Особое мнение СПб - Александр Тетердинко - Особое мнение - 2020-10-30

Т. Троянская― Добрый день! Я Татьяна Троянская, и сегодня «Особое мнение» депутата ЗакСа Санкт-Петербурга Александра Тетердинко – здравствуйте! Сегодня день памяти жертв политических репрессий, и несмотря на сложную эпидемиологическую обстановку, акция «Хотелось бы всех поимённо назвать» всё-таки состоится, у Соловецкого камня будут читать имена. Александр Павлович, вы принимаете участие в этой акции?

А. Тетердинко― В этой акции я фактического участия не принимаю, как вы видите, я сейчас у вас в эфире нахожусь. А вообще, сто касается этого дня, то, конечно, это печальная страница нашей истории – это факт. И мы должны помнить об этой странице, помнить жертв репрессией и делать всё, чтобы такие вещи не повторялись в нашей стране.

Т. Троянская― Вы считаете не нужно подходить и читать имена?

А. Тетердинко― Если кто-то считает, что для привлечения внимания к этим историческим событиям необходимо проводить такую акцию, то я не вижу ничего предосудительного, это можно делать для того, чтобы как-то в нашем обществе сохранялась память об этих трагических, печальных событиях, поэтому я к этой акции спокойно и нормально отношусь.

Т. Троянская― Раз мы заговорили об этой акции, то давайте сразу коснёмся табличек на Рубинштейна: как вы относитесь к тому, что несколько жителей были против и таблички «Последнего адреса» сняли?

А. Тетердинко― Нужно находить некоторый баланс между тем, чтобы увековечить имена тех граждан, что необоснованно пострадали и были обвинены по 55 ст. УК СССР, и позицией жителей, как должен выглядеть фасад их дома. И это нужно делать с учётом мнения тех жителей, кто живут в этом доме, если большинство против, то надо их мнение учитывать, если там против только один-два человека, то как-то надо договариваться.

Т. Троянская― А как? Там действительно было не так много людей против.

А. Тетердинко― Этот вопрос не должен вносить раскол в общество, поэтому я не вижу ничего предосудительного, если пять табличек будут на доме находиться, если этот фасад не будет нарушать фасад дома, выглядят нормально – это не уродует фасад дома, архитектуру.

Т. Троянская― Всё субъективно: для кого-то это нормально и память, а кому-то кажется, что они живут на каком-то кладбище.

А. Тетердинко― Это совершенно субъективно, поэтому нужно найти какой-то тонкий баланс. Какое бы решение не было принято, всегда будут недовольны либо с той стороны, либо с другой – такие конфликты возможны и будут происходить. Это как жители дома всегда спорят, что им нужно детская площадка во дворе или место для парковки – такие споры будут происходить всегда.

Т. Троянская― Власть должна как-то принимать участие в этих спорах? И в качестве того?

А. Тетердинко― Для этого у нас и существует эстетический регламент, который регламентирует, что можно размещать на фасаде дома, а что нельзя, и если что-то размещается, то в каком порядке, чтобы архитектурный облик домов не уродовался. Таблички должны находится в некой гармонии с самим фасадом дома согласно соответствующему архитектурному регламенту, и это должен отслеживать. Если эти таблички были размещены в определённом порядке, были получены все согласования, то, конечно, их снимать не надо было. Если они были размещены самовольно, в нарушении архитектурного регламента, то для этого и существуют процедуры удаления.

Т. Троянская― А вы рассматриваете эту историю только в контексте законно-незаконно? А в плане этики? Что это память, символика?

А. Тетердинко― В плане этики, я и говорю, всегда будут люди с противоположными позициями, всегда кто-то будет недоволен, какое бы решение не было принято, поэтому я здесь исхожу, как представитель законодательной ветви власти, из того, соблюден ли законодательный порядок или нет, он ведь един для всех. А с точки зрения этики можно оценить как угодно, это будет оцениваться по-разному разными гражданами. Вспомните, табличка памяти Маннергейма сколько вызвала споров.

