Павел Гусев - Особое мнение - 2013-11-28

А.ПЛЮЩЕВ: Здравствуйте. Меня зовут Александр Плющев, в эфире – программа «Особое мнение». И сегодня своим особым мнением с нами делится главный редактор газеты «Московский комсомолец» Павел Гусев. Павел Николаевич, добрый вечер.

П.ГУСЕВ: Добрый вечер.

А.ПЛЮЩЕВ: Ваши вопросы для Павла Гусева, +7 985 970-45-45 – это номер для SMS. Через Twitter можно использовать аккаунт @vyzvon и тоже задавать свои вопросы.

Вопрос, который сегодня чаще всего повторяется и на сайте, и вот здесь SMS уже начинают поступать. Как статья про разоблачение Навального пропала с сайта «Московского комсомольца»?

П.ГУСЕВ: Она там.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, это несколько новая для меня информация.

П.ГУСЕВ: Нет, она там стоит. Просто на очень короткий период времени она была, насколько я знаю (если честно, там есть свой главный редактор на сайте и он занимается этими вопросами). Я и не читал этот материал. Но насколько я знаю, он был просто плохо написан. И уже я где-то даже прочитал, что сам Навальный сказал, что материал гораздо лучше написан, чем тут было. Потому что просто был плохого качества, скорее всего, материал – наверное, его просто переместили.

А.ПЛЮЩЕВ: Я как-то пропустил вот эту итерацию, когда его обратно, значит.

П.ГУСЕВ: Нет, он стоит и никуда не делся.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Ну, слава богу. А у вас вообще так бывает, что снимают материалы совсем с сайта? Просто еще почему все озаботились? Потому что и с сайта «Коммерсанта» тоже пропал. Может, тоже был плохо написан, он переписан?

П.ГУСЕВ: Не знаю. Ну, по «Коммерсанту» мне сложно говорить. Ну, бывает, что мы снимаем материалы, если в них (и мы это уже поняли) присутствует грубая ошибка. Или мы этот материал снимаем, или же мы даем уточнение по той ситуации, которая была рассмотрена в том или ином материале. Только в таких случаях. Всё, что попадает на сайт, оно так там, как бы, в анналах и умирает затем в миллионах-миллионах слов, букв, которые уходят и их надо просто будет искать, вызывая через название или автора и так далее, и тому подобное.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну да. Я приношу свои извинения. Действительно, статья там (только что проверил). Вот, не успел. Буквально всё меняется на глазах. Пока готовишься к передаче...

П.ГУСЕВ: Нет, она уже давно там стоит.

А.ПЛЮЩЕВ: События успевают... Я давно готовлюсь к вам, Павел Николаевич. Знаете ли, долго готовился.

П.ГУСЕВ: (смеется)

А.ПЛЮЩЕВ: Извините. Хорошо. Ну вот некоторые из наших комментаторов, которые спрашивали об этих перипетиях на сайте, почему-то вспомнили в этой связи, что «МК» в свое время донимали за частные объявления. Помните эту историю?

П.ГУСЕВ: Ну, дело в том, что существует сейчас целая, так скажем... Их по-разному называют, которые в интернете за деньги, так сказать, сейчас пуляют всё, что угодно. Вот мы сейчас начали говорить, а они уже там эти вот сморчки что-то там начали про это писать.

Дело в том, что я их называю «Тимур и его команда». Есть такие деятели, которые за деньги, проплаченные соответствующие пытаются унизительные или, как с их точки зрения оскорбительные, писать. Пускай пытаются. Мы работали, работаем и будем работать так, как считаем нужным, в рамках закона о рекламе и СМИ. Если кому-то что-то не нравится, я советую, ну, есть много других изданий и много других материалов, которые можно читать.

А что касается объявлений, то у нас никогда не было объявлений ни интимного, ни эротического характера.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, вы знаете, я сегодня просмотрел просто «МК», буквально там один из последних номеров, как раз где Classified частные объявления. И там пропали «Досуг и отдых» - их нет вообще. Там есть «Массаж», но «Досуг и отдых» нету. Может быть, перестали подавать, я не знаю.

П.ГУСЕВ: Может быть, депутаты Думы борются, может, Милонов в Москву заехал. А кто его знает?

