Антон Красовский - Особое мнение - 2016-06-01
О.Журавлева
―
Добрый вечер. Это программа "Особое мнение". Меня зовут Ольга Журавлева. У нас в гостя – журналист Антон Красовский. Здравствуйте, Антон!
А.Красовский
―
Здравствуйте, Ольга!
О.Журавлева
―
Очередной –я даже не знаю, какой по счету – обыск у Алексея Навального, и личный сегодня обыск проводился, допрос и всё – в рамках расследования дела о клевете. Вы понимаете, чего хотят от Алексея Навального?
А.Красовский
―
Я не понимаю, во-первых, кого оклеветал Антон Красовский в данном случае – Павла Карпова, что ли?
О.Журавлева
―
Да, судя по всему.
А.Красовский
―
А каким образом?
О.Журавлева
―
Как обычно - на деньги Госдепа, а как еще клевещут?
А.Красовский
―
На чьи деньги. Я просто, если честно грубо говоря, не очень слежу уже за тем, что происходит, с одной стороны, у Алексея Навального, а с другой стороны, у Павла Карпова. Как это ни смешно, всё, казалось бы, должно быть наоборот. А я знаком скорее с Павлом Карповым, чем с Алексеем Навальным.
О.Журавлева
―
Хорошо. По его заявлению было возбуждено дело о клевете.
А.Красовский
―
Да, смотрите, Работает некая машина, в этой машине Алексей Анатольевич Навальный находится давно, и, конечно, эта машина его так просто не отпустит. Павел Карпов, несмотря на то, что, с точки зрения опять же либеральной общественности и, вообще, как бы, так сказать, приличный людей, является исчадием ада, таковым, с моей точки зрения, не является.Понятно, что Паша, которому запрещен въезд во все нормальные страны мира, хочет каким-то образом себе этот въезд вернуть, потому что человек он молодой, симпатичный – нравится ему ездить по миру, а не получается. Поэтому всячески он как-то пытается себе вернуть это право, а, с другой стороны, от обиды судится - судится бесконечно со всеми и вокруг, может быть, каким-то образом завоевывая себе некую публичность, чтобы, возможно, попасть в какой-то следующий политический цикл, вернее так: всплыть в следующем политическом цикле в качестве кого-нибудь, ну, например, в качестве депутата Государственной думы или члена Совета Федерации или чего-нибудь ещё.
А Алексею Анатольевичу Навальному просто не повезло. Борьба с «кровавым режимом» закончилась…
А.Красовский:Работает машина, в ней Навальный находится давно, и, конечно, эта машина его так просто не отпустит
О.Журавлева
―
Вот как!
А.Красовский
―
А борьба с ним не закончится так просто, потому что «кровавый режим», он на то и кровавый, чтобы не забывать и не прощать. Потому что «кровавый режим» приходил туда, пришел туда ещё, и придет туда неоднократно в отличие от тех людей, которые скандировали, что они не забудут, не простят. Потому что те люди, которые туда ходили и кричали, они давно уже забыли и простили, потому что они не «кровавый режим».
О.Журавлева
―
Ну хорошо, скажите, а что конкретно Навальному-то простить нельзя? Уже брат его посажен…
А.Красовский
―
Ну брат-то посажен – Навальный же не посажен.
О.Журавлева
―
А что мешает-то?
А.Красовский
―
Не знаю, честно говоря. Может быть, не хотят лично Навального сажать, а трепать его и мучить - хотят. С одной стороны. А с другой сторону, ну провели обыск у Навального - Навальный сильно пострадал от этого обыска? Когда у него обыск был?
О.Журавлева
―
Сегодня.