Т. Троянская― Это правда. Кому как не вам в ЗакСе говорить о вечных спорах, но вы находитесь в партии большинства, поэтому обычно то, что принимает «Единая Россия», принимает и ЗакС в целом. На этой неделе рассматривали бюджет города, на ваш взгляд, бюджет, который представлял вице-губернатор по финансам Эдуард Батанов, идеален? Что вам там нравится, а с чем бы поспорили?

А. Тетердинко― Идеального бюджета не бывает, всегда какие-то расходы приходится сокращать: кому-то больше, кому-то меньше, всегда есть довольные и недовольные. Что касается бюджета на следующий год с точки зрения той экономической ситуации, бюджет максимально сбалансирован. Да, все обращают внимание на большой дефицит бюджета, он почти 15% составляет от доходной части бюджета, у нас дефицит – ничего страшного я в этом не вижу, дефицитный бюджет – это нормально, это способ финансирования экономики в том числе. Отрадно, что в бюджете максимально профинансированы все социальные обязательства города, а у нас около 2 млн петербуржцев получают из бюджета те или иные социальные выплаты, компенсации, меры социальной поддержки – все эти выплаты проиндексированы на уровень инфляции, вся они остаются в бюджете, и большая часть бюджета направлена на финансирование социальных обязательств государства. Кроме этого в спальных районах остро стоит проблема нехватки социальных объектов: школ, детских садиков, поликлиник – особенно в микрорайонах массовой жилой застройки. Бюджет направлен и на решение этой проблемы: мы в следующем году получим 20 новых школ, 24 детских садика и более 40 иных социальных объектов

Т. Троянская― А надо 100, процитирую депутата Вишневского.

А. Тетердинко― Да, но в один год не построишь, хотя бы мы движемся в правильном направлении, поэтому в общем я думаю, что бюджет соответствует реалиям сегодняшнего дня.

Т. Троянская― Вас не смущает, что 6,6 млрд рублей отведено на Южную широтную магистраль и 5 млн рублей СКК, на закупку медицинского оборудования больницы и поликлиники резервируется 1,7 млрд рублей, расходы на обновление медицинского санитарного транспорта на три года составят чуть больше 1,5 млрд рублей?

А. Тетердинко― Это немного не сравнимые вещи.

Т. Троянская― Почему? Разница в цифрах большая.

А. Тетердинко― Расходы на медицинское оборудование предусмотрены в тех объёмах, которые запрашивали сами медицинские организации. Если бы попросили больше, была необходимость закупки в больших масштабах, то, конечно, это было бы рассмотрено в приоритетном порядке. Напомню, что мы над этим проектом бюджета работали весь август и сентября на стадии нулевых чтений, и мы запросы каждого комитета рассматривали. Что касается медицинского оборудования, то это то, что необходимо в следующем году закупить в связи с выбытием прежнего оборудования или закупкой нового оборудования, поэтому эта сумма достаточна для медицинских учреждений города. Что касается строительства восточного скоростного диаметра – это необходимы городу инфраструктурный проект, я напомню, что он будет софинансироваться из федерального бюджета, не только город будет нести финансовые обязательства по строительству этой автомагистрали, но и будут выделены около 5 млрд федеральным бюджетом, поэтому для города этот проект является благом. Например, многие критиковали ЗСД, но сейчас все горожане пользуются этой дорогой, что позволило разгрузить центр города, чтобы не стоять в многочасовых пробках.

Т. Троянская― И при этом платят не малые деньги непонятно кому, скажем так. И стоимость пользования с каждым месяцем увеличивается.

А. Тетердинко― Но горожане пользуются. Это крупный дорогостоящий инфраструктурный проект, который был создан не только за счёт бюджетных денег, но и за счёт крупных вложений частного инвестора…

Т. Троянская― Который сейчас получает доход с этого.

