Ольга Романова - Особое мнение - 2005-06-08

С. БУНТМАН – Добрый вечер. Ольга Романова сегодня с вами. Оль, добрый вечер.

О. РОМАНОВА – Добрый вечер

С. БУНТМАН – Наш пейджер 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы», телефон 969-23-72. Можете пользоваться этими средствами связи. Кое-что есть в Интернете. И на свете, главное, есть тоже кое-что. Например, новые занятия культурой. Сегодня докладывали и министр, и главы агентств.

О. РОМАНОВА – Обратите внимание, каждое заседание по культуре, что в правительстве, что в Госдуме… Последний совет по культуре в правительстве в декабре прошлого года – мы не устаем его цитировать, не устаем цитировать Шойгу, министра обороны Иванова, который сказал тогда про книжку, что солдаты начитались книжек и пошли убивать.

С. БУНТМАН – И что нет в России писателей, которых можно было бы читать.

О. РОМАНОВА – И ровно то же самое сегодня.

С. БУНТМАН – Ну а что сегодня? Сегодня говорили о финансировании, в основном. Сегодня говорил о беде Швыдкой. Говорил о разных негативных явлениях, всевозможных.

О. РОМАНОВА – О, как! Расстрелять!

С. БУНТМАН – Нет, нет.

О. РОМАНОВА – Ты сказал «нэгативных явлениях».

С. БУНТМАН – Он говорил, например, хорошая передача сто лет держится уже - «Спокойной ночи, малыши».

О. РОМАНОВА – А, это видимо к избранию сенатором от Тульской области ведущей «Спокойной ночи, малыши».

С. БУНТМАН – Как все сложно, я и не углядел такое вот.

О. РОМАНОВА – Сегодня появились сообщения, что в свете конфликта сенатора и, по-моему, главы Закса Тульской области, одного сенатора отзывают. И Центральный федеральный округ, и лично товарищ Полтавченко рекомендует на пост сенатора Тульской области Оксану Федорову – ведущую программу «Спокойной ночи, малыши».

С. БУНТМАН – Мисс Вселенная.

О. РОМАНОВА – Она же.

С. БУНТМАН – Да. Но я как-то эти два факта не связал. По отдельности я их знаю, но я их не связал.

О. РОМАНОВА – Раз было упомянуто «Спокойной ночи, малыши», я думаю, все-таки это…

С. БУНТМАН – Да нет, там, наверное, своя история. А с исключением ОРТ и бедой спутника… О том, что каждую минуту может треть страны остаться без Первого канала.

О. РОМАНОВА – Я, честно говоря, ничего ни поняла из этих слов, вообще ничего не поняла. Как, во-первых, этот спутник, выработавший четыре ресурса, и который может упасть… Кто его запускал? Во-вторых, почему успешный канал ОРТ, с огромной прибылью, с рекламой…

С. БУНТМАН – Первый, он больше не ОРТ.

О. РОМАНОВА – Первый канал. Почему этот Первый канал, действительно успешный, самый успешный из российских каналов по показателям… Я понимаю, что есть схема финансирования, закрепленная какими-то законами, постановлениями, упражнениями и еще чем-то там. Почему он не может из своей прибыли обеспечить ну хоть что-нибудь?

С. БУНТМАН – Наверное, это разные вещи. Я понимаю, что можно всегда говорить, сколько вы заработали на «Ночном дозоре», еще на чем-нибудь вроде «Турецкого гамбита», могли бы и спутник себе прикупить.

О. РОМАНОВА – Могли бы, но, ты же понимаешь, этот спутник надо кому-то сделать, не факт, что он будет летать лучше.

С. БУНТМАН – Нет, ну естественно. Но мне кажется, здесь слишком прямая связь. Вообще-то, когда говорят о печальном состоянии телевидения, здесь, наверно, много вещей есть. И почему у государственного печальное состояние, если государство само все обеспечивает и сдает в аренду массу всяких вещей? Я не понимаю.

