Максим Шевченко - Особое мнение - 2015-05-21
21.05.2015
О. Журавлева
―
Добрый вечер. Это «Особое мнение». Особое мнение высказывает журналист Максим Шевченко. Здравствуйте, Максим.
М. Шевченко
―
Здравствуйте, Оля.
О. Журавлева
―
Скажите, вы все еще не верите в существование ИГИЛ?
М. Шевченко
―
Ну в каком смысле.
О. Журавлева
―
Вы говорили, что это выдумка журналистов. И всяких там западников.
М. Шевченко
―
Я говорил, что мы точно не знаем, что это такое.
О. Журавлева
―
Сейчас вы более определенно понимаете…
М. Шевченко
―
Я до сих пор точно не знаю, что это такое. Потому что совершенно разные силы скрываются под брендом ИГИЛ. Под брендом ИГИЛ скрываются как фейки, созданные спецслужбами в разных частях света, чтобы иметь поводы для вторжения в эти части света. На Ближний Восток, на Кавказ, еще куда-то.
О. Журавлева
―
В Сирию будут вторгаться?
М. Шевченко
―
В Сирию, конечно, разумеется. Так и в том числе какие-то реальные отряды местных повстанцев, как правило, действующих в районах Ирака и Сирии, которые на самом деле называют себя Исламское государство и подчиняются некому халифу. Сидящему в Тикрите или Мосуле. Где он там не помню.
О. Журавлева
―
Кто уничтожает памятники, как вам кажется?
М. Шевченко
―
Какие еще памятники?
О. Журавлева
―
Памятники культуры.
М. Шевченко
―
Памятники культуры уничтожает гражданская война, которая развязана была Западом на территории Ирака. Мне не забыть картины, когда американские морские пехотинцы грабили древнейший музей в Багдаде. Не помните, когда они взяли Багдад, они вошли в музей археологический, а потом артефакты из музея продавались на черных рынках по всему миру. Это делали аmerican marines.
О. Журавлева
―
Хорошо.
М.ШЕВЧЕНКО: Под брендом ИГИЛ скрываются в том числе фейки, созданные спецслужбами в разных частях света
М. Шевченко
―
Между прочим, в основном.
О. Журавлева
―
Сейчас, когда нам показывают видео…
М. Шевченко
―
А сейчас мне все равно, во время гражданской войны артефакты культуры не имеют никакого значения. Во время гражданской войны…
О. Журавлева
―
Уничтожена будет Пальмира…
М. Шевченко
―
…имеют значение люди и политические факторы. Не надо лицемерно переводить стрелки на восставший иракский или сирийский народ, который имеет за спиной 25 лет гражданской войны. И оккупации иностранной. Это затеяли американцы и НАТО, которые под фальшивым ложным предлогом вторглись в Ирак, свергли режим, который там был и который обеспечивал Ираку социальную стабильность и процветание. Захватили нефтяные поля. Разграбили сокровища бесчисленные археологические и культурные, которые принадлежали народу Ирака. Мало того, что разграблен был багдадский музей археологический американскими военнослужащими. Это доказанный факт. И никто за это не наказан. Они воровали артефакты стоимостью в десятки, сотни тысяч долларов. Зачастую. Так еще и что они сделали с Вавилоном. Там Саддам Хусейн пытался археологически восстановить Вавилон, какие-то ворота Иштар, знаменитые артефакты. Они устроили там свою базу на этом месте.
О. Журавлева
―
Сейчас нет американцев в Сирии.
М. Шевченко
―
Это не имеет значения. Это гражданская война. Во время гражданской войны в России в 18-19 году были сожжены, погибло бесконечное количество произведений культуры. Во время гражданской войны люди воюют, жертвуют своими жизнями, погибают сотни тысяч людей, а вам жалко какие-то камни. Захватили Пальмиру, хочется обратиться к ним: не разрушайте эту Пальмиру. Не разрушайте эти памятники. Но виновны в этой войне, в том, что произошло, в том, что случилось те, кто разжигал гражданскую войну в Ираке и в Сирии. А это, безусловно, Запад.
О. Журавлева
―
Хорошо. А какая цель у Запада в этой ситуации?
М. Шевченко
―
Захватить просто Ближний Восток, сформировать там хаотическое пространство. Уничтожить национальные государства, которые так или иначе, но были субъектами международного права. Создать там некое бесконечное броуновское движение. Из разных политических организаций, которые ни в какой мере не являются субъектами международного права. В отличие от Ирака или от Сирии. Но являются субъектами переговорного процесса торговли, торговли оружием, наркотиками, заложниками. Чем еще занимаются спецслужбы в этом мире. Что еще они организуют.