А.ПЛЮЩЕВ: Да, не исключено. Хорошо. Тогда о событиях. Перестанем о «Московском комсомольце», собственно. О событиях. Сегодня одно из центральных событий – это возбуждение уголовного дела в отношении Сердюкова. Газета «МК» традиционно следит за тем, что происходит в Минобороны, это одна из главных ваших тем, как я понимаю, уже много-много лет. Как вы думаете?.. Я думаю, что поскольку вы на Минобороны как газета собаку съели, вот, это дело сейчас – это, действительно, реальное что-то? Или чтобы народ как-то не возмущался, что, дескать, нашли какую-то стрелочницу там?

П.ГУСЕВ: Я думаю, что это фикция. Я думаю, что это заброшена наживка, которую сейчас ухватят. Будет некое уголовное дело по этой дороге, по этой даче и по этому участку земли где-то в Астраханской области.

На самом деле, ситуация банально проста. Сердюков выполнял задание партии и правительства, задание прежнего президента, может быть, частично и нового президента (старого).

Дело в том, что его послали разгребать Авгиевы конюшни, которые накопились и, действительно, очень были сложные проблемы в армии. Сердюков со свойственным ему характером и командой, которую он привел, действительно, дамской командой, от которой шарахались там все генералы и с ужасом до сих пор вспоминают этих дам, которые могли и материться, и послать, и вообще ходили с собачками, болонками (или как они) маленькими на заседания и так далее, и тому подобное. Было всё там.

Но самое главное, что... Вот, есть такая игра воровская – она в воровском мире – «Очко» в карты. И там есть такое слово «перебор». И, вот, он допустил перебор, играя на Минобороны, играя в игру, которая ему была поручена. На мой взгляд.

А.ПЛЮЩЕВ: Перебор в действиях по расчистке Авгиевых конюшен?

П.ГУСЕВ: По расчистке, да. Он настолько увлекся, расчищая, что дорасчищался до того, что сейчас новый министр восстанавливает очень многие подразделения в медицине, в учебных заведениях, в должностных различных, так сказать. Были убраны младшие там должности, которые занимались воспитанием. То есть была создана ситуация, когда российская армия оказалась без резерва, без учебы, без учебных заведений. Да без массы таких, знаете, необходимых для армии вещей, которые просто ставили под угрозу обороноспособность страны. И, естественно, вот это и была самая главная его беда.

При этом, конечно, были нарушения, которые, так сказать, ловились, ловятся и в министерстве обороны нынешнем о них прекрасно знают (об этой ситуации).

Но! Дело в том, что он выполнял задание. Задание. Перебрал. Перебор. Значит, как в этой ситуации поступать? Ну, поступали так, как поступили. Теперь дали, наживку закинули с этим уголовным делом. Ну, это уголовное дело, на мой взгляд, всё равно будет в лучшем случае условным, если получит за эту дорогу. Тем более, что он там чего-то вернул уже государству или его там зять. Но были всё равно использованы средства бюджетные на строительство дороги. То есть там есть всё равно нарушения.

То есть как это будет, не знаю. Но в любом случае будет обвинение, не связанное с Минобороны напрямую. Вот в чем дело. Потому что это было задание ему дано. Он с ним не справился в конечном счете. Вот и всё.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, то есть вы полагаете, что дело ничем не закончится и максимум будет условный, я правильно вас услышал, да?

П.ГУСЕВ: На мой взгляд, я думаю, что так. А Васильева – та вообще выбрала совершенно, на мой взгляд, для меня... Ну, так. Мне она не нравится со всей этой женской бригадой, но она выбрала уникальную юридически четко выверенную линию защиты. Она строит из себя обиженную, что на нее нападки. Она ведет... Видите, она стала давать везде интервью. Вчера Собчак, позавчера еще кому-то. Она постоянно выступает, она очень жестко выступает, она нападает, она, так сказать, критикует Следственный комитет и так далее, и тому подобное.

Они на самом начальном пути (тот же Следственный комитет, ну и те структуры, которые занимались расследованием), они растеряли самое главное – инициативу. То есть у них была инициатива – с самого начала жестко с ней поступить, потому что она, действительно, так сказать, по всем данным, которые имеются, имеет причастность ко многим скандальным историям, связанным с ней и с Сердюковым, имея в виду не личные, а финансовые. Вот и всё. Они утеряли свою инициативу. Почему утеряли, опять же здесь можно только гадать. То ли с позиции Сердюкова, то ли с позиции властьимущих, но они потеряли ситуацию. А она завладела ей. И она сегодня оказалась впереди.