О. РОМАНОВА – Вы знаете, я была в эти выходные в Тверской области в поместье Вульфов. Там было собрание очень большое во главе с губернатором, посвященное, естественно, дню рождения Пушкина. И было ужасно скучно. Я пошла непосредственно в сам дом, в имение. У меня волосы встали дыбом. У меня такое ощущение, что Мамай там прошел вчера, не 60 лет назад, когда там могли быть немцы (наверняка были). Причем я спросила экскурсовода, были ли здесь немцы. Она сказала - я не знаю. Это экскурсовод! Это ужасающее состояние, и здесь же рядом стоит губернатор, его помощник, какой-то областной бизнес. Наверняка это как-то можно финансировать, да? Это Пушкин, это имение. Это Мамай прошел! Это тоже к тому же, к ОРТ. Неужели у нас нет денег вот на это, на потрясающую усадьбу?

С. БУНТМАН – А у кого должны быть деньги?

О. РОМАНОВА – Я бы здесь все-таки разделила. Деньги должны быть у государства на социальные нужды, прежде всего, на поддержание правопорядка и армию, и судебную систему, ни от кого не зависимую. И на ту культуру, которую нельзя отдать в частные руки.

С. БУНТМАН – А какую культуру нельзя отдать в частные руки? Кстати, о приватизации памятников культуры.

О. РОМАНОВА – Давний же спор, очень давний спор. Насчет Первого канала. Сколько уже речь идет о том, что должно быть общественное телевидение. Общественное телевидение в принципе может существовать на деньги общества, но это не честно. Общественное телевидение может существовать за деньги общества, а это не то же самое, что налогоплательщики. Это плюс добровольные какие-то пожертвования. Да?

С. БУНТМАН – Но так не просуществуешь.

О. РОМАНОВА – Особо не просуществуешь. Но должен быть прописан какой-то механизм? Этому спору уже много лет, что должно быть общественное телевидение помимо государственного.

С. БУНТМАН – И частное.

О. РОМАНОВА – И частное, конечно, частное.

С. БУНТМАН – То есть три формы ясно видим.

О. РОМАНОВА – Мы ясно видим три формы. Но при этом гораздо яснее видим одну форму.

С. БУНТМАН – Нет. Ну а приватизация памятников культуры. Отдать усадьбу, или дом, или что-то еще подобное, или парк. Отдать людям с определенными обязательствами. Кто купит, пусть заботится.

О. РОМАНОВА – Мне кажется, этот спор бессмысленен.

С. БУНТМАН – Это не спор, это почти решение.

О. РОМАНОВА – Пока в Москве, в центре, в столице нашей Родины, много лет продолжается эта вакханалия: сносятся военторги, сносится гостиница «Москва» - все это сносится. И совершенно все равно: частное это или государственное. Не то, что есть закон, а есть желание, надо чего-то построить. Может сколько угодно Министерство культуры или агентство кричать: «Лужков! Руки прочь от Военторга!» Обкричись! Обкричись!

С. БУНТМАН – Но с другой стороны, если передать в частные руки, может это действительно нормальная будет вещь? Человек возьмет усадьбу, будет там жить в каком-то доме в отдалении, в парке, или в самой усадьбе, будет жить с определенными обязательствами. Это должно быть реставрировано, это должно поддерживаться в хорошем историческом состоянии.

О. РОМАНОВА – Я не так давно видела сюжет по телевидению, я не помню, по какому каналу, замечательный сюжет про потомка Лермонтова, который выкупил усадьбу своего пра-пра-пра-пра-пра- в Подмосковье и восстановил ее. Я не знаю, насколько он это законно сделал. И речь шла о том, что усадьба восстановлена, и он готов туда пускать экскурсии. Но он там тоже живет, поэтому вполне это ограничено. Насколько окружение (понятно – деревни вокруг), там идет война между новым барином и крестьянами.

С. БУНТМАН – Это тоже элемент исторического фольклора.

О. РОМАНОВА – Это тоже элемент исторического фольклора, но это война с поджогами, с угрозами. И бедный помок Лермонтова! Я очень хорошо помню, он сказал, что если бы я понимал, с чем я столкнусь…

С. БУНТМАН – А казаков вызвать из города?

