Павел Гусев - Особое мнение - 2017-10-03
03.10.2017
О. Журавлева
―
Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». У нас в гостях Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец». Здравствуйте, Павел Николаевич.
П. Гусев
―
Здравствуйте.
О. Журавлева
―
Я хотела вас, как ни странно спросить об истории в Лас-Вегасе. Потому что я так предполагаю, что ваше отношение к оружию, к Лас-Вегасу и к вообще таким историям особое.
П. Гусев
―
Особое. Дело в том, что мне в жизни, я не хочу сказать посчастливилось, отнюдь нет, потому что это достаточно долгий и нудный путь. Но я имел возможность раз 10-12 бывать в Лас-Вегасе. Не как игрок, а дело в том, что ежегодно в феврале в Лас-Вегасе проходит самая крупная международная конвенция по охоте Safari Club International. А я являюсь первым и человеком, который из России стал пожизненным членом Safari Club International. Это мощнейшая структура, которая собирает тысячи и тысячи увлекающихся природой, охотой, рыбалкой и снаряжением.
О. Журавлева
―
И оружием в том числе.
П. Гусев
―
И оружием. Невероятное количество оружия находится в это время в Лас-Вегасе. И я туда приезжаю, и порядка 10 дней различные конференции, слушания и прочее. Огромное количество мероприятий. Так вот, когда я услышал об этом случае, увидел эту площадь, которую я помню, естественно, потому что она самая большая в Лас-Вегасе и центральная. Где концерт проходил. И все начали говорить, вот там у него было 12-13, сейчас оказывается 23 карабина. Автоматических причем. Так вот, все говорят, как это возможно, 200 патронов. Как пронес и прочее. Никак он не пронес, он просто подъехал на машине, разгрузил там свои чемоданы и ему эти чемоданы погрузили на эти тележки и отвезли в номер. Сначала к ресепшн и в номер. Потому что там нет никаких металлоискателей. Никто не ходит ни с какими палками, жезлами. Не проверяет. Потому что Лас-Вегас это территория такого знаете, это абсолютные развлечения, абсолютная свобода и абсолютная тишина в плане жестких преступлений. Никогда такого там ничего не было. Максимально, что там наркотики, фальшивые деньги, это шулера.
О. Журавлева
―
Пьяные драки.
П. Гусев
―
Пьяных нет. Это в округе. В казино вообще невозможно. Дело в том, что там дойти до ресепшн и зарегистрироваться ты должен пройти приблизительно около ста метров по залу, где ты вот так идешь как, есть такие игры, проходы, ты должен найти. Почему? - потому что везде все звенит, кричит и сыплются везде монеты.
О. Журавлева
―
Игровые автоматы.
П. Гусев
―
Ты идешь сто метров через игровые автоматы. И психологически волей-неволей у тебя всегда монета есть, ты еще и кинешь эту монету. Посмотреть, что вылетело у тебя или нет. Психологически. Потом ты доходишь до ресепшн и тебя поднимают в номер, никто тобой больше не интересуется. Интересуются только твоими деньгами. Там есть, конечно же, секьюрити. Но они нацелены на столы, где есть игроки. Чтобы не было шулеров, чтобы вообще не происходило никаких конфликтов вокруг игровой зоны. Все остальное это абсолютная свобода. Там есть официальные всякие эротические шоу, публичные дома, там это место Невада и Лас-Вегас, где все есть и достаточно тихо и спокойно. И в период, когда проходит охотничья конвенция, там невероятное количество оружия, никогда такого не было. Другой вопрос, что у этого человека, который совершил стрельбу, он стрелял из автоматического оружия…
О. Журавлева
―
Или полуавтоматического.
П. Гусев
―
Нет, автоматическое. По видео слышно очереди идут. Это автоматы, в Америке все это свободно продается.
О. Журавлева
―
Говорят, что с 88-го года автоматическое не разрешено.
