Особое мнение СПб - Лев Щеглов - Особое мнение - 2019-08-16

Т. Троянская― 11 часов 5 минут, в студии Татьяна Троянская, за звукорежиссерским пультом – Сергей Бабайкин. Мы включили и Ю-Туб трансляцию. Приветствую Льва Щеглова, доктора медицинских наук, профессора и общественного деятеля. Лев Моисеевич, доброе утро, добрый день!

У нас в стране происходят перемены. Кто-то эти перемены очень активно замечает, кто-то не очень. Но история развивается. Мы с вами до эфира говорили насколько долго это может продолжаться и к чему в итоге это может привести. Понятно, что мы не пророки и не может говорить, чем все это закончится и когда, самое главное, но хотя бы вектор развития?

Л. Щеглов― Это мысль часто звучащая, исторически это не может длиться долго, а жить в эту пору прекрасную, мне точно вряд ли доведется. Да и вам под вопросом. А следующим, которым сегодня 30-20 лет, безусловно доведется жить совсем в другую эпоху. Все то, что сейчас происходит, такое общее впечатление, как у любого более или менее разумного и хоть что-то чувствующего человека, это, нельзя сказать негативное, но печальные эмоции. Мы же обычные люди. Мы все время как бы в плену какой-то надежды, что вот сейчас опомнятся. Смотрите, что творится, это же совсем маразм! Конечно, сейчас прекратят…

Т. Троянская― Но не до такой же степени!

Л. Щеглов― И вдруг то, что происходит с этими протестами в Москве, мне кажется, что это очень печально, потому что, чего хорошего, когда людей, нормальных, хороших, по сути являющих собой надежду для этого общества в будущем, просто лупят. Причем уже лупят даже без малейшей с их стороны микро провокации. Сегодня надо быть совсем не просто глупым человеком, а надо быть бесчувственным идиотом, чтобы заявлять, что это смутьяны, это люди, которые устроили беспорядки… И дальше пропагандистские трюки. А в Америке… А в Европе… Тем стреляют слезоточивым газом!

Нет никаких беспорядков! Никто не поджег ни одной машины, не разбиты витрины! Предельно мирные люди. Я наблюдал и даже думал с ужасом, мы же знаем уровень «порядочности» наших силовых структур! Запустить десяток провокаторов, которые швырнули бы не дай бог, булыжником в витрину, коктейль Молотова в окно…

Т. Троянская― А что дальше будет?

Л. Щеглов― Так и то не получилось! С одной стороны все это безумно печально, печально внутри, а позорно перед всем миром. Позорно! Мы уже реально встали на путь такой Северной Кореи. Мы окукливаемся. Что там снаружи про нас думают – наплевать! Главное, здесь внутри запугать и удержать награбленное. Приходится говорить полуленинским языком каким-то. Но это и полезно.

Т. Троянская― Полезно для кого? Для нас?

Л. Щеглов― Для общества. Потому что все больше глаз, которые окутаны вечной русской дремой. Илья Муромец чуть-чуть начинается с печи приподниматься. Все больше этих век дремотных, которые Вий просил приподнять, открывается. И люди совсем не оппозиционных настроений все-таки начинают видеть – алё! Что-то не то! Я убежден, хотя не люблю пророчествовать, что в ближайшее время будут нарастать протестные акции по самым разным поводам. Где-то по поводу мусора, где-то по поводу беспредела начальства, где-то схватят какую-то девочку или мальчика, и скажут, что они террористы, и посадят. Где-то захотят забабахать очередной торгующий беспошлинно храм вместо сквера, где молодые мамы могут гулять. И эту ручейки будут нарастать. Сольются ли они в реку? Сольются. Но когда неизвестно.

Т. Троянская― Но пропагандистская машина центральных каналов работает! И она объясняет как надо кто виноват, что у нас с мусором, кто выходит на митинги. Все это очень четко объясняется. И верующих, в этом смысле, людей достаточно.

