Андрей Архангельский - Особое мнение - 2005-09-12

Л. ГУЛЬКО – Здравствуйте. Мы в двойном эфире: в эфире радиостанции «Эхо Москвы» и в эфире телекомпании «RTVI». Это «Особое мнение». В понедельник после семи у нас, как всегда журналист Александр Архангельский. Здравствуйте, Александр.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Добрый вечер.

Л. ГУЛЬКО – Так случилось, что мы с Александром, кто-то вчера поздно вечером, кто-то сегодня, прибыли в наш любимый город Москву, поэтому от вас, дорогие и уважаемые радиослушатели и телезрители, будут зависеть вопросы. Мы ничего не знаем про то, что здесь происходит. Конечно, это шутка на самом деле. Но тем не менее, хотелось бы еще и от вас услышать, что вы считаете главным в происходящих событиях на этой неделе. У нас есть, конечно, некоторые заготовки, но тем не менее. Я напомню наш пейджер 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы». Телефон вы все прекрасно знаете. Те, кто звонит нам издалека, код Москвы 095, совсем издалека + 7 095. Если у вас есть какие-то предложения.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я просто, поскольку вы о поездке сказали, я только что проехал по той самой дороге, на которой погиб губернатор Евдокимов. Если у меня были хоть малейшие сомнения в том, что это авария, то эти сомнения развеялись полностью. Просто когда видишь эту узкую дорогу с обрывистыми краями, со слепым углом, когда ты не видишь, кто едет на большой скорости сзади, ни малейшего сомнения в том, что это, к сожалению, очередная российская дорожная трагедия, а не политическое убийство. Что не исключает возможности того, что на него готовили покушение, но бывает судьба. Несомненно, что он к концу своего срока запутался в обязательствах несовместимых перед не только алтайцами, но и его друзьями и теми, кто финансировал его избирательную компанию из других регионов. И должен сказать, хоть я и большой противник идеи вертикали власти, идеи назначения, я посмотрел первое интервью по местному телевидению нового губернатора, и мне показалось, что это человек абсолютно вменяемый, это хорошее решение.

Л. ГУЛЬКО – Понятно, небольшой отчет о поездке Александра Архангельского. Еще раз напомню наш пейджер 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы». Телефоны уже звонят, вижу, чуть попозже. Просто есть несколько тем, о которых сегодня пишут все издания, мимо которых пройти нельзя. Во-первых, это ситуация на Украине, такая отставка премьер-министра, госпожи Тимошенко. Тут есть много вопросов, которые пришли на наш Интернет-сайт по Украине. Если мне не изменяет память, Максим пишет: «За что боролись? - так звучит вопрос «Максима с Майдана», - опять нас всех обманули».

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Уважаемый «Максим с Майдана», давайте говорить так, в России «оранжевая революция» уже была, была она в 91-м году в августе. Потом, в отличие от украинской «оранжевой революции» здесь слишком все затянули, были несколько месяцев паузы, но вот началась новая экономическая политика, она началась с января 91-го года. Сколько продержалось правительство первое ельцинское? Примерно те же самые 10 месяцев, как и на Украине. Есть закон революционных кризисов. Эти кризисы неизбежны, потому что продавить существующую власть можно только путем альянсов. А в альянсы вступают люди, которые друг другу не близки, подчас и противны.

Л. ГУЛЬКО – Нет друзей и врагов – есть целесообразность.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – На время. Но эта целесообразность закончилась. Я, к сожалению, с большинством украинского электората расхожусь. Мне Ющенко нравится, а Тимошенко крайне нет, хотя по опросам она его опережает.

Л. ГУЛЬКО – За что боролся Максим, не знаю, сложно сказать.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я не боролся за Майдан. Я сочувствовал Украине, я желал, чтобы Украина стала наконец абсолютно самостоятельной страной, чтобы не Россия, не Америка, не Европа, а Украина сама определяла, кому ею править, и какую политику внутри страны проводить.