П. Гусев
―
Есть, есть. Самый большой поставщик Калашникова автоматов, вернее покупателем являются США, которые продают в частные руки эти Калашниковы. Это все есть и спокойно и стреляет. Но сам факт того, что когда он начинал бить стекла для того, чтобы начинать стрелять, это достаточно уже непонятен этот этап для меня. А то, что поливал из очередей 400 метров и попадал, некоторые говорят, как попадал. Да очень просто. Ничего проблемного нет, когда стреляешь из автомата, ты четко видишь, как идут очереди и просто чуть выше, ниже берешь. Наугад. А когда толпа, сотни людей, тысячи, то там вообще, к сожалению, пуля может ведь отрикошетить, еще от рикошета шла, от камней, и естественно, убивала или ранила многих-многих. Поэтому такое количество раненых. Так что я думаю, что сам как бы первый этап подготовки к такой страшной истории абсолютно был продуман, и там ничего не было сложного. А вот все, что дальше творилось, то, что он застрелился и то, что был он исламистом, не был, это уже будет выяснять следствие. Но сам такой факт именно в Лас-Вегасе это конечно абсолютный нонсенс.
О. Журавлева
―
Говорят, что это вообще одно из самых массовых убийств…
П. Гусев
―
Дело в том, что реально в Лас-Вегасе можно в любое время суток ходить, ты не ощущаешь никакой…
О. Журавлева
―
Тревоги.
П. Гусев
―
Абсолютно этого нет.
О. Журавлева
―
Может, этот мир уже закончился.
П.Гусев: Если есть абсолютный запрет оружия, ну возьмите Туркмению, там естественно, стрельбы не будет никогда
П. Гусев
―
Наверное. Вообще это то, что произошло…
О. Журавлева
―
На набережной в Ницце тоже никто никогда не ожидал сумасшедшего мороженщика.
П. Гусев
―
Да, дело в том, что распространение оружия в США все зависит от штата еще. В некоторых штатах запрещено практически. Но это не говорит о том, что количество выстрелов, убитых или раненых как-то варьирует, где строже закон, а где не строже закон. Дело в том, что если есть абсолютный запрет оружия, ну возьмите Туркмению, условно говоря, там естественно, стрельбы не будет никогда. Возьмите Россию, у нас очень много оружия находится на руках. Но оно стреляет реже. И стреляет иногда. Стреляет служебное оружие, охотничье оружие стреляет…
О. Журавлева
―
Из «Сайги» сколько собутыльников достали.
П. Гусев
―
Это единичные случаи. Дело в том, что зарегистрировано, это статистика, я говорю это как специалист этого дела, потому что у меня самого большая коллекция оружия и у многих…
О. Журавлева
―
И все законно.
П. Гусев
―
Абсолютно. Меня все знают в разрешительной системе. Потому что они знают мою коллекцию, знают, как она хранится и прочее, прочее. Так вот, я хочу вам сказать, что разрешенное оружие охотничье стреляет доли процентов. В основном стреляет незарегистрированное охотничье оружие, которое, так или иначе, всплывает, появляется. Это разные пути. Здесь уже как оно появляется. Но стреляет в основном незарегистрированное оружие.
О. Журавлева
―
Как вы считаете, изменилась бы ситуация в России, если бы смягчились правила продажи оружия.
П. Гусев
―
Я считаю, я с этим спорю всегда, оружие, особенно короткоствольное пистолеты ни в коем случае нельзя давать на руки даже в целях самообороны. Дело в том, что понимаете, какая история, вот вы идете женщина, у вас пистолет в сумке или я иду, во-первых, для того чтобы выстрелить в человека, нужно очень сильно психологически быть подготовленным к тому, что ты можешь это сделать. Второе, для того чтобы начать стрелять на улице, в подъезде или где-то, вы должны четко еще быть подготовлены. Потому что держать в руке пистолет, целиться или стрелять тем более в ситуации, когда на вас нападают, это должен быть определенный профессионализм. Нет возможности взять и просто палить, это не самозащита. Это дурость. Потому что тебя же рикошетом, предположим, в подъезде том же и накроет. Я считаю, что огнестрельное оружие на руки ни в коем случае нельзя давать. Я здесь придерживаюсь четкой позиции тех военных, тех силовиков…
О. Журавлева
―
Вы имеете в виду короткоствольное.
