Алексей Венедиктов - Особое мнение - 2016-02-17
О.Журавлева
―
Добрый вечер! Это программа "Особое мнение". Меня зовут Ольга Журавлева. У нас в гостях сегодня должен быть политолог Дмитрий Орешкин. Он слегка задерживается, поэтому у нас не хуже политолог в студии – главный редактор радиостанции "Эхо Москвы" Алексей Венедиктов. Здравствуйте, Алексей Алексеевич!
А.Венедиктов
―
По-моему, ты меня оскорбила словом «политолог». Добрый день!
О.Журавлева
―
Вообще, оскорбить можно самым удивительным образом. Вот суд в Карелии признал две русские пословицы порочащими честь МВД. Одну все знают: «Закон - что дышло: куда поверни, туда и вышло». А другая мне очень нравится, я никогда не слышала: «Законы святы, да законники – лихие супостаты».
А.Венедиктов
―
А теперь надо найти авторов в окружении Алексея Навального – и за экстремизм. Когда недавно Владимир Путин говорил о дискредитации суда – вот мы имеем перед глазами прямую дискредитацию суда, осуществленную решением самого же суда – самодискредитация, такой своеобразный «выстрел в ногу», как любит говорить Дмитрий Олегович Рогозин, который, видимо, в этом хорошо понимает с недавних времен. Поэтому это дискредитация суда - признавать поговорки… Хотя надо посмотреть контекст, конечно, но если сами пословицы, поговорки признаны дискредитирующими чего-то, ну вот…
О.Журавлева
―
…Порочащими честь полиции.
А.Венедиктов
―
Нынешней полиции.
О.Журавлева
―
Да.
А.Венедиктов
―
…Квалификация этого судьи нуждается во внимательном присмотре Вячеслава Михайловича Лебедева. Я надеюсь, что, как обычно, он нас слушает. Председатель Верховного суда имеется в виду.
А.Венедиктов: Признавать поговорки - это прямая самодискредитация суда, такой своеобразный «выстрел в ногу»
О.Журавлева
―
Если уж вы процитировали Владимира Путина – он про суд там много чего сказал, в том числе, про суды присяжных, с которыми что-то надо делать, потому что они как-то тоже стали себя дискредитировать и все такое, - кто же тогда дискредитирует-то суды, что же это за злые силы?
А.Венедиктов
―
С моей точки зрения, конечно, Путин имеет в виду какие-то конкретные решения, где вполне возможно, особенно по коммерческим вопросам за коммерческие деньги пытаются переиграть решения, но в принципе, конечно, речь идет о том, что решения судов дискредитируют сами судьи. Решение должно быть доказательным. Публичное решение для общества должно быть понятным. Есть такие решения, и их много, когда да, проиграл, но объяснили, почему, что нарушил. Вот перешел на красный свет: «Вот я начал на желтом…». - «Но все-таки на красный». – «Ну, на красный… Ну вот штраф большой». – «Ну хорошо, будет меньше», - или больше, не важно. То есть это решение обоснованное, но есть решение суда и решение судей, которые ничем объяснить нельзя. Грубо говоря… мы сейчас следим за процессом Надежды Савченко в Ростове внимательно. Я читаю все, что оттуда пишут. Не адвокаты – адвокаты заинтересованы, их задача – выиграть любыми способами, понимаю – наблюдатели журналисты, которые не знали, кто такая Савченко и никогда не были в Ростове до того, и то, что они пишут ну мы видим, как ведет себя судья. «Вот свидетель говорит…», - зачитаны показания. Защита говорит: «Давайте вызовем свидетеля. Не стыкуется». – «Не надо, достаточно показаний…». Почему достаточно? Это же судебное следствие по-русски называется. Кто дискредитирует этот процесс, и самое главное – будущий приговор?Не адвокаты, а судья, который не выслушивает. И потом мы проигрываем одно за другим дело в Страсбургском суде. Почему? Не потому что человек невиновен, а потому что судья нарушил права сторон, обычно в пользу обвинения, поэтому нужно отменять приговор или пересматривать дело. Потому что судья либо неквалифицированно, либо по злому умыслу, либо по недомыслию нарушает эти правила. Конечно, не все судьи. Но вот то, что мы видим в публичных процессах… Вот сейчас начнется процесс над исполнителями, над людьми, обвиненными в том, что они исполнители убийства Бориса Немцова – вот мы посмотрим, как будет вести себя судья.
