Антон Красовский - Особое мнение - 2016-10-03
О.Журавлева
―
Добрый вечер! Это программа "Особое мнение". Меня зовут Ольга Журавлева. У нас в гостях журналист Антон Красовский. Здравствуйте, Антон!
А.Красовский
―
Здравствуйте, Ольга.
О.Журавлева
―
Непонятная немножко история. Возобновляется российско-украинские всякие общения. И вот задержан в Москве журналист агентства «Укринформ» Роман Сущенко, которого в Федеральной службе безопасности называли полковником Главного управления разведки Минобороны Украины. Дмитрий Песков сказал, что, в общем, нормальная работа спецслужб, обычная, ничего особенного. Вам в этой истории что-нибудь кажется неожиданным?
А.Красовский
―
Странным.
О.Журавлева
―
Да, странным.
А.Красовский: По 282-й статье в Российском УК Носика абсолютно справедливо осудили, более того мягко осудили
А.Красовский
―
Мне в этой истории кажется неожиданным буквально все, начиная от того, что я не знаю, кто такой Роман Сущенко, а я знаю журналистов и коллег, в том числе, и украинских коллег, тем более, в городе Москве. Я никогда этого человека не видел и не нашел его в Фейсбуке. Я не знаю, что это за человек, поэтому его принадлежность к каким-то украинским СМИ кажется мне сомнительной, хотя вдруг окажется, что это, действительно, уважаемый украинский журналист, а просто я лох – так бывает. Мне кажется, вообще, сама эта история странной, если она выдумка. То есть если его выдумали, этого Сущенко русские спецслужбы, то мне не очень понятно, для чего выдумали вот этого самого журналиста Сущенко, потому что никаким образом информационную повестку, по крайней мере, где мы с тобой живем, не изменит.
С другой стороны, я опять же плохо представляю ту информационную повестку, которой продолжает жить вся страна. Вот, например, я не видел программу «Время», например, лет пять. То есть я не знаю, что там рассказывают люди. Это вот Ксения Ларина и Ирина Бородина смотрят телевизор и наслаждаются, а вот мне как-то не очень все интересно. Поэтому, может быть, этот Сущенко станет главным сюжетом во всех этих информационных передачах и опять бомбанет у русского народа. Но что-то я сомневаюсь, на самом деле в этом, потому что я сомневаюсь, что бомбанет, я сомневаюсь, что отвлечет внимание от этого малайзийского «Боинга», я сомневаюсь, что Сущенко хоть как-то повлияет на наличие стыда у русского человека. Ну, не является он таким смыслообразующим фактором, тем более, что мы знаем, что никаким Сущенко стыд не возобновиться и, наоборот, не уничтожится. Его уже уничтожили окончательно и этим гордятся. Поэтому я, правда, не понимаю, для чего и кому это нужно.
О.Журавлева
―
Да, я не знаю, зачем и кому это нужно. Вот, кстати, раз уж вы про «Боинг» все равно вспомнили, интересуется наш слушатель: «Россию обвинил в уничтожении главного госпиталя в Алеппо, в аннексии Крыма, в оккупации юго-восточной части Украины, в сбитии малайзийского пассажирского «Боинга», в создании государственной допинговой программы, преследовании татарского населения в Крыму – Россия все отрицает. Какие из вышеизложенных, по вашему мнению, обвинений справедливы?»
