Михаил Леонтьев - Особое мнение - 2005-01-28

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это параллельный радио- телевизионный эфир. Благодаря «Эхо Москвы», нас слушает Россия, благодаря компании RTVI, нас смотрит мир. Сегодня наш гость традиционно по пятницам это журналист Михаил Леонтьев. Здрасьте, Михаил.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Здрасьте.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Михаил, давайте начнем с мелких удививших меня сообщений, которые, ну, в какой-то степени… Жизнь в России меняется удивительным образом. Работники почтовой связи получили право носить и применять оружие. Фрадков подписал постановление об обеспечении служебным и гражданским оружием, патронами к нему и т.д., и т.д. Как Вы это себе представляете?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, насколько я знаю, я в подробностях это не знаю, но все-таки серьезное оружие получили только там, руководители каких-то почтовых структур, в действительности через почту проходит достаточно большое количество ценностей, наверное, не знаю, может быть, ее можно было охранять как-то профессионально. Меня в этом деле немножечко, что беспокоит: ну, я представляю себе городского почтальона, в основном - это бабушка какая-то, дайте ей ствол бабушке, – бабушку убьют и ствол отнимут.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но это для нее или это все-таки, например, там, для почтовых отделений, где, наверное, хранятся ценности…

М.ЛЕОНТЬЕВ – Нет, нет, я думаю, что это все-таки там как-то все это разумно довольно-таки должно быть или нам надо спецназовцев набирать в качестве почтальонов, тогда может быть, это резонно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да. Идем дальше по удивительным сообщениям. Ну, вот я лично ждал: «Родина», голодовка. Я имею ввиду, не страну нашу, а партию в Государственной думе, ну, и вот дождался: 5 депутатов фракции «Родина» хотят продлить свою голодовку еще на несколько дней. Вот они хотят. Но президиум «Родины» порекомендовал вот этим пятерым депутатам, среди которых Рогозин, незамедлительно прекратить голодовку. Дальше интересная фраза, это я радиослушателям и телезрителям: «Они с пониманием отнеслись к этому решению президиума, но просили разрешить им продлить голодовку на несколько дней, чтобы затем самим объявить об ее окончании». Это, по-моему, потрясающе.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, чего потрясающе. Нормальная публичная политика. Что в этом удивительного? Как будто остальные публичные политические действия выглядят менее забавно, да? Вот. Ну, люди занимаются, у них работа такая, публичные политики.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не, я могу сказать, что меня потрясло.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Нет, что касается… Ну, я понимаю.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, я вам говорю честно и откровенно. Голодовка – это непростая вещь, да? Значит, вот если что-то ты не сделал, ты это дискредитируешь. И голодовка, которую тебе предлагают, но ты просишь разрешения продлить ее на несколько дней – это что-то новое, вообще, такого не знаю.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, мы видели Хайдера, о чем Вы? Человек, по-моему, голодал – сколько там?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Долго.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, полгода он точно голодал, про него даже уже забыли. Так что, всяко бывает, мне просто кажется, что голодовка в парламенте – это одно из двух: либо это не парламент, либо это не голодовка. Все-таки как-то существует другая процедура для решения тех или иных вопросов. Это, безусловно, политическая партийная акция. Надо сказать, что пафос-то их я разделяю, потому что мне бы тоже хотелось, чтобы господин Зурабов как-то там ответил.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но его жена, как Вы знаете, отвечает, нашли у нее участки земли возле воды, а по российскому законодательству нельзя…

