Особое мнение СПб - Марина Шишкина - Особое мнение - 2020-12-02
02.12.2020
А. Петровская
―
Добрый день! Я Александра Петровская, и сегодня «Особое мнение» председателя регионального отделения «Справедливой России» Марины Шишкиной – здравствуйте! Начнем мы с решения кабинета министров, который поддержал законопроект о признании физических лиц иностранными агентами: этот закон могут рассмотреть в первом чтении уже 8 декабря. Мы с вами в круге врагов, если раньше они были понятными – юридические лица, которых можно было вычислить и повесить на них упоминания – а теперь даже физические лица вокруг нас могут быть иностранными агентами, а мы их сразу и не распознаем.
М. Шишкина
―
Расширяется круг врагов. Это из разряда тех законов, глядя на которые, можно понять, что у тех, кто их придумывает, крепчает маразм. Речь о каких физических лицах идет? Как я понимаю, о политиках, журналистах, о тех, кто непосредственно связан с общественной деятельностью, высказыванием своей точки зрения, формированием общественного мнения. Речь не идет о певца, артистах…
А. Петровская
―
Смотря о чем они будут петь.
М. Шишкина
―
А это уже другое дело. Это полный бред. Как откроют границу, выеду я в свою любимую Финляндию, куплю там сыра, зайду в офис таксфри, получу за него 10 евро, приеду и продолжу заниматься политической деятельностью, потому это основной мой вид деятельности – и что я иностранный агентом?
А. Петровская
―
Вообще негоже иностранный сыр есть, непатриотично.
М. Шишкина
―
Конечно, а вы, Саша, возьмете и напишите какой-то материал, а его вдруг перепостит не наша радиостанция, и вам за это придёт гонорар, потому что вы работали – и всё, я без сыра, а вы без эфира. Вот каламбур. Я думаю, что это вульгарная, примитивная борьба с людьми, которые формируют общественное мнение. Ничего это не даст, не вызовет ничего кроме раздражения и оскомины – так жить нельзя. Жить надо открыто, честно, дружа с соседями, а не как мачеха в фильме «Золушка»: королевство маловато, пойду поссорюсь с соседями. Нельзя видеть во всех врагов, тем более в своих гражданах, которые честно работают и платят налоги, и должны иметь право выбора, где работать и откуда получать средства. А если, например, у кого-то тетушка где-то живет, наследники, а если дети живут в другой стране, и они хотят помочь родителям, и прислали им какую-то итальянскую копеечку – что теперь, родители не имеют права писать статьи? Это же бред.
А. Петровская
―
Нам, конечно, скажут в Госдуме, что вопрос в правоприменении, что закон не направлен против таких историй, как сыр или дети за границей. Важно доверие, которое должно быть государству у граждан, что, действительно, правоприменение в тех случаях, когда речь идет о врагах, которые пытаются все карты смешать.
М. Шишкина
―
Мы с вами сталкиваемся с историей того, что правоприменение сильно страдает. И что мы не были с вами свидетелями применения законов в смехотворных ситуациях? Куча примеров, когда друзьям всё, а врагам этот закон, который можно применить таким вывернутым, чудовищным образом, что только могло быть для контента Салтыкова-Щедрина. Не может быть закона, который может быть применен противоположно, перпендикулярно, в анекдотичных ситуациях – тогда не надо писать такой закон. Зачем он? Почему человек не имеет право получить заработанные деньги в иностранной валюте? Мы кто, в какой мы эпохе живем? У нас что в стране заниматься больше нечем, у нас нет сфер, на которые должны положить свой взгляд законодатели? Наверное, они есть.
А. Петровская
―
Вопрос в приоритетах. Действительно ли, что приоритет выставлен так, что мы видим сегодня подобные законы, которые быстро принимаются, читаются? Почему? Если сейчас встать на сторону Кремля, народных избранников в Госдуме, тогда почему сегодня эта тема становится в приоритете, раз такие законы быстро реализуются?
М. Шишкина
―
Это тема не сегодня стала в приоритете, а несколько последних лет. Сначала начали цензурировать общественно значимые отрасли, такие как журналистику, закрывать всевозможные лазейки для того, чтобы честная журналистская точка зрения не дошла до ушей аудитории, потому стали цензурировать и выворачивать руки бизнесу, общественным организациям, НКО, признавая их иностранными агентами, которые работают шире, чем территория РФ, юр. лиц – дело дошло и до физ. лиц. Это четкая практика закрытия общества. Я не могу сказать страны, потому что коронавирус закрыл границы без решения депутатов Думы, но это закрытие общественного пространства, потому что кто-то считает, что если закрыть общественное пространство, то все решится: появится мясо, помидоры, вырастут зарплаты, на лицах будет счастье. Кто это решил? Закрытое общество – это гниющее общество с проблемами, не имеющее возможность выпустить пар. Поэтому ничего для меня нет удивительного, я думаю, что скоро мы станем свидетелями других смешных законов, которые, например, запретят нам пользоваться левой стороной улицы, потому что там может стоять памятник, построенный иностранным архитектором – запросто. И ходя мимо этого памятника и вы вдруг надышитесь западным духом. Я говорю бред, но мой бред вызван рефлексией на то, что делают сейчас депутаты.
