Наталья Геворкян - Особое мнение - 2005-08-05

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это программа "Особое мнение". Здравствуйте. Наши координаты вы знаете. Есть эфирный телефон, есть также пейджер 961-33-33, абонент "Эхо Москвы". Шлите свои вопросы, потому что телефон пока с ним разберешься, пока ответят. Наша гостья сегодня в 17 часов, это журналист и комментатор газеты "Коммерсантъ" Наталья Геворкян. Честно говоря, конечно я сейчас в этот момент хотел бы Путина Владимира Владимировича видеть, или, например, министра обороны видеть. Не для того чтобы задавать ему вопросы. Потому что в связи с этой абсолютно трагической ситуацией с батискафом и с тем, что, то ли вытащат этих несчастных ребят, то ли нет, сказать: уважаемый Владимир Владимирович, или господин министр обороны, вообще так полагается выступать перед народом, чтобы видеть ваши прекрасные лица, чтобы услышали ваши чарующие голоса. Вы понимаете, я вам скажу, что сижу в бешенстве. У меня такое ощущение, что они боятся. Ведь они прекрасно знают, тот же Путин никак не хочет, чтобы эта история как-то была связана с ним. Он и не появляется. Когда взлетал "Шаттл", вы помните, все сидят кроме президента, рисунки рисуют, объясняют каждый шаг, который будет сделан. Ничего. Мы видим одного человека от власти. Его фамилия – Дыгало. Несчастный Дыгало представитель ВМФ, который выступает и говорит, ну понятно, ответственность, несмотря на его слова "я решительно заявляю", "я опровергаю", "я подтверждаю", ну человек, который общается с прессой и занимается прессой в соответствующем министерстве. Я задаю вам вопрос, как такое может быть?

Н. ГЕВОРКЯН - И знаете, Матвей, в тот момент, когда начинает выступать Дыгало, возникает "дежа вю", он говорит, я сегодня включила телевизор на фразе: воздуха хватит на сутки. И я увидела лицо Дыгало и я подумала, что это какая-то запись старая по "Курску", из той жизни. Вообще для меня поразительно, что все это продолжает комментировать Дыгало, который так и остался. Я вам скажу, какое у меня отношение.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, он нормальный человек.

Н. ГЕВОРКЯН - Ради бога. Пускай он трижды будет нормальным человеком. Просто каждый раз, когда один и тот же человек комментирует события трагические, которые происходят на подводных лодках, это довольно сложно воспринимается. Я вам скажу, какое у меня ощущение. Прошло 36 часов, все молчали, ничего не говорили, через 36 часов заявили о том, что случилась такая история, что они лежат на глубине 190 м и так далее. Почему сказали через 36 часов. Потому что через 36 часов обратились к иностранцам за помощью. Значит, это очевидно становилось бы известным. Вот я начну предъявлять претензии в тот момент, когда я пойму, что 36 часов не просто молчали, а ничего не делали, чтобы попытаться их спасти, изменить ситуацию и так далее. Это раз. Во-вторых, я лично предпочитаю, чтобы в такие трудные минуты или президент или министр обороны или кто-то, по крайней мере, обратившись к нам по телевидению, сказал какие-то слова, что мы пытаемся сделать все возможное. Нормальная ситуация. Этого не происходит. Но я хочу напомнить, что вся история с "Курском" несмотря на позднее появление Путина в этой истории, абсолютно никак не повлияла на отношение к нему избирателей. Да, рейтинг Путина не качнулся, не тронулся, в итоге через сколько лет, он у нас у власти, 5 лет, приобрел прозвище "тефлонового" президента. Он может появляться, он может не появляться, не отражается.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы просто с вами видим сейчас механизм того, как это делается. Читаю. "Пресс-служба Владимира Путина…", - вот слушайте, как издевательски звучит каждое слово того, что я вам читаю. Вдумайтесь в текст, который я вам читаю, как будто Боги с Олимпа разговаривают со скотами, которые внизу сидят. "Пресс-служба Владимира Путина не располагает данными, - вдумайтесь в эту формулировку, - последует ли официальное заявление президента по поводу затонувшего у берегов Камчатки батискафа. Пока у нас нет такой информации", - сказал "Эху Москвы" представитель пресс-службы Кремля. А когда она у вас будет эта информация? Когда кто-то соизволит поднять плоскую от сидения, когда кто-нибудь выйдет и скажет что-то. Когда тратится 17 млн. долларов на патриотизм. Разве не патриотично было бы объединить российский народ и объяснить российскому народу и показать ему: мы делаем все, для того чтобы спасти. Каждый шаг наш прозрачен, каждый шаг наш подотчетен вам, гражданам России. "Пока у нас нет такой информации".

