Дмитрий Гудков - Особое мнение - 2015-12-10
10.12.2015
О. Чиж
―
17.08 в Москве. Добрый вечер. Это программа «Особое мнение». Особое мнение сегодня представляет депутат Дмитрий Гудков. Здравствуйте.
Д. Гудков
―
Здравствуйте.
О. Чиж
―
Начать я хочу с новости, которая пришла по каналам агентства ТАСС. Родственники погибших в авиакатастрофе А-321 обратились в суд с жалобой на бездействие главы Следственного комитета. Дело в том, что как говорит их адвокат Игорь Трунов, в Следственный комитет подавались две жалобы. Два обращения, прошу прощения. В первом просили признать потерпевшими родственников 35 человек, предоставить данные об уголовном деле. Кто ведет следствие. Второе связано с компанией Ингосстрах, которая как полагает защита, очень странно работала с родственниками в моменте подписания бумаг, которые впоследствии могут затруднить обращение в суд. Но ни на то обращение, ни на то ответа получено не было. Казалось бы, очень…
Д. Гудков
―
Хочется спросить: вас это удивляет?
О. Чиж
―
Если честно, меня это удивляет.
Д. Гудков
―
После того, что случилось с родственниками погибших, например, в Норд-Осте?
О. Чиж
―
Все равно удивляет.
Д. Гудков
―
Это нас, нормальных людей удивляет, но, к сожалению, власть, по-моему, демонстрирует, что забота о гражданах не является приоритетом. Тем более что уже это событие прошло, люди успокоились. Они уже не угрожают власти никак. То есть если еще когда произошел теракт, были какие-то волнения. Тогда власть демонстрировала заботу. Теперь эта ситуация никак власти не угрожает. Все, про нее можно забыть. Тем более что наши следственные органы, прокуратуры выясняют отношения между собой. После многих материалов компрометирующих, которые были в последнее время опубликованы, я думаю, им просто сейчас не до этого. Я единственное, что могу сказать, передать привет Игорю Трунову, я думаю, что мы с ним скоро увидимся. Я готов буду просто направить соответствующий депутатский запрос.
О. Чиж
―
В Следственный комитет?
Д. Гудков
―
И в Следственный комитет и в правительство, может и президенту.
О. Чиж
―
О судьбе родственников.
Д. Гудков
―
Конечно. Я, пользуясь случаем, передаю привет адвокату Трунову и готов с ним в ближайшее время встретиться для того, чтобы оказать какое-то содействие.
Д.Гудков:Власть, по-моему, демонстрирует, что забота о гражданах не является приоритетом
О. Чиж
―
Вы сказали, что вас это не удивляет, потому что на своих граждан российская власть не очень обращает внимание. Но в той же логике российской власти лежит необходимость создания правильной с ее точки зрения медийной реальности. И катастрофа над Синаем стала большим сюжетообразующим трагическим событием. И, казалось бы, что для этой власти должно быть очень важно показать, что мы в этом вопросе все сделаем правильно. Мы не только найдем и накажем тех людей, которые к этому причастны, но мы позаботимся о тех, кто здесь.
Д. Гудков
―
Нет, безусловно, конечно, медийный образ нашу власть волнует. Но просто посмотрите, сейчас эта тема никого не волнует. Власть переключила свое внимание на другие актуальные темы. И почему я говорю, что меня не удивляет. Потому что когда мы принимали контрсанкции против европейских поставщиков разных товаров, сейчас опять контрсанкции в отношении Турции, все же эксперты говорили, что эти контрсанкции в первую очередь ударят по российскому потребителю. То есть это привело к росту цен, дефициту на рынке, к ухудшению качества товаров. И так далее. Об этом говорили все, ну почему-то власть сделала, отморозила уши назло бабушке что называется. И таких… понимаете, меня это не удивляет, потому что я ежедневно в думе вижу. Как принимаются различные мракобесные инициативы, и не знаю, мое может быть, восприятие уже притупилось. Если бы все было по-другому, если бы как-то и граждане на это реагировали, то наверное, я бы удивился.
О. Чиж
―
А граждане не реагируют.
Д. Гудков
―
К сожалению, в последнее время я обращаю внимание на то, как повестка очень быстро меняется. Сначала была Украина, потом у нас Сирия, теперь Турция. Все забыли про Украину, а там погибли люди. Все забыли уже про контрсанкции, все уже забыли, а почему у нас Россия оказалась в изоляции. Да про Крым уже начинают забывать. Обратите внимание.
