Персонально Ваша... - Анна Качкаева - Особое мнение - 2001-07-05

5 июля 2001 года

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" Анна Качкаева - журналист радио "Свобода".

Эфир ведет Нателла Болтянская.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Добрый вечер. Как обычно, мы говорим о тех событиях последнего времени, которые Вам кажутся наиболее значимыми.

А. КАЧКАЕВА - Для меня ничего более значимого на сегодня нет того события, которое происходит с вами. Потому что я сама только что выскочила из собственной студии, закончив интервью и Бунтманом, и с Федутиновым, и с Кохом, и завершив материал на эту тему. Но, может быть, говорить только об "Эхе Москвы" было бы слишком локально. Наверное, будут такие вопросы. Хотя для меня это принципиальный момент, потому что это одна из самых любимых радиостанций, у нее миллионы слушателей. И в общем, если эта драма заканчивается, и так заканчивается, то это очень грустный финал, на мой взгляд. На самом деле, можно говорить об этом всем шире, потому что все последние 1,5 месяца, так или иначе, говорят о взаимоотношениях власти и СМИ, чуть-чуть на периферию ушел конфликт в связи с "Медиа-Мостом" и НТВ, но зато совсем ярко выступают силы новых государственников в области медиа. Это и "Медиа-союз", и новые руководители некоторых СМИ, создание окружных телекомпаний. Все это идеологически подкрепляется одной идеей, что нужно дружить с властью, идти на сотрудничество с ней, нужно работать в режиме диалога конструктивного. И мы, журналисты, должны в этом диалоге существовать, мы должны помогать, мы должны, мы должны... Я за скобки выношу вообще все эти разговоры про то, что у нас просто профессии разные с властью. По определению любая власть, наша ли, власть других стран всегда имеет, что скрыть от общества. А журналист по определению от имени общества должен и может задавать ей вопросы. Это я выношу за скобки, потому что я вообще не понимаю разговор в режиме "должны". Власти мы не должны. Мы налогоплательщики, которые справно платят деньги за то, чтобы люди, которые назначены на должности или выбраны нами на должности, делали нашу жизнь лучше. Поэтому я считаю, что вообще эта перевернутая система координат, которая упорно внедряется сейчас и в СМИ, и в общественном мнении, и очень уважаемыми людьми... я тут была ошарашена последним интервью господина Михалкова в собственной газете, где он как раз об этом рассуждал и призывал ориентироваться на Пушкина, Лермонтова и Грибоедова, которые, по его мнению, как раз умели сотрудничать с властью. Не говоря уж о том, просто маленький пример: буквально пару недель назад я вернулась из Владивостока, где проходил очередной тур всероссийского телевизионного конкурса "Новости, время местное". И пришел у нас заместитель местного мэра на открытие. Понятно, хозяин пришел поприветствовать, кто же против любого взаимопонимания и разговора. Но человек из мэрии обратился к аудитории почти из 100 человек, где были журналисты: "коллеги". Правда, я вынуждена была его поправить и он на закрытии сказал: "Я запомнил, и поэтому говорю "друзья". Я говорю: это хотя бы чуть лучше, потому что, в конце концов, никто не запрещает на торжественном закрытии так обращаться к журналистам, хотя вряд ли

Н. БОЛТЯНСКАЯ - "Вы искренни".

А. КАЧКАЕВА - Да, "Вы искренни", раз, во-вторых, вряд ли журналисту имеет смысл становиться другом мэра или губернатора. Потому что это тогда нивелирует его профессию. Слишком близка дистанция.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Это сообщение на пейджер: "Анна, Вы сказали, что разговаривали с Кохом. Что он сказал, как он смотрит на происходящее сейчас на "Эхо Москвы"?"

