Сергей Удальцов - Особое мнение - 2018-12-25

О. Бычкова― Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». С особым мнением политик Сергей Удальцов. Добрый вечер.

С. Удальцов― Добрый вечер. Всех хочу поздравить с наступающим новым годом.

О. Бычкова― Спасибо, и вас также.

С. Удальцов― Католиков с Рождеством.

О. Бычкова― Не только католиков. Но и католиков тоже.

С. Удальцов― Сегодня католики банкуют, празднуют.

О. Бычкова― И не только католики. Протестанты разнообразные.

С. Удальцов― Безусловно. Всех со всеми праздниками, будьте счастливы. И больше оптимизма.

О. Бычкова― Да, и вы тоже будьте счастливы.

С. Удальцов― А я и так счастлив, что пришел на «Эхо Москвы». Уж куда больше.

О. Бычкова― Взаимно. Обменялись поздравлениями и любезностями. Теперь перейдем к нашей суровой реальности. Движение «Голос» потребовало от ЦИК обратиться в суд с исками об отмене результатов выборов губернатора Приморского края на 47 из 80 участков во Владивостоке, которые оборудованы этими электронными урнами. Они там нашли очевидные с точки зрения «Голоса» следы фальсификации. Как вы думаете, вопрос у меня: эта история 47 из 80 – она тоже сойдет с рук фальсификаторам, как всегда до сих пор и бывало.

С. Удальцов― К сожалению, надо зафиксировать только одни простой факт: пока у нас не будет как в Париже, все будет сходить с рук. Как в Париже - я имею в виду какая-то массовая активность в ответ на нарушение прав. Потому что про Приморье кто только ни говорил, ни возмущался. Начиная с сентября, когда пошла просто наглая циничная спецоперация по удержанию или захвату власти. Как угодно можно выразиться. Когда победителя Ищенко от левых сил от КПРФ, неважно, оппозиционера в любом случае, нагло отстранили. Сорвали выборы. Назначили новые. Его не допустили. Сам этот факт – вопиющий беспредел. Мы об этом писали в ЦИК и в администрацию президента, и в прокуратуру. И кто только ни обращался.

О. Бычкова― А мы – это кто?

С. Удальцов― «Левый фронт». Я в частности.

О. Бычкова― А там же не было вашего человека.

С. Удальцов― Мы Ищенко поддерживали. Он общий кандидат от левопатриотических сил. Я получил из избиркома Приморья на восьми листах ответ, что, в общем, все хорошо в сухом остатке. Суть этого документа – все хорошо. Поэтому дальше вопрос, я согласен с «Голосом». Для меня очевидно, что народ не хотел ни Кожемяко, никого, его оскорбили, в народ наплевали. Люди многие вообще не пришли. Вот сейчас на второй тур. Кто пришел, там было сильное протестное голосование. Этот результат – 60% - я думаю, конечно он натянут, накручен. По-хорошему там опять должен был быть второй тур, даже с техническими кандидатами от ЛДПР, еще от кого. Все равно второй тур. Но для власти это было неприемлемо, это же был имиджевый удар мощнейший, если бы они опять не смогли протащить своего кандидата. Поэтому делали все. Старых лидеров типа Ищенко не пустили на выборы, это к вопросу о муниципальном фильтре, что это огромное зло. Пока мы его не уберем, нормальных выборов не будет. Будет каждый раз фарс. Когда власти кто-то не нужен – будут отсекать через муниципальный фильтр. КОИБы сколько раз уже говорили, надо пересчитывать. Это черный ящик. Туда что-то засунули свой бюллетень, а как там посчитается, а как он запрограммирован, мы с вами до конца не знаем. Поэтому я не удивлюсь, что «Голос» абсолютно прав. Другое дело пока нет массового протеста, в том же Приморье, почему 16 декабря проглотили приморцы. Или значит они согласны.

О. Бычкова― До этого в Приморье были попытки…

С. Удальцов― Были, были.

О. Бычкова― То есть нельзя сказать, что люди там совсем никак не реагировали.

С. Удальцов― Я не хочу…

О. Бычкова― Когда это только все началось.

С. Удальцов― …людей обидеть ни в коем случае. Но надо идти до конца. У нас, я еще вспоминаю 2012 год, эти Болотное протесты, пенсионную сейчас реформу летнюю. То же Приморье. У нас не знаю, почему, но не хватает у всех в народе в целом какого-то упорства. То есть раз, другой выйти как-то еще получается. Но в долгую, чтобы дожимать, добивать эту тему, власть принуждать к чему-то, к соблюдению тех или иных законных наших прав, не получается. В 12-м году два-три раза вышли сто тысяч, ура, дальше на спад и как-то все расслабились.

