Николай Усков - Особое мнение - 2020-01-27

С. Крючков― Здравствуйте. Меня зовут Станислав Крючков. Со своим особым мнением сегодня редакционный директор «Forbes» Николай Усков. Николай, здравствуйте.

Н. Усков― Здравствуйте.

С. Крючков― Что, новый помощник у президента. Это всем известный Владимир Ростиславович Мединский. Он займется координацией политики в исторической и гуманитарной сферах. Как вам видится контур этой политики, учитывая неоднозначный бэкграунд Мединского.

Н. Усков― Мединский имеет очень однозначный бэкграунд среди восторгов либеральной общественности. Смущало одно, ну ушел в отставку человек, который на самом деле работал только на одного другого человека - на своего начальника Владимира Путина. И выражал те взгляды, которые Владимиру Владимировичу импонировали. Прежде всего. Он, конечно, троллил общественность либеральную таким образом, но можно считать, что ее троллил Владимир Путин. Просто Владимир Ростиславович Мединский для Владимира Владимировича Путина сохранял пространство для маневра. Он, конечно, себя видел скорее министром пропаганды, министром идеологии, чем министром культуры, которая ему, наверное, была в чем-то интересна как нормальному человеку, наверное, получал некое удовольствие от театра, от музыки, от искусства. Но, прежде всего, для него это была идеология, это было поле идеологической войны. За традиционные ценности, за правду так называемую в кавычках, правду о Второй мировой войне, за правду о русском народе. Он автор прекрасного бестселлера, прекрасного - в кавычках, бестселлера «Мифы о России», очень популярной книги, ее прочло много миллионов людей. То есть это для него была идеологическая война, он был министром, конечно идеологии, пропаганды - так он себя понимал, так, наверное, его роль понимал Владимир Путин.

С. Крючков― Скажите, а на фоне фактически созданного Российского военно-исторического общества, Мединскому удалось создать вот эту параллельную структуру, то самое Министерство правды, о котором вы говорите.

Н. Усков― Он, безусловно, очень сильно повлиял на общее умонастроение, я думаю он, конечно, создавал постоянно, он профессиональный пиарщик, давайте не забывать. Это его первая работа еще до ГД. И конечно он прекрасно умел работать с информационным пространством, создавая новые смыслы, новые темы для обсуждения, постоянно баламутя тут общественность, в другом месте. Безусловно, он как человек, разбирающийся хорошо в пиаре, прекрасно справлялся, я считаю со своей работой. Поэтому я считаю, что в рамках той системы, которую создал Владимир Путин, господин Мединский сыграл выдающуюся роль.

С. Крючков― То есть он никуда не уходит. А что является маркером того, что главный адресат деятельности Мединского, как вы сказали, - Путин ценил то, что он делал. Вот назначение помощником - это высокая оценка?

Н.Усков: В рамках той системы, которую создал Владимир Путин, господин Мединский сыграл выдающуюся роль

Н. Усков― Ну мы видим, что многих бывших министров назначают помощниками, безусловно, они обладают большой компетенцией, видимо, есть определенный опыт, видимо, их можно будет использовать в качестве там где-то ревизором, где-то людей, которые дают какие-то советы или людей, которые формулируют повестку президента. Я думаю, что это просто признание роли этого человека и признание его заслуг.

С. Крючков― Но в некоторых случаях это было такой синекурой, то есть такая номинальная должность. Владимир Ростиславович останется при делах, не будет такой символической фигурой в кремлевской администрации.

Н. Усков― Зная его лично много лет, я могу сказать, что он никогда не останется проходной фигурой, никогда не удовлетворится синекурой, он еще для этого слишком молод и мне кажется, что очень большая энергия и желание служить, работать, влиять. И он будет безусловно мне кажется влиять…

С. Крючков― Степень этого влияния.

Н. Усков― Это посмотрим. В политике ты берешь ровно столько, сколько берешь. Вот если не возьмешь, других не оттеснишь, то будешь просто где-то бултыхаться.

С. Крючков― Красные линии какие-то перед ним будут поставлены? Вот сюда не соваться.

