Персонально Ваш... - Илья Мерензон - Особое мнение - 2003-07-25

25 июля 2003 года.

В эфире "Эхо Москвы" Илья Мерензон - обозреватель нью-йоркской радиостанции "Нью Лайв".

Эфир ведет Нателла Болтянская

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вы слушаете "Эхо Москвы", у микрофона Нателла Болтянская. И сегодня "Персонально Ваш" Илья Мерензон - обозреватель нью-йоркской радиостанции "Нью Лайв", здравствуйте.

И. МЕРЕНЗОН - Добрый день.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Программа "Персонально Ваш" строится на базе Ваших наблюдений за происходящим в мире в последнее время. Уже пришел Вам вопрос на пейджер из Нью-Йорка: "Ваше мнение, Илья, с точки зрения американца о происходящем в Чечне". Вопрос задал Владимир.

И. МЕРЕНЗОН - Забавно, наверное, но у меня особо мнения и нет. Мне, конечно, не нравится ни как американцу, ни как россиянину. Я по-прежнему являюсь гражданином России. Мне не нравится то, что происходит в Чечне. И представляете, я не знаю, как это решить. Казалось бы, мне должно это конструктивно не нравиться, то есть я должен предложить какой-то вариант. Нет такого варианта, не знаю, что делать. Мне кажется, ситуация патовая, на мой личный взгляд, но, тем не менее, есть какие-то механизмы экономические, социальные, военные, которые, возможно, могут быть использованы в комплексе, чтобы решить этот вопрос, но я не уверен, как это сделать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Исламистский терроризм, который в последнее время становится достаточно актуальной проблемой для многих государств мира. На ваш взгляд, будет идти на спад или патовая ситуация будет заостряться?

И. МЕРЕНЗОН - Не знаю, мне кажется, есть два сценария, он может резко увеличиться сейчас, или он сейчас уже увеличился, может, наоборот, пойти на спад. Мне кажется, это зависит от действий Америки, а два, это общеэкономическая ситуация. Были сделаны исследования, проведена корреляция между увеличением терроризма и экономической ситуацией в мире. Если на самом деле существует такая связь, тогда возможно, если экономическая ситуация улучшится, терроризм уменьшится. Может быть, нет связи, поэтому трудно предсказывать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Помимо того, что у вас не одна и не две передачи разных направленностей, у наших коллег в Нью-Йорке, я читала Вашу колонку на сайте Russian New-York, и там Вы выступаете в таком амплуа резонера.

И. МЕРЕНЗОН - Стараюсь подводить итоги.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Какие события с Вашей точки зрения оказываются заслуживающими внимания. Почему Вы, например, пишете о том, что через месяц весь город разбежится, и одинокие, оставшиеся в городе, будут себя чувствовать обделенными, а не падение доллара, например.

И. МЕРЕНЗОН - Падение доллара ситуация на злобу дня. А мне нравится в эссе, которые я пишу такие, резюме подводить и улавливать какие-то тренды. Например, существует забавные тренды в русской общине, да и даже в англоязычной общине, у американцев, становится модным быть русским. Это очень забавный тренд, который мало кто еще описывают, я считаю своим долгом его описать. Сейчас американцы любят быть русскими: ходят в русские рестораны, гуляют как русские мужики, пытаются пообщаться с русскими девушками так же, как это делают русские, выпивают большое количество водки, это забавно, и это поддерживается не только в ресторанах, но и через СМИ. Такая маститая газета как, например, "New-York Times" 2-3 раза в день пишет статьи о русской жизни, и это стало большим трендом, который весело обсуждать.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Это мода, искусственно созданная вручную или имеет в течение своем объективные причины, органические, скажем?

И. МЕРЕНЗОН - Наверное, много факторов. Во-первых, конечно же, в Нью-Йорке вести себя как русский просто очень весело. Потому что американцы, я утрирую, и говорю в кавычках, я сейчас шевелю пальцами, показывая кавычки, то есть там жизнь достаточно стрессовая. И поэтому американцам нравится в какой-то момент отдохнуть и вести себя как русский человек, это одна сторона медали. Вторая ситуация, сейчас Россия и Америка дружат, об этом говорит очень много людей на телевизоре, и это тоже влияет на поведение американцев, которые подвержены воздействию СМИ, это вторая сторона. Есть еще несколько факторов, которые обуславливают моду на русскость.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Пару месяцев назад, когда я вернулась, впервые я была в Америке и взахлеб делилась впечатлениями, мне пришел очень серьезный вопрос на пейджер, на который я не готова была ответить. Вопрос был от человека, у которого родители уже эмигрировали, и который обдумывает, а не пора ли ему собирать чемоданы. И знаете, у меня до сих пор нет ответа на этот вопрос. Можно, я Вам его переброшу.