О. РОМАНОВА – Из Ростова?

С. БУНТМАН – Из любого. Должны же усмирять как-то народный бунт.

О. РОМАНОВА – Народный бунт – штука тонкая.

С. БУНТМАН – Хорошо. Народный бунт. А то здесь получится, что у одного есть все, а другие вокруг обездоленные крестьяне, исполненные горя и зависти. Так что же вообще ничего не приватизировать? И все будет у государства и будет погибать?

О. РОМАНОВА – Нет. Конечно, надо приватизировать. Но это просто такая тонкая сфера. Она гораздо тоньше, чем раздать нефтянку в частные руки. Часто бывает обидно, часто бывает несправедливо. Но, в конце концов, бог дал, бог взял, я имею в виду российские партии, правительство, у которых тоже меняется настроение. Все-таки памятники, на них безумно жалко смотреть, в каком они состоянии сейчас у государства. Но хочется очень верить, что новый собственник, помимо того, что отреставрирует, будет там жить, условно говоря, будет пускать экскурсии, наладит чудное совершенно общение с крестьянами, вокруг живущими, с рабочими, колхозниками и т.д. Восстановит ли он так, как доктор прописал? А не построит ли сауну?

С. БУНТМАН – Можно обязать. Чтобы не ходить по кругу, можно обязать. В общем-то, это делается в разных странах, которые переживали чрезвычайно бурные революции.

О. РОМАНОВА – Хотелось бы. Во Франции. Ты лучше знаешь Францию, лучше многих. Замки в частных руках, которые сейчас сдаются в аренду, и поддерживается там все, потому что без духа старины, без того, что там сохранилось, это просто не возможно.

С. БУНТМАН – Ну естественно, они с одной стороны принимают на себя обязательства, а с другой стороны они пользуются многочисленными льготами, притом, что они реставрируют. Но это еще отдельный разговор. Такая позиция, Оль, это типичная позиция мятущегося российского интеллигента.

О. РОМАНОВА – Да, да. Я мятущийся интеллигент, но что делать. Сама от этого страдаю.

С. БУНТМАН – Давайте сейчас других интеллигентов мятущихся послушаем. 969-23-72. И сейчас мы послушаем телефонный звонок. Алло. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день, Сергей, добрый день, Ольга.

С. БУНТМАН – Да, добрый день. Как вас зовут? Откуда вы звоните? Задавайте вопрос, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Из Москвы. Хотелось бы задать Ольге вопрос как к представительнице слабого пола, она ухаживает за собой. Как она относится к косметике, которая не прошла клинические испытания, которую рекламируют, скажем так, разные средства массовой информации?

С. БУНТМАН – Понятно. Спасибо. Вы хотите испытывать косметику на животных? Я на вас напущу Бриджит Бардо и еще кого-нибудь!

О. РОМАНОВА – Руки прочь от животных! После истории, которую, наверное, знает вся страна, с Оксаной Пушкиной. Слава богу, что Оксана нашла в себе мужество сделать эту историю публичной. Я не знаю, решилась бы я сделать эту историю публичной. После того, сколько мы получаем, несчастные, аллергии. Что там косметика, а сколько лекарств рекламируют по телевидению? Как говорится, есть такая печальная шутка. Есть лекарства от всего, кроме одного – от глупости. Не верь рекламе. Вот, собственно, ну что тут можно сказать!

С. БУНТМАН – Но с другой стороны, должны быть какие-то последствия у всех этих вещей. Хорошо. Есть лицензия, заверяют, клянутся, рвут тельняшки, что проходили испытания люди. Они должны понести какое-то наказание. Потому что это скандал потребительский! Сколько вчиняют и табачным компаниям, и другим везде в мире за принесенный ущерб.

О. РОМАНОВА – Везде в мире, да. У нас есть скандалы с табачными компаниями, хоть один?

С. БУНТМАН – Один был у нас. Один был за последнее время.