Н. Усков― Я думаю, нет. Государство очевидно, судя по этому проекту статьи о Второй мировой войне, который наметил Путин, будет придерживаться ровно исторических воззрений Владимира Ростиславовича. И в этом смысле Владимир Ростиславович, наверное, будет чуть более радикален, чем начальник.

С. Крючков― Но собственно, и Министерство культуры у нас не остается без присмотра. Вот предложенная Любимова на высокий пост. И, собственно говоря, уже утвержденная в этом статусе, вызывает у вас какие-то эмоции, зная о ее бэкграунде. Потому что много мы уже прочитали в ее старых постах в социальных сетях об ее оценках народа, с которым ей предстоит иметь дело, об ее оценках, собственно говоря, всего того, как устроено в нашем государстве.

Н. Усков― Мне скорее ее откровенность эпатирующая, которая, конечно, ей была присуща много лет назад, тем не менее, она мне скорее симпатична. Мне кажется, что это такой живой человек. Очевидно, не претендующий на роль идеолога режима, это будет не Министерство правды, не Министерство пропаганды ни в коей мере. Посмотрим, нужно увидеть реальные дела. Ощущение от состава правительства вообще - что есть определенный заказ на перемены. Что Путин хотел сформировать такое правительство, которое будет заниматься или имитировать перемены, будет ими заниматься или их имитировать.

С. Крючков― А это ожидание перемен оно явилось откликом на некое внешнее давление или это внутреннее решение, к которому пришел президент. Если да, то какими могли бы быть его внутренние мотивы.

Н. Усков― С одной стороны, очевидно, что его рейтинг падал весь предыдущий год. Он так и не пережил, разбился о пенсионную реформу. Но я думаю, что сказалась вообще общая усталость людей от того, что жизнь ухудшается. Ничего, собственно, не делается. И движуха ради движухи - это неплохой политический прием. Тем более, что очевидно у Путина есть некий план, предположим, он думает о досрочных выборах в ГД, предположим. Многие даже говорят, что в конце этого года они состоятся. Предположим, он думает о создании новой партии, которая будет более энергичная и эффективная, чем «Единая Россия». Об этом тоже ходит слух. Посмотрим. Но очевидно, что эффект от изменений, он сам по себе будет воспринят обществом позитивно. Потому что люди устали от того, что ничего не делается.

Н.Усков: Ощущение от состава правительства вообще - что есть определенный заказ на перемены

С. Крючков― Контуры транзита намечены после послания федеральному собранию с предложенными поправками в Конституцию. На ваш взгляд.

Н. Усков― Безусловно, мы понимали, это было известно, что Путин будет тестировать, так или иначе, несколько идей. Это идея Госсовета, идея объединения России и Белоруссии. Это идея создания новой партии, которую он возглавит и одновременно возглавит правительство. То есть в принципе все это в некой зачаточной форме присутствует в его предложениях, так или иначе, за ним остается выбор, как он себя самоопределит в этой новой стране.

С. Крючков― Тестирование идеи большого союзного государства, реального государства с Беларусью на сегодняшний день завершено?

Н. Усков― Она самая невероятная. Но я не думаю, что от нее отказались. Нет. Она просто одна из идей.

С. Крючков― Это упирается в фигуру Лукашенко?

Н. Усков― Мне кажется, никто не отдаст власть просто так. Это смешно. Скорее всего, эта идея нерабочая, тем не менее, она может присутствовать в общественном пространстве просто как некий способ, как некая альтернатива, как нечто, что позволяет поддерживать интригу, поддерживать общественный интерес к происходящему и так далее.

С. Крючков― А какой из предложенных вариантов: смещение центров силы в Госсовет, в правительство, в думу, хотя Россия остается сильной президентской республикой, - сказал Путин. Вам кажется наиболее вероятным.

Н. Усков― Ну не знаю, трудно сказать. Путин принимает решение по ситуации. Мы знаем, что он тактик и очевидно, что он примет то решение, которое в 24-м году ему будет казаться оптимальным. Сегодня можно более-менее с уверенностью говорить, что едва ли Владимир Путин захочет в 9 утра приезжать в ГД в качестве спикера. Мне кажется, что это очень странно, зная его привычки бытовые, что раньше часа он не появляется в офисе. В лучшем случае. То я плохо себе это представляю, общаться с огромным количеством каких-то непонятных персонажей, которых он я думаю, не уважает. Мне кажется, что едва ли он на это пойдет. Скорее всего, конечно, Госсовет, я думаю здесь большинство, наверное, аналитиков к этому склоняется. Премьер-министр отпадает, потому что он уже был премьер-министром.