М.ЛЕОНТЬЕВ – Самое страшное преступление, которое можно инкриминировать российскому чиновнику, что участок у него оказался рядом с водой.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но, между прочим, это кампания. Это же не случайно или это случайно, что вот именно Зурабов, именно его жена?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Не думаю. Все же они друг друга очень любят, наши начальники. Я думаю, что, конечно, да, там нашли, подобрали, но не специально. Это не меседж, таких меседжей не бывает, что вот Зурабову «черную метку» прислали в таком виде. Неубедительно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не «черная метка», да?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Может быть, и прислали, но не это. Это не…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно. Я напоминаю радиослушателям «Эха Москвы» наш общий эфирный телефон 969-23-22, 974-22-22 абонент «Эхо Москвы» – традиционный наш эфирный пейджер. Теперь вот что я сейчас хочу рассказать. Это сообщение пришло… Это в определенной степени сенсация. Это сообщение пришло буквально перед самым началом нашей программы: «Кудрин и Жуков предложили Путину ограничить полномочия налоговиков». Значит, объясню очень коротко: как было сделано дело ЮКОСа? Вот, предположим, кто-то решает уничтожить компанию. Делается так: не в компанию отправляет людей, а поскольку это – дела давно минувших дней, то отправляют начальство, более высокую инстанцию налоговую, в менее высокую. Та проверяет менее высокую, в результате начисляют сумасшедшие деньги. Вот как был уничтожен ЮКОС, т.е. механизм. И вот Кудрин и Жуков предложили Путину запретить подобную историю. Т.е., пожалуйста, проверяйте нижестоящие налоговые органы, но это никак не скажется на самой компании, если только там не было каких-то уголовных преступлений. Самое интересное, что Путин это предложение поддержал. Ваш комментарий.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, совершенно очевидно, что какими бы соображениями там не руководствовались в процессе, в деле ЮКОСа, вот эта деятельность налоговиков, поскольку прецедент есть, можно действительно в результате как бы проверки предыдущей деятельности нижних инстанций начислять налоги. Любая инстанция отчитывается… Я даже здесь сейчас за рамками оставляю, там, проплаченные наезды, коррупцию и т.д. Просто вот инстанция отчитывается… как отчитывается налоговая служба, да? По величине начисленных налоговых претензий. Полтриллиона они начислили. Это начинает уже становиться серьезной, глобальной экономической проблемой. Деятельность эта неконтролируема. В действительности, конечно, получается, что налоговая служба получила возможность абсолютно произвольно на основании собственных соображений решать вопрос, сколько жить там предприятию или нет, сколько оно должно и т.д. Это неприемлемо. Совершенно абсолютно правильная процедура, что, ребята, вы сначала докажите в суде, потому что как правило, до конца этой процедуры, если взялись серьезно за горло, клиент не доживает.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы продолжим эту тему. Короткая пауза, и мы возвращаемся сюда.

НОВОСТИ

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Михаил Леонтьев в программе «Персонально Ваш». 969-23-22 – это телефон этой программы, скоро будем принимать телефонные звонки. Еще перед телефонными звонками… Ну, вот смотрите: Кудрин и Жуков предложили, Путин согласился, Ходорковский сидит. Значит, получается, что если бы вот эта глупость была устранена, то человек бы не сидел и не была разрушена эта компания. Более того, а если этот закон будет принят, его выпустят?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Во-первых, у Кудрина и Жукова есть Греф с винтом. Одновременно выступил господин Греф. Вообще, обычно довольно сложно понять, что хочет господин Греф. Вот. И в данном случае, это тоже такой ребус. Он, значит, заявил, что, во-первых, налоговых послаблений не будет. Заметьте, как он хорошо компенсирует Кудрина и Жукова, и что никакой налоговой амнистии не будет, и что можно пересматривать приватизационные сделки, можно, потому что речь идет … Это вопрос не правовой, он сказал, а это вопрос политический, потому что надо разделить сделки на криминальные и не криминальные. Значит, как вот здесь у него сходится, мне трудно себе представить, но если вот взять эту вот логику, то Кудрин и Греф говорят, ладно, все с налоговиками, надо оставить в покое, уже это зашло, но зато теперь мы будем пересматривать приватизацию. Так что по этой схеме Михаил Борисыч сел бы гораздо быстрее, эффектнее и убедительнее в процессе пересмотра залогового аукциона, за который он, как известно, не внес ни одной копейки денег своих реально. Так вот, президента как раз позиция всегда была, я не заметил, чтобы она изменилась: что как раз крайне опасно пересматривать приватизационные сделки. Особенно вот эти капитальные сделки, на которых базируются вообще все отношения правовые собственности.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо, тогда давайте сделаем без всех этих сдержек и противовесов, по всей видимости, путинских.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Это не путинские.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Другие олигархи должны беспокоиться или могут уже не беспокоиться?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Нет, все должны беспокоиться, только беспокойство в разных формах должно проявляться. В принципе, еще раз говорю, проблема приватизации состоит в том, что она не легитимируема. Вот пришли эти олигархи, просто пришли и сказали, что вот президент должен, причем это все кричали еще в начале дела ЮКОСа, президент обязан легитимировать отношения собственности в стране, потому что иначе не будет инвестиций, иначе не будет того, иначе не будет сего. Что я хочу сказать, что поскольку общепризнанно просто, народ эти сделки легитимными не считает и считать не может, президент не в силах их легитимировать, и не в силах их легитимировать никто, даже, я говорю, господь Бог не в силах, потому что господь Бог этим не занимается.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Все понятно. А поскольку, это такая явная Ваша свежая мысль, поскольку народ никогда не будет за то, чтобы кто-то был богатый в стране, то никогда эти люди не будут легитимными собственниками…

