Особое мнение СПб - Диана Качалова - Особое мнение - 2020-03-06
06.03.2020
Т. Троянская
―
11 часов и 6 минут, в студии Татьяна Троянская. Программа «Особое мнение». Я приветствую Диану Качалову, главного редактора «Новой газеты» Петербурга. Диана, добрый день.
Д. Качалова
―
Добрый день.
Т. Троянская
―
Все средства связи работают. +79312915800, а также присоединяйтесь к нам на YouTube, там трансляция, здесь вы можете не только слышать, но и видеть, можете общаться друг с другом, можете Диане задавать вопросы. Новость, которая нас постигла вчера вечером, это отмена экономического форума.
Д. Качалова
―
Я думала, крепостного права.
Т. Троянская
―
Его чуть раньше отменили, хотя… Может быть, где-то и существует периодически. Сразу связь рождается. Если отмена, то крепостное право. Петербургский экономический форум. Сегодня выступал экономист, который говорил, что это большие потери. Мы проголосовали сегодня с Иваном в «Развороте», наши злые слушатели очень обрадовались, что экономический форум отменили. Диан, вы как профессионал рассуждаете или как обыватель?
Д. Качалова
―
Я и не так, и не так. Я констатирую факт. Чего мне радоваться? Не будет и не будет. Будет и будет. И то, и то хорошо. В последнее время, мы помним, когда он только появился, это действительно было глобальное событие как для города, для страны, так и для мира, будем надеяться. Но в связи со всеми изменениями, мне кажется, что в последнее время он стал терять позиции, возможно, там заключались какие-то контракты, какие-то были выгодны, в том числе для города, вещи, но авторитет Петербургского экономического форума, когда все говорили, что ПЭФ – это так круто, он стал утекать в песок.Что было бы с ним дальше? С каждым годом становилось все скучнее и скучнее. Что было бы в этом году? Я не знаю. Это напоминает мне старый, немножко пошлый, но к этому случаю подходящий анекдот, как дяденька пришел к врачу, говорит: «Болит у меня членик». Хирург посмотрел и говорит: «Надо резать». Дяденька расстроился, пришел домой, поплакал и пошел к гомеопату. Говорит так-то и так-то, залезьте на табуретку. Дяденька залез. «Прыгните с нее». Дяденька спрыгнул. И гомеопат, радостно потирая руки, говорит: «Ну вот, говорят резать-резать, а я говорил – сам отвалится». Извините. Вот мне кажется, что история про форум напоминает анекдот про дяденьку с члеником, потому что эта пауза, которая произойдет в этом году, даст какое-то второе дыхание этому форуму, через год, если все будет нормально не только со здоровьем, но и с политикой, вернемся к нему в более таких свежих форматах. Пока что я не злорадствую… Чего злорадствовать? Повода нет. Но и не убиваюсь.
Т. Троянская
―
Просто можно, например, на это посмотреть со стороны отельеров, которые очень много денег потеряют. С другой стороны, те, кто создают эти выставочные конструкции, они каждый год понимали, что, начиная с марта, у них работа. Получается, что люди теряют работу.
Д. Качалова
―
Сейчас такая обстановка в мире, что отельеры, турагенты, авиакомпании в ближайшее время будут терять деньги. Им будет все тяжелее, тяжелее. Извините, коронавирус ни к ночи или к утру будет упомянут. Люди будут ездить меньше. В гостиницах селиться меньше. Доходов у них будет меньше. Кроме того, совсем недавно материал делали. Купили вы турпутевку в Италию, сейчас меньше люди ездят по туристическим пакетам, но некоторые продолжают. Купили пакет. Что с ним дальше делать? Куда поедете? Представители туриндустрии объяснили, что по закону, не помню номер, должны вернуть деньги. Про авиалинии такого пока нет, но сегодня уже были новости о том, что «Победа» и «S7» вводят какие-то билеты, которые уже будут в будущем куплены, вы можете вернуть их. Для лоукостов это большое событие. В какой-то степени за ними потянутся и большие авиакомпании. А это что? Это все убытки. Я думаю, что отельеров жалко, создателей конструкций жалко, но все мы в той или иной степени будем страдать.