А.Венедиктов: Суд будет дискредитировать не пресса, не Рамзан Кадыров, а тот самый судья
Вот я хотел бы, чтобы защита этих людей, которые, «скорей всего» убили Бориса Немцова, пользовалась полными правами по представлению доказательств их невиновности, по вызову свидетелей. И пусть наша прокуратура и Следственный комитет доказывают, что они виновны в убийстве Бориса Немцова. И если судья это делать не будет, то суд будет дискредитировать не пресса, не Рамзан Кадыров, а тот самый судья, который, я надеюсь, не будет этого делать, дискредитировать в смысле.
О.Журавлева
―
А вы такие оговорки допускаете, потому что не вполне уверены, что те самые люди окажутся на скамье подсудимых?
А.Венедиктов
―
Смотрите, то, что я знаю из открытых источников, из разговоров с разными инсайдерами, убеждает меня в том, что исполнители пойманы; что эти люди каким-то образом – может быть, не они стреляли – но они причастны к организации и непосредственному участию, к непосредственному исполнению убийства Бориса Немцова. Тому есть вполне определенные доказательства, в частности, это не показания, которые можно изменить. Это технические доказательства…
О.Журавлева
―
Съемка, биллинги.
А.Венедиктов
―
Съемка, аудиозапись, биллинг. Есть и доказательства. Когда человека арестовали и привезли в Москву, он показывал места, где стояли… и его показания подтверждаются съемками, что «эта машина стояла там», то есть он не соврал, не просто показания: «Вот посмотрите: он убийца…».
О.Журавлева
―
Это следственный эксперимент уже.
А.Венедиктов
―
Да, это следственный эксперимент, но подтвержденный техническими средствами. Поэтому на сегодняшний день с большой долей уверенности я могу сказать, что люди участвовавшие в организации, в наблюдении, в подготовке и убийстве Бориса Немцова – далеко не все, некоторые из них – непосредственные участники; часть из них задержана и предстанет перед судом. Мы посмотрим, как будет идти суд. Меня сейчас не столь интересует позиция адвокатов или прокуроров – я их знаю позицию и тех и других, я представляю себе, - но, может быть в этом деле выплывут какие-то иные, повторяю, технические доказательства, которые покажут, что эти люди не в такой степени были замешаны. Тогда возникает вопрос: А кто люди, которые «в такой» степени были замешаны? Поэтому очень многое зависит от судьи. Будем наблюдать внимательнейшим образом.
А.Венедиктов:Нет никакого чеченского МВД, это служащие федерального МВД.Их не могут найти. У нас что, дезертирство?
О.Журавлева
―
Это дело можно, что называется, замылить?
А.Венедиктов
―
Любое дело можно замылить. Это дело уже замылено в том смысле, что видно, что люди, которых подозревают, называют, - в том числе, и обвиняемые, в том числе, это доказано техническими средствами - в организации участия, они даже не допрашиваются. Их не могут найти почему-то, хотя эти люди носят воинские звания, являются, извините меня, военнослужащими МВД российского. Не чеченского: нет никакого чеченского МВД, это всё служащие федерального МВД. Их не могут найти. У нас что, дезертирство? Может их ищут как дезертиров тогда пусть, этих людей, которые оставили батальон МВД. Это неправильно.
О.Журавлева
―
Интересный вопрос. И если можно, уже в связи с этим делом: как вам кажется, насколько властям неприятны или недопустимы акции памяти Бориса Немцова массовые?
А.Венедиктов
―
Властям – неприятны, но не недопустимы, как мы видим. Неразрешение Московской мэрии пройти…
О.Журавлева
―
Собственно, по мосту.
А.Венедиктов
―
… По мосту - это необъяснимо. Ну ребята, вы соучастники, что ли, организаторы? Что такого-то? В чем проблема?
О.Журавлева
―
Этот вопрос уже год возникает.
А.Венедиктов:Путин говорит: следствие будет идти до тех пор - внимание! – пока не найдут организаторов и заказчиков
А.Венедиктов
―
Нет, пройти – в чем проблема? Нет, год пройти – не возникает, возникает – мемориал.Я знаю – это не конструкция, - что Путин уверен в том, что это преступление. Он уверен в том, что исполнители задержаны. И Владимир Путин говорит о том, что следствие будет продолжаться до тех пор - внимание! – пока не будут найдены организаторы и заказчики – вот позиция и публичная и не публичная, замечу я. Но при этом мы видим, как московские власти в первую очередь – почему-то московские власти, ревнуют они, что ли?..
О.Журавлева
―
Что-то дискредитируют они.
А.Венедиктов
―
Все-таки это убийство федерального политика на федеральном месте, а не на московском.
О.Журавлева
―
Это "Особое мнение" главного редактора "Эхо Москвы" Алексея Венедиктова. Никуда не уходите, мы скоро вернемся, а вот с кем – тогда и увидите.