О. Журавлева
―
Скажите, а…
М. Шевченко
―
Я вам говорю, спецслужбы в современном мире организуют торговлю наркотиками, оружием, заложниками, террористическими актами. Это все делают ведущие государства мира. А не какие-то группы отморозков.
О. Журавлева
―
А наши спецслужбы тоже этим занимаются?
М.ШЕВЧЕНКО: Это затеяли американцы и НАТО, которые под фальшивым ложным предлогом вторглись в Ирак
М. Шевченко
―
Надо расследовать. По крайней мере, подозрения такие бывали в Дагестане и на Кавказе тоже. Конечно, бывали, честно вам скажу, и такие обвинения звучали. Ничего тут иного по отношению к тому, что делают американские или иные спецслужбы нет. Порода всех современных спецслужб одинакова. Они служат только себе. Их специальная служба только в интересах корпорации. И фильм в частности «Родина» только не израильский и не эта советская поделка, которую нам показали. А американский 4-серийный великий фильм, прекрасно нам это показывает. Это закрытая корпорация, которая действует только в своих личных интересах. Которая наполнена внутренними карьерными какими-то устремлениями, склоками, пауки в банке реально, которые на самом деле обладают огромным оружием и огромным потенциалом. Специальных операций.
О. Журавлева
―
Вам не страшно, что у нас президент выходец из спецслужб?
М. Шевченко
―
А у них тоже президент выходец из спецслужбы. Буш возглавлял ЦРУ.
О. Журавлева
―
Но его уже нет. А у нас пока есть.
М. Шевченко
―
Следующий у них тоже будет выходец какой-нибудь из спецслужб. Что в этом такого. США возглавляли генералы. Эйзенхауэр был президентом США, Джордж Буш возглавлял ЦРУ, его сын Буш-младший тоже имел отношение к ЦРУ. Чего вы прицепились к Путину.
О. Журавлева
―
Почему я прицепилась.
М. Шевченко
―
А откуда он должен быть выходцем. Из комсомола?
О. Журавлева
―
Демонизировали спецслужбы…
М. Шевченко
―
Так у нас, знаете ли только из КПСС или КГБ, у нас никаких диссидентов во главе страны не было.
О. Журавлева
―
А надо бы, чтобы были.
М. Шевченко
―
В парламенте 1993 года были люди, которые не были выходцами ни из КГБ, ни из ЦК, которые были по-настоящему оппозиционеры, которые были православными или активистами или какими-то еще. Но их расстреляли. И либералы демократы приветствовали этот расстрел. Поэтому чего теперь жаловаться-то.
О. Журавлева
―
Скажите, пожалуйста…
М. Шевченко
―
Вы сами расстреляли, не вы лично, а те, кто приветствовал расстрел Белого дома.
О. Журавлева
―
Я ни разу не приветствовала ни одного расстрела.
М. Шевченко
―
Сами уничтожили возможность народной демократии в России. Именно тот Верховный совет был последним демократическим парламентом РФ.
О. Журавлева
―
Хорошо.
М. Шевченко
―
И первым же кстати.
О. Журавлева
―
Что с проектом Новороссия? Он закрыт?
М. Шевченко
―
Ну мне кажется, что логика Минских соглашений приведет к тому, что с повстанцами должны поступить так, как поступили с казаками Гонты в свое время. Когда Екатерине надо было отожрать от Речи Посполитой часть Польши и Украины, часть Белоруссии и Украины, она инициировала Екатерина Великая восстание казаков Гонты. Пообещав им и православие, и народное самоуправление. И когда казаки Гонты это восстание подняли, очень свирепое, жестокое, с поляками, то потом Екатерина их же и задушила своими руками. И я не исключаю, что история Гонты может повториться.
М.ШЕВЧЕНКО: Тот Верховный совет был последним демократическим парламентом РФ
О. Журавлева
―
Кто спровоцировал нынешних казаков? Кто их вскормил?
М. Шевченко
―
Их спровоцировал киевский фашистский переворот.
О. Журавлева
―
То есть они сами их вскормили.
