Особое мнение СПб - Антон Мухин - Особое мнение - 2019-09-27

Т. Троянская― 11 часов 7 минут, в студии Татьяна Троянская. Программа «Особое мнение». Я приветствую журналиста Антона Мухина. Трансляция у нас ведется, несмотря на то, что у нас в студии ведется перманентный ремонт. Вы можете видеть нас на Ютуб «Эхо Москвы в Петербурге». Присоединяйтесь! А. Мухин― А ремонт можно там увидеть? Т. Троянская― Частично! Но у нас все самое неприглядное закрыто нашим баннером «Эха Петербурга». А. Мухин― Потемкинские деревни устраиваете? Т. Троянская― Примерно так! Мы берем пример с губернатора, свежеизбранного губернатора. Хорошо, давай тогда уж с выборов и начнем. Элла Памфилова посетила Петербург, и выступала с пламенной речью, уже подготовлены поправки к закону о выборах, речь идет и о муниципальном фильтре, который все обещают понизить, но никак не могут сделать этого. Давай вот пламенное выступление ее. Но пока тишина. Был ответ тоже достаточно яркий Вячеслава Макарова, поскольку обвинения были и в его адрес, но пока такое затишье. Перед бурей? А. Мухин― Как сегодня пишет, по крайней мере, на РБК, Центризбирком подготовил целый пакет поправок в законодательство, и снижение муниципального фильтра до 5%, сейчас 10% минимальное, снижение необходимого процента сбора подписей на все остальные выборы, такой пакет либеральных мер. На самом деле, в этом не особо ничего нового, потому что об идее снизить муниципальный фильтр до 5% Памфилова говорит, по крайней мере, с начала этого года, но здесь же важно время появления этих поправок. Они появились сейчас, а что у нас сейчас за время? Совершенно феерическое время, я вот всегда осторожно относился к оценкам того, когда все-таки революция случится, но это время приближается с какой-то катастрофической скоростью, и вот почему – мы видим, что рухнула та политическая система, которая была. За счет чего существует власть нынешняя? За счет мнения, что нет никого, кроме Путина. Вот, начиная с нулевого года Кремль старательно занимался уничтожением конкуренции и преуспел. Он уничтожил и политические партии, и ярких оппозиционных лидеров. Есть, но в тех масштабах, в которых они должны были бы существовать в демократическое системе. Эта система была успешной, потому что люди приходили на выборы, некого кроме Путина, если ты не являешься принципиальным борцом за свободу, который до скрежета в зубах ненавидит режим, то ты смотришь в этот бюллетень, видишь там Путина и остальных клоунов, и в итоге голосуешь за Путина. Точно такая же система существовала и на всех остальных уровнях власти, мы прекрасно помним выборы губернатора 2014 года, когда был Полтавченко и 4 человека, из которых я, например, помню… Все остальные могут теоретически знать Сухенко, потому что он был депутатом, а все остальные… Т. Троянская― Бикбаев? А. Мухин― Бикбаев… Как его звали? Т. Троянская― Хочется сказать Тимур, но Тимур Бекмамбетов. А. Мухин― Вот, благодаря тому Полтавченко получал 79%. Неконкурентная система работала, а теперь она перестала работать. Мы видели первый звоночек год назад, когда 4 губернатора проиграли выборы своим техническим конкурентам. Тогда это, может, было специально, окраинные регионы, реформы, весь народ на нервах, а сейчас это произошло в Петербурге, это произошло в Москве. В Москве зачистили всех оппозиционных лидеров, победили технические кандидаты. В Петербурге Беглов победил, но 30%, которые получили Амосов и Тихонова – это показатель такого колоссальнейшего прогресса. Если бы явка была хотя 40%, как у Полтавченко на прошлых выборах, я уже не уверен, была бы победа в первом туре. То есть вот эта вот система больше не работает. Люди готовы голосовать за кого угодно, и это происходит не по экономическим причинам, потому что Петербург и Москва — это успешные с экономической точки зрения регионы. Т. Троянская― Один более успешный, другой менее. А. Мухин― По сравнению с регионами, здесь нет экономических факторов, нет ярких лидеров, есть просто усталость от власти. Понятно, что еще чуть-чуть дальше – и не будет победы Беглова. Т. Троянская― То есть последний