Л. Щеглов― А мне кажется, что их становится меньше. Скопище людей, это совсем не есть та психология, которая руководит индивидуальным сознанием, личностью человека. И поэтому есть отдельное направление – социальная психология. А есть индивидуалистические, индивидуальные различные направления. А масса людей – это всегда вещь печальная, агрессивная и глуповатая. Причем, речь идет об универсальности. Вопрос в том, эта масса, властью, которая по Конфуцию, властитель – ветер, народ – трава. В какую сторону дует. Можно так дуть, что в этой толще поднимается чернь. Я говорю без всякого презрения. В каждом обществе, в каждом народе есть большая прослойка того, что можно назвать черью, плебеями, полукриминальными элементами, неразвитыми, невоспитанными, необразованными. В каждом обществе. Они в виде осадка где-то на дне этой кастрюли, под названием народ, либо огонек так подкручен, что они всплывают.

Почему-то, по крайней мере в интернете, я не заметил, мне кажется предельно, предельно важна картинка, где наш президент во время всех этих мучительных протестов московских, активно общается и демонстративно снимается в Крыму с байкерами. Это очень знаковая вещь, крайне важная! Не с победителями олимпиад, не с замечательными мальчиками и девочками с нашего питерского ИТМО, которые берут призы на международных IT-шных! Это же будущее страны! А те кто его окружает… Я далек от ехидства, но они даже внешне – люди из прошлого! Бородатые, псевдо брутальные…

Т. Троянская― Мачо!

Л. Щеглов― Животатые мачо? Я плохо представляю…

Т. Троянская― Какие уж есть!

Л. Щеглов― Я плохо представляю себе барышню, которая испытывала бы большие эротические чувства к Хирургу-байкеру и ему подобным. Но вот куда ставка сделана! Эти дядьки, это даже не ребята, с внешностью, с их внутренним содержанием, с их типом жизни, они вжжжж на этих мотоциклах туда-сюда, и не так уж бессмысленно, а зачастую с целью отрезать себе в Крыму землю для этого движения, вовремя поддержать власть, крикнуть, что мы «за». А вообще, кто это такие, байкеры?

Т. Троянская― Они вообще-то субсидии хорошие получают! От государства.

Л. Щеглов― Подождите! Байкеры возникли в США как протестное движение. Байкер никогда не мог быть за власть. Это наоборот, волк-одиночка, эта бородатость, эти пивные животы. Он странный тип. Он на своем Харлее передвигается по Южным штатам. Романтика. Это совершенно американское явление.

Т. Троянская― У нас особая страна. У нас и байкеры особые.

Л. Щеглов― Ну вот все такое особое и будет! Будущее страны в виде всех этих ребят IT-шников, они или будут уезжать из страны, либо выходить на протесты и получать дубиной по голове…

Т. Троянская― И сроки получать, как Егор Жуков!

Л. Щеглов― А прошлое страны в виде этих ограниченных потно-толстых мужиков, они будут как бы считаться провозвестниками будущего. Нет, не получится! Не хотят этого понимать те, кто принимают решения! Но никому еще не удавалось повернуть время вспять! Ни президентам, ни премьер-министрам! Александр Македонский не повернул время вспять. Великий Дарий, Кир, римские императоры. Ничего не получалось. Последняя попытка была у Адольфа Шикельбругера. История очень быстро схлопнулась. 12 лет – и до свидания! На выход! Это и печально, и в то же время дает определенную динамику. Безусловно.

Т. Троянская― А что вы думаете по поводу предложения Ходорковского, точнее не предложения, а создания группы поддержки гражданского общества в России, о которой он объявил накануне. Заявление было опубликовано в фейсбуке, где говорится, что группа будет разрабатывать и реализовывать меры по поддержке гражданского общества в России, в борьбе за сменяемость власти, за честные выборы, освобождение политзаключенных и свободу слова. И здесь список задач: поддержка политических инициатив российских граждан в сфере конституционных акций прямого действия, митингов, шествий, пикетов, забастовок, а также внесения лиц, обвиненных в организации политических репрессий, участие в них, список Шевченко с последующим обращением в правовые инстанции для начала судебного и иных легальных форм. И, что немаловажно, Ходорковский призвал всех заинтересованных общественных деятелей, политиков и представителей гражданского общества принять участие в работе этой группы.