А. Тетердинко― И конечно, инвестор имеет право, согласно с инвестиционным соглашением с городом, эти расходы, которые он понёс на создание этого диаметра возместить. Это нормально. Если мы будем частного инвестору что-то не додавать или сказать, что теперь будем бесплатно пользоваться, то в город больше никакой крупный инвестор не придёт после этого.

Т. Троянская― Метро в Калининском или Кировском районе тоже важная и необходимая вещь, однако строит магистраль, где бенефициар ВТБ.

А. Тетердинко― У нас действительно есть микрорайоны города, которые задыхаются без станций метрополитена: Пушкинский, север Приморского, Красносельский, Невский. Это больная тема для города, потому что даже те объёмы средств, что мы выделяем ежегодно метростроем не осваивались. Конечно, нам нужно решать проблемы с метрополитеном, конечно, мы не выйдем к таким объёмам ввода новых станций, как в Москве, которая за год вводит более 10 новых станций в некоторые годы, но увеличивать финансирование на метрополитен нам придётся, если не к этому году, то через два. Мы кстати и в этом году были готовы максимально запросы Правительства города на строительства новых станций удовлетворить, но пока не решён вопрос: какой подрядчик будет работать, потому что, очевидно, что силы Метростроя ограничены, и он не в состоянии вводить такое количество станций, какое городу необходимо. Пока не будет решена проблема с потенциальными подрядчиками, возможно, придётся привлекать крупные московские организации и запускать их на наш рынок. К сожалению, я считаю, что мы недостаточно выделяем денег на строительство метро, но мы это делаем по объективной причине – эту проблему надо будет решать.

Т. Троянская― 5 млрд рублей на СКК тоже не терпит отлагательств и важная необходимость в нашей ситуации?

А. Тетердинко― Есть инвестиционное соглашение между городом и частным инвестором, мы в ЗакСе рассматривали этот проект на Комиссии по городскому хозяйству, к нам приходили представители Смольного и инвесторы, показывали, что там будет. Я напомню, что там будет создан не только новый объект на месте СКК, но и прилегающая территория будет благоустроена: будет создан парк с различными спортивными активностями, всё будет бесплатно для горожан – это замечательный проект. В этой части Московского района не хватает общественных пространств, и будет создано хорошее и качественное общественное пространство вокруг СКК, поэтому я считаю, что этот проект городу нужен.

Т. Троянская― Я правильно понимаю, что сомнений, что бюджет будет принят в первых чтениях, ни у кого не было? Он пройдёт, как в последние годы и происходит, и в благодарность за принятый бюджет вновь единороссы и некоторые другие партии получат депутатские поправки.

А. Тетердинко― Мы его приняли в первом чтении как раз, да. Что значит получать поправки? В чем роль Парламента? Он утверждает бюджет, имеет право корректировать бюджет, если считает, что какие-то расходы не обоснованы, а на что-то необходимо выделить дополнительные средства. Что мы должны просто штамповать то, что нам предлагает Правительство?

Т. Троянская― По факт получается так: открывает занавес, депутаты Вишневский, Резник высказывают своё против, а единороссы голосуют единогласно, а потом мы видим истории с поправками. И история, которая возникла в этом году с депутатом Ковалём.

А. Тетердинко― Я не будут комментировать историю с депутатом Ковалем, органы разбираются и это дело следствия устанавливать виновность и невиновность. Парламент всегда, возьмите любой субъект РФ, корректирует те бюджеты, которое правительство представляет. Возьмите государственный бюджет и Государственную Думу, там происходит четыре чтения, и проект федерального бюджета Госдумой корректируется – это нормальная законодательная практика. И ЗакС во втором чтении какие-то корректировки в бюджет внесёт, какие-то расходы мы сократим, какие-то увеличим – работа над этим сейчас идёт.