О. Бычкова― А есть объяснение, почему?

С. Удальцов― Пенсионная реформа сейчас летом, пару акций было хороших, но дальше надо по логике дожимать, чтобы власть все-таки отступила. Нет, как-то потом расслабились, опять руки опустили. Закон этот приняли. Приморье – то же. Если бы 17 декабря даже без «Голоса» было понятно, что это не выборы, это фарс. Если бы 17 декабря вышли неважно сколько, но вышли бы люди, протестовали. Почему этого не было. Непонятно, здесь можно долго объяснять. Пока вот эта терпеливость нашего народа в целом зашкаливает. Надо от нее избавляться. Поэтому я говорю, что пока не будет, как в Париже, надо брать пример с французов, с европейцев, мы же культурная нация.

О. Бычкова― А это терпеливость?

С. Удальцов― Мы же европейская нация, давайте брать пример вот этот у европейцев.

О. Бычкова― Или это равнодушие или это безразличие или это вера в доброго царя, потому что ну какая, в конце концов, разница, какого очередного неизвестно кого поставят в качестве губернатора, когда у нас есть Путин, который отвечает на все вопросы, проводит газопроводы в отдаленные деревни, дарит детям подарки. Открывает больницы. Что там он еще делает. Прилетает на голубом вертолете. Все, что угодно. Какая нам разница, кто у нас будет Кожемяко, не Кожемяко.

С. Удальцов― Давайте согласимся, если поговорить с обычным гражданином России, в Москве, Санкт-Петербурге, в любом городе. В Приморье. Вы поговорите, я поговорю, вряд ли найдете, если не общаться с какими-то представителями власть имущих, элиты, вряд ли найдете человека, который доволен состоянием сегодня в нашей страны.

О. Бычкова― О, да.

С. Удальцов― В социальной сфере, в политической сфере. Не найдете. В той или иной степени все будут критиковать, все будут высказывать какие-то претензии. Совершенно справедливые. Сказать, что люди чего-то не понимают, мне кажется невозможно. Все всё понимают. Большинство, кто вообще еще в здравом уме, может быть какие-то наркоманы, люди, которые алкоголизмом страдают, чего-то не понимают. Хотя и они мне кажется, понимают.

О. Бычкова― Пойдут на выборы и голосуют за «Единую Россию», за Путина и всю эту компанию.

С. Удальцов― Это все-таки что-то ментальное, психологическое, потому что может это жертва, не жертва, но постоянно на одни и те же грабли наступать…

О. Бычкова― Потому что если бы вообще этого Кожемяко прокатили там, если бы он получил не плюс-минус что-нибудь, а бы вообще один процент голосов, например. Если бы эти настроения, которые есть, они бы соответствовали голосованию. Совершенно уверена, что…

С. Удальцов― О чем и речь.

О. Бычкова― А почему тогда.

С. Удальцов― Меня это поражает, потому что при всем уровне фальсификаций, который конечно есть, не сто процентов, это ясно, понятно. Все равно какой-то объем людей при всех этих вопиющих фактах все равно идет, вот это пока…

О. Бычкова― Нельзя же сказать, что за него никто не проголосовал.

С. Удальцов― …пока из области отчасти метафизики. Но надо избавляться от этого.

О. Бычкова― А как?

С. Удальцов― Год Петуха был прошлый - не избавились. Год Собаки. Год Свиньи, может быть, избавимся. Хотя год Свиньи не несет в себе особых надежд. Свинства только если ждать от власти. Ну, я с юмором, я, конечно, не верю. Но в целом можно много объяснений искать, конечно, наши люди почему такие терпеливые. Помимо истории, холодов, у нас долгие ночи, долгие зимы. Вообще дома сидеть хочется, а не на митинги ходить. Конечно, за последние лет 30 с перестроечных времен несколько раз людей сильно кинули. Сначала в Ельцине разочаровались, потом были все дефолты. Потом и в Путине в принципе разочаровались, поэтому у людей некая защитная реакция. Ну что опять тратить силы и энергию, идти на какие-то протесты. Все равно будет то же самое. Опять какой-нибудь влезет во власть негодяй и потом будем опять разочаровываться. Лучше будем сидеть и заниматься своими делами. Есть такой момент, больше надежды, конечно, на новое поколение. Более молодые, я думаю, что и более старшие наши граждане все-таки должны себя проявить, поэтому оптимизма не теряем. И если вернуться к теме Приморья, конечно, я думаю, надо всячески эту тему доводить до конца, обращаться в суды и тот же избирком и с Андреем Ищенко мы общаемся, например, он тоже не намерен складывать руки. Я думаю, что потенциал протестный очень велик. Какой-то должен быть детонатор, катализатор, потому что дальше молчать, чем больше мы молчим, тем больше о нас вытирают ноги. Извините, так можно дойти до просто скотского состояния.