О. РОМАНОВА – И чем дело кончилось?

С. БУНТМАН – Ну, договорились, по-моему.

О. РОМАНОВА – Вот.

С. БУНТМАН – Договорились - это тоже дело, кстати говоря. Но это было публично.

О. РОМАНОВА – Паленая водка опаснее, чем косметика? Не опаснее, чем косметика, но из той же серии. Извините, а что сейчас происходит в Ржеве – паленый лимонад. Это уму не постижимо – паленый лимонад!

С. БУНТМАН – Что делать, Оля, если не говорить: «Ах! Как так у нас все! На это у них деньги есть!» Что делать? Надо вчинять иски?

О. РОМАНОВА – Мне кажется, здесь дело в судебной системе. Если был всего на всего один судебный иск по поводу табачных компаний. Я человек интересующийся, я об этом не слышала, честное слово. Это ровно то же самое. Извините, если я отвлекусь в другую сторону. Это звенья одной цепи. Когда шли суды над людьми, которые взорвали дома в Москве и Волгодонске, хоть кто-нибудь об этом слышал? Почему об этом не кричали на весь мир? Про суд над табачной компанией я слышу первый раз, хотя сижу в информационном поле все время.

С. БУНТМАН – Иск был.

О. РОМАНОВА – Иск, да. Это к судебной системе, состояние которой мы знаем чудесно. Можно подавать иск на что угодно.

С. БУНТМАН – Нет, ну судебную систему тоже надо тренировать.

О. РОМАНОВА – Надо тренировать.

С. БУНТМАН – Я помню, в самые еще глухие времена подала ведь Галина Васильевна Старовойтова на газету «Правда» и с испугу выиграла (с испугу их). Подала! Так что, может тренировать их надо?

О. РОМАНОВА – Давайте даже не посмотрим, а поддержим сейчас. Оксана Пушкина, я надеюсь, что она выиграет. Если что, хотелось бы, чтобы это не было продолжено.

С. БУНТМАН – Давайте будем следить. 969-23-72. Алло. Мы вас слушаем. Добрый день. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый день. Георгий Васильевич. Москва. Вот вы говорите, нет денег на культуру у государства. Давайте посмотрим. Согласно информации «Новой газеты» сумма президентских представительских на 5 лет составляет приблизительно…

С. БУНТМАН – Сразу предложение: представительские сократить.

СЛУШАТЕЛЬ – Прогулочный флот президента, стоимость его – 50 миллионов, мегаяхта президентская, построенная в 2003-м…

С. БУНТМАН – Понятно. Идея понятна. Хорошо. Спасибо. Сократить представительские, президентские и прочие.

О. РОМАНОВА – Вы знаете, я сразу вспоминаю старый мой любимейший анекдот. Я, кстати говоря, не разжигаю межнациональную, межконфессиональную рознь.

С. БУНТМАН – Все сразу насторожились.

О. РОМАНОВА – Сразу хочу сказать, это просто анекдот. Когда спрашивают: «Святой отец, батюшка, а вот скажите, почему в католических храмах всегда служба идет под орган, клавесин, клавикорды, а у нас, у православных, все больше хор, хор?- Знаешь, сын мой, талант, его не пропьешь, а вот клавесин – запросто!»

С. БУНТМАН – Но мне это напоминает другое. Маман решила отдать все свои старые фраки старикам. Здесь нет этой связи между яхтами президента и культурой.

О. РОМАНОВА – Да нет, почему, связь прямая. Яхта президента – это талант. Это трогать нельзя! По нашему, по российскому: здесь святое. А это клавикорды.

С. БУНТМАН – Так значит, хорошо, что не финансируют, все равно бы разворовали?

О. РОМАНОВА – А мы же знаем, что так оно и есть.

С. БУНТМАН – Ну ладно. 969-23-72. Алло. Слушаем вас. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ – Я из Флориды. Меня зовут Михаил. У меня вопрос есть. Задаю вопрос двоим ведущим. Почему в Германии нет проспекта Гитлера, нет площади Геринга, а почему в России остался проспект Ленина?