А. КАЧКАЕВА - На самом деле, я так поняла из разговора с Альфредом Рейнгольдовичем, что он не очень хотел продавать 9,5% акций, потому что он полагает, что это неправильно. Поскольку, как собственник, он имел право вернее не он, а "Газпром-Медиа", разумеется, любой собственник, когда контрольный пакет идет ему в руки, от него никогда не откажется. Я даже процитирую замечательную цитату, как всегда, в свойственной ему манере. Он произнес, сославшись на Бухарина: "Я склонил голову перед пролетарской секирой".

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Кого он имел в виду?

А. КАЧКАЕВА - Имел в виду, видимо, руководителей вашей радиостанции и ваш коллектив, потому что вы так настойчиво добивались продажи этого пакета акций. На все же остальные вопросы, касаемые того, что ведь есть еще 14%, которые так и не были подарены господином Гусинским, которые под арестом, и которые потом могут перейти в "Газпром-Медиа", и в результате у "Газпром-Медиа" опять может оказаться контрольный пакет. Да, собственно, и с этим контрольным пакетом пока еще ясности нет, как я понимаю, документально сделка не оформлена. Но опять же я понимаю, что она может быть оформлена в довольно длительном процессе. На все эти вопросы он как-то нехотя, во всяком случае, старался до конца не отвечать, что же будет дальше. Он только упорно говорил о том, что "сейчас у нас такая позиция, что у нас 42%, и контрольного пакета нет". Если это так, мне бы очень хотелось верить, что это так, несмотря ни на что, несмотря на прошедший год и на все перипетии, которые с вами происходили, то тогда есть шанс. И радиостанция действительно благополучная, самоокупаемая, популярная, может развиваться, и тогда вы найдете возможность компромиссов. Но, как я понимаю, уход части ваших руководителей, во всяком случае, их заявление об этом уходе меняет эту ситуацию. Я так понимаю, что степень надежды крайне невелика, и большинство из ваших коллег, скорее всего, не верят ни в эти договоренности, ни в возможность достижения какого-то конструктивного результата. И это, конечно, печально.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Вопрос на пейджер от Антона из Красноярска: "Легко ли работать на месте Шустера?"

А. КАЧКАЕВА - Я никогда не работала и не работаю на месте Шустера. Савик был руководителем московского бюро, а я была его подчиненной. И, собственно, сейчас я не веду программы "Либерти лайф" и никогда их не вела. Я занимаюсь тем, что обозреваю и анализирую все, что происходит в СМИ в России.

-

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ ДМИТРИЙ - Добрый вечер. У меня к вам такой вопрос. Сегодня выступал на "Эхе" товарищ Шандыбин и сказал, что в России никто не работает, а правительство докладывает, что есть рост в экономике. Как вы можете это прокомментировать?

А. КАЧКАЕВА - У меня только встречный вопрос: Вы работаете?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - К сожалению...

А. КАЧКАЕВА - Вот это было самое интересное. Потому что если наш слушатель работает, то господин Шандыбин, по крайней мере, говорит неправду. Что думает по этому поводу правительство, сказать очень трудно, поскольку, опять же, как у всякого журналиста, у меня есть привычка доверять, но проверять. Я хотела бы видеть факты, цифры, бумаги и тогда говорить об этом всерьез. Допускаю, что, может быть, для создания лучшего имиджа, возможно, чуть-чуть преувеличивают показатели.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Меня упрекают в том, что я Вам не задаю острые вопросы. Например, вот такой. "Всем известно, что радио "Свобода" работает на ЦРУ, а "Эхо" - дочерняя организация. Александра". Задала.