П. Гусев
―
Конечно. Сейчас в основном борьба идет за то, чтобы разрешили короткоствольное в России. Длинноствольное оружие срабатывает гораздо реже. Я еще раз хочу подчеркнуть, - зарегистрированное. В основном все, что происходит, это незарегистрированное оружие в той или иной степени.
О. Журавлева
―
Это главный редактор газеты «Московский комсомолец» и большой специалист по охотничьему оружию Павел Гусев. Возвращаемся в родные пенаты. У нас развивается история со злосчастной диссертацией Мединского. Вроде бы для многих специалистов вопрос был очевиден, но даже после рекомендаций Экспертного совета ВАК есть мнение, что не так-то плоха диссертация Мединского. А у вас какое мнение?
П. Гусев
―
У меня мнение следующее. Я не читал диссертацию Мединского.
О. Журавлева
―
Есть много цитат, можете ознакомиться.
П. Гусев
―
Я сегодня читал цитаты. Понимаете, одно дело цитата, а другое дело диссертация. Я не защищаю Мединского абсолютно. Наоборот, я считаю, более того я уверен, что большинство чиновников, а я знаю это точно по некоторым чиновникам, не писали свои диссертации или давали ценные указания, что бы они хотели видеть в этих диссертациях для соответствующих структур.
О. Журавлева
―
А тогда можно я вас спрошу с точки зрения министра образования Васильевой, которая говорит, что главное, что в этой диссертации нет плагиата. Он как раз сам написал, но некоторые говорят, что ужасную чушь. Так вот чушь надо оставить как докторскую диссертацию, раз она самостоятельная.
П. Гусев
―
Дело в том, что любая чушь, если она не ведет ни к каким научным открытиям, потому что некоторая чушь ведет к открытиям совершенно необычным. Так вот это конечно, не диссертация. И естественно такая диссертация не может быть еще на начальном этапе защищенной. Но чиновник есть чиновник. В той или иной степени из своей должности и положения очень часто для чего-то, сейчас эта диссертация вообще ни для чего не нужна, если ты не идешь по научной линии, не хочешь быть профессором, ректором или каким-то ученым. Они вообще не нужны. В принципе. Для солидного чиновника.
О. Журавлева
―
Но приятно.
П.Гусев: Большинство чиновников не писали свои диссертации или давали указания, что бы они хотели видеть в них
П. Гусев
―
Конечно приятно, приятно, когда имеешь какую-то степень, звание. И прочее. Приятно, да. Но это необязательно. Не по этому все-таки сегодня оценивается чиновник во многих местах.
О. Журавлева
―
Вот уж точно.
П. Гусев
―
И на многих должностях. Не по диссертации. Поэтому, на мой взгляд, я бы на месте Мединского вообще бы сказал: ребята, пошли вы все к черту. Я сам бы отказался от этой диссертации. Потому что защищать то, чего не нужно защищать или бороться, что уже Экспертный совет… То, что говорит министр, она чиновник. Она чиновник до мозга костей. Она просто чиновник. Она защищает своего чиновника, рядом стоящего. Она не будет рядом сидящему министру на заседании правительства говорить, ах, ты негодяй, сдай диссертацию. Ты, мол, не так сделал.
О. Журавлева
―
Но она в очень сложной ситуации. Потому что Министерство образования оно и науки.
П. Гусев
―
Да, я считаю, что в данной ситуации Мединский достаточно, кстати, современный, бывает очень интересные мысли у него выскакивают. Я неоднократно с ним беседовал. Интересный, но он современный человек, со своим привкусом. А почему не может быть человек, многим этот привкус не нравится. Я считаю, что Мединский в данном случае должен просто сам сказать: ребята, я отказываюсь, пошли вы все к черту. Я остаюсь кандидатом наук. Вместо доктора.
О. Журавлева
―
Кстати, сегодня стало известно, что в защите отказали другой исторической диссертации о Власове, как раз на основании того, что ничего там интересного и нового нет. Но это был не Мединский. Понимаете, какая незадача. То есть вы считаете, что если министра лишат диссертации, это ничего не изменит.
П. Гусев
―
Я считаю, что абсолютно ничего не изменит. Для него уж точно ничего не изменит.