Н. ГЕВОРКЯН - Это на самом деле очень печально то, что вы читаете. Потому что это действительно говорит о механизмах принятия решений. То есть говорит о том, что пресс-служба не в курсе того, собирается президент сделать заявление или нет. Сделает или нет. Что не есть правильно на самом деле. Потому что в этой ситуации пресс-служба должна сидеть рядом с президентом просто и вот они должны в этот момент лучше всего делать какое-то, знаете, Матвей даже не заявление, какие-то человеческие слова произносить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Человеческие слова людям говорят. Если народ за людей считают. А когда народ, как я говорил в одном своем комментарии "одноразовый электорат", помните, от какого предмета идет это название, когда вся задача, для того чтобы он проголосовал, а после этого 4 года пошел вон отсюда, отдыхай. Заметьте, мы не говорим с вами об этой аварии, почему – потому что там работают специалисты. Это понятно. Хотя если это учения и если погружается батискаф, понятно, что должен быть весь инструментарий, для того чтобы в этих учениях было все, безусловно.

Н. ГЕВОРКЯН - Например, второй аппарат.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы с вами не специалисты, мы этого не знаем. Мы видим лицевую сторону, видим те же грабли. Как только что-то происходит, сначала молчание, потом истошные вопли, наконец-то, слава богу, для того чтобы позвать иностранную помощь. Но самое главное мы свои лица - говорит власть, на экране не покажем. Пусть Дыгало будет на экране, чтобы за него не голосовали. Я прошу прощения, вместе с радиослушателями и телезрителями RTVi мы слушаем новости "Эхо Москвы". Самую свежую информацию.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я сделал эту паузу, для того чтобы к нам присоединилась аудитория "Эха".

Н. ГЕВОРКЯН - Матвей, можно я скажу одну вещь по поводу того, на чем вы прервали перед новостями. Почему не выходят, не говорят. Знаете, такая странная штука. Ведь есть же механизм какой-то очень простой. Сидят люди и говорят: а как это будет выглядеть по пиару. Вот они сейчас там совещаются в кремлевских комнатах. Должен ли президент ассоциироваться с негативом по пиару, правильно это или нет. Одни говорят, не должен президент сейчас, вот когда уже спасут или не дай бог, вот тогда да. А другие говорят, вполне возможно, что такие есть, что нет, неправильно, потому что люди не поняли, когда он не вышел при "Норд-Осте, " когда он не вышел при Беслане, когда он не появился по "Курску", зачем было ехать в Беслан уже после всего, почему было как-то не проявиться. А другие говорят: нет, это неправильно. Потому что люди должны знать, что президент с ними. Это пиар называется. Вот, к сожалению, к сожалению, превалирует пиар. Потому что это оказывается гораздо важнее. А есть еще кстати, чем отличался Ельцин странным образом – нормальным человеческим порывом. И то, что делают большие политики иногда вопреки любому пиару. Вот им не надо было, они идут на экран, они обращаются к народу и они выигрывают, как правило. Что задумались?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Задумался о Галине. "Господин Ганапольский, хватит волноваться и поливать грязью Путина и других. Путин знает, что делает". Галина, уже одной этой фразы достаточно, чтобы вам позаботиться о своем здоровье, как именно. Поливать грязью Путина и других. Путин знает, что делает, Сталин знает, что делает. Галина, не забудьте выйти на Красную площадь ночью. Наверное, окошко горит в Кремле какое-то, где о вас думают. Лично о вас, Галина. Идем дальше. Андрей Кононов программист из Канады спрашивает: "О том, что стоит за теми или иными поступками президента Путина, мы, простые смертные можем только гадать, исходя из наших политических пристрастий. Вы в своё время общались с ВВП лично и брали интервью". Он утверждает, это так на самом деле?

Н. ГЕВОРКЯН - Он имеет в виду книжку, которую не только я, но и Андрей Колесников…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – "Интересно, Вам легче отгадывать этот "ребус"? Изменился ли ВВП со времени вашего "знакомства"? Как-то надо ответить на этот вопрос. Он абсолютно адресный.