М. Шевченко
―
Наглой киевской элиты, которые конечно свергли криминальный режим Януковича, тут просто нет никаких вопросов. Но они тоже криминал. Они тоже были частью этого режима. Что они какие-то диссиденты что ли. Турчинов, Порошенко, Аваков, извиняюсь, эта фракция «Батькивщина» и фракция «Наша Украина». Которая тоже была у власти достаточно долго. Вот они захватили власть при поддержке неонацистских группировок в Киеве. Они захватили власть, использовав энергию социального протеста майдана.
О. Журавлева
―
И завезли оружие на Донбасс и стали с ними воевать?
М. Шевченко
―
И потом пошли войной на Донбасс. Двинули на Донбасс вооруженные формирования.
О. Журавлева
―
Зачем?
М. Шевченко
―
Чтобы подавить его.
О. Журавлева
―
А почему оно началось-то?
М. Шевченко
―
Потому что Донбасс не хочет подчиняться неизвестно кому в Киеве.
О. Журавлева
―
Когда вы говорили про Екатерину, вы говорили, что она сама их спровоцировала своими обещаниями. Этим кто-то давал обещания?
М. Шевченко
―
Ну конечно Москва им давала обещания. Будет Новороссия, будет признана. Будете получать социальные гарантии. Ну на мой взгляд еще ничего не потеряно. Еще Москва как бы их не сдала. Но процесс, честно говоря, идет достаточно, которого стоит опасаться. Конечно, Москва их подогревала. Их интерес к восстанию. Люди бы и так восстали. И без Москвы. Честно вам скажу. Потому что я был на Донбассе с первых дней восстания. Донбасс совершенно не понимал, почему какой-то бакинский армянин Аваков, который родом из Харькова, должен руководить Украиной. Никто его не избирал. Почему какой-то баптистский пастор Турчинов, который сидел во фракции «Батькивщина», должен вдруг стать военным диктатором. Поэтому Донбасс…
О. Журавлева
―
Тоже все было непросто.
М. Шевченко
―
Но на Донбассе, Донбасс в Киев не лез. А вот Киев в Донбасс полез. Поэтому получил Илловайск.
О. Журавлева
―
Мы продолжим этот разговор.РЕКЛАМА
О. Журавлева
―
И снова с вами программа «Особое мнение». Мы продолжаем дискутировать на тему, кому нужен или не нужен проект Новороссия. И куда он пойдет дальше. В перерыве мы говорили, что на самом деле Москва подсуживала, но не была главным инициатором.
М. Шевченко
―
Нет, Москва как раз пыталась оседлать народное восстание.
О. Журавлева
―
Теперь, когда Москва может…
М. Шевченко
―
Народное восстание опасно Москве, потому что классовая природа Москвы и Киева она одинакова. И там и там господствует крупный капитал. Только в Москве этот капитал принадлежит бюрократии, а в Киеве олигархии. Это конфликт между одноуровневыми типами капитала, которые имеют разную природу. Но когда перед ними встает народное восстание с социальными требованиями, как это произошло в Луганской особенно области, то естественно между ними происходит смычка общих интересов. Так называемые классовые общие интересы. Вооруженный народ, который берет в прямое управление предприятия, который ставит своих управляющих, причем эти предприятия не грабятся, не разоряются, я это видел своими глазами. В Алчевске, в Стаханове. А они работают, продолжают работать. Более того, норма прибыли идет на развитие производства оказывается, а не в карман хозяевам. Тут получается такая проблема, что задеты классовые интересы. Карман крупных собственников. У них, безусловно, произойдет консолидация на этом фоне. Безусловно, народное восстание с социальными требованиями на постсоветском пространстве будет задавлено соединенными карательными подразделениями, поверьте, которые принадлежат олигархам всех мастей. И с разными паспортами в карманах. Это главная угроза для тех, кто разделил между собой, разворовал постсоветское пространство.
О. Журавлева
―
Тогда получается, что у Кремля и Киева одна цель.
М. Шевченко
―
Я бы не сказал, что одна цель. Потому что Кремль это не единое понятие. Если Киев более-менее сегодня выступает с единых позиций, хотя там есть разногласия между ними в борьбе за власть, то в Москве есть совершенно разные тренды. В Москве есть, условно говоря, мы можем в таком большом Кремле наблюдать либеральная часть Кремля, которая стоит за включение России в международную финансовую экономическую систему. Западную прежде всего. На правах полуколонии конечно. Чтобы они были смотрящими.
О. Журавлева
―
А мы разве не были включены до санкций?