О. Журавлева
―
А для науки. Ведь это все-таки понятие чести, корпорации.
П. Гусев
―
Дело в том, что у него те фразы, которые я прочитал и сегодня даже какие-то абзацы, куски небольшие, я не вижу, что для науки большая ценность или что-то абсолютно новое раскрывается.
О. Журавлева
―
Для науки стыдно, когда на одной чаше весов стоят эти труды и другие.
П. Гусев
―
Совершенно верно. Но видите ли, какая история. Нельзя никогда в науке по весу, по грамму, по чашке или тому, что перевесит, на тот или иной момент думать о том, насколько ценное то или иное высказывание. Это может сработать когда-то через 20-30-40 лет.
О. Журавлева
―
То есть это может быть прорыв в исторической науке.
П. Гусев
―
Да нет, никакого там прорыва нет. Я имею в виду, в общем, я про теорию говорю. А не про Мединского сейчас. Про Мединского я сказал. Моя точка зрения, что он как человек и кстати он поставил бы всех в тупик таким образом. И про него тут же, про диссертацию забыли. Сказать, не хотите, я вот официально отказываюсь от своей, это, это складываю, ребята…
О. Журавлева
―
Павел Николаевич, просто обидно, когда упрекают в данном случае министра, это человек, который на поверхности.
П. Гусев
―
Да.
О. Журавлева
―
Поэтому те упреки, которые предъявляются к диссертации, сразу же наводят на мысль о том, что огромное количество липовых научных работ существует.
П. Гусев
―
А я об этом и сказал. Что большинство чиновников, которые защищали свои диссертации, они делались людьми, которым говорили, что они хотят, чтобы было в этих диссертациях. Или какая тематика. Строительная, физическая.
О. Журавлева
―
Обычно политика и экономика.
П. Гусев
―
Да, политика и экономика. Вот и всё. Общественные отношения какие-нибудь, структуры и прочее. И все это делается. Это абсолютно точно, и вот сейчас говорят, как он посчитал. Я не посчитал, я просто брал цифру, я достаточно уже много прожил на этом свете, и очень многих знаю чиновников, которые являются кандидатами и докторами. Сидел с ними за рюмкой и знаю в общем, как писались эти диссертации.
О. Журавлева
―
То есть они этого даже не скрывают.
П. Гусев
―
Да, конечно, нет. Многие – нет.
О. Журавлева
―
Но тогда как можно заставлять детей учиться, говорить, что образование это важно.
П. Гусев
―
Образование важно, но кандидатская и докторская абсолютно не нужны.
О. Журавлева
―
Если доктор наук может оказаться просто хулиганом из подъезда.
П. Гусев
―
Дело в том, что еще раз хочу повторить, что чиновники, для чего-то им нужно, для престижа, наверное, скорее всего. Это звание. Конечно, кандидатские и докторские нужны, если ты работаешь в науке. Если ты работаешь в научно-исследовательском институте, в каком-то проектном институте. Если ты работаешь в системе образования, там тоже все очень нужно и важно, чтобы доктор или профессор, имея докторскую степень, он четко мог придти к студентам и говорить: ребята, я работал над этой темой, эта тема то-то и то-то. И всем понятно, что он действительно работал.
О. Журавлева
―
Очень жаль, что специалистов в стране становится все меньше и меньше. Ну согласитесь.
П. Гусев
―
Дело в том, что у нас с наукой сейчас большие проблемы.
О. Журавлева
―
Хотите сказать, что плитку у нас укладывают идеально или, может быть, хорошо строят стадионы. Может быть, крышу хорошо кладут.
П. Гусев
―
Лужники, кстати говоря, построили стадион неплохо. А вот то, что творится в родном городе президента с этой трибуной «Зенит-арена», это конечно, хохма для всего Питера и для всей страны. Потому что большей коррупции, разгильдяйства, уголовщины вокруг этого стадиона вообще встретить невозможно было. Воровали все, вся, просто все до травы. Я уж не знаю, кто жрал эту траву. Есть ли у них коровы, козы или бегемоты дома.
О. Журавлева
―
У нас говорят в парке «Зарядье» тоже с этим трудности. Траву воруют.