О. Чиж
―
Еще одна тема, связанная со Следственным комитетом и с безопасностью что ли. Представитель Главного управления криминалистики Следственного комитета Сергей Рябов сегодня высказался за введение что ли поголовной дактилоскопической регистрации. По его мнению, это значительно бы упростило процедуру опознания например, погибших в катастрофе российского самолета над Синаем. «Мы бы не тратили полтора месяца и достаточно большие миллионы рублей, чтобы идентифицировать граждан, 224 человека погибших в самолете. Который разбился в Египте. Мы сейчас их идентифицировали через генетику. Это дорого. А так было бы проще».
Д. Гудков
―
Замечательно, тогда если следовать этой логике, если у нас власть ищет простые решения сложных проблем, значит надо запретить самолеты. Автомобили. Много гибнет людей. Надо перестать продавать ножи, например, в магазинах, потому что ими убивают. У нас, к сожалению, власть вместо того, чтобы решать какие-то конкретные проблемы, она начинает эти проблемы создавать. Вот если мы хотим бороться с терроризмом, наверное, нужно было сто раз подумать, прежде чем участвовать в военной операции в Сирии. Согласитесь. Если мы хотим предотвратить утечку мозгов и чтобы студенты не уезжали за рубеж, нам нужно создать условия для того, чтобы они нашли работу здесь. Смогли себя здесь реализовать. Создать комфортные условия для молодежи.
О. Чиж
―
Это пока все замечательно.
Д. Гудков
―
А у нас предлагают запретить студентам выезжать за рубеж. То есть когда просто…
О. Чиж
―
Откуда эта информация кстати появилась.
Д. Гудков
―
Было заседание, насколько я знаю из прессы, трех клубов «Единой России», либеральное есть крыло, консервативное, еще какое-то. Вот они обсуждали эту тему и пришли к выводу, что оказывается, вузы плохо готовят студентов, делают все, для того чтобы они уезжали за рубеж. Поэтому нам нужно вообще вузы оценивать по количеству тех студентов, которые остались здесь. Это вообще бредовая идея. То есть, когда во власти нет нормальных умных людей и профессионалов, вот всегда решение совершенно через одно место принимается. Извините за не очень парламентское выражение. И обратите внимание, мессенджеры теперь хотят запретить.
О. Чиж
―
Не запретить…
Д. Гудков
―
Неважно, вместо того чтобы решать проблемы людей, создают для них дополнительные проблемы, чтобы они свои же беды не могли обсуждать. То есть у нас теперь, оказывается, два человека без товарища майора не должны общаться. Без посредника. Товарища майора. Вот все надо контролировать. Это невозможно. На самом деле это иллюзия, что власть может все контролировать. Это как написал Альфред Кох, я просто помню этот пост, чтобы вы понимали, как система работает. Когда какого-то его приятеля, который находится в розыске по политическим причинам то ли в Израиле, то ли где, за ним было установлено наружное наблюдение. После чего оперативники встретились со своим клиентом и предложили ему за деньги покупать справки, которые они там куда-то пересылают. Своим начальникам. Он говорит, ну дайте мне справочку…
О. Чиж
―
Оплачивать их содержание.
Д. Гудков
―
За содержание. А дайте мне одну справку посмотреть. Да, пожалуйста. Он смотрит справку и говорит: слушайте, вот вы здесь пишите, что я сидел в таком-то дорогом ресторане, это же неправда, я сидел дома. Говорят: понимаешь, друг, нам нужно было как-то списать расходы, мы хорошо покутили, погуляли. Говорит: ну ладно. А можно, мы вам готовы бесплатно даже отдавать наши справки, может ли ваша домработница подписывать эти справки, а мы отчитаемся, что мы ее завербовали и будем на это получать деньги. Я абсолютно верю тому, что написал Кох в данном случае, потому что я сам был в ситуации, не буду называть фамилии, но когда мне еще давно «Справедливая Россия» предложила возглавить партию в Рязанской области, я просто знаю, что потом ушла справка в ФСБ в Москву, что Гудков встречается с какими-то бандитами. В итоге я потом увидел эту справку. Там было три фамилии. Один, во-первых, не является бандитом, уже давно работает в команде губернатора. А двоих я до сих пор не видел и никогда не встречался. Вот так эта система работает. Каждый сам решает с помощью справок свои какие-то корыстные вопросы.РЕКЛАМА
Д.Гудков:Вместо того чтобы решать проблемы людей, создают для них дополнительные проблемы
О. Чиж
―
Мы остановились на довольно интересном мнении представителя Главного управления криминалистики, который говорит, что нужно бы у всех снять отпечатки пальцев, и было бы так проще, например, погибших опознавать.
