Антон Красовский - Особое мнение - 2016-04-11
И.Воробьева
―
Здравствуйте! Это программа "Особое мнение". Меня зовут Ирина Воробьева. И сегодня в студии "Эхо Москвы" со своим особым мнением журналист Антон Красовский. Антон, добрый день!
А.Красовский
―
Добрый вечер!
И.Воробьева
―
Любите ли вы, Антон, гимн, как любит его сенатор Тюльпанов, который предлагает ввести уголовную ответственность за оскорбление гимна.
А.Красовский
―
Сенатор Тюльпанову, на самом деле, заняться бы бэби-боксами и продавить все-таки этот закон, который он так и не смог продавить. Сенатор Тюльпанов, займись уже делом, не ерундой, а? Хватит уж глупостями заниматься. Три законопроекта, которые были поданы сенатором Тюльпановым, не приняты, замазаны в думе. А сенатор Тюльпанов перед выборами зачем-то занимается гимном. СенаторТюльпанов – ну ведь не идти в думу-то вам, и уполномоченным по правам человека не станете. Зачем делать глупости-то?
И.Воробьева
―
Но гимн все-таки является символом?
А.Красовский
―
Безусловно, гимн является символом. Но сенатору Тюльпанову лично я рекомендую заняться делом, потому что сенатор Тюльпанов, вообще-то, умеет заниматься делом, но почему-то решил поиграть на поле, например, Виталия Валентиновича Милонова. Не надо играть на поле Виталия Валентиновича Милонова. Надо играть на поле сенатора Тюльпанова, а не превращаться в так полюбившееся за последние два года питерское это отребье.
И.Воробьева
―
Ой, вам нравится, я так понимаю, сенатор Тюльпанов?
А.Красовский
―
Просто мне нравится иногда то, что делает сенатор Тюльпанов.
И.Воробьева
―
Например.
А.Красовский
―
Например сенатор Тюльпанов был инициатором законопроекта, который был уже принят и подписан президентом, который так или иначе был сделан с Костей Добрыниным, бывшим сенатором, предполагающим правом на звонок для задержанного, то есть «правило Миранды». Сенатор Тюльпанов является одним из авторов законопроекта о бэби-боксах.
И.Воробьева
―
Чтобы они были.
А.Красовский
―
Чтобы они были, естественно, а не чтобы их не было, как хочет того, например, Павел Астахов. Так вот, сенатору Тюльпанову, мне кажется, правильней было бы играть на правильном поле – на поле добра, уж коли оно такое маленькое, чуть-чуть осталось в тех организациях, в которых сенатор Тюльпанов работает всю свою жизнь. А сенатор Тюльпанов зачем-то вдруг попытался поиграть на огромном, большом поле, на котором копошатся: Елена Мизулина, Яровая, этот Милонов и прочие эти существа. Не надо, сенатор Тюльпанов, этого делать, не надо! Вернитесь домой, сенатор!
И.Воробьева
―
Хорошо. Давайте поговорим про гимн. То, что произошло с текстом гимна в Севастополе – вот эти замененные слова и так далее – это в самом деле оскорбление гимна или, может быть, оставить гимн в покое: все сами выучат и будут им гордиться?
А.Красовский
―
Не существует никаких оскорблений гимнов. Вот нет никакого оскорбления гимна. Единственное оскорбление гимна, которое произошло – произошло тогда, когда великий гимн Глинки был заменен в нашей стране России на ужасный гимн Александрова. Вот это было оскорбление гимна, под который вставали, плакали, умирали мальчики в 91-м году, под который родилась свободная Россия. Вот это было оскорбление гимна. Оскорбить гимн Александрова, сталинский гимн, мне кажется, невозможно.
И.Воробьева
―
А вы встает под гимн?
А.Красовский
―
Я встаю под гимн, потому что я трусливое, мелкое, ничтожное существо, и когда вокруг меня встаю люди, я тоже встаю. Я, к сожалению, не Андрей Дмитриевич Сахаров. Я не могу вот так вот сидеть, когда вокруг меня стоят вот эти вот зайцы.
И.Воробьева
―
Раз уж вы упомянули фамилию Яровая, давайте тогда обсудить тот проект документов, который предлагает ее комитет и лично она сама по поводу антитеррора…
А.Красовский
―
А вы уточните, пожалуйста, для слушателей, что эта женщина, Яровая, она, вообще, председатель комитета по безопасности Государственной думы. То есть она главный мент в Государственной думе.
