Николай Сванидзе - Особое мнение - 2013-09-20
К.ЛАРИНА – Добрый вечер, добрый день! Это программа "Особое мнение". Здесь в студии "Эхо Москвы" и RTVi ведущая передачи Ксения Ларина, здравствуйте! И напротив меня, как обычно в этот день недели Николай Сванидзе. Добрый вечер, приветствую вас, Николай Карлович!
Н.СВАНИДЗЕ – Добрый вечер, Ксения!
К.ЛАРИНА – Только что пришла новость, что Московский городской суд отказал в иске Алексею Навальному о признании выборов незаконными и об отмене их результатов. Я думаю, что наверняка, это было предсказуемое решение, но, все-таки, жалко. Мне казалось, что все жалобы – там целый вагон они приволокли, представители Алексея Навального – мне казалось, что должны быть всерьез рассмотрены. Судя по всему, они так и не рассматривались.
Н.СВАНИДЗЕ – Можно было и несколько вагонов приволочь, просто уже было сказано: «Выборы прошли чисто». Мало того, было сказано: «Это были самые чистые выборы в нашей стране, да и в других странах, пожалуй, тоже», как было сказано. Поэтому, все – следствие закончено, забудьте. Если чистые – то чистые. Поэтому, это было все заранее очевидно, что все связанное с выборами, расследовано не будет. Ну, и здесь разные интересы, конечно, у сторон, потому что Алексей Навальный заинтересован в том, чтобы эту тему продолжать двигать, в основном, даже под тем соусом, что дело не в том, как это было в день голосования, где было, действительно, все относительно чисто…
К.ЛАРИНА – На избирательных участках.
Н.СВАНИДЗЕ – На избирательных участках. А, выборы, как известно, начинаются несколько раньше, чем бумажки опускаются в урну. И, здесь, конечно, административный ресурс, несомненно, употреблялся. Об этом можно говорить сколько угодно, но это уже к делу не подошьешь. Но, тем не менее, Навальный, конечно, будет об этом говорить, и правильно сделает, как политик. А, с другой стороны, скажут - все, чисто.
К.ЛАРИНА – Там, конечно, среди главных его претензий, как я поняла, эти самые продуктовые заказы, которые раздавали накануне голосования тем, кто будет голосовать дома: пенсионеры, люди, которые не приходят на избирательные участки. Конечно, это можно классифицировать, как подкуп избирателей, но с большим трудом.
Н.СВАНИДЗЕ – На самом деле, мы понимаем, что это подкуп, так или иначе. Даже, если не говорилось, что вот, «вам привет от Сергея Семеновича, голосуйте за него!», естественно. Я, скажем, рассказывал, что моя мама получила заказ – ей ничего про Собянина не говорили, надо сказать. Но, тем не менее, люди, которым приносят заказ, должны, вроде как, сами понимать, от кого им заказ-то приносят. Поэтому, конечно, тем более, никогда раньше такого не было: богатства и роскоши консервированной. Поэтому, конечно, это, так или иначе, способ использования административного ресурса, несомненно.
К.ЛАРИНА – Конечно, тем более, если бы это было регулярно – то, что ты рассказывал – если бы это были регулярные такие подношения…
Н.СВАНИДЗЕ – Я и говорю: раньше такого не было никогда.
К.ЛАРИНА – И вторая тема: в этих же исках, как я понимаю, неравный доступ к СМИ. Там были конкретные примеры. Кстати, там было легко посчитать количество появлений в СМИ и Сергея Собянина и Алексея Навального – тут, безусловно, Сергей Собянин побеждает; какой бы он не было ВРИО, он действующий мэр.
Н.СВАНИДЗЕ – Ну, разумеется, как действующий мэр он все время дает, предоставляет информационные поводы. Мало того, это позитивные поводы, потому что, там, когда упоминался тот же Навальный, он упоминался, как правило, в негативном контексте, что тоже плюс для него, потому что, как известно, всякое упоминание, как покойный Вольский Аркадий говорил: «Всякое упоминание - благо, кроме некролога». Поэтому, здесь все было в плюс, но, тем не менее, все-таки, когда тебя вместе со старушками показывают, когда ты ленточки перерезаешь, открываешь детские площадки – это, конечно, лучше, чем когда о тебе говорят, что ты вор и украл кусок леса.