Д. Гудков
―
Запретить всем выходить после десяти часов на улицу. И пытаться только в отведенных местах платить за воздух.
О. Чиж
―
Главное Интернет отключить.
Д. Гудков
―
Мессенджеры и так далее.
О. Чиж
―
Перспективы-то есть?
Д. Гудков
―
Я не верю в перспективы. Потому что я вот являюсь членом профильного комитета по конституционному законодательству и госстроительству. У нас часто были дискуссии на тему, надо ли дактилоскопировать мигрантов или нет. И даже на мигрантов денег не нашли. Вы представьте, как это сделать так, чтобы все 140 миллионов россиян отпечатки пальцев…
О. Чиж
―
Постепенно. Десятилетиями, годами.
Д. Гудков
―
Я думаю, до этого не дойдет. Это очень сложно, дорого, затратно. И ради того чтобы кого-то где-то опознать, как раз именно на эту работу они потратят гораздо больше денег, чем на то, чтобы опознать кого-то во время трагедии или катастрофы. Не верю я в эти перспективы.
О. Чиж
―
Тему про желание все контролировать я хочу закончить вопросом от Александра из Санкт-Петербурга: «Прошло 40 дней после катастрофы аэробуса. А виновные не найдены. А в Париже через два дня были найдены террористы. Почему? Вроде все пытаются контролировать». Казалось бы, в вопросе безопасности могли бы найти. Я не верю, что у нас спецслужбы настолько…
Д. Гудков
―
Потому что наши спецслужбы пытаются контролировать только то, что угрожает нашей власти. А нашей власти угрожают какие-то протестные настроения. Они хотят, например, чтобы наши дальнобойщики вместе не собирались, чтобы они не обменивались информацией. Чтобы не было каких-то масштабных протестов. У нас какой-то известный следователь из Волгограда приехал в Москву, чтобы заниматься оппозицией. В итоге пропустили два теракта. Конечно, они ничего не контролируют. Но здесь объективности ради, надо сказать, что все-таки это произошло не в России, а на территории другого государства. Поэтому здесь нужно предъявлять претензии в том числе и спецслужбам других государств. И вообще это очень сложно. В принципе понятно, что это теракт, совершенно очевидно и понятно, кто это сделал. Но другой вопрос, какие были мотивы. Сами-то власти виноваты в том, что начали операцию в Сирии и в итоге пропустили этот теракт. О чем, кстати, предупреждали все эксперты. На всех даже телеканалах. Я специально посмотрел несколько федеральных эфиров, где участвовали Борис Надеждин, еще кто-то из оппозиции. Когда они говорили о том, что нужно все просчитать. Вы просчитали все.
О. Чиж
―
Да, такие мнения звучали.
Д. Гудков
―
В итоге все кричали, да мы все просчитали, надо делать, вперед, ничего не будет. Все замечательно и правильно мы делаем. В итоге вот закончилось все терактом.
О. Чиж
―
Вы уже сами затронули тему дальнобойщиков. Сегодня вице-премьер Аркадий Дворкович говорил об этом в том числе. И по вчерашнему общению с телеканалами Дмитрия Медведева можно сделать такой вывод, что точка в проблеме «Платона» поставлена. Потому что Аркадий Дворкович сегодня говорит, что никакого эмбарго, запрета на работу этой системы не будет. Влияние ее на цены будет минимальное. Десятые доли процента. Из слов премьер-министра тоже решительные нотки улавливаются. Вопрос закрыт?
Д.Гудков: Я не верю в перспективы
Д. Гудков
―
Это будет зависеть от дальнобойщиков. Но совершенно очевидно, что последнее время, я же наблюдаю, как власть реагирует на этот протест. Что она делает. Она разбивает их на разные колонны. Условно одна колонна это колонна умеренных, другая колонна – радикальных. Соответственно появляются какие-то странные люди типа представителя партии «Воля», которые начинают распространять листовки, что вот это вообще инопланетяне все организовали. Все это демонстрируется на подконтрольных медиа. Соответственно те дальнобойщики, которые все это видят, говорят, а зачем мы в этом бардаке будем участвовать, тут какие-то странные политики появляются. В общем, удалось расколоть. Второе. Удалось затянуть.