И.Воробьева
―
Депутат.
А.Красовский
―
Нет, она так сказать, по своему статусу главный милиционер. То есть она отвечает за ментов, эфэсбэшншиков, за всех этих людей.
И.Воробьева
―
И за нашу с вами безопасность, в том числе, и за то, что мы с вами, может быть, не будем доносить в том случае, если кто-то из нас вдруг узнал о готовящемся преступлении террористической направленности или, может быть, какой-нибудь антигосударственной. Что за доносы у нас возвращаются? Или нет, не возвращаются, люди не будут доносить – как вы считаете?
А.Красовский
―
Во-первых, люди будут, конечно, доносить, они уже доносят. В этом зачастую нет ничего плохого, кстати сказать. Вопрос же не в том, что доносить плохо, вопрос в том доносить на что, почему, и какие в этом будут последствия. Вот все говорят про 6 миллионов доносов, про которые написал Сергей Донатович Довлатов, но в реальности, если вы посмотрите, сколько доносов пишет среднестатистический баварец или житель Швабии , вы ужаснетесь. Там какая-нибудь фрау Гетенбург, знаете в день может написать по три доноса, что у соседа, кошка не так пахнет, что сверху ребенок орет – и все это в ЖЭК, все это она носит… заказные письма. И так в Германии происходит, там сотни миллионов этих писем ежегодно проходит. Но вопрос в том, зачем это делается, какие, действительно, последствия, на что будут писать. Ведь писать будут совсем не на то, что у вас в соседней квартире живут террористы. Вот поверьте, не на это будут писать, а на то, что, действительно, кто-то не встал под гимн или кто-то слушает какую-нибудь украинскую песню – вот на это будут ваши соседи писать. В этом проблема этих всех доносов, в этом проблема, конечно, депутата Яровой, которая в неделю сейчас, по-моему, выдает по четыре комических законопроекта, причем я не удивлюсь, если два из этих четырех будут приняты, например, она же была инициатором законопроекта, чтобы нам с вами запретили выезжать за границу. Не ее комитет, а именно она лично. По каким-то предупреждениям, совершенно непонятно, как оформившимся вам могут запретить выезжать с территории Российской Федерации. Это тоже депутат Ирина Яровая. На самом деле, ее поддерживают наверняка эти 86%, которые никогда, кстати, не выезжали с территории Российской Федерации и не собираются никуда уезжать.
А.Красовский:Единственное оскорбление гимна произошло, когда гимн Глинки был заменен на ужасный гимн Александрова
И.Воробьева
―
Если говорить о безопасности, законопроекты и любые ужесточения могут каким образом повысить безопасность для граждан?
А.Красовский
―
Нет, не могут.
И.Воробьева
―
Почему?
А.Красовский
―
Нет, не могут. Я вообще считаю, что никакие законопроекты сейчас не могут повысить никакую безопасность, они могут только ее подорвать, чем, собственно, занимаются депутаты этой думы последние там четыре года. Но, с другой стороны, не надо так уж серьезно относиться к тому, что они все сейчас делают, потому что это такое копошение перед выборами. То есть каждый из них он просто стоит на тумбочке, машет ручкой платочком синеньким в сторону администрации президента - шестой подъезд третий этаж - и говорят: «Радий Фаритович, заметьте нас, Радий Фаритович!» Радий Фаритович заметил и Яровую и Тюльпанова – всех вас заметили, ребята, все хорошо. Тюльпанову не дали места уполномоченного по правам человек – он хотел, но потом, правда, расхотел – ну, ничего страшного, останется сенатором. Ирина Яровая, по всей видимости, войдет в следующую думу. Многие, которые сейчас синенькими платочками в сторону кабинета Радия Фаритовича Хабирова – это зам начальника управления внутренней политики – это для слушателей, кто не знает. Многие не войдут в эту думу, а войдут хорошие, красивые, умные люди типа телеведущего Ревенко.
И.Воробьева
―
А в сторону избирателей нет, вообще… махать платочком не будут?