По сути это как раз для тех, кто не любит выходить на митинги, а может заниматься в сети этим.

Л. Щеглов― Считаю это логичным. Все, что вы сейчас произнесли, это же все в рамках закона.

Т. Троянская― Но у нас и митинги в рамках закона! В рамках Конституции.

Л. Щеглов― А в рамках ли закона, не говоря уже о том, что это презрение ко всем моральным, нравственным законам совести и прочее? А в рамках ли закона, когда два лба держат девчонку, которая ничего не сделала, а третий наносит ей хороший профессиональный удар по печени? А в рамках закона, когда едет велосипедист до начала митинга, а на него как стервятники накидываются и терзают? В рамках закона, когда человеку ломают ногу, наступая ему на щиколотку? Хотя он не сопротивляется.

Да, это совершенно логично. И сегодня попытка какого-то силового противостояния власти бессмысленна. Она опасна. И в общем не нужна. Другое дело, если почесав в затылке, вспомним все эти интеллигентские разговоры, когда вдруг создавалась новая структура пять лет назад – Росгвардия, 350 человек. Многие говорили, да нет, это наверное… Да вот она! И она работает. Считаю сверхважным добиться деанонимизации… короче борьбы с анонимностью этих типов, которые по логике… Но мы же живем во время передергивания, во время бесконечной лжи. По логике я понимаю, почему лицо спецназа и всяких силовых подразделений закрыто. Да. Если представить, что они идут на силовое воздействие всяких криминальных авторитетов, воров, убийц, организованной преступности – конечно, их лицо может быть закрыто. А где номера?

Так легко сейчас сказать, что эта девочка, которую по печени бил омоновец или росгвардеец, она и есть тот самый страшный преступник, от которого этот двухметровый амбал должен скрывать лицо. Нет. Они должны быть открыты эти ребята, потому что они начинают совершать преступления. А те люди, которые вышли согласно 31 статье Основного закона России – Конституции заявить, что они с чем-то не согласны, они не совершают преступления. И надеюсь. Что все большее количество людей это будет понимать.

Т. Троянская― Но с другой стороны то, к чему призывает Ходорковский, это опасно в нашей стране. Мы Шевченко вспоминаем.

Л. Щеглов― Опасно этого не делать. Опасно? У каждого есть выбор. Всегда есть у каждого выбор. Кто-то из великих говорил, что когда у тебя отняли все возможности, у тебя есть выбор мыслить так или иначе. Если я считаю, что это опасно, я в этом не участвую. Это и совершенно различный темперамент. В тех митингах, которые я для себя считаю необходимым участвовать, я в них участвую. И даже пару раз выступал. Но я не митинговый человек. Я как ни странно, могу, и как мне кажется, умею, но очень не люблю это митинговое речеговорение, когда надо резко, громко, с повторением. Там же свой жанр. Значит это я буду выбирать, участвовать мне в каком-то митинге или не участвовать. Во всех ли мне участвовать, как одержимый митингами, начиная с «Берегите птичек» и заканчивая «Прекратите стройку в Саратове» или не участвовать ни в одном. Каждый человек выбирает по-своему.

А то, что предлагает Ходорковский – это не силовое противодействие, Опять же вспоминается Конфуций, который говорил что-то подобное тому, что «сильное побеждает слабое, большое побеждает малое» и там еще целый ряд, но «мягкое побеждает твердое». И это мягкое противодействие и есть надежда. А призывать к силовому? Это настоящая провокация, подстава людей. И вообще, какое силовое? Бросить пустой пластиковой бутылочкой в закованного в доспехи рыцаря и потом за это получить пять лет? Нет, это не вариант.

