Аркадий Дубнов - Особое мнение - 2018-10-17
17.10.2018
О. Бычкова
―
Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». У микрофона Ольга Бычкова. С особым мнением у нас сегодня Аркадий Дубнов. Добрый вечер.
А. Дубнов
―
Добрый вечер, Оля.
О. Бычкова
―
И, конечно, только что мы узнали сегодня вечером недавно о том, что произошло в Керчи. 18 человек уже сейчас количество погибших. Это не окончательная цифра. Судя по всему. Потому что все пока еще только происходит и не закончилось. Конечно, безумная история. Я согласна сейчас, например, с Дмитрием Гудковым, который написал, что неважно, чей Крым. Вот сейчас уже совершенно неважно. Безумно жалко всех людей и всем, конечно, безумные соболезнования.
А. Дубнов
―
Невероятная трагедия. Это просто тяжело думать, потому что там дети. Ну, юноши, это все, что называется, младше моих младших детей. И это сострадание здесь сегодня, наверное, первое чувство, конечно. Я не представляю себе горе родителей. И шок оттого, что ничего уже нельзя сделать. Вообще, Оля, у меня такое еще раз постоянное не ощущение, а уверенность в том, что мы, в общем, еще увереннее входим в число стран с очень нестабильной так сказать системой жизни. Вообще мы часть большого нестабильного мира. Судя по характеру произошедшего в Керчи, да, это воспроизводит множество такого же рода убийств серийных, которые мы наблюдали в США. Когда кто-то обиженный и оскорбленный из учеников бывших учеников приходили в свою альма-матер и устраивали там расправы.
О. Бычкова
―
Это ученик, студент 4-го курса. Но все сразу в очередной раз вспомнили «Колумбайн», где все просто совпадает до деталей. Только там было два человека, здесь один.
А. Дубнов
―
Мы еще не знаем, один был или нет.
О. Бычкова
―
Мы не знаем до конца, конечно, что там произошло, что это за взрыв там произошел.
А. Дубнов
―
Но понятно, что какие-то версии, даже мне не очень удобно говорить – слава богу, можно отмести. Например, «Исламское государство»* явно не подходит никак.
О. Бычкова
―
Но это не смешная шутка я тебе скажу. Про «Исламское государство».
А. Дубнов
―
Я почему говорю. Потому что первым озабоченным потребовавшим, не первым, а естественно вслед за Путиным потребовавшим наказать виновных и выяснить все, что там произошло - был почему-то Рамзан Кадыров. Почему Рамзан Кадыров? А почему не губернатор скажем Краснодарского края. Который ближе всего к Керчи. Кто у нас Рамзан Кадыров? Он главный по безопасности в стране? Он главный по противодействию ваххабитам? «Исламскому государству»? Вот что я хочу сказать. Понимаешь, да, логику мою. Рамзану Кадырову, наверное, я надеюсь, не о чем беспокоиться. Не по его части этот ужас произошел. Ему не надо там каждый раз доказывать, что есть хороший ислам, а те, кто делает плохо…
А.Дубнов: Стыдно за коллег, которые пользуются остротой ситуации, обращаясь к людям, мнение которых заведомо известно
О. Бычкова
―
Мы уже можно сказать так привыкли жить в этом всем, что вначале сразу все говорят «теракт», а потом выясняется, что в данном случае не теракт. Но непонятно же, что хуже. Люди погибли, от чего они погибли – уже не имеет большого значения.
А. Дубнов
―
Нет, ты абсолютно права, не имеет большого значения для тебя, для меня. Для человека, у которого есть дети. Даже страшно говорить, от чего. Но для структуры, для системы вообще государственной, это важно. От чего не может обезопасить государство, даже с очень хорошо обеспеченными, отлаженными опытными структурами безопасности. Оно не может противостоять убийце одиночке. Не прогнозируемому убийце одиночке, который нигде ни в чем не был замечен. Он просто одинокий волк. Он не был зафиксирован ни в социальных сетях, нигде. И его вычислить невозможно. Поэтому раньше считалось и сейчас считается, что такие массовые теракты, какие происходили последние годы в Европе, уже давно невозможны и не происходят в Израиле. В том же Израиле против убийцы одиночки, нападающий какой-то террорист с ножом в руке, эта Интифада, против них даже отлаженная система безопасности Израиля не способна справиться.