О. Бычкова― А смысл обращаться в суды. КПРФ миллион раз обращалась в суды по разным голосованиям. Это я конечно преувеличиваю.

С. Удальцов― Не миллион, да. Все обращались, и мы обращались.

О. Бычкова― И «Яблоко» обращалось.

С. Удальцов― И мы с вами наверное обращались. По тем или иным вопросам.

О. Бычкова – Я― нет. Но в общем, да. И результат-то примерно один и тот же.

С. Удальцов― Мы с вами понимаем, любое обращение в суд это только отправная точка. Это как бы легитимация дальнейших действий. Вот зафиксирован факт, мы обратились в суд, суд реагирует или нет. Дальше можно уже выходить на какие-то акции гражданского сопротивления. Только в этой логике. Понятно, если нет у нас массовости на улице, власть боится только одного, недаром на пресс-конференции или где он сказал. Нет, на встрече с правозащитниками Путин сказал: «Вы хотите, как в Париже?» Чувствовалось, просто проговорился. То, чего больше всего они боятся. Именно как в Париже – в смысле гражданской активности. Он, конечно, упор делал, что жгут что-то, громят.

О. Бычкова― Граждане тоже боятся, что будут жечь машины и громить витрины и все на свете.

С. Удальцов― Давайте скажем откровенно, жгут и громят во Франции единицы. Это какой-то минимальный процент радикальных сил. Основная часть ничего не жжет и не громит. Она добивается реализации своих прав. И добилась во многом, надо сказать откровенно. Макрон отступил, Макрон пообещал. Как он будет выполнять, это покажет время. Но это успех. И этот пример и надо брать, тем более у нас в народе нет тяги к погромам за последние 10-15 лет. Вспомните хоть один пример, чтобы на массовых акциях что-то громили, жгли. У нас все такие культурные, там с полицейского пылинки с него будут сдувать.

О. Бычкова― Это вы у центра «Э» спросите, какие у нас все культурные.

С. Удальцов― Центр «Э» тоже это знает.

РЕКЛАМА

О. Бычкова― Мы продолжаем программу «Особое мнение». Как я понимаю, вы тот человек, который подводит итоги уходящего года. Есть те, которые не подводят. Я, например. А вы – да. Подведите. Только коротко.

С. Удальцов― Всегда полезно обозначить, что достигнуто, что нет. У нас этот год, если брать оппозиционные силы, проходил под как из мультфильма про Чебурашку: мы строили, строили и опять не построили. То есть строили вроде бы неплохо, нельзя сказать, что этот год был для оппозиции провальный. Были достаточно интересные при всей фиктивности, но были попытки их оживить. Выборы президента. Были интересные кандидатуры, тот же Грудинин я считаю успех в данном случае левой оппозиции. Нашли интересного кандидата.

О. Бычкова― Скажите, пожалуйста, этот интересный кандидат…

С. Удальцов― Он еще скажет свое слово в будущем.

О. Бычкова― …которого вы нашли, ваш успех…

С. Удальцов― Твердое второе место. Это не успех.

О. Бычкова― Он сейчас где вообще…

С. Удальцов― Это не успех, но это и не поражение. Это фиксация четкого расклада сил. Вторая оппозиционная сила в России – это в целом левопатриотическая…

О. Бычкова― А где этот второй человек? Где он, куда он девался.