С. БУНТМАН – Спасибо, я вас понял.

О. РОМАНОВА – Вознесенский: «Не надо улиц переименовывать, постройте новые – назовите!» Ну все сказано.

С. БУНТМАН – А что, можно с этим жить?

О. РОМАНОВА – С улицей Ленина? «Просто я живу на улице Ленина, и меня напрягают время от времени». Мне неприятно было бы жить на улице Ленина, но при этом я совершенно не понимаю, в чем провинился товарищ Рылеев, у которого отобрали улицу и назвали Гагаринский переулок. Я понимаю, что вернули имя. Я не понимаю, чем провинился товарищ Герцен (Никитская). Ну хорошо, хорошо. А улицы Ленина остались. Я бы оставила и памятники Ленину, и улицы Ленина. Оставила так же, как оставила бы, наверно, в 18-м году памятник Александру II Освободителю и прочие памятники. В том числе, Ермолову оставила бы памятник. Эти памятники должны просто напоминать, и имена должны напоминать.

С. БУНТМАН – Тогда у меня сразу вопрос, Оля. Сегодня я примерно такой вечером буду задавать на «Эхе Москвы», в программе «Ищем выход» мы о памятниках будем говорить. Вопрос такой. Может быть, стоит, сейчас масса памятников этих валяется, может, за исключением Дзержинского, но это мое личное, может быть стоит их просто восстановить сейчас.

О. РОМАНОВА – Да нет. Снесли и снесли. А то, что стоит – пусть стоит! Мы, снося памятник Ленину, или переименовывая улицу, вы знаете, я девушка правых убеждений, но я хотела бы найти всегда общий язык с левыми. Я хотела бы искать этот общий язык, чтобы мы могли встретиться за одним общим столом и поговорить об этом. Почему нет? Если у вас в эфире Проханов, Доренко, я их слушаю, мне интересно их мнение. Я поняла, что не разделяю какие-то ленинские принципы, я их не разделяю. Ну и что? Это не повод драться.

С. БУНТМАН – Встретимся в баре на углу Берии и Жертв культа личности. Да? Чтобы все было в порядке. Главное, чтобы мы могли спокойно там сидеть в баре, дискутировать, и никого бы из нас не повязали. Так?

О. РОМАНОВА – Хм… Да пожалуй, так.

С. БУНТМАН – Ольга Романова. Пожалуйста. 969-23-72. Алло. Мы вас слушаем. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый день. Меня зовут Валерий. Город Одинцово. У меня предложение. Не знаю, у вас или по «Маяку» по поводу 20 миллиардов на введение новых паспортов. Это на все 140 наших миллионов более 100 долларов получается. На каждый памятник это 20 тысяч памятников получается. Заодно и здесь проверите, сколько они стоят.

С. БУНТМАН – Понятно, спасибо. Не считал я, сколько стоит паспорт, Оля. Но паспорта новые вводить надо, в особенности, по международным стандартам новым.

О. РОМАНОВА – Надо, но зачем их вводили только что? 2 года назад закончилась эта бодяга с паспортами. Я не очень хорошо понимаю, почему их надо менять?

С. БУНТМАН – А тогда терроризма не было такого.

О. РОМАНОВА – Как это не было?! 2 года назад было 11-е сентября и взрывы домов в Москве.

С. БУНТМАН – Так 2 года назад только закончились. А началось-то когда еще, при президенте Горохе еще началось.

О. РОМАНОВА – И что, теперь паспорта меняют?

С. БУНТМАН – Конечно, их бесконечно меняли, а теперь опять будут менять. Я имею в виду, что совершенно необходимо будет менять и выдать паспорта международного образца. Другое дело, зачем нужны внутренние и внешние? Вот это никому не понятно.

О. РОМАНОВА – Во-первых. А во-вторых, какое раздолье для женщин и мужчин, каждый год – полтора вступающих в новый брак. Да? Каждый раз – новый паспорт и каждый раз он чист. Как хорошо! Это замечательная вещь.