Т. Троянская― Я думаю, что стоимость проезда на метро будет 100 рублей, то люди будут плакать и ругаться, но всё равно будут пользоваться. И вот очередное повышение, при этом вице-губернатор Эдуард Батанов отказался рассказывать, насколько вырастет стоимость проезда в общественном транспорте в Петербурге – ваше мнение по этому поводу?

А. Тетердинко― Я думаю, мы сейчас как раз с Правительством все эти варианты прорабатываем, что стоимость жетона будет увеличена, потому что если мы посмотрим статистику пользования петербургским метро, то жетонами пользуются либо гости города, либо те, кто не часто метрополитеном пользуется. Большая часть жителей города, которая постоянно пользуется метрополитеном, имеет карту постоянного использования, 40% людей, которые пользуются метрополитеном – льготная категория жителей. По картам многоразового использования и по льготным тарифам не должна серьёзно увеличиваться плата за пользованием метрополитеном и наземным транспортом – мы сделаем всё возможное, чтобы эта плата существенно не увеличивалась. Не больше чем на уровень инфляции.

Т. Троянская― На 8% примерно?

А. Тетердинко― Я думаю, что цифра будет значительно меньше, но по параметрам цены на следующий год мы ещё находимся в консультациях, и ко второму чтению мы этот вопрос уже окончательно утрясём, потому что размер субсидий нашим перевозчикам, Петербургский метрополитен, Гоэлектротранс, Пассажиравтотранс, зависит от того, какой они тариф на следующий год будут закладывать. Мы сделаем всё возможное, чтобы для льготной части населения, по картам многоразового использования тариф ощутимо не повысился.

Т. Троянская― Тем не менее в прошлом году вы тоже говорили, что предпримете все усилия, однако же всё изменилось.

А. Тетердинко― Существенно тариф не повысился. Вы не забывайте о том, что в связи с пандемией существенно упал пассажиропоток, особенно весной и в начале лета, Петербуржский метрополитен понёс колоссальные выпадающие доходы, мы думаем, как это компенсировать, потому что метрополитену нужно содержать свой парк, закупать электричество, комплектующие, платить зарплату – эти деньги из воздуха не возьмутся и нужно думать, где их брать.

Т. Троянская― Будем честными, все пострадали в эту весну, а не только метрополитен, поэтому не стоит выделять его. Кто будет компенсировать остальному бизнесу и другим учреждениям?

А. Тетердинко― Согласен, к сожалению, бюджет не резиновый, мы не можем всем компенсировать все 100%, кто пострадал, а пострадали многие отрасли экономики, поэтому где-то придётся резать по живому.

Т. Троянская― Мне интересно, на что вы направили свою поправку, а то это тайна за семью печатями?

А. Тетердинко― У меня личной поправки нет, я не подавал личных поправок. Мы каждый год подаём поправку от фракции «Единая Россия», в основном поправка фракции касается увеличению социальных расходов: мы всегда стараемся добавить деньги для поликлиник, детских садов, ремонт школ и учреждений здравоохранения. И в этом году, наверное, мы будет подавать соответствующие предложения, хотя, когда подаёшь поправку необходимо понимать, от кого ты эти деньги заберёшь – это сложный вопрос.

Т. Троянская― Интересно, кто дал денег фестивалю «Петербургская морось». Это останется тайной. Давайте поговорим про коронавирус. У вас контактный появился в ЗакСе, ваш коллега, депутат Цивилёв, он изолирован, я правильно понимаю?

А. Тетердинко― Да. Он ушёл на самоизоляцию примерно две недели назад, как только он понял, что контактировал с человеком, который заболел, поэтому он всё вовремя сделал и совершенно правильно. У меня тоже был случай: я где0то месяц назад контактировал с человеком, который в последствии был признан заболевшим, поэтому я две-три недели находился на удалённом режиме работе из дома.

Т. Троянская― Вам делают в ЗакСе тесты? Насколько часто?

А. Тетердинко― Как таковых не делают, но я, чтобы выйти на работу, два теста сдавал, заказывал на дом, ко мне приезжали – сейчас это можно сделать за плату в том числе. Только когда я получил два отрицательных теста и отсидел две недели карантина дома, я вышел на работу.