И. МЕРЕНЗОН - Ответ нет, не стоит уезжать из России в Америку ни в коем случае. На самом деле, может быть, и стоит. Это все зависит не от ответа. Я бы хотел сказать, что в Америке качество жизни хуже, чем в России.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - В каком отношении?

И. МЕРЕНЗОН - Практически во всех, даже если говорить про Нью-Йорк, который я представлял себе как розовый куст без шипов, на самом деле, никаких роз, одни шипы, потому что, вы знаете, было несколько фраз, я их, пожалуй, приведу, я их все время привожу и приведу сейчас. Первую фразу, по-моему, сказал Генри Миллер: "В Париже, сколько бы денег не было у тебя, все равно будешь чувствовать себя богатым. А в Нью-Йорке ты все равно, сколько бы денег у тебя ни было, ты будешь чувствовать себя бедным". Мне эта фраза понравилась, потому что она однозначно является правдой. И вторая фраза "Нью-Йорк это как большая вечеринка, все потные, красиво одетые, громко музыка играет, никто никого не знает, все толпятся спина к спине. Казалось бы, надо уйти, но никто не уходит, потому что все боятся пропустить самое интересное". Нью-Йорк затягивает, но, тем не менее, там жить просто тяжело. Средний нью-йоркец тратит времени на дорогу на работу, туда и обратно двигаясь, 3 часа в день, 3 часа в нью-йоркском метро это не то, что на ветер, а в минус на ветер, потому что в метро там плохо. И даже если ты едешь в метро и привык к нему, все равно ты не застрахован от того, что к тебе кто-то подойдет неприятный, кто-то к тебе сядет почти на колени, будет приставать, качество жизни резко уменьшается. А на такси ездить невозможно, на машине тоже, потому что пробки. Далее, квартиры стоят очень дорого. Средний нью-йоркец работает 52 часа в неделю, что тоже очень много, поэтому качество жизни там хуже, чем в Москве, я предполагаю, хотя у кого как.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Скажите, пожалуйста, Вы часто бываете в России?

И. МЕРЕНЗОН - Примерно раз или два в год.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - С каждым новым визитом что нового Вы для себя находите?

И. МЕРЕНЗОН - Я нахожу забавную штуку. Мне предлагают здесь работу иногда с оплатой больше, чем в Нью-Йорке. То есть экономическое благосостояние некоторых граждан не оставляет желать лучшего, оно, мне кажется, увеличивается, такие забавные моменты.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Еще один момент. Когда я заканчивала школу, то будущее каждого из нас было ориентировочно расписано, кто-то шел в вуз, кто-то шел сразу работать. Если человек шел в вуз, он тоже представлял себе, что у него будет дальше. Сегодня планирование перспектив существенно изменилось. Согласитесь, что для вас, человека, которому 26 лет, и у которого не за горами перспектива докторской степени, живет человек в другом темпе, и наши дети тоже живут в другом темпе, это правильно или не надо лишать себя детства и юности?

И. МЕРЕНЗОН - Возможно, не надо себя лишать ничего. Но это такой сложный вопрос, на который я, пожалуй, попробую сложно отвечать, но мне кажется, что сейчас ритм жизни не зависит от того, где ты живешь, потому что мир стал маленьким, не скажу ничего нового, и люди сейчас не уезжают в Америку навсегда. Просто когда человек уезжает в Америку, ты ему не говоришь: прощай, ты ему говоришь: пока, завтра перепишемся по Интернету. И вообще перестали прощаться, перестали границы тебе мешать. Да, уровень и ритм жизни увеличился, но в не зависимости от границ. Здесь высокий и там тоже, здесь немного помедленнее.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Продолжим нашу беседу после выпуска новостей.

НОВОСТИ

Н. БОЛТЯНСКАЯ - 19:35. Илья, Вы видите, пейджер перед Вами. На что предпочтете отвечать сразу.