М. Шевченко
―
Были как полуколония естественно, мы были полуколония. Мы были классическая колония, которая получала оттуда дешевые деньги, продавала втридорога населению, поставляла туда сырье, обменивала сырье на деньги и на разные полезные производящиеся там, в метрополиях инструменты и разные машины хорошие. Ну и как бы так жили более-менее нормально. Такая как бы и не колония. И не метрополия. Некая полуколония. Страна такого второго-третьего мира. Но есть другая часть, допустим, в Кремле, которая стоит на позициях развития национального капитала. Национальной буржуазии. Она сейчас ищет пути для себя. Понятно, что Запад как источник финансовых инвестиций, это не было инвестициями по большому счету, это только так называлось. Инвестиции Запада. Это никакие не инвестиции. Потому что эти гроши по масштабам того, что уходило туда из России, трудно считать инвестициями. Это были скорее вложения…
О. Журавлева
―
Что, нас обманывало руководство?
М.ШЕВЧЕНКО: Донбасс совершенно не понимал, почему какой-то бакинский армянин Аваков должен руководить Украиной
М. Шевченко
―
Нет, это просто была покупка, доля в том, в этом. Они пытались влезть.
О. Журавлева
―
А в чью пользу эти игры шли с Западом?
М. Шевченко
―
В пользу компрадорской буржуазии и бюрократии, которая держит в своих руках политический тренд в России. Которая держит в России власть и которая, собственно говоря, ведет переговоры с мировыми разными финансовыми центрами об обмене. Так вот есть вторая башня, первая финансово-либеральная, Россия пятая финансовая экономика мира. И все такое прочее. То есть часть мирового порядка. Ну конечно еще раз, в полуприсяде стоящая в позе «ку» всегда немножко. Доказывающая, что она хорошая. А вторая такая национально ориентированная с развитием внутреннего рынка, капитала. Сейчас они ищут деньги. Вот они обращаются к Китаю. Китай, конечно, дает деньги на кабальных условиях. Они, допустим, пытаются еще так как-то смутно посмотреть в сторону исламского мира. Потому что исламские деньги есть во всех странах современных развитых. Кроме России. Это тоже кстати показатель полуколонии. Российская финансовая банковская система, ЦБ не пускает сюда деньги islamic banking.
О. Журавлева
―
Почему?
М. Шевченко
―
Потому что эти деньги, которые работают в США, Великобритании, Германии, Франции, в Швейцарии я вот знаю, Италии. Везде во всех развитых странах, они не работают с кредитным процентом. Они работают с долей прибыли. Это деньги, когда банк, вот исламский банк не занимается кредитованием и валютными спекуляциями. Он говорит, допустим, есть строительство завода, банк входит в этот проект долей и получает потом процент с прибыли. И выплачивает дивиденды. Допустим, держателям банка и вкладчикам и так далее.
О. Журавлева
―
И чем нас это не устраивает?
М. Шевченко
―
Нас с вами это устраивает. Это не устраивает тех финансовых спекулянтов, которые оседлали финансовую экономику России. Которые ее контролируют и которые там берут кредиты в мировых финансовых центрах под 2-3%, а здесь под 15-16. А здесь же нет процента, здесь есть реальное развитие. Это сразу будет скачок для национального капитала внутреннего.
О. Журавлева
―
Максим Леонардович, но совершенно очевидно, что вас не устраивает ныне существующая бюрократия.
М. Шевченко
―
Меня не устраивает политическая практика, при которой Россия остается полуколониальной страной второго сорта.
О. Журавлева
―
Если можно было бы сменить эту всю верхушку.
М. Шевченко
―
На кого? На Навального что ли?
О. Журавлева
―
Почему на Навального?
М. Шевченко
―
А на кого.
О. Журавлева
―
У нас в стране больше никого нет? Это единственные люди.
М. Шевченко
―
А вы кого предложили нам. Вот кого предложила оппозиция. Давайте посмотрим. Каких-то людей, которые занимались «Ив Роше» и какими-то лесными…
О. Журавлева
―
У вас оппозиционные взгляды.
М. Шевченко
―
И с кем я пойду.
О. Журавлева
―
Вы не замазаны ни в каком бизнесе.
М. Шевченко
―
С кем?
О. Журавлева
―
Вы прекрасный оратор.
М. Шевченко
―
С кем мне идти?
О. Журавлева
―
Почему вам не организовать партию.