рывок – надо что-то делать? А. Мухин― Да, сейчас Кремль находится в ситуации, когда он понимает, что так дальше жить нельзя. И в этой ситуации, думаю, происходит колоссальное нагромождение. Знает, как землетрясение, один пласт земной коры надвигается на другой. Так вот один пласт кремлевских историей надвигается на другой, там происходит что-то очень мощное, непривычное для нас, и именно сейчас появляется эта либеральная инициатива, то, что происходит с отменой судов по политзаключенным, не по всем, но мы знаем, что отпустили последнего заключенного по обвинению в беспорядках. У нас есть большое количеств, 7 человек, за сопротивление полиции, кто-то стаканчик бумажный бросил. Их осудили, а тех, кто участвовал в беспорядках, там было много задержанных, сегодня отпустили. Тоже что-то происходит. И вот любая либеральная инициатива, она может являться показателем этой внутренней нерешенности ситуации, кремль не понимает, как жить дальше. Т. Троянская― А как она вот сейчас может измениться? Эти либеральные поправки. Выборы уже прошли, а следующие не скоро. А. Мухин― Надо все-таки, я думаю, никто не мыслит категориями выборов, а мыслит категориями, как жить дальше. Когда, например, обвиняют либералов начала 20 века в том, что они довели страну до революции, на самом деле либералы пытались спасти страну от революции. Потому что если бы либеральные реформы, начатые в 1905 году, были продолжены, сделали бы ответственные министерства, то революции бы не было. Поскольку либеральные реформы не проводились, то произошел коллапс 17 года, и сейчас кремль находится примерно в такой же ситуации. Если он сейчас начнет какую-то либерализацию, то он может еще выйти сухим из воды. Какой-то сценарий может быть. Говорят: «Знаете, вот есть Кудрин. Кудрин – хороший чувак. С одной стороны либерал, с другой – гарантирует стабильность системы. Мы сейчас все уходим, оставляем вам Кудрина, а Алексей Леонидович обещает нам, что мы спокойно доживем до пенсии, с нашими яхтами, кораблями и остальным». Вот сейчас такой сценарий еще возможен, а через 5 лет такой сценарий уже будет невозможен. Т. Троянская― Уже будет поздно. А. Мухин― Да, никто не будет гарантировать, что вы сохраните свои накопления. К сожалению, не только им, но и нам. Поэтому в нынешний момент все заинтересованы в том, чтобы как-то мирно ситуация разрешилась. И мы заинтересованы, и они. Т. Троянская― Хорошо, реформы – это неплохо. Но что, она выступила, Памфилова, сказала все, что она думает о выборах в Петербурге, а последствия будут? Поскольку после прошлых выборов было тоже недовольство, но никаких судебных процессов я не помню. Будут ли реальные репрессии? А. Мухин― Если мы возьмём ситуацию, абстрагировавшись от всего остального, что я говорил, просто вот ты меня спрашиваешь, будут ли последствия, без всего остального. Нет, никаких последствий не будет, потому что мы видели, что ее власть не распространяется на ситуацию в Петербурге. Если бы она распространялась, то последствия были бы еще на прошлых выборах 16 года, потому что тогда плевали уже в лицо ей, она присылала сюда своих эмиссаров, а перед носом ее эмиссаров закрывали дверь и говорили: «Знаете, ребята, а мы уже все приняли. Если бы вы 5 минут назад пришли, мы бы, конечно, вас бы послушали». Т. Троянская― То есть ничего не будет? А. Мухин― Ничего не будет, если мы говорим только о влиянии Памфиловой. Если мы говорим в целом о процессах, происходящих и в стране, и в городе, например, сейчас Смольный захочет убирать Макарова. Допустим. Тогда в такой ситуации, конечно, ее слова могут взять на вооружение, будут нужны доказательства. Но если ничего другого не будет происходить, то слова Памфиловой просто останутся словами. Т. Троянская― А ее выступление, оно исключительно ее, то есть никто ее на это не сподвигнул? А. Мухин― Ты задаешь мне слишком сложные вопросы. Опять же, в кремле есть много башен. Из этих башен ядра летают друг в друга с известной периодичностью. Сейчас я думаю, полеты усилились и участились. Понятно, что Элла Александровна играет на чьей-то стороне, связана