С. Удальцов― Он там же, где и был. Он в своем совхозе имени Ленина. Занимается хозяйственными процессами, сейчас зима, что там. Урожай собрали, подготовка к новому сельхозсезону. Но Николай не скрывал, что он хозяйственник в первую очередь. Поэтому было его сильное качество. То есть президент, который знает, что делать, как в производстве, финансовой сфере, налогах и так далее. Не просто болтун оппозиционный. У нас и такие есть. Нам часто предъявляют. Иногда может быть и справедливо. А человек дела. Поэтому он и занимается своим делом. И он я к чему речь веду – он стал всероссийски известен. С плюсом или с минусом для кого-то. Но это все равно узнаваемость высокая. Я думаю, в перспективе Павел Николаевич Грудинин еще скажет свое слово. И как потенциальный премьер-министр или член правительства или еще какой-то очень высокопоставленный чиновник в хорошем смысле слова. Я думаю, еще свою роль сыграет на пользу страны. Так что это были интересные выборы. Ксения Собчак выдвигалась тоже интересно. Ну, правда похуже выступила. Но было достаточно забавно за всем этим наблюдать. Поэтому в целом первый момент…

О. Бычкова― Тоже, кстати, не видим на политическом горизонте.

С. Удальцов― Да, это надо ей уже вопрос задать. В целом какой-то баланс сил мы зафиксировали. Дальше пенсионная реформа, пенсионный протест активизировалась оппозиция, были неплохие акции. Левые силы достаточно активно. Некое все-таки смещение баланса в этом году произошло. Ну, я считаю это объективно, потому что за последние годы как-то у нас внедряли такую мысль, что это основная оппозиция все-таки в основном либерального толка, а левые силы они выдохлись. Ничего подобного. Как показывает практика все-таки, когда такие социальные темы выходят на первый план: пенсии, зарплаты - левая оппозиция она все равно на острие событий и в общем-то это действительно вторая сила. Плохо, что пока не складывается коалиция. В одиночку никто не вытягивает. Почему я сказал: строили, строили, но не построили. Потому что были хорошие протесты довольно массовые, были интересные выборы, были региональные выборы, напомним 9 сентября, где локальные успехи серьезные.

О. Бычкова― Была ярко выраженная позиция против пенсионной реформы, которая закончилась принятием закона о пенсионной реформе.

С. Удальцов― Он был смягчен, давайте скажем. Мы хоть и не французы, понятно, мы не вынудили Путина отступить. Но он был смягчен. Вот женщинам, вам три года благодаря протестам отчасти. Нельзя их умалять, а то бы вам сейчас до 60 сколько хотели, трех.

О. Бычкова― Мне кажется, это сразу было так задумано.

С. Удальцов― Это всегда можно говорить, что было так задумано. Но я не уверен, если бы вообще никто не протестовал, может быть, еще и добавили бы. Поэтому уже хорошо, на три года вам меньше придется работать. Так что спасибо оппозиции. И активным гражданам. Я здесь без юмора, это действительно так. Ну, если вы хотели больше работать, вам никто не запретит. По крайней мере, в 60 лет можно теперь выйти спокойно на пенсию. Мы будем добиваться полной отмены этого закона в перспективе. Конечно, это безобразие. Поэтому в целом оппозиция нельзя сказать, что бездействовала, пыталась нащупать какие-то эффективные ходы, референдум инициировали. Вы помните, пока вот эта вертикаль властная, эта машина, эта система все-таки нас перебарывает. Но уже сложнее им стало. Я все-таки считаю, определенный перелом наступает, им уже сложнее. Выборы со скрипом вот как Приморье, Хакасия, Владимирская область. Уже так в легкую не получается. Экономическая конъюнктура усугубляется. Мы видим, сколько сейчас нефть опять стоит. Мы видим, что ни президент, ни правительство никаких прорывных идей не имеет. Вот мусолят все одно и то же. Поэтому в новом году мы можем ждать очередного витка наступления на социальные права. Оправиться от удара на выборах в сентябре у «Единой России» времени мало, всего 9 месяцев осталось. Будут они пытаться трансформировать «Единую Россию», опять же так быстро это не получится. Поэтому итоги года они как-то сразу заставляют взглянуть в будущее, в 19-й год. Вот я считаю, что оппозицией в целом в 18-м году накоплен неплохой опыт, тренировка произошла довольно серьезная. Ослаблены позиции правящей партии, безусловно, система несколько вышла из устойчивого состояния. Это очевидно. И 19-й может, если мы используем все эти наработки, и будем двигаться все-таки в сторону коалиционных действий, когда левые силы, либеральные, по каким-то вопросам базовым могут найти взаимопонимание и действовать сообща. То действительно к осени 19-го года, когда будут десятки региональных выборов, десятки выборов губернаторов, можно действительно нанести еще более сильный удар по позициям этой системы. И заставить ее или реформироваться или двигаться и больше уступать оппозиции полномочий на местах, в регионах. А дальше плацдарм уже и до федерального уровня. Поэтому при всех проблемах я не наполнен пессимизмом, у нас некоторые любят голову пеплом посыпать и говорить, что все пропало, всё бесполезно, оппозиция никчемная и вообще мы при Путине еще будем жить 150 лет. Я не согласен…

О. Бычкова― Мы не будем жить при Путине 150 лет?