К.ЛАРИНА – Там было еще появление на страницах «Вечерней Москвы», причем, в день тишины, в тот день, когда запрещена всякая агитация за любого из кандидатов. Там было, как я поняла, интервью. Но вот, видишь, вроде бы они начали это расследовать этот сюжет, но «Вечерняя Москва» сказала, что они по собственной инициативе это сделали, вот и все…
Н.СВАНИДЗЕ – Это, на самом деле, уже детали. Главное было сказано: «Выборы прошли чисто. Все – страницу перевернули и забыли».
К.ЛАРИНА – Но, тем не менее, эту тему выборов на валдайской встрече с президентом Путиным поднимал Владимир Рыжков, и он там говорил даже больше не о московских выборах, которые, наверное, можно классифицировать, как предельно чистые и честные, а те – поскольку это был единый день голосования – выборы в регионах. И там ситуация была совсем другая: там использовались и карусели, там использовался и административный ресурс, и вбросы – чего там только не было. Как ты думаешь, там есть шансы каким-то образом изменить ситуацию?
Н.СВАНИДЗЕ – Я думаю, что нет. Если где-то их примут к рассмотрению, то будут это тянуть, тянуть кота за хвост до последней крайности пока это всем уже не надоест, и пока уже следующий предвыборный период избирательный не начнется и все уже об этом забудут и затоскуют. Нет, нет – бесперспективно.
К.ЛАРИНА – Ну, что ж, тема выборов у нас уходит на периферию нашего сознания, а сейчас главное темой, безусловно, становится Валдайский клуб, который, я так понимаю, десятую юбилейную встречу провел. Говорят, самая острая, самая невероятная, самая открытая, с участием оппозиции…
Н.СВАНИДЗЕ – «Сегодня впервые на арене…!»
К.ЛАРИНА – Да, впервые на арене. Я скажу нашим зрителям и слушателям, что у нас в 7 часов будет в «Особом мнении» Николай Злобин – один из постоянный участников «валдайских встреч»…
Н.СВАНИДЗЕ – Я бы сказал, «звезда валдайский встреч».
К.ЛАРИНА – Да, мы подробнее об этом поговорим, а я у Коли спрошу так: тебя приглашали на этот форум?
Н.СВАНИДЗЕ – Меня на этот раз приглашали, кстати, первый раз, по-моему, наверное, потому, что он юбилейный и, по видимому был более широкий круг приглашенных.
К.ЛАРИНА – Да, уж это мы заметили.
Н.СВАНИДЗЕ – Приглашали меня, я не смог разгрести свои дела: рабочие там, всякие и не поехал.
К.ЛАРИНА – Сожалеешь?
Н.СВАНИДЗЕ – Ты знаешь, что – а вот, честно говоря, нет.
К.ЛАРИНА – Встреча-то историческая.
Н.СВАНИДЗЕ – Встреча историческая, конечно, но, все равно, не жалею, потому что, - ну смог бы, наверное, поехал, но не жалею,-потому что, я, вообще, не большой любитель этих коллективных оральных упражнений, я бы так сказал. По-моему, когда много народу - это не очень интересно.
К.ЛАРИНА – Но, ты, наверняка, следил за тем, что там происходит, слушал или читал выступления Путина и последующий брифинг, пресс-конференцию с вопросами?
Н.СВАНИДЗЕ – Да, конечно.
К.ЛАРИНА – Какие у тебя впечатления? Что тут главное было, хотя, что тут главное – это был триумф абсолютный, триумф президента Российской Федерации, триумф в международном масштабе.