П. Гусев
―
Я вот этот парк даже смотреть в эту сторону не хочу. Потому что считаю…
О. Журавлева
―
Почему?
П. Гусев
―
Я считаю, что допустили гигантскую ошибку, сделав там эту зону. Это моя личная точка зрения. Я считаю, что на этом месте должен был быть реконструирован старый город с маленькими улочками, с маленькими антикварными магазинчиками, кафушками.
О. Журавлева
―
Какая-нибудь Золотая улица в Праге.
П. Гусев
―
Да, совершенно верно и в Праге есть. И в Варшаве есть. И в Париже есть. И в Амстердаме есть. Все это есть. В Германии куча городов маленьких, где все реконструировано после войны. Когда все было разрушено. Это маленький город, который можно было сделать. Там же три церквушки, сделать для туристов зоны, маленькие площади, фонтаны. Это кафушки, где посидеть. Никакого движения, все это является интересным местом. А ходить в центре Москвы смотреть на кактусы или на хвощи…
О. Журавлева
―
Там тундра.
П. Гусев
―
На тундру тем более. Это моя точка зрения. Я считаю, что в центре на том месте исторически всегда был сложенный старый-старый город. И там же все фундаменты даже сохранили, почему не сохранить и не восстановить старый-старый московский квартал.
О. Журавлева
―
Вы консерватор. Здесь модно, стиль, здесь новинки.
П. Гусев
―
Стильно это на задницу приклеить этикетку, тоже было стильно. А вот сделать нормальный город для горожан, чтобы это была старинная часть. И все бы туда ходили. Это было бы одно из самых посещаемых мест в Москве. Абсолютно уверен, пешеходная зона. А еще бы я паркинг сделал подземный.
О. Журавлева
―
А, вот сейчас вы сказали ключевое слово. Еще и подземный паркинг. Но кстати справедливости ради заметим, что в «Зарядье» и так стали ходить в таком количестве, что организаторы даже не ожидали такого эффекта.
П. Гусев
―
Дай бог.
О. Журавлева
―
Но смысл именно в том, чтобы ходили или в том, чтобы деньги отдать пенсионерам.
П. Гусев
―
Совершенно верно.
П.Гусев: То, что творится в родном городе президента с трибуной «Зенит-арена» - хохма для всей страны
О. Журавлева
―
Ну хорошо. Павел Николаевич, у нас еще несколько тем. Но вы уже упомянули, как вы считаете, 7 октября у нас день рождения у Владимира Владимировича. Правда, все митинги должны быть запрещены в этот день?
П. Гусев
―
Почему? А митинг в поддержку Путина может же быть.
О. Журавлева
―
Ага. Угу. А как вам кажется, Навального тоже в подарок Владимиру Владимировичу арестовали?
П. Гусев
―
Да нет, я думаю, что это определенная хохма такая. Дело в том, что вся система, выстроенная вокруг Навального, вообще выглядит достаточно маловразумительно. Потому что я думаю, что…
О. Журавлева
―
А там есть система?
П. Гусев
―
Да, власть просто не знает до конца, как ей поступить и что делать. Нет своего решения у власти. Дело в том, что допустить до выборов его не допустят. Это понятно. Он не будет на выборах. Но он очень талантливо проводит свои эти все по городам, весям, селам мероприятия. И в этих мероприятиях страшно не слово, которое там говорится, это достаточно все обыденно. А есть определенная опасность, что эта массовка, которая сейчас движется по стране, она сможет не совсем точно определить процент победы Путина на выборах. Потому что то, что он победит, я думаю даже у Навального нет сомнений.
О. Журавлева
―
То есть сейчас вопрос идет только в процентах.
П. Гусев
―
Я думаю, что вопрос идет о том, чтобы непредсказуемые проценты, которые Навальный сегодня может отобрать, а он реально отберет.
О. Журавлева
―
Даже если не будет участвовать.