Т. Троянская
―
Страдать или не страдать – это немного и наш выбор. Вы можете сдать билет, но вы же можете и полететь. Истерия, которая вокруг коронавируса, это что?
Д. Качалова
―
Я пока ехала сейчас к вам в студию, я слушала «Эхо Москвы», там руководитель департамента здравоохранения московского на вопрос «что делать, если уже куплены билеты?», он сказал: «Ну, если вернуть нельзя, то пусть лучше деньги потеряются». Ведущая так немножко икнула, потому что прекрасно понимаем, что для некоторых в Европу…В Азию или куда-то еще – это очень большие деньги. Многие люди их копили целый год, откладывали на отпуск, на весну и прочее. Поэтому каждый… Если нет, так сказать, указаний конкретных от государства «не лететь», все, рейсы запретили, не летим, а дальше каждый решает сам, взвешивает последствия, готов сидеть в карантине или нет. Есть профессии, для которых посидеть в карантине, в общем, невелика беда. Можно работать из дома. Но если ты работаешь секретаршей или на заводе, то фиг ты посидишь в карантине. Мне кажется, каждый человек взвесить должен. Мы, например, через несколько дней, уже давным-давно решили, были куплены билеты, и полетим. Я сейчас заранее, понимая, что всякое может случиться, у нас животные, думаю, что мы будем делать. Отдаем в собачий санаторий на 2 недели. Договариваюсь заранее с санаторием, что если по какой-то причине задержимся, то держите собаку дольше.
Т. Троянская
―
Тем не менее, это не останавливает вас от того, чтобы поехать, а не сдать билеты.
Д. Качалова
―
Я не паникер, а пофигист по жизни. Это не значат, что все должны следовать моему примеру. Если не случится чего-то «ах» катастрофического, то я не паникер. Если люди чувствуют, что внутри все дрожит, то такая поездка... Сам себе испортишь настроение. Будешь ходить и смотреть… Что ходить смотреть у нас в час-пик в автобусе, где… Даже в филармонии чихают безостановочно, во время того, как исполняют фантастическую симфонию, люди чихают и кашляют.
Т. Троянская
―
Если месяц назад на это не особо обращали внимание, то сейчас каждый чих воспринимается как угроза.
Д. Качалова
―
Да.
Т. Троянская
―
Это такая паранойя, когда даже если ты не боишься, все равно в мыслях у тебя это возникает.
Д. Качалова
―
Мысли есть. Я проснулась и думала, как поехать. На общественном транспорте или на машине. В результате провозилась, так что на машине. Я там одна, могу чихать сама с собой.
Т. Троянская
―
Про карантин. В Москве Собянин высказал идею, что нужно вводить карантин. Я скажу честно, мы проголосовали в «Развороте», большинство тех, кто позвонил, согласны с Собяниным, нужен в Петербурге карантин. Это реальная забота о населении? Как это принято сейчас называть «население» … Нужен ли нам в Петербурге карантин? Или мы смелее Москвы? Все это от лукавого?
Д. Качалова
―
Я не знаю. Мне кажется, надо исходить из обстановки. Нужно исходить из того количества рейсов, которые прилетают к нам, из тех стран, из которых прилетают к нам. Хочу сказать, что… Давайте вспомним, что было 2 месяца назад. В Эфире тоже обсуждали. Все выли и кричали. В городе засилье китайцев, извините за нетолерантное высказывание.
Т. Троянская
―
Скорее. 3 месяца.
Д. Качалова
―
Может быть. Эрмитаж – китайцы, Сапсаны – китайцы, Екатерининский дворец в Пушкине – туда не попасть, там стоят тройные очереди из китайцев, а наши люди не могут туда попасть. Сейчас говорят, в Екатерининский дворец 3 минуты на входе, 5 минут в кассу. В Эрмитаже – ходи, не хочу. В Сапсане не была.
Т. Троянская
―
Недавно ездила. Китайцев нет. Хорошо или нет – не рассуждаю.