А.Красовский
―
Сегодня. Вчера была «Прямая линия с Алексеем Навальным» на телеканале «Дождь». Он как вместо Путина на канале «Дождь», то есть для «Дождя» Навальный - как Путин для «Первого канала». Поэтому, мне кажется, что у какой-то такой оппозиционной публичности должна быть какая-то обратная сторона, и какую-то цену люди, которые публично борются с властью, если они, действительно, это делают, должны за это платить. Значит, тогда это не «кровавый режим», ну вот правда. Все-таки «кровавый режим» должен ежедневно доказывать свою кровавость, а борцы с «кровавым режимом» все-таки должны каким-то образом страдать ежедневно, но хотя бы чуть-чуть, хотя бы понемножку, хотя бы снимать носки.
А.Красовский:Для «Дождя» Навальный - как Путин для «Первого канала»
О.Журавлева
―
Во время обыска. Понятно. Просто интересно, потому что получается, что даже разочаровавшихся вообще во всякой оппозиции людей убеждают, что все-таки Навальный - борец с «кровавым режимом», иначе чего ж режим от него не отвертится-то?
А.Красовский
―
Вы как-то, Ольга, сейчас почему-то… мне кажется, вы топите за то, что Навальный в сговоре с «кровавым режимом».
О.Журавлева
―
Нет, я за это абсолютно не топлю!
А.Красовский
―
Я не знаю, честно говоря, кто там в сговоре, и кто кому чего доказывает ежедневно, но, действительно, какой-то интерес к Алексею Анатольевичу, таким образом, мне кажется, подогревается. Опять же я уверен, что ненамеренно, а просто, потому что люди, которые государственной системой и правоохранительной системой в этой стране управляют, они, в общем, скажу довольно малоподвижны…
О.Журавлева
―
Без фантазии.
А.Красовский
―
Да, и не очень фантазеры. Ну нет у них уже больше врагов никаких.
О.Журавлева
―
Что интересно, сегодня был допрошен главный редактор сайта "Эхо Москвы" Виталий Рувинский. Так что широким бреднем…
А.Красовский
―
А у него снимали носки во время обыска?
О.Журавлева
―
Нет.
А.Красовский
―
Жаль.
О.Журавлева
―
Насчет носков ничего не знаю, таких подробностей нет.Дальше. Продолжение истории кровавого режима. Есть история про сегодняшний день защиты детей. Елена Мизулина решила внести в Государственную думу запрет о запрете бэби-боксов. По ее словам документ предусматривает запрет на анонимное оставление детей после их рождения, а также административную ответственность должностных лиц за установку так называемых «окон жизни».
А.Красовский
―
Это очень смешно. Дело в том, что Елена Мизулина находится сейчас на месте, буквально сидит в кабинете бывшего заместителя председателя комитета по законодательству Совета Федерации Константина Добрынина, который является как раз автором законопроекта об этих бэби-боксах вместе со своим коллегой сенатором Тюльпановым.Елена Николаевна Мизулина сошла с ума – это научно доказанный факт. Любой человек, который с ней знаком, это говорит. Это просто человек не очень здоров, собственно говоря. За это ее и выгнали из Госдумы в Совет Федерации, чтобы о на меньше «светилась», потому что дума более, так сказать, публичное место – ну, чтобы она просто не «отсвечивала». Она продолжает «отсвечивать» в Совете Федерации. Поверьте, там тоже люди от нее страдают, да. То есть, в общем, не важно, с какой инициативой выступила Елена Николаевна Мизулина.
А.Красовский: Елена Николаевна Мизулина сошла с ума – это научно доказанный факт
О.Журавлева
―
Шансов у этой инициативы нет, вы считаете?
