет соответствовать укреплению репутации страны как страны любителей животных. Как ты считаешь, нужно ли ввести такие механизмы у нас? Потому что у нас бесконечные объявления котят, подарю котят. У меня родилось 500 котят.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Ну вот бедный Малыш и Карлсон. Он же собаку хотел. У него мечта жизни была - иметь собаку. Собаки ему теперь не достанется, если он живет в Англии. Это идиотизм. Это когда ради каких-то идиотских политкорректных принципов выплескивают с водой ребенка. Существует проблема дурного отношения к животным, этим надо заниматься. Если общество соответствующим образом контролирует себя, наверное, оно может это делать. Какие-то правила нужны. Запретить детям дарить животных, собаку или кошку может только последняя скотина. Я не знаю. Так жить нельзя. В таком мире жить противно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – И с таким собирательным мнением о британской империи мы заканчиваем нашу передачу. Михаил Леонтьев был у нас. Ты никуда не уезжаешь, ничего такого, ЧП…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Пока нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Инструктаж или тренировки.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Ты видел приглашение…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не говори никаких фраз, потому что сейчас начнется - что это такое.

М. ЛЕОНТЬЕВ - Никуда не уезжаю.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Короче говоря, Михаил Леонтьев с нами. Наши, вот наш, наши…

М. ЛЕОНТЬЕВ - Так называемые "наши" – как принято говорить на "Эхо Москвы".

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Так называемый наш Михаил Леонтьев придет к нам ровно через неделю, в это же время. До свидания.