Посмотрите, я и у вас читал, и у нас (мы делали опросы), и вы делали в утренних обзорах, я помню. Уже сейчас склоняется-то общественное мнение на обиженную женщину, что, вот, ее обижают там, что больше и больше процент людей уже голосует в ее пользу. Уже она обиженная, понимаете? А у нас обиженных любят.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. И тем не менее, вот, многие говорят, что единственный как раз (может быть, не единственный), самый ответственный в этом деле – это будет как раз Евгения Васильева и ей, возможно, придется сидеть за всех. Потому что одни пошли на сделку с правосудием, других как бывшего министра обороны могут и не тронуть. А, вот, она будет единственным отвечающим.

Как вообще по-вашему, чем всё это дело может закончиться? И закончится ли вообще чем-то?

П.ГУСЕВ: Ну, я думаю, что по Сердюкову всё равно всё будет сглажено так или иначе. В лучшем случае вот за эту дорогу будут какие-то к нему претензии. А Васильева может пострадать. При всем том, что она заняла такую позицию и в отношении Следственного комитета, я думаю, что эти ребята ей могут показать всю матку-правду, как можно вести следствие уже не в домашних условиях.

А.ПЛЮЩЕВ: Сегодня очень много говорилось о предстоящей Олимпиаде. Владимир Путин там выступал, проводил совещание. Озаботился он доступностью Олимпиады для людей, для рядовых граждан, в том числе и по билетам, и по транспорту, и по гостиницам, и безопасность там будут 5 тысяч питерских милиционеров защищать. О доступности Олимпиады – будет ли она, по-вашему, реально доступной для людей? И смогут ли россияне, которые захотят ее посетить...

П.ГУСЕВ: Ну, прежде всего, она будет доступна по телевизору. Давайте прямо говорить, что телевизионные каналы, включая и спортивные, наверное, и общественно-политические, любые каналы так или иначе Олимпиаду будут освещать от и до.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, согласимся, мы любую так Олимпиаду можем посмотреть кроме тех, что происходят на другом конце планеты.

П.ГУСЕВ: Да, я согласен. Я ж поэтому и начал. Это здесь. Мне кажется, что будет ли... Вот, вся ситуация будет сводиться к тому, хватит ли посадочных зрительских мест и вообще мест для публики, чтобы они могли все попасть на Олимпийские игры? Потому что, ну, олимпийские многие объекты просто рассчитаны на то, что там сложно. Ну, возьмите тот же трамплин. Они великолепно смотрятся, но вот для зрительской аудитории там не всегда удобные и места, и их расположение, и количество этих мест.

Поэтому по количеству мест... Насколько я знаю, ведь, еще большое количество мест выделяется для стран-участников Олимпиады. Оргкомитет Олимпиады, Олимпийский комитет – он просто на эти страны билеты, просто фьють и улетают туда, в те страны, там продаются и уже туристы приезжают с билетами на руках.

Поэтому сколько останется нашим и сколько не нашим, и сколько сумеет попасть непосредственно на спортивные соревнования, мне сложно сказать сейчас, я не владею этими цифрами.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, просто я-то вот еще спрашивал. Исходя из опыта организации разных мероприятий наших, не всегда так получается, что это удобно для местного населения. Ну, мы сейчас все местное население фактически.

П.ГУСЕВ: Ну, я думаю, что любая Олимпиада... Если взять, что Швейцария на референдуме отказалась от Олимпиады, баварцы от Олимпиады отказались. Я думаю, что это было сделано не только из экономических соображений, но и все прекрасно понимают, потому что они проводили Олимпиады, что для местных жителей и для населения Олимпиада – это сложное мероприятие. Это отнюдь не только спортивный праздник.

А.ПЛЮЩЕВ: Высказываются опасения, что из-за Олимпиады, может, и амнистии-то никакой не будет, обещанной к 20-летию Конституции. Проводятся параллели с 1980 годом, когда зачищали Москву от нежелательных элементов. Что вы думаете по этому поводу?

П.ГУСЕВ: Ну, я думаю, что Зимняя Олимпиада и Сочи, куда попасть не так просто и где будет введен такой режим благожелательный, что те, кто получит освобождение, они вряд ли ринутся на Зимнюю Олимпиаду. Мне почему-то кажется, что те, кто будут амнистирован, если будут амнистированы (а я, все-таки, уверен, что амнистия будет, я почему-то очень в это верю)...