Н. ГЕВОРКЯН - Да, я думаю, что как человек уже был вполне сформированный и вряд ли сильно изменился. Я думаю, что должность, конечно, изменила его манеру поведения, наверняка. Нет, мне не легче отгадывать ребусы. Я, честно говоря, их не отгадываю. Я не сильно вижу ребусы. Потому что я не считаю, что это такая сложная субстанция наш президент, чтобы надо было думать над ребусами. Я их просто не вижу, поэтому мне кажется, что все понятно, как правило.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А что?

Н. ГЕВОРКЯН - Все. А что непонятно? Вот что неправильно? Я думаю, что совершенно понятно, почему он не поехал к героям Советского Союза.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Почему?

Н. ГЕВОРКЯН - Потому что испугался. Потому что неприятно. Потому что это же не с "Нашими" встречаться. Это другое.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это когда герои Советского Союза объявили стачку, забастовку. А чего испугался? Что стукнут по голове…

Н. ГЕВОРКЯН - Нет. А неприятно. Он не любит слушать неприятное. Кстати на этом основано все его отношение к прессе. Ему не нравится слушать неприятное, нет ребята, вы, конечно, комментируете, но чего же так прямо, вот так прямо. Он хочет слышать приятное. Вот ему говорит приятное Первый, Второй канал, он радуется я думаю. А неприятное. Почему, как можно было, скажите мне, я до сих пор Ельцину простить не могу, что во время ни одного из терактов он не появился, не сказал каких-то слов. Мне казалось, что это самое естественное, что можно сделать. Как можно было не появиться во время терактов. Когда это длится не час, не два, а это длится сутки, полутора, двое, как можно не появиться, как можно людям ничего не сказать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Галина пишет, что он знает, что делает. Тут еще сообщения, что президент знает, что делает.

Н. ГЕВОРКЯН - Ну не любит он неприятное.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Он что-то знает, что-то делает.

Н. ГЕВОРКЯН - Послушайте, все очень просто. Он не любит неприятных ситуаций. Он любит приятные ситуации. В приятных ситуациях он будет появляться. Вы его можете увидеть на корабле во время учений, когда все о’кей, а потом когда ракета какая-то не отстрелится, его уже почему-то нет. Ну, вот так устроен человек. Ему хочется, чтобы его имя, его пиарщикам хочется, ассоциировалось исключительно с позитивом. А с негативом не надо. А негатив случается с неприятной регулярностью.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Бог с ним. Будем надеяться на две вещи. Первое, что ребяточек, которые там сидят, солдатиков или офицеров, кто там сидит в этой штуке, что их спасут. Ясно, что для этого делается все.

Н. ГЕВОРКЯН - Я абсолютно с вами согласна. Я считаю, что плевать в данном случае на Кремль.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да. Через левое, бить по дереву.

Н. ГЕВОРКЯН - Да, я надеюсь, что просто люди, которые работают реально там сейчас и которые придумывают, вот что они смогут спокойно сделать свое дело и помочь людям.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Теперь коснемся другой темы. У нас есть такое правило, это я обращаюсь к жителю Московии, что такое Московия.

Н. ГЕВОРКЯН - Я знаю, канал есть такой на телевидении.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А, значит это житель телеканала Московия.

Н. ГЕВОРКЯН - Видимо да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Историк, его зовут Семен Ризен. Живет в Московии в телеканале. Он если убрать оскорбительную часть в отношении Радзиховского и Пархоменко, хотя я прочитаю, потому что ничего для них нет, они плевали на подобные завороты. Тем более что он историк. Такой он историк, как я Папа Римский. "Уважаемая Наталья! Сегодня многие, - слушайте внимательно, это для вас будет звучать как музыка, - наемники либерального агитпропа…

Н. ГЕВОРКЯН - Ох, елки.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ризен, вы великий человек, житель Московии, - подобно Радзиховскому и Пархоменко паникуют, - вот чего-то они паникуют. Можете себе представить Радзиховского, который паникует. Вы вообще себе это представить можете? Или Пархоменко.

Н. ГЕВОРКЯН - Пархоменко я еще могу. А вот Радзиховского.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Укоряют М. Ходорковского в "предательстве", пишут ему злобные отповеди. Каково Ваше мнение на этот счет?" Я напомню, что Ходорковский выпустил статью, в которой он говорит, что, только соединив с одной стороны левые идеи, то есть другими словами, будущее у России через вот такой посткоммунистический путь. И вот, по сути, житель телеканала Московия историк Ризен спрашивает, какое мнение ваше на этот счет.