А.Красовский
―
Я не знаю. Я не являюсь ни прокурором, не судья. Я не хотел бы работать адвокатом. Я не хочу обвинять страну, в которой я живу, в которой я родился и в которой вне всякого сомнения, если Господь так управит, я умру. Поэтому я уж точно не буду ни в чем обвинять Россию и предполагаю, что это должны делать, если хотят ее обвинять, какие-то люди, которые считают Россию виновной и который от России пострадали. Мне кажется, что есть в мире много людей, которые сейчас пострадали от страны, в которой мы живем. Это миллионы украинцев, которые, так или иначе, лишились земли, на которой они жили, и которую считали своей и в результате действий России вынуждены были переехать либо в материковую – хорошо слово «материковую» - в более западные части Украины или, наоборот, в Россию. Это и татары и люди, которые летели в этом малазийском «Боинге». У меня нет никаких сомнений, что он был сбит российским «Буком», как нет сомнений ни у кого из людей, которые хоть чуть-чуть вчитывались в доклад международной следственной группы. Людей, пострадавших от нынешней России очень много. И я не хочу, еще раз повторяю, быть обвинителем, но мне хотелось бы, чтобы все-таки люди, которые живут в нашей стране и в моей стране, все-таки некоторое чувство стыда, когда все это закончится, испытывали. И я очень надеюсь, что люди, которые сейчас смеются над самим словом «стыд», они, когда всё кончится, все-таки этот стыд испытывать будут. Потому что я этих людей знаю и знаю, что это вполне себе, на самом деле, симпатичные люди.
О.Журавлева
―
А вот за что стыднее всего?
А.Красовский
―
Кому, людям или мне?
О.Журавлева
―
Нет, Антону Красовскому?
А.Красовский
―
Мне, конечно стыдно за «Боинг». Мне, конечно, стыдно даже не за то, что мы отрицаем этот сам факт, а за то, что мы так нагло себя ведем в этой ситуации - в ситуации, когда есть не абстрактные какие-то жертвы, не миллионы – вот, как я сказал, миллионы украинцев; это же такая абстрактная фигура речи «миллионы украинцев», перед ними можно и не извиняться, перед миллионами украинцев – но вот перед этими 270-ю семьями, которые пострадали от конкретной ракеты, сделаной здесь, и увезенной сюда же. Стыдно должно быть, должно быть горько, и эта вина должна быть нами признана и компенсация должна заплачена.
О.Журавлева
―
Если кто-то из военных настолько, как говорится, съехал с катушек, что затеял эту историю - решил дать этот «Бук» этим людям?
А.Красовский
―
То что? Почему нам с тобой должно быть стыдно?
О.Журавлева
―
Да, вот до какого уровня доходит ответственность? Ведь даже в докладе не говорится, что это принимало ответственность Минобороны Российской Федерации.
А.Красовский
―
Нет. Пока еще в самом докладе как раз ответственности нет. Там не названы фамилии. У меня нет никаких сомнений, что эти фамилии будут названы, и что дальнейшая работа следственной группы прямо поименно назовет виновных и будет суд, и вина будет доказана в суде. Ну, то есть понятно, что русские считают, что любой суд против них ангажированный, потому что русский привыкли жить в мире, где нет справедливых судов, где нет нормальной человеческой полиции, где вообще взаимоотношения между личностью и государством, они довольно стрёмные. Но, вообще, в мире, на ногу которому мы реально наступили, все вообще не так. Там человеческая жизнь имеет ценность. И правда - она правда, как это ни звучит чудовищно, в действительности важней, чем ложь, и правду можно доказать, и это такой объективный факт.
А.Красовский: Я возмущен той радостью, которую либеральная общественность высказывала после оглашения приговора Носику
Мы его либо не принимаем, но мы в этой стране ничего не принимаем, поэтому мы лечимся ромашковыми припарками в ситуациях, когда нужно лечиться химиотерапией, потому что мы не верим в объективные факты. Но это объективные факты: мы виноваты в этом. В этом виноват каждый из нас – тех людей, которые сейчас смеются над этим постом, что «Ха-ха-ха! Какой тут стыд? Лучше, Сергей Кужугетович, воспитайте новых военных..» или что-то там такое. В общем, как обычно, «не смешите мои «Искандеры». А Резервный фонд уже закончился, а завтра закончится Фонд национального благосостояния. Пенсионного уже нет. В общем, действительно, не смешите мои и ваши «Искандеры».
О.Журавлева
―
Еще, кстати, одна история…
А.Красовский
―
Я надеюсь, что сейчас Маша едет в машине и ворвется в эту студию, как она любит…
О.Журавлева
―
Спокойно! Ну, раз вы упомянули Машу, через нее, собственно, появилась эта история про квартиру, которую хотят подарить белорусскому чиновнику, который на Паралимпиаде пронес российский флаг
А.Красовский
―
Это опять же Мария Захарова написала у себя в Фейсбуке.