Л. ГУЛЬКО – Еще одна тема – это амнистия, проект которой предлагают правозащитники, это амнистия людям, которые сидят за ненасильственные преступления. Кстати, Федеральная служба исполнения наказаний поддерживает этот проект. Как вы к этому относитесь?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – И плохо, и хорошо одновременно. Как всегда в истории, приходится выбирать между плохим и худшим. Когда выпускают достаточно большое количество людей, совершивших преступления, даже ненасильственные, это, конечно, надо видеть ключи и смотреть, что будет с твоей квартирой. Несомненно, массовый наплыв гастролеров во все крупные города будет неизбежным. С другой стороны, такого количества заключенных на душу населения, какое есть у нас, Америка отчасти приближается, мне кажется, но там все-таки немножко другая история. Я не думаю, что всем людям, которые сидят, надо так уж отсиживать до конца. С гуманитарной точки зрения, да. С точки зрения шкурной, обывательской… Гражданин во мне сильнее, чем обыватель.

Л. ГУЛЬКО – А как определить, кто сидит правильно, кто неправильно, кого выпустить, кого не выпустить?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Все, кого приговори, с формальной точки зрения сидят правильно. И вообще не дело амнистии, кто сидит неправильно, кого засудили. Дело амнистии определить, опасен или не опасен для общества принципиально.

Л. ГУЛЬКО – И кто это должен определить?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Люди, сидящие за убийство, не должны, конечно, попадать под эту статью.

Л. ГУЛЬКО – Ненасильственные преступления.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Кражи. На самом деле кража краже рознь. Есть рецидивисты, которые профессионально крадут из года в год, выйдут, опять украдут. А есть тетки, которые украли… До сих пор эти дела есть, когда тетка украла бидон молока. Лучше, если бы она не тащила.

Л. ГУЛЬКО – Есть некоторые люди, которые 300 тысяч, миллионов, триллионов, секстиллионов украли. Он подходит под это, этот человек?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Вы Ходорковского имеете в виду?

Л. ГУЛЬКО – Нет, я никакого Ходорковского не имею в виду, я имею в виду какого-то человека, который украл.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Тут надо разбираться, украл или не украл, это надо смотреть. Помните, в поздние годы советской власти многие сидели за незаконную хозяйственную деятельность, потом эти люди оказались лидерами новой экономики? Александр Смоленский, один из основателей банковской системы.

Л. ГУЛЬКО – Где он теперь?..

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я слышал, что он занимается одним из пароходств. Только что продал системе одного крупного российского банка свой бывший банк. Вполне при деле.

Л. ГУЛЬКО – Называется, живет в Нью-Йорке, жалеет страшно.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Может быть, и не в Нью-Йорке, а в Вене.

Л. ГУЛЬКО – Может быть, и не в Нью-Йорке. Мы прервемся на некоторое время, а потом снова вернемся в студию.

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО – Я напоминаю, что сегодня в «Особом мнении», как всегда по понедельникам, журналист Александр Архангельский. Телефоны звонят. Пейджер 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы». К нам пришли уже вопросы, поэтому давайте сначала телефон послушаем, потом пейджер почитаем. Здравствуйте, добрый вечер уже по-нашему.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Вас беспокоит Константин из города Чехов. Спасибо, что вы затронули каким-то боком вопрос о презумпции невиновности. Вы знаете, очень хотелось бы ваше мнение услышать по директору бесланской школы. Вы не находите, что ее кто-то, по-моему, власть, просто подставляет для такого гневоотвода автономного? Хотелось ее мнение услышать и мнение ее оппонентов. Мы не должны ее лишать презумпции невиновности. Такой вопрос.

Л. ГУЛЬКО – Понятно.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Сначала про презумпцию невиновности. Я не уверен, что до сих пор это понятие знакомо всем, хотя я помню времена, когда, если я не ошибаюсь, Отто Рудольфивич Лацис рассказывал о том, как он должен был в перерыве во время работы первого съезда народных депутатов объяснять депутатам в своей фракции, что такое презумпция невиновности.

Л. ГУЛЬКО – Это было, кому объяснять.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Что же касается директора бесланской школы, то еще раз говорю, ее никто не осуждал, она не находится под следствием. Если есть моральное осуждение, то это особая статья, не подпадающая ни под какие юридические ограничения. Слушать надо всех и всегда. Другое дело, я понимаю, что за этим стоит. Там, судя по всему, оружие было привезено до и оставлено в школе во время ремонта. Если это так, то те, кто продал террористам право оставить это оружие, несомненно будут искать стрелочника. Ближайший, самый удобный стрелочник – это директор школы. Кто ремонт заказывал – директор школы. Вот путь она и отвечает.