А.Красовский
―
Слушайте, никого не волнует избиратель. Избиратель придет и проголосует за того, кого он знает, чьи бюллетени лежат. На самом деле не существует проблемы выбора избирателя. Существует проблема пока договоренностей на уровне администрации президента. Не будет никаких сюрпризов на выборах 2016 года не произойдет.
И.Воробьева
―
Но кто же может избирателям прийти и проголосовать за Диму Гудкова?
А.Красовский
―
Ну, потому что избиратель придет, но проголосует не за Диму Гудкова, а проголосует он за кандидата от «Единой России».
И.Воробьева
―
Это, потому что ему так сказали или, потому что ему все равно?
А.Красовский
―
Избирателю?
И.Воробьева
―
Да.
А.Красовский
―
На самом деле, вообще-то, большинство избирателей за «Единую Россию». Сейчас сладострастно потирают ручки из администрации президента: Красовский сказал, что большинство за «Единую Россию», но большинство за «Единую Россию» только потому, что у нас нет выборов. Свободные выборы все-таки предполагают свободу слова, некую конкуренцию на этих выборах и вообще, какие-то равновеликие взносы в выборы. Поскольку единственный взносы в эти выборы вносит администрация президента, она и решает. Выборами - то, что называется выборы 2016-го - выборами считать нельзя. Никто там выбирать не будет. Они придут и как-то бросят какие-то бюллетени. Те бюллетени, которые они не добросят – добросят за них.
И.Воробьева
―
Мы продолжим буквально через несколько минут. Ваши вопросы гостю сегодняшнего «Особого мнения». Телефон для sms: +7 (985) 970 45 45. Журналист Антон Красовский здесь, в студии "Эха Москвы".РЕКЛАМА
И.Воробьева
―
Продолжается программа "Особое мнение". Сегодня особое мнение журналиста Антона Красовского. Наши слушатели, которые присылают вопросы по итогам первой части нашей беседы, удивляются. Вот, Антон, вы говорите, что не надо идти на выборы, а вам не кажется, что засуетились, показывая разные фильмы, в том числе, про Касьянова и срывая встречи и так далее. Может быть, все-таки есть смысл как-то прорваться, может быть, есть шанс?
А.Красовский
―
Вы понимаете, машина, она работает совершенно каким-то инертным образом. Показали фильм про Михаила Михайловича Касьянова, в котором, кстати, Михаил Михайлович поразил меня своей адекватностью. Я, во-первых, восхитился – мне вот 41 будет в этом году – я восхитился тем, что в 55 жизнь только начинается, и все еще нормально и все хорошо. И Михаил Михайлович, что бы там про него не говорили, а ведь во всем этом фильме – я его внимательно посмотрел – он не сказал ни про одного человека ни слова гадости – это удивительно, это, вообще, фантастика, особенно в частных беседах. Он такой… е-мое… А в основном там, конечно, эта женщина Пелевина выступала в этом фильме, где стало понятно, что в 40 лет жизнь как раз заканчивается в нынешнее время.Слушайте, совершенно никто не засуетился, конечно, ни по поводу Касьянова, ни по поводу демократов… не либеральных демократов, а демократов. Потому что никто их, конечно, никуда не пустит, не будет ни одного – я вам гарантирую – не будет ни одного кандидата от этой партии допущено до выборов, вернее так не будет избран ни один из кандидатов этой партии в Государственную думу.
И.Воробьева
―
Это, кстати, большая разница между допущенными…
А.Красовский
―
Я уверен, что мажоритарным округам некоторое количество странных персонажей будет, безусловно, допущено до этих выборах.
И.Воробьева
―
Ну хоть какая-то будет возможность поговорить, сказать хоть что-то…
А.Красовский
―
А у вас сейчас нет возможности поговорить?
А.Красовский:Никакие законопроекты сейчас не могут повысить никакую безопасность, они могут только ее подорвать
И.Воробьева
―
У меня есть, но не собираюсь в Государственную думу. А с кем вы думаете, будет возможность? Вы, правда, считаете, что это будут какие-то дебаты на «Первом канале» вместо программы «Пусть говорят» или что? То есть кому будет возможность сказать, я вот не понимаю? Будет возможность сказать там же, где она есть всегда эта возможность сказать. Например, на канале «Подмосковье» будет выделен час выборов, например, в 23-00 или когда они по закону распилят – в четверг. Такая будет возможность сказать, она в принципе есть всегда. Вот можно говорить. И у Михаила Михайловича она есть, и у всех кандидатов у оппозиции есть. Я желаю им удачи. Я просто не понимаю, зачем нужно суетиться под клиентом. Не надо суетиться по клиентом. Уже всё, вас уже в обе дыры имеют, все нормально.