О.Журавлева
―
Да.
А.Красовский
―
Что она узнала из достоверных источников.
О.Журавлева
―
И сама проверяла, что квартира реальная.
А.Красовский
―
Да, что квартира реальная. Только мы с тобой знаем, что квартиру чиновник якобы принять не может по белорусским законам. То есть, в принципе, квартира как бы есть, и, в принципе, ее может и не быть. И даже если ее и нет, то тоже не стыдно, потому что человек все равно ее принять не может, да и чувство стыда русский человек, тем более, к таким ничтожествам, как белорусы или украинцы, испытывать не может вне всякого, поскольку русский человек, как мы знаем, существо высшего порядка в отличии от своих меньших братьев, поэтому к ним уж можно никакого стыда не испытывать.Я, честно говоря надеюсь, что этому чиновнику ничего не подарят, потому что чиновник бессмысленный совершенно, вообще непонятно, что он делал на этом стадионе.
О.Журавлева
―
Нес флаг.
А.Красовский
―
Собственно говоря, он вышел на этот стадион только для того, чтобы нести флаг. Нет никаких сомнений, что вот они сидели вечером перед этой церемонией и думали, кто сейчас пойдет? «Так, Петрович, иди сюда. Значит, ты понесешь и ты вот за нас за всех будет героем!» Я надеюсь, что ни черта он не получит.
О.Журавлева
―
Антон Красовский, журналист со своим особым мнением. Мы вернемся после небольшого перерыва.РЕКЛАМА
О.Журавлева
―
И снова с вами программа "Особое мнение". Меня зовут Ольга Журавлева. В студии – журналист Антон Красовский. Тема дня, как мне кажется, которую, во всяком случае очень бурно обсуждали и в соцсетях, в том числе, это приговор Антону Носику по знаменитой 282-й статье за его публикации касательно бомбардировок Сирии. Экстремизм признали, вину признали…
А.Красовский
―
Да, вину признали. Осудили.
О.Журавлева
―
Прокуратура попросила 2 года. И в результате – 500 тысяч рублей штрафа.
А.Красовский
―
Прокуратура всегда просит какой-то срок – это нормально. Вот надо мной тоже был суд – Life News против меня, прокуратура просила 2 года. Судья смеялся, все смеялись, но прокуратура все-таки попросила.
О.Журавлева
―
А, кстати, за что?
А.Красовский
―
Там, помнишь, были две корреспондентки Life News, которые снимали из-под под стола нашу компанию с Собчак, Яшиным сразу после выборов?
О.Журавлева – А
―
а! За это, конечно, над сажать!
А.Красовский
―
Мы тоже вели себя удивительным образом. Мы зачем-то разбили им камеру. Совершенно справедливо, я признал это в суде. В общем, не важно. Главное, что у нас было мировое соглашение с Life News. Я этим очень доволен. Дело не в этом.
282
―
прекрасная статья. Большинство либеральных людей ее в реальности одобряют.
О.Журавлева
―
Да?
А.Красовский
―
Ну, конечно. Есть же опросы. Даже Мария Баронова, кандидат от Михаила Ходорковского в центральном административном округе Москвы писала об этом. Это был главный такой камень преткновения – что либералы, они за то, чтобы сажать за мыслепреступление. С другой стороны, давайте посмотрим на людей, осужденных по 282-й статье. Это и полковник Квачков и Максим Марцинкевич (Тесак), и Стомахин.Там, вообще, из 400 осужденных по этой удивительной статье нет ни одного, скажем так, хоть мало-мальски приятного либеральному глазу человечка. Это все отъявленные подонки, мнение которых о мироустройстве приличному гражданину, мягко говорят, неприятно. И приличный гражданин, в общем, готов этих людей упечь подальше, чтобы никаким образом с ними не встречаться, ни сталкиваться, и чтобы ни его знакомые, ни его дети с этими людьми не столкнулись никогда. То есть «В принципе «пятерочку» - и отлично!» – скажет вам любой человек, голосовавший за бесконечный Союз правых сил, «Яблоко» или за что там голосуют все эти либеральные пенсионерки, которые сейчас прилипли к своим радиоприемничкам.