Н.СВАНИДЗЕ – Триумф был связан, вернее, ощущения этого триумфа…вообще, триумф – это всегда, прежде всего, ощущения триумфа. Он был связан с недавней очень, действительно, громкой, и на диво, для нашей внешней политики и дипломатии, изящной такой, элегантной, я бы сказал, инициативой по Сирии, которая, действительно, сразу же нас поставила в центр мирового внимания. То есть, уже сразу стали говорить, что мы мировые лидеры – все понятно. Ну, хорошо - лидеры, так лидеры, замечательно! Но, инициатива, действительно, очень интересная.
К.ЛАРИНА – Попала.
Н.СВАНИДЗЕ – Попала. Посмотрим, что дальше будет. Дай бог, чтобы она и дальше попала, потому что это во всеобщих интересах, чтобы там все дело, действительно, кончилось благополучно и без большой крови. Посмотрим, потому что ответственность тоже взвалили на себя большую, но, так или иначе, инициатива интересная. И, это позволило, конечно, Путину на Валдае гарцевать, несомненно, что он и делал в привычной для себя манере.
К.ЛАРИНА – То есть, ты никаких сущностных вещей не услышал?
Н.СВАНИДЗЕ – Нет, почему? Есть сущностные вещи. Это не то, на что большая часть наших коллег обратила внимание, типа: возможна амнистия по «Болотному делу»…
К.ЛАРИНА – Это был уже ответ на вопрос.
Н.СВАНИДЗЕ – Да. Возможно, что он будет баллотироваться в президенты в 18-м году. Да до 18-го года дожить надо, друзья мои! Кто же сейчас, за пять лет скажет - будет он баллотироваться, не будет. Я вас уверяю, что бы не решил Путин, он скажет про 18-й год в конце 17-го, не раньше, а до этого будет говорить: «возможно», «не исключено» и всякий бы так делал на его месте. Поэтому, это все детские игрушки, это все неинтересно и бессодержательно. А содержательно там мне показалось, некоторые вещи имели содержание. В частности, шутка про Берлускони, кстати, они содержательна, потому что он сказал, что друга Берлускони осудили за то, что он имел дело с женщинами, а вот «имел бы дело с мужчинами, наверное, его бы не тронули» - пошутил президент Путин в своей манере. Это, достаточно знаковая шутка, которая демонстрирует нам, что эта тема не случайно не сходит с повестки дня нашего депутатского корпуса. И эта тема, по-видимому, поощряется непосредственно из Кремля.
К.ЛАРИНА – Там много таких шуток было на эту тему, да.
Н.СВАНИДЗЕ – И, потом, что касается национальной идеи, и общий такой, традиционалистский подход к выработке этой национальной идеи, о котором, в общем, так или иначе, в разных формулировках говорил президент Путин - это, совершенно, очевидно.
К.ЛАРИНА – Будет искать?
Н.СВАНИДЗЕ – Да, это уже видно, совершенно, что будут искать. То есть, из этого следует, что идею будут искать, людей, проходящих по «Болотному делу» будут сажать, по всей видимости.
К.ЛАРИНА – То есть, эта его реплика по поводу возможной амнистии…
Н.СВАНИДЗЕ – А вот, реплика по поводу возможной амнистии, она и говорит о том, что по-видимому, по жесткому сценарию пройдет.
К.ЛАРИНА – Подожди секундочку – буквально сегодня перед нашей передачей пришла информация из Государственной думы: они готовы рассмотреть вопрос об амнистии чуть ли не в октябре, если поступит, как бы, инициатива. Как я поняла по процедуре, это должен президент внести.
Н.СВАНИДЗЕ – Услышали слова президента. Странно было бы, если бы они не отреагировали. Потому что, если президент сказал на Валдайском форуме, что не исключено, что потребуется обить Луну листовым железом, то, немедленно из Государственной думы Российской Федерации пошло бы: «Да, мы готовы рассмотреть вопросы о том, чтобы обить Луну листовым железом, вот, уже ищем добровольцев на этот счет из рядов некоторых партий». Поэтому, это нормально, но, судя по тому, что он заговорил об амнистии, и сказал о том, что для этого должен процесс пройти, я думаю, что нужно же иметь, кого амнистировать. А, чтобы амнистировать, нужно людей осудить. Вот, пусть их осудят, а там мы посмотрим, амнистируем или нет.