С. БУНТМАН – Ради одного этого только стоит затеять эту эпопею.

О. РОМАНОВА – Я думаю, ради этого она и затеяна.

С. БУНТМАН – Точно. Кому-то на верху это было нужно, или кто-то проплатил. Последний вопрос в этой части программы до кратких новостей. 969-23-72. Алло. Добрый вечер. Таинственный наш незнакомец.

О. РОМАНОВА – Тогда я вернусь к памятникам. В воскресенье я видела в городе Твери памятник Калинина. Я была совершенно счастлива, потому что Калинин стоял рядом с Карлом Марксом, и было понятно, что власти за Калининым не следят. Он был до пояса белый от птичек, от голубей. Мне, честно говоря, было приятно, я бы на этот памятник любовалась с большим удовольствием. Калинина я всю жизнь недолюбливала. И этот памятник, мне кажется, пусть он стоит.

С. БУНТМАН – Хорошо. Может, тогда дедушку-Калинина снова поставить на Воздвиженке, где он стоял?

О. РОМАНОВА – Нет, нет. А зачем трогать? Вот трогать зачем?

С. БУНТМАН – Чтобы белый был, чтобы приятно смотреть.

О. РОМАНОВА – Да не трогайте вы памятники.

С. БУНТМАН – Хорошо, не буду. Да. Два слова. Еще два впечатления от Твери. Ольга Романова была там, где все начиналось.

О. РОМАНОВА – Да, это было потрясающе. Во-первых, машину мы остановили, милиционеры проверили документы. Проверив документы, хотя там не было написано, кем я работаю, сказали: «Так, вот вам сразу сюда, рюмочная «Лондон», это здесь». И самое смешное, что улица Новоторжокская, которая, собственно, и послужила первоисточником возникновения «Байкалфинансгрупп», рядом с ней ее продолжает улица Пичугина. Тверь – отличный город. И там самый симпатичный памятник Карлу Марксу.

С. БУНТМАН – Это тот, который рядом с Калининым?

О. РОМАНОВА – Рядом с Калининым. Это большой холодильник, такая голова лубочная такого пухленького ангела. У него усы кверху закручены, кругом кудряшки, кудряшки, кудряшки и малоизвестная цитата из манифеста, такая незатасканная. Это прэлесть, что такое! Такие памятники нельзя трогать. Мне кажется, Карл Маркс за все пусть стоит.

С. БУНТМАН – Хорошо. Пусть стоит. И я для слушателей «Эхо Москвы» еще напомню, что о памятниках в связи с тем, что вчера открыли памятник Александру II… Кстати, хорошо, что его сделали?

О. РОМАНОВА – Хорошо. Только мне жалко, что открывал его почему-то Зураб Церетелли, а не его автор – Рукавишников. Я бы хотела восстановления справедливости.

С. БУНТМАН – Понятно. Так вот, сегодня вечером будет у нас передача «Ищем выход» как раз о памятниках. Мы с вами расстаемся на 5 минут. Я пока обязуюсь просмотреть все, что вы прислали нам на пейджер 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы». И снова вы будете задавать вопросы Ольге Романовой, а она отвечать в программе «Особое мнение». Через 5 минут встречаемся.

НОВОСТИ

С. БУНТМАН – Ольга Романова сегодня отвечает на ваши вопросы. 969-23-72 – это телефон. И 961-33-33 для аб. «Эхо Москвы» - это пейджер. На пейджер пришли некоторые такие вдогонку, как всегда приходят, к вопросам, которые мы обсуждали. Например, Светлана Ивановна у нас говорит: «В то время, когда 1/3 России угрожает отключение Первого канала, появляется англоязычный «Russia Today». Что это такое? Будем пускать пыль в глаза?» - пишет нам Светлана Ивановна.