Д. Качалова
―
С точки зрения китайцев не очень хорошо. Я к тому, что все кричали, но никто не знал. Обсуждали, что делать. Внезапно решение хорошее или плохое, средненькое такое решение пришло само собой. Что будет дальше? Мы не можем сказать. Мы про карантин говорили. Мне кажется, что каждый человек… Карантин – хорошо или плохо? Мне кажется, надо взвешивать от обстановки того, что происходит в городе. В Москву больше приезжают. Москва – больший перевалочный пункт. Мы – культурная столица. А там перевалочный пункт. Я думаю, что для Москвы это острее, хотя, если у нас введут такую вещь, я думаю, что народ покряхтит, покряхтит и смирится. А смирение будет происходить смешным способом. Пока будет касаться кого-то другого – это нормально. Как только тебе скажут, что ты сядешь на карантин, то все начнут кричать, что «вот, я не могу, у меня проект». Давайте исходить из того, насколько я поняла, если это будет введено, то больничный будет оплачиваться. По крайней мере, в Москве так.
Т. Троянская
―
Не знаю. Может, в Петербурге…
Д. Качалова
―
Это надо понять. Это федеральный закон, что в связи с…
Т. Троянская
―
Собянин вряд ли бы говорил про федеральный закон.
Д. Качалова
―
Я не посмотрела, поэтому смотреть не буду и вводить в заблуждение тоже. Если больничный оплачивается, то, может, кто-то будет и немножко рад. Съездил в отпуск, потом еще 2 недели дома посидел, дела поделал. Пропылесосил занавески.
Т. Троянская
―
Я думаю, что это хорошо, если компания не коммерческая, а государственная.
Д. Качалова
―
Больничный обязаны оплачивать в любом случае.
Т. Троянская
―
Всякие компании бывают.
Д. Качалова
―
Будут сложности. Если эпидемия будет распространяться, то, когда полгорода сядет на больничный, конечно, это уже не отельеры, здесь уже взвоют все.
Т. Троянская
―
Давайте от мирового коронавируса к нашему российскому коронавирусу. Конституция, которую перетряхивает. Процитирую президента соседней страны Лукашенко. С Конституцией читали несколько газет, две из них – федеральные, одна – ваша. И «Петербургский дневник». Везде разные акценты. В «Ведомостях» обращают внимание на то, что зарубежную недвижимость не хотят запрещать чиновникам. Почему? Понятно, она у многих имеется несмотря на то, что Путин сказал «надо». Ваша газета обращает внимание на детей, которые являются достоянием. Приводится статистика о том, сколько больных детей и сколько лекарств не хватает. А «Петербургский дневник» приводит слова Михаила Борисовича Пиотровского, директора Эрмитажа о том, чтобы культуру сделать достоянием, поправки чтоб были внесены. У всех разные акценты. Так или иначе, Конституция волнует всех.
Д. Качалова
―
Вы здесь немного преувеличиваете. Коронавирус больше волнует, чем Конституция, потому что если вы выйдете на улицу, начнете опрашивать горожан, то с коронавирусом вам каждый человек будет экспертом. Как и я. А вот с Конституцией… Люди могут немножечко и подумать, задуматься.
Т. Троянская
―
Так или иначе, понимают, что в апреле придется голосовать.
Д. Качалова
―
Придется. На аркане не потащат. Не хочешь – не иди голосовать. Это добровольно.
Т. Троянская
―
Вы считаете, Конституцию обсуждаем только мы с вами?
Д. Качалова
―
Есть смешная такая в народе игра. Как только происходит что-то, например, какая-то большая беда. Люди начинают ее обсуждать. Тут же появляются граждане в белом или в сером, в каком-то цвете, которые говорят: «Это специально вам вбросили, чтобы отвлечь вас, ваше внимание от чего-то». Хорошо, идем рангом выше. Что-то происходит. Опять вбросили. Сейчас, когда все бросились обсуждать Конституцию, я сижу и думаю, а куда выше Конституции? Конституционный суд… Выше него суда нет. То же самое и с Конституцией. От чего еще отвлекают нас сейчас? Не знаю.
Т. Троянская
―
Наверное, да, от Конституции.
Д. Качалова
―
Конституцией отвлекают внимание от Конституции. Конституцией отвлечь внимание от того, что кто-то ворует где-то на Канарах… Это уже называется микроскопом гвозди забивать.
Т. Троянская
―
Иногда возникает ощущение, что о Конституции говорят немногие.