Л. ГУЛЬКО – «Особое мнение». Александр Архангельский. Еще один давайте попробуем принять телефонный звонок. Здравствуйте. Вы в прямом эфире. Мы слушаем вас внимательно. Нет, если не хотите говорить, не говорите. Пейджер напомню 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы». «Каково ваше мнение о последнем интервью Ходорковского газете «Завтра»?» - спрашивает Борис. И в принципе, такой же вопрос еще от одного нашего респондента: «Господин Архангельский, пожалуйста, прокомментируйте интервью Ходорковского, которое он дал Проханову. Майя Павловна».

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Тут несколько аспектов. Первое. Само интервью как текст. Там не очень много разногласий с тем, что говорит Владимир Владимирович Путин, если посмотреть по деталям.

Л. ГУЛЬКО – То, что предлагает последние какие-то меры президент, да?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да. Вложить туда, вложить сюда, справедливость восстановление и т.д. Левый поворот. Я как не до конца согласен с президентом, так не до конца согласен с Михаилом Борисовичем Ходорковским по тем же самым основанием. Мы сейчас наберем обязательств перед нацией, а потом не сможем их выполнить, это будет гораздо хуже, чем никаких обязательств не брать или аккуратно помогать людям самим начинать зарабатывать. Это обсуждаемо. В принципе левая составляющая в любой здоровой политике должна быть. И должна быть конкуренция между социал-демократией, либеральными, правыми и т.д. партийными системами. Меня другое беспокоит. Дело Ходорковского, кому давать интервью, а кому не давать. Тем более, что Александр Андреевич Проханов – человек остроумный. Я, кстати, могу рассказать историю, свидетелем которой был примерно неделю назад. Он на такой большой обширной встрече Валдайского клуба с губернатором Тверской области Зелениным, Александр Андреевич поднял руку и сказал: «Господин Зеленин, у вас на Селигере проходил съезд трех тысяч «Наших», которые называют себя антифашистским движением. Неужели в Тверской области такие проблемы с фашизмом?» Надо сказать, Зеленин тоже остроумно ответил. Но сейчас дело не в этом. Но есть маркированные издания. Газета «Завтра» - это газета маркированная, это определенная политическая общественная ниша. Если ты идешь в эту нишу, значит ты осознаешь себя игроком на определенном политическом поле. Вот я на этом, потому что я с Александром Андреевичем хорошо знаком, беседую, разговариваю, в передачу свою приглашаю. Но я бы, например, на этой площадке с ним дискутировать не стал, и даже жестко дискутировать не стал, потому что это определенное политическое поле. Стоит ли на это политическое поле смещаться Ходорковскому, не уверен. Более того, мне-то казалось, что Ходорковский – это крупнейшая общественная фигура. И когда он заявлял, что будет заниматься общественной деятельностью прежде всего, то мне казалось, что он был на более верном пути. Но дело сделано, выбор его. Несомненно, борьба будет острейшая, потому что эта борьба за электорат не менее 30 %, левый националистический электорат – это 30 с лишним процентов, значит, это серьезная борьба и серьезный вызов. Другое дело, что его зарегистрируют, я абсолютно в этом уверен, в выборах он участвовать не будет. Это не совсем, мне кажется, верный шаг.

Л. ГУЛЬКО – «Особое мнение» Александра Архангельского. Давайте послушаем еще один телефонный звонок. Мы слушаем вас, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Владислав. Саратов. У меня такой вопрос. Сейчас очень много говорят по поводу теракта в Беслане, что власть должна ответить, и конкретно Путин. Скажите пожалуйста, если вспомнить у нас теракты до этого, допустим, Буденновск – чудовищный теракт не меньше Беслана. Или, допустим, взрывы домов в Москве и Волгодонске, которые были при Ельцине. Скажите пожалуйста, наша власть отвечала за теракты, конкретно Ельцин? Сейчас на Путина все валят, а вот тогда кто-нибудь ответил конкретно (Ельцин) за эти чудовищные теракты?

Л. ГУЛЬКО – Вопрос понятен.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я на самом деле думаю, что ни Путин, ни Ельцин, ни Черномырдин за теракты отвечать не должны, а за них должны отвечать те, кто эти теракты организовывал, за них должны отвечать спецслужбы, которые конкретно допустили проникновение этих людей на эти территории. Мы помним слова Басаева о том, что если бы ему хватило денег, они и до Москвы бы доехали. И доехали бы.