И вот случился казус Носика. Ведь то, что написал Антон Борисович – это, действительно абсолютная гадость.
О.Журавлева
―
Да, те же самые люди признавали, что со статьей никто не согласен.
А.Красовский
―
Да. Антон Борисович прямо серьезно говорил о том, что давайте бомбите всех сирийцев, потому что сирийцев нормальных не бывает, что все сирийцы - враги. Женщины они, дети – все эти сирийцы – все сирийцев надо пусть сейчас прямо на мясокомбинат, прямо на «краковскую» - вот приблизительно такой текст написал Антон Борисович. И, в общем, абсолютно по 282-й статье в Российском Уголовном кодексе его справедливо осудили, более того мягко осудили. Антон Борисович, вообще, один из тех, кому не просто повезло отделаться штрафом, а, вообще, может быть, уникальный случай, когда по 282-й статье получают штраф, даже такой существенный – полмиллиона рублей.Я, честно говоря, этот исход предсказывал. Он более-менее был понятен, потому что против Антона Борисовича нет государственного заказа. То есть государство не против Ларри Борисовича Флинта-Носика, а государство, в общем, не просто с ним вместе, а государство исполняет буквально Антонборисовичевы заветы. Как говорил Антон Борисович, что сирийцы – свиньи, так государство к ним и относится. Как говорил Антон Борисович, что надо разбомбить их всех женщин и детей, так российское государство и поступает, о чем сегодня Антон Борисович не преминул сказать в зале суда.
То есть, это, видимо, с моей точки зрения, был какой-то заказ довольно влиятельного человека, которому не понравилось, что Антон Борисович сказал. Знаете, есть такие в интернете тролли, которые жалуются на всякие там… Вывесишь картинку, например, Венеры Милосской – они – раз! – жалуются на нее, и тебя банят в Фейсбуке за это на месяц. Вот, какой-нибудь такой тролль, только с властными связями прочел блог Антона Носика и решил посудить его в суде. И вот этот суд состоялся. Но государство совершенно не при чем. И когда дошло до государственный людей, они сказали – ой! Понятно, что, конечно, сажать несчастного Антона Борисовича нельзя, но, с другой стороны, нельзя его же и оправдать, потому что оправдание Антона Борисовича ведет к полному уничтожению сути 282-й статьи.
О.Журавлева
―
Здесь на одних весах находится 282-я статья – хорошо, пусть она будет здорова, - а с другой стороны, указы президента, решение парламента, действия Минобороны…
А.Красовский
―
Все-таки согласись, что в казах президента не было строки: «Всех сирийцев вместе с женщинами и детьми надо уничтожить в кровавой бане».
О.Журавлева
―
А вот как же эксперты, которые не нашли экстремизма?
А.Красовский
―
Ну, эксперты какие-то не нашли экстремизма. Другие какие-то свидетели нашли этот экстремизм. Антон Борисович получил свой штраф 500 тысяч. Все как бы счастливы. В зале суда люди свистели от радости. То есть люди, на самом деле, были довольны этим приговором и уже сочли его как бы оправдательным, не жестоким, увидели потепление. Власть осталась при своей 282-й статье. Все враги либеральных пенсионерок по-прежнему сидят в колониях по 5, по 6, по 7 лет по 282-й статье и будут там сидеть, никогда оттуда не выйдут, может быть. И все счастливы.
А.Красовский: Никого не волнует никакой плутоний, и что Россия приостанавливает хранить. У России есть ядерное оружие
Антон из Москвы и Антон Борисович Носик в данном случае, и Антон Вячеславович Красовский говорят: 282-й статьи как таковой быть не должно. Все враги либеральных пенсионеров должны быть немедленно освобождены и препровождены по месту проживания, потому что любая статья за мыслепреступления сама по себе является преступлением, что бы там ни считали либеральные пенсионерки и вообще мыслящие люди.
О.Журавлева
―
А вот оскорбление чувств верующих – это не то же самое?