М.ЛЕОНТЬЕВ – Неправда, Матвей, раздача крупнейшей собственности бесплатно одноразово, причем в таких масштабах нескольким людям, не производилась в истории человечества никогда. Это уникальная история.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ваша позиция, Михаил, мне абсолютно понятна, слушаем телефонные звонки, некорректные я, естественно, буду отсекать. Мы слушаем Вас, пожалуйста, представьтесь, откуда Вы звоните?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Меня зовут Вера, я звоню из Израиля. Мой вопрос господину Ганапольскому.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, мне Вы вопрос задавать не можете, у нас есть гость, Михаил Леонтьев. Спасибо Вам за звонок. Следующий звонок. Дело в том, что зрители RTVI еще не совсем знают правила наших встреч, ну, я думаю, они быстро их выучат. Пожалуйста, вопросы по жизни нашей внутренней или внешней, российской или международной к Михаилу Леонтьеву. Я думаю, вам будет интересно услышать его точку зрения. Мы, например, откровенно все говорим, что то, что говорит Леонтьев – это говорит Кремль. Мы так говорим. Леонтьев говорит, нет, я говорю свою точку зрения. Но если вы хотите узнать, что думает Кремль, на наш взгляд, о том или ином вопросе, спросите у Леонтьева, который сейчас загадочно улыбается. У вас есть возможность. Следующий телефонный звонок. Слушаем Вас. Кто Вы и откуда?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Я Галина Васильевна, дочь двух пенсионеров. Вопрос к Леонтьеву. Все знают, что президент и правительство налево, направо прощают долги некоторым странам, а вот долги, которые все забрал Ельцин, отдают миллионами, чтобы без хлопот…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Прошу прощения, не очень хорошо слышно. Вопрос понятен.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Вопрос примерно понял, примерно. Сейчас, прежде чем ответить на этот вопрос, я должен совершенно официально заявить, что, задавая мне вопросы, невозможно узнать, что думает Кремль. И в качестве примера могу привести ответ на данный вопрос. Я считаю, что около 200 млрд. долларов – там довольно трудно считать – обнуленных советских долгов легитимно признанных международным соглашением обязательным для исполнения Россией, это есть одноразовое колоссальное хищение. Государство должно было, вот похитить 10 млрд. капитализации у Ходорковского, это страшное преступление перед какими-то там ценностями. А у людей сбережения на 200 млрд. отнять, просто сделать вид, что вот оно, да нету. Дело в том, что есть документы, действующие юридические документы по обязательствам России и российского правительства по возвращению этих долгов.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, она о другом спрашивала, зрительница и радиослушательница.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Тогда поясните.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Объясняю, Путин сказал, что мы, например, Германии выплатим быстрее, т.е. в правительстве зреет идея и у Путина зреет идея быстрее выплатить долги. Она спрашивает: почему туда быстрее, а пенсионерам медленно? Вот ее вопрос.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Я думаю, что пенсионерам тоже быстрее. Дело в том, что те долги международные, которые есть, их все равно нужно обслуживать. По ним платятся проценты. Объясняю, почему, когда у страны есть валютный резерв, тем более что правительство наше не умеет использовать его ни на какие другие цели, кроме как обслуживание долга, а также покупка американских обязательств. Так лучше же погасить часть долга и таким образом платить меньший процент. Это просто экономия платежей. Существует рационализация обслуживания долга, это вполне нормальные действия. Можно обсуждать технику, сам принцип по себе правильный. Т.е. если у вас обслуживание долга очень дорого, потому что он большой, можно погасить ту часть долга, которая наиболее солидна по процентным платежам и таким образом сэкономить. Вы берете кредит там в банке, предположим, дорогой. Если у вас есть возможность деньги потратить, я не знаю, там: купить ребенку игрушку, это один вариант. Или взять и отдать кусок этого кредита назад, чтобы не платить высокий процент, да, быстрее, то вы решаете, вы оптимизируете у себя в голове, как вам удобнее платить. Это совершенно нормальная вещь.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Т.е. можем сказать, чем быстрее будут выплачены долги…

М.ЛЕОНТЬЕВ – Часть, часть.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – … часть долгов, тем больше денег останется той же слушательнице.