А. Петровская
―
Не могу не спросить вас насчет слухов в отношении объединения партии «Справедливая Россия» с кем бы то ни было ещё, возможно, с «Родиной», «За правду» Захара Прилепина. Понятно, что официально эту информацию опровергли и Прилепин, и представители партии «Справедливая Россия», но и свои источники у журналистов есть, и они говорят, что процесс идёт, запущен он не на партийном уровне, а в Администрации президента. Насколько удачное партнерство для «Справедливой России», например, с партией «За правду»?
М. Шишкина
―
Вопрос о коалиции партии с другими, необязательно с мелкими, действительно, идёт несколько лет. Могу сказать, что мы не имеем информации о каких- то принятых решениях: скорее всего их пока нет, потому что любое партийное решение принимается в рамках съезда. Его нет, о нем ничего не слышали, что, видимо, не исключает возможности каких-то переговоров. Я к этим переговорам отношусь спокойно, потому что считаю, что коалиция – это всегда движение вперёд. Но с кем объединяться, дружить? Время меняется, сменяется состояние партии, политический контекст – с кем и когда объединяться? Я знаю, что у «Справедливой России» очень много критиков, и часть критики объективна, но встану на защиту собственного бренда, как специалист по связям с общественностью, как отчасти политтехнолог, это достаточно сильный, развитый, с хорошим бэкграундом бренд, и тут никуда не деться. Конечно, у партии были лучшие времена, в 2011 году мы выиграли в ряд ЗакСов страны, в Думе нам просто не дали стать партией большинства, что очевидно, потом взлёты и падения – нормальный процесс. Но дело в том, что малым партиям в этом смысле с «Справедливой Россией» объединяться удобно, потому что большое тянет за собой малое, но важно, чтобы те партнеры, которые будут выбраны в качестве новых участников, принципиально не ломали структуру контента, идею партии. У «Справедливой России» есть второй плюс кроме бренда – это не радикальная партия, достаточно демократическая, в ней очень большой разброс мнений по разному кругу вопросов, и лидер партии Сергей Миронов никогда не проявлял радикализм как образованный и лояльный к иной точке зрения. Если к нам придут партии, у которых радикализм выше нашего, ультравзгляды сильнее.
А. Петровская
―
Можем ли мы говорить про конкретные партии, а то вы говорите общо. Готовы вы дружить с Захаром Прилепиным, насколько идеологически близки взгляды у партии Прилепина и «Справедливой России»?
М. Шишкина
―
Моя точка зрения скорее всего ближе к вашей, ведь проект Захара Прилепина не нашёл большой поддержки на предыдущем электоральном цикле в России, от него ждали значительно больше. Вот те политтехнологи в высоких кругах, которые думают, что вся Россия ходит в кокошнике и с гуслями в руках, и поэтому избиратели пойдут за этим, за ультранациональной идеей, то они не правы, Россия не такая, не работают радикальные национальные идеи в многонациональной стране. Я думаю, что социал-демократия как основа партии «Справедливая Россия» и идея Захара Прилепина коррелировать будут сложно, потому что в партии много образованных, интеллигентных и умных, порядочных людей – моя точка зрения.
А. Петровская
―
Насколько я понимаю, что Прилепин говорил на пресс-конференции в Петербурге, что у них антилиберализм – насколько близко это «Справедливой России», вам?
М. Шишкина
―
Он мне не близок вообще, поскольку социал-демократия партии, в которой я состою – совершенно иная идея. Она западная, хорошо получила развитие на советской почве в начале прошлого века – это плехановские идеи, не антилиберальные. Поэтому слова, которые говорит Прилепин, мне вообще не близки, поскольку я не верю в крайние варианты. Что такое антилиберализм? Всё равно в России останется большая группа людей, для которой ценность отдельного человека, а не группы, что лежит в основе либерализма – останется очень важной. Провозгласить такую идею нашей партией – это не привлечь, а вычеркнуть большое количество людей из партии. Партия родилась в Ленинграде, в Петербурге, в европейском городе.