О. Чиж
―
А затянуть как удалось? Как с ними правоохранительные органы общались, я была поражена…
Д. Гудков
―
Сначала отправили депутатов, потом якобы с ними встречался министр транспорта и так далее. То есть все равно это неделя, две недели для того, чтобы снять вот этот накал эмоциональный. Удалось.
О. Чиж
―
Практически все это время на высоком уровне это никто особенно не комментировал.
Д. Гудков
―
Потому что тоже сейчас особой активности нет. Третий момент – началось давление на самых активных. Я был на одной дискуссии, где был представитель, один из координаторов всех этих дальнобойщиков Дмитрий, он сказал, что уже и слежка за семьей и пошли какие-то угрозы. И так далее. То есть пока власти удалось, я не знаю, приостановить или остановить этот протест. Посмотрим, что будет дальше. Ведь на самом деле надо понимать, что для многих дальнобойщиков это вопрос вообще выживания. То есть они и так после Крыма потеряли заказы, так теперь они зарабатывают, им еле хватает просто на то, чтобы прокормить себя и содержать автомобиль. Плюс сейчас идут сокращения на этом рынке. Количества заказов. Это уже привело к удорожанию и все это отразится на ценах. Ну я пока не вижу, чтобы как-то власть это заботило и пока не вижу, что этот протест растет. Может быть какая-то вторая волна. Но пока власть действует и включает те самые инструменты, которые она использовала против протеста политического. Все было то же самое, попытка расколоть, попытка маргинализировать. Попытка запугать. И собственно удалось. Но опять же это не означает, что власть здесь вышла победителем, потому что чем больше будет таких социальных групп обиженных, тем быстрее у нас произойдет обвал всех этих рейтингов в 90%, в которые, конечно же, не верю. И тогда это может спровоцировать разные процессы и раскол элит и все, что угодно. То есть это в любом случае не пройдет безболезненно для власти. То есть вот эти люди уже явно не верят тому, что говорят по телевизору. Дальше уже работает сарафанное радио. Все уже расскажут своим друзьям и количество людей, на которых власть перестанет влиять, их будет больше и больше. Это еще пока у нас есть резервы. А я думаю, что этих резервов хватит на года полтора. А через полтора года будет серьезный обвал. Это говорят все экономисты. Но есть оптимисты, которые считают, что на два года этих резервов хватит. Но я в это почему не верю, потому что их бы хватило, может быть, и на три года, если бы они это эффективно тратили. Без воровства, тратили бы не на какие-то свои предприятия своих друзей и знакомых, а на снижение процентной ставки для кредитов и так далее. Тратится неэффективно, поэтому деньги быстро закончатся.
О. Чиж
―
Что примечательно. Может быть, я какие-то не те фотографии видела, допускаю, что упустила что-то. Но на всех снимках со стоянок дальнобойщиков, если посмотреть на плакаты, то фамилия Ротенберг там встречается часто. А слова, например: правительство, ГД, фамилии Медведев, Путин, они не встречаются. Как-то с возложением ответственности…
Д. Гудков
―
Подождите. Сначала они все ехали в Москву для того, чтобы президент обратил на них внимание. И все надеялись, что в своем послании ежегодном именно Путин остановит эту реформу. Честно говоря, даже накануне этого выступления, обращения президента мы, когда встречались в кулуарах, были разговоры на эту тему и многие считали, что вот сейчас Путин точно отменит систему «Платон». Но этого не произошло.
О. Чиж
―
Красиво было бы.
Д.Гудков:Власть сейчас чувствует себя самоуверенно, она считает, что может остановить любой протест
Д. Гудков
―
Я так и думал. Если бы я был на месте пиарщиков Владимира Путина, я бы так и сделал. Вот он добрый царь пришел, рассудил. И мы его снова любим. Но даже этого не произошло. О чем это говорит? О том, что власть сейчас чувствует себя самоуверенно, и она считает, что может остановить любой протест. И что этот протест ей никак не угрожает.
О. Чиж
―
Причем остановить не так, как было в 2012 году, а так на тормозах.
Д. Гудков
―
Да, потому что сначала протест был эмоциональным. Когда проходят эмоции, начинаются уже такие суровые будни и надо уже долго работать, надо объединять людей. К сожалению, очень мало наших российских граждан готовы противостоять власти на протяжении долгого времени.