С. Крючков― Насколько реальной будет сила Госсовета и станет ли лидер, глава этого образования действительно фигурой, сопоставимой по масштабам с президентом.

Н. Усков― Фигура Путина будет все равно сопоставима по масштабу с любой другой фигурой в РФ, будет ее превосходить на голову. Потому что, во-первых, он архитектор этой системы, во-вторых, он, собственно, отец родной для большинства людей, которые будут им назначены. Очевидно и, так или иначе, займут высокие должности. Мне кажется, что стоит обратить внимание, что все-таки Путин, наверное, думает не только о своей роли. Но и о том, как будет выглядеть Россия после него. И в этом смысле реформа достаточно важная, потому что она все-таки ослабляет президентскую власть. И Путин оставляет страну, в общем, новому поколению политиков с существенно другой президентской властью.

С. Крючков― Об архитектуре этой выстраиваемой системы и ее контурах и о том, как она будет выглядеть, мы поговорим после небольшой паузы.

РЕКЛАМА

С. Крючков― Мы продолжаем. Форма, в которой предложено осуществить то, что вы называете реформой. Всенародное голосование. Не референдум, а именно всенародное голосование. И вот уже ЦИК собирается осуществить эту идею, воплотить ее в жизнь. На ваш взгляд, то, что народ фактически вынесен за скобки, есть некие формальные структуры, которые будут осуществлять этот проект. О чем нам говорит?

Н. Усков― Я думаю, что это просто имитационная демократия. Путину важно подчеркнуть легитимность изменений, которые вносит в Конституцию. Поскольку наверняка он думает не только о своем месте в этой политической конструкции, но и будущем страны. То есть будущее поколение политиков тоже будет ссылаться на это голосование. Как на всенародное волеизъявление. Это легитимация режима. Потому что изменения в Конституцию вносятся серьезные, и создается новый орган, который будет обладать, видимо, серьезными полномочиями, ослабляется президентская власть, усиливается парламент. Это изменения серьезные. И мне кажется, что Путину важно придать им характер легитимности, дополнительный характер.

С. Крючков― А не повысило ли характер этой легитимности проведение того самого референдума, в котором приняли бы участие все 146 миллионов жителей нашей страны.

Н.Усков: Путин оставляет страну новому поколению политиков с существенно другой президентской властью

Н. Усков― Я думаю, что там есть какие-то юридические тонкости. Можно созывать референдум, нельзя. Я думаю, что еще важна прецедентность. Референдум - это мощное средство влияния на политику. И им пользоваться надо реже.

С. Крючков― И этот прецедент создавать не хотим. А вот куда спешим? Вы упомянули, что рассматривается вариант о назначении досрочных выборов в ГД, будут приняты поправки в Конституцию. Я думаю, мало кто в этом сомневается. Зачем эта спешка?

Н. Усков― Одна из версий – для того чтобы все-таки начать какие-то изменения, потому что есть опасения, что при сохранении нынешнего курса добиться уверенной победы «Единой России» на парламентских выборах будет трудно. То есть нужно в корне изменить повестку дня, нужно, что в ней солировала власть, прежде всего. Новые лица, новые громкие заявления. Возможно новая партия. Возможно досрочные выборы. Тогда вся эта политическая система, давайте не забывать, что согласно предложениям Путина парламент начинает играть большую роль. Соответственно очень важна легитимность этого парламента и важно положение правящей партии. И, по-видимому, большинство аналитиков согласны, что, скорее всего, Путин также после 24-го года займет пост руководителя правящей партии. Соответственно эта правящая партия должна прочно сидеть в парламенте. Она должна быть мощной, влиятельной, сильной, энергичной. Контролировать большинство властных структур по всей стране и в том числе в Москве.

С. Крючков― Но в большей степени имитационной она должна стать, нежели нынешняя «Единая Россия»?