Т. Троянская― Сегодня 801 заболевший по статистике. Вы доверяете статистике?

А. Тетердинко― Статистика – это то, что выявлено, а очень многие, к сожалению, переносят вирус на ногах, не обращаются к докторам, с температурой лежат дома, поэтому количество заболевших, наверное, выше, потому что мы не можем посчитать тех людей, которые не обращаются в медицинские учреждения за помощью. А статистика, конечно, печальная – ничего хорошего нет.

Т. Троянская― Насколько правильные действия от губернатора Беглова в плане безопасности сейчас?

А. Тетердинко― Я считаю, что действия пока правильные, хорошо, что делается всё, чтобы экономику не закрывать, как было весной, потому что бизнес и так пережил весну и бизнесу будет тяжело, если его закрыть. С другой стороны, нам нужно предпринимать новые меры для того, чтобы население подвигнуть соблюдать масочный режим, потому что эта печальная статистика, в основном, связана с тем, что люди не носят средства защиты в общественных местах, транспорте, ресторанах.

Т. Троянская― Сложно есть в маске, согласитесь.

А. Тетердинко― Я имею в виду, что когда заходишь в ресторан, то всё равно нужно быть в маске. Но в общественном транспорте, посмотрите, далеко не все в масках. В последние дни лучше стало, потому что начались рейды, проверки, а так население особо масочный режим не соблюдало, к сожалению.

Т. Троянская― Вы не задумывались, почему не соблюдало? Может, потому что доверия к власти нет: всё, что транслирует власть априори неправда, поэтому власть говорит носить маски, а мы не будем?

А. Тетердинко― Нужно, в первую очередь, иметь голову на плечах, потому что нет ни одного человека, я думаю, который либо сам, либо его близкие или родные не столкнулись с этой болезнью. И у очень многих родственники и знакомые тяжело переболели, есть и трагические случаи. Поэтому нужно иметь, в первую очередь, голову на плечах. Вирус очень коварный, и никто не даст гарантии, что ты переболеешь в лёгкой форме, ты можешь переболеть в очень тяжёлой форме, и сейчас есть смерти среди жителей относительно молодого возраста – не только пожилые умирают. Поэтому нужно иметь голову на плечах и заботиться не только о себе, но и об окружающих людях, потому что маской ты защищаешь от себя других людей, потому что если ты бессимптомный носитель вируса в маске, то ты не будешь заражать других.

Т. Троянская― Ваш главный пионервожатый, спикер ЗакСа Вячеслав Макаров тоже не особенно любит маску носить. Какой он пример подает?

А. Тетердинко― Когда идёт заседание между депутатами сохраняется и социальная дистанция, поэтому председатель Парламента имеет возможность вести заседание не в маске, тем более делать это в маске очень трудно, потому что надо много разговаривать очень много, поэтому у нас выступающие выходят на трибуну, они маску снимают, а потом, когда возвращаются на своё место, маску снова надевают.

Т. Троянская― А заседание фракции у вас как проходит? Там же всё-таки камерная обстановка.

А. Тетердинко― Тоже в масках. По коридорам Мариинского дворца и мы, и сотрудники аппарата, ходим в масках. Я, например, маску снимаю, только когда в своём кабинете один нахожусь, а когда кто-то заходит, надеваю.

Т. Троянская― Нос закрываете или с открытым носом?

А. Тетердинко― Я нос закрываю. Конечно, иногда опускаю, когда надо что-то сказать, но в основном, с закрытым носом хожу.