О. Бычкова
―
Как раз против одиночек с ножами в Израиле нашли противоядие. Оно очень простое. Потому что на каждого одиночку на улице с ножом найдется человек с автоматом. Который в этот момент просто случайно идет по улице.
А. Дубнов
―
Не на каждого.
О. Бычкова
―
Это в Израиле. Но там сейчас какие-то одиночные подрывы и какие-то одиночные нападения все равно не прекратились. И буквально на днях были ужасные случаи, когда погибла семья, женщина, молодой военный.
А. Дубнов
―
Но еще опаснее может быть уже другая как бы степень, мы сейчас с тобой обсуждаем наполовину узнавая новости, которые происходят в онлайне. Поэтому можем ошибаться.
О. Бычкова
―
Я смотрю, что поступает. Что становится известно. Пока новой информации нет, но как только будет, я конечно тут же скажу.
А. Дубнов
―
Тогда на этом уровне я хотел бы вот что сказать. Раз уж это «Особое мнение». Меня совершенно поразило и просто мне стало очень стыдно за коллег, которые пользуются остротой этой ситуации, обращаясь к людям, мнение которых заведомо известно и которые несут определенную заведомую, я бы сказал ксенофобскую которую чушь.
О. Бычкова
―
Это ты о чем?
А. Дубнов
―
Я говорю о Франце Клинцевиче. Которому как выяснилось, позвонили коллеги, по-моему, из РИА-Новости и который заученными формулами выдал свое мнение, тоже особое мнение. О том, что возможно за этим стоит Украина, украинский след и так далее. С чего он это взял. Почему нужно было тут выпускать в эфир, да еще на государственное агентство. И почему это агентство обращается к Клинцевичу. Это человек давно уже говорящая голова, то есть доверие не вызывающий. Если ты помнишь, он был еще недавно зам. председателя комитета в думе по обороне. Его Минобороны попросило убрать с этой должности. Чтобы он не порол чушь от имени военных российских.
О. Бычкова
―
Ну да, он сказал, что все это больше похоже на украинский след. Это могут быть официальные структуры, как и отмороженные националисты, так и которые в ненависти к России готовы на все. Но, - сказал Клинцевич, - не думаю, что рука «Исламского государства», запрещенного в России, способна дотянуться до Керчи.
А. Дубнов
―
Ну вот специалист по длинным рукам украинского государства и структуры националистов и так далее. Вот только что мы слышали мнение еще одного нашего сенатора Пушкова. Бывшего тоже коллеги нашего. Который сказал, что вообще надо запретить фильмы, в которых транслируется…
А.Дубнов: Я не могу поверить, что в парламенте никто не способен положить конец этим безответственным заявлениям
О. Бычкова
―
Но это как обычно. Еще нужно запретить любое оружие, конечно же. Мы сейчас прервемся очень коротко и затем продолжим программу «Особое мнение». Это Аркадий Дубнов.РЕКЛАМА
О. Бычкова
―
Мы продолжаем программу «Особое мнение». Мы говорим о том, что произошло в Керчи сегодня вечером. И обсуждаем реакцию здесь на эти события. Потому что о том, что произошло там, уже что-то известно, но не до конца. Кроме того, это четверокурсник, который сам вроде бы застрелился. Как говорят в библиотеке этого техникума. И на этот момент 18 погибших числится, несколько десятков раненых. К сожалению, как это всегда бывает, наверняка эти цифры пострадавших еще не окончательные. Алексей Пушков сказал сразу же, что это все какое-то кино, которое формирует какие-то модели поведения. Я не знаю, я могу понять, что люди, которые шокированы при всем нашем отношении что к Клинцевичу, что к Пушкову, мы понимаем, что они тоже люди, они тоже шокированы так же как мы с тобой происходящим. И им тоже хочется как-то найти какую-то причину.
