Владимир Рыжков - Особое мнение - 2021-05-12
12.05.2021
А. Плющев
―
Добрый вечер. Вас приветствует Александр Плющев. В программе «Особое мнение» сегодня политик Владимир Рыжков. Владимир Александрович, приветствую вас.
В. Рыжков
―
Приветствую, приветствую.
А. Плющев
―
И, наверное, начнем передачу с выражения соболезнований по поводу расстрела в Казани. Это ужасная трагедия, которую очень сложно осознать. Я думаю, мы к ней вернемся чуть позже. Уделим большой участок нашей программы. Много времени. Но я бы хотел спросить о другой теме сейчас. Тоже актуальной. И острополитической. А главное, к Владимиру Рыжкову имеющей вообще самое непосредственное отношение. Почему Евгения Ройзмана посадили на 9 суток, а вас нет? Я просто напомню слушателям, что по одной статье абсолютно рассматривались.
В. Рыжков
―
Да, административный кодекс, статья 20-я, два, часть вторая. Суть в том, что призывы и организация незаконных акций. Почему меня – потому что у меня это было первое задержание и первое осуждение. А у Жени три протокола. То есть у них, видимо, по совокупности. Я так понимаю, что его первые разы штрафовали. А на этот раз решили задержать на 9 суток. И, по-моему, у него еще 30 часов обязательных работ.
А. Плющев
―
Там дважды по 9 суток, оно они не суммируются.
В. Рыжков
―
Разница в том, что у него уже три протокола, у меня пока только один.
А. Плющев
―
Его штрафовали уже. Да. Это правда. Но его могли и не посадить, потому что мы знаем случаи, когда далеко не первый тоже протокол, тем не менее, людей штрафуют и не сажают. И вообще мне кажется, ожидать того, что известного человека посадят на столько - странно. Например, с Тамарой Эйдельман, которую вызывали – вообще потихоньку рассосалось. У Сергея Пархоменко потерялся протокол куда-то.
В. Рыжков
―
Здесь мы, к сожалению, видим просто такой парад беззакония. Потому что невозможно предсказать, что будет. Я, например, совершенно не был уверен, что отделаюсь штрафом. Поэтому я явился в Хамовнический суд с сумкой, куда были помещены питьевая вода, пластиковая посуда, бананы, влажные салфетки и все, что в этом случае полагается. И судья видела, что я пришел с сумкой. И, по-моему, она улыбалась под своей маской. Это все на усмотрение правоохранительных органов, судей и тех, кто их курирует. Поэтому заранее ничего нельзя сказать. А Сергея Давидиса, например, через пару-тройку дней после моего суда, его арестовали. И кстати, вы знаете, Александр, удивительное дело, я до сих пор не получил на руку судебное решение. У меня суд был 22 апреля. Сейчас 12 мая у меня и моего адвоката нет решения суда. Но при этом интересно, что на Госуслугах у меня уже висит штраф.
А. Плющев
―
Мне кажется…
В. Рыжков
―
То есть, решения суда еще нет на руках у пострадавшего, то есть у меня, а штраф уже на Госуслугах висит.
А. Плющев
―
Не изучал статистику, просто сам проходил подобную процедуру и не только по поводу административного штрафа, но и сам подавал в суд и знаю, что решение судов неохотно рассылаются почему-то. Может быть, нам так с вами повезло. Но мне кажется, вы так удивляетесь только потому что вы, слава богу, не часто туда заходите.
В. Рыжков
―
Я не удивляюсь, я проявляю, как принято говорить – признаки нетерпения. Потому что мне очень хочется обжаловать этот несправедливый и беззаконный приговор в Московском городском суде. И если я там не добьюсь удовлетворения, а я должен его добиться, потому что право и Конституция на моей стороне. Я буду обжаловать в ЕСПЧ. И сегодня Евгений Ройзман, точнее его адвокат сказала, что они тоже ждут решение суда, апелляции, тоже будут обжаловать в Европейском суде по правам человека. Где мы, конечно, выиграем вне всяких сомнений.