А. Петровская
―
Родилась же тоже путем объединения, слияния. Может быть, это удел «Справедливой России»?
М. Шишкина
―
В самом деле, это было удачное слияние. Политики старой волны говорят, что это была идея Владислава Суркова, который решил придумать вторую ногу. Но вообще эта была удачная идея объединения левых сил, туда вошли «Жизнь», «Пенсионеры», кто-то ещё… Был синергический эффект. В любом объединении он: если участники что-то дадут друг другу, а не отколют. Сразу будем смотреть: это родилось политическим, естественным путем, либо политтехнологическим. А это путь сверху, через какую-то башню, которая говорит: давайте сделаем, чтобы наоборот, опустить старый бренд – это будет значительно хуже. Жаль, что давно в политике нет естественной конкуренции, а кто-то решает сверху, кому дружить, и браки заключаются не естественным путем, по любви, а браки заключаются по необходимости, потому что так решили кланы – плохая история.
А. Петровская
―
Вы практически ответили на мой следующий вопрос о том, что срежессировано, как об этом пишут СМИ, из Кремля. Поскольку идея объединения, коалиция ходит давно, то кто кажется вам вполне естественным соратником для «Справедливой России», когда это только усилит бренд партии, которая сейчас показывает низкие рейтинги, и в шансы пройти в Госдуму пограничные?
М. Шишкина
―
Возможно, вопрос не объединения помог бы нам немного оживить ситуацию – это, конечно, хорошо, но партии маленькие, не раскрученные, придуманные. Уже давно естественным путем не рождалась ни одна партия, естественным путем даже паспорт этому ребенку не дадут, в жизнь не пустят, и он будет беспризорником. Здесь есть другой путь: путь оживления истории самой партии, имиджевых вещей. Я всё время открыто говорю, что нам не хватает некой последовательности, я это и к себе отношу, и к партии, в каких-то вопросах.
А. Петровская
―
В голосовании по определенным законам в Госдуме у «Справедливой России» есть последовательности, и она не всех привлекает.
М. Шишкина
―
Там нет такого, что 100% проголосовали и подняли руки. Саша, я не оправдываю ситуацию, я тоже хочу, чтобы та организация, которую я представляю, целиком в Петербурге стала лучше и живее. Поэтому я думаю, что помимо объединения есть и другие механизмы оживления ситуации и повышения рейтинга.
А. Петровская
―
Выборы будут не только в Госдуму, но и в ЗакС, и здесь интересно, какие у вас уже есть размышления на тему того, кто может представлять партию на этих выборах, в частности, может быть, кто-то из знакомых нам депутатов ЗакСа, кто сейчас оказался вне своих партий.
М. Шишкина
―
Могу сказать сразу: мы открыты для всех приличных людей. Пройдя муниципальные выборы, партия показала возможность к объединению со всеми здравыми силами: мы были единственными, кто выдержал все договоренности с другими партиями и организациями – мне это приятно. Сейчас мы за то, чтобы оппозиция объединилась в плане разделения округов – мы готовы объединяться и с «Яблоком». И с «Партией роста», может быть, они в чем-то не хотят объединяться, но это уже другая проблема, и мы открыты для людей, кто может прийти к нам. У нас сейчас есть фигура Михаила Амосова, он с нами сотрудничает, скорее всего будет баллотироваться от нашей партии. Достойный и уважаемый человек – отчего же нет? Если еще появятся фигуры, за репутацию которых мы ручаемся, то мы, конечно, открыты. Город-то маленький, мы все друг друга знаем. Что нам делить по этим клеткам? Поэтому если появятся такие – добро пожаловать.
А. Петровская
―
Есть еще маленькие партийные проекты, например, «Новые люди», «Зелёная партия», насколько это может помочь постройке многопартийности в стране или в регионе, или это политтехнологический механизм, который должен помочь вытащить партии, которые нужны Кремлю?
М. Шишкина
―
Кроме зелёных, всё, что вы перечислили – политтехнологический проект. Партии, родившиеся не путем естественного, когда мы с вами посидели в разливе и придумали идею, нашли единомышленников – это те, кто были рождены в каких-то кабинетах. До нынешнего момента это делается для того, чтобы на шахматной доске появились ещё какие-то фигура, которые могли бы кем-то введены в игру. Это печальная ситуация, их и будут использовать как игроков, и жизнь их такова: как родились, так их могут завтра и похоронить.