Н. ГЕВОРКЯН - То есть я буду говорить ведь не о Пархоменко с Радзиховским, да? Потому что я, честно говоря, не видела…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да они в отпуске, они просто забили на это дело.

Н. ГЕВОРКЯН - Да. Пожалуйста. По поводу " Левого поворота" я скажу. Это вторая с половиной программа. Крупная политическая программа. Одну программу у нас издал, выдал на-гора Чубайс с либеральной империей. Будем считать, что в какой-то степени программные выступления были у Суркова, тоже, кстати, там перекличка есть и с Ходорковским. И вот третья это такое программное заявление Ходорковского. Я считаю, что он не прав. Но я считаю, что человек имеет право на такую позицию. Он так видит ситуацию. Чего тут клеймить или нет. И ничего он не предает на мой взгляд. Ему кажется, что Россия будет развиваться так, как шла.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, минуточку. Здесь есть важная вещь. Ему не кажется, что Россия будет развиваться так. Для этого тогда ваш комментарий не нужен. Важно, что он вдруг посчитал, что Россия должна так развиваться.

Н. ГЕВОРКЯН - Я бы не сказала так.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – И собственно об этом комментарий.

Н. ГЕВОРКЯН – Нет, так не получалось. Он анализирует ситуацию и говорит о том, что левое крыло, причем у него получается не просто левое, а левопатриотическое, потому что Рогозин там же. Нам нужно пройти через этот левый поворот, через эту ситуацию как проходила Восточная Европа, для того чтобы примирить справедливость и свободу и тогда у нас все будет хорошо. Я считаю, что мы не пройдем. Что мы пойдем не этим путем. Он считает, что мы пойдем этим путем. Это нормально, что он так считает. Я так не считаю. Я не вижу предательства ничего. Что, предательство в том, что он говорит, что давайте теперь все ринемся к Зюганову, Рогозину. Этого он не говорит.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это житель телеканала Московия Ризен называет это предательством. На самом деле никакого предательства здесь нет.

Н. ГЕВОРКЯН - Я не считаю, что это предательство. Я не считаю, что…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А чего он вдруг шарахнулся в эту левую идею, в такой я бы даже сказал, в спасительно-коммунистический ветер, который якобы должен чего-то здесь кого-то примирить. Кого здесь примирять.

Н. ГЕВОРКЯН - А куда шарахаться направо, Матвей? Мы можем шарахнуться направо, у нас на правом фланге вообще никого. На левом есть реально кто-то.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это кто, Зюганов?

Н. ГЕВОРКЯН - Тем не менее.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Или "Родина", кто?

Н. ГЕВОРКЯН - И Зюганов и "Родина" с его точки зрения. И по цифрам получается. У них довольно большой, извините за ваше любимое слово – электорат. А куда направо-то шарахаться? Ну, он бы сказал, о’кей, предположим, у него была бы идея другого правого. Но она не может воротиться. У нас нет права.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, поскольку сейчас модно такие конспирологические всякие истории заворачивать, как вы считаете, для чего он написал это письмо: а) чтобы не сидеть 9 лет, б) чтобы найти союзников, например, если он говорит, что коммунисты за вами будущее, говорит Ходорковский, то коммунисты как-то видят, например, своего будущего папу финансиста. К примеру. Мы же всегда ищем какую-то причину за поступком человека. Вот какую мы видим причину, вы видите причину за этим обращением к гражданам господина Ходорковского. Это же не просто он написал, или просто?