С. Удальцов― 150 лет точно не будем.

О. Бычкова― Всего лишь 145.

С. Удальцов― Я думаю, даже и столько не придется. Поэтому я думаю, что оптимизма надо иметь больше и 19-й год в любом случае будет очень интересным. Потому что политическая картина постепенно меняется. На левом фланге будет интересно. Думаю, что и либеральная оппозиция нас чем-то удивит. Но надо искать все-таки вот какие-то контакты.

О. Бычкова― Между левыми и правыми?

С. Удальцов― В каких-то вопросах.

О. Бычкова― В каких, например.

С. Удальцов― Я освободился из мест лишения свободы год с лишним назад. И все это время и здесь у вас, и в других каких-то эфирах постоянно эту тему озвучивают. Пока слабо сдвигается с мертвой точки, да, все напуганы, у всех осадок от этих событий Болотного дела. Понятно. Тогда очень сильно всех разъединили. Прессанули, напугали. Но надо как-то уже избавляться от этих страхов и комплексов, потому что мы видим, поодиночке ни одна из политических сил подавляющего влияния пока не имеет. И мы, как правильно сказали, пошуметь можем, собрать какую-то аудиторию можем, но додавить вопрос, принудить власти к тому, чтобы принять решение в наших интересах - пока не в силах. Значит надо всё равно думать о коалиционности. По ряду вопросов. Понятно, мы очень разные. Никто никогда не говорил, что мы можем стать единым целым в политическом смысле. Конечно, левые – левые; правые – правые. Либералы, социалисты - это все разное. Но по базовым вопросам, когда власть сегодня узурпирована, нет нормальной демократии, нет выборов, нет вообще свободы в полноценном смысле и нет социального государства, от чего страдают все, и либералы тоже. Наверное, можно находить какое-то взаимопонимание, какую-то коалиционную площадку возрождать. Это такой призыв опять же к лидерам разнообразным, не будем сейчас там по фамилиям перечислять, потому что иначе все равно власть будет нас переигрывать.

О. Бычкова― Почему не будем перечислять по фамилиям.

С. Удальцов― Ну потому что кого-нибудь забудем, обидится кто-нибудь или лишнего упомянем. А он может не хочет. Все мы знаем.

О. Бычкова― Опять все сложно. А почему вы сказали…

С. Удальцов― Круг этих людей на правом фланге, ну левая коалиция более-менее понятно, мы стараемся ее укреплять, «Левый фронт», его задачи, в 18-м году занимались, и в 19-м. Есть парламентские партии КПРФ, есть не парламентские силы, есть патриотические силы, откуда Грудинин, Болдырев. Вот такие ребята. Есть рабочие профсоюзы, независимые от ФНПР. Вот здесь некая коалиция существует. Лучше, хуже, но мы работаем вместе. С правого фланга известные есть «Яблоко», есть группа Навального, есть та же Собчак, Гудков, «Партия перемен», есть еще какие-то центры. Ну вот надо думать, надо смотреть. В 12-м году как-то же договаривались. Хоть нас и клеймили, но был результат, и была массовость. Да, не выиграли тогда, но власти так пришлось напрячься. Пойти на определенные уступки на каком-то этапе. Потом отыграли…

О. Бычкова― А вы сказали, что не будет Путин у нас сидеть, что не будет Путин сидеть 150 следующих лет. А что может произойти кроме того, что он сам этого не захочет.

С. Удальцов― Это еще должна наука поработать. Чтобы он еще 150 лет пожил. Все-таки ему сейчас 66 лет. У нас пока…

О. Бычкова― Наука движется семимильными шагами.

С. Удальцов― Продолжительность жизни не так высока, даже Росстат фиксирует всего 72 года средняя. А реально поменьше для мужчин, к сожалению. Мы все хотели бы жить подольше.

О. Бычкова― Мы желаем Путину Владимиру Владимировичу тоже долгих лет жизни. Но это необязательно, что будет прямо долгих лет президентской жизни.

С. Удальцов― Не все с вами бы согласились. Но мы не кровожадные. Долгих лет жизни по-любому. Может быть на скамье подсудимых. Но жить. Жить, безусловно. Жизни лишать мы никого не намерены.