И. МЕРЕНЗОН - Много вопросов, несколько агрессивных, но я предпочту на вопрос интересный ответить, например, "Илья, Вы говорите, что в Америке плохо жить и всех отговариваете туда ехать. Тем не менее, Вы сами там живете. Где логика? Виктория". Ответ следующий. В Америке не так плохо, как кажется. Во-вторых, забавный факт, я рассматриваю для себя Америку не как точку окончательную, а как ступеньку. И забавно, меня, наверное, сейчас поддержит большинство слушателей, которые сейчас в регионах находятся. Например, если кто-то хочет переехать в Москву, например, из Челябинска, я сам оттуда, то гораздо проще в Москву переехать из Нью-Йорка, чем из Челябинска.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Попробуем включить телефон. Мне очень понравился вот какой вопрос. "Я профессор, мои работы известны за рубежом, получаю 150 долл. в месяц. В Америке специалист моей квалификации получал бы как минимум 5 тыс. долл. Вы говорите, что в США жизнь хуже, чем в России". Это мнение Евгения.

И. МЕРЕНЗОН - Наверное, в Вашем случае Вам бы, если бы получали 5 тыс. долл. в Америке, то жизнь была бы лучше там, если здесь она не очень хорошая. С другой стороны, хочу сказать статистику, что порядка 30% людей, у которых есть докторская степень, которые квалифицированы для преподавания и у которых есть работы опубликованные, не имеют работы на данный момент. Так что, 30% безработицы среди академического мира достаточно тяжело, и, возможно, у Вас не будет там такой зарплаты.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - "Эхо Москвы", здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ - Здравствуйте. Дима, Санкт-Петербург. Дело в том, что я не согласен, где лучше жить. Лучше всего жить, наверное, в колонии рабовладельческой, если уж так рассуждать, как Ваш гость.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Что скажете, Илья?

И. МЕРЕНЗОН - Я не услышал вопроса, я услышал мнение, утверждение. Все мнения имеют право на жизнь. Легче ли жить в рабовладельческой колонии. Я не считаю, что Россия является рабовладельческой колонией, так же, как и Америка, хотя говорят сейчас, активно обсуждается в прессе вопрос, что является более тоталитарным государством: Россия или Америка. И многие считают, что Америка, потому что в Нью-Йорке нельзя курить нигде, кроме как на улице. И то на улице тоже не везде. Нельзя пить пиво на улицу. Кому-то это покажется смешным, но, с другой стороны, на самом деле, это меняет фактуру жизни. Особенно тем, кто привык курить в ресторанах или барах, сейчас они это сделать не могу.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Нина задает вопрос. "Возможно ли в Америке, чтобы публичное, открытое обращение известных людей по очень важному вопросу к президенту осталось без ответа?"

И. МЕРЕНЗОН - Это происходило сплошь и рядом. Например, в связи с войной в Ираке. Огромное количество звезд кино обращалось к президенту с просьбой остановить войну или не начинать ее, тем не менее, осталось без ответа, и Буш, как известно, начал войну и ее сейчас завершают.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Алло, здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Илья. Я тоже не согласен с вашим гостем по поводу того, что в Америке жить хуже. Он, наверное, давно не жил в России, особенно в последние несколько лет, и ему сложно сравнивать. Особенно, если бы он поехал в глубинку нашей страны, он бы понял, что это совсем не так.

И. МЕРЕНЗОН - Я согласен, возможно, хотя очень часто бываю в России, все относительно. Конечно же, я утрированно очень говорил, подам назад. В Америке жизнь смотря какая у кого. У кого-то она хуже, у кого-то она лучше. Там, в принципе, жить неплохо, естественно. Здесь тоже жить неплохо у кого-то, кому как. В глубинке, да, возможно, вы правы.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Илья, скажите, пожалуйста, это мой вопрос уже. В какой-то степени люди вашего поколения являют собой пример граждан мира, которые мигрируют по планете в поисках самого интересного. Это норма?

И. МЕРЕНЗОН - С одной стороны, да, это норма сейчас для молодежи. С другой стороны, это сложно. Скорее всего, в какой-то момент это закончится.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - А такие понятия как родина, патриотизм, "я умру за это"?

И. МЕРЕНЗОН - Возможно, у меня оно отсутствует как таковое. Например, недавно, выпивая рюмки чая, мы обсуждали в Нью-Йорке с журналистами, моими коллегами вопрос, пошел бы я воевать за родину. Я бы, наверное, не пошел воевать, потому что мне кажется, что человеческая жизнь намного важнее любых убеждений, потому что, если жизнь закончится, тогда и убеждения закончатся.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Это мы слышали от господина Достоевского в свое время. "Эхо Москвы", здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Ольга, я хотела спросить, а гость ваш будет голосовать в Америке? За кого он будет голосовать?