А.ПЛЮЩЕВ: Кстати, как вы думаете, насколько широкая она будет?

П.ГУСЕВ: Мне кажется, что достаточно широкая. Мне кажется. Что сейчас власть и психологически, и просто по времени, которое сейчас политическое, экономическое время, когда власть не может не вести диалог с гражданским обществом, с теми общественными структурами, которые очень настаивают на амнистии. И Совет по правам человека... Вот я в этом Совете нахожусь, где Федотов секретарем, и мы это обсуждали, предложения наши за самую широкую амнистию. За самую широкую амнистию, потому что слишком много сидят, и очень многие сидят, потому что просто сидят. А могли бы давно не сидеть.

А.ПЛЮЩЕВ: Хорошо. Здесь много спрашивают вас об Украине. Дмитрий: «Чем закончится саммит в Вильнюсе, по-вашему? Украина подпишет или нет?»

П.ГУСЕВ: Я думаю, что нет. Я думаю, что Янукович, уже сказав то, что он сказал... Наверное, это было очень трудно для него сделать. И то, что сказал его премьер-министр, шаг назад они уже сделать не могут. И даже полшага не могут.

Единственное, что они могут присутствовать и обнадеживать, что рано или поздно они войдут. Но ситуация, на мой взгляд, складывается так, что финансово сегодня Украина, просто экономически, финансово просто ни в какие ворота не может влезть – ни в узкие, ни в широкие – в Европу. Европа выставила свои требования, мы эти требования очень жестко пресекли своими, просто своими четкими. Вот, показал им и президент, и другие структуры, что будет в этой ситуации и что там будет. И, естественно, конечно же, то, что говорили о шантаже, ну, это... Я бы не называл это «шантаж». Это политические игры. Какой шантаж? Это крупнейшие политически игры межгосударственные, кто кого переборет – как было с Сирией, как сейчас с Украиной, как происходит с другими странами, где кто кого переплюнет. Кто кого?

Вот сейчас американцы из Киргизии выводят свой аэропорт, мы сумели с Киргизией решить вопрос так, что, ну, те миллионы, которые платят американцы, значит, теперь киргизам не очень интересны. Вот и всё.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, потому что, видимо, придется заплатить нам.

П.ГУСЕВ: Я не знаю, придется или нет. Но если киргизы сказали, в 2014 году не будет базы, значит, всё.

А.ПЛЮЩЕВ: Просто я помню как раз эту историю с выведением аэропорта из Киргизии. И там создалось полное впечатление, что Киргизия умело играет как раз.

П.ГУСЕВ: Да. Они оказались в ситуации, просто когда у них все карты на руках были, все расклады. Они абсолютно легко торговались с Россией, с Америкой. Для них всё это было легко. Они всё четко, так сказать, просчитали. И они победили, кстати говоря.

А.ПЛЮЩЕВ: Здесь кто кого разводит в этой ситуации? Украина, ЕС, Россия?

П.ГУСЕВ: Ну, я думаю, что Россия не может допустить, чтобы Украина отделилась, хотя бы даже условно. Это условный пока только шаг. Ведь, подписание того документа – это такой далекий шаг до реального. Это там годы-годы. Но сам факт отхода – он политически и психологически это удар для России. Поэтому Россия сделала все для того, чтобы такой удар был нанесен в обратную сторону.

А.ПЛЮЩЕВ: Продолжение вопроса Дмитрия как раз об этом: «А зачем мы держим Украину? Может, ее отпустить? Вот, зачем Украина России в этом смысле? Почему это для России удар?»

П.ГУСЕВ: Ну, во-первых, Украина – это крупнейший наш союзник во всех отношениях, политическом, экономическом. Во-вторых, это славянские корни. В-третьих, это общая культура, общее всё, начиная от истории, культуры и родственных отношений. Всё это вместе дает возможность на сегодняшний день говорить, что государство наше, власти сегодняшние, что они не могут сегодня уйти от Украины просто так «Вот, уходите и всё». Нет. Нам выгоднее, чтобы Украина была... Украина плюс еще это и буфер перед Европой, давайте прямо говорить. Если Украина уйдет в Европу, значит, НАТО как вошло во все страны постсоветского пространства, войдет и на Украину. Вот и всё.