А. Плющев
―
Да, сложно сомневаться. Потому что уже далеко не первые такие суды и они практически…
В. Рыжков
―
Что, кстати говоря, нарушает обязательство России в рамках Совета Европы. Потому что в рамках устава Совета Европы и в рамках устава ЕСПЧ, если нарушение является повторяющимся, а в данном случае мы имеем в чистом виде повторяющееся нарушение со стороны российского государства, то государство в рамках этих документов и обязательств обязано скорректировать законодательство и правоприменительную практику, чтобы эти нарушения не повторялись. Так что это в прямом виде нарушение то, что происходит в Ройзманом, со мной, с Давидисом и с десятками других, сотнями других людей – это не только прямое нарушение нашей Конституции, но и нарушение наших обязательств в рамках Совета Европы.
В.Рыжков: Мне очень хочется обжаловать этот несправедливый и беззаконный приговор в Мосгорсуде
А. Плющев
―
Кому до этого нарушения кроме нас вами есть дело. Они как нарушали, так и будут.
В. Рыжков
―
Я думаю, что должны наши граждане обеспокоиться по двум причинам. Во-первых, потому что каждый из них может попасть по такому же сфабрикованному делу, как и мы. И, во-вторых, они налогоплательщики. А штрафы, которые выплачивает государство по решениям ЕСПЧ – они платятся вообще-то из бюджета. Из наших налогов. То есть каждый из нас, платит штрафы своими налогами за наше неправовое государство, которое нарушает Конституцию и наши международные обязательства. Почему наши налогоплательщики, Александр, должны оплачивать штрафы мои. Точнее не мои штрафы, а тот штраф, который будет наложен на РФ. С какой стати люди должны платить за правонарушение со стороны государства.
А. Плющев
―
Я думаю, что это вы мне задаете риторический вопрос. Давайте я вам задам не риторический. История с Ройзманом что будет означать в политическом смысле. Наверное, есть цель кого-то запугать. Запугают ли арестом Ройзмана кого-нибудь?
В. Рыжков
―
Я с Женей говорил, буквально вчера ему звонил. Выразил ему солидарность, поддержку. Он сказал, что прекрасно понимает, что будет и прекрасно понимает, на что он идет. Его точно не удастся запугать. Но эти акции рассчитаны на то, чтобы запугать людей менее решительных. И людей, которые будут колебаться и выбирать. Поддерживать ли законные требования по защите прав и свобод конституционные. Либо не поддерживать. Регистрироваться на сайтах типа free.navalny, откуда утекла база и теперь людей преследуют и грозят им увольнениями и так далее. То есть это рассчитано на миллионы людей, это не рассчитано на то, чтобы запугать Ройзмана. Это рассчитано на то, чтобы запугать миллионы граждан с тем, чтобы они молчали и не выражали свою позицию. Это рассчитано на то, чтобы подавить инакомыслие и свободомыслие в нашей стране.
А. Плющев
―
Вы сказали самого Ройзмана не запугать. Но он же перед буквально этим сказал, что не пойдет в ГД. У нас просто как-то принято считать, что преследование возможное и ваше – оно связано с тем, чтобы в случае чего отстранить от участия в выборах каких-нибудь. Можно повесить какую-нибудь дадинскую статью и все привет, участие в выборах.
В. Рыжков
―
Здесь две стороны. Во-первых, Ройзмана могут, как я понимаю, я не юрист, но уже сейчас могут начать преследовать по дадинской статье. Потому что у него получается три протокола в течение года.
А. Плющев
―
В течение полугода там надо.
В. Рыжков
―
И в этом смысле, конечно, Женя находится под угрозой. Вне зависимости от того, собирается ли он идти в ГД или нет. Но если он все-таки соберется, а я бы хотел, чтобы он пошел на выборы и всячески буду его поддерживать. Да, это может быть использовано для того, чтобы лишить его такой возможности.
А. Плющев
―
Я как раз наоборот имел в виду, что может быть, теперь он передумает и скажет, нет, ребята, знаете что…
В. Рыжков
―
Сейчас мы его спросить не можем. Сейчас он отключен от связи. Но я бы очень хотел. Я кстати с ним работал в ГД. Я был независимый депутат, он был независимый депутат. Мы работали с ним очень дружно и боролись в ГД, он прекрасный депутат. Точно так же как он был прекрасным мэром Екатеринбурга, любимым городом и очень много сделавшим для него.
А. Плющев
―
Кстати, сегодня мой коллега Дмитрий Колезев в Telegram написал довольно большой текст о том, что для региона сейчас посадка Ройзмана означает и какое он значение имеет в регионе. Возможно те, кто принимал решение, это немного недооценивают. Пишет он. Потому что есть региональная специфика и многие как Владимир Рыжков хорошо знают Евгения Ройзмана не только по передачам на «Эхо Москвы», в которых надеюсь, он и дальше будет принимать участие.