А. Петровская
―
Муниципальные выборы в Петербурге прошли, только забыть о них никак не могут, потому как те, кто эти выборы смог с большим трудом (мы помним про все нарушения, о которых и в ЦИКе говорили), и мы видим результаты в смене главы Горизбиркома. Те, кто прошли, сегодня лишились своих мандатов, потому что якобы не вовремя сдали отчетность, либо сдали с ошибками (700 рублей кто-то не дописал и прочее) – эта история продолжается и превращается в большой скандал, отдельные муниципальные образования выходят из Совета муниципальных образований, и вся история больше напоминает политическую борьбу. Как вы это видите?
М. Шишкина
―
МО «Гавань», Нелли Вавилина был первым, кто отказался от сотрудничества с Советом. Это плохая история – это история лукавого правоприменения. Действительно, муниципальная кампания была неожиданной: более 300 оппозиционных депутатов появились в муниципалитетах города. И несмотря на то, что зачищена была половина, суды прошли неудачно для непрошедших кандидатов, теперь придумана другая история, другой куплет песни, как вычистить их. История со Светланой Уткиной – классическая история неприличного поведения. Мы сегодня должны были выступать (Алексей Ковалев) против того, что происходит: взять человека и за нулевой счет, на неправильно оформленные небольшие доходы исключить из депутатов города, и делается это в муниципалитете, который возглавляет Всеволод Беликов.
А. Петровская
―
Меры по коронавирусу будут усугубляться скорее всего, это в том числе, касается ресторанов, которые будут закрыты на новогоднюю ночь и несколько ближайших дней, и их работа будет ограничена до конца каникул, как говорят наши источники. Переживет ли это бизнес, непонятно, но параллельно мы видим, что подобных сообщений про общественный транспорт нет. Насколько такая полумера поможет с распространением инфекции в городе?
М. Шишкина
―
Просто мне кажется, тотальные меры с закрытием метро в Петербурге просто невозможно – город технически встанет. Я всё равно за то, чтобы в ограничениях был больший порядок, но против того, чтобы проводились массовые концерты, тем более с участием молодежи, которая, явно купив билет пойдет танцевать. Если бы что-то и проводилось, то с жесткими ограничениями и так, чтобы не встать с этого места, и только чрез два места сидел бы следующий, чтобы муж и жена потом не объединялись. Как этого достичь? Взаимная ответственность тех, кто разрешает проводить подобного рода мероприятий, чтобы не было скандалов, как с Ледовым дворцом, который в итоге оказался под угрозой закрытия; и чтобы жизнь не прекращалась. А у нас сумбурная история, какие-то вещи делаются показательно. Пишем же мы о том, что проводятся какие-то патриотические вещи, а ресторан закрывается. Я думаю, что должна быть строгая унифицированная схема, особенно в тот момент, когда совсем всё остро. Поверьте, везде ограничения не нравятся: в Европе не нравятся. Совсем недавно вышла забастовка рестораторов в Париже со словами о том, что Макрон убил их бизнес. Как можно спасти ситуацию? Вводя ограничения, увеличивать помощь государства – только один путь. Требовать от людей соблюдения мер и жестко наказывать их можно только в том случае, когда у бизнеса будет дальше понятная схема выхода из кризиса, с ними нужно говорить. Я понимаю, что это большие деньги, но сколько денег мы тратим на разного рода ненужные вещи, на какие-то псевдопатриотические шарики. Если грамотно всё пересчитать в хозяйстве, в городе или субъекте, то можно найти такие ресурсы – тогда и требовать сидеть дома. Я езжу на метро, ну сидят люди в метро без масок – может, тут подходить строже к тому, чтобы люди были не столь нигилистичны и небрежны по отношению к другим.
А. Петровская
―
Вообще некрасивая ситуация вышла с Ледовым, поскольку в начале отчитались, что там всё хорошо, а потом вплоть до Правительства на федеральном уровне дошла история, и в суд подаёт Роспотребнадзор на организаторов концерта. Здесь есть какой-то политический момент, что это каким-то образом скажется на уровне доверия из Москвы к руководителям в Петербурге?
М. Шишкина
―
Я думаю, что, если бы это прокатило и никто бы не обратил внимание. То всё было бы нормально, ведь пошли меры, когда Мишустин сам обратил внимание, и соцсети все бурлили – стали искать виноватых. Это плохая история – не брать на себя ответственность. Кто в данном случае субъект ответственности? Комитет по культуре, по спорту? Но надо брать ответственность с самого начала: да, мы прокололись – и разделить ответственность с организаторами и с руководителями Ледового. Нельзя только их делать виноватыми, потому что у них тоже есть своя правда, потому что они говорят, что от организаторов не было никаких нареканий в их адрес. Это неумение: пока Москва не погрозит, всё вроде бы было нормально. Даже если проблемы есть, но они не дошли до верху – вроде бы мы и не виноваты. Это не о людях забота: что там скажут наверху?