А.ПЛЮЩЕВ: Еще один вопрос, который пришел. Я благодарю всех, кто присылает, на +7 985 970-45-45 или Twitter-аккаунт @vyzvon. Отличные вопросы сегодня для Павла Гусева. Чем объясните провал российской заявки на Экспо? Не всех купили?

Ну, я понимаю, откуда такой вопрос.

П.ГУСЕВ: Экспо – это что такое?

А.ПЛЮЩЕВ: Это выставка Экспо-2020.

П.ГУСЕВ: Я, если честно, не в курсе.

А.ПЛЮЩЕВ: Екатеринбург.

П.ГУСЕВ: Вообще не в курсе этого просто.

А.ПЛЮЩЕВ: А, о’кей.

П.ГУСЕВ: Просто я не...

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, просто мы выигрываем международные соревнования, вы знаете, все в смысле проведения международных соревнований. А вчера была такая история с Экспо-2020, и Екатеринбург реально претендовал. Более того, дошел даже прямо до последней стадии и проиграл Дубаю. Ну, хорошо. Тогда раз вы не в курсе, отложим на следующий раз на какой-нибудь.

Есть еще вопросы, ну, естественно, конечно же, про Владимира Путина, который встречался тут с писателями и с оппозиционными политиками. Спрашивали, с какой целью Путин это делал? Вот, не правильно они пошли или неправильно (об этом тоже можно будет поговорить), а с какой целью Путин это делал? Зачем ему?

П.ГУСЕВ: Я думаю, что у Путина просто есть в программе, которую ему составляют, определенное количество встреч с самым большим количеством. Он со спортсменами встречается, с театральными деятелями. Вот сейчас дошла очередь просто до писателей. И ничего в этом, знаете, так, далеко идущего нету, что это какие-то дальние планы. Просто обычная встреча.

Но она получила другое звучание. Ряд писателей отказались, другие пошли. Прозвучало вообще о том (и много говорили), нужно ли вообще писателям встречаться с властью – это очень индивидуальный труд и так далее, и тому подобное.

Но я считаю, что Путин встретился. Получилась эта встреча или нет? Да о ней забудут через 2-3 месяца и никто не будет знать, вспоминать об этой встрече. Ничего особого в ней не прозвучало, на мой взгляд, такого, чтобы... Создать некую там литературную организацию? Ну, у них сейчас 5 Союзов писателей или 4. Ну и что? Всё равно они передерутся. Во всех этих организациях (единых, не единых) очень индивидуальное творчество с очень индивидуальным отношением к жизни. Многие друг друга на дух не переносят – и зависть, и многие другие аспекты. Поэтому если говорить на сегодняшний день, для меня, например, эта встреча рядовая, ничего в ней особого я не вижу.

А.ПЛЮЩЕВ: Павел Гусев, главный редактор «Московского комсомольца» продолжит отвечать на ваши и на мои вопросы минуты через 3 сразу после выпуска новостей и небольшого блока рекламы.

НОВОСТИ

А.ПЛЮЩЕВ: В программе «Особое мнение» сегодня Павел Гусев, главный редактор «Московского комсомольца». +7 985 970-45-45 – это номер для SMS, Twitter-аккаунт @vyzvon для ваших вопросов также работает.

Хотел бы, что называется, добить тему про встречу Путина с писателями (и не только с писателями – с политиками). Вы говорите, ее забудут. Но как же забудут? Ведь... Только что говорили об амнистии с вами, да? С одной стороны. А с другой стороны, там был поднят вопрос о так называемых политических заключенных. Или не «так называемых», просто политических заключенных.

П.ГУСЕВ: Насколько я понимаю, политические заключенные... Основной вопрос это поднял Рыжков на встрече с политиками.

А.ПЛЮЩЕВ: А Шаргунов – с писателями.

П.ГУСЕВ: Ну, там это прозвучало тоже.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, он не передавал списки.

П.ГУСЕВ: Ну да. Это прозвучало, естественно. Ну, это таких вопросов много звучит, почти постоянно к Путину эти вопросы идут и посылы этих вопросов. Я считаю, что на встрече с оппозиционными партиями гораздо была более важная ситуация, когда Рыжков не просто сказал, он передал списки, он передал расследования, он передал материалы этих дел с тем отношением... Вот это очень важно. Это очень важно, то, что он сделал. И естественно, это и прозвучало совсем по-другому. А то, что на самых разных встречах этот вопрос постоянно задают, ну, Путин каждый раз говорит, что он не знает политических заключенных. Здесь Рыжкову он ответил немножко по-другому – что он внимательно ознакомится.