А.Красовский
―
Нет, оскорбление чувств верующих – это какая-то специально придуманная статья для «Пусси Райот». Но я считаю, что за мыслепреступление – это еще более вопиющая гадость, чем даже оскорбление чувств верующих.
О.Журавлева
―
Ну, неужели не бывало в твой жизни, Антон, такого, что, прочитав чей-то пост…
А.Красовский
―
Хотелось убить.
О.Журавлева
―
Хотелось прямо задушить человека.
А.Красовский
―
Безусловно. Просто каждый я просыпаюсь с таким желанием и засыпают. Поэтому я каждый день выпиваю 160, друзья мои, капель пустырника. Но я в этом смысле, конечно, готов за право человека высказывать мысли, которые мне чудовищно несимпатичны. При этом я считаю, что любой человек, который согласно этим мыслям изложенным, идет и совершает преступление, настоящее преступление, лишающего другого человека жизни или связанное с безопасностью для другого человека, должен быть взят под стражу, осужден и наказан.
О.Журавлева
―
В высказываниях Носика не было ничего, что могло бы причинить вред…
А.Красовский
―
В высказываниях Носика, безусловно, огромное количество того, что в итоге причиняет сейчас вред тысячам и тысячам сирийцев, которых бомбят вооруженные силы Российской Федерации, войска Башара Асада, иранские войска, американские войска, которые точно так же относятся к сирийцам абсолютно, поверьте, как Антон Борисович Носик и русские Военно-космические силы - нет никакой разницы. Просто они на стороне разных сирийцев находятся. Но ни те ни другие не ставят сирийцев ни в какой счет, и вообще за людей не считают.Но сам по себе Антон Борисович Носик не навредил ни одному сирийцу, по крайней мере, этим постом. Возможно, Антон Борисович Носик, когда служил в израильской армии, убил 28 тысяч сирийцев – я этого не знаю. Может быть, он распылил над ними какой-нибудь иприт, но за это его не предлагали судить. Его предлагали судить за то, что он написал какую-то заметку. Вот за заметку судить нельзя. Настоящее преступление – искать преступление в заметке. Вот запретить запрещать – вот всё, что я могу сказать по поводу 282-й статьи, сегодняшнего суда.
Но самое главное, я, конечно, возмущен той радостью, которую либеральная общественность высказывала сегодня после оглашения приговора. Антон Борисович – человек осужденный, с приговором, значит, государство признало его вину, а он, на самом деле, ни в чем не виноват. Вот в этом проблема. И вы, радующиеся вместе с ним – я понимаю, что вы радуетесь только потому, что он на свободе – на самом деле, радуетесь этому кровавому абсолютно отношению к мыслепреступлению, вообще, к мысли, отношению к мысли как к преступлению.
О.Журавлева
―
Антон Красовский, журналист со своими мыслями в программе "Особое мнение". Мы вернемся после небольшого перерыва.НОВОСТИ
О.Журавлева
―
И снова с вами программа "Особое мнение". В студии журналист Антон Красовский. И перед нами с Антоном текст сообщения агентства, в частности «Интерфакс» о том, что Москва объяснила приостановку соглашения с США по плутонию ответом на изменения Вашингтоном военно-стратегического баланса. Вообще, мне кажется, здесь звучит какая-то тревожная музыка.
А.Красовский
―
Нет, это не просто баланс. Нам сейчас, действительно, принесли из новостной редакции. Проект документа или уже опубликованный документ…
О.Журавлева
―
Пояснительная записка к законопроекту.
А.Красовский
―
Они приостанавливают соглашение по утилизации плутония и говорят, что они вернутся к этому соглашению, только если отменят закон Магницкого, все санкции, и вообще, вернуться к дружеской риторике с Российской Федерацией. Я думаю, это чисто какой-то внутренний пиар. Вы когда-нибудь слышали про это соглашение про утилизацию плутония?
А.Красовский: Мы всему миру пытаемся доказать, что мы еще хуже, чем думают на самом деле
О.Журавлева
―
Давненько слышали.
А.Красовский
―
Ну вот это что такое – утилизация плутония?
О.Журавлева
―
Мы со всего мира берем все гадости и хороним у себя.