В. Рыжков
―
Я могу со всей ответственностью как принято говорить, сказать, что это был великолепный депутат. И депутат с позицией. Когда мы работали с ним ГД. Депутат, который никогда не отмалчивался. Депутат, который очень много делал в своем избирательном округе. Он вел постоянный личный прием, как он и сейчас делает в Екатеринбурге. Он помог тысячам людей не словами, а делом. И поэтому о таком депутате можно только мечтать.
В.Рыжков: Ройзман помог тысячам людей не словами, а делом
А. Плющев
―
Сами-то как, после столкновения с судебной системой не изменили свое решение баллотироваться…
В. Рыжков
―
Я, как и Женя отказался от участия в выборах в ГД, потому что не вижу, честно говоря, возможностей. Я не понимаю, как сейчас в этой ситуации можно пробить, хотя надо пытаться, конечно. И я принял твердое решение, освободилось два округа в Мосгордуме, один из них округ Николая Николаевича Губенко – 37-й. Это то, что можно условно назвать ближний юго-запад Москвы. Ломоносовский академический, Гагаринский район и Проспект Вернадского. И это район, где очень большая поддержка оппозиции, партии «Яблоко». И я буду выдвигаться при поддержке партии «Яблоко» в 37-м округе. И я хочу увеличить долю оппозиции в Мосгордуме. И буду бороться за победу в этом округе.
А. Плющев
―
То есть не передумали.
В. Рыжков
―
Нет, наоборот, меня это задержание, Саш, как вы правильно сказали, только разозлили. Чего это вдруг. У меня есть полное право на свободу высказываний, на свободу информации. Гарантированное мне Конституцией. И вдруг за перепост новости моей родной радиостанции «Эхо Москвы» меня задерживают, держат часами в каменной клетке, признают меня виновным в организации призывах, выписывают мне штраф. Это вообще черти что. Почему я должен с этим соглашаться. Поэтому наоборот мне только злости добавили. Я еще больше захотел выдвинуться и победить в этом округе.
А. Плющев
―
За перепост новости «Эхо Москвы» - это вообще святотатство. Я считаю. Я серьезно сейчас говорю. Так нельзя делать.
В. Рыжков
―
Ну ладно, если бы я перепостил эту же новость ТАСС или РИА-Новости. Потому что эта новость была везде. Но подняли руку на «Эхо Москвы». Александр.
А. Плющев
―
Согласен. Очень нехорошо. Теперь возвращаемся к казанской теме. Вот вообще в чем вы видите причину всех подобных шутингов, колумбайнов. Это какие-то индивидуальные вещи или это социальная штука.
В. Рыжков
―
Я думаю, что это социальная штука все-таки. Уже довольно много, я не могу сказать, что я все послушал, что об этом говорят, и все прочитал. Потому что очень много квалифицированных сейчас оценок психологов, социологов, специалистов по образованию. Специалистов по регулированию оборота оружием. И люди очень квалифицированно пишут. Но мне кажется это очень социальная вещь. Потому что получается так, что просто просмотрели ситуацию все. Начиная от спецслужб, Саша, вы же великолепный специалист в Интернете, и вы прекрасно понимаете, что все эти системы, которые мониторят Интернет, они же действительно громадные эти системы. И, кстати говоря, мой ретвит тоже выявила какая-то, я не помню название, система мониторинга. «Эшник», который на меня писал протокол, он прямо ссылается, что есть система мониторинга Интернета.
А. Плющев
―
Система мониторинга Интернета - товарищ капитан называется.
В. Рыжков
―
Нет, я думаю, это машина, это алгоритм. Потому что они нашли просто в Интернете, из миллиардов сообщений вычленяют, видимо, по ключевым словам. Акция протеста, Навальный. Видимо что еще: Путин, ФБК (иностранный агент) и так далее. То есть понимаете у них же система мониторинга. И вот, Александр, скажите как специалист, почему в этой системе нет флажка на слово «я убью» или «сегодня я убью». Он же в Telegram, его запись этого парня. Что сегодня я убью. Почему у них на «Навальный» и на «Путин» есть такие флажки, или «акция протеста». А почему на фразу «я убью» у них, он же там написал что-то, близко к тексту, что я убью много людей.