К.ЛАРИНА – А, ты слышал, что кому-нибудь из представителей правоохранительных органов выкололи глаз или сорвали погоны во время событий на Болотной 6-го мая.
Н.СВАНИДЗЕ – Не знаю. Там одного из этих участников этих событий обвиняют в том, что он вроде бы там, пытался чем-то ткнуть в глаз, но, вообще, я тебе должен сказать, что, когда СПЧ встречался с президентом, не так давно и там, как раз, трижды поднимался вопрос – его поднимал судья Пашин, его поднимала Лиза Глинка, его поднимал я – три раза поднимали вопрос насчет Болотной,и все три раза президент, что называется, работал на прием.
К.ЛАРИНА – То есть, вообще говоря, никак не отреагировал.
Н.СВАНИДЗЕ – Никакой реакции, никак, вообще – ни одного слова! Он внимательно слушал и ничего не сказал. Хотя, по-моему, это была единственная тема, по которой он не дал никакой реакции. Тем поднималось много на встрече. Выступало человек 25 в общей сложности. И это была единственная тема, по которой он не сказал ни одного слова.
К.ЛАРИНА – Тогда вопрос есть по этому поводу от наших слушателей. «Все были заняты московскими выборами и забыли об узниках Болотной, - пишет наш слушатель с ником Свет-77, - которые томятся в СИЗО, несправедливо обвиненных в массовых беспорядках. Что должно делать общество, чтобы спасти этих людей от несправедливого приговора?»
Н.СВАНИДЗЕ – Общество должно делать то, что и обычно должно делать в таких случаях – должно проявлять себя, должно проявлять свою позицию, оно не должно забывать об этих людях. Любые способы в рамках закона, защиты этих людей, общественной активности защиты этих людей – они, конечно только на пользу им пойдут, несомненно.
К.ЛАРИНА – «Железом обили пока не Луну, а Российскую академию наук» - это тоже одна из главных тем этой недели. Напомню, что в третьем чтении был принят, все-таки, этот закон о реформировании Академии наук, да и то вернули обратно, благодаря, я так понимаю, активным выступлениям – по поводу реакции общества – представителей активных, которые стояли в пикетах около Государственной думы, и, все-таки, каким-то образом расшатали эту ситуацию.
Н.СВАНИДЗЕ – Я не видел каких-то признаков расшатывания ситуации. Ну, вернули и, все равно, то же самое решили, абсолютно.
К.ЛАРИНА – То есть, сделали вид, что услышали и все. По-моему, Оксана Дмитриева говорила на заседании Госдумы: «Давайте этих людей сюда приведем. Там стоят академики, не какие-нибудь там экстремисты, а солидные люди – мозг, что называется нации».
Н.СВАНИДЗЕ – Что Владимир Ильич Ленин говорил про мозг нации? А?!
К.ЛАРИНА – Да, да.
Н.СВАНИДЗЕ – Вот! Ничто не изменилось с тех пор. Это они вчера были академики, а теперь, вот, после реформы уже не мозг - а вот, понятно, что получается…
К.ЛАРИНА – Может, мало выступали?
Н.СВАНИДЗЕ – Да, нет. Причем здесь мало выступали? Фортов же встречался с Путиным, и вроде бы, как вернулся с чувством глубокого удовлетворения.
К.ЛАРИНА – Да, это я помню.
Н.СВАНИДЗЕ – Да, ну и что? А воз и ныне там – ничего не изменилось. Как хотели, так и сделали. Потому что, во-первых, это собственность, несомненно. Во-вторых, это что-то личное – не исключено.
К.ЛАРИНА – Личное – в каком смысле?
Н.СВАНИДЗЕ – Ну, кого-то не приняли, кого надо было в ряды Академии наук.
К.ЛАРИНА – Чьих-то друзей?