А. Дубнов
―
Оль, не согласен. Да, единственное, в чем соглашусь – они таки да, люди. Но они люди государственные, они отвечают, их мнение – это отчасти мнение каких-то государственных структур. Оба представляют парламент российский. Оба олицетворяют некую часть спектра мнений от имени российского политикума. И ладно, Пушков, мы к этому привыкли – запретить и закрыть. Лучшее средство. Да мы и так закрываем страну. Но пока никак не закрывается. Хотя бы на уровне кино. Но меня беспокоят, например, все сентенции антиукраинские. Особенно на фоне разгорающегося даже не скандала, а просто какого-то бедлама в связи с этим расколом православной церкви и где главными виновниками являются иерархи украинские, политические украинские, которые предают и так далее, и так далее. То есть я не вижу, что идет по телевизору, но я могу себе хорошо представить, что людям внушается мысль о том, что мы действительно, даже пресс-секретарь Песков дал понять, что, в общем, это может перейти в горячую стадию какого-то мщения.
О. Бычкова
―
Что мы будем защищать наших верующих.
А. Дубнов
―
На Украине. То есть мы, вообще говоря, все время приближаемся к какому-то обрыву, берегу, где вообще дальше уже просто зарево войны какой-то. Религиозной, какой угодно. И вот человек по имени Франц Клинцевич все время ищет из ничего, он сушит поленья и подбрасывает в этот костер. Зачем? Ему мало того, что общество возбуждено. Меня это просто приводит в исступление. Я не могу поверить, что в парламенте никто не способен положить конец этим безответственным заявлениям. Однажды уже было сделано на каком-то уровне, президент давал, извините, своему пресс-секретарю, давая понять, что он не со всем согласен или вообще мнение Пескова не совпадает с государственным мнением. Когда его обвинили в том, что он несет какую-то чушь. Так вот эта чушь, она же остается, как извините осадок после того, как ложечки исчезнувшие нашлись. Осадок у людей, которым это все внедряется, вставляется. Как некое постоянно нагнетаемое зомбирование и страх и ужас перед неминуемой войной. Вот и всё. Сейчас такое у меня восприятие того, что вокруг этой ужасной трагедии в Керчи происходит.
О. Бычкова
―
Да, мы, конечно, должны призвать, можем призвать государственных людей к тому, чтобы не делать поспешных заявлений, ну хотя бы не опережать следствие.
А. Дубнов
―
Да помолчать пока…
О. Бычкова
―
Как нас всегда призывают не торопиться с выводами, подождите, говорят нам обычно все очень официально. Подождите, пока идет расследование, вам сообщат. Это примерно то же самое. Ну, так это же уже такой ажиотаж, в который уже все впали, остановить его сложно.
А. Дубнов
―
Обратитесь хотя бы к специалистам. К специалистам по такого рода происшествиям. К психологам, социологам, к специалистам по такого рода неравновесным ситуациям. Обращаются, одно из главных государственных информагентств из РИА-Новости к человеку, который способен только инспирировать некую нервозность и ненависть. Вот это меня удивляет отношение этих журналистов. Ребята, остановитесь.
О. Бычкова
―
Ты сейчас журналистов ругаешь…
А. Дубнов
―
Да, я обращаюсь к людям из агентства, в котором когда-то работал. К кому вы обращаетесь за комментарием. К людям, которые вам толком ничего не скажут. Они ничего не знают, у них всегда враги в Украине, в США, либо я не знаю где еще. В «Исламском государстве». Там больше нет никаких объяснений.
О. Бычкова
―
Ну да. Скажи, ты думаешь всю эту историю с церковными, религиозными так называемыми войнами вот уже теперь совсем не удастся никак исправить и открутить назад. Действительно теперь нужно еще сто лет или несколько столетий для того, чтобы этот раскол преодолеть. Который просто рукотворный и на наших глазах совершился.