Т. Троянская― Сегодня утром по телефону у нас был врач Сергей Саяпин, который работает сейчас в красной зоне, и он рассказал, что сейчас врачи заболевают повторно, то есть история с тем, что кто-то переболел и у него антитела, что вирус больше не страшен, неправдива, всё не так просто. При этом удивительно, почему ЗакС до сих пор не призвало к разговору Олега Николаевича Эргашева, вице-губернатора, насколько я помню, несколько месяцев назад Вишневский всё время пытался его призвать к ответу, почему «Единая Россия» не особенно стремится…

А. Тетердинко― В ближайшее время он будет в ЗакСе и будет рассказывать о тех мерах, которые предпринимаются в борьбе с эпидемией. Я думаю, что до Нового года мы соответствующие слушания проведём.

Т. Троянская― То есть пока вы его не приглашали, я правильно понимаю?

А. Тетердинко― Вы знаете, у нас был соответствующий разговор у нас был и с губернатором, и с Правительством, и с Эргашевым – он готов прийти и не скрывается. Но когда был пик эпидемии весной, мы посчитали нецелесообразным, система здравоохранения работает в экстраординарном режиме, люди на работе ночуют, устраивать слушания только потому, что коллеге Вишневскому нужно устроить собственный пиар. Безусловно, тема эпидемии должна прозвучать в ЗакСе, мы должны этот вопрос рассмотреть и на одном из ближайших заседаний мы его рассмотрим.

Т. Троянская― Пока без конкретики. У вас это не в повестке.

А. Тетердинко― Конкретной даты мы не определили, но это будет сделано.

Т. Троянская― И «Единой России» он совершенно точно не откажет, если других оппозиционных депутатов Эргашев может послать, то «Единую Россию» не пошлёт.

А. Тетердинко― Немножко не парламентские выражения используете. Я хочу сказать, что все запросы депутатов от так называемых оппозиционных партий, они же ещё запросы пишут в Правительство, правительство своевременно отвечает и на все поставленные вопросы даются определённые ответы. Никаких проблем у господина Вишневского в получении той или иной информации от Смольного нет, насколько я знаю.

Т. Троянская― Давайте поговорим про Конституционный суд и то, что благодаря новому закону судьи лишаются особых мнений и Конституционный суд, орган, который и не был особенно открыт, будет ещё более закрытым. С вашей точки зрения, это справедливо?

А. Тетердинко― Вы знаете, я вообще считаю, что любой суд, особенно то, что происходит в совещательной комнате, когда судьи принимают решения, не должно быть открыто, потому что это один из элементов независимости судей: они должны понимать, что то, как они голосуют, останется для всех тайной, чтобы на них не давили, не заставляли принимать те или иные решения, поэтому есть даже правонарушение как нарушение тайны совещания судей, это запрещено делать, и нарушение в судах общей юрисдикции это является основанием для отмены решения суда. Это основа независимости правосудия.

Т. Троянская― Речь о том, что после решения судья имел право опубликовать своё особое мнение, сейчас этого права не будет – это немного другое, согласитесь.

А. Тетердинко― Есть разные подходы к особым мнениям: есть страны, где в Конституционных судах запрещены публикации особых мнений, потому что это считается нарушением тайны совещания судей.

Т. Троянская― Сейчас это ваше особое мнение, вы же не рассказываете мне какие-то тайны.

А. Тетердинко― Вы знаете, иногда в особых мнениях судей проскальзывали фразы, которые могут трактоваться как нарушения тайны совещательной комнаты, например, когда судья в особых мнениях рассуждают о том, почему суд пришёл к такой позиции, хотя этот аргумент, с их точки зрения, неправильный… Это могла трактоваться как нарушение.

Т. Троянская― Неправильное особое мнение

А. Тетердинко― Это вопрос той или иной юридической доктрины, а не политический. Я не вижу здесь какой-то политики.

Т. Троянская― После нашего особого мнения у вас будет разборка со спикером ЗакСа, будут ли вам говорить, что вы сказали правильно, а что нет?

А. Тетердинко― Никогда Вячеслав Серафимович Макаров не позволяет себе каким-то образом цензурировать выступления депутатов Парламента в СМИ, на моей памяти таких случаев не было.

Т. Троянская― Спасибо!