она с Кириенко или не связана – я вот не хочу про эти истории слушать, потому что это будет спекуляция, но понятно, что тектонические слои в Кремле находят друг на друга. Т. Троянская― Тогда Вячеслав Серафимович Макаров, который тоже достаточно ярко ответил Памфиловой и сказал, что, конечно, он вмешивался в выборы, поскольку задача партии – сохранять власть и бороться за власть. Казалось бы, ответил в соответствии с уставом, но это же дико звучит, нет? А. Мухин― Нет, для меня это совершенно не дико звучит. Потому что с такой теоретической точки зрения, он прав. Задача любой партии – бороться за власть, а если она уже имеет эту власть – то ее сохранить. Т. Троянская― А как же делать жизнь народа лучше – главная задача партии? А. Мухин― Знаешь, 2000 лет назад была организация, которая поставила перед собой задачу даже не сделать жизнь народа лучше, а спасти каждого человека. Вот. Нет, партия состоит из людей, у этих людей есть амбициозные задачи – дорваться до власти. Мы можем сравнить это с магазином, в котором продаются любые, колбаса одной марки, другой марки, третьей марки, конечно, мы хотим повкуснее, но производители ставят задачу не накормить нас вкусно, заработать денег. А механизмом для зарабатывания как можно большего количества денег является производство вкусной колбасы, красивая обертка, конкурентная цена. Мегазадача – заработать деньги, а следствие – производство колбасы. Точно так же у партии. Мегазадача – прийти к власти, а следствие этой задачи – производство и реализация хорошей программа, привлечение ярких лидеров, обратная связь, социальные лифты, которые помогают поднимать наверх партии хороших специалистов. Все то, за что мы должны любить партию. Т. Троянская― Отличное сравнение с колбасой, мне кажется, и партии, и колбаса, вызывают одинаково отвратительны ощущения. Меня стало немножко подташнивать, так же, как и от партий. Тем не менее, Вячеслава Серафимовича Макарова, с одной стороны тучи сгустились, с другой – есть приятное, мне кажется, известие – переизбрание Матвиенко на третий срок. Защитницы Вячеслава Макарова. По крайней мере, есть такая традиционная распространенная точка зрения. Все верно. Радоваться Макарову или уже собирать манатки почетным консулом в какую-нибудь страну? А. Мухин― Мне кажется, почетный консул – не его история, но, смотри, в отставку его провожают все давно. Когда поменялась власть, в Смольный пришла другая команда, все думали, что все, сейчас за него возьмутся, потому что сколько можно. Но не взялись. Вот, после выборов… Выборы прошли, посмотрим в ближайшее время. Я думаю, что Валентина Ивановна – существенный ресурс, ведь были разговоры о том, что она не пройдет на свой срок, и если бы это случилось – точно пошел бы в низ Макаров. Поскольку это случилось, мы не видим никаких фактически предпосылок для того, чтобы на него кто-то сильно обижался, придется еще какое-то время подождать тебе. Т. Троянская― Почему тебе кажется, что я хочу, чтобы Вячеслав Серафимович ушел? А. Мухин― Как-то по тону. Т. Троянская― Я честно скажу, я думаю, ты меня здесь поддержишь. Мне кажется, что это не плохо, если Макаров останется на своем месте, поскольку сохранится противостояние Смольного и заксобрания. Если Смольный поставит своего человека, то какой интерес нам? Обо всем об этом говорить. У меня вопрос к тебе, как к политическому журналисту. А. Мухин― С одной стороны, ты безусловно права. С другой – мне вчера жаловался наш корреспондент, который был в заксе, о том, что ей не разрешали идти по коридору. Т. Троянская― В смысле? А. Мухин― Говорили: «Куда ты идешь, там депутаты заседают». Коридор, обычный коридор. Т. Троянская― Корреспонденту не по всем коридорам можно ходить? А. Мухин― Да, не разрешали. Говорили, мол, не надо, мешать будешь. И таких же факторов мы знаем много. С одной стороны, есть генеральная задача, что конкуренция властей, система издержек, замечательно, что сильный парламент, это хорошо, но с другой стороны – это обернуто в такую упаковку неуважения ко всем, что задача тухнет на этом. Для меня всегда было удивительным, насколько