О. РОМАНОВА – Не знаю, трудно пока сказать, пока мы не увидим продукта, все-таки не удобно критиковать работу коллег, тем более, Маргарита Симоньян, главный редактор, она была очень неплохим репортером, а 26 лет… То есть пол, возраст и национальность, это еще не повод для критики, как мы знаем. Другое дело, что есть, конечно, опасение, возникающее уже, немножечко имея опыт, что, во-первых, 30 миллионов не хватит никогда ни на какой качественный канал. Где будут брать деньги? У меня вопрос. Будут ходить по «Газпрому», по «Роснефти», по среднему бизнесу и собирать деньги, как собирали на наших губернаторов.

С. БУНТМАН – Дань собирали.

О. РОМАНОВА – Где будут брать деньги и чьим именем, подо что? Во-вторых, какого качества будет продукт? Лесин – советник президента. Лесина мы хорошо знаем, Михаила Юрьевича, помним, и я думаю, не забудем никогда. Он будет курировать проект. Поэтому у меня есть большие опасения.

С. БУНТМАН – А может, там будет реклама русских брэндов на английском языке?

О. РОМАНОВА – Русских брэндов? «Пейте квас! Пейте пиво пенное!»

С. БУНТМАН – Да, да, именно, только все по-английски.

О. РОМАНОВА – Ну что ж, это было бы замечательно. Вряд ли Я все-таки надеюсь, так как они разместили объявления о наборе на работу на этот канал в газете «Guardian» и не разместили объявление в «Московском комсомольце» и в любой русскоязычной газете, имеется в виду, что на работу будут принимать англоязычный персонал, профессионалов и это будет 80 % «стаффа». А теперь я хочу представить, как Алексей Алексеевич Громов, пресс-секретарь президента Российской Федерации, звонит Биллу Джонсу и говорит: «Значит так, Билл, это читаем, это не читаем, здесь рыбу заворачиваем. Это мы опустили, на это обрати внимание особенное, а этого и этого вычеркивай из разряда ньюсмейкеров. Я хочу это видеть». Вот интересно, вдруг Билл Джонс скажет: «Хорошо, Алексей Алексеевич, я хотел бы это видеть». Он скажет: «Ни за что, Алексей Алексеевич, я тоже хочу это видеть». Любопытно.

С. БУНТМАН – Я думаю, как у Пушкина – англичанин сказал: «Оу!» Вот и все. Да, спасибо вам, Дмитрий, что вы напоминаете, что Ленинский проспект и сам – результат переименования Большой Калужской.

О. РОМАНОВА – Так уже не трогайте! Сколько же можно туда – сюда гонять?

С. БУНТМАН – Все, мы уже договорились об этом. «Оставлять старое название, перечеркнув его красной чертой», - Людмила Петровна, дорогая моя, мы предлагали. Это есть сейчас невнятные таблички на многих улицах в Москве, это опять же отдельный разговор. Я считаю, что нужно было. Вы видели, в разных городах мира по пять табличек, города за несколько веков. 969-23-72.

О. РОМАНОВА – Поэтому отмечаем 750-летие Калининграда. Я вообще не понимаю, у меня в голове не укладывается, что такое «750-летие Калининграда»? Это кого, простите?

С. БУНТМАН – Калининграда. Да. Военачальники Калининградской области.

О. РОМАНОВА – Либо 60-летие Калининграда, либо 750-летие Кёнигсберга. Определитесь!

С. БУНТМАН – Там же было как раньше единственная ошибка Британской энциклопедии. Что Ленин умер в Нижнем Новгороде, потому что было написано «Горки», они посчитали, что это в Горьком он умер. Так. Все. Звоним и отвечаем. Алло. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ – Алло. Добрый вечер. Валерий. Москва. У меня такой вопрос к вам как к нормальным людям по поводу памятников.

О. РОМАНОВА – Спасибо большое за нормальных людей. Редкий случай.

СЛУШАТЕЛЬ – Вы бы могли с кувалдой подойти и разбить, ну, допустим, бюст Сталина или бюст Ленина? Это к тому вопросу, о чем мы говорим.