А. Плющев
―
Я очень быстро отвечу. Хотя это не мое «Особое мнение». Но все-таки вопрос прозвучал. Во-первых, я не видел системы и не знаю, как она работает. Поэтому за нее с трудом отвечу. Но вообще все-таки у нас правоохранительные органы заточены не чтобы охранять граждан, а чтобы охранять власть. В том числе и когда они мониторят Интернет. Это общие слова. Частность заключается в том, что Павел Дуров, создатель Telegram сказал, что на момент, когда он раскрыл свой канал, сделал свой канал, потом открыл его для публики. Он был там один одинешенек, единственным пользователем. И за 20 минут он написал, за 15 минут открыл. То есть 15 минут до трагедии оставалось. 15 минут он провисел в Интернете. Через час после массовых жалоб его обнаружили и первым, кто на него среагировал, точнее администрация Telegram раньше его заблокировала, чем на него среагировали правоохранительные органы. Это то, что сказал Дуров. Я не могу проверить его слова.
В. Рыжков
―
Тем не менее, этот вопрос остается. Если все-таки построен «большой брат», а я так понимаю, что он есть и у нас, и в Китае, и Америке. В этом нет никаких сомнений. Мы это точно знаем. То, конечно, «большой брат» должен очень, если человек пишет «я убью много людей» - это как должно быть моментально оценено и приняты меры. Шел по улице – это обсуждается очень. С ружьем наперевес. С тяжелой сумкой. И тоже не привлек внимание. При продаже ему этого…
А. Плющев
―
Я прошу прощения. Добавлю две копейки. Меня даже не столько прохожие, но все-таки человек с ружьем это страшно, и так подойти и сказать: ты чего с ружьем ходишь – ну правда страшно. Но, сейчас секунду…
В. Рыжков
―
Я в своей жизни видел всего несколько раз на улице людей с ружьем. Я физически. Например, однажды видел в городе Грозном. Где я провел полтора дня у друзей. И там ходили эти люди с автоматами, в бронежилетах, но это были правоохранители. Именно с автоматами.
А. Плющев
―
Просто идет человек с охотничьим ружьем.
В. Рыжков
―
А вот на городской улице тем более такого европейского мегаполиса как Казань, утром человек с ружьем – я такого не видел никогда.
А. Плющев
―
В том-то и дело, что у нас…
В.Рыжков: Любая катастрофа чудовищная всегда складывается из нескольких элементов
В. Рыжков
―
Если бы я увидел человека с ружьем, например, на Маросейке или на Новом Арбате – я бы сразу позвонил в полицию. У меня бы это на автомате было. Я, не задумываясь, просто остановился и позвонил. Я бы даже не понимал, что я делаю. Это просто рефлекс. Этот вопрос есть. Вопрос к тем, кто продал ему оружие и патроны. Это очень серьезный вопрос. Была керченская трагедия и было указание президента ужесточить. Потом одно СМИ написало, что с тех пор не только не ужесточили, а даже упростили.
А. Плющев
―
Есть такое.
В. Рыжков
―
То есть как эта система выстроена, если у него диагноз болезнь головного мозга, как мы теперь выясняем. Если ему 19 лет - что, как. То есть очень много вопросов. И по системе оборота оружием, и по социальным аспектам общества, как пропустили, как просмотрели. И здесь охрана школы обсуждается и так далее. Как в любом несчастье, как в любой катастрофе всегда любая катастрофа чудовищная она всегда складывается из нескольких элементов. Недостаточно одного элемента. Здесь как-то вместе сошлось несколько и человек, и его состояние, и видимо, семья. И, видимо, болезнь. И система оборота оружия. И прохожие, там еще говорили, что полицейская машина мимо него проехала. Пока он шел к школе. И все это вместе привело к этой чудовищной трагедии.
А. Плющев
―
То, что я хотел сказать. Казань это один из городов в России, который нашпигован полицейскими. Вы его пройдете по Москве, по Питеру, по Казани, проедете буквально 10 минут – вы обязательно увидите полицейских. Не может быть такого, чтобы вы прошли и не было полицейского. Так не может быть.
В. Рыжков
―
Более того, я добавлю, что Казань была первым городом в России, который был нашпигован камерами наблюдения. Это пришло из Казани. Я не помню фамилию, министр связи молодой, который у нас сейчас, он же приехал оттуда.