А.Дубнов: Не будет такого великого раскола. Потому что это раскол надуманный
А. Дубнов
―
Сначала я бы хотел сказать следующее. Я не православный. Я еврей. Для меня раскол в православном сообществе среди мирян как бы не является очень близким по моему верованию, убеждению событием.
О. Бычкова
―
Для меня тоже. Но это не значит, что мы не можем это обсуждать. Потому что это происходит в нашей стране.
А. Дубнов
―
Абсолютно. Я просто делаю этот заход, чтобы меня не обвинили в том, что я лезу не в свои или обсуждаю не свои проблемы. Это проблемы страны, где подавляющее количество православных. И вот дальше начинается довольно интересная вещь. Я вот буквально сегодня спросил у своих соседей - вообще их беспокоит произошедшее. После этого мне пришлось на две минуты маленькую лекцию о том, что произошло. Они чего-то слышали по телевизору…
О. Бычкова
―
Ну так может это хорошо, что никого не беспокоит.
А. Дубнов
―
Конечно, ни хорошо, ни плохо. Это так. Просто этот конфликт между теми наверху, между иерархами и политиками по большому счету этой великой схизмы, о которой все сейчас говорят двух великих схизмах, то есть двух великих расколах, которые происходили тысячу лет назад, в результате чего образовался католицизм и православие. Либо потом, когда 300 лет назад снова произошел раскол. Уже в православном сообществе. Это не такая великая схизма. Не будет такого великого раскола, как мне кажется. Потому что это раскол надуманный. Он во многих отношениях имеет геополитическое содержание. Одни политики обиделись на других или не то что обиделись, а не ожидали такой пакости, вот такой ответки. И пошли, что называется, в ассиметричный ответ. То есть теперь этим занялся патриарх Кирилл. Спроси меня, почему они собрались в Минске, а не в Москве.
О. Бычкова
―
Почему?
А. Дубнов
―
Не знаю, почему.
О. Бычкова
―
А я тоже все время хочу кого-нибудь об этом спросить. Но все ответы очень невнятные.
А. Дубнов
―
У меня ощущение - чтобы это исходило не от Кремля. Чтобы это не исходило от Москвы.
О. Бычкова
―
Чтобы тень башни Спасской не падала на них.
А. Дубнов
―
Чтобы это самостоятельное решение двух главных православных, я не знаю, как правильно сказать – епархий белорусской православной церкви Московского патриархата и самого патриархата. Это извини меня, как вот в Минск поехали, в Белоруссию, чтобы там подписать Беловежские соглашения. Чтобы это не было каким-то инспирированным московским руководством решением. Это было общее решение. Тогда оно объяснялось одними причинами, одними событиями, референдумом в Украине. А теперь вот таким предательским решением этого патриарха Варфоломея. Стамбульского патриарха или как там его называют.
О. Бычкова
―
Константинопольского.
А. Дубнов
―
Нет, его называют иногда стамбульским. Я не хочу делать специальную рекламу, но очень хорошая правильная довольно статья без всякой политической подоплеки написана в Карнеги, сегодня вышла. Моим знакомым хорошим дьяконом из Иерусалима. Русским Александром Занемонцем. Он очень подробно и очень деликатно, аккуратно объясняет вообще, какие последствия будут. И на самом деле все боятся спросить, что делать теперь Путину. Если запретили евхаристическое общение с византийским православным…
О. Бычкова
―
Константинопольским патриархатом.
А. Дубнов
―
А там оказывается можно, эта монашеская полуреспублика на Афоне, она…
А.Дубнов: Наибольшими свидетельствами так сказать религиозности у нас отличаются бывшие кадровые сотрудники КГБ
О. Бычкова
―
А там же столько денег. Как выясняется теперь, как русская служба ВВС раскопала, 200 миллионов долларов вложили разные Ротенберги и Якунины. И прочие люди.