И.Воробьева
―
Ну Антон, давайте как-то без таких выражений.
А.Красовский
―
Я же не матом ругаюсь. Так и есть. Когда ты находишься в такой ситуации, не надо имитировать свободу, когда тебя насилуют. Не надо кричать: «Все на выборы!» - когда ты находишься в такой ситуации, в которой находится сейчас вся страна. Не нужно этого делать, не нужно говорить о том, что вот… Ашурков тут написал: «Международные исследования доказывают, что, чем чаще ходишь на выборах при авторитарных режимах, тем, может быть, будет лучше потом, когда-нибудь, когда авторитарные режимы сменятся». Нет, конечно, друзья мои. То есть, может быть, есть какие-то такие одни международные исследования, есть какие-нибудь другие международные исследования. Это вообще не связанные вещи никак. Оттого, что вы придете сейчас, вместо того, чтобы постричь гортензии пред зимой, вместо того, чтобы убрать газон, почистить дачный участок, вы пойдете и зачем-то проголосуете за, например, кандидата от демократической оппозиции Марину Баронову или проголосуете за Ирину Яровую – нет никакой разницы, выбор за вас уже сделан. Ирина Яровая в думу пройдет, если захочет. Мария Баронова в думу не пройдет, даже если захочет – вот и всё.
И.Воробьева
―
А что делать в политическом смысле? Не гортензии стричь…
А.Красовский
―
Гортензии стричь в политическом смысле. Иногда бывают времена, когда стричь гортензии гораздо важнее, чем ходить на выборы, потому что, действительно, для будущих времен, когда вырастут ваши дети, а гортензии останутся, гораздо важнее будет детям выросшим видеть красивые сады, чем знать, что вы когда-то в 33-м году ходили на выборы, но голосовали не за того.
И.Воробьева
―
Ну, хорошо, избирателям я еще могу понять, что можно, допустим, и гортензии стричь, а политикам что делать?
А.Красовский
―
Вот так и бывает, что люди, которые хотят быть политиками, рождаются в то время, когда политики не нужны. Вот так бывает, что люди становятся писателями во время, когда писатели не нужны. Вот мы сейчас живем во время, когда не нужны писатели. Вот зайдите, пожалуйста, в любой книжный магазин и посмотрите, сколько там написано писателями книг - вы убедитесь, что писатели сейчас не нужны приблизительно никому, потому что писателей сейчас приблизительно миллиард, их гораздо больше, чем читателей. И такая сейчас ситуация: не надо писать книжки, не надо заниматься политикой – вот не надо этого делать, не надо заниматься лишними телодвижениями.Идите переучитесь, уезжайте, загорайте, занимайтесь общественной работой, спасайте людей с, муковисцидозом, со СПИДом, спасайте люди с полиомиелитом, если такие еще остались, а они остались, безусловно. Дома какие-то, которые спасаются снести, спасайте. Тимирязевскую академию спасайте. Не занимайтесь политикой - занимайтесь общественной работой. Вот сейчас, на самом деле, огромное поле для общественной работы, для такой мелкой инициативы. Не надо заниматься глупостями, как говорит Михаил Михайлович Касьянов, «ё-мое», и идти в какую-то Государственную думу на зарплату. Не надо. Тем более - на деньги Михаила Борисовича Ходорковского – это я еще приветик «Открытой России» говорю.
И.Воробьева
―
Ой, а что ж вы так не любите Ходорковского?
А.Красовский
―
Я очень люблю Михаила Борисовича Ходорковского, именно поэтому я все равно его и поминаю, именно поэтому. Я все время обижаюсь на то, что происходят такие глупости.
И.Воробьева
―
Глупости – в смысле Ходорковский глупости делает?
А.Красовский
―
Да, конечно.
И.Воробьева
―
То, что он спонсирует каких-то людей в думу?
А.Красовский
―
Вообще вот эта вся движуха, она неправильная, она не в ту сторону. Я уже объяснил, почему.