А.Красовский
―
А я думаю, что не об этом идет речь, что мы хороним у себя какой-то плутоний, не только об этом, в том числе, и собственный ружейный плутоний имеется в виду. Но проблема в том, что если со всего мира, то это значит, мы откажемся от большого количества коммерческих заказов, собственно. Мы же за бабки, мы же его не просто так хороним где-то.Я, правда, сейчас не совсем понимаю, о каком соглашении идет речь. Сейчас это очень глупо звучит, потому что, с точки зрения мировых каких-то событий это очень важное, с точки зрения и Путина событие, но, мне кажется, что это какая-то абсолютно бессмысленная риторика даже не 79-го года, а какого-то уже 83-го, какого-то позднего Юрия Владимировича Андропова, что мы чего-то приостанавливаем какой-то плутоний. Никого не волнует никакой плутоний, и то, что там Россия приостанавливает хоронить какой-то плутоний. Но все понимают, что у России есть ядерное оружие. И все понимают, что, в общем, российские власти слетели с катушек. И все понимают, что при желании русские власти могут это ядерное оружие применить.
А, более того, я думаю, что американские власти и, вообще, так сказать, руководство НАТО получает социологические некие опросы жителей Российской Федерации, которые все как один готовы умереть за это и смотреть как ядерный гриб показывают по телевизору, встающим над Вашингтоном.
Но никто, конечно, не собирается ничего взрывать. И оттого, что мы перестанем утилизировать плутоний, по-моему, будет хуже только нам, тем более, что последние несколько лет мы утилизируем плутоний только в чайный чашках, мне кажется.
О.Журавлева
―
Это полоний, Антон!
А.Красовский
―
Это разные радиоактивные элементы, да?
О.Журавлева
―
Короче говоря, речь не идет о способе утилизации захоронения или облучении. Речь идет о некой попытке контакта…
А.Красовский
―
Да, это мы просто привлекаем к себе внимание, что называется. Мы все пытаемся привлечь к себе внимание разнообразными способами, причем привлекаем к себе внимание, в духе, например американской избирательной кампании, то есть, чем хуже, тем лучше. Мы всему миру пытаемся доказать, что мы еще хуже, чем они думают на самом деле. Это, конечно, очень трогательная попытка – покричать в уголке на родителей. Но боюсь, что она не сработает совершенно или сработает против нас, потому что, на самом деле заложниками этого самого плутония являемся мы с вами все, конечно. То есть не только власти управляющие нами, но, и, прежде всего, все 146 миллионов людей, которые являются гражданами Российской Федерации.Мы, как однажды сказал заместитель главы администрации президента – фамилию я называть не буду, хотя скажу, что многие зовут его Славой – «А почему вы считаете, что, собственно говоря, вы не должны страдать за Крым?» - сказал он в одной компании, имея в виду, что за Крым должны пострадать все буквально жители Российской Федерации. Я думаю, что это идет просто та кампания, когда мы все должны страдать просто за то, что они там решили. Это тоже логично. Вы же все голосовали за это, вам же всем нравилось. Или кому-то не нравилось, но большинству-то нравилось? Вот это решение большинства – надо страдать.
Вообще, Россия – страна, созданная для страдания, а не для радости. Россия – это страна, народ которой должен понять всю глубину и всю тяжесть мучений.
О.Журавлева
―
И миру показать пример?
А.Красовский: Россия – страна, созданная для страдания, а не для радости, народ которой должен понять глубину мучений
А.Красовский
―
И миру показать пример. Это и есть загадочная русская душа. Вот она такая. Вообще, загадочная русская душа, она формируется из этих, абсолютно ничем не объяснимых обстоятельств. Это, конечно, фантастическая абсолютно вещь, потому что мы, люди нашего поколения, мы привыкли жить в мире «разрядки». Несмотря на то, что мы – не хочу показывать пальцем на Ольгу – но родились при Брежневе, мы помним как бы еще, как умирали генсеки, но мы выросли уже в мире бесконечного разоружения. То есть все международные разговоры были вот об этом разоружении… СНВ-2, встреча в Рейкьявике.