Н.СВАНИДЗЕ – Ну, да. Но, это не главное, а главное то, что зачем они, вообще, все эти «яйцеголовые» нужны с безумным статусом, что их не тронь. Да пошли они – проку от них! Если бы они еще толком боеголовки делали, а они и боеголовки разучились делать – боеголовки падают. Ну, и на кой они нужны. Ну, пусть себе отдыхают. Самих «яйцеголовых» мы материально поддержим, чтобы они сильно не возмущались. Уедут – скатертью дорога! Останутся – ну, молодцы! А, все структуры – главное «мясо» Академии наук, потому что сама по себе академия и эти несколько сот академиков – это скелет, а главное «мясо» - это академические институты. Это и есть рабочий механизм Академии наук. Мы эти институты уберем из-под них и встроим в бюрократическую вертикаль. То есть, эти самые «деды», «уважаемые шкафы», будут там отдельно сидеть – трясти бородами, а работа будет идти под кем надо.
К.ЛАРИНА – А, как бы, все-таки, сформулировал суть этой реформы? Хорошо, опустим, уберем мы сейчас всякие версии, связанные с причинами столь строчного решения. А, по сути, это что, каким образом это отразится и на научном сообществе, и на научных отраслях российских?
Н.СВАНИДЗЕ – На научном сообществе – я не знаю, как это отразиться, потому что у нас сейчас фундаментальная наука – я уже не говорю о гуманитарной, но и естественная гуманитарная наука – она испытывает огромные проблемы. Но, это не связано с тем, как структурно выглядит Академия наук, которая, конечно, нуждалась в реформировании, потому что она архаична. Но ее не реформировали, а ей просто поджилки подрезали – вот, в чем дело. И, я не думаю, что эта реформа приведет к тому, что у нас наука резко после всего этого выйдет на передовые рубежи. Я был бы рад, но я не вижу для этого оснований. Тем более, что финансирование научных исследований не увеличивается, а напротив, как я понимаю, уменьшается, потому что после того, как выяснилось, что у нас довольно тяжелое экое положение, о чем сказал Улюкаев, и, что наше экое положение уже не зависит от экономического положения Запада, в чем нас уверяли все время – что Запад шатается и мы вместе с ним шатаемся. Нет – Запад уже не шатается, перестал потихоньку шататься. А мы еще пошатываемся, потому что у нас свои проблемы, связанные с монополизацией целого ряда производств, с непрозрачностью экономики, с огромной коррупцией, с тем, что продолжает расти это взаимное переплетение коррупционное между бюрократией и экономикой. И, это наши проблемы чисто. Сколько не реформируй Академию наук, и, тем более, не уничтожай ее – это проблему не решит. И вот, в этой ситуации, конечно, невероятно сложно что-то придумывать, потому что денег нет…
К.ЛАРИНА – И не будет.
Н.СВАНИДЗЕ – И не будет похоже, потому что, если деньги и тратятся, то вовсе не на фундаментальные исследования, результат которых за горами, бог знает, когда он будет, а люди привыкли работать на «быстрых деньгах», люди привыкли работать на быстрых результатах - те, которые принимают решения.
К.ЛАРИНА –То есть, все вписывается в общий такой тренд?
Н.СВАНИДЗЕ – На мой взгляд, это вписывается в общий тренд и в общую стилистику. Вы завтра дадите результат? Нет? Ну, идите к чертовой бабушке! На кой вы нужны?! А, что будет через десять лет? Нас уже не будет. Государство – это я. Вот, пока я есть, меня интересует государство, а нет меня…
К.ЛАРИНА – Подожди, а как они тогда собираются строить великую державу? Я не пронимаю. Одно другому противоречит, ей богу.
Н.СВАНИДЗЕ – «Великую, Малую и Белую…» А, что? Я не понимаю, что «одно» и чему «другому» противоречит?
К.ЛАРИНА –Как, таким образом, решая вопрос с Академией наук, при этом говорить о каких-то технологиях, о Сколково, об открытиях.