Н. ГЕВОРКЯН - Вы знаете что, конечно, может быть какой-то процент небольшой, что просто, потому что он сидит. Также может быть другая история. Вот человек, у него образовалось впервые за много лет очень много свободного времени. И он прочел дикое количество книжек. И он начал думать какими-то…, у него образовалось время, чтобы думать. Он стал выдавать какие-то свои идеи. Они, безусловно, носят ярко выраженный программно-политический характер. Предполагает ли это, что у него появятся союзники в этих взглядах – наверное, предполагает, что появятся. Но мне кажется, что он пытается думать и как-то предполагать будущее. И у него есть сейчас возможность этим заниматься, потому что обычно он, наверное, работал по 20 часов в сутки. А теперь вот.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте телефонный звонок послушаем.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Гоша. Мое уважение вашей радиостанции и присутствующим. Вопрос такой. Сегодня придворный телеканал отрапортовал, что поймали убийцу другого убийцы Солоника, причем преступление было в Греции совершено. Это раскрыли, преступника из Испании выслали сюда. Очень грандиозно. На фоне не раскрытых преступлений Старовойтовой, Листьева и других депутатов и общественных деятелей у нас что, авторитеты бандитские имеют больший вес и они важнее общественных деятелей и депутатов?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мысль понятна. Только давайте так скажем, что власти утверждают, что преступление Старовойтовой раскрыто. И вы знаете, что даже суд был по этому поводу. Вот как бы вы ответили? Почему у нас пацанов быстрее расследуют, чем депутатские убийства?

Н. ГЕВОРКЯН - Ну а почему у нас пацанов больше любят, чем олигархов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ответ. Мы сейчас давайте вместе послушаем новости и после этого возвращаемся сюда в студию и продолжаем обсуждать ваши телефонные звонки и главные темы сегодняшнего дня.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – В программе "Особое мнение" у нас Наталья Геворкян моя любимая из "Коммерсанта", с интереснейшими ее статьями можно ознакомиться в "Коммерсанте". Тут два сообщения. Кирилл пишет, они же все комментируют, понимаешь. Наплевать, что происходит там, в море, важно, что тут что-то говорится. "Ганапольский это хуже гражданской войны, приходится переключаться на другой канал", - Кирилл. Кирилл, врете, никуда вы не переключаетесь, а сейчас, дрожа прижимаете к себе радиоприемник, для того чтобы услышать настоящую правдивую информацию, которая на "Эхе" и происходит и которую здесь говорят специально для вас. Потому что везде в остальных местах вранье и дезинформация. Это первое. Потом еще Владимир, есть такой какой-то, я прочитал, он говорит: "Не поливай грязью наше государство". Володя, у нас с тобой разные государства. В моем государстве президент, как только что-то случилось, он вместе с народом, вместе он сразу появляется. Помните, я цитирую Архангельского, все время цитирую Архангельского. Александра Архангельского, который тут в эфире сказал самую замечательную формулировку патриотизма. И не устану цитировать. Патриотизм это когда гордишься успехами и умеешь брать на себя ответственность за неудачи. Так вот у нас получается только первая часть, а в твоем государстве, Володя, там, наверное, все хорошо. Но в любом случае спасибо за рейтинг. Самое главное, ты нас слушай. Хотя бы недоволен. Нет, я это не к Путину обращаюсь, я к этому Володе обращаюсь. Путин это Владимир Владимирович. Теперь какое событие произвело на вас, Наташа за эту неделю самое большое впечатление. Все-таки итог недели. Финал недели.

Н. ГЕВОРКЯН - Помимо сегодняшней ситуации с лодкой, конечно, история я считаю с разбойным нападением на поселок "Пятница". Где решили, что надо все снести на фиг и людей…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте поясним. Я тут даже написал точно, где это находится, деревня "Пятница" Солнечногорского района, где согласно решению природоохранных всевозможных инстанций все эти домики, они построены правда 20 лет назад, но срок истек, все суды проиграны, они построены слишком близко к воде. Поэтому подчеркиваю, решениями всех судов они должны быть снесены.

Н. ГЕВОРКЯН – Правильно, но когда они строились, они получили разрешение соответствующих всех государственных инстанций, что вот они тут могут строиться. А государство с государством отношения не выясняет. А выясняет сразу с собственником. Я вам хочу сказать, что эта ситуация гораздо интереснее, чем просто ситуация маленького поселка дачного, где живут люди. Там живут, вот это важно, там живут, это не Рублево-Успенское шоссе и не Сосновка один, два, три, четыре, пять. Это небольшой дачный поселок, где живет в лучшем случае средний класс. Люди, которые копили на эти домики, на вот это все. Это люди, которые… это не новые русские, вот это мы с вами все господа, собственно. Когда-то кто-то очень правильно сказал, что власть она должна совершить набор своих ошибок. Вот так ей отведено. Вот ошибка, которую совершили, наехав, потому что это был абсолютный наезд с маски-шоу, с ОМОНом, наехав на средний класс, это очень серьезная ошибка. Потому что я должна вам сказать, что если завтра они скажут: ребята, приходите, давайте будем митинговать и устроим тут майдан по этому поводу. Все, у кого есть эти участки, на которые вы копили, откладывали деньги, вот такие же, как вы приходите. Соберется дикое количество людей. Когда они посадили олигарха, народ радовался. А теперь они наезжают на народ. И это очень серьезная ошибка. Я рада, что власть ее совершила. Она была неминуема. Потому что нельзя наехать на богатого, а на среднего не наехать. Так не бывает. Соответственно будут наезжать. Второе событие, конечно, вся история с ABC, которая тут тоже вихрилась всю неделю и продолжает как-то…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Интервью с Басаевым.