А.Красовский
―
Я уверен, что нет. То есть я при этом знаю, что действительно по поводу бэби-боксов ведется большая противодейственная работа. Есть огромное количество людей, которые являются противниками бэби-боксов. И, собственно говоря, Елена Николаевна Мизулина выступает от их имени. А это ведь очень странные люди: не только детский омбудсмен Павел Астахов, а вот, например, есть еще такая правозащитница Ольшанская Елена, она тоже почему-то против бэби-боксов. У них у всех есть какие-то завиральные теории, знаете, по поводу того, что это провоцирует женщин оставлять детей. Да, это, наверное, провоцирует каких-то бедных женщин или девочек 16-ти лет, наркопотребительниц оставлять детей, а не убивать их.Просто это мое искреннее убеждение, что любой человек, который выступает против бэби-боксов, выступает за убийство младенцев. То есть, если ты против бэби-боксов – ты за убийство. Вот это должна понимать… то есть Елена Николаевна ничего не может понимать: у нее, так сказать, измененное сознание и деменция. А люди типа Елена Ольшанской, они должны это понимать – что они за убийство. Они со мной никогда не согласятся, но Господь точно не рассудит даже, а осудит – у меня нет никаких сомнений, что есть и Божий суд, он есть, он ждет.
А.Красовский: Любой человек, который выступает против бэби-боксов, выступает за убийство младенцев
О.Журавлева
―
Тогда еще об одних, облеченных хоть немножко властью людях…
А.Красовский
―
Это тоже из той же серии.
О.Журавлева
―
Абсолютно из той же серии. Мы, наверное, в следующей части об этом поговорим. Я только напомню – это уже несколько новостей назад было – обсуждение в Мосгордуме проблемы распространения ВИЧ в Москве, которое вылилось в ряд совершенно фантастических утверждений, вплоть до того, что за распространение ВИЧ отвечают презервативы и западные спецслужбы.
А.Красовский
―
Да, да. Это очевидно, да. У меня бабушка такая была. Она выходила на высокий берег реки Пахры в Дубровицах – она такая вся ряской заросла – и она говорила: «Антоша, ты понимаешь, что эту ряску нам американцы прислали. Бабушка была прекрасной учительницей, директор школы, вот типа Стебенковой или там Мизулиной – такая же была.
О.Журавлева
―
Ну, о борьбе с разными проявлениями, видимо, все-таки деменций мы будем говорить в следующей части программы. Антон Красовский, журналист со своим особым мнением. Ваши вопросы присылайте на номер для sms: +7 (985) 970 45 45. Встретимся после небольшого перерыва.РЕКЛАМА
О.Журавлева
―
И снова с вами программа "Особое мнение". Меня зовут Ольга Журавлева. У нас в студии – журналист Антон Красовский. И, кстати, по поводу Карпова можно один вопрос от нашего слушателя Петровича?
А.Красовский
―
Да. Петрович. Здравствуйте, Петрович.
О.Журавлева
―
По-вашему, Карпов не причастен к убийству Магнитского?
А.Красовский
―
По-моему, Карпов не причастен к убийству Магнитского, потому что убийство Магнитского было совершено, если мне не изменяет память, в следственном изоляторе Бутырская тюрьма, к которому Карпов не имеет абсолютно никакого отношения. Более того, Карпов даже, по-моему, не являлся следователем конкретно, непосредственно по делу Магнитского, а уже что-то, где-то был вторым следователем по какому-то боковому делу. Это все подробно Карповым рассказано в интервью Ксении Соколовой на сайте и журнале «Сноб». Можете прочитать. Там все довольно подробно про это рассказано. У меня нет никаких оснований Павлу не верить. Павел – человек, не разделяющий мои взгляды, а я человек, не разделяющий взгляды Павла, но у меня по чисто технологическим вопросам нет оснований ему, действительно, не доверять. Есть такие люди, которые, правда, оказываются жертвами обстоятельств и жертвами общественного мнения.Недавно по этому поводу был фильм. Я знаю, что опять же большинство слушателей "Эха Москвы" и пользователей сайта "Эхо Москвы" выступили против этого режиссера, снявшего фильм как раз, в общем, почти в защиту этого Павла Карпова. Я опять же Павла Карпова ни от чего не защищаю, но просто, так сказать, понимаю, что любой человек… и любой и не очень хороший человек может оказаться жертвой обстоятельств некоторых и жертвой общественного мнения. Правда, так бывает.