И.Воробьева
―
Но, если мы говорим про общественную работа – защищать кого-то, спасать кого-то – поправки в закон об НКО скоро сделают и эту работу политической, и все станут иностранными агентами.
А.Красовский
―
Во-первых, поправки еще не приняты. Они как бы внесены, совсем не факт, что они будут приняты. А НКО… вот у вас есть НКО, а вы можете это делать без НКО. Я же не говорю, идите, сделайте НКО, получите грант на 10 миллионов долларов и живите счастливо – я же такую фразу ни разу не сказал. Я сказал: идите занимайтесь общественной работой.Вот, например, для того, чтобы сделать сайт: spid.center, который делаю я, совершенно необязательно получать свидетельство о СМИ, потому что это не сайт. Это просто личная наша такая инициатива товарищей каких-то. Это не СМИ. Вот так же для того, чтобы спасать Тимирязевскую академию, не надо делать НКО, надо просто идти организовывать людей, помогать, ходить по кабинетам, писать письма, а не НКО делать.
И.Воробьева
―
Очень быстро общественная работа, любая, даже такая очень быстро становится политической…
А.Красовский
―
Нет, нет. Не быстро общественная работа становится политической. Довольно быстро, если ты делаешь, действительно, удачный проект, с точки зрения благотворительности или помощи людям, социальный проект, тебя пытаются взять в оборот НРЗБ политической активности, как это происходит, например, с Чулпан Хаматовой и так далее, но это не значит, что ты занимаешься политикой.Вот как бы там, скажем, «Единая Россия» или Путин лично не брал Чулпан Хаматову… пытался братьЧулпан Хаматову в оборот, все равно не прилипает, все равно фонд «Подари жизнь» - это не политика. Все равно фонд «Подари жизнь» - это фонд, который создан и работает каждый день, 24 часа в сутки, 7 дней в неделю для того, чтобы сотни и тысячи детей в этой стране были живы и пережили все это, то самое время, в которое мы сейчас живем. А политика совершенно не при чем.
А.Красовский:Ирина Яровая в думу пройдет,если захочет.Мария Баронова в думу не пройдет, даже если захочет – вот и всё
Вот этим, наверное, сейчас надо заниматься, для этого сейчас время. Потому что время сейчас безвременное, и сколько оно продлится, совершенно непонятно. Вот вы думаете, что сейчас в 16-м году пойдете проголосуете, и у вас потом через два года все закончится? Нет, не закончится. А потом будут еще 6 лет, а потом, может быть, и еще 6 лет…
И.Воробьева
―
Это вы сейчас уже про Путина?
А.Красовский
―
Ну, а какая разница, про Путина, не про Путина? Естественно, я не про Ирину Яровую. Вот поверьте мне, они все уйдут - и Ирина Яровая, и Тюльпанов и Валентина Ивановна Матвиенко - а Путин останется. У него хорошее здоровье, он крепкий, он - навсегда. Он надолго, очень надолго. Вот все это очень надолго. Лица будут меняться, а он – нет.
И.Воробьева
―
Как так? И в 18-м году, значит, мы опять получим…
А.Красовский
―
У меня вообще нет никаких сомнений. В 18-м году – у меня вообще никаких сомнений. У меня почти уже отсутствуют сомнения по 24-му году. Вот я до такой степени вам… А чего вы так прямо… А что? Ему будет всего 71. Нормально! А вы посмотрите: кандидат от демократов Сандерс – ему сколько – дедушке – лет? Нормально! А посмотрите, Рейган во сколько стал президентом – ничего! Нормально. Сейчас хорошая медицина. Он в 71 будет выглядеть еще лучше, чем сейчас.
И.Воробьева
―
Политический прогноз от журналиста Антона Красовского. Буквально на несколько минут прервемся. Меня просят спросить об Алексее Навальном и о том, что про него говорят по телевизору, как он собирается судится. Спросим обязательно, но через несколько минут.НОВОСТИ
И.Воробьева
―
Продолжается программа "Особое мнение". В студии Антон Красовский. Меня зовут Ирина Воробьева. И наш слушатель просит все-таки попробовать разобраться в истории со вчерашней программой «Вести недели» с Дмитрием Киселевым на телеканале «Россия-1», где показали сюжет о якобы связи Алексея Навального с Браудером и с британскими спецслужбами. Там большой сюжет, такой весь в каких-то там переписках Браудера и Навального, как там принималось решение о том, чтобы убить Магнитского, и как Навальный выполнял задачи. Навальный сказал, что будет в суд обращаться и говорит, что ни одного слова правды там нет. Но вот есть ли шанс у Навального в плане судебного разбирательства.