М.ЛЕОНТЬЕВ – У нас был господин Чаушеску, который добился того, что он освободил Румынию от внешнего долга. Вот в процессе освобождения Румынии от внешнего долга он довел ее до такого состояния, что его убили. Вот так тоже не надо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я с Вами согласен. Это Вы кому полезный совет даете?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Всем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Кудрину и Грефу. Следующий телефонный звонок. Михаил Леонтьев у нас в гостях. Слушаем Вас. Пожалуйста, представьтесь, кто Вы и откуда звоните?

СЛУШАТЕЛЬ – Меня зовут Александр. Я звоню из Израиля.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Пожалуйста, Александр. Спасибо, Александр. Знаете, как говорят в фильмах: Мы Вас потеряли. Я прошу еще раз уважаемых телезрителей телекомпании RTVI не ждать своего появления и своего чудесного вопроса на экранах телевизоров, туда изображение приходит с большим опозданием. Пожалуйста, запомните мою фразу. Слушаем звонки, «Эхо Москвы», где вы? Слушаем Вас. Добрый вечер. Кто Вы и откуда звоните?

СЛУШАТЕЛЬ – Николай, Москва. У меня просто к Михаилу такой вопрос. Вот «Вымпелком», там есть какие-то налоговые задолженности сейчас и «Мегафон» как бы у нас очень хорошо. А скажите, кто владелец «Мегафона»?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я поясню телезрителям, это две крупнейшие компании мобильной связи. Ну, а что это важно?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Важно, это забавно. Лондонским судом по просьбе хозяев «Мегафона» установлено, что владельцем «Мегафона», во всяком случае, крупного пакета является министр связи, господин Рейман. Зачем он это устанавливал, я не знаю, это спросите у господина Реймана. Потому что «Альфа-групп» как бы не совсем честно отобрала у него часть пакета. За это был совершен наезд на нехорошую «Альфа-групп», которая владеет акциями «Вымпелкома». Так они и жили.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо. Мы примем еще один телефонный звонок. Вы уточнили. Слушаем Вас. Пожалуйста, представьтесь, кто Вы и откуда?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА – Мария, я из Москвы. Я пенсионерка. Почему Сирии мы подарили долги? Страна, которая является террористом.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, давайте не о стране, является ли она террористом. Почему мы дарим долги? Вроде бедная страна.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Но Сирия действительно бедная страна, Сирия не Ирак.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я сказал, что Россия - бедная страна.

М.ЛЕОНТЬЕВ – А, Россия - бедная страна? Россия – не бедная страна.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Почему мы дарим долги?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Россия – не бедная страна. Сирия – российский партнер, во всяком случае, в области военно-технического сотрудничества. Это надо ценить. Что же касается Сирии, очевидно… Я, кстати, не в курсе…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте переформулируем. Звонит пенсионерка. Она спрашивает: Почему мы дарим кому-либо свои долги, если в стране не хватает денег?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Существуют долги, которые практически не выплачиваемы. И для того, чтобы выстроить заново… Мы, во-первых, не все долги списываем, а часть.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Одна минута.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Для того, чтобы выстроить с данной страной, восстановить механизм сотрудничества, который будет нам выгоден, иногда выгодно часть долга списать. Есть еще одни соображения: есть соображения внешнеполитического характера. Но очень бедным странам принято в мире списывать долги. И они давят на Россию…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – А Сирия, конечно, нищая, просто побирается.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Сирия - бедная страна.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понял Вас. Друзья, сейчас у нас будет пауза. Я напоминаю, Михаил Леонтьев у нас в гостях. Еще примем телефонные звонки, и у нас будет ряд вопросов. Я еще раз напоминаю, есть эфирный пейджер и прямой эфирный телефон. Слушайте, я хочу вам сказать, что действительно, очень много снега в Москве. Бросил просто машину у метро и приехал сюда. Сам себя не узнаю. Пауза.