А. КАЧКАЕВА - "Всем известно" - это замечательно. Я всегда в этом случае говорю, что лучше, если Вы представляетесь и отвечаете за себя. Если Вам известно, я готова с Вами на эту тему дискутировать и объяснять, кому принадлежим мы и кому принадлежит радиостанция "Эхо Москвы". То, что "Эхо Москвы", уж разумеется, не дочерняя организация, просто это реестр акционеров может показать, и все последние события. Если Вы следите за публикациями и за эфиром, там ни одного иностранного участника нет в числе создателей или учредителей радиостанции. Что же касается радио "Свобода", то сейчас радиостанция "Свобода" по статусу, являясь некоммерческой общественной организацией, получает гранты, в том числе от правительства США.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ ИГОРЬ - Скажите, пожалуйста, прошла почти неделя после факта продажи Милошевича Гаагскому трибуналу, действие такое, что даже у таких либеральных журналистов, как Андрей Черкизов, это вызвало возмущение. Но если послушать обзоры прессы на том же "Эхе Москвы", то возникает ощущение, что западные журналисты не то чтобы не задавали острые вопросы своим правительствам, а просто возникает ощущение, что они обеспечивают пропагандистское обеспечение таким политическим решениям. И вопрос вот еще какой. Вы сказали, что у журналистики и государства разные задачи. Не кажется ли Вам, что журналистика как четвертая власть имеет ту же задачу, что и первая власть, - это обеспечить население и обеспечить стабильность своей стране?

А. КАЧКАЕВА - По поводу первого. Возможно, Вы слишком резки в оценке того, что пишут и говорят западные коллеги, потому что на Западе есть разные публикации по поводу Милошевича. Опять же, вынося за скобки его крайне противоречивой личности. Не будем забывать, что этот человек во многом виноват в смысле того, что происходило с народом Югославии. А что касается Гаагского трибунала, то я думаю, что это такая забавная вещь. Милошевич ведь становится такой новостью, таким продуктом информационного развлечения на следующие 12 месяцев. И то, что его выдали в Гаагу, я думаю, может быть, это не очень хорошо для некоторых западных лидеров. Потому что Милошевич, наверное, будет говорить, в том числе и о роли некоторых из них в последние годы в истории Балканского конфликта. И уж тогда, поверьте мне, западные журналисты просто затерроризируют вопросами многих политиков, имена которых вдруг, случайно или неслучайно, мелькнут в этом разбирательстве.

Что касается Вашего второго вопроса о разных задачах журналистики и государства, я ведь не говорила о разнице задач между журналистикой и государством. Я говорила о журналистике и власти, а это, на мой взгляд, совершенно разные вещи. Безусловно, мы как граждане страны не можем не желать своей стране благополучия. Но другой вопрос, каким способом и как это благополучие достигается. И для того чтобы оно достигалось, и все нам неплохо было жить, и нашим детям тоже, журналистика и обязана оппонировать власти. Не быть к ней в оппозиции, не мочить ее, но и не облизывать. И уж, по крайней мере, периодически не доверять. Это показывает не только наша власть. Задавая свой первый вопрос, Вы тем самым ответили и на второй. Государство и власть - это разные вещи, и интересы государства и общества часто расходятся с интересами власти, олигархов и еще некоторых людей, которые используют политическое и экономическое влияние в собственных интересах.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Несколько сообщений на пейджер с просьбой сообщить частоты радио "Свободы" и время вещания.

А. КАЧКАЕВА - Вещание круглосуточное. В Москве это средние волны, 10,44. Мы вещаем еще в Екатеринбурге и Петербурге. У нас там есть партнеры, но это надо слушать радиостанцию в этих городах. И, как всегда, короткие. По-прежнему радиостанция вещает на коротких волнах, как это было все 50 лет ее существования.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬНИЦА МАРИНА - Скажите, пожалуйста, а как насчет паритета? Милошевича засудят, а албанских террористов кто будет судить?

А. КАЧКАЕВА - Если, вероятно, докажут их преступную деятельность, когда-нибудь будут судить и их. Я совершенно не исключаю, что такая возможность тоже появится. Но нужно доказать, что это террористы, что они совершили злодеяние. Я совершенно не исключаю, что там есть такие люди, но кто и когда наверное, когда-нибудь произойдет или не произойдет. Трудно судить.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - "Скажите, как Вы видите развитие событий?" - это вопрос на пейджер.