А. Плющев
―
Не сейчас. Сейчас уже не он.
В. Рыжков
―
Был министр, вы помните, Александр. Его пригласили в Москву для того, чтобы распространять, это касается не только камер, но цифровой документации. Документооборота и так далее. То есть Казань нашпигована камерами, полицией. У нас гигантские структуры слежки. Центр «Э», ФСБ. Конечно, возникают очень большие вопросы об ответственности спецслужб и того же центра «Э». С моей точки зрения это профессиональный провал. И возникает вопрос об ответственности людей, которые возглавляют эти ведомства. Росгвардия, которая регулирует оборот оружия. Возникает вопрос об ответственности этой структуры. То есть это системная и государственная, и социальная, системный сбой государства, спецслужб, правоохранительных органов и нашего общества. Получается, нельзя отделить одно от другого.
А. Плющев
―
Но что интересно. Политические последствия не заставят себя ждать. Они уже не заставили. Закон об ужесточении разрешений на выдачу оружий. Который не имеет ровным счетом никакого отношения, он давно лежал в ГД. Уже быстренько приняли.
В. Рыжков
―
Да, и сейчас всякие предложения – ликвидировать анонимность в Интернете, хотя я не вижу никакой связи между этим событием и анонимностью в Интернете. Это так же как Путин в свое время отменил выборы губернаторов и выборы депутатов ГД по округам, увязав их с трагедией в Беслане. Это не было никак связано по существу абсолютно. Но, тем не менее, трагедия в Беслане была использована для ужесточения авторитарного режима и для дальнейшего ограничения свободы. Так и здесь. Я надеюсь, что после этой ужасающей трагедии что-то будет сделано полезное. Я надеюсь на это. Но боюсь, что будет сделано немало вредного.
А. Плющев
―
Это Владимир Рыжков, политик. Мы продолжим «Особое мнение» буквально через 4 минуты.НОВОСТИ
А. Плющев
―
Мы продолжаем. У нас есть один постоянный читатель нашего сайта. Илайс. Я все время обращаю внимание на его вопросы. Они часто бывают очень хорошие. А сегодня он целое интервью прислал для Владимира Рыжкова. И все его вопросы, так или иначе, касаются прошлого. Например, как историк и как политик можете объяснить, почему нынешнюю власть так интересует прошлое? Бесчисленное количество запретов, преследование по закону, засекречивание архивов. В чем смысл?
В. Рыжков
―
Если коротко, Александр, и самую суть. То любая власть стремится править вечно. А для того чтобы править вечно, она должна иметь легитимность в глазах общества. А чтобы иметь легитимность в глазах общества - она должна на что-то опираться. Скажем, сейчас Китаем правит Коммунистическая партия Китая. Во главе с Си Цзиньпином. И правит эта партия с 49-го года. С создания Китайской народной республики. Вот на что она опирается? Главная легитимность китайского руководства современного – это феноменальный успех Китая в развитии. Беспрецедентный. Реформы начались в конце 70-х, начале 80-х. Китай был отсталой, нищей, разоренной страной. После культурной революции Мао Цзэдуна. И теперь это вторая по некоторым параметрам первая держава мира. Экономическая. И не только экономическая, но и технологическая. Во многих отношениях они сравнялись с американцами или близки к этому. И китайская компартия говорит: ну вот смотрите, мы руководим, и мы обеспечиваем феноменальный успех Китая. И поэтому у них есть легитимность. Вот на что, Александр, может опираться наша нынешняя власть. Экономические успехи – где они? Рост благосостояния – с 14-го года доходы падают.
А. Плющев
―
Это у кого как. Среднемесячные зарплаты депутатов думы в прошлом году по подсчетам интернет-издания «Открытые медиа» выросли до 470 тысяч рублей. Это на 17% больше.