А. Дубнов
―
То есть…
О. Бычкова
―
200 миллионов они вложили в этот самый Афон, с которым теперь все, тем не менее, очень сложно.
А. Дубнов
―
Вот именно, очень сложно. Но порвать нельзя. Они не будут рвать. Вот теперь они будут находить эти многочисленные лазейки и формулы, как бы с одной стороны соблюсти этот мощный ответ московского патриархата во главе с патриархом Кириллом. И вот теперь попытки как-то это все примирить. Вот этот же самый дьякон Занемонец пишет, я не знал, оказывается, отец Шевкунов Тихон теперь он митрополит Псковский.
О. Бычкова
―
Да, уже какое-то время назад.
А. Дубнов
―
Это значит, что у него есть теперь все основания претендовать на престол.
О. Бычкова
―
Надо справедливости ради сказать, что патриарх как раз воздерживался от заявлений и от каких-либо реакций и старался не светиться. Потому что он, судя по всему, понимал, к чему приведет, и в результате привела эта история с Крымом и Украиной. И он тут мне кажется больше заложник этой политики, нежели самостоятельная фигура. Потому что неизбежно, если у тебя Кремль берет Крым, то понятно, что через несколько логических действий…
А. Дубнов
―
Кому понятно, Оля? Это должно было быть понятно Владимиру Владимировичу. Который сказал нам, что все решения он принимал лично. Ответственность полностью за решения по Крыму и дальнейшие по Украине лежат на нем.
О. Бычкова
―
Ну пускай несет ответственность. Да. Давай мы сейчас прервемся, а потом продолжим программу «Особое мнение».НОВОСТИ
О. Бычкова
―
Мы продолжаем программу «Особое мнение». Давай продолжим и завершим тему с этими всеми межцерковными расколами и событиями. Я вот все время думаю, вот на самом деле эти 200 миллионов долларов, которые вложили русские люди, Якунин и так далее, в Афон, вот во всю эту реконструкцию, строительство, украшения. Не знаю, что они там еще делают. Этих монастырей или этого монастыря. Это же на самом деле свидетельство их большой религиозности. Потому что это же не яхта, не футбольный клуб. Не вилла на Лазурном берегу и не замок в Шотландии.
А. Дубнов
―
Тебе не кажется, что наибольшими свидетельствами так сказать религиозности у нас сегодня отличаются бывшие кадровые сотрудники КГБ. Кого ни возьми, вот они чаще всего и быстрее всего отдаются таинствам, исповедуются, ездят на Афон. Мне кажется, что они сознательно или бессознательно ищут какой-то там индульгенции. Они ищут готовности получить, они стремятся получить какое-то прощение за что-то. И вот это распространяется не только на тех олигархов, про которых ты говоришь. Это распространяется на главу нашего государства, который ездит к старцам. Видимо, регулярно. О чем мы никогда точно не знаем. Когда он исчезает…
О. Бычкова
―
Только слухи какие-то.
А. Дубнов
―
Только слухи. Но их никто не опровергал, давай скажем. Какой там индульгенции у старцев просит. За что. Я прекрасно помню, что ему не за что просить, он же никогда не совершал ошибок. Ты помнишь эту знаменитую прямую линию, когда его кто-то из журналистов спросил: «Владимир Владимирович, а совершали, как вам кажется вы какие-нибудь ошибки на посту президента». А он ответил, не прямая цитата, но смысл такой, что Бог меня, в общем, кажется уберегал от каких-то серьезных ошибок. Так вот, уже не я сказал в эти дни, что это самая, наверное, тяжелая ошибка, которая будет ему на скрижалях его срока – этот церковный раскол. Даже может быть не Крым. Крым – было начало. Правильно сказала, что с Крыма началось.
О. Бычкова
―
Да, еще есть такая ирония. Потому что мы помним эту очень широко и важно и громко подававшуюся историю с воссоединением с русской церковью за рубежом. И это то, что он очень совершенно, это всегда обсуждалось и подавалось, должен был как-то себе эту звезду бриллиантовую просто надеть на китель.