О. Бычкова― Ушел от ответа Сергей Удальцов. Скорее всего, просто сам не знает в действительности…

С. Удальцов― Насчет чего?

О. Бычкова― Какие есть варианты.

С. Удальцов― В любом случае какая-то сменяемость будет. Один момент - это преемничество, это понятно. Другой момент – что оппозиция сможет выдвинуть из своих рядов и достучаться до людей какую-то кандидатуру тем или иным путем через выборы, через массовый протест, а это будет, скорее всего, в синтезе и выборы будут какой-то отправной точкой. Поменять конфигурацию лиц…

О. Бычкова― «Зачем вам коалиция, - пишет Юлия, - ведь во Франции не было никаких коалиций». Кстати, да.

С. Удальцов― Вы знаете, у нас не Франция. Лидеры нужны все равно.

О. Бычкова― Ответ, Юля: у нас не Франция.

С. Удальцов― Юля из Франции написала.

О. Бычкова― Не думаю. Мы сейчас прервемся на очень короткую паузу. Это программа «Особое мнение» с Сергеем Удальцовым.

НОВОСТИ

О. Бычкова― Мы продолжаем программу «Особое мнение». И все это время пока у нас был перерыв, мы говорили в основном о том, как Сергей Удальцов завидует французским трудящимся.

С. Удальцов― Белой завистью.

О. Бычкова― Которые имеют вот такой запал вот так воздействовать на свои власти. Мы уже вроде обсудили в начале программы, а все равно продолжаем страшно завидовать тут. В студии у нас. Да, может быть у них там и лидеры другие, знаете ли. Между прочим.

С. Удальцов― Выше самоорганизация.

О. Бычкова― Которые знают какие-то другие штуки и умеют.

С. Удальцов― У нас это в крови, менталитет определенный все равно ориентируется на каких-то вождей. Так у нас всегда, нужен вождь, какой-то лидер, главный, который укажет путь в светлое будущее. Хорошо это или плохо – но это факт.

О. Бычкова― А это устаревшая концепция.

С. Удальцов― Французы больше готовы самоорганизовываться, лидеры там примкнут к этому процессу. И никуда не денутся. Но первично, вот «желтые жилеты». Кто их знал еще месяца два назад.

О. Бычкова― Их не существовало.

С. Удальцов― И там лидеров особо, на местном уровне они известны, а так широко не особо. У нас другая психология. Ну, наверное, от нее тоже надо избавляться. Тогда глядишь, и лидеры будут шевелиться побыстрее. И не сидеть в ореоле славы своей, в лучах греться. И считать, сколько у них просмотров в Ютубе. В Ютубе может быть много просмотров, а толку мало.

О. Бычкова― И не будут, например, сидеть греться и вести разные переговоры, как например, Г. А. Зюганов при всем к нему уважении и многолетнем знании.

С. Удальцов― Переговоры с кем?

О. Бычкова― Ну не знаю, говорят же, что…

С. Удальцов― У нас чего только ни говорят.

О. Бычкова― Ну нельзя столько лет быть в системной оппозиции и сохранять белые перчатки и белые одежды. Так просто не бывает.

С. Удальцов― Я думаю вся системная оппозиция, начиная от «Яблока», которое было в свое время и СПС…

О. Бычкова― «Яблоко» - аут. Всё.

С. Удальцов― Какие-то переговоры с властью ведет. На то она и системная оппозиция. Это совершенно очевидно. Вопрос: каков предел компромисса. Да, здесь можно задавать вопросы и не только Геннадию Андреевичу Зюганову. Я думаю, что, я в начале программы сказал, что больше у меня надежды на новое поколение более молодых, и в политике ротация кадров, смена поколений происходит. И будет происходить дальше. И даже мы, вот мне 41 год, это уже не особо молодое поколение. Мы если что, с удовольствием уступим дорогу более молодым и энергичным.

О. Бычкова― Я к слову про два мира, два протеста.

С. Удальцов― Поэтому есть вопросы к любой оппозиции. Системной, не системной. Просто если мы заглядываем в 19-й год, надо все хорошее взять из года 18-го, поучиться у французов и двигаться к коалиционным совместным действиям.

О. Бычкова― Я верю, что так оно и будет.

С. Удальцов― Загадайте на новый год. Все оппозиционеры и политики такое желание, глядишь, и сбудется.

О. Бычкова― Это вы не мне говорите, а им. Давайте обсудим еще одну тему.

С. Удальцов― Гражданам тоже.