А.Красовский: Павел Карпов оказался жертвой обстоятельств и жертвой общественного мнения
О.Журавлева
―
Вот, кстати, о жертвах обстоятельств и хорошем и нехорошем человеке: «Уважаемы господин журналист не боится, что Мизулина подаст иск о клевете?»
А.Красовский
―
А почему? Я ее совершенно никак… Ну, во-первых, уважаемый журналист не боится. Если она подаст иск о клевете, я значит, буду как-то выкручиваться и буду в этом суде ей 500 рублей платить, потому что, конечно же, суд примет ее сторону. Но, я думаю, что Елена Николаевна Мизулина привыкла все-таки к этому.
О.Журавлева
―
Хорошо, возвращаясь к Мосгордуме и этим безумным совершенно высказываниям по поводу борьбы не с ВИЧ, а с моральной распущенностью населения – понятно, что с моральной распущенность бороться, конечно, никогда не вредно, но откуда это берется, и главное – для чего?
А.Красовский
―
Давайте так. Значит, смотрите, все, что касается ВИЧ в Москве, в Московской городской думе и, вообще, в здравоохранении – в Московской городской думе курирует такой человек, фамилия которого Стебенкова. Женщина это – если Путин руководит страной с 99-го года – то она в этой Московской городской думе с 93-го года – 23 года она находится в Московской городской думе фактически в одном и том же состоянии, меняя партии.
О.Журавлева
―
Она сейчас председатель комиссии Мосгордумы по здравоохранению.
А.Красовский
―
Да, по здоровью. Как всё самое плохое в жизни России, она: а) женщина, а б) они из либералов. Вот как Ирина Яровая из партии "Яблоко", как та же самая Мизулина – вот эта женщина по фамилии Стебенкова, она из «Союза правых сил», и, собственно говоря, она когда-то возглавляла в Московской городской думе фракцию «Союза правых сил». А потом еще «Демократического выбора России» была координатором.То есть сама мразота, она почему-то всегда выползает оттуда. У меня есть, на самом деле, некое основание… вернее так: некое предположение, почему так происходит. Просто приличные люди оттуда, они как бы не остаются в нынешней системе государственного управления и политической вертикали. А люди, которые готовы предать и продать за эту самую машину Ауди или на чем там ездят депутаты Московской городской думы всё и вся, они, собственно говоря, и всплывают. И вот депутат Стебенкова, она такая. Депутат Стебенкова, она всегда была за то, о чем мы сейчас с вами говорили: за молитвы, покаяния, иконы и радио «Радонеж». Вернее так: в то время, когда на депутата Стебенкову обратили внимание – она вот об этом. Собственно говоря, на нее поэтому и обратили внимание…
О.Журавлева
―
Потому что это такое здравоохранение специальное.
А.Красовский
―
Ну, что она, так сказать, двинулась немножко. И двинулась она давно. Мы все помним замечательные истерики Стебенковой в парке, когда она там кричала про аткивистов…, уголовные дела, которые были по поводу Стебенковой. И это, в общем, такая «стебенковская» тема по поводу ВИЧ. У нее это из года в год переходящая история. Собственно, поэтому в городе Москве, несмотря на то, что город Москва рапортует о том, что у него все прекрасно – не все прекрасно. Город Москва, как огромный мегаполис, сталкивается с чудовищными проблемами: с миграцией, такими внутрирайонными группами риска… У нас, например, есть районы – Капотня, Люблино – где внутривенная наркомания, как в Свердловске, и, соответственно, передача вируса иммунодефицита человека приблизительно такая же. У нас есть районы, действительно, скопления гомосексуалов, приехавших со всей России в Москву, потому что здесь только можно выжить, на самом деле, представителям ЛГБТ-сообществе. И, соответственно, есть огромная, действительно, эпидемия внутри ЛГБТ-сообщества – это тоже, правда, так. И мы поэтому не знаем реальную цифру по Москве.То есть, видимо, алгоритм подсчета московских цифры, он должен быть какой-то другой. То есть, если, условно говоря, есть люди, которые живут в Москве, а прописаны они, например, в Оренбурге, в Томске или Тобольске, и там они получают АРВ-терапия или хотя бы там стоят на учете; может быть, они там ни черта не получают. То есть у нас, условно говоря, прописанных только москвичей 50 тысяч сейчас состоит на учете. И я уверен, что еще абсолютно столько же или даже больше проживает в Москве просто граждан Российской Федерации, живущих с ВИЧ. Это огромная цифра. В Москве официальное население 8 миллионов, по-моему, да?