А.ПЛЮЩЕВ: Видите, уже какие-то подвижки есть. А потом, когда вы придете с проектом амнистии очередным, может, оно и к лучшему.

П.ГУСЕВ: Может, да.

А.ПЛЮЩЕВ: Я не знаю. Просто меня интересует ваше мнение по этому поводу.

П.ГУСЕВ: Да. Ну вот мнение мое такое, что я считаю, что позиция в данном случае именно по этому вопросу на встрече с оппозиционными партиями гораздо более важна и значима для тех людей, которые сегодня находятся в заключении, которых многие считают политзаключенными. Кто-то явно подходит, по другим можно спорить, но факт остается фактом. Эти списки и расследования поданы. Это не просто голые вопросы из зала «А вот у нас есть или нет?» На мой взгляд, это менее значимо.

А.ПЛЮЩЕВ: Значит, те, кто смотрел Сетевизор, они в перерыве видели или слышали, что Павел Гусев спросил, будем ли говорить про сундук. Разумеется. Часть вопросов про чемодан, хотя, вроде бы, история как-то заканчивается. Но тем не менее, эхо ее остается. Я бы сформулировал вопрос так: вы рады, что разбирают чемодан на Красной площади?

П.ГУСЕВ: Ну, если честно, мне кажется, что это не совсем правильно, что можно было бы оставить этот сундук (ничего страшного в нем нет). Дело в том, что мы по этому поводу тоже провели свое расследование и убедились, что ситуация... Завтра оно будет опубликовано. ...ситуация более чем проста оказалась. Во-первых, согласитесь, что если вы сейчас возьмете обычную туристскую палатку и захотите ее поставить на Красной площади, вы и двух-трех минут не продержите там.

А.ПЛЮЩЕВ: Да там даже обычную мошонку прибить-то не так просто.

П.ГУСЕВ: Да. Естественно. Даже мошонку не дадут прибить. Но! Мы проверили как следует документы. Все подписали разрешения на этот сундук. И он стоял абсолютно на законных основаниях. Единственное, чего не было нигде, это размеров этого сундука. И в этом заключалась вся хитрость. Может быть, кто-то из чиновников и знал, но специально не обратил внимания, что нет размеров. Но то, что там будет выставлена вот эта экспозиция в сундуке, это было везде, она согласована. Но нигде не показан размер этого сундука. И, естественно, когда возник весь вопрос уже как вот эта зрелищная картинка, которая перекрывала всю Красную площадь и святые места для некоторых депутатов и других деятелей, оказалось, что они не способны увидеть в этом зрелище некую шоу-программу. Ну, там много было шоу-программ на Красной площади, что греха таить, за эти годы.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Но, по-моему, каждое вызывало так, более или менее какой-то резонанс.

П.ГУСЕВ: Да, всегда вызывало резонанс. Но здесь вызвало вот такой резонанс. Я думаю, что выиграл от всего этого дела, прежде всего, бренд этого чемодана. Потому что как сегодня уже заявили представители этой компании, что они никогда не получали такого цитирования этого бренда во всех СМИ и во всем интернет-пространстве. Такого вообще у них никогда не было, они не могли добиться этого ни при каких ситуациях. Сейчас они этого добились. Они просто... Ну, я думаю, что они готовы этот чемодан разобрать, выкинуть и забыть про него, получив то, что они получили.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Хотел бы обратить внимание слушателей и зрителей, как наш опытнейший Павел Гусев обошел название Луи Виттон, не назвав ни разу.

П.ГУСЕВ: Как? Я нахожусь в СМИ, в одном из СМИ и сам работаю. Я знаю, что это реклама. Поэтому я не знаю, как у вас принято. Но я считаю, что рекламу, если это реклама, то ее не надо произносить.

А.ПЛЮЩЕВ: Не присоединившись как раз к этой рекламной кампании. А я вот присоединился невольно.

Возвращают нас к отношениям Украины и России наши радиослушатели, и Игорь спрашивает «А почему в свою очередь Россия, которая не хочет отпускать Украину, сама не стремится в Евросоюз?»