НОВОСТИ

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Программа «Персонально Ваш» в совместном радиотелевизионном эфире. Мы еще примем обязательно телефонные звонки. Анна спрашивает по интернету: «Ваше отношение к информации о выдвижении на присвоение Нобелевской премии президентам Украины и Грузии?» Она пишет: «Я лично в шоке».

М.ЛЕОНТЬЕВ – Я не в шоке, я даже как-то может быть, удивлен, потому что у меня такое впечатление, что это вот мы с тобой на прошлом эфире здесь выдвинули их на Нобелевскую премию мира, т.е. программу RTVI послушали сенатор … и Клинтон, и решили утереть им сопли и слезы после этой программы. Вообще в действительности, серьезно Нобелевская премия мира всегда вызывала, чем дальше, тем больше некоторые такие как бы опасения с точки зрения явной совершенно откровенной ангажированности. И очень много персонажей странных, включая господина Арафата, которого потом обзывали террористом, был лауреатом этой премии. Ну, не все люди, которые…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – А он не террорист?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Террорист, конечно, а как же? Да, террорист. Но вроде раскаявшийся, потом оказалось, что рано, вроде не совсем раскаялся, и т.д. Т.е. очень странные были… Фактически всегда это есть некая политическая демонстрация, в отличие от шведской премии по науке, которая, в общем, пользуется репутацией приличной, Нобелевская премия мира приличной репутацией не пользуется. Но здесь ситуация чем забавна? Она потрясающа. Нобелевская премия называется мира. Если бы ее как-нибудь назвали там: «за демократию и свободу», еще как-то…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну, нет же такой, нет такой, а здесь, предположим, есть страна, которая делает шаг, предположим, в общепринятом понимании, от милитаризма к демократии.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Значит, одну секундочку. Господин Саакашвили, придя к власти, попытался в двух местах, и объявляет, что попытается в третьем, развязать войну. Может быть, это освободительная война, очистительная, но это – война. А премия называется – мира.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это не соответствует действительности.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Это соответствует действительности.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, не хочу спорить, но это не соответствует действительности.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Это соответствует действительности. Сначала он попытался развязать войну в Аджарии. Ему не удалось. Он после этого попытался в Юго-Осетии развязать войну, и угрожает впрямую военным решением абхазского конфликта. Теперь, господин Ющенко. Ну, Украина не была объектом военного конфликта никакого, ничего там тушить было нельзя. Как раз, может быть, единственным преимуществом украинской политики была ее крайняя мирность все это время. В процессе прихода к власти этот человек практически поставил на карту Украину и готов был развязать в ней гражданскую войну, но это как-то не получилось в силу разных обстоятельств.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Он хотел развязать гражданскую войну?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, простите, то, что они устроили, была провокация к гражданской войне. Силовое давление на власть, попытка насильственного захвата власти…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно. Плохие, Михаил, это неправильное решение.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Они замечательные.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Просто: это правильное решение или неправильное решение?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, это решение неприличное.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Неприличное. Все, сказано. Все, идем дальше. Телефонный следующий звонок. Слушаем Вас. Кто Вы, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ – Я могу говорить в эфир прямо? Михаил из Израиля.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – До свидания, Михаил. Вы хотели прямо говорить, но почему-то прямо не сказали. Пожалуйста, не смотрите на экран. Это я говорю телезрителям, радиослушатели «Эха Москвы» это знают, у них нет экрана, у них радиоприемник. Пожалуйста, слушаем следующий телефонный звонок. Слушайте мой голос, когда я Вас приветствую. Слушаем Вас.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый день, меня зовут Константин, из Москвы. Вы знаете, я единственно хотел очень поблагодарить Михаила Леонтьева за его позицию и высказать ему поддержку. И все. Спасибо Вам, Михаил.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Отлично. Нет проблем.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Спасибо Вам.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – А теперь у меня к Вам такой вопрос: я все не могу в себя прийти. Я не знаю, знаете Вы новость эту или нет, просто супер. Значит, Ксения Собчак… Знаете такую чудесную девушку?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – И Рамзан Кадыров.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Да, знаю.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Собираются в Чечне открыть самый большой в России аквапарк, и собираются сделать это самым притягательным туристическим местом. Там порядка 7 млн. долларов будет стоить эта история. Как Вам? Что это обозначает?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, во всяком случае я думаю, что если они возьмутся за аквапарк, то там, на этом месте хотя бы будет аквапарк. Потому что там, где у нас берутся за восстановление Чечни, ну, собственно, я видел восстановленные дороги, которые числятся восстановленными, восстановленные дома. Вот. На дома это похоже слабо. Дорог там нет. Бурьян и ямы.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Т.е. это нормально, Вы – за?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Нет. Ну, лучше хоть так, чем…