Д. Качалова
―
Это сравнительно небольшой круг вовлеченных людей – журналисты, политологи, общественники. Это те люди, которые слегка представляют, что там будет изменено. Если послушать и почитать, то создается шизофреническое представление. «Путин сказал внести в Конституцию Бога и союз между мужчиной и женщиной». Потом там же еще 380 или 450 поправок Дума натворила туда. Все это проголосовать пакетом. А если предположим, я за Бога, но против союза мужчины и женщины?
Т. Троянская
―
Определитесь, что важнее.
Д. Качалова
―
Так Панфилова как сказала? Комплексный обед. Нам вручают как комплексный обед. Я беру компот, суп, салат и второе, а во втором, предположим, треска под майонезом, которую я жрать не буду.
Т. Троянская
―
Если готов терпеть треску, то бери и остальное. Либо отказывайся от всего и не бери ничего. Наверное, рассуждают так.
Д. Качалова
―
А если компот из сухофруктов, который я люблю? Получается, что не знаю, как выбрать. Выбросить не могу треску. Надо сожрать все, потом стошнит. Извините.
Т. Троянская
―
Сложный выбор. А кто сказал, что будет легко?
Д. Качалова
―
Если бы кто-либо назвал бизнес-ланчем, то люди бы задумались, слова иностранные… Может, не стоит. Хотя это одно и то же.
Т. Троянская
―
Все случится. Со всем этим разберутся. Я имею ввиду, что утрясут все, потому что сейчас же прения…
Д. Качалова
―
Кто с кем преет, простите? Вы с кем преете? Или я с кем? Просто мы вдвоем, между собой. Я думаю, что вопрос только в том, как обеспечить на это дело достаточную явку, чтобы это было массовым волеизъявлением. Здесь будут задействованы старые наши силы, схемы, бюджетники молодые и старые. Опять-таки все будет по-прежнему. Там есть какие-то наверняка здравые, предположим, из 450 поправок, крыша от них едет, читать и перемалывать, там из них, возможно, 2 или 3, или даже 10 вменяемых. Я бы, может, и проголосовала, но так как комплексный обед, то вот опять треска под майонезом. Люди проголосуют. Только чтобы процент явки был хороший.
Т. Троянская
―
Сергей Цыпляев у нас был в студии на этой неделе. Он как раз постоянно отмечал, что главное, что убрали про 2 срока и что на следующий срок Путина не будет. Слышали мнения, Сурков озвучивал, что будет обнуление, новая Конституция и как ни бывало прежнего президента. Вот этот вопрос определен?
Д. Качалова
―
Это у меня астма. Не то, что вы подумали, товарищи слушатели. Я вот что хотела сказать. У нас, к сожалению, есть такая дурная система – писать законы, а у Думы принимать. Они принимают закон… Как-то уже говорила у вас в эфире. Идут военные действия, есть ковровые бомбардировки, а есть точечные бомбометания. У нас вечно принимают точечным бомбометанием, когда конкретным законом можно взять и конкретно кого-то пригвоздить. Когда понадобится. Закон лежит в шкафу и никому нафиг не нужен, а потом вдруг, когда появляется момент, когда конкретную организацию, человека нужно придушить, он достается и бьется по голове, а потом убирается обратно пылиться туда. До недавнего времени наша Конституция еще таковой не была, но со всеми этими поправками она такой станет тоже дубиной, а не законом, который регламентируют нашу нормальную человеческую жизнь.
Т. Троянская
―
Статьи будут просыпаться в зависимости от надобности?
Д. Качалова
―
Да. А для чего туда вносить, условно говоря, Бога? Внесли мы туда Бога, что мы с ним делать потом? Мы его каждый день будем использовать? В магазин будем стоять? Вот когда понадобится кого-то… И уже тогда эти вот наши активисты, либералы, кто угодно, мы не сможем выйти на площадь и сказать, что это нарушает Конституцию Российской Федерации. Это уже не будет нарушать. Ссылаться не на что.
Т. Троянская
―
Пока еще не выбрали эту Конституцию.
Д. Качалова
―
Еще полтора месяца свободы.
Т. Троянская
―
Может, что-то изменится? Мы же не знаем, что произойдет в следующем месяце. Кто думал о коронавирусе?