О.Журавлева
―
По-моему, давно не 8.
А.Красовский
―
Официально, вообще-то говоря, москвичей 8 или 8 900. У нас же есть…посмотрите. Я же не Леся Рябцева. А если у нас живет 100 тысяч, это значит, что у нас в Москве генерализованная эпидемия. Это значит, что у нас цифры, приближающиеся к Екатеринбургу здесь, в Москве. И произошло это именно потому, что Москва из года в год занимается поиском спасения в молитве и целовании икон, а не в поголовном лечении. Собственно говоря, у нас вообще в России поголовного лечения нет…
О.Журавлева
―
Но его, наверное, вообще нигде нет, около 90%...
А.Красовский
―
Нет, слушайте, есть африканские страны, есть ЮАР прекрасная, есть прекрасная страна Малави, есть даже другие, в которых процент людей, находящихся на лечении в два раза выше, чем в России. Вообще, Россия, она не очень про лечение. Россия, она такая… вот про челичевку, про коммуникацию. Причем челичуют тут все со всеми: врачи с пациентами, пациентские контроли, бесконечные общественные организации. Это все такой разговор друг с другом. Это, в общем, междусобойчик. Это никогда не была попытка… никогда не было в России попытки решить этот вопрос, потому что все друг против друга.Вот что мы, на самом деле, мы видим сейчас? Вот, что такое Стебенкова, и вот что такое этот доклад? Это ведь Москва против России. Потому что Россия в лице премьер-министра Медведева объявила эпидемию, и, в общем, приняла очень хорошую программу, вернее так: задекларировала абсолютно нормальную европейскую, цивилизованную программу. Светлана Медведева 10 дней занималась - действительно, ну правда, без дураков – очень важной профилактической работой, рассказывая всем и влияя не федеральные каналы через четыре министерства федеральных… Правда, без дураков хорошая профилактическая работа, важная профилактическая работа. И фонды Светланы Медведевой и большого Минздрава и Министерства… как оно называется? – там, где Никифоров министр, и Министерство образования. А потом появляется Москва, которая против, которая вот как Баба Яга – вот за иконы. Хочет лечить эпидемию молитвословом и моральными устоями. Ну вот, моральные устои в Москве такие, что я абсолютно убежден, что именно поэтому здесь из-за моральных устоев эпидемия будет расти и расти, и она в ближайшие два года выйдет на абсолютно страшные показатели, которые невозможно будет скрывать, и в этом будет вина, прежде всего, депутата Стебенковой.
У меня нет абсолютно никакого сомнения, что, если там будет Божий суд, будет и не Божий суд, и он тоже ждет, он прямо ждет. И люди, которые допустили это всё и допускают вот это всё – а это ведь, в сущности, ВИЧ-диссидентство – это люди, которые, таким вот образом, отрицают эпидемию. Ее как бы нет. Вот сейчас ее решил отрицать замминистра краевой. Вот замминистра краевой вместе со Стебенковой против правительства России.
О.Журавлева
―
Со своим особым мнением журналист Антон Красовский. Никуда не уходите – мы скоро вернемся.НОВОСТИ
О.Журавлева
―
И снова с вами программа "Особое мнение". Меня зовут Ольга Журавлева. В студии – журналист Антон Красовский. Есть еще одна тема, которая занимает умы в последнее время. Это наименование мостов.
А.Красовский
―
А он безымянный был?