Н. Усков― У меня ощущение, что так же как в своих кадровых решениях последних лет Путин будет ориентироваться на создание рабочей партии. То есть будет партия, которая будет работать, а не только занимать сытные места. Кормление. И, в общем, дряхлеть, жиреть и дуреть. Мне кажется, что Путин видит новую партию как очень эффективный инструмент реформирования общества.

С. Крючков― А правительство станет в достаточной степени независимым, свободным в своих решениях органом при премьере Михаиле Мишустине. Нежели при предыдущем главе кабинета – Медведеве.

Н. Усков― В нынешней конфигурации правительство фактически является продолжением администрации президента. Поэтому говорить о том, что оно будет независимым – не приходится. Может быть в новой конструкции, где не будет Путина во главе государства, он будет где-то сбоку, правительство приобретет больший вес. Сейчас это абсолютно подотдел администрации президента.

С. Крючков― То, что Мишустин привел с собой фактически 4-х своих, как говорят людей, на позиции вице-премьеров, то, что экономический блок изменился, за исключением ухода Орешкина в практически минимальной степени и силовой блок остался на месте. Нам говорит о чем?

Н. Усков― О том, что основные контуры политики, которую проводил Путин, его устраивают. Его не устраивает имплементация, прежде всего, социальной части его политики. В том числе национальных проектов. И его устраивает макроэкономический курс, очевидно, что этот курс сохраняется в той или иной степени, потому что перемещение Белоусова, конечно, очень существенно, тем не менее, Белоусов прежде оказывал довольно существенное влияние на экономическую политику. Так или иначе, мы видим, что здесь курс едва ли сильно изменится. Что касается силовиков, очевидно то, что сам Путин олицетворяет эту политику, и ее проводят те люди, которые ее в состоянии осуществлять, как он хочет. Поэтому Мишустин к этому вообще никакого отношения не имеет. Сам по себе Мишустин, безусловно, это технологический премьер. Он хороший профессионал. И я думаю, эффективный достаточно человек. У него хорошая репутация. Но, разумеется, едва ли у него есть какие-то политические амбиции. Поэтому он не превращает Путина в «хромую утку» и может что-то делать, если это приносит пользу имиджу Владимира Владимировича.

С. Крючков― А на сегодняшний день хоть что-то может превратить Путина в преддверие транзита в «хромую утку»?

Н. Усков― Эта угроза всегда сохраняется. Потому что как многие очевидцы говорили, что Путин очень нервничал во время президентства Медведева. И я думаю, что президент очень обеспокоен тем, насколько его будут бояться, уважать, насколько он сохранит свое влияние в том числе в последние годы. Не передерутся ли все его товарищи за будущую власть. Ему важно оставаться для них единственным источником легитимности.

С. Крючков― Если взять внешнее направление, внешний контур, к которому президент был довольно склонен в последние годы, в частности Украина, взаимоотношение со Штатами. И уход Суркова. Во всяком случае, подача Сурковым заявления об уходе с позиции помощника президента по так называемым мятежным территориям. Каким будет политика нашего государства в этом направлении на ваш взгляд?

Н. Усков― Она, видимо, будет меняться, раз меняют ключевую фигуру, которая занималась практической работой. Я думаю, что она будет меняться, я думаю, что есть определенное ощущение, что Путин стремится к нормализации отношений с Украиной. И таково же желание Зеленского. Будем надеяться, что так оно и произойдет. Может быть наоборот.

С. Крючков― Просто Зеленский в своем большом интервью 9-му израильскому телеканалу сказал, что есть определенные маркеры, которые не позволяют Украине идти до некой финальной черты в этом налаживании отношений. И этим маркером, безусловно, является возврат территорий. Насколько Путин готов к тому, чтобы отказаться…

Н. Усков― Конечно, никогда не вернет Крым. И я думаю, что пока в обозримом будущем представить себе российского политика, который возвращает Крым, мне очень сложно. Я думаю, будут искать какое-то иное решение, решение, которое позволит и украинским политикам сохранить лицо, и российским политикам сохранить лицо. Нет, это уже факт истории. Крым – факт истории, факт большой истории. И факт личной истории Владимира Путина. Поэтому я в эти перспективы не верю и полагаю, что та или иная торговля просто будет как-то налажена и при Зеленском, может быть при новом президенте Украины, может быть еще когда-нибудь, но Украина и Россия будут искать какие-то иные решения.