Д. Качалова
―
Ну да.
Т. Троянская
―
Давайте историю с делом «Сети» и пытки. Слушатели, несколько человек написали ваше мнение по «Медузе» спросить, публикация вот «Медузы», где Илья Смирнов написал о том, что возможно, некоторые члены «Сети» имеют отношение к убийству. С точки зрения журналистики ваше отношение к этому? Поступок «Медузы», который осудили очень многие общественники.
Д. Качалова
―
Тань, смотрите, что касается конкретно… Мне даже неловко, потому что это было Бог знает сколько времени назад. Повторю какую-то такую очевидную истину, которую все проговорили уже миллион раз. Расследованием это не было. Это была беседа… Просто люди, которые занимаются расследованиями, знают, как делаются расследования. К расследованию есть определенные очень конкретные требования у журналистов. Эти требования в этом материале не были соблюдены. По дальнейшим публикациям и дальнейшему развитию событий и по тому, что сейчас уже найдено тело девушки, еще пока не знаем, та или нет…
Т. Троянская
―
Здесь сделаем паузу на самом интересном месте. Останемся на YouTube, вернемся в эфир через несколько минут.
НОВОСТИ
Т. Троянская
―
Продолжаем наш эфир. Мы остановились на расследовании «Медузы». У вас претензии конкретно к одному материалу?
Д. Качалова
―
Давайте, «умерла, так умерла»! Материал вышел, все высказались. У меня претензии не конкретно к одному материалу, а сейчас меня значительно больше интересует то, что будет происходить дальше с делом «Сети». Есть курпные непонятные истории с пензенским отделением, и там уже вынесен приговор, и я абсолютно уверена в том, что это приговор не правосудный по тем конкретным статьям, которые им вменяют.
Т. Троянская
―
И там есть пытки!
Д. Качалова
―
Там есть и пытки, и есть не правосудный приговор, но у нас сейчас продолжается… Сейчас он прерван, по-моему до 23 марта или до 25 марта у нас идет суд над питерскими ребятами, которые не имеют никакого отношения к той странной, трагической и страшной пензенской истории. Вообще никакого отношения они к этой истории не имеют! Сейчас суд взял длительную паузу, сказав якобы, что «надо бы подыскать зальчик побольше, потому что все желающие не вмещаются». Ну хоть таким образом зал увеличат, но мне кажется, что это было сделано по совсем другим причинам. И не понятно, что будет происходить дальше и как это дело судить.
Т. Троянская
―
То есть взяли паузу, чтобы …
Д. Качалова
―
Взвесить и понять, что происходит.
Т. Троянская
―
Так может это к лучшему? Или наоборот, это настораживает?
Д. Качалова
―
Не знаю! В этом деле должно настораживать всё. Здесь ничего «к лучшему» нет. Ничего. И настораживать должно всё. И если вдруг что-то случится «к лучшему», то давайте порадуемся постфактум.
Т. Троянская
―
Но разве может быть такой кошмарный приговор в Пензе и совершенно иной в Петербурге?
Д. Качалова
―
Нет, скорее всего нет, хотя как и в Пензе здесь доказательств конкретных преступлений, которые им вменяли по террористической организации, не слишком много.
Т. Троянская
―
Конечно, мы это дело не оставляем.
Д. Качалова
―
Конечно! И после 20-х чисел надо за ним продолжать следить и смотреть.
Т. Троянская
―
А пока предлагаю переместиться в Законодательное собрание Петербурга.
Д. Качалова
―
А что там? Уже чихают? Кашляют?
Т. Троянская
―
Я не знаю. Это надо у Вячеслава Серафимовича спросить. Но там заговорили, что вместо Зеленкова… Возможно! Как вариант – будет Сергей Шнуров. Оксана Генриховна Дмитриева не подтвердила этого, но наш источник сказал, что такое вполне возможно. Сергей Шнуров в Законодательном собрании. С последующим выдвижением в Государственную думу.
Д. Качалова
―
В президенты!
Т. Троянская
―
Через Думу. Не сразу в президенты. Мы идем по украинскому пути?