О.Журавлева
―
Да. Наименование моста через Дудергофский канал в честь первого президента Чечни. Ну, конечно, в рамках программы «Больше ада» появилось предложение от «Открытой России» Невский проспект называть именем Рамзана Кадырова, а Фонтанку переименовать в Терек. Но, тем не менее, как вы думаете, откуда растут ноги самой инициативы? Как до топонимической комиссии дело дошло?
А.Красовский
―
Слушайте, я, откровенно говоря, вы будете смеяться, не вижу ничего плохого в том, что безымянный мост будет носить имя Ахмата Кадырова. Потому что мост безымянный, находится он где-то на отшибе, никто про него никогда не узнает, а ребятам будет приятно.
А.Красовский:Я не вижу ничего плохого в том, что безымянный мост будет носить имя Ахмата Кадырова
О.Журавлева
―
А нам надо, чтобы ребятам было приятно?
А.Красовский
―
Нет, слушайте, давайте реально смотреть на вещи. Город Петербург – город, в котором живет миллион мусульман, более того, так было ведь всегда. И город Петербург, в котором впервые была построена - в, так сказать, европейской Европе, а на в бывшей турецкой Европе – самая большая в Европе мечеть, прекрасная модерновая мечеть начала 20-го века. Построена в городе, в котором, в общем ее никогда не должно было бы быть, в самом ее центре, в самом модном тогда месте…
О.Журавлева
―
Антон, я прошу прощения, но связывать абсолютно всех мусульман, делать из них абсолютно поклонников непременно Кадырова…
А.Красовский
―
Нет, нет, секунду! Опять же, вы считаете, что называть какой-то мост где-то в рабочем поселке именем Ахмата Кадырова – это какой-то плевок в сторону кого - петербуржцев, блокадников, петербуржских старушек, Некрасовской библиотеки?
О.Журавлева
―
Почетные граждане возмущены.
А.Красовский
―
Пусть почетные граждане тогда и идут в Мариинский дворце, протестуют. А почетным гражданам не стыдно, что у них там Виталий Милонов - председатель комитета в их, так сказать, Мариинском дворце? Почетным гражданам не стыдно, что у них там город перекрывают, когда приезжают один или второй начальники? Чего там почетные граждане садятся в машины к этим начальникам, лижут им задницы этим начальникам? Почетные граждане ходят и кланяются Виталию Милонову. А теперь почетным гражданам вдруг стыдно, что у них где-то на задворках, где почетные граждане не были в своей жизни никогда, потому что почетные граждане не выезжают за территорию Центрального, Адмиралтейского и Петроградского районов – вдруг они возмутились, что Ахмату Кадырову что-то там вдруг посвятят. Да, посвятят Ахмату Кадырову. Никто про это не узнает. А двум миллионам чеченцев в России будет приятно. Ну, ничего страшного. Вот в Москве есть улица Ахмата Кадырова. Где она находится? Где она находится? Я не знаю.
О.Журавлева
―
Не была никогда.
А.Красовский
―
И я не был никогда. Дорогие почетные граждане, и вы никогда не пройдете своими благословенными ногами по мосту Ахмата Кадырова, а будете по-прежнему топтать Троицкий, Дворцовый и Банковский.
О.Журавлева
―
Хорошо. Тогда несколько о другом. «Кадыров отказался встречаться с членами Совета по правам человека из-за конфликта с Каляпиным» - такой заголовок. Но он сказал, что не сможет гарантировать безопасность всем членам делегации СПЧ, в составе которой будет находиться, в том числе, Каляпин. Члены Совета отказались идти навстречу Кадырову, и теперь поездка правозащитников в Чечню под угрозой срыва.Много раз говорили, что у нас есть особые правила, что вот так оно устроено, и так оно должно быть.
А.Красовский
―
Вот это должно возмущать почетных граждан – что они граждане России, а у них в России есть территория, которая Россией не управляется – вот это должно, мне кажется, возмущать людей, а не то, что там мост назовут в честь погибшего человека.