П. Гусев
―
Ну конечно. Он участвовать сто процентов не будет. Так же как и Собчак и все остальные. Какие-то хохмы пускают. Давайте Чарли Чаплина еще туда или кто там у нас есть хороший…
О. Журавлева
―
У нас есть хороший Павел Николаевич Гусев. Но мы его пока не выдвигаем в президенты. Мы сейчас сделаем небольшую паузу. Это программа «Особое мнение». Никуда не уходите.НОВОСТИ
О. Журавлева
―
Это программа «Особое мнение». Павел Николаевич, у нас продолжается движение в губернаторском корпусе, скажем так. И президент Путин подписал указ об освобождении от должности главы Дагестана Рамазана Абдулатипова. Вместо него и. о. пока назначен Владимир Васильев. До этого он руководил фракцией «Единая Россия» в ГД. Хороший выбор? Кстати раньше работал в МВД.
П. Гусев
―
Ну, на мой взгляд, это достаточно странный выбор. Мне жалко Дагестан. Потому что Васильев очень специфический, на мой взгляд, человек. При всей его в прошлом МВДшной должности. А может быть это как раз этому и способствует. Я не вижу его как очень самостоятельную фигуру, мощную фигуру. А Дагестан это сложнейший регион. Может быть то, что он в прошлом имел милицейско-полицейские заначки внутренние…
О. Журавлева
―
Вы имеете в виду связи все-таки, а не деньги.
П. Гусев
―
Заначка это не в плане денег, а в плане того, что у него опыт. То есть система опытных каких-то силовых общений с преступниками…
О. Журавлева
―
Тогда может быть завязки.
П. Гусев
―
Нет. Я бы заначки. Пускай будет так. Может быть, это в какой-то степени ему поможет в этом сложнейшем регионе, который раздираем сегодня. До сих пор. Хотя Абдулатипов надо отдать должное, очень смягчил там ситуацию. Она стала проще, стала легче. Он очень много сделал. Я, например, с огромным уважением к этому человеку отношусь.
О. Журавлева
―
Рамазан Гаджимурадович до этого занимал должность, по-моему, в совете по межнациональным отношениям.
П. Гусев
―
Он уникальный человек, очень сдержанный. Очень дипломатичный, в то же время жесткий. И в то же время умеющий разруливать сложнейшие ситуации.
О. Журавлева
―
Но он по-настоящему кавказский.
П. Гусев
―
Кавказский человек. И к нему поэтому так и относились. Я не думаю, что Васильеву будет там легко и главное, легко тем, с кем он будет работать и людям. И мне кажется, для Дагестана это не плюс то, что он туда идет. Это мое личное мнение.
О. Журавлева
―
Может быть это какое-то наказание, может он что-то неправильно сделал, и поэтому его отправляют в Дагестан.
П. Гусев
―
Неправильно он может только говорить о том, что он был ближайшим помощником Володина всегда.
О. Журавлева
―
Подумаем об этом. Интересная мысль. А вообще о последней серии смены губернаторов у вас какое впечатление. Это действительно такая предвыборная кампания, вот Путин себе что-то такое готовит.
П. Гусев
―
Это и предвыборная кампания.
О. Журавлева
―
А зачем?
П. Гусев
―
А я скажу, зачем. Дело в том, что любая смена надоевших начальников это плюс высшей власти.
О. Журавлева
―
А если смена на каких-то еще более невразумительных, например.
П. Гусев
―
А не успеют, за 3-4 месяца не поймут ничего. То есть машина, аппарат и система власти работает еще в таком автоматическом режиме, что пока поймут, что этот еще хуже, уже выборы пройдут.
О. Журавлева
―
Но я так понимаю, главная задача губернаторов это обеспечить явку и процент на выборах. Других задач у них вроде нет.
П. Гусев
―
Нет, ну, я бы так не сказал. Если говорить чисто в предвыборный период, то конечно да. Но в принципе губернаторы очень большую работу проводят и если они хотят, если это реальные губернаторы. Я знаком очень хорошо с Гордеевым. Это бывший министр сельского хозяйства. И несколько раз бывал в Воронежской области и посмотрел то, что он там сделал и как он работает. Ну, во-первых, реально…
О. Журавлева
―
То есть у губернатора есть кое-какие полномочия.