В. Рыжков
―
Не будем говорить об 1%, который владеет Россией. Понятно, что у них все хорошо и они богатеют. Я говорю о народе. Народ беднеет. Цены растут. Опираться на экономические успехи невозможно. Внешнеполитические успехи – это Крым - ну сколько можно скакать на Крыме. Эта лошадь уже устала. Сирия – уже забыли. Донецк, Луганск, Беларусь… То есть экономики нет, внешней политики нет, единственная лошадь, Александр, на которой можно скакать – это славное прошлое. Деды победили в 45-м году. Великая победа. Нет сомнений. Возникает соблазн присвоить себе эту победу. Пропагандистскими методами. Оседлать. Придумать мифических фальсификаторов. Придумать мифических отрицателей нашей великой победы. Придумать недобитых карателей внутри страны, которые подвергают сомнению. То есть если народ гордится великой победой, а это единственное, на чем можно скакать и поддерживать свою легитимность и популярность – то они будут скакать на этой лошади. Других успехов нет. И не предвидится. Как говорят экономисты, ничего хорошего впереди нас не ждет. Например, прогноз на рост мировой экономики в этом году почти 5,5%. Мы дай бог, если процент вытянем роста. Россия теряет долю в мировой экономике. Уже 10 лет подряд. У нас доходы сегодня населения как в 2009 году. То есть мы в 21 году доходы имеем как в 2009. 12 лет – коту под хвост. Поэтому эта параноидальная зацикленность на прошлом, вот это склеивание себя с великой победой, к которой нынешняя власть не имеет никакого отношения, как мы все понимаем. Это единственный способ поддерживать легитимность, единственный способ удерживать власть в своих руках. Вот почему они так зациклены на прошлом. Потому что в настоящем им предъявить нечего. А программы движения в будущее у них вообще нет. Сейчас у страны нет никакой программы развития вообще. Поэтому остается скакать на лошади прошлого. Великое прошлое.
В.Рыжков: Деды победили в 45-м году. Великая победа. Возникает соблазн присвоить себе эту победу
А. Плющев
―
Не совсем понял. А что, если бы этого не было, то народ поднялся и снес бы все это к чертовой матери что ли. Конечно, нет.
В. Рыжков
―
Я не могу сказать, что поднялся и снес бы. Но, может быть, было бы гораздо труднее управлять и выигрывать выборы и гораздо труднее фальсифицировать выборы. И гораздо труднее удерживать власть.
А. Плющев
―
Объясните, как это работает. Мы сказали, что мы наследники великой победы. Туда-сюда. И люди сказали: а, ну ладно, тогда мы вас поддерживаем. Так это работает?
В. Рыжков
―
Нет. Тут формула из двух частей. Мы наследники великой победы и великой страны. Есть враги извне и внутри, которые ставят это под сомнение и разрушают нашу великую победу. Мы единственные, кто стоим на защите великой победы и славной истории. Если не мы, то нас растопчут, раздавят, опозорят и унизят. Поэтому поддерживайте нас, терпите нас и голосуйте за нас. Потому что только мы стоим на страже великой победы. Вот так работает этот социальный психологический механизм. Это не только Россия проходила. Это был имперский синдром у Франции, когда она теряла Алжир. Это был имперский синдром у Британии, когда она теряла Иберию. На этом играл Гитлер в 20-х годах, отвергая Версальский договор унизительный и так далее. То есть вот это разочарование, потеря империи, потеря величия или якобы есть очернители и отрицатели победы – это очень важный социальный психологический механизм поддержания собственной легитимности. Поэтому наша власть так зациклена на победе, - потому что другого предъявить нечего.
А. Плющев
―
Судя по тому, что вы уже пару раз упомянули недобитых карателей, вы слышали речь Путина на параде. Это же оттуда. Но потом, правда, вроде бы поясняли, что это где-то в Украине.
В. Рыжков
―
Песков пояснял, что это недобитые каратели в постсоветских странах. То есть он, по крайней мере, не стал говорить, что у нас внутри России есть недобитые каратели.
А. Плющев
―
Почему Владимир Путин не упомянул союзников, - Илайс спрашивает. А я хочу спросить про эту оговорку, которую потом исправляли. Что народ России один-един. Это случайно, специально. Что это было вообще.
В. Рыжков
―
Это вообще на самом деле было довольно странно, потому что незадолго до этого Владимир Путин похвально отозвался о ленд-лизе.
А. Плющев
―
Похвально? Может быть, разные высказывания имеем в виду. Но он сказал, что какой-то учебник ему попался и там было про ленд-лиз, но не было про Сталинградскую битву.