О.Журавлева
―
Но тут же, в этих же сообщениях говорится о том, что США все делает так, как мы договаривались.
А.Красовский
―
И вот, наконец, сама риторика разоружения кончилась. Вот мы вышли из этого договора, хотя, мы уже вышли давно из всех, по-моему, договоров.
О.Журавлева
―
Так они же первые начали, Антон.
А.Красовский
―
Слушайте, я не знаю, кто первый начал.
О.Журавлева
―
Они же в Восточной Европе тут понаставили.
А.Красовский
―
Они понаставили в Восточной Европе, они, действительно, много сделали того, что обещали якобы не делать, при этом это обещание нигде не было зафиксировано. Главное, что Путину они точно ничего не обещали, потому что все обещания были даны Горбачеву и Ельцину. Обстоятельства немножко изменились. Но самое главное, что, действительно, вот и Барак Обама говорил о том, что надо совершенствовать ракеты межконтинентальные и баллистические ракеты, ракеты средней дальности. И Хиллари Клинтон с ним заочно спорила – на встрече с избирателями это недавно всплыло, и была публикация по этому поводу.Действительно, просто мы должны признать, что эпоха разрядки и разоружение, она кончилась. И какая-то новая эпоха, она пройдет уже либо в контексте войны между нами и Западом или в контексте полного и дружеского объединения против другого врага. Это не будет разоружение. Это будет такое совместное вооружение.
О.Журавлева
―
А с терроризмом так не получилось?
А.Красовский
―
Слушайте, терроризм - это такое размытое понятие. Террористы – это знаешь, как бороться против воздушно-капельной инфекции. Так не получается. Когда найдут конкретного врага и если найдут конкретного врага, будут с ним бороться. Если не найдут – будут бороться друг с другом, и нам это, конечно, ничего хорошим не грозит, судя по всему.С другой стороны, все эти разговоры могут ничем не кончится. Они все время говорят, что «ой, у нас есть ядерные ракеты – посмотрите, друзья мои» - как будто никто не знает, что у вас еще при Сталине Иосифе Виссарионовиче изобрели ядерное оружие, в смысле украли. Доброе утро, что называется. Все знают, ребята, что у вас есть ядерное оружие, все в курсе.
О.Журавлева
―
«Уважаемый Антон, - пишет Рикики, - на ваш взгляд…».
А.Красовский
―
Рикики?
О.Журавлева
―
Ну, подпись такая…
А.Красовский
―
Рикики, привет!
О.Журавлева
―
«Рикики на карнавале». Был такой персонаж. «На ваш взгляд, околовыставочные скандалы – это реальное свидетельство обострения неких противоречий в обществе во взглядах или более попытка выпустить лишний пар через сравнительно безопасную дырку?»
А.Красовский
―
Слушайте, я про это ничего не знаю. Я считаю, что оживились некие люди, которые…
О.Журавлева
―
Нравственность поперла опять…
А.Красовский
―
….Попытаются привлечь к себе внимание. И видят на успехе некоторых персонажей, попавших в Государственную думу, что такое шизофреническое привлечение к себе внимания может немножко продвинуть твою карьеру по служебной лестнице, то есть ты можешь из мелкой Общественной палаты перейти в Государственную думу – чуть покрупнее. Но, я думаю, что повестка просто сменится. Видите, сейчас повестка просто уходит, реальная повестка уходит от стороны нравственности в сторону войны. То есть воевать надо уже не друг с другом, а воевать надо с внешним врагом. От он появился, мы его знаем: это «укропы» это пиндосы, это вообще какая-то Гейропа, причем, она такая не нравственная Гейропа, а именно конкретная, ощерившаяся ядерными челюстями, стоящая вокруг нас забором из межконтинентальных ракет, посверкивающая металлическими наконечниками…
О.Журавлева
―
А разве запрет абортов – это не та же самая милитаристская история? Нам же нужны воины.
А.Красовский: Терроризм - это размытое понятие. Террористы – это как бороться против воздушно-капельной инфекции
А.Красовский
―
Да нет, воинов от этого не прибавится. Прибавится только померших баб, которые будут делать криминальные аборты – люди старшего поколения прекрасно это помнят и знают. И все этим закончится. Только я уверен, что никто не будет отменять никаких абортов.