Т. Троянская― Здесь вопрос о форме. Каждый выбирает свою форму борьбы. И то, что вы сейчас говорите, это тоже форма борьбы.

Л. Щеглов― Ну да, вообще они ведут все к тому, что если девочка, которую лупят в печень, бросит в них кружевным платочком, то она видимо причинит совершенно несовместимые с жизнью переживания!

Т. Троянская― Это будет оскорбление! Помните, очень чувствительного человека, который на бессовестного чуть не подал заявление?

Л. Щеглов― Она несовместимые с жизнью страдания нанесет всей Росгвардии, полиции, ОМОНу.

Т. Троянская― Новые повороты, которые в последнее время появились в протестных акциях, это участие лидеров мнений, когда Юрий Дудь обратился к своим подписчикам выйти на митинг, когда вышел на сцену Леонид Парфенов, тоже не замеченный в таком активном выступании.

Л. Щеглов― Это то, с чего мы начали. Все большее количество людей понимает, что не хлебом единым! Прежде всего мы конечно живем хлебом. Под хлебом я понимаю личную безопасность. Жизнь твоя и твоих близких. Но когда начинают происходить страшные несправедливости и твоя страна просто тянется в какое-то болото, все большее количество людей хочет высказать хотя бы свое мнение, что это нехорошо.

И еще одна моя мысль, это очень обнадеживает. Еще с годик назад, все те, кто возвышали свой голос до несогласия, они все были наперечет. Навальный, всякие системные Явлинские, еще называлось имен пять. Посмотрите, как за месяц-два вдруг возникло целое созвездие молодых ребят, о которых мы вообще ничего не слышали.

Т. Троянская― Егор Жуков! Месяц назад об этом парне никто не знал.

Л. Щеглов― И они плодятся! И в этом есть очень хороший признак. Они логичны, они умны, и вообще, это страна – их будущее. Они не уезжают, они хотят здесь сделать что-то иначе. Это очень сильные молодые ребята. Сейчас их возникло, условно, десять, а завтра их будет пятьдесят. Поэтому из и стараются так придавить. Я ехал сюда и слышал, что дикое ускорение придают некоторым процессам! Скорее, скорее! Наказать, обложить штрафом, законопатить на тридцать суток!

Т. Троянская― И тех, кто за ними.

Л. Щеглов― Конечно, потому что уже есть чего бояться. Это не один Навальный бегает со своим штабом и всё. И в силу того, что он был единственной фигурой, это и настораживало некоторых странных людей. Ой, какой он странный! Что это он один противостоит миллионам! А он уже не один. И их уже не десять. И их будет не сотня.

Т. Троянская― Сегодня в программе «Волшебная гора» мы представили тему «С кем вы, мастера культуры?» Вспомнили фразу Горького. А на ваш взгляд, пришло время задать такой вопрос деятелям культуры? Быть аполитичным в наше время очень сложно. Они музыканты выступают на «Шашлык-life», на правительственных фестивалях, а другие демонстративно отказываются. Либо просто отказываются, либо кто-то идет на митинг.

Л. Щеглов― Это мы уже обговорили. С одной стороны, то, что происходит, пугает. Печально. Неприятно из-за позора на весь мир. А с другой стороны, приходит время, когда быть просто химиком, или просто актером, или просто режиссером, невозможно. Речь стоит уже совсем не о том, что ты должен быть борцом с властью. Ты просто определи, та на стороне света или тьмы? И может быть это слишком пафосно, но на стороне добра или зла? Ты на стороне тех амбалов, которые ни за что, подчеркиваю, бьют инвалидов, девушек, стариков, это одна история. Если ты против этого, чуть-чуть приоткрой рот!