сильно наш спикер не любим прессой. Потому что он должен был бы быть главным героем, любимцем всех журналистов. Потому что оппозицию поддерживает, фактически. Т. Троянская― Как это – поддерживает? А. Мухин― Понимаем, что заксовская позиция существует, потому что Макаров дает ей такую возможность. Со Смольным, периодически, как-то явно, неявно борется. Должен быть любимцем, но не является, потому что не смог выстроить отношения со СМИ. Т. Троянская― Потому что на этом фоне история с не аккредитацией журналистов, ты знаешь прекрасно, нашего коллегу Сергея Кагермазова, который не может по велению Макарова попасть в собрание. Таким образом Макаров нарушает закон и продолжает это делать. Теперь ты только что сказал, что по коридору нельзя ходить. А. Мухин― Да масса историй, историй глупых. От истории, про которую ты говоришь, до истории, что ограничили количество аккредитаций в собрание для журналистов. Хотя, например, в «Деловом Петербурге» нам надо одного человека отправлять на заседание, другого – в бюджетно-финансовый комитет, третьего – еще куда-то, на одного человека все вешать проблематично. Т. Троянская― В общем, он устроил казарму со своими законами. А. Мухин― Да. Я же говорю, ты его не любишь. Т. Троянская― Слушай, я никого не люблю и не не люблю. Так отношения с политиками не строятся. А. Мухин― Безусловно, это большая проблема, которая для него будет иметь последствия в будущем. Т. Троянская― Просто у него характер такой, сильный характер, ему тяжело приходится. Может быть, чтобы украсить свою жизнь, вот, заксобрание заказывает новые ковры. Это нам их сайт показывает. Элементы подчеркивают величие российских царей, стиль французского барокко 17 века, все это на сайте госзакупок с 26 сентября. Всего требуется 17 ковров и 3 вида дорожек: бордовые с темно-синей обойдутся в общей сложности в 2,8 миллиона рублей. А. Мухин― На самом деле, сумма не такая большая. Здесь в чем проблема – у исполнительной власти есть весь город, есть, где разгуляться. И она может не концентрироваться на чем-то одном, а и там, и здесь, и тут, а у руководителя Заксобрания есть только Мариинский дворец, и он сосредоточен на этой территории. С одной стороны покрасят, с другой, постоянно там что-то происходит, потому что больше некуда направить свои деньги, активность и власть. Поэтому для них, получается, все время тратят только на один объект. А если бы было несколько, то в одном году делали бы одно, в другом – другое. И так, глядишь, никто бы не обращал внимание. Т. Троянская― Ну ладно, надеюсь, по этим дорожкам позволят ходить журналистам. Не будут гонять. А. Мухин― По дорожкам тоже, кстати, не разрешали ходить на инаугурации губернатора. Т. Троянская― Ну, давай немножко про губернатора, но старого. Кстати, о слухах. Я помню, когда, по-моему, о Полтавченко появились первые слухи, фамилия Беглов же звучала. Потом она была покрыта другими фамилиями, и все забыли. Но в итоге человек, о котором говорили, появился в Петербурге и теперь восседает в Смольном. И, как ты помнишь, на инаугурации он сказал про открытость власти, а потом убежал через черный вход и не встретился с журналистами, ну и кроме журналистов канала 78, он особо ни с кем и не общается. Все так и продолжится? А. Мухин― Я не вижу предпосылок для того, чтобы это менялось. Да, такая у него манера общения со СМИ, это было понятно на первом этапе. Я не вижу поводов для чего-то другого. Т. Троянская― Пока на западном фронте без перемен. А. Мухин― Ну, может быт это восточный фронт, я не знаю. Т. Троянская― Ну, какой фронт мы еще разберемся. Поскольку у нас сейчас московские новости, мы на них прервемся и вернемся через несколько минут. НОВОСТИ Т. Троянская― Ну что, мы продолжаем наш эфир, 11:35, Антон Мухин в студии в программе «Особое мнение. Присоединяйтесь к нам на Ютубе, «Эхо Москвы в Петербурге», и здесь очень активное общение друг с другом, комментируют наш эфир. Мы продолжим про чиновников еще немного. Вот еще проведут 5 дней в городе Лимасол на Кипре. Закупка на организацию поездки опубликована Комитетом по культуре администрации