М. Шевченко
―
Какую партию. Все партии это фейки в современной ситуации. Чего вы, Оль…
О. Журавлева
―
Многие люди так думают.
М. Шевченко
―
Вы думаете, а я просто знаю.
О. Журавлева
―
Очень хорошо. Значит, вы соберете единомышленников.
М. Шевченко
―
Любая реальная политическая группа, любая реальная политическая партия мгновенно уничтожается в зародыше. Все, что существует, все, что движется, что собирает Болотную, это все управляемые фейки. Иначе быть здесь не может.
О. Журавлева
―
То есть выхода нет вообще. Будут только сидеть эти люди и грести под себя.
М. Шевченко
―
Ну почему. Во-первых, не все из того, что делает власть, скажем так, делается не на пользу стране. Есть вещи, которые делаются на пользу.
О. Журавлева
―
Например.
М. Шевченко
―
Ну вот…
О. Журавлева
―
Последнее любимое.
М.ШЕВЧЕНКО: Исламские деньги есть во всех странах современных развитых. Кроме России
М. Шевченко
―
Последнее любимое. Давайте подумаем. Тут надо долго напряженно подумать. Ну я например, считаю, что присоединение Крыма это в итоге пошло на пользу стране как ни странно. Потому что это нанесло удар по финансовым лобби, которое зависело от Запада. Все эти санкции финансовые они, прежде всего, ударили именно по тем финансовым спекулянтам, которые были посредниками в деле продажи России Западу. Поэтому я приветствовал любые обострения и любой уровень конфронтации с Западом. Поэтому Крым это прекрасная идея…
О. Журавлева
―
Пропаганда антиамериканизма это тоже туда же.
М. Шевченко
―
Она просто фальшивая до глубины души. Потому что те люди, которые его пропагандируют, на самом деле другой частью своего мозга очень хотят жить и отдыхать в Майами. Честно вам скажу.
О. Журавлева
―
Держать там капиталы.
М. Шевченко
―
Конечно не все. Вот я допустим, мое отношение к Америке, мне говорят – ты антиамериканист. Я говорю, это не так. Я все время ставлю в пример Франклина, Джефферсона и Мэдисона. Я считаю, что американские принципы свободы, пять свобод: свобода совести, слова, торговли, справедливого суда и свобода народного представительства это фундаментальные пять свобод. Почему они фундаментальные в частности, потому что отцы-основатели были верующими людьми. Мы не поймем вообще американские свободы и американский такой рывок развития без понимания, что они глубоко верят в то, что в основе человеческой свободы лежит Бог. Человека создал Бог.
О. Журавлева
―
Господь создал нас равными.
М. Шевченко
―
В отличие от европейцев, которые являются абсолютными атеистами и верят, что человек произошел от обезьяны. Вот я сторонник американской свободы. В Америке нельзя сажать в тюрьму за высказывания, нельзя запрещать. Это наследие 18 века. Которое, конечно, американские правящие элиты пытались тоже подмять под себя все это время. Но при этом практика политическая США, я это говорил в частности американским дипломатам неоднократно, за пределами Америки вообще никак не соотносится с принципами отцов-основателей. За пределами США те, кто не встают перед ними на колени и не одевают на себя их кабальное финансовое ярмо, как правило, объявляются врагами и уничтожаются. За пределами США они ведут себя, как вел Рим по отношению к галлам, дакам, готам и так далее. То есть истребить, вот этих объявить друзьями, этих союзниками. А этих беспощадно…
О. Журавлева
―
Это имперская политика?
М. Шевченко
―
Это имперская политика, правильно. Но я в данном случае всегда был на стороне Аттилы, а не на стороне Рима. Я был на стороне Алариха. А не на стороне Рима. Я на стороне свободных народов. Евразии. А не на стороне города, который объявляется божеством и которому приносятся в жертву люди и покоренные вожди. Это для меня ненавистнее всего. Потому что это сатанизм. Живой воплощенный сатанизм на земле. Как бы он ни назывался. Христианским, исламским или каким-то еще образом.
О. Журавлева
―
Это Максим Шевченко со своим особым мнением. Никуда не уходите, мы скоро вернемся.НОВОСТИ
О. Журавлева
―
И снова с вами программа «Особое мнение». И хотелось вам задать вопрос, как вы относитесь к памятнику на Воробьевых горах, который будет установлен, уже выбран проект, известны размеры. Это будет Святой Владимир.