Я вспоминаю, на изломе Советского Союза в Москву приезжал величайший психолог и психотерапевт Виктор Франкл. Мощнейший! Это фигура несравнимая. И это очень показательно. Он такой же человек как все, хоть и великий. До того, как он прошел кусок своей жизни в концлагере, и к счастью выжил, он считал, что психолог и психотерапевт должен категорически избегать оценок. Типа, мы психологи и психотерапевты, мы не прокуроры, не учителя, мы не ставим двойки и не говорим хорошо и плохо. Когда его перемололо, к счастью не в буквальном смысле, страшная машина концлагеря, он пришел к тому, о чем вы сейчас говорите. Любой человек должен определиться, он со светом или с тьмой, что совсем не факт, что человек должен быть каким-то борцом, деятелем и прочее. Поэтому некие оценки время будет требовать сегодня от всех, вплоть до дворников.

Такая псевдо выгодная позиция «я вне политики», она не работает, потому что эта политика сегодня, она сегодня начинает все больше охватывать обычные стороны жизни человека. Ты вне политики? А у тебя мусор жгут под окном! И твои дети будут иметь риск онкологии в двадцать раз больше. Ты не политик? Но тебя обобрали до нитки и тебе ипотеку нечем гасить! Ты не политик? Только твоего двоюродного племянника ни за что законопатили в тюрьму! Чтобы кому-то получить лишние звездочки. Расползание этого всего будет гарантировать вовлечение самых обычных простых людей в то, чтобы определиться – я на этой стороне, или я на этой. И уже эти пропагандистские штучки, а во всем мире еще хуже, они не будут пролезать, потому что как бы ни была устроена политика, и куда бы ни был направлен вектор государства, есть очень важная вещь, это эффективно или нет?

Если бы сегодня, при всей той гадости, которую мы обсуждаем, росли бы зарплаты, увеличивались бы количество…

Т. Троянская― Тогда можно было бы размышлять и сомневаться!

Л. Щеглов― И тогда не надо так уж укорять простых людей, которые в стороне от этого. А их жизнь улучшается!

Т. Троянская― К вопросу о Франкле. В БДТ есть спектакль «Человек» по его книге. Обращаю ваше внимание.

НОВОСТИ

Т. Троянская― Предлагаю вернуться в Петербург. У нас выборы губернатора. Вы смотрели первые дебаты? С участием Александра Дмитриевича Беглова?

Л. Щеглов― Нет, я был в отъезде на большой научной конференции в Эстонии. Не думаю, что там могли быть какие-то неожиданности.

Т. Троянская― Неожиданностей особых не было, единственное, Александр Дмитриевич открыто заявил, что он ни к какой партии не принадлежит, то есть практически открестился от «Единой России».

Л. Щеглов: Вот это… Даже бог с ним, с Бегловым, но для меня психологически это фантастическая история! Я хотел бы с кем-то из политологов поговорить. Я не помню в истории, чтобы правящая партия скрывала свое личико как Гюльчютай. Она скрывает свое личико! Это просто поразительно! Правящая партия пришла к тому, что даже на фейковых выборах ее верные слуги и члены говорят якобы ничего не понимающему народу – мы не оттуда! Мы не из этой! Нет, нет, нет! Мы сами по себе! Это просто знак нового времени. Такого я не помню. Представьте себе даже в Советском Союзе, чтобы секретарь обкома партии из какого-нибудь Семипалатинска пошел бы и сказал народу: «Знаете, а я вообще-то не член партии!»

Т. Троянская― То есть, когда надо – крестик надел, когда не надо – снял!

Л. Щеглов― Это такой верх цинизма и такое презрение к людям, что из можно не только в наперстки… Что их можно завернуть в одежды бреда. Причем, это же не партия. Я сейчас пытаюсь рассуждать как обычный человек. У партии должна быть программа, идеология. Я понимаю партию коммунистическую. Я понимаю националистические партии. Я понимаю либеральные партии. Но я не понимаю, что это за партия «Единая Россия»! У нее единственное отличие от всех, что они должны всегда поддерживать власть. Разве партия это просто скопище собранных карьеристов для своих целей всегда поющих гимн власти? Причем можно сказать – любой власти!