Н.СВАНИДЗЕ – Ксюша, великую державу мы будем строить, проводя Олимпиаду в Сочи. Великую державу мы будем строить, проводя чемпионат мира по футболу. Великую державу мы будем строить, проводя Валдайский форум, потому что у нас считается, что главный признак великой державы, чтобы о нас громко говорили. В конечном счете, неважно, что.
К.ЛАРИНА – Эта задача решена уже сейчас!
Н.СВАНИДЗЕ – Эта задача в данный момент решена, да. Что будет завтра? Не знаю.
К.ЛАРИНА – То есть, народ опять будет уезжать. Я, кстати, посмотрела, кто приходил на эти пикеты в Государственной думе - меня поразило больше количество молодых ученых, представителей нашей науки, самого дееспособного возраста: там 30 плюс. Я прекрасно понимаю, что они скажут «до-свидания»…
Н.СВАНИДЗЕ – Это, естественно, потому что академики уважаемые – они, так или иначе, свое личное дело уже сделали. Они, в общем, материально обеспеченные в большинстве своем, им за державу обидно – они, поэтому ходят, возмущаются. А молодым людям нужно семьи кормить.
К.ЛАРИНА – Ну, что ж, мы сделаем перерыв небольшой, потом возвращаемся в программу "Особое мнение", и, кстати, на ваши вопросы посмотрим.
НОВОСТИ.
К.ЛАРИНА –Возвращаемся в программу "Особое мнение". Я хотела вернуться еще к Валдаю, но, насколько в другом контексте. На фоне этих «валдайских встреч» вышел очень неожиданный текст сенатора Маккейна, причем на сайте «Правда.Ру». Это обращение было, по сути, к гражданам Российской Федерации, и смысл его сводился к тому, что «вы, граждане Российской Федерации заслуживаете лучшего, чем Путин, и, как вы это можете терпеть». Как ты расцениваешь этот ход со стороны американского сенатора, и, насколько серьезно к этому можно относиться, и к самому тексту,кстати.
Н.СВАНИДЗЕ – Ход ответный, как мы понимаем, потому что был опубликован текст президента Путина в «Нью-Йорк Таймс». Конечно, Путин в «Нью-Йорк Таймс» и Маккейн ан «Правде.Ру» - это немножко разные весовые категории, прямо скажем, но, тем не менее, это была такая форма ответа, которую решил избрать сенатор Маккейн. Во-первых, он решил ответить - он человек горячий; он, как известно, солдат, прошедший очень многое, героический человек; несомненно, пожилой человек…
К.ЛАРИНА – Не скрывал никогда, кстати – все, что он писал, он до этого говорил.
Н.СВАНИДЗЕ – Да-да-да. Он человек со своими очень твердыми, жесткими позициями мировоззренческими и политическими – он это и выразил. Ну, как к этому относится? Человек человеку ответил, написал, сказал, что он думает. Не нужно понимать позицию Маккейна, как позицию американского империализма в целом. Маккейн – отдельно, империализм – отдельно. Он не президент США, хотя американский сенатор – это очень высокая позиция, и большая часть президентов выходит из рядов Сената, кстати. Обама, кстати, не исключение, как известно. Но, тем не менее, один сенатор – это один сенатор. И то, что там говорит Маккейн, это вполне такая популярная позиция в Штатах, но, тем не менее, это не позиция американского руководства, несомненно.
К.ЛАРИНА – А не было чувства, какого-то неприятного, уязвленного, когда ты читал этот текст? Знаешь, как пушкинская фраза, помнишь?
Н.СВАНИДЗЕ – «Я отношусь с большим…, - как там? – …к нашей Родине, но, мне очень неприятно, когда эти позиции разделяют со мной иностранцы…»
К.ЛАРИНА – Да-да, смысл такой.
Н.СВАНИДЗЕ – Да, не помню дословно – смысл такой. Да нет, у нас сейчас открытое пространство. Путин написал, что он думает про Америку, Маккейн написал, что он думает про нас. Многое из того, что он написал, мы тоже разделяем, так или иначе…
К.ЛАРИНА – И даже говорим.