О.Журавлева
―
Ну, бэби-боксы можно запретить.
А.Красовский
―
Бэби-боксы, да, можно запретить, потому что вроде бы как это безобидно. И даже есть какие-то либеральные общественники, которые доказывают, что от бэби-боксов бабы начинают своих детей все больше отдавать и не хотят их воспитывать, а вот было бы как хорошо, если бы баба-алкоголичка воспитала своего ребенка сама, а не отдала его какому-нибудь американскому или даже русскому усыновителю. Есть такие общественники, они представлены очень сильно в Общественных всяких палатах и прочих удивительных советах при Ольге Голодец.Сейчас то, что мы видели – вчера, буквально – в Краснодаре…
О.Журавлева
―
В Краснодарском крае скорее.
А.Красовский
―
В Краснодарском крае, где мать подкинула своих детей в подвал, и дети там чуть не померли от переохлаждения в этом подвале. И детей там случайно нашли. Мать их кинула в этот подвал, хочу вам сказать, потому что в городе Курганинске не было как раз этих самых бэби-боксах, которые, вообще-то говоря, в Краснодарском крае есть. Они есть два в Краснодаре и в Сочи есть совершенно точно бэби-боксы. И там, в этих города больше детей в помойку не выкидывают, в принципе. И, я надеюсь, что все-таки никто не будет отменять бэби-боксы, несмотря на желание Мизулиной и, несмотря на желание какой-нибудь Елены Ольшанской, а просто потому, что просто регионы… а вообще, принцип семейного законодательства и вообще, принцип семьи, он большей частью находится в ведении регионов.Я надеюсь, что регионы это завоевание – а я считаю, что бэби-боксы – это абсолютно завоевание, которое прошло от каких-то темных еще времен в наши темные и смутные времена, они это завоевание не отдадут. И я надеюсь, что эти регионы, в которых ситуация по такой случайно смертности – смертности в помойке – улучшилась в результате того, что это бэби-боксы появились – а это и Краснодарский край и Подмосковье, где эти бэби-боксы появились, - они смогут доказать и вообще, этот закон не упустить и не дать на откуп людям, которые, конечно, не имеют права заседать ни в каких тебе Советах Федерации или Государственной думе.
О.Журавлева
―
А разве не всем уже глубоко наплевать, в том числе, и регионам? А вообще, не заняты ли сейчас люди совершенно другим?
А.Красовский
―
Ну, какие-то люди заняты, а какие-то люди не заняты другим. Какие-то люди по-прежнему пытаются бороться за права других людей. И это люди совсем не либеральные правозащитники, а это многие депутаты Государственной думы. Пошли в эту Государственную думу, и от партии «Единая Россия» туда прошли для того, чтобы, правда, защищать права своих избирателей.
О.Журавлева
―
А, с твоей точки зрения, стало больше таких людей?
А.Красовский
―
Нормально в Государственной думе. Ты знаешь, мне кажется, что в Государственной думе таких людей не стало меньше. Это важно. В Государственной думе там один фрик сменился на другого фрика – Милонов сменил Мизулину – но от этого качество этой Государственной думы не ухудшилось и не улучшилось тотально. Я надеюсь, тем не менее, добро в головах этих людей возобладает, потому что у нас нет другого шанса, потому что, когда вся государственная система упадет, она упадет в руки этим людям. Она упадет все равно не в руки Алексею Навальному, она упадет в руки вот этим членам «Единой России». Может быть, это будет премьер-министр, который возглавляет «Единую Россию». Там есть же по списку и другие преемники. Преемник №3, преемник №2…
О.Журавлева
―
В общем, на них надо внимательно смотреть.
А.Красовский
―
Да, я считаю, что надо на них смотреть и не всегда их ругать, а иногда их даже хвалить, потому что чем больше людей хвалишь, тем им приятнее – они становятся добрее.
О.Журавлева
―
Будьте добрее! Это журналист Антон Красовский со своим особым мнением. Всем спасибо, всего доброго!