А. Петровская
―
В итоге получается подставили губернатора?
М. Шишкина
―
Это ровно как с муниципальными депутатами. Думаю, что да. И здесь губернатор должен сделать выводы, кому доверять, а кому нет. Кому мешала Уткина с Морозовой? Прекрасные, красивые женщины – посмотрите на них, это же совершенно прекрасные люли. Всеволод Беликов, вам должно быть стыдно за то, что вы, как руководитель этого образования, проголосовали за то, чтобы Уткину лишить мандата.
А. Петровская
―
Я хочу вас еще спросить про ситуацию с Охтинским мысом: Верховный суд определил границы участка, признал экспертизу единственно верной. Я понимаю, что вы, как истец в этой истории, проиграли.
М. Шишкина
―
Мы ещё не проиграли, потому что Куйбышевский районный суд, который рассмотрит иск мой, Вишневского и Тихановой, и другой районный суд приостановил своё производство до тех пор, пока не будет решения Верховного суда. К сожалению, для нас это плохая история: это говорит о том, что Верховный суд счёл эту замечательную, суперисторическую территорию не всю исторической, не всю памятником, а утвердил границы в пределах неолитической стоянки, а всё, что касается Ландскрона, Ниеншанца и других территорий – они могут быть застроены. Это катастрофа. Мне жаль, что сегодня, может быть, из-за коронавируса, депрессии, других проблем, внимание общетсвенников привлечено к этой теме мало. Коллеги, меня никто не убедит в том, что на этой территории будет построен не офис Газпромнефти, как на Приморском шоссе офис, а нечто другое. Суперисторическая территория, уникальная территория дельты Невы, в которой 5-6 культурных слоев, будет практически уничтожена. Тот проект, что представлен, японский, хороший, но здесь вопрос в том, что судьбу таких территорий не должен решать суд. Вы верите, что наш суд может принять объективное решение? Даже не потому, что он условно неправильный, просто суд – это люди определенной конструкции, склада ума, они не могут быть людьми широкого ума, потому что они судьи. Должно быть широкое общественное обсуждение, я вообще не понимаю, почему в основе лежит экспертиза эксперта из Татарстана, а экспертиза Штиглица и Петухова отклонена, не легла в основу строительства. Я не понимаю, почему так быстро суд принял границы. Я предлагаю всем, градозащитникам, Смольному, той же социально ответственной Газнефти, как организации народного достояния, сесть за стол переговоров. Я просто боюсь, что мы уничтожим важную для Петербурга историческую ценность.
А. Петровская
―
Нужно возвращаться к истоку, как так вышло, что эта территория оказалась в этих руках и ей это грозит.
М. Шишкина
―
Мы можем вернуться и к 1917 году. Нам нужно принимать операциональные решения, и у нас есть возможности подойти к этому вопросы по-другому. Я же не к тому, что бы не строить там. Вопрос в том, что строить и как. Меня сложно убедить, что это делается для парка, сада, огорода. Нас тоже убеждали с парком 300-летия, что там участок, по которому бились, и на котором должен быть дендрарий (я лично получала ответы как депутат, что будет дендрарий), а теперь оказывается не дендрарий. Поэтому скорее всего будет офис Газпромнефти, к сожалению.
А. Петровская
―
Спикер ЗакСа Вячеслав Макаров объявил, что расклейщиков плакатов, которые дискредитировали депутата от «Единой России» Дениса Четырбока, задержали по горячим следам. Я пока не увидела сообщение, вообще не знала, что какие-то объявления расклеивали – теперь мы все об этом знаем.
М. Шишкина
―
Вы правы, я считаю, что на такие вещи не стоит обращать внимание, тем более таким важным документов как депутатский запрос. Всё-таки этот жанр для другого, для общественно значимых дел. Но видимо, Денис Александрович Четырбок становится известным депутатом, если на него обращено внимание черных технологов – это тоже один из элементов политической судьбы. Для тех, кто не знал, тот обратит внимание.
А. Петровская
―
Четырбок вроде не единственный депутат, который подвергся такому нападку со стороны ботов, расклейщиков – у нас и других депутатов обижали.
М. Шишкина
―
Наверное, с нынешнего момента каждый депутат даже из глухой оппозиции, какой-нибудь жуткий Вишневский, Ковалев, Резник могут рассчитывать на то, что, увидев в свой адрес чернуху, они будут защищены депутатским запросом.
А. Петровская
―
Вячеславом Серафимовичем лично. Спасибо!