О. Бычкова― Россия расширила санкции в отношении Украины. Дмитрий Медведев написал об этом в твиттере. И сказал, что все это для защиты интересов российского государства. И юридические лица, физические лица, еще больше 200 имен и названий. Какой смысл в этом, есть он вообще на ваш взгляд?

С. Удальцов― Смысл во всех этих процессах, начиная с минских соглашений, просматривается слабо. Все уже на сегодня прекрасно понимают, что минские соглашения не работают, они выдохлись, они не дали никакого результата. Ну, за них цепляются, потому что ничего нового никто предложить не может. И совершенно очевидно, что в таком фарватере, если мы будем двигаться, будет бесконечно продолжаться эта провокация за провокацией со стороны Украины. Сейчас у них президентские выборы. Дай бог, чтобы там что-то поменялось и пришли чуть более адекватные люди, чем Порошенко. Сильно на это рассчитывать сложно, потому что и Запад я думаю, заинтересован в сохранении этой ситуации…

О. Бычкова― Почему?

С. Удальцов― Очень удобно постоянно Россию держать в таком напряженном состоянии. И иметь такой буфер между Европой и Россией. В виде Украины. Это мое мнение.

О. Бычкова― А Россия такая белая и пушистая.

С. Удальцов― На мой взгляд, это очевидно. Нет, я говорю действия с той стороны. Там тоже не белые и не пушистые.

О. Бычкова― Там нет.

С. Удальцов― Там циничный расчет, в политике вообще цинизма очень много, к сожалению.

О. Бычкова― Давайте мы не будем забывать все-таки, кто на кого напал. Украина на Россию не нападала. И не отнимала у нее ничего.

С. Удальцов― Вы знаете, Россия напрямую тоже не нападала. Наверное, надо искать причину глубже. Вообще в расколе внутри Украины. Почему он произошел, как это было допущено. Какие исторические причины.

О. Бычкова― Вернемся к санкциям.

С. Удальцов― Там элемент гражданского противостояния. Поэтому Донбасс, Луганск и Крым это, наверное, не первопричина в действиях России, это первопричина в их взаимоотношениях внутренних. С Киевом отношения. Как вел себя Киев.

О. Бычкова― Вернемся к российским санкциям против еще какого-то количества людей и организаций.

С. Удальцов― Вы знаете, мне кажется это все мертвому припарка. Украина будет получать сейчас помощь Запада, получать транши, МВФ, последний совсем недавно. Им это все глубоко наплевать. Для России это тоже больше такой политический ход, эти санкции. Это можно до бесконечности ими обмениваться. Все равно ситуация тупиковая. К сожалению, все идет к тому, что будет какое-то обострение конфликта именно военного. К сожалению.

О. Бычкова― Между Россией и Украиной опять?

С. Удальцов― К сожалению. Я высказываю свое мнение, потому что и на Украине слишком много тех, кому хочется поиграться с огнем, повысить свой политический рейтинг за счет этого под выборы. Да и после выборов я думаю, может сохраняться такая ситуация. Им же нечего особо предложить народу. У меня родственники на Украине, я получаю оттуда информацию. В социальной сфере все печально. Там понятно, не голод, не разруха. У нас тоже порой нагнетают по центральным телеканалам. Не так все трагично. Но печально. Ничего хорошего. Газ дорогой, люди мерзнут. Сейчас зима. С работой плохой. В общем, кто мог, уехал в Европу, там открыли все возможности. Кто-то в России все равно работает. На Украине ситуация не блестящая. Поэтому власти украинские, конечно, маленькая какая-то там победоносная или нет, но война, она, к сожалению, как это ни звучит печально, выгодна. У России сегодня, когда мы видим, что нет перспектив каких-то у власти, чем они могут людей порадовать. Перспектив в экономике серьезных, в социальной сфере. Сейчас опять новые путинские указы. Требуется с правительства, с регионов отчитываться. А чем отчитываться. Вот поменяли главу Росстата. Сейчас будут по-новому рисовать цифры. Считать зарплаты, пенсии, нам рассказывать, что у нас невероятный рост зарплат. Как недавно министр Орешкин, или кто нас поразил. Топилин, по-моему. Сказал, что невероятный рост зарплат. Люди посмеялись, некоторые зубами заскрежетали. Ну, как это, это издевательство, так считают. Сейчас будут еще лучше считать. Но по сути ничего нового не предлагается. Поэтому конфликт военный, маленькая победоносная война, как у нас это называется, может опять рейтинг власти в каком-то объеме поднять. Поэтому, к сожалению, все идет к этому. Этот обмен санкциями, заявлениями, провокациями накапливает критическую массу. К сожалению. Поэтому как с этим бороться, к украинцам всегда можно обращаться только с одним призывом. Вот у вас грядут выборы, ну выберите людей более адекватных. Менее агрессивно настроенных, которые не занимаются постоянно провоцированием обстановки. В России тоже надо менять ситуацию.