Л. ГУЛЬКО – Спецслужбами просто руководят понятно, кто – конкретные люди, но отвечает за все все-таки президент.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Но тут мы подходим к другому. Есть моральная ответственность главы государства за то, что происходит в стране. Даже, если это не его конкретная вина, а это вина совершенно иных людей, он моральную ответственность несет. Моральную ответственность несет и Ельцин за то, что происходило в 90-е годы, моральную ответственность несет и Путин, потому что такая роль. Взялись – отвечайте, деваться некуда.

Л. ГУЛЬКО – Давайте я сразу задам вопрос, который нам прислали на наш сайт в Интернете из Германии: «Здравствуйте. Не считаете ли вы объявленные Владимиром Путиным четыре великих скачка в социальной сфере – просто волюнтаризм, основанный только на сиюминутных ценах на нефть? Ведь понятно, что развитые страны и в первую очередь юго-восточные регионы США постараются снизить эту цену, да и предыстория говорит о цикличности на нефть?»

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Я думаю, что это игра на ближайшую перспективу без больших расчетов на будущее. Сейчас средства, несомненно, для этих программ есть. Но я бы с этого начал, это обязательства, которые потом могут оказаться невыполнимыми. Я хочу напомнить одну простую вещь. В 82-м году, на пике последствий иранской революции цена на нефть в пересчете на современный доллар с учетом инфляции была примерно равна 82 долларам за баррель. Это последний год брежневского правления. Мы сами знаем, что началось потом, а в сердцевине горбачевского правления цена на нефть доходила до 9 долларов. Между прочим, государства через несколько лет не стало. Людям надо помогать. Бедных в стране очень много, особенно на окраинах, в малых городах, там где нет работы, там действительно обязанность государства создавать рабочие места, давать людям возможность заработать, иначе там будет социальный врыв, я вас уверяю, я без конца по стране езжу. В крупных городах, там хуже, лучше, но в принципе жить можно. В малых городах, поселках городского типа что-то страшное. И оттуда пойдет радикально настроенная озлобленная молодежь. И тут никаких денег не надо жалеть. С другой стороны, врачам, учителям – ну как им не повысить. Если врач получает 4 тысячи рублей, как можно не повышать.

Л. ГУЛЬКО – Вопрос еще вот, в чем. Сегодня мы говорили на «Эхе Москвы», дойдут ли эти деньги до адресатов. Кто-то сядет на эти потоки.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – То, что зарплаты дойдут, несомненно. То, что принцип: бюджет следует за учеником – тоже правильный. Вопрос состоит не в этом, вопрос состоит в сопутствующих экономических решениях. Всякое социальное благо должно быть кем-то оформлено, кем-то передано, кто-то должен контролировать. Не окажется ли так, что затраты на эти контролирующие, распределяющие и прочие органы окажутся выше, чем сами льготы, идущие непосредственно людям.

Л. ГУЛЬКО – Вот так красиво вы все объяснили.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Не сложно?

Л. ГУЛЬКО – Нет, нормально.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Вот этого я боюсь. И тогда действительно будет то, что называется социальной несправедливостью. Другое дело, что людям надо не просто деньги давать, а возможность работать. И не обставлять это чудовищными крепостными условиями. Вот, что будет с учеными. Ученым обещают 30 тысяч рублей в течение года. Между прочим, если мы посмотрим книжку Путина «От первого лица», которую он, еще не будучи президентом, в первую предвыборную компанию опубликовал, там эта задача стояла. Вот, наконец, дошла очередь до этих несчастных ученых. Во-первых. Сейчас будет проведена приватизация всего, что возможно и сброс максимального количества лишних ученых их системы Академии наук, чтобы не брать обязательств. Самое неприятное, что оставшиеся станут крепостными. За эту тысячу долларов они должны будут опять выстраиваться под директора института, зависеть от него, отпустит, не отпустит в служебную командировку, сколько он может приезжать, сколько месяцев он может уезжать. А тут тысячи долларов тогда мало. Если вы хотите людей удерживать, удерживайте сопоставимыми зарплатами, этой зарплата несопоставима. В общем это опять выигрыш середнячка. Тот, кого не приглашали на западные курсы, кто не получал крупных западных грантов, те будут страшно довольны, а лидеры, не знаю, не уверен. Мне кажется, что наука держится на лидерах.

Л. ГУЛЬКО – «Особое мнение» Александра Архангельского. Мы опять делаем небольшой перерыв, и после этого снова возвращаемся в студию.