М. Шевченко
―
Я отношусь позитивно, только я предложил бы другое место. Я предложил бы уничтожить этот памятник Петру Первому кощунственный.
О. Журавлева
―
На стрелке который.
М. Шевченко
―
Потому что Петр Первый был чудовище и палач русского народа. Да и других народов России. Я не знаю, что он там двинул вперед. После него была бироновщина, Анна Иоанновна какие-то временщики жуткие. Совсем какой-то ад.
О. Журавлева
―
Елизавета Петровна после него была.
М. Шевченко
―
Знаете, 50 лет прошло или сколько-то лет, пока его дочь. Нет, 25 лет. Она…
О. Журавлева
―
1740, по-моему.
М. Шевченко
―
Ну в общем что-то такое. Но это тоже, знаете ли, русские люди в это время были рабами на своей земле. Их просто закабалили.
О. Журавлева
―
Но их потом еще и много раз дозакабалили.
М.ШЕВЧЕНКО: Любая реальная политическая группа, любая реальная политическая партия мгновенно уничтожается в зародыше
М. Шевченко
―
1762 года уложение о вольнице и дворянства их просто превратили…
О. Журавлева
―
В рабов.
М. Шевченко
―
Просто в скот какой-то. Который можно было продавать, даже разделяя семьи. Поэтому если ставить памятник Владимиру, давайте сломаем памятник Петру и на его месте поставим памятник Святому благоверному князю Владимиру. Как раз он будет стоять рядом с ХХС. Мне кажется это очень правильное место. Как раз он будет стоять на реке. А варяги, викинги, а он все-таки был викингом, по отцу и по деду. Дед его был Ингвар, как мы знаем.
О. Журавлева
―
Все мы немножко викинги.
М. Шевченко
―
Мы – нет. А они точно были. Рюриковичи точно были викингами. Норманнами. Ну там есть версия, что норманны были не только шведы, что были балты и славяне входили в викинги в балтийском, по крайней мере, бассейне. Возможно это так. Но мы знаем о них по исландским сагам, которые описывают более подробно, чем даже Повести временных лет. Некоторые. Скажем так, взаимоотношения киевских князей и их связь с европейскими нормандского происхождения элитами. Поэтому на реке, река для норманнов мне кажется это более правильно. Вот они входили и в Москву-реку и плавали по Волге, Оке, заходили сюда. Поэтому если поставить…
О. Журавлева
―
Мне кажется, что просто Воробьевы горы это какое-то повторение киевского положения Владимира.
М. Шевченко
―
Я не знаю, Киев это совсем отдельная история. Давайте Киев мы сейчас не будем. Потомки Святого благоверного князя Владимира, Юрий Долгорукий, в конце концов, это же его потомок был, хотя он сжигал Киев и для Киева Юрий Долгорукий это палач Киева. Ну вот кто он ему Владимир, прапрапрадед, по-моему в шестом поколении. Или в седьмом. Вполне может стоять на Москве-реке. Это более адекватное место, чем на Воробьевых горах. И вместо Петра Первого мне кажется это отличная была бы идея.
О. Журавлева
―
Откуда сейчас появилось…
М. Шевченко
―
Петр был точно врагом православия. Который поработил церковь, навязал ей обер-прокурора и сделал… главой церкви, то есть такой акт сатанинский. Вот мы с вами вспоминали Дмитрия Мережковского, его роман «Петр и Алексей». Подробно это описано. Этот дневник Алексея царевича. Помните когда он то, что делал Петр, забил кнутом своего сына. Бил на его глазах Евдокию Лопухину, его мать избивал, заставляя царевича смотреть, как он пытал при нем его мать лично. Ну жуткий человек был совершенно. Так вот зачем ему ставить памятник. Пусть ему в Питере ставят памятник.
О. Журавлева
―
Вы так разделяете, в Киеве свои герои, в Питере.
М. Шевченко
―
Москва это не Питер. Понимаете, проблема в том, что до революции Москва всегда была фрондой. Она же не была столицей, все эти чиновники, бюрократы сидели в Санкт-Петербурге.
О. Журавлева
―
Это после Петра.
М. Шевченко
―
А в Москве сидели совсем другие люди. Москва вообще всегда себя по-другому чувствовала.