О. Чиж
―
Сейчас небольшая пауза.НОВОСТИ
О. Чиж
―
Это программа «Особое мнение». +7-985-970-45-45 телефон для ваших sms. Мы уже плавно к революционным настроениям перешли. Вчера была пресс-конференция Михаила Ходорковского. Она последовала на второй день после того, как он в твиттере выложил уведомление от Следственного комитета. О том, что должен явиться 11-го в Следственный комитет для предъявления обвинений. Ну, естественно, отверг все обвинения. Но среди прочих были политические заявления, в частности о том, что неизбежна некая мирная революция. Причем по контексту понятно, что это обозримое будущее.
Д. Гудков
―
Я так понял, что это цель «Открытой России», чтобы у нас была мирная революция.
О. Чиж
―
Может быть и должна быть, - сказал он.
Д. Гудков
―
У нас есть риск, что все будет очень не мирно. Сохраняется этот риск.
О. Чиж
―
Илья вас спрашивает: солидарны ли вы с тезисом Михаила Ходорковского, что России необходима мирная и именно революция. То есть сменить власть иным путем уже не получается. Только революционным?
Д. Гудков
―
Имеется в виду, что нам нужна революционная смена курса. То есть, грубо говоря, нам необходимо полностью поменять Конституцию, провести реформу разделения властей, сделать так, чтобы все это у нас прошло мирно. Конечно, в этом плане я его поддерживаю. Именно это я и услышал. Потому что ни к каким революционным действиям, имеется в виду выходу на улицу, и уже к каким-то столкновениям с полицией он не призывал. Если конечно власть не проведет политические и экономические реформы, то мы, безусловно, попадаем в революционную ситуацию, совершенно очевидно, потому что как я уже сказал, деньги закончатся через полтора, два года. Я думаю, что нефть, скорее всего, пойдет вниз, а не вверх. И даже если она…
О. Чиж
―
Кстати, ваши прогнозы по 2017 сходятся.
Д. Гудков
―
И даже если нефть будет 70 или 80, этого уже не хватит для того, чтобы сбалансировать бюджет. Даже сегодня, по-моему, для баланса нужно, чтобы нефть стоила 120 с лишним долларов за баррель. Понятно, что так она стоить не будет. Далее, совершенно очевидно, что у нас продолжается курс на международную изоляцию, это означает, что мы отрезаны от всех кредитных финансовых возможностей. Это значит, что у нас не будет инвестиций, это значит, что наши банки перестанут кредитовать российский бизнес. И это в общем, приведет к какому-то банкротству. Даже сейчас, я думаю, Наталья Зубаревич нам более подробно может рассказать об этом, во многих регионах уже долг, который превышает бюджет годовой региона. И таких много субъектов. Поэтому что будет делать власть, я, честно говоря, вообще не представлю. Плюс у нас продолжается отток капитала, у нас продолжается отрицательная селекция. То есть утечка мозгов. Из-за того, что институты не работают, дума принимает, думая, что она защищает таким образом власть, она принимает, давайте дипломатично скажем – огромное количество законов с ошибками. Это закон, например, о контрсанкциях.
Д.Гудков:Даже если ты в России проигрываешь все суды, уже на ЕСПЧ надеяться нет смысла
О. Чиж
―
С ошибками какого характера?
Д. Гудков
―
Во вред стране они принимают. То есть они думают, что они ответили так Европе, Америке или Турции, а на самом деле они, конечно, не Воронеж разбомбили, но близко к этому. И так постоянно. Я просто наблюдаю. Нет дискуссии никакой, некому, я один не могу изменить, нет даже во власти сегодня тех людей, которые могли бы останавливать какие-то бредовые совершенно инициативы. У нас сейчас отменили приоритет международного права. На самом деле что это означает. Это означает, что все предприниматели, инвесторы, они понимают, что теперь защитить собственность здесь невозможно. Даже если ты в России проигрываешь все суды, уже на ЕСПЧ надеяться нет смысла. Вот почему у нас даже президент сказал в обращении, что у нас амнистия капиталов не сработала. Ну почему. Казалось бы, вот возвращай деньги, и мы тебе все простим. Но никто не возвращает. Даже в таких условиях. Потому что никто не хочет хранить деньги в нашей стране, когда у тебя в любой момент их могут отобрать, когда ты не сможешь защитить ни в одном суде свою собственность, свои активы. Это означает, что не будут строиться предприятия, заводы и так далее. Не будут создаваться рабочие места. Они наоборот будут сокращаться. У нас потом появится большое число безработных. У нас будут снижаться зарплаты. У нас не будут вкладываться деньги в развитие инфраструктуры, образования, здравоохранения. Здесь невозможно будет лечиться. Здесь невозможно будет учиться. Но я конечно может быть о длительной перспективе говорю. Но мы пока движемся к какой-то катастрофе и рано или поздно, если сейчас власть не одумается, не начнет проводить реформы, закончится все гражданской войной. Революцией, чем угодно. Я, конечно, не хочу революций, я не хочу никаких потрясений. Я выступаю за то, чтобы все-таки мы каким-то эволюционным путем двигались, но для этого должно быть желание не только снизу, но и сверху.