Петербурга. Первоначальная цена закупки – 8 миллионов рублей. Цель обозначена, как развитие культурных связей. То есть организована будет фотовыставка, фуршет, показ фильм и выступление «советского и российского рок-музыканта». Имя не упоминается, видимо, еще не утвердились. А. Мухин― Конечно, если это закупка, то это будет нарушение. Странно, что такое ограничение. Т. Троянская― Развитие культурных связей. А. Мухин― А когда поедут? Т. Троянская― Здесь не обозначена дата. Я думаю, к зиме. А. Мухин― Ну а что к зиме? Т. Троянская― Лимасол, там же тепло. А. Мухин― Ну так, не покупаешься. Т. Троянская― Может быть, ноябрь. А. Мухин― Я честно сказать, не знаю, когда там заканчивается купальный сезон, но надо ехать в купальный сезон, иначе что там делать. Т. Троянская― Проживание в отеле не менее 3 звезд, не менее 7 дней, для 3 членов делегации. А. Мухин― А что, в хостеле? Т. Троянская― А что – 3 звезды не катит? Гонорар артистов и других творческих работников – 1,7 миллиона рублей. Реклама мероприятий 600 тысяч. Я вспоминаю кавказскую пленницу, 8 бутылок вина выбросила в пропасть. А. Мухин― На самом деле, Кипр – это же хорошее место по двум причинам. Во-первых, это офшорная зона, там съездить посмотреть, как делишки поживают, а с другой стороны – это православное государство. Там любят наших православных, очень большие связи у нас с Кипром. С одной стороны – бандитские, с другой – православные. Они делают Кипр притягательной для каждого россиянина территорией. Т. Троянская― Пусть развиваются связи. Лучше поговорим про туризм. Сегодня, между прочим, международный день туризма, и всякая статистика, насколько Петербург туристический город или нет, размышления на эту тему, но давай поговорим о самых популярных туристах в России и в Петербурге, в частности – это китайцы, который кому-то досаждают, а кто-то говорит – туристы, отнеситесь к ним с должным почтением. А. Мухин― Ну да, у нас даже вчера или позавчера всеми нами любимая Манилова, которая нас покинула и работает в Минкульте, заявила о том, что в Царском селе нужно как-то ограничивать китайские потоки, потому что китайцев очень много, они идут смотреть на янтарную комнату, россиянам в очереди не отстоять, на янтарную комнату не посмотреть. Нужно что-то делать. Вообще, на самом деле, у нас постоянно звучат обвинения в адрес китайцев. Что они хитрые, туры заказывают в Китае, едят в китайских ресторанах, останавливаются в китайских гостиницах, здесь, в Петербурге, только янтарь покупают и за входные билеты платят, а деньги в нашу к экономику не приносят и вообще нафига нам такие туристы нужны. Мне кажется, это неправильная логика, это логика пирожковой. Приходите в нашу пирожковую, не покупаете – идите прочь, нечего вам тут делать. Мы культурная столица, наша экомагистральная задача – нести культуру, в этом смысле китайцы наиболее благодарные потребители культуры, потому что, когда приезжают европейцы, которые были в Риме, в Париже, им, конечно, нравится, но это не может их поразить. Только нашими панорамами. А архитектура у нас не мировой шедевр. В комплексе, в целом, - да. Т. Троянская― Я думаю, сейчас тебе напишут. А. Мухин― Слушайте, давайте быть объективными. Взять отдельное здание, любое здание в Петербурге, нельзя сказать, что это мировая ценность. Он ценен своими панорамами. Вот Дворцовая площадь, как пространство, это уникальное место, но возьмите сам по себе, отдельно Зимний дворец – ну, так. Т. Троянская― С другой стороны – слушай, может быть, они и не оценят должным образом. А. Мухин― Неважно. В любом случае, должны нести культуру. В этом смысле мы должны говорить, что чем больше китайцев – тем лучше. Т. Троянская― Противоречие, то есть. Мы, с одной стороны, должны нести культуру, а мы хотим тех, кто нуждается, немножко… А. Мухин― Нуждается? Наверное, так очень высокомерно говорить, что китайцы нуждаются в нашей культуре. У них есть своя культура, а мы можем показать им европейскую. А мы вместо этого говорим: а почему вы не едите в нашем Макдональдсе, а едите в своем ресторане? Ведь культура работает не так, на ней