Д. Качалова
―
Ну нет, у нас такой… более брутальный, я бы сказала… Честно говоря, я в этом не вижу не то чтобы какой-то интриги, но даже и какой-то истории. Если мы вспомним, помните было такое слово? Сейчас оно почему-то не употребляется – паравозы.
Т. Троянская
―
Нет, не помню!
Д. Качалова
―
Ну как же?!
Т. Троянская
―
А! Паровоз! Человек, который тянет всё.
Д. Качалова
―
Да! Есть паровоз и есть какая-то малоизвестная партия… Это я не говорю про сегодняшнюю ситуацию. Есть какая-то партия Х, мало кому известная, и вдруг они в качестве паровоза берут себе какую-то звезду экрана. И все начинают об этом говорить и вспоминают про эту партию.
Т. Троянская
―
Подождите! У «Партии роста» есть паровоз! Оксана Генриховна! В Петербурге. Зачем же брать конкурента, Сергея Шнурова?
Д. Качалова
―
Я не знаю, да я вообще не очень представляю в Законодательном собрании Сергея Шнурова! Хотя возможно это и разнообразит наше Законодательное собрание.
Т. Троянская
―
Это очень разнообразит!
Д. Качалова
―
Это разнообразит наши заседания. Я не могу себе представить, что этот человек полностью… Что он наденет пиджак и галстук и будет соответствовать критериям Вячеслава Серафимовича.
Т. Троянская
―
И посещать каждую среду заседания!
Д. Качалова
―
Каждую среду?! Не смешите меня семеро! У нас были депутаты, которые не посещали…
Т. Троянская
―
Не в эпоху Макарова!
Д. Качалова
―
Естественно! Это у нас любимое – депутат Салаев, который жил в Испании, телефонной трубки не снимал, и в течение полутора или двух лет, на каждом брифинге после заседания Законодательного собрания парламентский корреспондент подходил к Вячеславу Серафимовичу или к его заместителю, и говорил: «Здравствуйте, скажите пожалуйста, а почему сегодня с нами нет депутата Салаева»? И каждый раз он или не отвечал на этот вопрос, или отвечал вполне себе туманно. Пока наконец от него не избавились.
Т. Троянская
―
Но кто такой Салаев и Шнуров? Это все-таки…
Д. Качалова
―
Яркие личности нужны! Я не против. Если от этих ярких личностей у нас в Законодательном собрании будет прок…
Т. Троянская
―
А в чем может быть прок?
Д. Качалова
―
Прок может быть, если Шнуров будет в Законодательном собрании, то людям будет интересно, а что там происходит. Люди проснуться и вспомнят, что на Исаакиевской площади для них работает Законодательное собрание и принимает для них какие-то законы. У меня вопрос в том, насколько это будет интересно в рамках творческой реализации…
Т. Троянская
―
А вы беспокоитесь за творческую реализацию Шнурова? А может быть Шнурова просто используют!
Д. Качалова
―
Может быть! Но это его надо спрашивать, кто его использует и под каким давлением его затащили, или затащат в этот прекрасный дворец. А предположим, если его сделают председателем Законодательного собрания! Это вообще будет прекрасно. Надо делать нетривиальные шаги. А это шаг нетривиальный. Оксана Генриховна, она, конечно, паровоз, но… надеюсь она не обидится, но ранг федерального политика, который у нее был, она потихонечку утеряла. И сейчас она – одна из пятидесяти депутатов и такого «пойдем, умрем за Оксану Генриховну» мысли в народе нет. А за Шнура может кто пойдет и помрет.
Т. Троянская
―
Вы считаете?
Д. Качалова
―
Я ничего не считаю, а просто говорю о том, что пусть будет больше хороших и разных. А это точно – разное. Забавно будет на это посмотреть. Но будет ли от этого какая-то польза городу? Польза городу может быть в том, что люди, узнав о том, что там заседает такой дивный персонаж, заинтересуются, а что там вообще происходит?
Т. Троянская
―
А может быть они просто скажут: «Шнуров сказал прикольную штуку!»