С. Крючков― Полный отказ от проекта Новороссия или же прекращение войны на Донбассе, гласным или негласным участником которого, возможно, является Россия на Украине. Это не вызывает сомнений, что Москва причастна к этому. Станет ли способом приближения к налаживанию.

Н. Усков― Собственно, Донбасс и проект Новороссии, насколько мне известно из разных источников, затевался именно как некий козырь в переговорах по Крыму. Понятно, что ситуация немного вышла из-под контроля в определенный момент, тем не менее, очевидно, что Донбасс рассматривался российскими политиками почти всегда как некая разменная карта. То есть Донбасс ваш, а соответственно Крым – наш. Но очевидно, что Донбасс есть и другая функция, это тот регион, через который Россия надеется постоянно держать Украину в напряжении. То есть это территория, которая симпатизирует России, и она будет балансировать европейскую и атлантическую интеграцию Украины, которой так боится Москва.

С. Крючков― Памятуя о «нормандской четверке», о Минских соглашениях, этот козырь сегодня остается достаточно сильным, козырь, находящийся в руках Кремля.

Н. Усков― Уже нет, потому что войны нет. То есть война сейчас была бы довольно странным решением. Потому что уже столько сказано о том, что все выступают за мирное урегулирование, мирное урегулирование уже идет. Я думаю, что Россия скорее склоняется к тому, что ей выгодно замирение и интеграция этих регионов в состав Украины с тем, чтобы потом контролировать политическую систему Украины.

С. Крючков― Просто буквально несколько часов назад в эфире с Цимбалюком, шеф-редактором украинского агентства УНИАН мы вспомнили о том, что 11 человек с начала года с украинской стороны погибли. И в Киеве совсем не готовы соглашаться с тем, что война не идет, и мы становимся ближе к тому, что

Н. Усков― Все-таки, большое количество голодных вооруженных мужиков, рано или поздно, перебьют кого-то. 11 человек – это конечно, не война. То есть это следствие полувоенной жизни в этих республиках на этой границе и так далее. Но это я бы сказал в порядке, это конечно ужасно, но в порядке некой нормы. Конфликт не урегулирован, выборов не было. Мы по-прежнему не знаем, у кого и сколько оружия. Поэтому трагедии здесь неизбежны. Но очевидно, что назвать это боевыми действиями трудно.

С. Крючков― Коль скоро мы о войне заговорили, Министерство обороны, во главе которого остался Шойгу, позиции Шойгу в оставшиеся этому правительству время, они будут усиливаться или он останется при своих. Консенсусная фигура долгие годы, популярная фигура была.

Н. Усков― Я думаю, он останется при своих. Именно из соображений, что Путин не хочет чувствовать себя в «хромой уткой». Шойгу слишком популярен, его в последнее время старательно задвигают. Потому что боятся, по-видимому, его харизмы, его популярности. Поэтому не думаю, что Шойгу будет как-то укреплять свое положение. Он, скорее всего, либо там останется, либо даже утратит это положение через какое-то время.

С. Крючков― Мы продолжим этот разговор после небольшой рекламы.

НОВОСТИ

С. Крючков― Много вопросов в нашем чате. В Аушвиц-Биркенау сегодня проходят памятные мемориальные мероприятия. Мы представлены на достаточно низком, видимо, уровне. На уровне посла. Сергей Андреев сказал, что Польша в долгу перед Россией и другими странами Советского Союза. Звучат другие слова. Президент Польши Дуда сказал, что в диалоге с Россией по истории Второй мировой войны все сомнения уже разрешены. Возвращаясь к дискуссии, которая уже месяц даже больше ведется, интересу к этой дискуссии со стороны главы нашего государства. Как вы полагаете, разрешены эти сомнения или нет?