П.ГУСЕВ: Я, кстати говоря, сам себе тоже задавал этот вопрос, почему мы делаем всё для того, чтобы оказаться в стане противоположном. Ну, прежде всего, я думаю, это наше имперское мышление, что мы – самая могучая вместе с США страна, и к нам должны стремиться и мы должны кого-то удерживать, а не мы к кому-то стремиться. Потому что негоже такому мощному государству с позиции власти стремиться куда-то.

То, что наше государство, действительно, мощно, так сказать, стоит на газе, нефти и ряде природных ископаемых, это, действительно, так. То, что у нас сейчас переизбыток в центре денег, это тоже так. Но это не говорит о том, что мы супердержава, на сегодняшний день остаемся ею с советских времен и у нас есть все основания говорить, что мы можем тягаться с США на равных.

Сегодня появилась третья сила – это Китай, и мы с ней должны считаться. Сегодня появляется Индия с очень сильной, мощной экономикой, причем эта экономика ка раз рассчитана на то, что у нас не получилось в Сколково. Это новые технологии, которые в Индии сейчас очень активно развиваются. Но у них и население сегодня уже больше миллиарда, и это им тоже дает возможность развиваться.

Всё это вместе, если сейчас снова возвращаться, все-таки, это заблуждение наше, что к нам должны все стремиться и к нам все присоединяться. И тот же Таможенный союз, и многие другие, там, ЕврАзЭС и прочие наши все стремления на азиатскую сторону, говорят о том, что там мы еще, в общем-то, во плоти, там мы еще можем себя показать, там у нас есть вот такая устойчивая позиция Колосса даже не на глиняных ногах, а Колосса, гигантского Колосса, который занимает там треть земного шара или чуть больше.

Здесь, в Европе давно уже, в общем-то, поняли цену нашим деньгам, нашим нуворишам и нашей экономике, и нашей политике. И наше стремление сюда никак не может быть, вот, никак в соприкосновение войти, потому что там НАТО. С НАТО уже давно дана оценка. Когда-то давно, может, кто-то забыл, Путин (если я не ошибаюсь, это в самом начале своей еще деятельности политической, в начале 2000-х) как-то обмолвился, а почему и нет, когда ему задали вопрос, может ли Россия войти в НАТО или как-то сблизиться с ним. Он что-то в этом плане ответил. Видно, в то время он еще, ну, мыслил категориями, когда сближения все эти возможны. На сегодняшний день мы – Колосс, а к Колоссу, к монолиту такому должны притягиваться маленькие сателлитики. Мы не можем войти в Европу на равных, мы должны иметь свою индивидуальную, очень значимую плоть. Но у нас, к сожалению, на мой взгляд, этой плоти не так много сейчас.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, плоть – это одно, а дух, ментальность – другое. Мы по духу-то европейцы вообще или нет?

П.ГУСЕВ: На мой взгляд, да. На мой взгляд, да. Но Россия – страна, которая протянулась... Понимаете, вот, посмотрите. Мы вот с вами сейчас сидим в Москве. А если мы с вами на 400 км к северу в Тверскую, в Ярославскую область сейчас заедем в маленький поселок или в деревушку, мы увидим совсем другую Россию. То же самое, если мы поедем куда-то в Сибирь. Это другая Россия с другой экономикой, с другими зарплатами, с другими совершенно продуктами питания, с другим совершенно взглядом на то, что происходит у нас в России на сегодняшний день. Всё по-другому. Это разная страна, состоящая из разных экономических зон, из разных людей по национальности, потому что у нас там больше 100 с лишним. Это разный совершенно менталитет, подход, это разные совершенно условия жизни, начиная от ЖКХ, где у них до 80-90% изношенность этого ЖКХ, включая там... Где нету интернета, нету телефонной связи во многих местах. Это разная страна.

И поэтому когда мы говорим, европейцы мы или азиаты, или кто, сложно сказать. Я считаю, что мы – европейцы. Но вот мы такая большая страна, что, наверное, чем ближе туда, там больше азиатского, чем ближе сюда, больше европейского. Но в целом больше европейского.

А.ПЛЮЩЕВ: Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец» был сегодня в программе «Особое мнение». Большое спасибо, Павел Николаевич, и до свидания.

П.ГУСЕВ: До свидания.