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – За 7 млн. долларов?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, они же эти 7 млн. долларов не из бюджета возьмут.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – А кто даст?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, кто-то даст, я думаю. Я не представляю себе, ну, чеченская диаспора, бизнес чеченский вложится и построит аквапарк. Вообще, если серьезно, конечно, аквапарк строится в Гудермесе не в Грозном.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Гудермес, в общем-то, более или менее мирно живущий город и в принципе, конечно, ну, если в Москве можно строить аквапарк, почему в Гудермесе-то не построить.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не, не, нет вопроса.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Люди вообще живут чудовищно. Ну, постройте им аквапарк. Ничего такого в этом нет страшного.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – За 7 млн. Да, нет проблем. Уважаемая чеченская диаспора, поскольку нас и слушают по радио и смотрят по телевидению, пожалуйста…

М.ЛЕОНТЬЕВ – Матвей, я думаю, они уже собрали деньги. Не размахивай руками, все в порядке.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Уже все, да? Ну, чего я беспокоюсь тогда. Федор Аксючис. Написано: «менеджер среднего звена из Москвы»: «Михаил, Ваше мнение, 3 шага правительства Российской Федерации для выхода из экономического штопора». Он считает, что экономический штопор. Пожалуйста.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Штопора-то как раз нет. Шаги?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Три.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, не знаю, три – не три, я так не могу сразу.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну, два.

М.ЛЕОНТЬЕВ – Есть некоторые конкретные отрасли, набор отраслей и набор механизмов, которые могут быть машиной экономического роста. Это касается реальной ипотеки, не того, что здесь блеял господин Греф про миллион человек через 4 года, а нормальное построение за счет средств, которые есть, запустить ипотечную систему. Запустить, потом приватизировать, продать, когда она будет работать. Крупные, серьезные ипотечные фонды действительно с гарантией. Это программа по авиастроению, это программа по автомобилестроению, что делать – примерно понятно. Т.е. вообще в принципе национальные большие инвестиционные проекты, которые коммутируют рост. Дороги это сложнее, дороги тоже надо, но дороги это, скорее, занятость. Это раз. Второе, нужно резко изменить финансовую политику, денежную политику. Одно из двух: либо мы прекращаем конвертируемость рубля и как китайцы делаем внутреннюю валютную политику одну, внешнюю другую, играем на этом и таким образом можем регулировать структурную политику. Либо мы, наконец, переходим к конвертируемости рубля. Т.е. вводим… конвертируемости рубля по внешним операциям нормальную, т.е. мы сможем проводить суверенную денежную политику. Россия уязвима, безумно, в любой момент то, что представляют собой наши огромные резервы, мало того, что это обесценивается, это записи на счетах американских банков. Записи ластиком можно стереть.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Понятно. Знаете, какой здесь еще вопрос был. Никита… У нас минута осталась, частный, но важный. Я просто задам этот вопрос Вам: «Михаил, расскажите, пожалуйста, немного о себе. Кто Ваши родители, где жили и учились, что, как Вы считаете, оказало наибольшее влияние на Ваше мировоззрение?» Вот последнее: что оказало наибольшее влияние на Ваше мировоззрение, Михаил Леонтьев?

М.ЛЕОНТЬЕВ – Ну, на мое мировоззрение очень много чего оказывает. Мое мировоззрение первично сформировалось на основании всяческой разной в основном русской литературы, диссидентской литературы и т.д. Но сломалось мое мировоззрение, во всяком случае, на Чечне. Чеченская война на мое мировоззрение оказала решающее влияние.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ – Спасибо большое. Итак, Михаил Леонтьев был традиционным гостем традиционной программы «Персонально Ваш» и будет ровно через неделю. Вел программу Матвей Ганапольский. До свидания.