Н.СВАНИДЗЕ – И даже говорим про это, поэтому я нет – не испытывал, тем более, что это был ответный ход, поэтому, здесь никаких приливов обиды я не испытывал.
К.ЛАРИНА – А, продолжение этой истории – оно будет, на твой взгляд? Этого обмена петициями.
Н.СВАНИДЗЕ – Нет, Путин явно не будет отвечать Маккейну.
К.ЛАРИНА – Не будет.
Н.СВАНИДЗЕ – Абсолютно – я в этом глубоко убежден, тем более, что это не его весовая категория. Маккейну, скорее ответит какой-нибудь человек из Совета Федерации, если будет. Но, я думаю, не будут, потому что в отношении Маккейна еще со времен его участия в избирательной компании президентской у нас официально, в высших официальных кругах, в высших эшелонах нашей элиты политической, такая позиция, несколько – как бы это сказать вежливо – «ну, деда били много во вьетнамском плену – ну, ладно, бог с ним!». Я не думаю, что ему будут отвечать.
К.ЛАРИНА – Но, тем не менее, возвращаясь, опять же, к Путину - конечно же, это такой триумф, действительно, всемирный. И меня, честно говоря, удивляет эта невероятная любовь к этому политику со стороны международного сообщества, со стороны его коллег по креслу, что называется. Вот, объясни мне, пожалуйста, почему? В чем сила Владимира Путина?
Н.СВАНИДЗЕ – В чем ты видишь проявление какой-то неземной любви?
К.ЛАРИНА – Ну, то, что это событие, сам факт, что он взял на себя такую миротворческую миссию, что он выступает за гуманизм на такой…
Н.СВАНИДЗЕ – «За гуманизм и дело мира…»
К.ЛАРИНА – …На такой арене уже совсем бескрайней, что уже, по сути, этот человек, который на сегодняшний день – он остановил войну! Практически, Третью мировую.
Н.СВАНИДЗЕ – Третьем мировой пока, что не пахло, но…
К.ЛАРИНА – Даже кто-то предлагал Нобелевскую премию мира ему вручить, кто-то из наших.
Н.СВАНИДЗЕ – Кто-то из наших, естественно. Я тебе так скажу: дело сделано на данный момент очень серьезное. Если война этим будет остановлена – не Третья мировая, конечно – но война на Ближнем Востоке тоже не хило – это будет очень больше дело, на самом деле. Кому бы эта инициатива ни принадлежала, ее, все равно, озвучил Путин, она пошла от лица Путина – это большое дело, несомненно. Действовал он явно не в интересах президента Обамы, так же, как и Обама не действует в интересах Путина. Он действовал здесь в интересах России, но получилось так – это оптимальная ситуация – когда интересы России и интересы международного сообщества совпали.
К.ЛАРИНА – Случайно?
Н.СВАНИДЗЕ – Это очень хорошо в данном случае. Не знаю – случайно или нет, но так получилось. Но, что будет дальше, мы не знаем, во-первых, потому что теперь мы взяли, Россия взяла на себя очень большую ответственность. А ответственность она на себя взяла, фактически, за поведение сирийского лидера Башара Асада, а он человек абсолютно непредсказуемый, он не зайчик пушистый. Он наш союзник, но это не значит, что он зайчик пушистый, никогда таким не было. И папа таким не был, и он таким не был.
К.ЛАРИНА – То есть, бумеранг может по-другому сработать.
Н.СВАНИДЗЕ – Разумеется. Это сейчас вся ситуация в свободном падении, и куда она в результате упадет, мы не знаем. Дай бог, если хорошо и удачно – в стог сена, а не на что-нибудь твердое – это, во-первых. А, во-вторых, что касается любви всеобщей, то я, честно говоря, не знаю, откуда ты взяла.
К.ЛАРИНА – Это по ощущениям опять же валдайским.
Н.СВАНИДЗЕ – Нет, ну, причем здесь Валдай? На Валдае политологи приглашенные.