А. КАЧКАЕВА - Событий?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Я так понимаю, что речь идет

А. КАЧКАЕВА - О радиостанции?

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Да.

А. КАЧКАЕВА - Я тоже думаю, что, наверное, в связи с радио этот вопрос. У меня такое муторное ощущение, потому что я как человек, который все время рассчитывает на то, что конфликт можно разрешать мирным путем, можно не доводить до крайностей, можно найти компромисс, можно добиться того, чтобы все стороны включились в процесс переговоров, я все-таки рассчитываю, что возобладает эта тенденция. Это я так эмоционально рассчитываю. Хотя разумом у меня такого ощущения нет. И поэтому мой прогноз как аналитика, что, может быть, еще 2-3 месяца в этом состоянии, а потом что-то будет происходить. Дай бог, чтобы я ошибалась. Потому что все-таки вариант, когда в вашей радиостанции не будет никому принадлежать контрольный пакет, на мой взгляд, почти идеален. Тогда сохраняется и статус-кво, и политическая ситуация выглядит. С другой стороны, меня тут же может противная сторона обвинить в том, что "ну вот, и Вы тоже шантажируете нас, мол, вы все время хотите о чем-то договариваться". Но я-то считаю, что лучше всегда договариваться и лучше соблюсти этот баланс, для того чтобы сохранить людей, формат, популярную станцию. Вообще атмосферу, отношение, ее историю лучше сохранить, потому что эта торговая марка стоит того, чтобы ее сохранили.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ СЕРГЕЙ - Как Вы думаете, когда делятся акции СМИ, в частности "Эха Москвы", можно ли говорить сейчас о свободе слова и о свободе вообще в нашей стране?

А. КАЧКАЕВА - Пока, мне кажется, о свободе слова говорить можно, потому что мы с вами разговариваем и все это обсуждаем. Вот когда мы перестанем это обсуждать, или будем стесняться это обсуждать, или будем бояться все это обсуждать, вот тогда мы точно можем сказать, что пришел конец свободе слова. И вопрос акций - это ведь всегда вопрос двойной. Во всей истории "Медиа-Моста", Гусинского, НТВ и "Эха Москвы" очень много политики, но есть и экономика. В смысле "Эха Москвы" ситуация гораздо более чистая, чем в ситуации с НТВ. Потому что здесь нет долгов, здесь есть желание договариваться, есть желание продолжать работать, приносить прибыль, развиваться. И поэтому мне кажется, что как раз противной стороне надо всячески демонстрировать те же самые желания.

РАДИОСЛУШАТЕЛЬНИЦА ТАМАРА - Спасибо за интересную передачу. У меня такой вопрос. Права я или не права, Вы мне скажите. Если бы наше правительство ввело бы единую валюту, как доллар, лишь потому, что сейчас, по-моему, в 80% ходит везде этот доллар, а наш рубль совсем дешевый. Тогда бы не было ни инфляции, ни индексации, ни девальвации. Тогда было бы легче нам жить. Пожалуйста, может быть, я что-то не так спросила?

А. КАЧКАЕВА - Я понимаю Ваше желание не мучиться, бегая между обменными пунктами, выясняя разницу в курсе. Но поймите, любая страна защищает свою валюту, плоха она или хороша. Если мы сейчас введем доллар, тогда мы с вами превратимся в штат США. Потому что валюта - это признак государственности вообще-то, в том числе. И рубль, как бы к нему ни относиться, Вам кажется, что он обесценивается, но, тем не менее, - это деньги, на которые мы все живем, так или иначе. И присутствие рубля означает, что мы живем пока в России.

Н. БОЛТЯНСКАЯ - Отвечаю на вопрос, присланный на пейджер о пресс-конференции наших руководителей. Завтра в 12:00 в "Интерфаксе".

В прямом эфире радиостанции "Эхо Москвы" была Анна Качкаева - журналист радио "Свобода".