И. МЕРЕНЗОН - Дело в том, что я являюсь гражданином России, могу голосовать только на выборах в России, я могу это сделать, придя в консульство или посольство и отдав свой бюллетень.

СЛУШАТЕЛЬ - То есть Вы будете голосовать в посольстве?

И. МЕРЕНЗОН - Да.

СЛУШАТЕЛЬ - А вот в Америке ваша аудитория только русскоязычная, или американцы тоже слушают Вас?

И. МЕРЕНЗОН - Радио, на котором я работаю, русскоязычное, поэтому аудитория в основном русскоязычная или те американцы, которые учат или знают русский язык. Таких в Нью-Йорке только около 2 млн.

СЛУШАТЕЛЬ - Спасибо.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - "Эхо Москвы", здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Игорь. Скажите, пожалуйста, Вам звонили до этого люди, которые негативно относились к России в пользу США, никогда там не побывав, проявляя некий комплекс собственной неполноценности. Скажите, а в американском обществе такие ситуации возможны?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Спасибо, Игорь.

И. МЕРЕНЗОН - Не совсем понял вопроса.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Ощущение некоего комплекса неполноценности.

И. МЕРЕНЗОН - Среди американцев? Такого, в принципе, нет. Там патриотизм как таковой очень ярко и может быть даже беспочвенно развит. И там нет чувства неполноценности, наоборот, есть такое, может быть, излишнее чувство полноценности, которое, может быть, к сожалению, мешает Америке в какой-то степени. Но, с другой стороны, Америка сейчас потеряла свою характеристику, она сейчас неоднородна. Поэтому у некоторых слоев внутри Америки есть ощущение неполноценности, например, у тех, у кого нет университетского образования, у них заметны какие-то характеристики, свойственные чувству неполноценности. Но это опять же, внутри страны, как и в любом обществе, существуют какие-то различия, которые можно интерпретировать как чувство неполноценности.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - "Эхо Москвы", здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ - Меня зовут Андрей, я из Москвы. Во-первых, я хотел бы присоединиться к позиции вашего гостя. Я просто тоже ощущаю себя человеком мира, а не гражданином ни России, ни Америки, а всей планеты. А насколько часто среди американцев встречается такой подход?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Спасибо, Андрей.

И. МЕРЕНЗОН - Зависит от американцев. Давайте я расскажу идеальную категорию американцев, с которыми я дружу. Прошу прощения, мои ответы бытовые, но я просто стараюсь дать полезную информацию. Идеальная категория американцев, которые являются гражданами мира. Это человек, который учился в хорошем университете, которому немного лет, до 35, который жил за рубежом. А есть некоторые американцы, которые не то, что не были за рубежом, они не были за пределами родного города, и таких большинство, что характерно. Поэтому нет, в среднем нет, а иногда да.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - И последний вопрос, наверное. "Эхо Москвы", здравствуйте.

СЛУШАТЕЛЬ - Илья, большой привет, это Ширинкин Алексей из Челябинска.

И. МЕРЕНЗОН - Алексей, привет.

СЛУШАТЕЛЬ - Здорово-здорово. Ты был в Нью-Йорке в то время, когда была беда с башнями, 11 сентября. Ты можешь сравнить, какое отношения нью-йоркцев и москвичей к проблеме террора, проблеме своей безопасности.

И. МЕРЕНЗОН - Спасибо, Алексей. Более того, я работал в мэрии в этот момент. Не знаю московских, но американские очень жесткие ощущения тотально, конечно, был траур, и ощущение опасности городской. А американцам это не свойственно, и ощущение опасности сублимировалось в какое-то другое ощущение, например, желание есть сладкое. Поэтому 2 месяца после 11 сентября люди дружили, ходили вместе, ели сладкое, от стресса пытались уйти.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Желание искать дружественный локоть?

И. МЕРЕНЗОН - Кстати, после 11 сентября, через 9 месяцев возник бум рождаемости. На 40 или 50% повысилось количество рожденных детей в это время. Так что люди пытались найти отдушину и в других способах тоже.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Спасибо, Илья.

И. МЕРЕНЗОН - Спасибо, и до связи.