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО – И напоминаю вам, что у нас в гостях журналист Александр Архангельский. Параллельный эфир радиостанции «Эхо Москвы», которую вы имеете честь слушать, и имеете честь смотреть телекомпанию «RTVI».

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Это мы имеем честь выступать для слушателей, а они имеют удовольствие нас слушать.

Л. ГУЛЬКО – Спасибо, что меня поправили. Я как-то меньше знаю это. Ваше отношение к выводу войск из сектора Газа – достаточно много вопросов. И действительно, тема сегодня. «Может, имеет смысл так же обнести забором Чечню, тогда бы не было Беслана?» - спрашивает Леонид из Кишинева. Вот, такой вопрос разделен на два.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – На самом деле, между Чечней и оккупированными территориями есть некая параллель. Не то, что бы Чечня была оккупирована нами, это другая немножко история, но дело в том, что у меня отношение абсолютно одинаковое: не надо входить, вошли – не надо выходить. Как я против того, чтобы эти земли завоевывали, не просто вышибали врага с этих территорий, а именно оккупировали и дальше строили поселения, но уж если вошли, если уж эту ошибку сделали, не пытайтесь ее поправить на ходу, потому что будет дальше еще хуже, как с Афганистаном. Нельзя было входить в Афганистан, но уж если вы вошли, не уходите, потому что как только вы уходите, вы оттягиваете войну на тысячи километров к своим границам. То же самое с Чечней. Ни в коем случае нельзя было начинать чеченскую кампанию 94-го года, начала – все, обречены терпеть, потому что дальше будет… Вот, 96-й год, попытались замириться. Чем кончилось? Да, говорят спровоцированная дагестанская компания, да, войну можно спровоцировать, но ее нельзя заказать. Если она не готова, то ее не закажешь. Граница… ну, если бы можно было Чечню обнести высоким бетонным 10-ти метровым забором… знаете, по Тереку можно, а по горам никакая граница вообще в принципе не проводится. Поэтому нравится нам это или не нравится, нравится ли это кому-то в Чечне, или не нравится, Чечня будет в составе России, нам оттуда уйти нельзя. А вот к сожалению, Израиль не отделен горами от бывших оккупированных территорий, в общем война, я боюсь, подтянулась к границам Израиля. Ладно бы, если бы мировое сообщество выступило посредником и гарантировало Израилю, что если Израиль соглашается на этот довольно трагический шаг, ему гарантируют, что вопрос о Иерусалиме больше никогда никем не будет обсуждаться ни при каких исторических обстоятельствах, еще можно было бы понять, но я боюсь, что следующим шагом освоят, разрушат те синагоги, которые брошены, фабрики порушат и дальше поставят вопрос о Восточном Иерусалиме. Этого не хотелось бы.

Л. ГУЛЬКО – На самом деле, непонятное отношение для меня и для европейского сообщества, поскольку Израиль – такой форпост борьбы с терроризмом, потому что дальше эта зараза начинает распространяться еще.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Мой коллега по известиям Максим Соколов, с моей точки зрения, в своей одной колонке сформулировал гениально: «Жид, сдавайся!» Это лозунг Запада.

Л. ГУЛЬКО – «Особое мнение» Александра Архангельского. Давайте послушаем наши телефоны. Слушаем вас. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. У меня к вам такой вопрос.

Л. ГУЛЬКО – Вы откуда, простите? Представьтесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Я из Израиля. У меня к вам такой вопрос, не существует ли у России двойных стандартов по отношению к терроризму?

Л. ГУЛЬКО – Это ваш вопрос?

СЛУШАТЕЛЬ – Да.

Л. ГУЛЬКО – Спасибо.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Двойные стандарты существуют у всех и всегда. Увы, это элемент любой политики. У Америки есть двойные стандарты, у Запада есть двойные стандарты, у России есть двойные стандарты. Вопрос состоит: общество контролирует свою власть, заставляет ли эти стандарты уж не расходиться совсем кардинально. Дом, разделившийся, сам по себе устоять не может. Это мы все знаем очень хорошо. Но балансировать какое-то время любому правителю приходится. Но когда вообще нет никакой связи между тем, что мы говорим здесь и тем, что мы говорим тут, тем, что мы делаем для одних и тем, что мы делаем для других, вот это уже катастрофа, это путь к погибели. Сейчас, мне кажется, зашкаливает.