Н.Усков: Шойгу слишком популярен, его в последнее время старательно задвигают. Потому что боятся его харизмы

Н. Усков― Для Путина тема Второй мировой войны – это мобилизационная идеологическая конструкция. То есть правда его в данном случае мало интересует. Правда известна историкам. Более-менее широкой общественности. Но та правда, она совершенно не помогает строить политический курс, который консолидирует с точки зрения Путина страну. Поэтому для России, конечно, все, что происходит сегодня в Аушвице – это некое столкновение с идеологией, которая совершенно неудобна. Поэтому Россия там блекло представлена. Поэтому Россия как-то эту тему вообще обходит. Потому что пакт о ненападении - это выдающееся достижение советской дипломатии. И лично товарища Сталина. Польша сама по всем виновата. До этого участвовала в мюнхенском сговоре, потом ее постигла та же участь. Что поляки так же антисемиты, как и немцы. И так далее. То есть здесь где-то есть правда, где-то нет. Так или иначе, Россия, конечно, совершенно не хочет сейчас сталкиваться с мировым сообществом, которое в один голос повторяет то, что в России считается вредным.

С. Крючков― Как вы полагаете, помимо сугубо технологического интереса Путина к теме Второй мировой и теме взаимоотношений между странами этого периода, у него какая-то личная заинтересованность в том, чтобы разобраться пусть и не публично, но для себя в этой проблеме. Эти статьи, которые он готовит.

Н. Усков― Лично я думаю, он давно разобрался. Просто он политик. И его личное разбирательство в данном случае к политике не имеет никакого отношения. Путин неглупый человек, я думаю, он вполне доверяет профессионалам. И наверняка знаком с совершенно убедительными доводами профессиональных историков, которые многократно публиковались. И видел наверняка все документы, и подписи под ними, и расстрельные списки польских офицеров. Все это он знает. Он не идиот. Но все это не очень удобно при нынешнем политическом курсе, поэтому, собственно, силами Мединского, собственными силами, силами других придворных историков создается определенный миф, в котором соответственно все выглядит так, как выглядит. Что Россия пыталась остановить агрессора, но западные демократии соответственно ничего не сделали для этого, поэтому в какой-то момент, чтобы отстрочить войну, нужно было заключить с Гитлером соглашение. Что Польша сыграла тут роль предателя и так далее. Бесконечно повторять эту галиматью не хочется.

С. Крючков― Еще одна история. Из жизни регионов что называется. Глава Чувашии Игнатьев, возможно, лишится поста из-за игры в собачку с майором МЧС. Вы знаете, наверное, историю, когда раздавались ключи от машин заслуженным сотрудникам ведомства и такой неприглядный инцидент произошел. На ваш взгляд, это вносит какие-то дополнительные штрихи к портрету наших не верховых, не федеральных, а вот региональных. Поскольку многие из них, в конечном счете, оказываются в Москве. Нам с ними жить.

Н. Усков― Не знаю, я не видел, как это выглядело на самом деле. Может быть это была неудачная попытка шутки. Может быть, в этом нет ничего ужасного. Но, зная просто наших чиновников и их высказывания в течение последних двух лет, весьма шокирующих по поводу русского народа. Я думаю, что могло быть и совершенно естественное поведение царского сатрапа, которых в людях видит, в общем, домашних животных или полудиких животных.

С. Крючков― Меж тем в комиссии «Единой России» по этике, так мы узнали о существовании такой комиссии, уже порекомендовали исключить, видимо, посмотрели видео. Разобрались.

Н. Усков― Ну, может быть, этот казус будет свидетельствовать о том, что власть хотела бы очиститься от каких-то не очень эффективных представителей своих. Провести это как шумные кампании, продемонстрировать народу, что власть стоит за новую этику, за новую повестку дня и так далее. Может быть это будет использовано таким образом. Потому что в политике очень часто отдельные глупости превращаются в прецеденты и становятся поводом для каких-то серьезных изменений.

Н.Усков: В политике очень часто отдельные глупости превращаются в прецеденты

С. Крючков― Много вопросов по поводу истории с шагающим по планете коронавирусом из Китая. Тут благотворительный фонд Билла Гейтса и его жены Мелинды выделит 10 миллионов на борьбу с происходящими. В том числе Африке. На борьбу с распространением вируса. На ваш взгляд здесь больше реальные проблемы, хотя недооценивать мы, конечно, не имеем права. Или же шумихи, раздуваемой в СМИ. Потому что активно все включились в этот процесс.