О. Чиж
―
Какое-то деление клеток должно начаться. Если денег осталось на полтора года, это значит, что ощутимо нехорошо будет уже в 2016, когда мы будем проходить через выборы в ГД.
Д. Гудков
―
Для некоторых социальных слоев уже сейчас ощутимо нехорошо. Средний класс уже и бизнес страдает.
О. Чиж
―
Это же, наверное, будет золотое время КПРФ на этих выборах в таких условиях.
Д. Гудков
―
Вообще если мы возьмем историю европейских выборов, то, как ни странно, когда заканчиваются деньги, побеждают именно реформаторы. Потому что нужно работать и зарабатывать. А когда все замечательно с бюджетом, именно левые настроения побеждают. Поэтому мне кажется, что, несмотря на левый поворот, элита будет приходить к пониманию необходимости этих реформ и будет запрос на реформы и на реформаторов. На людей, которые способны будут хоть что-то сделать для экономики страны. Потому что все равно граждане понимают, что власть не решает социальные вопросы, она понимает, что это из-за того, что не работает экономика. И все равно рано или поздно люди поймут, что нужны непопулярные реформы. Я помню, как мне когда-то Валерий Зубов рассказывал, он был губернатором Красноярского края, как раз в 90-е. Он и Немцов были первыми губернаторами демократами. И все говорили, что нет, вы никогда не победите. И в итоге он побеждает с большим отрывом и люди приходят и просят проводить вот эти непопулярные реформы, потому что реально…
О. Чиж
―
Вот с трудом представляю. Вот повышение пенсионного возраста. Это непопулярная реформа, про которую нам столько времени говорят. Надо повышать?
Д. Гудков
―
А нет выбора. Они уже довели ситуацию, что нет выбора. Я могу рассказать радиослушателям, я эту тему изучал. И более того, выступал с целой публикацией о том, как реформировать пенсионную систему. Что происходит. У нас сегодня тратится на все пенсии почти 40% всех государственных расходов. Бюджет Пенсионного фонда в этом году 7,5 триллиона рублей. Для сравнения, Олимпиада в Сочи, к которой мы готовились шесть или семь лет, стоила полтора триллиона. В пять раз меньше. За шесть лет мы потратили на Олимпиаду в пять раз меньше, чем за один год на все пенсии. То есть далее что происходит. У нас на пенсию выходит поколение 50-х. Это поколение бэби-бума. Послевоенного. Это большое поколение. А в трудоспособный возраст вступает поколение 90-х, маленькое поколение.
Д.Гудков:Наше поколение не сможет уже рассчитывать на какие-то пенсии
О. Чиж
―
Молодых не очень много.
Д. Гудков
―
Соответственно соотношение работников и пенсионеров у нас не в пользу работников и у нас нагрузка на Пенсионный фонд вырастает. И вот этот демографический негативный тренд он будет сохраняться до 30-го года. Почему именно тогда Кудрин и все ввели эту накопительную часть пенсии, которую я поддерживаю, и меня возмущает, что у нас…
О. Чиж
―
Хотелось бы ее когда-нибудь увидеть.
Д. Гудков
―
…что у нас украли эту накопительную часть пенсии. По-другому я не могу это назвать. Потому что наше поколение не сможет уже рассчитывать на какие-то пенсии. Мы можем только накопить на эти пенсии. Совершенно очевидно. И при таком демографическом тренде у России не будет никакого другого варианта, как повышать пенсионный возраст. Просто можно было это делать по-другому, безболезненно, можно это было начинать в начале нулевых. Можно было по полгода повышать, можно было стимулировать…
О. Чиж
―
То есть когда были деньги.