Л. ГУЛЬКО – Еще один телефонный звонок попробуем принять. Мы слушаем вас. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. У меня вопрос не по Израилю, а по Ходорковскому я бы хотел сказать.

Л. ГУЛЬКО – Представьтесь, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Можно кратенько?

Л. ГУЛЬКО – Кто вы, откуда?

СЛУШАТЕЛЬ – Зовут меня Феликс, я звоню из Израиля. Пенсионер, житель блокадного Ленинграда.

Л. ГУЛЬКО – Да, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Я хотел поделиться кратко установленным мною лично фактом в день оглашения приговора Ходорковскому то ли 2-го, то ли 3-го июля.

Л. ГУЛЬКО – Только очень кратко, Феликс, поскольку время у нас не терпит.

СЛУШАТЕЛЬ – У меня переключатель программ обычный на 44 канала. Я работаю. Я пришел с работы и вечерком решил проверить по ведущим странам в новостных выпусках говорят ли об этом событии, о котором очень много говорили по каналам на русском языке. И я установил, в этот день ни слова ни по одной стране в телевизионных новостных передачах. Я до полвторого ночи – ни одного слова не сказали. Я выписывают газету «Едиот Ахронот». На следующий день получил утром «Едиот Ахронот» - ни слова, только в каналах на русском языке.

Л. ГУЛЬКО – Спасибо.

СЛУШАТЕЛЬ – Таким образом, советская Россия, ее руководство получило карт-бланш просто на убийство Ходорковского. Естественно, это необходимо. Чему же уподобится советская Россия, если Ходорковский не будет убит. Вот представьте, собрались вы коллективом…

Л. ГУЛЬКО – Вы простите, ради бога, у нас время. Понятно. Спасибо вам огромное. Время у нас достаточно мало. Вопрос понятен. Такие некие комментарии.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Конечно Запад, если брать Запад как общественно-экономическую единицу измерения, ему все равно, что здесь будет, лишь бы здесь был покой, и ядерное оружие никому в руки, кроме власти не попало. Никто и не скрывает. А западные бизнесменам можно было бы здесь успешно работать, и им гарантировали, что их инвестиции никто не цапнет. Эти гарантии им даны, поэтому они абсолютно спокойные, радостные. Другое дело, что политическая ситуация будет меняться. Сейчас явно Шрёдер проиграет выборы. У меня нет никаких иллюзий, выиграет Меркель. Она будет занимать жесткую позицию в переговорах, по крайней мере, в первое время в переговорах с Россией. Несомненно, что Буш доигрывает свою последнюю пластинку и вряд ли республиканец имеет шансы после того, что произошло в Новом Орлеане, будут демократы, они всегда жестче. Блэр, наверное, тоже завершает свою большую политическую карьеру. С политиками будет переговоры вести гораздо сложнее.

Л. ГУЛЬКО – «Особое мнение» Александра Архангельского. 19 часов 42 с половиной минуты. Я думаю, что звонок или вопрос про нашего одного министра, которому сегодня досталось.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Слияние или поглощение.

Л. ГУЛЬКО – Ну, давайте поговорим о Фурсенко. Дмитрий на пейджере спрашивает ваших комментариев того, что произошло. Фурсенко получил по лицу от девушки.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Но девушка, если она НБПэшная, она должна бить по лицу, такая у нее работа. Надо сказать, что Фурсенко повел себя очень элегантно, он начал выяснять у нее, а за что она его побила, вместо того, чтобы кричать: «охрану! охрану!», как мы помним, кричал Никита Сергеевич Михалков, когда в него кинули те же самые НБПэшники яйцом. В общем, повел себя как джентльмен.

Л. ГУЛЬКО – И в этом, собственно, его победа над девушкой?

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Да. А какая еще может быть над девушкой победа?

Л. ГУЛЬКО – Нет, над девушкой может быть много разных побед. Может у господина Фурсенко и есть какие-то вещи. Все темы, которые мы обсудили сегодня, достаточно важны. Я надеюсь, что мы, вернувшись с вами из разных поездок, наконец, поняли, что происходит, благодаря нашим радиослушателям и телезрителям.

А. АРХАНГЕЛЬСКИЙ – Спасибо им большое.

Л. ГУЛЬКО – Спасибо им большое. Это был Александр Архангельский. Это было «Особое мнение». Пока. До встречи в нашем эфире.