О.Журавлева
―
Вы мне другое скажите. Говорят, что против этого всесилия Кадырова больше всего возмущаются внутренне силовики.
А.Красовский
―
Да, я уверен в этом.
О.Журавлева
―
Значит ли это, что те, кто поддерживает какие-то протесты и что-то такое там заявляет против Кадырова…
А.Красовский
―
Поддержаны силовиками.
О.Журавлева
―
Поддержаны силовиками.
А.Красовский
―
Нет, конечно. Это значит только то, что силовики, конечно, в глубине души… да какой глубине – на самой поверхности, прямо на гландышках… конечно бы, с удовольствием распяли бы всё, что там творится в Чечне. У меня нет никакого сомнения, что дай сейчас волю любому военному, который не забыл ни 95-й, ни 99-2, дай сейчас волю любому сотруднику ФСБ, дай сейчас волю любому сотруднику МВД – и всё будет иначе. Но так устроена политическая система в России, вот так устроена государственная целостность России. Да, Россия – большая страна. Да, она, так сказать, империя в середине развала. Да, это такая империя, которая развалилась – пытается сейчас собраться. Да, у нее будет следующий виток развала, и она распадется на какие-то другие части. И поэтому эта империя в таком своем состоянии, она, конечно, довольно мультипликационная такая, мультиплицированная и аппликационное образование. Тут есть образования, которые полностью под контролем Москвы, не полностью под контролем Москвы. Страна, вообще, огромная, и она очень разная, и люди очень разные.Нам кажется, что Чечня, она какая-то очень другая и как-то там что-то… Мы просто на себя внимания не обращаем. Попробуйте там проведите какую-нибудь неподконтрольную властям встречу где-нибудь в Туве или в Адыгее, или в какой-нибудь Бурятии, или в каком-нибудь Иркутске – ничего у вас не получится. Потому что везде этой страной управляет какая-то своя региональная элита, и, вообще, люди в регионах, они разные: у них какие-то свои разные особенности, ценности, задачи, мечты, ориентиры.
Честно говоря, я понимаю, почему Чечня всех так раздражает. Мне понятно. Почему? Потому что воевали в Чечне…
А.Красовский:Я не понимаю, почему Чечня всех так раздражает. Почему? Потому что воевали в Чечне…
О.Журавлева
―
Многим нравится.
А.Красовский
―
Я не знаю, кому «многим нравится». Я не знаю ни одного русского, которому нравится.
О.Журавлева
―
В той же Иркутской области принято решение назвать жилой квартал именем Рамзана Кадырова в честь прекрасного развития города Грозного…
А.Красовский
―
Я не знаю, чего там в Иркутске, кто такие решения принимает…
О.Журавлева
―
Частный застройщик.
А.Красовский
―
Ну вот, может быть, частный застройщик – он из города-героя Хасавюрта, и наверняка это так, потому что, поверь мне, частный застройщик с Слюдянки – никогда ничего подобного ему в голову не придет. А застройщики у нас разные страна у нас многонациональная, и мы должны с этим жить. И в этом нет ничего плохого, что в стране есть мечети, мосты имени Кадырова, жилые поселки, которые носят чьи-то имена. Знаете, город Касимов, так сказать, он тоже Касимовым назван в России, потому что «Касимов» – это какое-то русское слово… А еще, как я сегодня обнаружил, что при Дмитрии Донском русские монеты московские, они арабской вязью титровались в честь хана Тохтамыша. Поэтому мы страна странная очень, и мы должны с этим мириться. Или не должны с этим мириться, но в принципе от нас ничего не зависит – это исторический процесс, не беспокойтесь: Чечня пока формально России. Скоро этого не будет, через какое-то время.