В. Рыжков
―
У него еще одно недавнее высказывание, где он сказал, что ленд-лиз был очень важен. И второе, как мы понимаем, готовится сейчас встреча первая личная, точнее Путин с Байденом встречался, когда Байден приезжал в качестве вице-президента. Это уже будет не первая их встреча. Но в качестве президента с Байденом первая встреча. И было бы логично перед этой встречей помянуть союзников добрым словом. И конечно мне это резануло. Что Советский Союз был один. Конечно, он не был один. Потому что когда Гитлер напал на Советский Союз в июне, Британия уже воевала вовсю. И была битва за Ламанш. И была битва за пролив. И Черчилль отстоял остров. И так далее. То есть уже война шла вовсю. И в этом смысле и Черчилль в первый же день выступил в парламенте, сказал, что мы станем плечом к плечу с русскими женщинами, русскими мужчинами и мы будем вместе сражаться и Британия поможет Советскому Союзу всем, чем сможет. А уже в сентябре прилетел 41-го года Гопкинс, личный посланник и правая рука Рузвельта, и спросил, что вам надо. И когда Сталин написал огромный список того, что надо, Гопкинс сказал: мы все дадим. И все дали. Поэтому это, конечно, не очень было красиво, когда президент говорит, что мы были одни, мы были одни – потому что это не соответствует исторической правде. И президент у нас всегда призывает бороться с фальсификациями истории. Но это была, к сожалению, некоторая фальсификация.
В.Рыжков: Формулировка этого закона намеренно составлена так, чтобы можно было трактовать как угодно
А. Плющев
―
А не является фальсификацией истории, попыткой ее фальсификации сейчас процесс принятия закона о запрете отождествления целей Гитлера и Сталина, например. Потому что его можно трактовать как угодно и по нему получается, что там по пакту Молотова-Риббентропа ничего нельзя сказать, потому что это был их консенсус ведь
В. Рыжков
―
Да, я почитал формулировку этого закона. Она намеренно составлена таким образом, чтобы можно было трактовать как угодно. Это вообще признак злоупотребления законом. Это признак некачественного закона, когда формулировка намеренно делается настолько невнятной, чтобы исполнительная власть в лице правоохранительных органов могла преследовать любого. Вот простой вопрос, Александр. На логику. Если пакт Молотова-Риббентропа. Молотов - с советской стороны, Риббентроп, министр иностранных дел Гитлера - с другой стороны. Вот даже с точки зрения договорного права стороны, подписавшие договор, являются тождественными?
А. Плющев
―
Ну как вам сказать. Если на логику – то нет.
В. Рыжков
―
На логику – да. Потому что если две равные стороны подписывают договор – они тождественны с правовой точки зрения.
А. Плющев
―
Если равные – то да.
В. Рыжков
―
А как они, вот Германия подписала с Советским Союзом. Две равные стороны. Они тождественны или нет? Если я, исходя из формальной логики, вот сейчас в эфире говорю, что пакт Молотова-Риббентропа означал тождество сталинского Советского Союза на тот момент и гитлеровской Германии на тот момент. Это юридический и логический факт. Тождество. Я уже не говорю о том, что были Секретные протоколы о разделе Восточной Европы и Прибалтики. И Финляндии, кстати говоря. То есть это две тождественные стороны. Так вот, согласно этому закону, если я так сформулировал, что две равноправные стороны договора летом 39-го года подписали договор, то я уже подпадаю под регулирование этого закона. Это же полный абсурд. И конечно это откроет дорогу для преследования блогеров, учителей, историков.
А. Плющев
―
Вы сами как ведущий программы «Цена победы» как себя ощущаете?
В. Рыжков
―
Да мы себя в «Цене победы» уже давно ощущаем. С Виталием Дымарским. Потому что мы стараемся в наших программах рассказывать историю войны так, как она была. Не так, кому-то хочется. А так, как была. Поэтому да, конечно. И наша программа может привлечь внимание санитаров.
А. Плющев
―
Дай бог, чтобы не привлекла. Дай бог, чтобы и закон как-то обошел вас стороной. Скажем так. И всех нас заодно. Я напомню, что в 19 часов еще одно «Особое мнение» - политолога Глеба Павловского. В 21 час слушайте «Невзоровские среды» с публицистом Александром Невзоровым. В 22 часа тема программы «48 минут» - король Норвегии Харальд V. Ведущие - Марина Максимова и первый зам. генерального директора ТАСС Михаил Гусман. Ну а я благодарю Владимира Рыжкова, политика за его «Особое мнение». Спасибо большое и до свидания.