Д. Гудков
―
Да, можно было стимулировать более поздний выход на пенсию. Например, можно было отменить страховые взносы для пенсионеров. Их платит работодатель, ему было бы выгодно оставлять людей пожилого возраста. То есть там много вариантов, и мы рассказывали, как в Сингапуре, как в Швеции. Нужно было расширять инвестиционный портфель для негосударственных пенсионных фондов. Чтобы они могли зарабатывать деньги. То есть, грубо говоря, вот представьте, негосударственный пенсионный фонд российский в России зарабатывал меньше, чем негосударственный пенсионный фонд в Швеции. Потому что масса контролирующих организаций, в недвижимость нельзя тратить, вкладывать деньги, в золото нельзя, еще куда-то нельзя. Долгосрочные инвестиции нельзя и в итоге, конечно, наши негосударственные пенсионные фонды не могли быть суперэффективными, хотя все равно даже в этих условиях им удавалось зарабатывать деньги. Сейчас на этой реформе поставили крест. И я вот не понимаю, причем я понимаю, что это не популярно, но это понимают практически все и в думе, и в правительстве. И ни для кого это не секрет.
О. Чиж
―
А почему никто пластырь-то не сорвет?
Д. Гудков
―
А потому что, к сожалению, и президент, и правительство не хотят тратить свой рейтинг на проведение непопулярных реформ. Вообще во всем мире в цивилизованных странах мира для чего нужен высокий рейтинг. Чтобы его потратить на проведение непопулярных реформ. Даже есть правило, что непопулярную реформу может проводить только популярное правительство.
О. Чиж
―
Но как показала история с «Платоном», в общем, ничего страшного, можно и перетерпеть. Можно и непопулярную вещь сделать.
Д. Гудков
―
Это не реформа. Это попытка дать возможность сделать легкие деньги для близких друзей. Это никакая не реформа. Она не ударит по пенсионерам. Если мы говорим про серьезную реформу пенсионную, конечно, она ударит по миллионам российских граждан, это отразится на рейтинге, на первых выборах, это уже будет не 50-60%, а на 20% меньше.
О. Чиж
―
А это проблема…
Д. Гудков
―
Для Путина проблема.
О. Чиж
―
Реальное количество проголосовавших.
Д. Гудков
―
Конечно. Сто процентов. Потому что пенсионеры сегодня голосуют за действующую власть, потому что реально пенсии выросли в денежном выражении, начиная с нулевых. И они не понимают, что это произошло благодаря высоким ценам на нефть. Они думают, что так сработало эффективное правительство. Поэтому если будет обратное движение, то конечно они не будут голосовать за власть. Но это очевидно.
О. Чиж
―
Это немножко противоречие, потому что кажется, что в принципе убедить в том, что черное это белое, а белое это черное не составляет большого труда. Как показали последние годы. Существует телевизор, какие-то небольшие подарки.
Д. Гудков
―
Власть это прекрасно понимает. Потому что граждане у нас политикой не интересуются. И когда я пишу вообще на тему пенсионной реформы даже в своих собственных блогах, я вижу, что это даже аудитории фейсбука не очень интересно. Ну потому что это очень сложно и в этом надо разбираться. А когда какой-то лозунг написал, да, это идет на ура и хорошо. Поэтому когда нам предъявляют претензии, - а чего же вы критикуете, ничего не предлагаете. Да мы предлагаем, вам это неинтересно.
О. Чиж
―
Экшена не хватает.
Д. Гудков
―
Экшена не хватает. И это тоже проблема. Для всех, кстати, не только для оппозиции. Для власти, для всех.
О. Чиж
―
Проблема в нас, надо что-то делать со своим отношением…
Д. Гудков
―
Ну не просто так создают сейчас комитет экспертов, который должен пропагандировать идею повышения пенсионного возраста. Куда будут якобы приглашены все наши телезвезды, ведущие.
О. Чиж
―
Некоторые уже, правда, опровергали. Так что может быть это какие-то планы…
Д. Гудков
―
Я думаю, все равно мы к этому придем.
О. Чиж
―
Интересное будет телешоу. Спасибо большое. Это было «Особое мнение» депутата Дмитрия Гудкова. Спасибо всем, кто слушал, смотрел и участвовал.