А.Красовский
―
Я не знаю, если честно. Я не могу ответить на этот вопрос, потому что я, в отличие от слушателя "Эха Москвы" и вас, программу Дмитрия Константиновича Киселева не видел приблизительно никогда, то есть я не могу комментировать, я не знаю, что показывал Дмитрий Киселев, но предполагаю, что это какой-то, конечно, омерзительнейший ад и вранье, как, судя опять же по разговорам, обычно делает Дмитрий Константинович Киселев. И главное, представляя себе этого человека, я понимаю, что ничего другого он делать не может.Но такие времена, знаете ли, что может быть все что угодно. Вот времена непредсказуемые. Я берусь предсказывать только то, что Владимир Владимирович Путин станет президентом в 2018 году, а все, что будет вокруг этого, мне кажется, совершенно непредсказуемо. Вот, например, я сказал, что сенатор Тюльпанов не будет уполномоченным по правам человека – а вот кто будет уполномоченным по правам человека? Я не знаю. Может, Владимир Владимирович Путин будет решать. Они все так испугались… Вы же видите, что никто не выдвинул кандидатуру: ни партия правящая, ни Совет Федерации, которому по Конституции, вообще-то, положено сделать. Они все так перепугались, потому что у них не было отмашки из администрации президента. А вроде из администрации президента надо Управлению внутренней политики президенту какую-то фамилию положить, но все равно он будет решать по этой должности, потому что это конституционная должность, его прерогатива.
А вдруг он скажет: «А давайте мы, например, Лию Ахеджакову назначим». Он же, вообще, такой человек. Или там: «Давайте… кто у нас там ФСБ возглавлял в 2001-м году?» Он же вот так, он все что угодно может. Вот он сейчас, видите, своего шофера там назначил куда-то, своего охранника губернатором назначил; другого охранника начальником Национальной гвардии назначил. Кого угодно… Может быть, у него повар какой-нибудь есть трепетный, о людях беспокоящийся? Может, его сейчас назначат.
Поэтому вдруг будет разнарядка такая: «А давайте, пусть Навальный выиграет одно дело». И скажут: «Действительно, как некрасиво поступил Дмитрий Константинович». Дмитрий Константинович будет в истерике последние остатки волос… звонить в Мосгорсуд. Его не будут соединять с Ольгой Егоровой. Он будет напрашиваться на прием в администрацию президента. Его от Володина будут отфутболивать куда-нибудь в сторону Павла Зиньковича. Он даже, может быть, получит микроинсульт. Ну почему бы и нет?
И.Воробьева
―
НРЗБ про здоровье будем.
А.Красовский
―
Чего же не будем – будем. То есть, когда говоришь, что у Путина здоровье лошадиное и он нас всех переживет – вы говорите: Как он нас всех переживет! А когда я говорю, что, может быть, Дмитрий Константинович так перепугается, что будет вот это… Что ж, давайте не будем. Я говорю о том, что может быть абсолютно все, что угодно.
А.Красовский:Огромное количество того, что будет происходить в ближайшие годы,будет зависеть от внешних обстоятельств
И.Воробьева
―
Хорошо. Как, на ваш взгляд, адекватно реагировать, когда по федеральному телеканалу показывают такого рода фильм?
А.Красовский
―
Не надо вам смотреть федеральные телевизионные каналы.
И.Воробьева
―
Мне, может быть, и не надо, а Навальному что делать? Про него фильм показали, еще покажут.