О.Журавлева
―
Вы прямо нагнетаете: прям развалиться, развалиться…
А.Красовский
―
Почему нагнетаю? Я все время говорю, что империи устроены всегда по одному и тому же историческому закону. Исторический закон империи всегда ведет к развалу. И мы этот развал уже все, присутствующие в этой студии, видели в 90-м, 91-м годах. И этот развал не закончен, потому что, с точки зрения истории, 25 лет – это ни о чем, понимаете? Вот мы стонем: Путин, Путин, Путин… 16 лет… А вот Елизавета II, она уже 60 лет на троне – вот это исторический масштаб.
О.Журавлева
―
Но она немножко больше ограничена…
А.Красовский
―
Понимаете, это тоже самоограничение. Просто англичане, они любят самоограничение, а мы широкие люди, нас бы сузить.
О.Журавлева
―
«Почему можно мост Кадырова, а табличку с именем Немцова – нельзя?» Катя права. Где раскол общества?
А.Красовский
―
Я же не говорю о том, что это можно, а это нельзя. Я считаю, что Замоскворецкий мост, на котором убили Бориса, должен носить его имя. Нет никакого сомнения, что он должен носить имя Бориса Немцова, на котором его убили; что там не должна быть табличка, а что там должен быть прямо памятник Борису Немцову. У меня нет никаких сомнений, что в Москве одна из улиц, площадей и станций метров должны носить имя Бориса Немцова. У меня нет вообще никаких сомнений.
О.Журавлева
―
Это разве не общественно острая, важная и болезненная тема? Может быть, действительно, говорят, надо подождать: слишком сейчас болезненно?
А.Красовский
―
Не надо ничего ждать. В этом случае не надо ничего ждать. Это совершенно другие обстоятельства. Во-первых, это неизбежно. Все равно так будет. Этот мост будет носить имя Бориса, и в Москве будет улица имени Бориса - и это произойдет.
О.Журавлева
―
Это Антон Красовский. Кстати, еще одна московская новость, но гораздо более радостная, хотя не знаю – как вы скажете. К новому фестивалю Москву украсят муляжами еды и церквей на 167 миллионов рублей. Июньский фестиваль называется – внимание, Антон! – «Наш продукт». Он призван продемонстрирован гражданам мощь отечественного производителя, учитывая актуальность темы импортозамещения.
А.Красовский
―
А производим мы, как известно, церкви. Это все правильно.
О.Журавлева
―
И муляжи продуктов.
А.Красовский
―
Мы производим муляжи, и это очень правильно. Потратить как можно больше миллионов на муляжи – это же очень русская такая тема. Вот всё, что сейчас происходит в России – это выкидывание миллионов и миллиардов на абсолютные муляжи. Вот Россия – это такой муляж государства. Вот всё, что происходит последние годы – это бесконечное такое фальшивомонетничество, фальшивогосударственничество это всё, это такие возведенные в абсолют потемкинские деревни. Вот это всё вранье, это всё папье-маше – вот страна, которая превратилась в папье-маше.И то, что Сергей Семенович Собянин собирается потратить 186 миллионов рублей на муляжи церквей ну, что может быть прекрасней! Что может быть более символичным, что может быть более русским, более московским, чем в кризис, когда крымские пенсионерки кричат: «Нам не повысили даже на 4% пенсию!», и им не на что купить себе брюкву – потратить 100 миллионов на муляжи еды вместо того, чтобы потратить их на еду! И более того скажу, пенсионерки московские, которым тоже ни хрена не повысили, которым тоже не на что купить, на самом деле, еду, они будут ходить, смотреть на эти муляжи церквей, еды, креститься и говорить: «Господи, как же красиво! Как стало хорошо!» - и ходить по этим бесконечно раскопанным улицам с этими дырами, с этой пылью, с этой вонью - и радоваться и плакать от счастья, потому что все равно хорошо!
А.Красовский:Потратить как можно больше миллионов на муляжи – это же очень русская тема. Россия - муляж государства
О.Журавлева
―
Все хорошо, - говорит вам журналист Антон Красовский. Это его особое мнение. Всем спасибо, всего доброго!