Н. Усков― Я думаю, что мы живем в эпоху, конечно, когда панические новости приобретают характер паранойи очень быстро. Мы все связаны друг с другом, и любое загадочное заболевание превращается в страшную глобальную историю. И это все мне напоминает средневековье. С этими эпидемиями и паническими настроениями населения, которое начинало бежать из городов, прятаться, запираться. И обвинять евреев, естественно, в том, что они отравили колодцы и прочее, прочее. Я думаю это следствие глобального мира, в котором мы живем. Мы просто очень быстро узнаем новости, и мы начинаем их бояться. На этом естественно, кто-то зарабатывает всегда. Прежде всего, безусловно, медиа. Фармацевтические компании. Какая-нибудь ВОЗ зарабатывает, я думаю очень неплохо. Тут много интересантов для того, чтобы эти паники периодически повторялись. Потому что начинают разрабатываться новые лекарства, создаются какие-то новые зоны карантина и прочее. Это серьезная игра.

С. Крючков― Забудем столь же быстро как о свином гриппе…

Н. Усков― Несомненно. У нас довольно сильная медицина, которая способна бороться, я имею в виду международная медицина, которая способна бороться с любыми модификациями вирусов гриппа и прочих.

С. Крючков― Немного о правозащитной тематике. Басманный суд отказался принять жалобу на бездействие СК в деле Дарьи Сосновской. Которую на одной из летних акций, судя по видео, ударил в живот представитель силовых структур. На ваш взгляд, о чем это нам говорит?

Н. Усков― Это говорит о той политике, которую мы наблюдали всю осень. Что будете нападать или требовать изменений общественного строя – будете получать ногой в живот или вас будут сажать в тюрьму. Я не вижу здесь никаких новых…

С. Крючков― Одно из первых распоряжений Мишустина, кстати, было об увеличении надбавок сотрудникам силовых структур Москвы и Санкт-Петербурга, которые работают на протестных акциях. Это в том же тренде, в той же логике.

Н. Усков― Может быть, так. А, может быть, просто лежало на столе, он подписал. Такое бывает.

С. Крючков― Начинали с неоднозначной фигуры или в чем-то однозначной, как вы сказали. Видимо, завершим столь же неоднозначной. В Москве накануне в возрасте 51 года скончался священник Всеволод Чаплин. Некоторое время он был фактически лицом РПЦ. И многие говорят, что чуть ли ни пожертвовал церковной карьерой ради того, чтобы составить себе некую публичную репутацию радикального консерватора. Кем он был?

Н. Усков― Мне кажется, он был, прежде всего, конечно, медийным провокатором. Я не знаю, верил ли он в Бога - трудно об этом судить. Я немного его знал. Мы брали у него интервью несколько раз и одно было совершенно феерически смешное. В журнале «Сноб». Мне кажется, что главная его цель была вернуть церковную повестку, повестку традиционных ценностей в повестку главных СМИ. Для этого ему необходимо было произносить такие вещи, которые вызывали шок, трепет. Истерику. И начинали обсуждаться. В этом была его функция. Не думаю, что он пожертвовал своей карьерой. Мне кажется просто в тот момент, когда у церкви изменился курс и решили, что уже довольно, хватит мракобесия, давайте чуть градус понизим. Чаплина заменили на более вменяемого Легойду. И всё. Я не думаю, что он чем-то пожертвовал. Его функция была - лаять, он лаял профессионально, хорошо. Зажигательно. И общество обсуждало его высказывания.

Н.Усков: Главная его цель была вернуть церковную повестку в повестку главных СМИ

С. Крючков― А степень его искренности в осуществлении этой своей функции какова была?

Н. Усков― Мое личное ощущение, человек он очень неглупый, образованный. И интересный. Я думаю, что так он понимал свое служение. И делал это довольно профессионально. Я абсолютно не согласен в большинстве с Всеволодом, и всегда ему говорил, у меня никогда не было симпатий к нему, но я всегда понимал, что на такой позиции человек не равен себе. Он занимается политикой. Церковной политикой. И в этом он профессионален.

С. Крючков― О политике в разных ее измерениях говорили сегодня с редакционным директором журнала «Форбс» Николаем Усковым. Программу провел я, Станислав Крючков. Всего доброго.