К.ЛАРИНА – Почему? Там были всякие бывшие министры.
Н.СВАНИДЗЕ – Ну, и бывшие министры, с которыми лично хорошие отношения. Что он как-то безумно популярен среди мировых лидеров и среди мирового общественного мнения – у меня нет такой информации.
К.ЛАРИНА – Нет информации… Все равно, это один из самых популярных сегодня политиков.
Н.СВАНИДЗЕ – Он один из самых известных политиков.
К.ЛАРИНА - …Который обсуждается, который на всех обложках, во всех газетах.
Н.СВАНИДЗЕ – Несомненно. Сложно не обсуждать лидера такой страны, как Россия, которые здесь сидит уже полтора десятка лет уже без малого на этом посту. Поэтому, естественно, он известен всем, тем более, что он человек узнаваемый – я имею в виду не черты его лица – я имею в виду его политический почерк. К нему можно, как угодно относится – к его почерку, - но, он, несомненно, узнаваем. Это брутальный, насмешливый, жесткий – он абсолютно узнаваем, и, естественно он кому-то нравится. Кому-то не нравится, кому-то нравится. Конечно, он обсуждаемая фигура. Насчет, «любимая» - усомнюсь, но то, что обсуждаемая – несомненно.
К.ЛАРИНА –Как на Валдайском форуме все закончилось темой гомосексуализма – как началось с нее, так и закончилось. Так и мы с тобой закончим. Я хочу тебя спросить про ситуацию фильмом «Чайковский», которому, судя по всему, отказали в бюджетном финансировании, фильму, который представляли на этом питчинге, Фонде кино Кирилл Серебрянников и Юрий Арабов, и продюсеры этого фильма. Вот, скажи, пожалуйста, по каким причинам, как ты думаешь, такой отказ произошел?
Н.СВАНИДЗЕ – Кирилл Серебрянников предположил, я думаю, что он очень близок к истине, что, поскольку, тема ориентации великого русского композитора…
К.ЛАРИНА – Покоя не дает.
Н.СВАНИДЗЕ - …покоя не дает никому, то решили от греха не финансировать фильм. Потому что, «мало ли что?» Ну, не будет же на протяжении всего фильма все время он «играть на фортепьянах», правда? Значит, там что-то будет, наверное, и о личном…
К.ЛАРИНА – Кстати, давай вспомним, что Юрий Арабов тот же в своем интервью недавнем утверждал, что Чайковский не гей.
Н.СВАНИДЗЕ – Вот! А вдруг в фильме будет какая-то дискуссия на эту тему?
К.ЛАРИНА – А, Путин сказал, что известно, что он гей. Путин, как раз, считает, что Чайковский – гей. Вот, тут-то главный идет разлом!
Н.СВАНИДЗЕ – Вдруг дискуссия между Путиным и Арабовым по поводу ориентации Чайковского – она попадет на широкие, так сказать, экраны, и люди приобщаться к информации, что Чайковский был гей или не был гей – вообще, это будет предметом обсуждения. И, в результате – что это такое? Великий наш композитор то ли гей, то ли не гей – бог его знает? Лучше от греха не финансировать. Вообще, мы приехали, я тебе скажу. Мы с этим своим «антигейским» энтузиазмом, который уже распропагандировал эту тему так, что дальше ехать некуда. Уже все к нам будут ездить на все эти форумы, на все олимпийские игры, на все чемпионаты мира по футболу – все будут ездить с одной темой: «Свободу геям!», исключительно просто. Этого не отнять, потому что это сообщество в мире очень организованное, очень такое, твердо выстроенное, знающее, чего хочет, привыкшее бороться за свои права. Это не наши геи несчастные, которых все по углам избивают…
К.ЛАРИНА – Не надо. Тебе рассказывал президент, уже несколько раз говорил, что он каких-то геев награждал в Кремле. Я думаю, что следующий шаг – предъявить их уже.
Н.СВАНИДЗЕ – В наручниках, причем!
К.ЛАРИНА – Все, мы на этом заканчиваем программу, спасибо!