Н. ГЕВОРКЯН - Да. Это тоже конечно история, которая очень любопытная, она тоже мне была интересна. Но по этому поводу уже столько сказано.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вы по этому поводу не говорили. Давайте с другой стороны посмотрим. Вот стоило ли Бабицкому брать это интервью?

Н. ГЕВОРКЯН - Я говорила, я написала колонку в "Газете.ру", если кого-то это интересует. И написала, что если бы я встретила Басаева на тропе горной, то даже если бы мне очень хотелось достать пистолет, я бы достала микрофон и задала бы ему кучу вопросов. Пистолет я не могу достать, несмотря на то, что Басаев абсолютное зло в моем представлении, потому что я журналист и не имею право брать в руки оружие. А микрофон это мое оружие. Я бы задала ему много вопросов, и я бы, безусловно, взяла у него интервью. А уж теперь, где бы оно вышло и вышло бы вообще, это другой вопрос.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте послушаем телефонные звонки. Добрый день. Говорите.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Александр, я из Москвы. Скажите, пожалуйста, мы всегда говорим о двойных стандартах и очень сами серьезно страдаем от сепаратизма. Но в то же время сами активно помогаем сепаратистам в Грузии, Молдавии, Карабаха. Не могли вы объяснить…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно. Твой комментарий.

Н. ГЕВОРКЯН - А я не поняла, кому мы помогаем.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ - Слушатель Александр говорит, что мы говорим о двойных стандартах. А сами помогаем сепаратистам. Он называет Абхазия, Южная Осетия, Карабах и так далее. Вот такая тема.

Н. ГЕВОРКЯН - То есть, почему мы собственно сами помогаем сепаратистам, если так не любим… Потому что мы это называем политикой. А вот когда они помогают сепаратистам, мы это называем – они помогают сепаратистам. Потому что он же сам сказал: двойные стандарты. Я ужасно не люблю это выражение. Это такая политика.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Еще один телефонный звонок. Алло. Говорите, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Это Петр из Америки.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ваш вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ – Мой вопрос в отношении дач. В Америке я строю дачу около озера на расстоянии 20 м. Неужели там этот Митволь или как его, такой тупой, надо сначала по-русски все снести, а потом дело делать. Надо было заставить людей сделать канализацию, отбор этих нечистот…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я вас понял, легко из-за границы советы давать. А суть в другом. Просто внимательнее слушайте новости. Там суть в том, что дома стоят слишком близко к воде. Это запрещено российским законодательством. Причем прошли все суды. Кроме того, у них истекла аренда этого земельного участка. Короче говоря, по закону все правильно. По закону надо сносить. Но у нас же говорится: судить себя по закону, аль по совести. Вот в России разыгралась нешуточная драма.

Н. ГЕВОРКЯН - Можно я отвечу господину из Америки. У нас очень простая возможность выяснить, что будет дальше. Потому что кому-то это прелестное место у водохранилища Истринского достанется. И вот когда мы поймем, кому достанется, нам будет очень легко объяснить, почему это произошло. Вот собственно вся история.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо. Спасибо большое, Наталья. Будем надеяться, я не знаю, что в этих случаях…

Н. ГЕВОРКЯН - Пальцы, стучим по дереву. Плюем через левое плечо.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Стучать по дереву и так далее.

Н. ГЕВОРКЯН - Будем надеяться.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Есть матросы, и там, наверное, офицеры, которые находятся сейчас и которых вытаскивают. Будем молить Бога, вот просто так скажем, будем молить Бога, для того чтобы они выжили. Вот это единственное, чего сейчас хотят, наверное, все, кто в курсе этого события. Наталья Геворкян была у нас в гостях.

Н. ГЕВОРКЯН - До свидания. Спасибо.