А. Дубнов
―
Это его историческая заслуга.
О. Бычкова
―
Войти в учебники именно этим. Потому что после 90 лет этого раскола он оказался преодолен и действительно все ему тут аплодировали. Все были очень рады.
А. Дубнов
―
А теперь.
О. Бычкова
―
И люди были рады, те, которые относятся к этим церквям. Как прихожане. И вот тут другой раскол. Не один, так другой.
А. Дубнов
―
Еще раз цитирую статью моего знакомого дьякона Занемонца. Он говорит, что теперь возникает довольно забавный, даже не хочется говорить слово «забавный», проблемы например, со служением русских православных из России, приезжающих к Храму Господню в Иерусалиме. То есть не все могут позволить себе подойти туда, нарушая запрет, который наложен…
О. Бычкова
―
Там на что-то он наложен, на что-то не наложен. Молиться они могут, таинства они не могут…
А.Дубнов: То, что это одно из тяжелейших поражений президентских сроков эпохи Путина, – это оспаривать сложно
А. Дубнов
―
Это много частностей возникает у православных, действительно верующих, действительно воцерковленных, которые туда ездят в Иерусалим огромным количеством. С тем, чтобы причаститься. И теперь что. Что за удар, для чего, что это за самострел, что это за очередной выстрел в ногу. Сегодня на наших глазах совершен. Будет ли это историческим событием оценено потомками, либо нет. Но то, что это одно из тяжелейших поражений президентских сроков эпохи Путина, – это мне кажется оспаривать сложно.
О. Бычкова
―
Давай успеем обсудить, что происходит в Армении. Почему-то мы с тобой не удивлены. Потому что ты за этим следишь, а я наблюдала в Ереване за событиями этой армянской революции. Все удивлены, что Никол Пашинян уходит в отставку и Армения готовится к досрочным парламентским внеочередным выборам. Но это именно то, что он обещал.
А. Дубнов
―
Ну да.
О. Бычкова
―
Тот план, который он мне, например, говорил. Всем говорил.
А. Дубнов
―
Я сегодня видел какое-то интервью с ним, сделанное буквально сегодня, где его спрашивают: «Господин Пашинян, а вы изучали какие-нибудь прецеденты того, что у вас сейчас происходит. Вы действуете по каким-то шаблонам». Он небрежно говорит: «Зачем мне изучать какие-то прецеденты, потому что я знаю, что то, что происходит в Армении, это беспрецедентно».
О. Бычкова
―
Вообще да. Действительно так.
А. Дубнов
―
Ну, это действительно так.
О. Бычкова
―
Потому что когда это было – весной все события.
А. Дубнов
―
Апрель-май.
О. Бычкова
―
И он обещал, что в течение нескольких месяцев, полугода, не больше года или что-то в этом роде вот там какие-то будут произведены разные законодательные действия, какие-то еще реорганизации, список был известен какой для того, чтобы подготовить собственно, эти парламентские выборы. И дальше осуществить переход власти.
А. Дубнов
―
Просто легитимация…
О. Бычкова
―
И это и происходит.
А. Дубнов
―
Это и происходит.
О. Бычкова
―
В отведенные сроки.
А. Дубнов
―
Абсолютно. Но он, конечно, в общем, идет на определенный риск. То есть, нет абсолютной полной уверенности в том, что все пройдет по маслу. Нет, он просто знает, что есть 92%, наверное, как-то он посчитали, 92% поддержки у него в Армении. И мы видели это физически, ты видела сама эти заполненный Ереван в майские дни. И он знает, что если вот эти договоренности, согласно которым на время, нужно, наверное, сказать, что согласно армянской Конституции, парламентские выборы могут быть проведены, там ведь парламентская теперь республика. И фактически лидер государства - премьер-министр. Так вот…
О. Бычкова
―
И одна из целей того, что делал Пашинян, заключалась в том, чтобы окончательно сформировать снова парламентскую республику.
А. Дубнов
―
Да, конечно.