Если «Единая Россия» с помощью феназепама погрузится в глубокий сон, проснется и будет другая власть, ее члены также заорут – конечно, поддерживаем эту другую власть!

Открещивание от партии, во-первых, это подлость. Ты же вступил в партию якобы по идеологическим соображениям! Ну и от мамы открестись! Но как феномен – это редчайшая вещь! Правящая партия, от которой активисты этой же партии стараются отмазаться. Это поразительно.

Т. Троянская― Может быть нам тоже оскорбиться? Нас что, за дураков держат?

Л. Щеглов― Да. Нас держат за дураков.

Т. Троянская― Он, говоря, что не принадлежит ни к какой партии думает, что мы дебилы? Ничего не понимающие?

Л. Щеглов― Конечно. В моем детстве, раннем подростковом, был такой период, это у мальчишек часто, когда я чуть-чуть прикоснулся к блатной романтике. В наш двор пришел какой-то двадцатилетний тип, пришел в смысле откинулся с зоны, и он нас, тринадцати-четырнадцатилетних дураков учил жизни. Мы играли в карты и мы засекли, что он байки какие-то рассказывает и все время передергивает карту. А оказалось, что это принцип, когда мы его так робко спросили, как же так? О он ответил, что «лохов надо …», а дальше было нецензурно, но типа обманывать. Это принцип! Он при этом не хохотал. Это принцип! И безусловно они считают…

Помните, они на эту темы молчат, а был период, когда они так называемых оппозиционеров называли нацпредателями, пятой колонной. И что тогда пытались впаять разумным людям, которые не согласны со многим, что происходит? Они считают народ быдлом. Это не просто ложь, а с точностью до наоборот. Вот эти люди, которые нас с вами в том числе пытаются убедить якобы в том, что Земля плоская, что он, будучи активистом «Единой России» не является членом «Единой России». Конечно же, они всех нас считают быдлом.

Т. Троянская― Я хочу провести параллель. Беглов говорит, что он не имеет отношения к «Единой России» и потом обещает нам 26 или 28 станций метро. Если человек здесь врет, значит и здесь соврет – не дорого возьмет?

Л. Щеглов― Обязательно! Обязательно! Это любой принцип, когда выстраивается несправедливая вертикальная несменяемая власть, она вынуждена врать. Вы к счастью не помните в силу своего возраста, а я же помню, когда шли активные разговоры не между людьми, а посредством средств массовой информации, телевизор, радио, газеты, что в 1980 году наступит коммунизм. Люди с серьезным видом говорили о коммунизме! И в это время они жили в каких-то клоповниках по десять метров! Я сам в детстве в таком жил. Вот еще 13 лет – и полный коммунизм! Каждому всё, что он только… Ложь – это один из инструментов управления людьми. Другое дело, что этот инструмент очень хорошо работает, когда лжец совсем без представления о чести, совести и достоинстве, а слушающий эту ложь – очень глуп и дремлет. И тогда это работает шикарно.

Т. Троянская― К дебатам. Посмотрите эти дебаты, поскольку представители Беглова сказали, что не так часто Александр Дмитриевич будет появляться на этих дебатах, видимо дел у врио очень много, и поэтому недосуг. А второй тур на ваш взгляд возможен? И каковы шансы?

Л. Щеглов― Теоретически – да. Но это будет зависеть… Я недавно слышал, а может быть и путаю, что при каком-то опросе порядка 40% опрашиваемых сказали, что они не пойдут на выборы. Это очень плохо. Очень плохо, потому что в данном раскладе важен любой голос, приближающий эту историю ко второму туру. И конечно они – власть будут делать все, что угодно, чтобы этого второго тура не было. Но теоретически это возможно. Пускай согласованные, но есть три другие кандидата. И есть вероятность на 90%, что твой голос, если он будет отдан одному из этих трех, он приблизит второй тур.