П. Гусев
―
Да, он ходит по городу без охраны в любое время суток. Вот он просто ходит по городу, заходит в ресторан покушать. Мы с ним заходили. Он абсолютно свободно себя чувствует. Потому что он делает только то, что обязан делать губернатор. То есть он пытается область и город вытянуть на более высокий уровень. Он это реально сделал.
О. Журавлева
―
Но ведь от этого зависит, я так понимаю, что такие вещи больше всего зависят от связи с Москвой.
П. Гусев
―
Совершенно верно.
П.Гусев: Вся система, выстроенная вокруг Навального, вообще выглядит достаточно маловразумительно
О. Журавлева
―
Приехал в Москву – получил деньги.
П. Гусев
―
И это, наверное, тоже есть. Но не только приехал в Москву. У него огромный процент инвестиций, которые он сумел привести и из Москвы, и из заграницы и из других регионов. То есть он сумел это сделать. И он реально работает. Просто реально работает. Это Гордеев, предположим. Есть еще такие же губернаторы. Он не один. Это губернаторы, которые работают как хозяйствующий субъект. Прежде всего. А затем уже…
О. Журавлева
―
Кремль их одобряет, как вам кажется.
П. Гусев
―
Я думаю, что да.
О. Журавлева
―
Я помню, как Никиту Белых еще похвалить успели.
П. Гусев
―
Дело в том, что надо только не забывать, что на сегодняшний день из 87, по-моему, регионов у нас чуть ли ни 70 уже дотационные. То есть по сути дела сократилось в два раза количество регионов, которые были без дотаций. То есть сейчас экономика…
О. Журавлева
―
Хорошо работают губернаторы.
П. Гусев
―
Вот хорошо. Система работы, значит полностью на сегодняшний день, на мой взгляд, развалена система работы губернаторов. А потом я бы хотел подчеркнуть еще один очень важный момент. То, что сегодня происходит зачистка и смена губернаторов, это тоже очень показательно и нужно об этом очень внимательно как бы поразмышлять. Поглубже поразмышлять. Потому что очень многие губернаторы и кадры были поставлены прежним руководителем первым зам. главы администрации Володиным. Поставлены и продвинуты. И многие из них сейчас меняются.
О. Журавлева
―
На молодых технократов вы хотите сказать?
П. Гусев
―
Может быть и так. Это смена поколений.
О. Журавлева
―
Мы пока не всех научились отличать друг от друга. У них очень много похожих лиц и фамилий. Так что ладно, оставим это. Рамзан Кадыров поддержал позицию Натальи Поклонской по фильму «Матильда». В своем телеграм-канале пишет, что «Поклонскую травят за несгибаемую волю, силу духа и за четкую позицию те, кто не имеет никакого отношения ни к отечеству, ни к народу». Отвечайте, имеете отношение к отечеству и к народу.
П. Гусев
―
Да, я хочу сказать, что я не знаю, насколько сильно имеет отношение Кадыров к отечеству и к народу, но понимает свою роль несколько странновато. По-моему, в своем отечестве и в народе. Но бог с ним, с Кадыровым. Дело в том, что Поклонская это как очень многие даже священнослужители и многие другие ее называют и это абсолютно точное название, на мой взгляд, - она юродивая. Она юродствует и в своем юродстве достигла высот неимоверных. Она настоящая юродивая женщина. Которая кликуха, вот ей стоять около кладбища и повторять там об одном и том же. Она входит в секту, которая, как ни странно…
О. Журавлева
―
Царебожников?
П. Гусев
―
Да. Которым руководит Николай Романов. По какому-то несчастью и под Екатеринбургом. Она ездит туда, он является ее духовным отцом. Православная церковь считает их сектантами и так далее.
О. Журавлева
―
Это все понятно. Непонятно, почему этот человек сначала занимал должность прокурора, а потом обнаружился в ГД.
П. Гусев
―
Очень все просто. Кого-то надо было вытягивать с Крыма. Достаточно политически какую-то фигуру знаковую. Чтобы в то же время привлекательную, чтобы эта фигура как-то заговорила о Крыме. Она должна была войти, так или иначе, в федеральные структуры. Те фигуры, которые там были, Чалый и остальные они оказались…
О. Журавлева
―
Недостаточно привлекательными.
П. Гусев
―
Недостаточно привлекательными.