О. Журавлева
―
Вы скучаете по такому московскому…
М. Шевченко
―
Уберите столицу из Москвы, умоляю просто. Верните Москве ее подлинную природу. Москва 1905 года. Московское восстание Красной Пресни это не большевистское восстание, было восстание, которое финансировалось хозяевами Трехгорной мануфактуры. Московским капиталом, московской буржуазией. Конфликт, который с бюрократией петербургской был фундаментальный и принципиальный. Который, собственно говоря, этот конфликт прекрасно показано историком Пыжиковым в великолепной работе «Грани русского разлома» современным историком нашим, он и привел к двум русским революциям по большому счету. Потому что это одна из главных бед России. Имперский такой бюрократический капитал, живущий за счет заимствования из-за границы и централизации продажи сырья. Тогда это было зерно до революции.
О. Журавлева
―
Лес.
М. Шевченко
―
Сейчас это нефть и газ. И внутренний капитал нижегородский, московский, который собственно инвестировал в революцию. Потому что эта империя его не устраивала. Польский, финский - им же тоже никому не давали развиваться. Еврейский капитал.
О. Журавлева
―
А князь Владимир вам симпатичнее…
М. Шевченко
―
Конечно.
О. Журавлева
―
…и ближе, потому что он канонизирован или у вас личное к нему отношение.
М. Шевченко
―
Потому что он принял христианство. Ну какое может быть личное. Я не знал его.
О. Журавлева
―
Сейчас просто будет тысячелетие его смерти отмечаться очень пышно и торжественно.
М. Шевченко
―
Я с удовольствием отмечу. Это основатель моей земли. Моей страны. Это человек, который принес сюда свет веры христовой. Это человек, который был жестоким язычником. Изнасиловавшим Рогнеду. На развалинах Полоцка как мы знаем. У которого было 50 с чем-то жен, который пытался возобновить человеческие жертвоприношения, как мы помним из «Повести временных лет». Помните он поставил идолов и принес в жертву юношу, что кстати было традицией викингов. Они это делали. Вот кто не верит, посмотрите сейчас даже фильм «Викинги».О. Журавлева
―
Вот некоторые язычники вам нравятся.
М. Шевченко
―
Мне все язычники отвратительны. Как язычник он мне омерзителен. Понимаете. Я, безусловно, на стороне Константинополя. В его войне с язычниками. Но когда он принял свет веры христовой и стал христианином, он стал настоящим христианином. Он основал Киево-Печерскую лавру. Святые Антоний и Феодосий Печерские. Он свет веры Христовой распространил на всей этой земле. Борясь с язычеством…
О. Журавлева
―
Почему раньше…
М. Шевченко
―
И поэтому он мне симпатичен.
О. Журавлева
―
Почему буквально пять лет назад мы про князя Владимира на государственном уровне вообще не слышали ни слова. Как будто не было его.
М. Шевченко
―
Ну просто записки, которые писали тогда политтехнологи, касались каких-то других вещей.
О. Журавлева
―
Его извлекли сейчас и ввели в общественный контекст.
М.ШЕВЧЕНКО: Давайте сломаем памятник Петру и на его месте поставим памятник Святому благоверному князю Владимиру
М. Шевченко
―
Это же все вопрос пиара. Вот сейчас написана записка, одно время был популярен Иван Ильин. Все время кто-то где-то прочитал «Наши задачи» и оттуда сыпал цитатами на стол первому лицу. Потом одно время первое лицо процитировал Бердяева. А сейчас где-то кто-то написал, очевидно, что-то с упоминанием князя Владимира и мы так глубоко копнули туда в Соловьева-Ключевского. А может быть даже еще и глубже в «Повесть временных лет». В Нестора.
О. Журавлева
―
А вас такое разнообразие образования первого лица скорее радует или пугает?
М. Шевченко
―
Меня очень радует, российский лидер должен быть всесторонне образован.
О. Журавлева
―
Какой еще книжки ему не хватает. Вот хорошо было бы, чтобы ему начали приносить.
М. Шевченко
―
Я не думаю, что у него есть время читать книжки.
О. Журавлева
―
Ну дайджест принесут.
М. Шевченко
―
Я думаю, что правители таких обширных и сложных земель, как правило, приглашают к себе мудрецов и задают им вопросы. И мудрецы им отвечают, философы, историки. И так далее. Я знаю, Юрий Никифорович Солонин допустим, царство ему небесное, бывший декан философского факультета Санкт-Петербургского университета, переводчик и издатель Эрнста Юнгера, он был по-моему, таким собеседником. Я, по крайней мере, слышал Владимира Владимировича…
О. Журавлева
―
Кого вы бы хотели видеть?