О. РОМАНОВА – Я могла бы подойти к бюсту Сталина, и если он стоит в школе, как это, по-моему, в Нижнем Тагиле есть, пойти с кувалдой в кабинет директора, а не к бюсту. А этого Сталина аккуратненько снесла в музей с соответствующими пояснениями, что это была экскурсия, было сказано, что вот такие бюсты стояли по всей стране, например, в нашей тагильской школе, это безобразие, потому что сейчас он стоит здесь, где ему и место. В музее – да. Музей тоталитарного искусства должен быть.

С. БУНТМАН – Старые памятники и сталинские изображения, их свозили ведь в Троице-Сергиеву Лавру, насколько я понимаю, там, в одну из башен.

О. РОМАНОВА – Как раньше свозили иконы…

С. БУНТМАН – Да, да, да, там хранятся. Ну, вы меня озадачили. Вы знаете, наверное, очень бы хотелось, но удержался в том, что касается бюста Сталина, если бы я понимал, что это произведение искусства, а это я так должен понимать. По идее, наверное, нет, но очень бы хотелось бы.

О. РОМАНОВА – Хотелось бы.

С. БУНТМАН – 969-23-72. Мы вас слушаем. Алло. Как вас зовут? Откуда вы нам звоните?

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день. Меня зовут Виктор, я звоню из Нью-Йорка.

С. БУНТМАН – Хорошо. Задайте вопрос, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ – Вопрос у меня такой. Почему-то я не видел большой демонстрации. И меня мучает больше, чем все вопросы, когда президент России стоял за руку с бандитом и еще наградил потом его звездочкой героя…

С. БУНТМАН – Кого вы имеете в виду?

СЛУШАТЕЛЬ – Рамзана Кадырова.

С. БУНТМАН – Это вас возмущает? Почему никто не возмущался, вы считаете. Ну возможно, возмущались.

О. РОМАНОВА – Возмущались, возмущались. Обратите внимание, позавчера, во вторник герои Советского Союза митинговали…

С. БУНТМАН – И герои России.

О. РОМАНОВА – …митинговали у Горбатого моста против отмены льгот и замены их 20 тысячами рублей. И вообще отмена статуса. Я так понимаю, что черт с ними, с деньгами. Люди воевали не за деньги, не за 20 тысяч рублей в месяц. И там очень много было сказано о том, ветераны, герои России Чеченской войны тоже не понимают, почему им дали Героя России за войну в том числе с войсками, который возглавлял и Рамзан Кадыров, и его отец Ахмад Кадыров. И почему Рамзан Кадыров тоже герой России. Они спрашивали, они этого не понимали. Я тоже спрашивала, я этого не понимаю.

С. БУНТМАН – Ну. На самом деле это понятная вещь.

О. РОМАНОВА – Может быть, это имело отношение к тому, что называется национальным примирением? Примирить российский и чеченский народы. Тогда зачем воевали? Я ничего не понимаю.

С. БУНТМАН – Или прикармливание.

О. РОМАНОВА – И это им чудно удалось. Чечня прикормлена. Да, прикормлена. Сейчас разрабатывается и будет уже скоро подписан договор о разграничении полномочий между Российской Федерацией и Чечней. Я видела несколько проектов. И это потрясающе. Ельцинское «берите суверенитета, сколько унесете» просто рядом не стояло. Чечня просит освободить от налогов, оставить все доходы от нефти, сделать свободную экономическую зону, сделать так, чтобы ни войска Кадырова, никакие ведомства Республики не подчинялись ведомственному центру. Все свое, свое, свое, и т.д., и т.п. Ну, это такое прикармливание очень опасное, которое возвращает нас на ситуацию 90-го, 91-го года.

С. БУНТМАН – А может, 96-го, 97-го даже.

О. РОМАНОВА – Тогда не понимаю, чем был хуже Хасавюртский мир?

С. БУНТМАН – А вот это уже другой вопрос. Ольга Романова. И мы завершаем сегодняшний выпуск программы. «Особое мнение» будет еще с Александром Прохановым. Будет у нас сегодня в 19 часов с небольшим Владимир Варфоломеев. Спасибо. Всего вам доброго! До свидания!