О. Бычкова― А вы в украинские выборы верите больше, чем в российские?

С. Удальцов― Я думаю, что там тоже все довольно плохо с этим. Тоже там честности и прозрачности не очень много.

О. Бычкова― Там все-таки регистрируют много кандидатов.

С. Удальцов― Давайте надеяться все-таки на лучшее. И на мудрость украинского народа. Там тоже рейтинги Порошенко сейчас низкие. Осталось три месяца, по сути, до выборов.

О. Бычкова― У его конкурентов еще ниже как мне кажется.

С. Удальцов― Вот посмотрим к марту. Поэтому шанс есть. Мое понимание даже Тимошенко это лучше, чем Порошенко. Они все в рифму. Тимошенко, Порошенко. Поэтому я не пропагандирую Юлию Тимошенко, но в моем понимании это все-таки шанс немножко к успокоению обстановки, успокоению отношений взаимных. Хорошими они не станут еще долго. К сожалению.

О. Бычкова― Отношения.

С. Удальцов― Между нашими странами. Народы-то в принципе, народы мне кажется, не настолько воинственны все равно. Да, пропаганда очень жесткая. Но среди российских граждан я не чувствую пока такой ненависти к украинцам. По крайней мере, с кем я общаюсь. Может быть, я не с теми людьми общаюсь. Но на уровне…

О. Бычкова― Уверена, что не с теми.

С. Удальцов― Нет, я из своего круга общения сужу. На уровне элит, истеблишмента, на уровне политических кругов, конечно, ненависть она накачена, это уже тренд, это модно. Это в их понимании правильно. Здесь еще долго будет все сложно. Но хотя бы немножко успокоить ситуацию, чтобы не были постоянно, то корабли заплывают, то самолеты залетают. Ну не дай бог это опять закончится каким-то конфликтом. Разразится война. Это будут люди гибнуть. Вот что самое страшное.

О. Бычкова― А с Белоруссией, вот сейчас идут переговоры.

С. Удальцов― Лукашенко это, слава богу, не Порошенко. В рифму.

О. Бычкова― Лукашенко с Путиным ведут переговоры в Кремле. А до этого уже говорили и, например, первый вице-премьер Силуанов сказал, что доверие к Белоруссии как союзнику в последнее время потеряно. Москва больше не готова предоставлять скрытые субсидии и прямые кредиты. Не получая ничего взамен. А Лукашенко сказал, что слишком дорого стоит транспортировка российского газа, им нужно изменить эту ситуацию. Короче, опять выясняют отношения. Как вы думаете, испортят с Белоруссией уже, наконец, после стольких попыток отношения, как со всеми остальными или не испортят.

С. Удальцов― Вы знаете, самое парадоксальное, у нас укоренилось в сознании многих, что Путин да, ладно, внутренняя политика не идеальна, демократии нет, социальных проблем много. Олигархов он не победил. Олигархи его вынуждают повышать пенсионный возраст, платить маленькие зарплаты. Но зато во внешней политике Россия успешна. С Россией считаются. Но это какой-то миф на мой взгляд. Давайте посмотрим. У нас ближайшее окружение. Постсоветские республики, постсоветское пространство. Где эти успехи. Да, начинали за здравие, Евразийский союз, экономическое пространство. Но сейчас что мы получаем. С Украиной катастрофа. И здесь вина России, не в плане агрессии, а в плане того, что подвели к этому. Не проконтролировали, не смогли предотвратить. Упустили ситуацию. Это главное. С республиками азиатскими все не идеально. С Арменией, с Киргизией масса проблем в отношениях. Осталась Белоруссия и здесь постоянное выяснение отношений. Коммерческий подход. Никакого братства. Реально никакого братства. Так мы и Белоруссию потеряем. Это будет самый апофеоз всей внешней политики Путина. И тогда окажется, что король-то голый. Никаких успехов нет и мы все в кольце врагов. И уже скоро батька Лукашенко на нас пойдет с вилами и топорами. Не дай бог, конечно.

О. Бычкова― Да, на этом закончим. Это была программа «Особое мнение» с Сергеем Удальцовым. Спасибо вам.