О. Журавлева
―
А как вы думаете, они сейчас сами не рады?
П. Гусев
―
Я думаю, что да. Я точно знаю, что не знают, что с ней делать. Потому что в своем юродстве она достигла той степени, когда уже не обращает внимания, ведь как юродивые стоят около церкви, чего-то там орут, кричат. О чем-то восклицают. И что подойдет к ним полицейский или кто-то, скажет «отодвинься», она даже ничего не замечает. Она уже не видит внешнего мира. Она внутри в своей оболочке. И вот она оттуда изрыгает, излагает совершенно бессмысленные слова.
О. Журавлева
―
Очень хорошо. Павел Николаевич, но эти бессмысленные слова она оформляет как депутатские запросы и даже указания. И рассылает по стране. А их выполняют.
П. Гусев
―
Нет, не везде выполняют, слава богу. Если бы выполняли, то была бы совсем другая история с Учителем и его фильмом. Слава богу, не везде выполняют, отдельные личности пытаются, они не понимают до конца, в чем дело. Потому что за ней думают, стоит вся «Единая Россия», Володин…
О. Журавлева
―
А она там не стоит.
П. Гусев
―
А она нет. Уже не стоит. Дело в том, что ей действительно уже сказано «или выбирай мандат», они не знают, что с ней делать. Это женщина, которая сегодня создала ситуацию, и даже перед выборами ну просто непредсказуемую. На голом месте идет скандал, который никто не хотел. Никто не хотел. От нее сейчас все пытаются отмазаться от этой Поклонской. В Крыму тоже от нее пытаются отмазаться очень многие. Все теперь вспоминают ее всякие интересные дела и делишки. Она же там семь лет дала прям перед «крымской весной» какому-то парню, который за Россию ходатайствовал. Она ему тут же семь или шесть с половиной лет впаяла и так далее. Человек непредсказуемый. Вот эта женщина, ей бы в монашки пойти. Она была бы прекрасной сестрой…
О. Журавлева
―
Ей нельзя, у нее дочь несовершеннолетняя.
П. Гусев
―
Дочь тоже в монашки.
О. Журавлева
―
Начинается. Павел Николаевич, ну вы вообще уже. Притормозите. Вас тут спрашивают, вы за кого голосовать будете? У вас есть сейчас выбор.
П. Гусев
―
Нет, у меня пока никого нет.
О. Журавлева
―
Как, а за Путина кто будет голосовать?
П. Гусев
―
За Путина 67% населения.
О. Журавлева
―
То есть без Гусева в этот раз.
П.Гусев: Мне жалко Дагестан. Потому что Васильев - очень специфический, на мой взгляд, человек
П. Гусев
―
Я думаю, что ведь неизвестно, как я голосовал в прошлый раз и позапрошлый.
О. Журавлева
―
Зато известно, что вы когда-то были доверенным лицом.
П. Гусев
―
Да, я этим горжусь. Честно горжусь, потому что в этот момент я был один из немногих, кто мог высказывать свою позицию прямо и открыто, чтобы ее услышал и в частности Путин.
О. Журавлева
―
В смысле: вы не просто гениальный, скажу вам прямо, вы гениальнейший.
П. Гусев
―
Да, скажу вам прямо то, что я думаю по поводу системы работы со СМИ. С журналистами. Я говорил на свою тему. Я защищал, защищаю и буду защищать журналистское наше сообщество.
О. Журавлева
―
Вы кстати «Раша тудей» защищаете?
П. Гусев
―
Да, я выступил в защиту «Раша тудей». Я считаю, что в этой ситуации мы можем говорить об этом, мне не нравится то, что делает «Раша тудей» в России. Но я вам хочу сказать, то, что делает «Раша тудей», предположим, в зарубежной информации, там нет ни одной «липы». Они собирают действительно фактуру. Это действительно там, на английском предположим, или немецком языке. Это действительно так. Здесь они пропагандисты, но там они пропагандисты, но фактуру дают.
О. Журавлева
―
И агитаторы.
П. Гусев
―
И агитаторы.
О. Журавлева
―
Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец» со своим особым мнением. Всем спасибо. Всего доброго.