Д. Качалова
―
Я прекрасно понимаю, что трансляции заседаний Законодательного собрания даже не достигнут уровня, даже не то, что НТВ или Первого канала, а даже и Канала 78. Понятно, что люди не сядут и не прильнут к экранам. Но какой-то интерес, а как там у них вообще? Он появится. И это будет на пользу всего Законодательного собрания. Повеселей будет. К сожалению, там веселых депутатов… Точнее, не веселых, а тех, которые будят эту массу, и будоражат ее, раз, два и обчелся. Но не знаю, будет ли он будоражить, но мне трудно представить, что яркий харизматичный человек вдруг внезапно перестроится и станет таким же унылым как… Ну не будем называть как кто.
Т. Троянская
―
Будем наблюдать. А почему у нас в стране не могут «похоронить» Сталина? Вечно у нас проблемы с фильмами, они решаются так или иначе, их выкладывают в интернет, я имею ввиду британские. И снова Лозница и «Похороны вождя», фильму не сразу дали разрешения в нашем прокате. Да, разберутся. Но тем не менее, почему? Это страх?
Д. Качалова
―
Да у нас вообще плохо с похоронами вождей! Ленина тоже не похоронили! Он тоже лежит…
Т. Троянская
―
Это в реале. А тут, даже в кино! Это фильм, который основывается на документальных материалах. Казалось бы, ничего не придумано!
Д. Качалова
―
Так в чем же дело? Почему мы не можем «похоронить» Сталина?
Т. Троянская
―
Почему проблемы были с прокатом? Да, они решились. Но 3 марта его должны были показывать на Докфесте, но это запретили.
Д. Качалова
―
Мы всегда бежим впереди паровоза. Вот, Конституцию новую еще не приняли, но уже было сказано… Я могу соврать, там такая формулировка… что «наш великий народ, с нашей великой историей, с нашим великим прошлым, абсолютно безукоризненным»! Я немного переврала, но суть такова. Так наше «великое безукоризненное прошлое» и это в этот ранг не попадает. И к сожалению, дальше будет только лучше. Будем это «безукоризненное прошлое»… «Я себя под Лениным чищу». Помните? Так вот мы и будем себя под Лениным, под Сталиным и под всеми ними себя чистить и вычистим до того, что… как было в семидесятых. Как это было написано в учебниках истории, и шаг вправо, шаг влево… Правда в семидесятые расстрела уже не было. Я помню мы в школе на уроках истории в учебнике о начале Великой отечественной войны была такая фраза, что Германия внезапна напала на Советский Союз. А у меня была соседка по парте из диссидентской семьи, мы с ней сидели и тихо перехихикивались. Вот и доперехихикивались.
Т. Троянская
―
Слава интернету, хочется сказать. Мы все-таки живем в XXI веке.
Д. Качаловы
―
Но ножницы никто не отменял! Чик – и все!
Т. Троянская
―
Но для этого надо слишком много телодвижений надо сделать.
Д. Качалова
―
Ну как, побежал вокруг страны по периметру, а там – Китай. И суверенный интернет – чик и всё!
Т. Троянская
―
Не надо пугать!
Д. Качалова
―
Да я не пугаю! Я просто говорю о том, что возможно, а что – невозможно. Зато вместо всемирного интернета будет Шнур в Законодательном собрании.
Т. Троянская
―
А конституция феминисток не отменит?
Д. Качалова
―
А что там про них сказано? Я что-то пропустила?
Т. Троянская
―
Нет-нет, ничего! Пока не трогают.
Д. Качалова
―
А почему вы о них спросили?
Т. Троянская
―
8 марта! Диана, поздравляю!
Д. Качалова
―
Дорогая, Таня, обнимемся! Я считаю что есть феминистки, а есть… радикальные феминистки. Борьба за права любого – женщин, мужчин, животных, нетрадиционной ориентации… Вот, сначала у нас вышли животные! А потом – нетрадиционная ориентация. Скорее надо наоборот. Борьба за любые человеческие права – это всегда здорово. Но когда это принимает утрированные и идиотские формы, то это не совсем хорошо.
Т. Троянская
―
Давайте же выпьем за равноправие!
Д. Качалова
―
Давайте! У меня как раз вот вода есть.
Т. Троянская
―
И поздравим всех с праздником!
Д. Качалова
―
Привет от Клары Цеткин!
Т. Троянская
―
И Розы Люксембург! Спасибо.