А.Красовский
―
Есть люди, которые почему-то очень сильно реагируют на какие-то вещи непонятные. Наверное, Навальному это нужно… то есть предполагается, что за этим сюжетом, наверное, должно последовать какое-то уголовное разбирательство опять же со стороны властей. Там же его прямо буквально обвиняют в работе на спецслужбы. Соответственно, это как бы просто оборона нападением. И в этом смысле, наверное, он юридически прав. То есть, наверное, надо пойти и подать в суд на клевету, потому что иначе пойдут и подадут в суд на него, причем, так сказать, государство подаст в суд, видимо, потому что обвинять его будут в преступлении против государства.Я, честно говоря, не верю в то, что с Алексеем Анатольевичем Навальным что-то произойдет плохое по этой статье. Опять же я не думаю, что Алексей Анатольевич Навальный выиграет этот суд. Но с другой стороны, там бывают такие смешные приговоры, например: вынести решение в пользу Алексея Анатольевича Навального и обязать Дмитрия Константиновича Киселева выплатить 350 рублей штрафа в ползу Алексея Анатольевича Навального. И адвокаты Дмитрия Константиновича Киселева пойдут и обжалуют этот приговор.
И.Воробьева
―
Там еще опровержение.
А.Красовский
―
Опровержение на сайте vesti.ru, например. Я думаю, так и будет, а может, и не так будет, черт его знает. Я еще раз говорю: вообще ничего непонятно. То есть с одной стороны можно было бы сказать: сейчас будут закручивать гайки - а, собственно, куда их еще закручивать? – а сейчас, наоборот, чуть-чуть их раскрутят - а с другой стороны, зачем их раскручивать? Мы не видим никаких предпосылок для раскручивания. То есть вообще непонятно, что будет происходить. Я думаю, что огромное количество того, что, действительно, будет происходить в ближайшие пару лет, будет зависеть от внешних обстоятельств.
И.Воробьева
―
Каких, например?
А.Красовский
―
Ну, каких… цена на нефть, курс доллара, санкции, реальное положение России на международной арене, выборы в США, выборы в Европе и так далее.
И.Воробьева
―
Цена на нефть, курс доллара, санкции – это мы все уже видим.
А.Красовский
―
Ну, что значит, что мы видим? Мы видим последнее время как жизнь населения ухудшается. Она ухудшается, она не рухнула сразу в пропасть, но она стала очевидно хуже. Людям стало жить очевидно, вне всякого сомнения тяжелей. Я, более того, скажу – я бездетник много лет, ну и, вообще, по сути своей, поэтому, так сказать, все упреки в этом смысле, которые я сейчас адресую этим людям, в том числе… - но я никогда не видел такого количество безработных мужиков в спортзале днем. Я хожу в центровой спортзал, туда, в общем, ходят какие-то обеспеченные люди, но я никогда не видел такое количество бездельников днем в спортзале. Обычно это какое-то пространство для пенсионерок, женщин с ребенком, для такого домохозяйско-спокойного существования. А сейчас прямо все накаченные мужики в 40 лет, которым нечем заняться. Это кризис. Это люди, у которых еще остаются деньги. Я слышу их разговоры: «Я завтра иду на собеседование…» - такая тема.
А.Красовский:Иногда бывают времена, когда стричь гортензии гораздо важнее, чем ходить на выборы
А что происходит в стране, можно себе представить, и с зарплатами и с доходами, и с возможностью поехать, и с возможностью купить, и с возможностью образования и так далее. Что там будет через год, мы не понимаем. Я же говорю, что это такая, довольно длительная история, она не произойдет завтра, но она очевидно происходит: людям становится жить хуже, и люди на это каким образом реагируют. Кого-то люди в этом обвиняют. Например, вы знаете, кого они в этом обвиняют? Обвиняют они в этом Дмитрия Анатольевича Медведева. То есть антирейтинг премьер-министра как никогда высок.
И.Воробьева
―
Он возглавляет правительство, конечно.
А.Красовский
―
Это совершенно не «конечно». Потому это же абсолютно травматическое замещение в мозге народонаселения, потому что мы же понимаем прекрасно, кто в этом виноват. Виноват в этом, конечно, президент Путина, а никакой ни Дмитрий Анатольевич Медведев. Но, тем не менее, люди бояться произнести даже в голове своей фамилию Путин и во всем обвиняют несчастного, непричастного, в сущности, ни к чему Дмитрия Анатольевича Медведева, при котором людям, вообще-то, когда он был президентом жилось… вот так хорошо! Прямо замечательно.
И.Воробьева
―
Антон Красовский показывает большой палец…
А.Красовский
―
Да. Прекрасно жилось людям. А обвиняют во всем его. Но в какой-то момент они начнут обвинять в этом всех.
И.Воробьева
―
То есть холодильник победит телевизор – расхожая фраза.