Но если 40% не пойдет, из тех кто пойдет, многие считают, такая глупейшая политика, что раз его продавливает власть, значит наверное ему дадут больше денег? Это все такая психология…

Т. Троянская― Может быть и дадут, но на что они будут потрачены?

Л. Щеглов― Как? Как на что? Еще 25 семейств миллиардеров! Мы же видим тут борьбу в Москве за честные выборы, и вдруг у председателя Мосгорисполкома…

Т. Троянская― Шапошникова!

Л. Щеглов― У зама председателя, какие то миллиарды, сто пятьдесят миллиардов!

Т. Троянская― Квартира в центре, а депутат баллотируется…

Л. Щеглов― Конечно эти деньги пойдут туда. Но от нас в какой-то степени что-то зависит. Увы, не все до конца это понимают. Мне кажется, и это никакая не агитация, если я пойду, а я пойду, ну если мало ли, не сломаю ногу или еще чего-нибудь, то я буду голосовать за Амосова, при всем том, что я не считаю его сверх идеальным и прочее. Но мне кажется, что история всегда дает конкретику.

Т. Троянская― Это по принципу «умное голосование»?

Л. Щеглов― Это по принципу… Вот вам, как выпускнице театрального института – в предложеных обстоятельствах, я считаю, что это самое разумное. А в других обстоятельствах я бы вел себя иначе. Но мы может подпрыгивать хоть до потолка – есть Беглов, и есть еще три фамилии. И всё! И мы должны выбрать их этого то, что нам больше всего подходит, нашему темпераменту, совести, представлениям и прочее.

Т. Троянская― Некоторые рассуждают так: чего я пойду и буду голосовать, если «нарисуют»…

Л. Щеглов― Нет. Больше 11% технически «нарисовать» невозможно. Мы сейчас все время видим в Москве протест. Организаторы протеста говорят – 60 тысяч, МВД говорит – 30 тысяч. Но если бы вышел миллион, сказать, что вышло 15 тысяч нереально! И это как статистика. Можно погулять в каком-то коридоре, но категорически все это изменить невозможно.

Т. Троянская― Путин утвердил перенос саммитов ШОС и БРИКС в Петербург. Это радостная для вас новость? Помимо Экономического форума еще два?

Л. Щеглов― Нет, для меня нет. В данном случае я рассуждаю как обыватель. Я за рулем и я уже устал, и если раньше я следил за погодой, то теперь я еще слежу, а не происходит в городе еще чего-нибудь или нет? Буду ли я вставать раньше на четыре часа и буду себе поднимать давление переживая, что срываются всякие договоренности. Нет. А почему, объясню.

Если бы я, рассуждаю просто как обыватель, если бы я от того, что здесь происходили шосы-шмосы и все что угодно, видел для города грандиозный смысл, я бы мог потерпеть. А я этого не вижу.

Т. Троянская― Вы уже не верите?

Л. Щеглов― Нет. Это только создает дикие проблемы половине петербуржцев. А чтобы эти ШОСы дали конкретику, эти 28 бегловских станций метро, что-то я этого не заметил.

Т. Троянская― По поводу заявления Лаврова о передаче двух остовов Японии, если будет подписан мирный договор 56 года, а в мирном договоре признание, что Южные Курилы принадлежат России. И в качестве акта доброй воли, Россия дает два острова.

Л. Щеглов― Это обещание.

Т. Троянская― Я так понимаю, что этого нет в договоре…

Л. Щеглов― Тут ответ очень простой. Уместно вспомнить, что когда Василий Иванович играет в Монте-Карло с кем то в очко, и ему очень не везет, и вдруг он возвращается с чемоданом денег и на вопрос Петьки откуда и как, отвечает: «С момента, когда мне сказали, что у нас все на доверии, мне и поперло!»

Т. Троянская― Понятно! Японца пока не такие доверчивые, как бы этого хотелось Марии Захаровой и Лаврову. Спасибо!

Л. Щеглов― Всем удачи!