М. Шевченко
―
На самом деле если Солонин был его собеседником, то я завидую Путину. Потому что Юрий Никифорович Солонин был выдающимся преподавателем философии, особенно в немецкой философии он был потрясающе образован. Мне кажется, что это вот так было бы правильно.
О. Журавлева
―
Ну то есть, если вы…
М.ШЕВЧЕНКО: Это человек, который принес сюда свет веры христовой. Человек, который изнасиловавал Рогнеду
М. Шевченко
―
Я считаю, что правитель современный такой сложной страны должен, по крайней мере, точно прочитать и понять Макиавелли, это основа политической культуры.
О. Журавлева
―
Государь вы имеете в виду.
М. Шевченко
―
Конечно. Должен, безусловно, владеть классической философией немецкой и возможно французской. Причем не только энциклопедистов, но и более позднего 19-20 века. Всякие интуитивисты и тому подобные вещи. В общем, курс философии точно должен прослушать. И курс истории, безусловно, тоже. Но правитель России демократический правитель или император не имеет значения, должен также знать историю народов, которые проживают на территории России. Нам недостаточно идти только по одной линии. «Повести временных лет». Это только одна из историй. Это история государства. Но у нас еще есть и история татарского народа, которую бы неплохо хотя бы частично преподавать, в том числе в средних школах и историю кавказских народов, историю народов Сибири и историю крымско-татарского народа. И историю финских народов, проживающих там. У них у всех есть история. У них есть история башкирского народа, калмыцкого народа. И это история важна, существенна, драматична и невероятно интересна.
О. Журавлева
―
Что это даст? Интересно и важно я согласна.
М. Шевченко
―
Давайте вот мы вчера презентовали в особняке МИДа книгу Сергея Николаевича Плеханова о Нурсултане Назарбаеве. Очень хорошая книга, «Нешелковый путь». Всем рекомендую ее прочитать. На самом деле читается просто как исследование вот этого смутного времени последних 25 лет. Ведь вы знаете, на самом деле выиграл, он же избежал тех страшных…
О. Журавлева
―
Кстати, сейчас говорят о том, что нужно посмотреть на Казахстан и как-то снять с него некоторые примеры.
М. Шевченко
―
Это невозможно. Потому что у Казахстана есть свои особенности национального развития и национальной структуры. Это невозможно снять. На такой большой территории такое маленькое количество населения, как живет в Казахстане, оно просто вынуждено прибегать к определенным каким-то способам управления, более привычным для этих больших пространств Средней Азии. Это кстати в книге очень четко показано, это позиция самого Назарбаева. Но я вспомнил это не потому, а для того чтобы и историю Казахстана неплохо бы попреподавать в российских школах и российских вузах. Историю наших ближайших союзников. А теперь придем к важному. И историю Украины. Хватит поливать грязью украинский народ и украинскую историю. Надо трезво понимать, почему и как развивалось украинское государство. В средние века, в новолетие, в новое время. Как украинцы вели войну с Речью Посполитой, вели войну с Москвой. Как они возникали как самостоятельная нация, народ. Рано или поздно войны закончатся. Надо знать, надо знать историю Грузии, Армении и историю Азербайджана. Надо знать историю Узбекистана и Киргизии. Надо с уважением и вниманием относиться к тем, кто живет рядом с нами. Мы ничего этого не знаем.
О. Журавлева
―
Это возможно? Просвещение.
М. Шевченко
―
Я бы предложил Путину прослушать курс истории народов, окружающих РФ. И народов, составляющих совокупность многонационального, как сказано в Конституции народа РФ. Это было бы крайне важно, этого явно не хватает мне кажется российской власти. Этого понимания.
О. Журавлева
―
Когда вы увидите, что это произошло.
М. Шевченко
―
Потому что отсутствие понимания приводит к высокомерию и чванству. Следствием которых являются чудовищные ошибки и чудовищные поступки. Я не знаю, как это получится. Я лично знаю, что Владимир Владимирович это невероятно разумный человек, который склонен к образованию, к самообразованию, это просто на наших глазах происходило. Поэтому я думаю, что просто, если ему эту идею кто-то подаст, он ее с интересом и с удовольствием примет. Я уверен просто в этом.
О. Журавлева
―
Максим Шевченко с идеями, кстати говоря, для администрации президента. Подать идею мы уже смогли. Был сегодня со своим особым мнением. Всем спасибо, всего доброго.