А.Красовский
―
Когда в холодильнике действительно ничего не останется – да, конечно, вне всякого сомнения. То есть вообще несомненно! Просто проблема в том, что сейчас в холодильнике еще очень много чего есть, и есть еще варианты для фантазии. И еще есть телевизоры, которые когда-то были куплены в кредит, но скоро они сломаются – вы готовьтесь!
И.Воробьева
―
Эфир позитива у нас сегодня.
А.Красовский
―
А чего позитива? Это же, действительно, так. Вы же видите, что происходит, ну правда. Всё вот так вот.
И.Воробьева
―
Илья спрашивает: «А почему Медведев не последует примеру Яценюка, чтобы не отделить себя от этого кризиса?»
А.Красовский
―
Потому что Медведев не является, в отличие от Арсения Яценюка, самостоятельной политической фигурой. Потому что в Украине при всей ее шизофреничности и при всей ее такой разболтанности, и при всей ее, может быть, сельскости, при всей ее несобранности существует политический процесс. В Украине, точно так же, как и в России, не сформирована государственная система, но совершенно точно сформированы зачатки демократии. И Арсений Яценюк является вне всякого сомнения такой же самостоятельной политической фигурой, как Петр Порошенко, как Юлия Тимошенко, и как отдельно стоящие олигархи типа Пинчука, Ахметова, кого угодно. И поэтому Арсений Яценюк может распоряжаться свой судьбой.Дмитрий Анатольевич Медведев, безусловно, не может распоряжаться свой судьбой точно так же, как в этой стране не может распоряжаться своей судьбой абсолютно никто, кто находится в этой власти: ни Дмитрий Анатольевич Медведев, ни Валентина Ивановна Матвиенко, ни все эти сечины с миллерами – никто из них не может. Они все, в общем, рабы на галерах. И у них есть человек, который за них решает: кем им быть, что им делать, куда им пойти, как им выглядеть, какой у них будет рейтинг, какой у них будет антирейтинг, сколько сюжетом с ними покажут в телевизоре, сколько вырежут их из этого телевизора – это всё определяется, в конечном счете, этим человеком, который действительно может уйти в отставку, а может и не уйти отставку. Но это, вы поняли, что это была шутка – по поводу отставки.
А.Красовский:Если ты делаешь удачный проект с точки зрения помощи людям,тебя пытаются взять в оборот
И.Воробьева
―
Про Национальную гвардию спрашивают, которая внезапно создалась. Возглавил ее господин Золотов. И очень много уже было написано всякой аналитики по этому поводу. Но была также и статья про армию Кадырова, которая так или иначе в результате просто распылиться в эту Национальную гвардию по этим регионам, и не будет просто у Кадырова этой армии. Вы в это верите?
А.Красовский
―
Нет, я не считаю, что история про Кадырова играет существенную роль в формировании этой самой Национальной гвардии. И вообще, истории про Национальную гвардию ходили сто миллионов лет. И Золотов там интриговал, ходил, чего-то договаривался бесконечно. Это же все тоже не происходит за один день. Но сейчас, перед выборами, действительно, ведь, на самом деле, происходит такое смещение точки силы и концентрации силы в одних руках.Это, конечно, личная армия Путина. Вопрос не про Кадырова, не про его боевиков или милиционеров – речь не об этом. А речь идет о том, что у Путина появляется совершенно самостоятельная огромная армия со своей авиацией, со своей бронетехникой, которая будет выполнять его личные приказы, которая никак не будет завязана на министра обороны Шойгу, который популярная фигура. Особенно это важно в контексте того, что до сих пор не принято решение по списку «Единой России». Никто не понимает, кто возглавит список «Единой России». И, честно говоря, и Шойгу и Собянин, я думаю, хотели бы этот список возглавить. Но никто им не даст, безусловно, этот список возглавить, потому что это будет означать, что, во-первых, надо будет менять правительство, во-вторых, это будет такой сигнальчик по поводу операции «Преемник». Никакой, конечно, преемник не будет. А наоборот, им сказали: преемники у нас - вот там... И вообще, все, что по поводу преемников, будет вот таким образом пресечено. Так что Виктор Васильевич Золотов в данном случае не Кадырова развеет, а Путина спасает.
И.Воробьева
―
На этом завершим программу "Особое мнение". Журналист Антон Красовский. Спасибо большое!