О. Бычкова
―
После попытки президентской.
А. Дубнов
―
Но которую пересоздал бывший президент Серж Саргсян. Который решил, что из президента он перейдет плавно в премьер-министры с тем же набором полномочий. Но не вышло. Так вот, нужно, чтобы дважды парламент не смог избрать премьер-министра. В течение двух недель после отставки премьер-министра. То есть он не в состоянии набрать большинство голосов в парламенте, чтобы избрать нового премьер-министра. И что делает Пашинян, то есть он уходит в отставку, сохраняет за собой пост исполняющего временно обязанности премьер-министра. И как бы после определенных договоренностей или политических консультаций с одной из важнейших партий «Дашнак», в частности одной из двух, у него есть гарантия того, что парламент соберется – раз. И не сможет даже поднять тему, никто не будет предлагать даже кандидатуру премьер-министра. А значит, он не сможет избрать. Соберется второй раз и все это должно быть в течение двух недель. Если в течение двух недель так парламент и не способен окажется избрать нового премьер-министра, - распускается парламент. И уже гуляет такая дата будущих внеочередных парламентских выборов 10 декабря. Этого года. И то, что он абсолютно спокоен и общество достаточно спокойно и то, что вопросы переговоров с Азербайджаном в этот момент или напряженность на границе армяно-азербайджанской, конечно, местами временами возрастает и даже гибнут люди, как мы знаем. Это, прямо скажем, не красит супротивную сторону. Которая может или кто-то берет на себя ответственность за то, чтобы попытаться поискать в это мутное время какие-то для себя выгоды. Тем не менее, Пашинян совершенно беспрецедентным образом осуществляет этот небывалый в истории постсоветского пространства прецедент. «Бархатная революция», которая приводит к смене власти, абсолютно исключительно внутренними политическим как бы доводами, ресурсами, без всяких намеков на вмешательство извне. Ни Госдеп с печеньками…
О. Бычкова
―
Да, он мог остаться, в общем, на своем посту сейчас прекрасненько, как многие делали, придя к власти на волне…
А. Дубнов
―
Это близко к диктаторскому режиму. Естественно. Он не хочет.
А.Дубнов: Даже Узбекистан никуда не денется. Что же за Армению-то волноваться
О. Бычкова
―
Конечно. Но люди же обычно делают так чаще всего.
А. Дубнов
―
А вот в Армении не так.
О. Бычкова
―
Потому что у него есть еще важный вызов. Он обещал сразу, так как все предыдущие события весенние были связаны с фальсификациями на выборах и недовольством, как все это происходило, он теперь хочет доказать, что можно сделать настоящие честные выборы. И это прямо огромный такой большой сюжет - удастся ли ему этого добиться.
А. Дубнов
―
Самое интересное, что пока армяне как бы настаивают на том, что им никто не мешает. Москва им пока не мешает. И они очень гордятся тем, что им удалось так сделать. И, в общем, надо отдать должное Москве сегодня, здесь хватает, во-первых, здесь других забот хватает. А во-вторых, хватает ума действительно…
О. Бычкова
―
Не лезть.
А. Дубнов
―
Не лезть. Потому что в любом случае никуда Армения, в общем, не денется. И если уж Узбекистан никуда не денется, когда завтра, как известно Путин летит в Узбекистан, и там будет подписано соглашение, откроется строительство атомной станции.
О. Бычкова
―
А мы здесь памятник откроем. Памятничек откроем.
А. Дубнов
―
Там атомная станция. Даже Узбекистан никуда не денется. Что же за Армению-то волноваться.
О. Бычкова
―
Да, ну будем надеяться, что там довольно все получится так, как обещано и запланировано. Потому что хочется, чтобы было действительно что-то честное и хорошее в какой-то политической реальности. Пускай даже не в нашей собственной. Спасибо большое Аркадию Дубнову. Это была программа «Особое мнение».
А. Дубнов
―
Спасибо.*деятельность организации запрещена на территории РФ