надо зарабатывать при помощи дополнительных сервисов. Ведь как сейчас устроен весь мир? У вас есть бесплатная программа, вы ей пользуетесь, а потом вы понимаете, что надо бы доплатить, чтобы рекламы не было. А если эта программа сразу будет платная, вы на нее плюнете, не будете пользоваться. Весь мир идет к этому. И операционные системы должны быть бесплатные, но за счет дополнительных опций привлекать. Машину, когда покупаете, вы покупаете пустую по себестоимости, вам начинают говорить, мол, купите за 20000 стеклоподъемники, фары какие-то. Т. Троянская― То есть нужно хитрость проявлять? А. Мухин― Да, нужно придумать, как нам работать с туристами. А не обижаться, что они пытаются обмануть нас. Мы должны не то что обмануть их, но втереть им наши услуги, на этом заработать, и при этом продвигать нашу культуру, наши ценности. Т. Троянская― Это же хорошая история, с электронными визами на 4 дня? А. Мухин― Замечательная. Т. Троянская― С первого октября будут оформлять, и там список стран, и в этих странах не только Китай. А. Мухин― Это отличная история, она носит большое гуманитарное значение. Это не просто, опять же, способ заработать, а это способ показать нашу открытость миру. Смешно о этом говорить, но за последние 15 лет это, наверное, единственный наш шаг в сторону сближения с соседями, а не плеванием в лицо. Т. Троянская― По поводу открытости – ты рассказывал до эфира историю с блоггерами, которых привозили в Россию? А. Мухин― Да, сейчас привозят иранских. Т. Троянская― Иранские блоггеры? А. Мухин― Ну, какие-то с ближнего востока, трэвел, которые описывают Петербург. Т. Троянская― С точки зрения туристической привлекательности? А. Мухин― Ну, знаешь, трэвел-блоггеры, их возят по разным местам, а они потом у себя в блогах пишут, вот, я был в музее, красивые картины, ходил по улице, меня не убили, удивительно, приезжайте в Россию. Это хорошая идея, я просто поразился – почему иранские, это странно. Т. Троянская― Наверное, просто дружим. А. Мухин― Сейчас у нас новая история, как раз, кажется, сегодня, может, вчера, проходит некое такое объединительное мероприятие с представителями исламского мира, которые обсуждают влияние СМИ на развитие гражданского общества, свобод. Набор стран такой: от Ирана до Судана. Тема не для них, смела. Т. Троянская― Может, они придут к мнению, что да, свобода есть, и вообще понятно, о чем разговор. А. Мухин― Может, это хитрый способ показать на их фоне, какая у нас свобода. Никого не забивают камнями. Т. Троянская― Никому иголки под ногти не вставляют, поэтому, друзья, у вас свобода, живи и радуйся. В конце концов, поживем – увидим. Возвращаясь, вообще, к политической истории и к Московскому делу. Две точки зрения сейчас существует. В связи с Устиновым, солидарность психологов, артистов и прочее-прочее, с другой стороны – Лев Лурье, историк, выдвинул точку зрения, что это переходит границу, напоминает пошлость, когда Симоньян, Канделаки стали защищать всех, это превратилось в фарс. Но все-таки, это же формирование гражданского общества, нет? А. Мухин― Ну, я бы сказал, что это формирование корпоративного государства. Мы знаем, что в 30 годы существовала такая идея корпоративного государства, что проявилось в Италии, когда государство управляло обществом через цеховые какие-то системы. И здесь мы видим обратную сторону, цеха снизу произрастают, как-то влияют. Т. Троянская― Но за артистов вступились и представители других профессий. А. Мухин― Удивительно, что все объединяются по профессиональному признаку. И я говорю, это такая цеховая история, которая, с другой стороны, не сверху, а снизу, произрастала в фашистских государствах. Т. Троянская― Тебе это не нравится? А. Мухин― Мне это интересно. Интересно, почему это происходит так, а не иначе, а чем это кончится. Т. Троянская― Чем это кончится, я думаю, мы будем наблюдать, и не сразу поймем. Поскольку продолжаться это может очень и очень долго. А. Мухин― Мы это почувствуем на себе. Т. Троянская― Почувствуем. Включаем сенсоры. Антон Мухин, журналист, был сегодня у нас в программе «Особое мнение», спасибо.